Нитонисё

      Антон не верил. Он тупо смотрел на карточку, которую кинул на стол Женя, улыбаясь уголком губ. Губы Шастуна двигались, силясь сказать хоть что-то, но из горла не доносилась ни звука. Дилара уже не сдерживала своих чувств и тихо плакала в плечо Славы, который нежно обнимал её за плечи, другой рукой поглаживая по вздрагивающий спине.       — Я не верю, — в итоге получилось выдавить из себя Антону три простых слова.       — Ты молодец, — тихо произносит Арсений. Антон его не видит, так как Попов сидит, откинувшись на спинку стула, в то время как сам Антон в наклонку к столу, но он точно знает, что Арсений улыбается.       — Ты же сам против меня голосовал, — посмеивается Женя. — Не был уверен?       — Всегда должна быть доля сомнения, — на выдохе отвечает Антон, и только тогда губы расплываются в довольной улыбке. На столе лежит карточка мафии, которая подтверждает победу мирных, а именно Антона, Дилары и Вячеслава.       Антон облегчённо выдыхает, пока Полина мешает карты и снова раздаёт их по кругу, начиная второй раунд. Несмотря на то, что Шастун выиграл, ещё не время расслабляться, ведь сейчас надо сделать так, чтобы Арсений выиграл. Антон поворачивает голову к Попову, который быстро посмотрел свою карточку и поднял взгляд, пересекаясь им с Антоном. Арсений улыбается, подмигивает, а рукой под столом сжимает коленку, гордясь чужой победой.       Антон чуть хмурится и молчаливо дёргает головой, выразительно глядя на Арсений, мол сейчас твоя очередь побеждать. И как они так быстро научились понимать друг друга без слов? Но между ними изначально как будто была какая-то связь, не зря же мир Нитонисё отправил Антона именно в лес из всех возможных зон. И непременно в то место, где должен был проходить Арсений, который направлялся на Потешный час, намереваясь умереть, сражаясь. Но из-за кудрявого пацанёнка пришлось отложить свой скоропостижный уход. И вот оно как всё обернулось. Арсений бессчётное количество раз видел, как другие уходят через порталы домой, вспоминая и скучая по своему дому. Однако, сейчас он в первую очередь хотел увидеть портал для Антона, а уже во вторую для себя.       — Думаю, повторно представляться не имеет смысла? — подала голос Полина, когда все посмотрели в свои карточки.       — Отчего же, — приободряется Иван, настроенный на победу. — Нам же надо посмотреть на эмоции друг друга. Особенно сейчас, когда мы уже сыграли первый круг. Вдруг мы сможем понять, кто мафия по чужому нестандартному поведению.       — О да, ты по эмоциям очень хорошо людей читаешь, — фыркает Полина, но несмотря на сарказм, она улыбается, поминая, как именно из-за Вани её разоблачили в первый же день голосования.       — Я же детективом был, — корчит рожицу Иван. — Проверил тебя и не прогадал.       — А я говорила, что ты сразу всё под меня подстраивал, — щурится Полина, тряся указательным пальцем в сторону мужчины.       — Я не хотел палиться, — оправдывается Ваня, кладя руку на сердце.       — Но всё равно спалился, — выгибает бровь Полина, а Антон начинает смеяться, из-за чего на него все оборачиваются.       — Простите, — быстро берёт себя в руки Шастун, однако озорная улыбка продолжает играть на его губах. — Вы просто очень забавные, — переводит взгляд с одного на другого. У Антона в школе были такие одноклассники, которые вечно собачились, но все знали, что они лучшие друзья. Это особый вид дружбы и приятно было увидеть что-то родное и знакомое в такой обстановке. Пока что «Мафия» была самой комфортной игрой для Антона.       — А ты очень подозрительный, — сразу бросает шпильку Полина, складывая руки на груди.       — Да я ещё даже в карту не посмотрел, — притворно громко возмущается Антон, старательно сдерживая смех.       — Так смотри! — говорит Полина и в итоге первая начинает смеяться. Компания за столом собралась что надо. Половина ребят весёлая, вторая тихая, но понимающая.       Напряжение первого раунда спало. Тем, кому отчаянно нужна была победа, её достигли — Дилара чуть улыбалась, глядя на других участников, а Слава расслабленно сидел, больше не напоминая туго сжатую пружину. Остальные же изначально были чуть спокойнее, уже привыкшие к миру Нитонисё и поддающиеся его влиянию. К тому же в процессе игры всегда попроще. Это уже потом происходит анализ и разбор полётов вперемешку с самобичеванием и обещаниями в следующий раз стараться больше. Пока что все наслаждаются интересной игрой и приятной компанией.       Вот только Арсений притворяется. Возможно, он не один такой, но он и притворяется уже дольше и точно старательнее остальных. Сердце впервые за долгое время опять посетила надежда. И на этот раз настоящая, не эфемерная в виде симпатии к Антону, и очередной попытке сбежать от угнетающих мыслей. О, нет. Эта надежда была настоящая, очень сильная и очень болезненно будет потерять её. Снова.       