Право Коннекта.

** — Так зачем ты пришла? -усаживает Виолетту на стул, вручая горячий кофе. — Почему вы сегодня работаете? — игнорирует вопрос, задавая свой. Малышенко делает глоток, пока Даша не понимает к чему это. Долго молчит, смотря на вымученную долгой тренировкой девушку. — Вызвали. А разве не должна? Наконец отвечает, поглядывая на монитор. Она совсем не успевает доделать проект, ведь стажировка подходит к концу. Но она не спешит заканчивать всё сейчас; сейчас у неё, как она думает, дела поважнее — Виолетта. Она заходит мучительно редко, но из всех знакомых здесь, её присутствие радует больше остальных. — По расписанию сегодня должен был работать мой… — она замолкает, не зная, как правильно назвать того, — хороший друг. — Понятно. В какое-то мгновение всё рушится. Обычно такие хорошие друзья — нечто большее. Ну вот, плакали все мечты, и настроение сразу упало. Несмотря на разочарование и грусть, пытается сдержать, говоря: — Сегодня, конечно, не он, но может я смогу помочь тебе, зай? — последнее показалось лишним, ведь догадываясь обо всём, не стоило даже пытаться привязать ту к себе. — Не думаю. — Это потому что мы не хорошие друзья? — срывается с языка, а сама уже ногтями исцарапала всю кожу. — Мы коллеги, Дарья, — Виолетта бледнеет, продолжая: — На работе запрещены близкие отношения между людьми. — А твой друг? — не понятная ситуация выводит из себя. — Общаемся с детства. Чуть помолчав, Малышенко встает, недопив кофе. Подходит к двери, не решаясь уходить. — Даже если мы коллеги, — Даша смотрит в пол, пытаясь возобновить приятное общение, — скажи, что ты хотела? И тут Ви улыбается, чешет затылок, отходя от двери, и смущённо говорит: — А, ну, вообще, я помыться шла. Стеснительно отвечает, — терять нечего. Даша ойкает и, поднимаясь с места, подходит к Ви. — Сходи конечно, тебе что-то нужно? — У меня с собой нихуя нет. Добренко кивает, и достаёт новое полотенце, также свои вещи, вручая их девушке. Молча выходит, оставляя ту одну. Работа не закончена, с Малышенко шансов нет, да даже ред Булл весь выпит. Столько всего, что и перебирать не хочется. — Вау, Дашенька, хорошо выглядишь, — другой оператор мужчина улыбается, подходя ближе. О, нет. Он пытается строить из себя крутого, но сам несмотря на душевную комнату, явно не мылся больше недели. Что уж говорить, у него такой же внешний вид, как и запах, пожалуйста молчи, у тебя из рта воняет. Всем своим уважение к лицу выше неё, она делает максимально приятную манеру общения. Отрицает своё отвращение, а также то, что хочется плакать. — Добрый вечер. Что хотел? Если ничего иди отсюда. Да, дружелюбность сегодня не на её стороне. Хоть тот игнорирует её грубую выходку, она не хочет, что бы он её трогал. «Чёрт, как это описать? " — автор. Он взял её ладонь в свою, поглаживая тыльную сторону мягкой кожи Даши. Находясь к ней совсем близко, он отвел её за угол, который находился не так далеко. Прижимает к стене, пока та пыталась высвободить свою руку. Тот хватает её талию, приближаясь лицом к шее Даши… ........ Грубо затыкает ей рот своими губами, — запах отвратительный. Через футболку мнёт её грудь без лифчика. Потная рука ходит по чистому, ещё никем не тронутому телу Даши, очерняя её. Напористый поцелуй долбится в губы, рот и бьётся по зубам. Вероятно на следующий день будут синяки, а сейчас с губы стекает кровь яркого цвета. Вонючий, здоровый мужик при любом звуке, — будь то стон боли или вскрик, — давал громкую пощёчину. Когда Даша хотела отбиться от него, либо нарочно закричать, он бил ее по рёбрам… *** Комендантский час — время, после которого шуметь нельзя. За любой звук следовало наказание, которого избежать тяжело. — Виля, ну ты чего такая грустная, — подруга трясет ту за плечи, злясь. — У тебя выходной! А ты тут печальная сидишь. Из комнаты, вон, не выходишь. — Я правильно сделала, что нахуй прекратила общение с одним человеком. — Почему? С чего ты так думаешь? Он обижал тебя? Кира не на шутку перепугалась, а ещё очень заинтересовалась. — Нет-нет, что ты! — отмахивается руками и встаёт с кровати, ходя по комнате. — Он прекрасен. Очень милый человек, с ним приятно общаться, уютно комфортно. Чудесно просто, блять, но… — Но? — садится, свесив ноги, опираясь на колени руками. — Но я видела, как она целовалась с другим, когда была в её кабинете. Раннее я сказала ей, что мы не можем дружить и больше не планирую с ней общаться. Они обе молчали, а Виолетта сидела на полу, пряча лицо в колени, плача. Медведева вышла с комнаты, давая той выплакаться. … — Ви, Вилка! — крик, который слышать не хочется совсем. Она просыпается в… — Что это такое, блять? Со всех сторон белый свет. Это не стены, нет. Это пустота.