three days

      Он не знал насколько правильно поступает, сидит и, вместо сложных алгоритмов, решает в голове дилемму, что не дает ему обрести баланс между моралью и наукой. «Это все ради Эмбер» – безостановочно крутилось в голове. Кто бы мог подумать, что его маленькая дочурка, которая еще вчера упрашивала папочку, чтоб тот покатал ее на плечах, уже сегодня состоит в опасной организации. И кто ее окружает? Инопланетяне? Бред.       Мистер Смит не мог уснуть от этой мысли всю ночь. Да и, признаться, во время поездки в закрытую лабораторию, что находилась за городом, тоже все никак не мог отделаться от гнетущего чувства тревоги. Почему она ничего не рассказала? Чем она вообще там занимается? Вдруг ее держат насильно? Угрожает ли ей опасность? А если все гораздо безобиднее, чем кажется? А может все это просто один сплошной розыгрыш?        Он не находит себе места, когда в очередной раз вдыхает смесь терпкого табака и горячего испарения машинного масла. Тень сомнения все не покидает мужчину, а внутреннее чувство интуиции с каждым новым хмыком капитана все сильнее и сильнее рвется наружу с криком «Убегай!». Но убежать он вряд-ли сможет. Теперь точно нет. Все, что сейчас остается ему – лишь мысленно винить себя за содеянное.        — Здравствуйте, молодежь, — демонстративно громко поздоровался мистер Смит, но в ответ услышал лишь тишину, — эй, ребята, тут кто-то есть?        Из-за дивана выбежал фиолетовый кот и, что было силы, набросился на непрошенного гостя. Мужчина не ожидал, завопил и постарался оторвать животину от себя, но, к его удивлению, не смог противостоять силе кота.        — Фидо! Фидо! — послышался юношеский голос, — прекрати, кому говорю! — парень ласково обвил руками необыкновенного кота и с легкостью оттянул его от пострадавшего мужчины, — Вы извините его. Он у нас немного дикий, — тот отпустил животное, что быстро убежало обратно, а затем постарался натянуть правдоподобную улыбку, в которую Смит не поверил ни на секунду, и протянул гостю руку, помогая подняться с пола, — Вы отец Эмбер, правильно?        — Так, — мужчина одобрительно качнул головой вниз, но не поднял ее обратно, совсем немного наклонился и начал стряхивать пыль с черных брюк, — а Вы, молодой человек, кем ей являетесь? — мистер Смит закинул голову, чтобы иметь возможность посмотреть в глаза подозрительному парню.        Тот заметно замялся, поджал губы, но мгновенно расслабился, услышав за спиной быстрый шаг, что больше походил на бег:       — Дядя Сэм! — радостно мчалась Миранда. Она, по видимому решив, что пора спасать ситуацию, выскочила из соседней комнаты и без лишней скромности набросилась на шею отцу подруги, — а как Вы нас нашли? Что, вместо Эмбер сегодня пришли? — девушка очаровательно рассмеялась, отчего мужчине пришлось сбавить обороты напористости.        — Эмбер рассказывала, — быстро соврал мистер Смит – он повторял это алиби всю дорогу, — но сегодня она не придет, у нее свидание с Тоддом, так что, пользуясь возможностью, я решил наведаться в логово ее друзей и узнать, не говорила ли она вам, чего бы ей хотелось на день рождения? Все таки восемнадцать лет, красивая дата, нужен подарок соответствующий. Но разве она мне скажет? Я старпер, по ее мнению. А вот вы могли бы мне помочь.        Ребята переглянулись, натягивая неловкие улыбки: оба, казалось, не до конца верили в выдуманную сказку:       — Конечно, проходите, — Рэй махнул рукой в сторону комнаты и доброжелательно провел гостя внутрь, — может Вам чай сделать, чтобы было приятнее провести время?       Мистер Смит с прищуром осмотрел незнакомого паренька, а затем вежливо улыбнулся:       — А ты мне нравишься больше, чем этот ухажер Тодд. Не в обиду, но какой-то он щуплый, — мужчина по отечески рассмеялся, наблюдая за реакцией остальных, что тоже принялись неловко похихикивать, — попробуй ее сводить на свидание. А насчет чая, знаете, не откажусь, — наконец ответил мистер Смит и плюхнулся на диван.        Рэй, вновь переглянувшись с Мирандой, качнул головой в сторону кухни, негласно позвав девушку за собой. И пока горе-изобретатели старались тихо, чтобы отец Эмбер не смог услышать, выяснить истинную причину визита мужчины, сам же мистер Смит втихую развесил несколько жучков и вставил какую-то карточку в голову какого-то робота – он не совсем понимал что и для чего делает, но раз уж таковым было задание, его пришлось исполнить, – и подытожил все несколькими вытащенными папками из под рабочего стола, где была детально описана вся информация о прибывших пришельцах. Кажется, это был почерк Эмбер. 

