А когда бывает просто?

      Состояние Зинита при более тщательном изучении в уныние ввергало всё больше. Хотя Юго восхитился живучести тварей, что из разбитых колб повылезали.       — Кхм… Братец, может, всё-таки?..       — Отстань от них, пусть дальше повышают демографию, — отмахнулся Юго. В деревне он среди животных такое уже видел, так что зрелище не впечатлило, в отличие от их жажды жить. — Надо другие уровни ещё проверить.       Верхний порадовал громадной дырой в обшивке, «спасибо» неизвестному мехазму, примерно там же и скончавшемуся, и таким ветром, что сносило напрочь. Ещё и моросило… На нижнем всё поросло плесенью, причём плотоядной, и её уже всерьёз вознамерились спалить, чтобы отпустила наконец, но та внезапно выдала надпись на драконьем, что хочет жить.       Как оказалось, «говорила» на драконьем она куда лучше Юго, хотя общий всё-таки понимала. Адамай на это посмотрел, укоризненно сказал, что вот говорил же, что пригодится знание элиатропского и что даже плесень лучше язык знает, чем Юго, но всё-таки сильно возникать не стал. Только рявкнул разок… Юго поднапрягся и как-то знание из глубин памяти выудил.       Плесень оказалась на редкость умной и эрудированной.       Заодно подсказала, что в одном из отсеков рабочая кухня, так что жарить крыс на мече вакфу больше не пришлось, можно было жарить на сковородке.       Юго, к тому моменту уже озадачившийся учёбой, шансами порасспрашивать неглупого собеседника воспользовался по полной. Адамай время от времени тоже присоединялся, как и Юго к нему и Агуабриалу, но в основном близнецы пропадали каждый у себя.       Пришли, называется, вместе поизучать наследие своего народа.       — … Юго! Где тебя Дракон носит?.. А, нашёлся. Идём, ужин уже, — раздался где-то за спиной голос Адамая. Элиатроп поморщился: только-только мысль пошла, как сбили… — И тебя завтра Агуабриал просит, что-то нам обоим показать хочет.       Было пойманная идея снова убежала из головы, и Юго вздохнул, вытирая испарину.       — Может, потом? — с тоской поинтересовался он. — Мы только до рационализации дошли, а ты сам знаешь, как у меня с логарифмами и неравенствами…       — Да. А ещё я знаю, как у тебя с магией! — парировал близнец. — Кто учиться за тебя будет, уважаемая плесень?! — он шумно выдохнул и с сомнением посмотрел на серо-зелёный покров на полу. — Хотя она точно-то сможет…       — Ну Ад, у меня и так сейчас, считай, двойная учёба, и для магии польза, — решил Юго прибегнуть к самому убойному для большей части людей средству: виду маленького боу мяу с разумными аргументами. Большие просящие глаза получились без проблем, выражение физиономии — тоже, и «ушки» дёрнулись характерно. — Давай я тут с Распе разберусь, а потом к вам пойду, а?..       Не учёл элиатроп несколько вещей. Во-первых, любимый братец был не человеком, а драконом. Во-вторых, фокусы элиатропа он тоже давным-давно знал. В-третьих, категорически не переваривал манипуляторов, и в-четвёртых, в плане учёбы был упёртым на редкость, как армия бворков.       — Практика без теории слепа, — отрезал Адамай. — А тебя и без того заносит на поворотах. Сами с тобой пытались понять, у кого учиться магии, так давай возможностью пользоваться, пока можем, я второй раз сюда скоро не полечу. Хватит и того, что из-за шторма наружу не выйти… И ещё… Два вопроса. Распе? И что за барьер вакфу вокруг тебя?       — Распе — от «разумная плесень», — пояснил Юго. — А барьер, потому что она голодная и не вполне себя контролирует. Это я щит так растянул. Забыл, что ли?       Плесень виновато колыхнулась, и элиатроп махнул рукой.       — Да я не в обиде, говорю же. Ни в жизнь сам бы не разобрался… Слушай, может, потом поможем ей куда-нибудь в Запретный Лес перебраться? А то тут только крыс да тех монстров и есть… И то, через несколько десятилетий всё окончательно энергией потравится, — пессимистично закончил элиатроп.       