Потому что у Арсения есть возможность выйти отсюда, но для этого надо выиграть во всех играх. И счётчик на настольных играх обновится после двух, в которые он ещё не играл в этом круге. И он обязательно затащит туда Антона, поможет ему победить, приблизив к выходу. А после обновления счёта для себя, и тогда сам постарается. Сейчас стараться как будто бы и не обязательно, но Арсений видел взгляд Антона, понимает, что тот опять будет предъявлять ему, если подумает, что Попов в очередной раз поддавался. Поэтому Арсений решает вспомнить, каково это играть, чтобы выиграть, а не чтобы помочь другим и убить время. Пришло время тряхнуть стариной и убедиться, что Попов ещё не потерял хватку действительно опасного соперника.       Поэтому также расслабленно, как и во время первого раунда, произносит коротенькую, ничего не значащую речь и наблюдает за остальными своим ястребиным взглядом, делая вид, что выискивает мафию. Отчасти это так. Но он пытается угадать, кто его напарник.       Когда Арсений увидел свою карточку, ни один мускул не дрогнул на его лице, но он был не особо рад выпавшей роли. За мафию играть интереснее, но труднее. Любое твоё движение или слово может быть и будет использовано против тебя. Осталось только никак не вызвать подозрения у других, переключив внимание на другую невинную жертву.       Полина, как и в первый раз, сказала, что только слабаки и трусы выгонят её первой, она профессионал в этой игре и найдёт мафию после первого же круга.       Александр, казалось бы, немного приободрился после того, как Полина вернулась, но он всё ещё сильно мямлил и не сказал ничего нового.       Антон на этот раз решил побаловаться и в основном корчил невинные рожицы, выставляя себя невинным агнцем и слёзно попросил мафию не убивать его хотя бы в первую ночь.       Иван выразил своё почтение всем игрокам за отличную игру и выразил желание, чтобы мирные, с ним в том числе, в этот раз тоже одержали победу.       Евгений сказал, что он не только в роли мафии хорош. И именно в этом круге он докажет, что является ещё и отличным мирным, напоследок позаимствовав фразу Полины, что если его убьют первым, то мафия труслива.       Дилара со Славой были кратки, и просто сказали, что своё они получили. Поблагодарили всех и были таковы.       Наступила так называемая игровая ночь. Свет погас, и все разошлись по своим домикам. Арсений предпочёл даже не ложится, ожидая нужной команды динамиков, чтобы сразу выйти из дома. Когда он тихо открыл дверь и вышел на улицу, он подумал, что ему достался очень медлительный напарник, ведь больше никакая дверь не открылась и никто не вышел. Но тут по его плечу кто-то осторожно постучал. Попов повернул голову, встречаясь глазами с улыбающимся Шастуном.       — Я помогу тебе выиграть, — сразу прошептал Антон, кивая головой из-за чего кудряшки смешно подскочили. Действительно, барашек. Только сейчас он волк в овечьей шкуре.       Арсений усмехнулся, озаряя ночь своей белозубой усмешкой, а потом стремительно приблизился к Антону, захватывая чужие губы в плен. Язык Арсения быстро и уверенно огладил чужое нёбо, невесомо куснув Антона за губу напоследок, Попов отстранился, продолжая ухмыляться, с прищуром глядя на застывшего с распахнутыми глазами Антона.       — Я хотел так сделать, как только понял, что ты победил, — шепчет этот змей-искуситель в чужое покрасневшее ушко. — Молодец.       Антон невольно покрывается мурашками, чуть вздрагивая всем телом и это не остаётся незамеченным от зорких голубых глаз, из-за чего на лице Арсения улыбка расцветает ещё больше. Он уже и забыл, каково это любить кого-то так искренне в самом начале отношений. Ох уж этот конфетно-букетный период.       — Т-ты… меня не путай, — кое-как произнёс Антон, отходя на пару шагов назад и наблюдая за Арсением из-под челки.       — Не говори, что тебе не понравилось, — стоя на месте и с улыбкой глядя на подростка, размеренно произнёс Арсений.       — Речь сейчас не об этом, — диким котом шипит Антон. — Ты должен выиграть. А у меня есть план, но если ты продолжишь делать… — Шастун запнулся, неопределённо помахал руками и в итоге произнёс: — продолжишь вести себя по-Арсеньевски, то я не смогу тебе помочь.       Арсению не удалось подавить в себе смешок, он насмешливо выгнул бровь, глядя на Антона, из-за чего тот сделал ещё шаг назад. Просто на всякий случай. Хотя Арсений просто развлекался с чужой реакцией. Он и поцеловал-то, между прочим своего парня, только по собственной прихоти, и единожды, а его уже шугаются.       — Хорошо, — тихо говорит Арсений, поднимая руки на уровне груди ладонями вперёд, как бы капитулируя. — Ты главный. Я тебе доверяю. Руководи, Антоня.       