///

      Так неправильно. Так нельзя. Так не должно быть в отношениях. Но разве отношения с Сарой это не исключение из всевозможных правил? Они обе девушки. Изо дня в день прикидываются чужими людьми и делают ужасные вещи, чтобы никто не догадался о том, насколько они значимы друг для друга. Воннегут – Королева школы, а Смит деревенская оборванка. Саре по ковровым дорожкам ходить, а Эмбер ковыряться в мазуте. Таким по определению не суждено быть вместе. Но они исключение. Может, вчерашнее удушение тоже таковым было?        Смит не нравится вспоминать об этом, ведь каждый раз, будто на живую, она чувствует, с какой силой холодные пальцы сжимают ее тонкую шею. На деле, это конечно же душат слезы, но от этого, признаться, не легче.        Этим утром она завтракает без глупой улыбки, успевает поссориться с мамой по поводу вечеринки и того, что прилежные девочки не ходят на тусовки посреди учебной недели, а затем напихивает в рюкзак побольше вещей, которые смогут ей приходится этой ночью в доме у Шерил, и, хлопнув дверью, уходит из дома.       Учебный день, к сожалению, пролетает не так же мгновенно, как каждая встреча с Воннегут. На физкультуре ей прилетел волейбольный мяч в лицо, а в перерыве между физикой и литературой пришлось, что есть силы, бежать в другой корпус, чтобы словить учительницу химии и, сломив гордость, просить у нее прощения, в надежде на то, что та даст возможность переписать контрольную работу.        Но все плохое рано или поздно кончается. Конечно, кроме неиссякаемого источника язвости внутри Сары:       — Ну что, деревня, уже позвала всех своих дружков? — насмешливо поприветствовала Смит Королева.        — Позвала, — обреченно вздохнула Эмбер, устало натягивая лямку рюкзака на плечо.        Воннегут отчего-то поджала губы:       — И где море радости? — выгнув одну бровь, недовольно спрашивает она.        — Я очень рада, — безэмоционально ответила девушка и без страха подняла взгляд на Сару – кажется, этим утром ей нехило прилетело.        — Оборванка видимо не понимает, какой шанс ей выпал и считает себя самой крутой, — со спины послышалось шипение Шерил, — надо бы ей преподать урок.        Девчонка уже намеревалась засучить рукава, как вдруг ее остудил холодный голос и поднятая рука:       — Пасть закрой, — Воннегут кинула на подругу брезгливый взгляд, — будь выше этого. Ведешь себя жалко, — выплюнула девушка и даже не усмехнулась, заметив, как темная кожа афроамериканки начинает несвойственно белеть, — а с тобой, Смит, увидимся на вечеринке, — грозно очертила Сара и на носках развернулась в сторону выхода.        Эмбер смотрела ей вслед и смаковала ее слова, как что-то новое. Словно диковинный фрукт, привезенный с Марса, что совершенно не похож ни на одну земную ягоду. Что это было? Заступилась? Или унизила еще сильнее? Что ж, в любом случае это было необычно.        На вечеринке они действительно увиделись. Правда не сразу. Точнее Королеву дискотеки, что отжигала со всеми подряд в середине танцпола и вовлекала в танец только самых крутых ребят, заставляя остальных посвистывать в очереди, Эмбер заметила, как только вошла в зал, а вот деревенскую замухрышку, которая вообще-то постаралась выглядеть сногсшибательно в новом платье, что помялось в рюкзаке, первые полчаса Сара не замечала. По крайней мере, так казалось Смит.        Пунш рекордно быстро ударяет в голову и, вот, Эмбер уже хватается за сильные плечи Рэя и пошатывается в такт музыке, глупо хихикая от его рациональных инопланетных умозаключений. Хотя, признаться, Смит казалось, что все мужчины на этой планете дарованы подобной «звездной болезнью».        — Ну как тебе вечеринка, красавчик? — из-за спины появляется Шерил, встречая Эмбер гаденькой улыбкой.        — Признаться я раньше не был на вечеринках, поэтому не могу по достоинству оценить твой вечер, — в своем стиле ответил Рэй, отчего девушке, что едва ли не висела на нем, стало совсем весело.        