Мастер Жорис всё же ошибался, какая-никакая экосистема на острове была, вот только адекватно функционирующей она не стала. Наверное, в одно из десятилетий затишья образовалось, а теперь как-то удержаться пытается…       — Ага, в компанию к твоему Солнышку… — пробормотал Адамай. — Вот тебе точно с Амалией под руку по жизни идти, цветовод-любитель ты мой. Ладно, давай, тем более Заап в Емельке как раз близко к лесу, по пути домой как-нибудь перенесём.              Учёбой Юго многие годы не озадачивался, но вот как озадачился — взвыл. Как и к всякому порядочному раздолбаю, светлая мысль учиться пришла к нему в голову под давлением суровой необходимости.       Для деревенского у него вообще образование было отличное, вот только понимания всяких экономических-политических-физических процессов было всё же не так много, только интуитивное, а ему свой народ ещё поднимать.       Вопрос, правда, где, если даже Зинит было проще спалить, чем восстановить до адекватного состояния, тем более что через Заап всё полезное уже на сожжённый Ома перетаскали, но братья малодушно решили этой проблемой озадачиться как-нибудь потом.       Поскольку сильно напрашиваться в королевство Садида не позволяла ещё живая совесть, Юго просто узнал там, какие пособия стоит для самостоятельной подготовки брать. В школу ему было поздно и бесполезно, но вот поступить в один из университетов стоило б.       — Бра-а-а-атец… Ты там живой? — зевнул Адамай, заглядывая через плечо в бумаги.       — Ага. Ади, отстань, я почти закончил, лягу скоро, — отмахнулся элиатроп.       — В одиннадцать ты тоже так говорил, — отметил белый дракон, и Юго пожал плечами. Хотя, поглядев, сколько времени, впечатлился. Близнец тем временем поглядел на исписанные листы конспектов: воды в гуманитарных пособиях было столько, что Огрест бы обрыдался от зависти — и то не хватило б. — Слушай, вот чего тебе именно в бонтарское отделение поступить стукнуло? Для нашего или аструбского ты уже достаточно знаешь, а в бракмарском заплати — и гуляй смело.       — Нам и так хватит, куда деньги с Ома тратить, не надо мне тут, — машинально возмутился Юго. Энутрофское воспитание из него с годами так и не делось никуда. — А почему бонтарское… Я король, мой дражайший братец. Мне или никуда не поступать в принципе, или же на лучшее, что может. Впечатление людское — штука гадкая, будут потом не раз вспоминать-припоминать, где учился, а неспроста там, выходит… То есть или Бонта, или Бракмар. Бракмар вариант был бы, но, во-первых, даже если платно пройду, то за меня учиться никто не станет, во-вторых, я спрашивал, там куда больше бумажек влияет личная рекомендация для выпускников, а диплом почти у всех, хотя это-то ладно, и в-третьих, я слишком с королевством Садида и Бонта связан, а князь бракмарский нас с тобой и так недолюбливает.       — Тебе знания или бумажку? — скептично поинтересовался близнец. — Поступи под выдуманным именем, куда можешь. Шапку свою на капюшон какой смени, волосы перекрась там, одежду другую… Не узнают, уж поверь. И учись, где хочешь. Чихать на впечатление.       Спорить с последним было трудно. Ассоциации у людей работали крепко, так что предложенный Адом вариант был вполне рабочим: если порталы не раскрывать, то разве что близкие знакомые признают.       Однако у Юго всё ещё оставался козырь в рукаве.       — Аструб готовит военных и прикладных рабочих, — возразил элиатроп. — А у нас в Амакне аграрии с менеджерами и экономистами. А вся радость обучения высшего общества, правителей и академической магии разом — или Бонта, или Бракмар. Так что да, братишка… В Аструб или Амакну я поступлю с лёг-кость-ю. Ответь, зачем.       На самом деле там проблем не было б. Юго прикидывал уже варианты. Аструб изрядно ценил практические испытания, и элиатроп как-то раз заглянул посмотреть. Пришёл к выводу, что смех, да и только… Хотя, с другой стороны, многие ли могли сказать, что со стражницей месяца дрались и живы остались? Джива так-то аккурат боевиком ещё была. Теоретические там в основном задачами шли, и такими, решение которых вполне бы нашёл. С отделением родины было похуже, что немного бесило, однако Юго всё же неплохо соображал в сельском хозяйстве и экономике, сказывались условия воспитания.       