И Антон рассказал свой план, пришлось поторопиться, потому что динамик объявил, что у них осталось пять минут на принятие решения, иначе этой ночью никто не умрёт. И пусть Шастун быстро и сумбурно рассказал свой план, но Арсений всё равно его понял и, если честно, он был восхищён идей. Захотелось снова расцеловать серьёзного Антона, который шёл к их жертве, но Попов сам себя одёрнул, сейчас не время и не место, а он в отличии от Антона, не подросток, может и приподержать свои губёшки при себе.       Арсений по плану Антона вернулся к себе в дом, и лёг на постель лицом к стене. Якобы он мирный, в правилах же не было написано, что обе мафии должны убить. А пока они не вычислят детектива, лучше одному из них оставаться в кровати и запутать следы. А так как Антон уже выиграл в этой игре, то, естественно, выбор пал на Арсения, чтобы у него было алиби, если вдруг детектив решит проверить его.       И вот все роли были разыграны, выборы сделаны, и все снова собираются за столом, чтобы узнать, что этой ночью выбор мафии пал на Вячеслава, доктор не угадал, а выбор детектива пока неясен.       — Убить Славу было гуманным решением, — задумчиво протянул Женя, потирая подбородок.       — Почему? — не поняла Полина, нахмурившись, глядя на парня.       — Он же уже выиграл, — объясняет Евгений. — Следующая Дилара, если она не мафия.       — Я бы не стала убивать собственного мужа, — отрицает Дилара. — Пусть и понарошку.       — Это вы ещё вместе не жили, — пробормотал Иван, но быстро прикусил губу, извиняясь. Шутка была так себе, хотя Арсений невольно оценил. Он успел хлебнуть и счастья семейной жизни, и её горе.       — У кого какие мысли? — направил обсуждение в нужную сторону Антон. Арсений невольно улыбнулся, гордясь спокойствием и невозмутимостью Антона. Как всё-таки благоприятно влияет на человека победа в кармане, и когда ставки не так высоки.       — Если честно, никаких, — устало трёт виски Полина. — В первый раз детектив сразу меня вычислил, сейчас вроде все молчат, значит разоблачили мирного и палиться смысла не имеет.       — В первом раунде тебе ещё с иммунитетом Антона не повезло, — переводит с себя стрелки Ваня, на что Полина только глаза закатывает.       — Но надо что-то решать, — подаёт голос Арсений. — Я слышал, что рядом со мной дверь хлопнула.       — Кстати, да, — подтверждает Ваня. — Я тоже слышал, но не понял откуда именно.       — Точно рядом со мной, — уверенно кивает Арсений. — Но слева или справа не уверен.       — Это не Саша, — сразу подаёт голос Полина.       — Почему? — тут же идёт в атаку Антон.       — Я бы слышала, — уверенно отвечает Полина.       — Ты просто покрываешь своего, — подключается к обсуждению Женя. — Может, вы вообще оба мафии.       — Это не так, не надо с больной головы на здоровую перекидывать, — хмурится Полина. — Арсений с Антоном, вон тоже вместе и что?       — Но они и не покрывают друг друга, — резонно замечает Евгений.       — Я бы не хотел голосовать против своего бездоказательно, это правда, — задумчиво тянет Арсений. — Но, если мафия Антон, значит мы убьём невинного Александра, а я бы хотел, чтобы как можно большее количество людей выиграло.       — Я понимаю, что победа уже у меня, — кивает Антон, глядя на Арсения и старательно сдерживая улыбку. План шёл не просто хорошо, а идеально. Арсений отличный актёр. Осталось самому Антону не подкачать. — Но, если следовать твоей логике, то мы должны вычислить и убрать мафию для победы всех остальных как можно быстрее и с меньшими потерями. И значит, выгнав меня, вы этого не добьётесь.       — Хорошо, если предположить, что один из вас мафия, кто вторая? — решает подумать на несколько шагов вперёд Женя.       — Полина, — со смешком отвечает Иван, на что Полина недовольно шипит. — Если мафия Саша, значит она его покрывала и это она. Если мафия Антон, то кто угодно.       — Тогда разумнее будет голосовать против Саши, — выносит вердикт Евгений. — Потому что тогда, мы можем быстро и почти без потерь выиграть, чем если сейчас вынесем Антона, а потом окажется, что это эти двое.       — Да, почему? — негодует Полина, от злости даже ударяя ладонью по столу. — Антон уже выиграл, какая разница, когда он уйдёт?       — Дело не в этом, — качает головой Арсений. — Дело в доминошках, — все удивлённо посмотрели на него. — Если Антон мафия, то это никого не заденет, и мы будем в тупике. Но если мафия Александр, значит он автоматом потянет Полину за собой, и у нас будет кандидат на выбивание. И даже если мафия не Александр, значит мы голосуем против Антона в следующий раз. Человеческая психология, лучше иметь несколько вариантов, чем один тупиковый, — Антон для вида открыл рот, попытавшись возмутиться, но его вовремя перебила Полина.       — Но я уже была мафией, — защищается как может девушка.       — Вероятность того, что ты второй раз мафия не такая уж и маленькая, — уверенно говорит Женя. — Я знаю, я проводил исследования.       — Тогда против Александра? — подводит итог Ваня.       — Это не он! — уверенно говорит Полина, хлопая ладонями по столу и вставая во весь рост. — Дайте вы ему шанс выиграть! Он и так весь забитый, вообще не верит, что вернётся, да и не сильно хочет, что ещё хуже. Все всегда были против него. Почему Дилару вы пожалели, а его не можете? — распаляется Полина, пока остальные притихли и слушают, кидая взгляды на сжавшегося Сашу. — Он попал сюда, потому что родной отец в очередной раз избил его. Только на этот раз видимо увлёкся, и вот какой результат. Саша никогда не мог постоять за себя, но в этом мире встретил меня, и я не дам его в обиду, — девушка резко поворачивается к Александру и бьёт его по спине, из-за чего парень садится ровнее, но взгляд всё ещё не поднимает. — А ты хотя бы сейчас стань смелее! Здесь нет боли, нет твоего отца, никто не желает тебе зла. Но это игра, и здесь надо иметь своё мнение, иначе тебя сольют просто так. Понимаешь?       — Понимаю, — тихо шепчет Александр. Арсений отводит взгляд, чувствуя себя резко пристыженным. Ему же не нужна победа. Не сейчас. Ему надо ещё пару игр пройти, чтобы обнулить счётчик и тогда уже взяться за дело основательно, когда снова появится шанс. Но сейчас он по сути просто так отнимает шанс у других. У каждого из присутствующих своя история, своя жизнь и своя боль. Но у каждого одинаковая надежда. Надежда на победу. Потому что для каждого она имеет значение. Для каждого, кроме Арсения. Так почему он…       Неожиданно на колено ложится чужая широкая ладонь. Антон внимательно смотрит на Александра, однако рука покоится на колене Арсения. Утешает, как его самого недавно Попов. Арсений выдыхает, кладёт свою ладонь сверху, отмечая, что она одного размера с Антоновой, и отпускает ситуацию. Он должен выиграть, чтобы доказать Антону, что он настроен серьёзно. А ещё для самого себя, чтобы напомнить, что он может выиграть. И сможет выйти отсюда. Победа сейчас — это вклад в будущее.       — Но выбор надо делать, — трёт глаза Арсений. — Можем против Антона, но тут уже я, как Полина, не особо хочу этого делать, потому что доля неуверенности есть.       — Я уже говорил, что это не я, — пожимает плечами Антон. — Я лично ничего не слышал.       — Я кстати тоже, — кивает Женя. — Но Сеня и Ваня говорят, что слышали. По логике, если слышали вы двое, то между вами как раз Антон.       — Но я не понял, — качает головой Иван. — Это могла бы и у Славы дверь хлопнуть. У меня хороший слух, но плохое восприятие.       — У меня всё хорошее, имя в том числе, особенно когда полное, — как бы невзначай произносит Арсений, делая паузу, и мажет глазами по Жене. — Поэтому я точно уверен, что это было рядом со мной. Вопрос только в стороне, Евстигней. Против кого вы голосуете? — смотрит прямо на Евгения, тот непонимающе смотрит в ответ.       — Прости его, — закатывает глаза Антон и улыбается Жене. — Он ненавидит сокращение своего имени, — поясняет он. Арсений успел рассказать ему об этом, когда они лежали на кровати и Антон восстанавливался после нападения.       — Я люблю, но не это, — поднимает указательный палец Арсения, поправляя Антона. — Почему надо брать из середины? Сеня — это вообще Семён. Меня можно Арсом называть, хоть Нием, если брать с конца, но не с середины.       — Арсений, все поняли, — сдерживая смех, поворачивается к нему Антон. Попов не выглядит недовольным, но Шастун успел подметить, что, когда тот скрывает свои истинные эмоции, у него еле заметно поджимаются губы и появляются морщинки вокруг глаз. — Давайте, пожалуйста, голосовать. Если ни у кого больше нет претендентов. Я в себе уверен, это понятно. Но я очень хочу победы для своего напарника, поэтому поверю ему и буду голосовать против Саши.       — Я соответственно тоже против Саши, — поднимает руку Арсений. — На очереди либо Шаст, либо Полина.       Полина с Сашей, недолго думая, проголосовали против Антона, что было вполне очевидно. Арсений сидел в расслабленной позе и ждал вердикта их маленького представления. Всё было выверено. Антон не зря строил из себя невинную жертву в самом начале и легко, даже играючи вёл себя сейчас. Он не был похож на мафию. Слишком спокойный, слишком расслабленный, но заинтересованный в игре и в поиске мафии. Но люди существа непредсказуемые, всё что угодно могло пойти не так. Но даже, если Антона сейчас сольют, у Арсения есть запасной план, чтобы одержать победу самому.       Но лучше, конечно, пока что остаться вдвоём, чтобы гениальный план Антона сработал. Арсению было даже интересно, получится у них или нет. По телу впервые бегал адреналин, подгоняемый азартом. Арсений получал истинное удовольствие от игры. Впервые за долгое время у него появилось желание получить победу для себя, а не для другого.       