Хозяйка дома недовольно хмыкнула, заметив, как парень приобнял подругу за талию, чтобы та не увалилась с ног:       — Ты никогда раньше не был на вечеринках?       — Увы, семья конечно устраивала приемы, но они были для взрослых членов общества.        — Приемы? — протянула Шерил и рассмеялась, — всегда мечтала оказаться в высшем свете.        — Поверь, это не столько захватывающе, как…        Рэй не успел ответить, его внимание привлекла грозовая туча в виде Сары, что, сжимая бокал, грозным шагом направлялась в сторону обнимающейся пары. Внутреннее чутье не подсказывало ему абсолютно ничего, а вот умение анализировать кричало о надвигающейся опасности.        — Деревня уже и главного красавчика себе забрала? — Воннегут старалась звучать издевающееся-нормально, но неприятный холод в интонации словно стальной цепью ударил по хребту Эмбер, отрезвляя и заставляя отпрыгнуть от пронзающей кости боли в сторону, — быстрая же ты, Смит, — Сара перевела взгляд на девушку, которая постаралась слиться воедино со стеной и, словно молотом, прибила ее к штукатурке, когда встретилась с ней взглядом, — вчера с Тоддом на свидание ходила, сегодня с Рэем обжимаешься. Парень не ревнует?       — Мы не встречаемся… — по телу прошла дрожь, когда на чужом лице появился хищный оскал.        — Даже так, — хмыкнула Воннегут, — валите, — Сара безразлично качнула головой в сторону парня, когда подруга уже была готова наброситься на Смит и перекусить ей глотку ради хорошего зрелища, — я разберусь.        Шерил разочарованно выдохнула. Но тоски ее хватило ровно до того момента, как Рэй галантно взял ее под руку и увел вглубь зала. После этого жеста дальнейшая судьба какой-то там деревенщины ее уже не беспокоила.        А Эмбер было бы неплохо позаботиться о себе. Громкая музыка на фоне стала белым шумом, что совершенно не успокаивал психику. Воннегут молчала и это молчание заставляло каждый орган внутри сжиматься. Смит несмело окинула девушку взглядом – красивая настолько, что Эмбер даже разрешила бы ей убить себя в эту ночь. Хотя, глядя на то, как Сара принимает свою фирменную позу, сложив руки на груди, кажется, именно этим она и собиралась заняться.        — Чего стену подпираешь? — наконец заговорила Воннегут, — не бойся, не упадет.        В этом была привычная Саре язвость, но не было раннего холода, благодаря чему Смит даже смогла вздохнуть в пол груди.        — Что ты хочешь? — говорит Эмбер и быстро, в страхе, опускает глаза вниз, ища на полу спасение.        На лице Воннегут выступают желваки. Она хочет сказать что-то грубое, что-то, что прямо сейчас заставит Смит разбиться, словно хрустальный бокал на выпускном, но она сцепляет зубы крепче и с рыком отвечает:       — Поговорить. Не здесь. Много ушей.        И Эмбер повинуется. Безмолвно кивает и следует за девушкой, поднимается на крышу и мысленно надеется на то, что Воннегут не сбросит ее оттуда.        — Красиво тут… — старается смягчить грядущий разговор Смит и присаживается рядом с Сарой, — так… о чем ты хотела поговорить?        Девушка переводит тяжелый взгляд на другую и глубоко вздыхает, прежде чем набраться сил, чтобы открыть рот. Слова застряли в горле и впились шипами в глотку. Но Воннегут и их проглотила, забирая вместе с теми и подступившее чувство тревоги.        — А как ты поняла, что я тебе нравлюсь? — нехарактерно тихо спросила Сара.        У Эмбер от этого вопроса, казалось, запищало в ушах. Она больше не слышала приглушенные бассы из дома, не замечала свет от звезд и не чувствовала ночной прохлады. Так много слов сейчас сменялись у нее в голове и так мало она могла соединить в одно лексически правильное предложение.        