Вот только…       Не это всё надо было элиатропу.       Да, ему очень нужно знать практику, всякое производство и даже способы защититься от монстров и прочее. Сельское хозяйство и экономика? Даже не смешно, ему с братом с нуля страну поднимать, и чем-то ораву надо кормить и общество снабжать, запасы на Ома вполне себе конечные.       Однако главная проблема была не в этом… Он огрестовым руководителем будет.       — Как вариант, узнать что-то правда полезное, а не как языком чесать, — озвучил Адамай мысли самого Юго. Однако не все.       — Поправка. У нас проблема, помимо отсутствия опыта руководства, аккурат в чесании языком, — возразил Юго. — И магии. В ненаглядной парочке программы составлены с учётом того, что обучение проходят наследники знатных родов и крупных территорий, расспросил я нескольких выпускников. Общее представление о том, что преподают в Аструбе с Амакной, там дают, а в конкретике я сам разберусь. Плюс можно обзавестись связями. К тому же там преподаётся на академическом уровне магия. А с этим нам очень надо разобраться.       — М-да… И на Агуабриала-то не насесть с этим? — задумчиво почти согласился Адамай, и Юго чуть довольно улыбнулся. Способности у них обоих были очень сильные… Понимания, как их раскрывать, толком не было. Так ещё и среди элиатропов была маготехнология распространена. — Но здесь мы и частично сами можем справиться, к слову.       — Озеро Аркен.       — Туше.       Случайно созданного монстра удалось выгнать в океан только через месяц. Юго искренне надеялся, что никто не озадачится, откуда он взялся. Ещё лучше было б, не вылезай тот вовсе на белый свет, но что-то подсказывало, что и в недрах океана ему будет кого пугать: как минимум суфокийцев.       С тех пор с самостоятельным освоением нетипичной магии решили быть поаккуратней. Тем более что и душа-то требовала скорее что-нибудь разносить: или противников, или чужие ожидания.       Ну а то, что магия элиатропов криво-косо, но подчиняется тем же законам, что вывели в Мире Двенадцати, близнецы давным-давно выяснили.       — Так что, братец, отстань. Хватит с меня уже позориться, и так три раза заваливал вступительные. Теперь-то добью!       — Своё здоровье и моё желание жить ты добьёшь раньше, — пробурчал Адамай. — И что-то тебя не смущает, что для репутации трижды проваливаться — не есть хорошо. А, мой озадачившийся производимым впечатлением близнец?       Последнее чётким ответом Юго решил не комментировать.       — Посмотрим.       — Может, в Бракмар пойдёшь, и плевать на всё? Серьёзно, я не шучу. Под своим именем тебя поступать не заставляют, а мы в средствах не настолько стеснены.       — Ни камы никому не отдам! — яростно отрезал Юго — Хватает, что меня в Бонта все три раза активно на курсы посылали!       Адамай чуть нахмурился.       — Так. А тут подробней.       — Да ерунда. Я не спорю, что заваливаюсь честно, но как-то неохота выкладывать немаленькую сумму на курсы при университете, после которых, — элиатроп не сдержал сарказма в голосе, — все поступают. Кстати, и правда все, кого в процессе не отсеяли, здесь без хитростей. Но я лучше дальше сам свои мозги помучаю.       А говорят, город добра и света, коррупции нет… Ха-ха. Не бывает безвыходных положений, бывает мало фантазии.       Юго был не один такой упрямый, так что попадал в тот поток конкурса, где конкуренция была наибольшая. Ну а там благополучно пролетал раз за разом.       — Быстрее будет приёмную комиссию помучить.       — По-моему, Ад, ты становишься мизантропом, — подпер Юго голову рукой.       — С тобой, братец, надо сразу становиться Момором, — отозвался Адамай.       А следом резко погасил лампу.       — Эй!       — Спать иди, кому говорю!       — Ади, ты же меня любишь?..       — Ага. И потому брысь в кровать!       — Братишка…       — Альберту расскажу!!!              От новости, что Амалия выходит замуж за Харебурга, хотелось, мягко говоря, убивать.       На языке, как всегда, вертелось несколько вопросов, которые очень хотелось задать, но пока не стоило.       