Дилара голосует против Саши, объяснив это тем, что Антону она верит, а Арсений всё-таки человек и мог ошибиться со стороной. Может быть, он слышал, как хлопнула дверь у Славы, когда мафия уходила, как думал Ваня.       Женя всех удивил и проголосовал против Антона, сказав, что по теории вероятности, если Арсений, он особенно выделил полное имя Попова, и Ваня слышали хлопок двери, то скорее всего от Антона.       Арсений перевёл взгляд на Ивана. От него сейчас зависело окончательное решение, кто же закончит игру прямо сейчас. Голоса поделились поровну.       — Я не думаю, что это Антон, — задумавшись, стал говорить Ваня, потирая подбородок. — Они, конечно оба с Сашей не сильно изменились с первого кона, но вот Полина вызывает у меня подозрения. Она точно также защищалась, когда все правильно обвиняли её. Поэтому скорее всего мы либо вычислили обеих мафий, либо нет… — скомкано заканчивает свою речь Иван, оглядывая всех присутствующих, и под ворчание Полины поднимает руку против Александра.       — Вы в очередной раз совершили большую ошибку, — устало произносит Полина, пока Саша выкладывает на стол мирную карточку и уходит за домики.       — О, нет, это ты, — поджимает губы Арсений, когда на площадке опять темнеет. — Ты же не убьёшь меня?       — Да не я это, — со смешком говорит Антон, пока все идут к своим домикам, а Шастун шагает рядом с Арсением, который старательно отходит подальше и с большим крюком идёт к собственной двери.       — Точно ты, даже не пытайся меня убить, врач меня спасёт, — старательно громко голосит Арсений, с надеждой оглядывая тех, кто ещё не успел войти в дом.       — Во-первых, это не я, — притворно возмущается Антон, — во-вторых, убив тебя, все точно подумают на меня!       — Пожалуйста, заходите в дома, наступила ночь, — ещё раз протрещали динамик, и Арсений с Антоном скрылись за дверьми, перед этим заговорщицки переглянувшись.       Сейчас врач должен был сделать свой выбор. Арсений терпеливо стоял перед дверью, ожидая своей очереди. Если им попался недогадливый врач, или они попросту плохо отыграли свои роли, то Арсений проиграет. Но рискнуть стоило, потому что тогда Попов безоговорочно выиграет. И вот динамик разрешил им выйти.       Антон сразу наскочил на Арсения, крепко обнимая за шею, и шепча, что они молодцы, но всё ещё можно отменить.       — Сомневаешься в собственном плане? — посмеивается Арсений, сильнее стискивая торс Антона в объятиях. Многие недооценивали ценность объятий, но Арсений только сейчас понял, как успел соскучиться по теплу чужого тела и ощущении крепких рук на плечах. Все страхи и сомнения, которые атаковали его душу, сразу же улетучились, пусть и на мгновение.       — Немного, — на выдохе признаётся Антон и хочет уже разорвать объятия, но сильные руки не позволяют этого сделать.       — Никогда ни в чём не сомневайся, — шепчет Арсений, немного отстраняясь и треплет чужие кудри. — Особенно, если план так хорош, как твой. Давай сделаем это.       — А если не получится? — с сомнением вопрошает Антон, заходя за Арсением в дом. Если изначально Шастун был на двести процентов уверен в своём плане и считал его гениальным, то сейчас сомнения раздирали его голову. Особенно, когда на кону стояла победа или поражение Арсения.       — Мы будем либо самыми гениальными игроками в мафию и войдём в историю мира Нитонисё, — посмеивается Попов, ложась на кровать. — Либо сделаем самый глупый поступок во всём мире Нитонисё. В любом случае, всё это ограничивается этим миром. Не дрейфь. Я верю в твой план.       — Спасибо, — тихо произносит Антон, становясь около рычага и глядя на Арсения сверху вниз. Невольно Шастун залип на волосах мужчины, что разметались по подушке, пока Попов удобнее укладывался. Залип на мощной шее и длинных узловатых пальцах, которые потёрли выпирающий кадык. — Я сделаю всё, чтобы мы вместе вышли отсюда, — уверенно произносит Антон, глядя в глаза Арсению, и дёргает рычаг.       Арсений улыбается, даже когда падает на дно кровати, а крышка накрывает его сверху, отрезая от всего мира в темноту. Лежать не очень удобно, но, если их план сработает, то Попову недолго придётся здесь куковать. Если врач его вылечит, то у него будет железобетонное алиби. А если нет, то мирные выиграют уже в этом дневном голосовании, Антон точно не станет никого переубеждать, что это не он. Шастун такой же благородный, как и Арсений. Ему не нужна победа во всех раундах, хватит и одной.       Арсению тоже много не надо было. Когда он только попал сюда, то, конечно, был растерян, и до последнего не верил во весь этот бред. Дарья, девушка, что первая встретила его и всё объяснила, предложила объединиться. Она видела состояние Арсения и не хотела оставлять его одного. Вот только и следить за ним постоянно она тоже не могла. Арсений гулял по лесу, потому что ему было скучно дожидаться следующих игр, которые должны были стать его последними. Ему надо было получить победу всего в двух играх. Одну в настольном сегменте, вторую в дворовом. Всё просто. Всё должно было закончиться за пять дней в мире Нитонисё, и буквально один день в реальном мире.       