Смит смотрит на Воннегут и искренне не понимает, к чему был задан этот вопрос, но вместо причитаний, неуверенно, но честно признается:       — Не знаю… — она слышит обреченный вздох и спешит оправдаться, — ты просто показалась мне особенной. Не такой, как все эти напыщенные индюки. Я будто сразу почувствовала, что в тебе есть что-то более глубокое, настоящее. Хотелось узнать тебя, понять тебя. Сначала мне казалось, что это невозможно, а потом я поняла тебя и на душе будто лучше стало.        Сара вновь надолго замолкает, а Эмбер живо моргает, в страхе, что сказала что-то лишнее, что-то, что могло расстроить Воннегут. Она пару раз предпринимает попытку что-то добавить, но так и закрывает рот на выдохе, с каждым разом все сильнее щелкая пальцами.        Но девушке в моменте это надоедает и она резко накрывает руки Смит своей ладонью, якобы безмолвно приказывая остановиться. Эмбер замирает, лишь поднимает на другую взгляд полного непонимания и вздрагивает, когда Сара пододвигается ближе и обнимает ее одной рукой, чтобы плотнее прижать к себе.        — Я хочу, чтобы ты знала, — тяжело начинает Воннегут, а Смит уже каждой своей волосинкой напрягается, — ты мне нравишься, Эмбер. Что бы ни произошло сегодня, правда нравишься.        Слова пьянили сильнее алкоголя и свежий воздух уже не спасал. В глазах поплыло уже от первой фразы и дальше Смит слушала уже в пол уха. Сара ей признается. Нет, вы себе можете такое представить? Она сидит рядом с ней в самом романтическом месте, которое вообще можно было найти, обнимает ее одной рукой, прижимая к себе, и признается в чувствах. Для Эмбер все эти факты несопоставимы настолько, что она скорее поверит в то, что попала в алкогольную кому и видит прекрасные сны.        — А что-то должно произойти сегодня? — она расценивает фразу Воннегут, как шутку, а потому не воспринимает сказанную вскользь фразу всерьез.        Но Сара в ответ многозначительно молчит. Она кидает взгляд на девушку, будто бы так ей удасться найти правильный ответ, а затем отрицательно качает головой:       — Нет, конечно нет, — Воннегут сильнее прижимает девушку к себе и мягко целует в висок, — что может произойти?        — Курц! Он сошел с ума! — не успела ответить Смит, как услышала крики из двора.        — Что там происходит? — нахмурилась Эмбер и спустилась по крыше чуть ниже, чтобы разглядеть происходящее на улице, — какого хрена?! — возмутилась девушка и принялась карабкаться обратно наверх.        Воннегут подала ей руку и вытянула к спуску в дом:       — Что там произошло?        — У него посох! — начала кричать Смит.        Она спускалась по лестнице вниз так быстро, что иногда пролетала ступеньки и больно ударялась о них коленками.       — Эмбер, стой! — спустившись следом, закричала Сара. Девушка остановилась и развернулась в половину плеча, всем своим видом показывая, что времени у нее совсем мало, — разве они не разберутся без тебя?        — Куда им без меня, — заявила об этом Смит как факт, а не попытка показаться круче в глазах Воннегут, — сиди в доме, по возможности отойди от окон. Хорошо?        Воннегут поджимает губы. Она редко попадает в ситуации, когда не знает что делать, а потому лишь растерянно кивает головой и провожает девушку взглядом, так и не решившись ей ничего сказать вслед.        Во дворе уже образовалась толпа зевак, что наблюдала за противостоянием Рэя и Курца. Большинству из них все это казалось массовой галлюцинацией или очередным передозом, те, кто до сих пор не сомневался в своем здравом рассудке, тихо перешептывались.        Сквозь эту кучу еле протиснулась Эмбер. Кто-то ее окинул обидным словом и толкнул назад, но когда сзади послышался приказ Воннегут о том, чтобы девчонку наконец оставили в покое, очередная попытка попасть на место происшествий увенчалась успехом.        — Что ты творишь? — Смит перегородила Рэя и оказалась в нескольких метров от потенциального убийцы, что неумело размахивался посохом, желая доказать свою значимость, — успокойся, отдай его мне! — девушка сделала шаг в сторону Курца и лавка зрителей зашептались с новой силой.        — Я д-д-докажу, что я чего-то стою… докажу…        — Ты не понимаешь, что творишь, отдай обратно!        — П-понимаю! Я п-понимаю и х-хочу этого!        — Откуда ты взял посох? — послышался со спины голос Рэя.        — Н-н-н…        — Нашел?        — Н-не твое дело, — хмыкнул Курц и стукнул по посоху, заставляя его гореть синим пламенем.        Галерка в ужасе завопила. Кто-то начал заикаться насчет полиции. Или родителей.        — Слушай, — постаралась спокойнее говорить Эмбер, — отдай посох. Мы все решим мирным путем.        — Знаю я ваши мирные пути! — парень еще раз махнул посохом и нечаянно коснулся огнем предплечья девушки, отчего та отскочила в сторону, прижимая холодную ладонь к ожогу.         В толпе показалась светлая макушка. Сара качнулась в сторону дороги, но так и не смогла преодолеть себя и сделать шаг вперед. Она стиснула кулаки и поджала зубы. Не моргая, наблюдала за тем, что будет происходить дальше.        — Эмбер! — крикнул пришелец, ловя подругу, — оставь его, — на тон тише сказал Рэй, — в посохе есть чип, который уничтожает потенциального грабителя. Если Курцу суждено умереть сегодня, значит таковому и быть.        Смит не поверила в то, что услышала. Неужели тот добрый и вечно правильный Рэй вот так просто соглашается со смертью невинного человека? Ей не хватило сил на то, чтобы возразить, все внимание переключилось на жгучую рану, из-за чего девушка больше не слышала лепет террориста и тихое тиканье посоха.        Секунда, две и Курца разорвало на части. Кого-то на заднем фоне стошнило от увиденного. Ноги уже совсем не держали, точно так же как и инопланетный принц, отчего девушка попросту упала на землю, рассматривая останки. Рэй хладнокровно забрал окровавленный посох и несколько раз тряхнул его, чтобы тот вновь перестал светиться.        — Идите в дом. Тут не на что смотреть, — сухо буркнул вышедший из толпы Джейкоб.        Все ребята, кроме супер-команды и Воннегут, кинулись с криками в дом. Каждый думал о своем. Каждый проживал увиденное по своему. И пока парни вместе с Урсулой рассматривали Курца… точнее то, что осталось от него, Миранда вместе с Сарой кинулись к Смит и вдвоем подняли ее на ноги.        Хэмпшир хотела обнять подругу, но Воннегут грубо отпихнула ее, позволяя Эмбер полностью облокотиться на нее.       — Как ты? — Сара обвивает талию девушки руками и старается не задеть раненую руку.        — Он мертв, — словно завороженная прошептала Смит.        — Он хотел убить нас всех, — в оправдание бесчеловечного поступка, сказала Воннегут.       — Он мертв, — так же безэмоционально проговорила девушка утыкаясь в грудь другой.        В окне Сара замечает перешептывающуюся свиту. Ей стоит оттолкнуть Эмбер, кинуть ее обратно на асфальт и обвинить в том, что из-за нее умер человек, но она не может. Смотрит в насмешливые глаза и не может перестать прижимать девушку сильнее. Она не понимает, что такое влюбленность, не осознает, как определить симпатию от жажды хорошего отношения к себе, но точно знает, что впервые переживает за кого-либо, кроме себя самой.        — Нам нужно вызвать скорую! — завопила Миранда.        — Нет, — строго ответил Тодд, — с этим, — он брезгливо окинул остатки Курца, — мы разберемся. Окажите Эмбер первую медицинскую помощь. В доме. Сара, будь полезна хотя бы раз, занеси ее в ванну и найди аптечку.        У нее нет желания язвить – этому девушка удивляется, когда после нескольких указаний Монтгомери наконец делает боль Смит менее невыносимой. Потом, когда уже Эмбер наконец приходит в себя и даже говорит о том, что чувствует себя сносно, Сара обязательно отыгрывается на командировании Тодда и, тем не менее, не позволяет никому беспокоить Смит и, тем более, обижать ее неприятными словами.        