Например, за сколько же стало известно о волне, что с Фригоста успели прислать сватов и всё организовать, но при этом ни Амалия, ни Арманд не нашли времени просто маякнуть, что у них там проблемы с океаном.       А у Юго и Адамая, между прочим, шесть дофусов их народа. Даже если полный круг не брать, что-нибудь успеется.       Нет, был вариант, что узнавали всё в цейтноте, и сватов прислали практически сразу же, когда времени уже не было на выбор. Однако тогда вопрос, почему Харебург оказался заранее в курсе. О-о-о-очень интересный вопрос…       Ещё был вопрос, а не сошёл ли случаем с ума сын короля садида. У Харебурга для послужного списка и копать ничего не надо было! Гнев Джауля навлёк, с ума сошёл, на деревья садида буквально несколько лет назад покушался в Пандале, ту же Пандалу пытался завоевать, на Фригосте время остановил, на Амалию заглядывался с её совсем подросткового возраста…       Как-то многовато уже было, чтобы Арманд сестру со спокойной душой отпустил, даром что на кону королевство. Знал его Юго, извернулся б в крайнем случае…       С другой стороны. Чудить что-то элиатропу никто не запрещал. Оставалось найти вдохновение.       Юго не знал, готов ли отпустить Амалию, если она искренне и свободно кого-то ещё выберет, однако в треклятый брак по расчёту — точно нет.       Злость, тем не менее, внутри кипела чёрной смолой, от самокопаний уже хотелось закопаться на самом деле, так что Юго опробовал любимый метод близнеца. Изливать всё другим, отравляя настроение, а там авось полегчает.       Как ни странно, сработало и отчасти понравилось, однако пришлось притормозить. Ибо когда даже Адамай странно косится с немым вопросом, всё ли нормально… Показатель.       Ну и на себя тоже немного позлиться пришлось. Арманд так-то был почти прав, у Юго и правда агентурная сеть нарисовывалась. Исключительно по мелочи чем поделиться, но и это уже немало. И вся ситуация бы не произошла, будь у него кто-то на Фригосте! Вот давало же мироздание аж две возможности, после боя с Дживой да когда от неё же через пару лет возвращались, чего не воспользовался, балбес?..       Или бы пошло всё изначально совсем по-другому, будь в королевстве Садида люди чуть говорливее, а сам Юго — не свали вместе с Адамаем на Зинит на две недели. Буквально на днях вернулись, а тут вот…       Грррррр.       Ладно. Раз не удалось сделать всё заранее, будем работать по обстоятельствам. Мнение Амалии насчёт Харебурга на этом этапе Юго, как ни странно, не интересовало: проблемы стоило решать по мере поступления, а чуйка подсказывала, что найдёт элиатроп что-то интересное.       Нашёл, и даже легче, чем обычно. Юго даже посетовал мысленно в очередной раз, что к Амалии кто-то действительно нормальный ещё не сватался. Чисто из спортивного интереса…       Вот только за относительно спокойные годы подзабыл, что по законам жанра обязательно случится что-нибудь эдакое.              Тристепану, оказавшемуся богом, безусловно, много что можно было сказать, однако ещё стоило решить вопрос с экспроприированными дофусами.       — А я говорил, что надо их у себя держать.       — Ад, не трави душу, а?       Так что к другу на данный момент пришлось ограничиться словами, что для самого Юго он всегда тем же останется. Почему на Тристепана начала катить бочку Амалия, элиатроп ещё мог понять, а вот что с Евой, кроме тревоги за подругу — уже, мягко говоря, не очень. Однако, несмотря на все свои достоинства, клонироваться элиатроп ещё не научился и быть в двух местах одновременно — тоже. Ад помогал, но не особо.       То, что верной оказалась всё-таки теория об антибожественном заговоре, а не божественном, Юго скорее порадовало. То, что хмыри угрожают дофусы расколоть — нет. С шантажистами переговоры вести было в долгосрочной перспективе бесполезно, так что всё в итоге свелось к древнейшему методу решения разногласий.       Адамай и Отомай со своей стороны тоже справились, хотя и вернулся братец чуть пришибленный.       Волна тем временем подбиралась ближе, Панпана продолжали пилить, и Юго в итоге не удивился, что тот направился бить морду Огресту.       