Но Даша впервые была для кого-то наставником, и она не объяснила все правила. Потому что искренне верила, что Арсений надолго здесь не задержится, да ещё не поверит, захочет проверить. Это же Попов, он на все смотрел со скепсисом. Он до последнего не верил в этот мир. Арсений принимал правила игр и честно играл в них, но в каждом его взгляде и даже движении так и сквозило неверие.       На самом деле Арсений в тайне наслаждался этим миром. Он вёл себя так, как никогда не мог в настоящей жизни. Он флиртовал с красивыми парнями, которые, конечно, не всегда отвечали ему взаимностью, кто-то даже пытался ударить, но уж на кулаки Арсений научился отвечать давно. И он сам редко лез в драку, он вначале пытался предотвратить всё на уровне разговор или шуток. Но если оппонент был настроен драться и никакие доводы разума в лице Арсения были ему не указом, то Попов мог за себя постоять.       Арсений уже третий десяток живёт на этом белом свете и давно разобрался и в себе, и в своей ориентации, и научился уживаться с людьми. Да, это было непросто. Даже болезненно, а временами невыносимо. Особенно от копаний в себе, но в итоге принятия себя. Особенно на собственной свадьбе. Особенно под недовольным взглядом отца. От пересудов и насмешек от учеников в омской школе. От разбитой и похороненной в глубинах души мечты. От впервые разбитого сердца. От первых и, на самом деле, до последних подозрений родителей о его ориентации.       Но всё это дела прошлого, которое не сломало его, а сделало таким, каким он является сейчас. Сильным, уверенным в себе, в какой-то степени бесстрашным. Ведь потопить корабль на дне не получится, тогда чего боятся? Поэтому мир Нитонисё, как и Санкт-Петербург в своё время, открыли для Арсения новые возможности. Только если Санкт-Петербург всё-таки реальный город, и приходилось соответствовать современным реалиям даже там, то мир Нитонисё был абсолютно и безоговорочно нереальным. А значит в нём можно было позволить всё то, что ограничивалось в реальном мире.       И Арсений искренне наслаждался первыми днями, проведёнными в этом мире. Однако, когда Даша сказала, что он выиграл и может вернуться домой, Попов не был расстроен этим фактом. Мир Нитонисё, как прекрасный сон или непродолжительный идеальный отпуск, но всё-таки не реальная жизнь. Арсений не строил иллюзий, и не собирался оставаться здесь навсегда. Он не зря проходил через все успехи и неудачи, чтобы просто сгинуть в нереальном мире.       — Как мне вернуться? — спросил тогда Арсений у Дарьи. Спокойным, расслабленным голосом, в котором всё ещё сквозил сарказм. Будто сейчас из кустов могли появиться зелёные человечки, и Арсений вообще бы не удивился, только меланхолично бы заметил, что, а он же говорил.       — Вообще уже должен был появиться портал, — неуверенно ответила Даша, оглядываясь по сторонам. Арсений не заметил подвоха. Он вообще мало, что замечал в тот короткий отрезок времени. Был слишком беспечен и скептичен. И зря. Очень зря.       Портал так и не появился. Даша плакала, возможно, впервые за всё пребывание в мире Нитонисё. Она корила себя, а Арсений утешал. Он всё ещё не верил. Он ждал пробуждения. Ждал мерзкий сигнал будильника, чтобы и авария, и этот мир были лишь сном. Ждал, что откроет глаза и увидит белый потолок больницы, чтобы хотя бы мир Нитонисё был сном. Или правдой, в которую он так и не поверил. Всё, лишь бы он вернулся. Но он больше не мог. Из-за глупого яблока, что кинул ему незнакомый парень, который сразу скрылся в перерыве между играми, пока Арсений просто изучал этот мир. И чёрт его дернул его съесть.       И осознание этого поразило его, когда перед Дашей открылся портал. И она со слезами на глазах передавала ему свой нож и просила не отчаивается, бороться до конца. Даша ушла, а вместе с ней и спокойствие. Арсений поверил, что всё это правда, и впервые испугался. Но наученный горьким опытом жизни быстро взял себя в руки. Нацепил маску безразличия и пошёл играть, пытаясь выиграть во всех играх. Их тогда было даже меньше, чем сейчас. Новые игры появлялись нечасто, но всё равно слишком быстро, по мнению Арсения.       Попов не прошёл и половины дворовых игр, как проиграл в одной из них. И всё. Это перечеркнуло весь его прошлый результат. Все его победы превратились в пыль. Все старания не стоили и гроша. Взять и подтереться.       Взять себя в руки во второй раз было непросто, но Арсений справился. Как раз в то время и появился Серёжа. Арсений единственный, кто помнит, что Серёжа появился в мире Нитонисё в наручниках. Это было целое испытание освободить его, однако это получилось и вот он, уже который день разгуливает здесь, не стремясь вернуться обратно.       