На дальнем посту

      Олег склонился над рацией, записывая сообщение. Иваныч лежал на кровати и неторопливо смолил самокрутку. Николай чистил карабин - на следующее утро он с Иванычем собирался на охоту.       - Повторите! - в который раз потребовал Олег, заканчивая писать. - Сообщение принято, конец связи!       Черненко снял гарнитуру, откинулся на спинку стула. Иваныч заинтересованно взглянул на Олега, Арловский тоже прекратил заниматься карабином. Прапорщик взглядом приказал подать украинцу самокрутку. Николай протер руки ветошью, взял две самокрутки, одну отдал Олегу. Закурили.       - Ну, Олежка, не нагнетай, какие новости? - Прорвало наконец Иваныча.       - С какой новости начать? С плохой или очень плохой?       - Давай с очень плохой.       - Грузины воюют с осетинами...       - Это как? - уточнил Николай. - Прямо... Внутри страны?!       - Не знаю, так говорят. В Литве фашисты пытались захватить власть.Короче... Плохо все.       - Мда... - Иваныч сел на кровати и сделал особо крупную затяжку. - Ну, радуй тогда, какая новость просто плохая?       - Прилететь к нам смогут только к середине февраля, не раньше. Топлива не хватает.       - Да, хреновые новости ты принес, комсорг... - вздохнул Иван Иваныч. - Так, ребятки, проверяем запасы. Еда, вода, топливо, патроны, курево... Особенно курево...       - Это... Как же так?! - подскочил Николай. - Какого... Какого...       - Коля, сядь, - тихо сказал Иваныч.       - Они нас тут голодом смотрить хотят?! Тут же...       - Сесть! - гаркнул Иваныч. Арловский сел. - Отставить панику. Запасы у нас есть. С голоду точно не помрем - тайга прокормит, зверья да птицы тут еще достаточно. Не в первый раз в такой ситуации. Так что успокойся. Иди охладись, заодно в сарайчик загляни, посмотри что у нас по горючке. Олег, проверь запасы консервов. Их у нас много, но мало ли что...       Суеты как таковой не было. Николай придирчиво пересчитывал канистры с топливом, выходило, что продержаться сколько-то они еще могли. Возможно, даже больше, чем месяц. Иваныч не зря с гордостью носил звание прапорщика - запасливость можно было назвать вторым именем Брагинского.       Возвращаться в помещение Арловскому решительно не хотелось. Было даже немного стыдно перед Иванычем за импульсивность. Николай закурил, глядя в чащу. Было на удивление тихо.       Иваныч вышел из здания, ухая и рыча, как натуральный медведь. Он подошел к Арловскому и тоже закурил, глядя в лес.       - Ну, что скажешь?       - Горючки достаточно. На сколько точно - не знаю, но до поставки протянуть должны. Особенно если сильно тратить не будем.       - Хорошо. Еды тоже в достатке. Кофе, курево, даже водка есть. Так что ничего, проживем.       - Иваныч, а чего ты так с куревом носишься? - спросил Николай.       - А все просто. Я когда воевал был случай - остались почти без курева, а подвоз снабжения обеспечить не выходило. Еда была, а вот курево быстро вышло. Так мы там чуть ли не вешались, вот так.       Николай задумчиво смотрел на плотную стену деревьев. Иваныч стоял рядом. Паника улеглась окончательно. Брагинский своим спокойствием и опытом внушал уверенность - протянут, проживут. Не велика потеря. А у мужиков и своих проблем хватает.       - Иваныч, ты это...       - Да ничего, паря, расслабься. По первой у всех бывает. Олежка тоже в первый раз испугался жутко, хотя задерживали всего на недельку. Но сегодня у тебя медвежий наряд, охота отменяется.       - Есть, медвежий наряд, - вздохнул Николай. - Разрешите идти за карабином?       - После обеда заступишь. Сегодня жрем перловку.       - Ненавижу перловку...

***

      Зимой в тайге темнеет рано, да еще как темнеет! Увидеть ничего за пределами небольшой полянки, на которой располагалась база, было невозможно. Только изредка казалось, что какая-то тень пробежит среди деревьев. Николай переступал с ноги на ногу, придерживая СКС на плече. На поясе висел штык-нож. Эту странную традицию - носить штык-нож практически в каждом наряде навряд ли может объяснить хоть кто-то в Советской армии, кроме как фразой, что нож дисциплинирует солдата.       Николай снял варежки, потер руки и достал пачку "Астры" и коробок спичек. Закурить смог только с третьей, и то обжегся. Краем глаза Николай уловил движение среди деревьев. Казалось бы - что такого? И так тени игрались так, будто там бродил кто-то. Только вот не понравилось что-то Арловскому в этом движении. Рядовой снял с плеча карабин и направился к кромке леса.       Николай внимательно вглядывался в темноту, еще сильнее сжимая карабин. Движение повторилось.       - Стой! Кто идет?! - выкрикнул Николай. В ответ молчание.       Скрипнула дверь, на улицу вышел Иваныч в накинутом прямо поверх майки тулупе и с пистолетом в руке. Он неторопливо подошел к Николаю. Из двери показалась взъерошенная голова сержанта Черненко.       - Видел кого-то? - спокойно спросил Иваныч.       - Да. Дважды. Будто кто-то ходит.       Иваныч кивнул и направился ближе к кромке леса. Николай медленно пошел за ним, продолжая сжимать карабин. Встали. Продолжили внимательно вглядываться. Раздался хруст ветки, снова мелькнула подозрительная тень. Арловский вскинул оружие, но прапорщик быстрым движением опустил ствол карабина.       - Успокойся. Леший, похоже. Решил твои нервишки проверить.       - Леший? - Николай хохотнул. - Иваныч, не шуткуй...       - А я и не шучу, - максимально серьезно сказал Брагинский. - Тут послужишь - и не такое увидишь. Ты вот что, если видишь чего такое в лесу - не иди. Животину и так спугнешь, охотник сам к тебе выйдет и поздоровается. А вот за... Этими - не ходи. Заплутаешь и поминай как звали. А ежели заблудился - ориентируйся на антенны. Они высокие, их видно далеко. Выйдешь хоть к одной - и по просеке досюда дойдешь. Понял?       - Понял, - удивленно кивнул Николай.       - Вот и чудно, - Иваныч снова улыбнулся. - Все, давай обратно на пост. Мы с Олежкой чай завариваться поставили. Скоро вынесем.       - Есть, обратно на пост...       Николай снова встал рядом с дверью, продолжая вглядываться в чащу. Спустя минут десять вышел Олег с двумя чашками чая. Одну отдал Николаю. Наблюдали вместе. Кружка приятно грела руки. Беззвездное небо казалось бездонным.       Казалось, что мир свернулся только до небольшого поста "Берлога". Что больше не было ничего в этом мире. Не воевали друг с другом граждане великой страны. Не плелись интриги в просторных кабинетах. Не толкались в очередях люди, надеясь урвать сахар и молоко для своих семей. Не караулили в переулках загулявших граждан подозрительного вида мускулистые молодчики. Не вслушивались интеллигентного вида люди в речи "голосов". Не заливал в общаге свое горе водкой одинокий работяга. Были только трое военных, а вокруг - пустота.       - Ты иди погрейся, - хлопнул Николая по плечу Олег. - Я тебя подменю. Перекусишь заодно.       - Спасибо, - кивнул Арловский, передавая товарищу карабин.