Толпе перепуганных школьников она, будто пропагандой, внушает о том, что Курц сбрендил и хотел убить каждого мучительной смертью, а Эмбер, как единственная смелая из всей шайки пьянючих подростков, вышла ему наперекор, за что и поплатилась. Это сделало Смит «крутой» в глазах большинства ребят. Это оправдало то, по какой причине Воннегут с таким трепетом возилась с Эмбер.        Вечеринка по понятным причинам подошла к концу. Те, кто были относительно в живом состоянии, помогали Шерил с уборкой. Некоторые зачитывали хвалебные оды Рэю и Эмбер, обещая, что никому не расскажут тайну убийства.        — Ну что? По домам? — когда всех гостей уже было выпроважено, стоя на улице, сбросил Монтгомери.        — Ой, не знаю, — повела плечами Смит и шикнула от боли, когда нечаянно задела место ожога, — как-то я сейчас не в состоянии объяснять родителям, что со мной произошло. Если ребята не против, я бы поехала в наш штаб.        Компания понимающе качнули головой и Тодд предложил всем переночевать в доме пришельцев, а на утро уже придумывать новый план действий.        — Не нужно Эмбер ехать к вам, — строго возразила Сара.        Смит удивленно обернулась на нее. Что-то другое скрывалось за этим холодным тембром голоса, похожее на нервозность или волнение.        — Это еще с какой кстати? — Монтгомери перекопировал позу девушки и скрестил руки на груди, — пока что это лучшее место, куда мы можем спрятаться.        — Нет, — возразила Воннегут.        — Да что с тобой не так? — выплюнул Тодд, — ты реально сейчас хочешь поругаться? Прошу перестань быть такой сукой хотя бы сейчас и браковать каждую идею только потому что ее предложил я!       Сара сцепляет зубы. Холода в ее глазах вполне хватило бы, чтобы остудить пламя посоха, который уже лежал в багажнике машины Миранды. Она силой мысли пытается испепелить Монтгомери, но, когда это не получается, оборачивается на Смит, будто бы ища спасение в ней.        — Тогда я еду с вами, — сдавшись, вздыхает Воннегут.        — О боже, — закатывает глаза Тодд и, больше ничего не сказав, садится в машину.        А Эмбер светится. Эмбер не верит. Эмбер считает этот день лучшим, даже несмотря на то, что теперь часть ее руки схожа с запеченной индейкой. Сара рядом, сидит и обнимает ее в машине, спрашивает о самочувствии и даже изредка соглашается с Монтгомери, чтобы лишний раз не тревожить Смит. Для Эмбер это сказка, в которой хочется раствориться, которой хочется жить. Даже, когда Воннегут язвит. Даже, когда по приходу домой кучка военных в темноте заламывает им руки и утыкает лицом в пол, не давая возможности двинуться.        Свет в комнате резко включается, отчего глазам становится больно. Девушка пытается привыкнуть к вдруг образовавшейся яркости и ужасается, когда видит, кто стоит перед ней. ДОК, что не раз предпринимал попытки убить их, капитан, которого они уже видели, когда ходили на разведку, и… папа?        — Птенчики наконец попались в ловушку, — заливисто смеясь, вопил ученый.        — Папа! — в надежде на помощь, выкрикнула Эмбер.       — Отпустите ее, она же не причем! — возразил мистер Смит заступаясь за дочь.        — А, точно, — ДОК закатил глаза и махнул рукой в сторону одного из амбалов, — отпусти ее.        Но военный, ко всеобщему удивлению, отпустил не Эмбер. Он отошел от Сары и, как только та поднялась, толкнул ее в сторону мужчин.        Казалось, хуже смерти Курца не могло уже быть. Видимо, могло. Внутри все сжалось, когда девушка вытерла пыль со своих брюк и спокойным шагом, таким, словно репетировала его года, подошла к ДОКу. Смит не успевала даже поверить. Все события таким грузом упали на ее плечи, что переварить происходящее у нее уже не получалось.        — Хорошо поработала, малышка, — расхохотался капитан и, достав из кармана пачку долларов, сунул ее в руки Воннегут, — жаль только с документацией не справилась, пришлось подключать второго шипона, — он качнул головой в сторону мистера Смита.       — Ах ты сука! — выкрикнул Тодд и тут же почувствовал, как крепкие руки хватают его за волосы и поднимают за голову вверх, — всегда знал, что ты не та, кого из себя строишь!        — Еще слово и пуля полетит тебе в висок, — ухмыльнулся капитан, когда военный, что держал Монтгомери, достал из пазухи пистолет и приставил его к голове парня.        — Вы же обещали, что ничего с ними делать не будете! — в ужасе завопила Сара.        Первоначальным ее планом, тем, что образовался в ее голове сразу же, после того, как она впервые пообщалась с ДОКом и заключила с ним сделку, было получить деньги и мгновенно смотаться. Но теперь она не могла. Пара зеленых глаз, что смотрели на нее с непреодолимым чувством боли и предательства не давали ей сдвинуться с места. Она должна была поговорить с Эмбер и все объяснить. А перед этим убедиться, что с ней ничего не произойдет.        — Точно, — сопровождая фразу низким хохотом, сказал капитан, — их трогать не будем, а вот тебя… — суровый взгляд переводится на военного, что до этого держал Сару. У них был план действий, о, ну конечно они заранее обо всем договорились! — ты бесполезная и в будущем сможешь принести проблемы.       До Воннегут начало доходить, к чему клонит капитан. Она пихнула его локтем под ребро, чтобы тот не думал хватать ее и кинулась, что было силы, к дверному проему. И если с капитаном этот трюк прошел и тот осекся, то пулю не проведешь. Военный отреагировал мгновенно, выстрелил сразу, не успела девушка и пробежать два метра.        Всех присутствующих оглушил звук выстрела. В ушах начало свистеть, но ненадолго. Грохот от падающего тело погрузил все помещение в кромешную тишину. Спустя секунды послышались грубые шаги капитана. Он наклонился к девушке и вытянул из ее рук окровавленные доллары. Мужчина стряхнул с них следы убийства и, подойдя к мистеру Смиту, ткнул пачку денег в его грудь.        — На, твое.        Мистер Смит неуверенно, трясущимися руками взял пачку банкнот. Он перевел взгляд на дочь, что смотрела на него, как на последнего монстра и, стыдясь, опустил глаза в пол.        Эмбер не плакала. Мозг еще не успел осознать факт, того, что Воннегут оказалась предательницей. Мозг еще не успел осознать факт того, что Сара мертва. Она смотрела на лежащее у двери тело и бредила тем, что вот-вот и Воннегут поднимется, встанет и убежит из этого чертового места, спасется и проведет будущее со Смит.        Но будущего у Сары больше не было.        — Мы бы могли вступить в дипломатические переговоры, — наконец подал голос Рэй.       — Дипломатические переговоры, — перекривлял капитан, усмехаясь, — не препятствуйте нашей работе. И будет вам счастье. 

///

      — Прости, что не приходила на прошлой неделе. Нас послали в экспедицию, где мы встретили инопланетных пиратов, так что пришлось задержаться. Трудности были, но мы справились. А еще представляешь? Одной из пираток оказалась сестра Урсулы. Мы тогда были все в шоке. А дела у меня хорошо, папа сказал, что верхушка заикалась насчет моего повышения. Вчера Тодд еще раз намекнул на то, что хотел бы построить со мной отношения, но я снова сделала вид, будто ничего не понимаю, — девушка грустно усмехнулась и опустилась на корточки, — ты же знаешь, что я до сих пор не могу отойти от всего, что было. Между нами. Миранда говорит, что не сможет тебя простить, а я, знаешь, и не обижалась. Не сделай ты этого, вряд-ли я имела сейчас то, что имею. Да и, наверное, тогда бы ты никогда на меня не обратила внимания и так бы и думала, что я какая-то так беспросветная деревня, — Смит с тоскливой улыбкой поднялась и трепетным касанием прислонилась губами к могильной плите, — спасибо тебе, Сара. Ты многое для меня сделала. Увидимся на следующих выходных.