Ирония жизни проникла и в этот мир. Тот, кто может выйти — не спешит это делать. А тот, кто отчаянно желает выбраться — не может, как бы не пытался. Но Арсений не винит Матвиенко. Это было бы глупо. Зато Серёжа стал его первым постоянным другом в этом мире. И это придало жизни здесь налёт реальности. В настоящем мире у Арсения тоже была всего парочка друзей, и только один из родного Омска, из которого Попов сбежал.       А из этого мира никак не мог. Он кое-как прошёл оставшиеся игры, для того, чтобы сыграть в каждую и обновить круг. В то же время, он стал помогать новеньким. Это было просто с учётом того, что победа ему была не нужна. Но как только круг возобновлялся, Арсений бросал все силы на победы. Он ещё никогда не был так серьёзен и решительно настроен, как в те моменты. И он был хорош. Слава бежала впереди него.       Все знали об Арсении Попове мастере игр. Но не многие догадывались, что он заложник этого мира. Когда очередная игра заканчивалась поражением, Арсений распивал припасенную откуда-то Серёжей бутылкой алкоголя. Матвиенко был рядом и даже делал вид, что пил. Не бросал одного в пучине отчаяния и слабости. Но чем дольше шло время и больше игр проходило, тем чаще Арсений стал напиваться один. А потом алкоголь закончился. Тогда же он сделал лук и стрелы. Конкретно к нему никто не приставал, но старые, привычные занятия успокаивали. Стрельба стала его отдушиной.       Стас стал тем, кто скрасил его одинокие вечера. У каждого свой порог терпения и силы. Арсений продержался дольше всех в этом мире. Он проводил от начала и до конца игр не одного новенького. Мимо него ушли на Потешный час не один отчаявшийся друг и товарищ. И прямо сейчас Стас был последним из тех, кого Арсений хорошо знал и, кто сражался за свою жизнь в попытке вернуться домой.       Сам Арсений сломался относительно незадолго до прибытия Антона. Это был уже потерявший счёт круг, когда Арсений впервые зашёл так далеко. Ему оставалось три игры в дворовом сегменте и две в настольном. Но всё рухнуло в одночасье. Удача отвернулась от него во время игры в чёт/нечет. Арсений никогда не любил такого рода игры, и всегда старался играть в них первыми, чтобы не так обидно было, но чёт/нечет появилась так не вовремя и испортила весь его выстроенные план. Похоронила его возможность вернуться домой, ещё на многие и многие месяцы.       Тогда Арсений надолго пропал с радаров, и даже Серёжа не знал, где тот ошивался. А Арсений просто сидел на одном месте и видимо ждал чуда. Он ничего не делал, он просто сидел и ждал непонятно чего. Мысли в голове хаотично двигались, сталкиваясь, сплетаясь в новый разрушительный симбиоз и атаковали черепную коробку Арсения снова и снова. Дни проходили мимо незамеченными. Ночи пролетали ещё быстрее.       Арсений устал. Нет, даже не так. Арсений заебался. Разница между этими двумя понятиями на самом деле огромна. Когда ты устал — ты можешь отдохнуть и вернуть себе недостающую энергию. И усталость пройдёт, появятся новые силы, второе дыхание, и вот человек опять идёт к своей цели. Но когда ты заебался, тебе не поможет отдых. Тебе уже кажется ничего не поможет. И сил нет, и дыхания тоже. Не хочется не то что идти куда-то, даже лежать тяжело. Ощущение, что на тебя просто положили многотонную бетонную плиту, и ты как букашка трепыхаешься под ней. Хотя Арсений уже даже трепыхаться перестал. Никакого толка от его жалких телодвижений нет. Мир Нитонисё наглядно показал это. И сколько бы ты не бился всё тщетно. Так зачем тогда стараться?       Вот Арсений и сдался. Наконец-то. Он тогда прошёл через все стадии принятия. И первая была самая долгая. Отрицание. Он потерял счёт времени, но всё то время, что он играл и возвращался на игры снова и снова, проходя через одно и то же из раза в раз — это и было его отрицание происходящего. В груди теплела надежда и не давала сдаться.       Но после очередного пустого круга пришёл гнев. Арсений сорвался, чего не случалось с ним никогда. Даже в подростковом возрасте бунтарства и бушующих гормонов. Даже во время многочисленных, но совершенно бессмысленных споров и ссор с отцом. Арсений умел драться, но считал себя пацифистом. Однако стоило попасть в этот проклятый мир, как всё перевернулось с ног на голову, и Попов впервые первый поднял руку на человека.       Тогда досталось всем, в то время появилась группа подростков во главе с Яном, которые решили, что убивать других — это эффективный способ выйти отсюда. Арсений уж не знает подробностей, какими именно способами увещал всех Ян, но под его влияние попал даже Стас. Но Попов даже в порыве гнева и неконтролируемой ярости из-за собственной беспомощности повлиять на ситуации не упал так низко, чтобы убить кого-то. Во истину мир Нитонисё меняет людей до неузнаваемости. А, может быть, раскрывает их истинную сущность. Арсений не хочет в этом глубоко копаться, он просто хочет выйти отсюда.       