Адамай рядом с шумом и лёгким ужасом выдохнул. Не иначе, вспомнив давнюю болтовню, когда отлёживались после Дживы.              То, что любимый братец — тот ещё шантажист, Юго и без этого знал, однако на душе всё равно было гадко, даром что сам пытался его из равновесия вывести. Однако до такого доводить не хотел, а чувствовать себя сволочью было, мягко говоря, неприятно.       Разорваться бы на две части… Чтоб и Панпану успеть, и братца поймать, пока ещё поговорить можно… Однако клонироваться Юго не умел, двойники при активации дофусов были не иначе как галлюцинацией, а бой не ждал.       Еве, правда, всё равно хотелось напоследок сказать, что совсем не удивлён, что Панпан ушёл от такого отношения с Огрестом сражаться, но это было не совсем дело Юго. Так что язык прикусить получилось.       Во время боя Юго чувствовал себя так, будто правит несущуюся во весь опор телегу с пьяными индюдраками, причём несущуюся по лабиринту. Так что конец боя… скажем так, не удивил.       Юго только нервно подумал, что шутка насчёт того, что Зинит быстрее в топку отправить, чем восстанавливать, уже не такая забавная.       Если использование дофуса было похоже на езду с пьяными индюдраками, то ощущения после битвы — уже на похмелье, насмотрелся Юго давно в таверне, к неудовольствию отца. Мелькнула усталая мысль, что наверняка братец так и скажет, что он говори-и-ил… Если только уже не мигрировал в Шукрут по старой угрозе.       Хотя вроде не там. Ну и слава Богине.       Изначальные драконы рядом тихо пытались отойти от боя и ещё не могли понять, что свободны. Агуабриал, старый учитель, был вроде пободрее остальных, но и он ограничился разве что шумным облегчённым выдохом. Глядя на то, как Огрест возвращает драконам их дофусы, Юго окончательно осознал, что всё-таки маяться со своим проблемным ворохом не хочет.       В самом деле, у него иногда создавалось впечатление, будто у него мать с отцом не два первобога, а воплощения неприятностей. Больно жизнерадостно те сыпались на всё, что было связано с элиатропами.       Игнемикал тем временем выдохнул клубы дыма на Голтарда, иоп же в ответ похлопал дракона по морде и что-то сказал насчёт поболтать позднее.       Вспомнились рассказы Агуабриала, что красный дракон так-то среди людей жил и как раз с Голтардом долго шлялся.       А ещё — что их банда в своё время собирала дофусы из-за угрозы какого-то конца света. То есть Голтард точно в курсе, что из себя драконьи яйца, даже в полном кругу, представляют.       Голтард решение комментировать не стал, только кивнул и сказал, что польщён доверием.       В принципе, особой опасности один Хаос Огреста не было. Дофусы или Юго, или Аду, или Бальтазару подчинятся, все прочие родичи либо мертвые, либо малолетние. Как источник энергии, всё-таки ещё послужить могут, но это и Голтард себе на пользу может направить, если дракой защищать придётся.       Хм. Насколько есть смысл ругаться Огрестом и Хаосом Огреста, если Огрест, мелочь лопоухая, сейчас рядом стоит?              По счастью, выкинуло их в сравнительно удачном месте, так что до королевства Садида добрались бы быстро, найти б только подходящее пересечение рек вакфу. Юго торопился, так как свой дурной организм знал: это пока он бодрый, а потом с истощением свалится и днями кряду колдовать не сможет — так что искал торопливо, таща за собой Тристепана.       Аргх, ну что он такой тяжёлый!       И ведь даже не несут его, он просто опирается!       Сам иоп, отдавший божественную силу Голтарду, начал потихоньку проваливаться в объяснения и депрессию. Человеческие чувства Юго всегда чувствовал неплохо, однако терпения и времени быть утешителем особо не было. Желания давать приятелю тонуть в мыслях — ещё меньше.       Кончилось всё тем, что элиатроп не выдержал и сказал, что в самом Юго с Адом вообще с обеих сторон смертных не отметилось, и ничего, живут бодро среди людей, а если Панпан насчёт памяти переживает, то в ответе мог бы считаться, если б изначально помнил. А так пусть разбирается, как знает, только пусть учтёт, что большинству отпрысков Иопа блудный папаша к Шукруту не сдался, так что многие ситуации лучше просто отпустить. И сам Тристепан за прошлые воплощения не в ответе!       Друг в ответ резонно спросил, а почему тогда сам Юго с братцем мается над возвращением элиатропов, если мог просто забить и жить в Емельке, тем более что грушей для битья родичами с начала времён назначен.       Насчёт последнего у элиатропа и так было смутное подозрение, но окончательно принимать его реальным было как-то уныло. Так что Юго вздохнул и честно сказал, что у него шило в одном месте, вот на месте и не сидится. Да и не так уж и мается, к слову, в основном как к делу приходится.       Тристепан объяснение более-менее принял, хотя элиатроп чуял, что бу-у-у-удет ещё раз эпичное объяснение ученика-отца с учителем-сыном. Законы жанра, что поделать. Жизнь иногда заворачивала в сторону мыльных опер.              Самому при этом стать жертвой мыльной оперы не хотелось. Даже если мелодрама вроде как не грозила ещё.       Однако…       Возвращение в королевство Садида ознаменовалось тем, что Адамая не было.       Вот нигде поблизости. Юго обшарил всю округу, а когда ничего не нашёл, только мелькнула где-то знакомая злость очень далеко. За неимением лучших вариантов элиатроп близнеца позвал.       В ответ получил рык захлопнуть пасть.       Юго подумал, что ослышался, так что позвал ещё раз. Вторая тирада была длиннее и красочнее первой, а следом Адамай вообще перекрыл со своей стороны узы.       На этот раз Юго решил, что на какой-то срок и впрямь безопасней отвалиться.       У Ада, конечно, бывали перекосы в речи, но книжные, а таких выражений он себе никогда не позволял.       Так что звать элиатроп близнеца не звал, да и не мог толком, однако искать от этого не перестал.       Ади упорно не находился, и Юго с тоской вспоминал, как забивал на предложения близнеца поиграться со связью или позаниматься видением вакфу.       На свадьбе Панпана и Евы, насчёт которой в своё время долго иопа подкалывал и даже помогал немного определиться с предложением, Ад тоже не объявился. Разок его удалось почувствовать поодаль, но ушёл он раньше, чем Юго до него добрался, а дальше и след душевной боли и злости растаял.       Стоя на холме вдали ото всех и тупо смотря на примятую траву, элиатроп наконец понял, что перед братцем виноват изрядно. И очень, очень сильно накосячил.              Дома новость закономерно восприняли так себе, но в долгосрочной перспективе винить не стали. Один-единственный вопль Гругала, за который младший брат потом извинился, считать не хотелось. Настроение и без того было — хоть в депрессию сваливайся и не вставай с кровати.       Помогало только родимое упрямство и осознание, что братец тоже упрямый, а значит, если ушёл с кем-то, то едва ли перебесится и вернётся сам.       А ушёл он с кем-то, как бы вовсе не с той Эхо. Хотелось даже надеяться и верить, что братец разыграл всё и использовал возможность увидеть «антибожественный заговор» изнутри, однако такое было слишком цинично даже для Юго.       Тем более что младших-то осознанно трогать близнец бы не стал. А они его уходом слишком расстроились. Видеть, как они тонут, было невозможно, но всё же кое-как вместе с отцом вытащили.       В процессе, правда, Юго в какой-то момент подумал, что утонул уже сам, но это была ерунда, заслужил и справится.       Поскольку истощение никуда деваться не планировало, пришлось сидеть дома, изнывая от безделья, целый месяц: дураком, чтобы отправляться в путь, когда больше половины порталов схлопываются, Юго не был. Не то чтобы безделье было полным, сгодилась на что-то куча его знакомых, так что удалось в итоге узнать, что ушёл Адамай и правда с Эхо.       Насчёт Эхо тоже успелось много чего интересного найтись, однако не ответ, куда эта гадина Ада увела.       Так что, когда магия вспомнила, что вроде как должна слушаться хозяина и Юго убедился, что не убьётся в пути, он отправился искать Адамая.       Подумаешь, Мир Двенадцати обшарить… И окрестные измерения…       Оптимистичная фаза медленно переходила в депрессивную, но элиатроп старался не унывать.