Но в тот раз он был на грани. Арсений просто бесцельно слонялся по своему любимому лесу. А нравился он ему потому что, закрыв глаза, можно было представить, что это настоящая жизнь и живой лес. Но это не так. И крики девушки неподалёку развеяли слабенькую иллюзию. Арсений никогда не мог пройти мимо нуждающихся и поспешил на выручку.       Арсений не знает, что его вывело из себя больше. Жестокое, нечестное и абсолютно бесчеловечное нападение толпы на одну девушку? Наличие в этой толпе Стаса? Или просто скопившаяся злость и ярость из-за собственных неудач? Но итоге остаётся один, Арсений влетел в толпу разъярённой фурией, и несмотря на собственные побои, которые быстро сошли, он точно знает, что хорошо приложил Стаса. Настолько хорошо, что у того мозги на место встали. Он потом приходил к Попову и молил прощения вперемешку с благодарностями.       И Арсений простил, потому что как раз тогда началась стадия торга, которая, кажется, до сих пор временами проявляется. Потому что Арсений стал помогать всем и каждому без разбора, скорее даже навязывая свою помощь, чем предлагая. Он верил, что сможет выкупить прощение и билет домой у мира Нитонисё, если поможет как можно большему количеству людей. Но чем больше порталов домой он видел, тем хуже ему становилось. Ничего не помогало! Абсолютно! Совершенно! Ни-че-го.       А после проигрыша, когда победа была близка как никогда прежде, Арсения накрыла дожидавшееся своего часа депрессия. Попов ушёл в лес и бесцельно сидел там, не делая ничего, тонув в собственной голове. Вспоминая прошлую жизнь, которую он боялся забыть. Чем дольше ты находился в мире Нитонисё, тем больше тебе казалось, что этот мир и есть настоящий и ты тут был всегда.       Арсений не знает, сколько он так сидел. Судя по удивлению и радости Серёжи — очень долго. Но зато Попов успел обдумать всё, что только можно было и даже то, о чём он сам себе запрещал думать. Пусть у Арсения были натянутые отношения с отцом, но тот умел говорить хорошие поддерживающие слова. И одними из них была фраза — «не страшно опустить руки, обычно сдаются с поднятыми». Поэтому Арсений решил, что сейчас самое время опустить руки. И просто плыть по течению. И он решился пойти на Потешный час. Потому что, очевидно, это был единственный его шанс выйти отсюда. Либо выйти, либо покончить со всем. Но оставаться в мире Нитонисё более было невыносимо.       Однако течение — это непредсказуемое природное явление, на которое человек не может повлиять. А ещё вода как таковая это огромная движущая сила, способная разрушить даже скалы. А в глубине вод может храниться много секретов и опасностей. Поэтому, когда Арсений поплыл по течению, он не знал, что попадёт в водоворот и его утянет на дно прекрасных карих глаз.       Антон ворвался в жизнь Арсения очень необычно, скорее даже Арсений с ноги (стрелы) ворвался в чужую, но зато очень вовремя. Не смог он оставить новенького одного, не проводив хотя бы на первые игры. Но почувствовав чужое тепло в руке, а потом и под боком, не смог уйти. Арсений рассудил, что он и так тут уже огромное количество времени, может побыть и ещё немного. Принятие сменилось очередным торгом, что, может быть, помогая Антону, Арсений наконец сможет выйти.       А потом Арсений увидел направленный на себя влюблённый тёплый взгляд. Потом побег Антона, который выбил Арсения из равновесия, впервые за долгое время. А после и это нападение. Попов во чтобы то не стало поможет Антону выйти отсюда, и уже не важно, что будет с ним самим.       Но одна простая истина остаётся неизменной — Антон стал спасением для Арсения. И он этого никогда не забудет, и навеки будет благодарен своему спасителю. Что бы Антон сам про себя не думал, он солнечный зайчик, который сумел обойти чёрные светопоглощающие шторы и проникнуть в самую душу Арсения, а потом и в его сердце.       И даже, если план Антона не удастся и они проиграют, это вообще не будет иметь значения. В конце концов, сейчас ему победа и не нужна, главное, что у Шастуна она уже есть. Арсений прикрывает глаза, наконец-то слыша, что динамик объявляет наступление дня. Как же одновременно долго и быстро течёт время в темноте.       Но главное, чтобы тьма не вернулась в его сердце и душу, тогда Арсений точно сможет всё преодолеть.       И обязательно выиграет. И выйдет из мира Нитонисё. Вернётся домой. И всё будет хорошо. Осталось продержаться ещё немного. Главное, чтобы тьма развеялась. Динамик оповещает о том, что Арсений стал жертвой мафии. Попов замирает, задерживая дыхание, ожидая продолжения, что его вылечил-таки доктор. Надежда вещь такая, она не даёт тебе смириться и ты всё равно ждёшь благоприятного исхода, готовясь, но не ожидая неприятного.