На дальнем посту

      Вся троица поста «Берлога» впервые за долгое время выглядела по-уставному. Привычные тулупы сменились шинелями, у Олега и Николая на плечах висели начищенные карабины. Площадка для вертолета была аккуратно расчищена. Даже Иваныч выглядел так, будто собрался на парад.       — То не прилетают, то частят как не знаю кто, — проворчал Николай, потирая руки.       — Ну, нам сегодня дополнительный завоз сделают, в честь праздника. А тебе я звание выбил, внеочередное. Да и не волнуйся ты так, они два дня у нас на живность по-охотятся и уедут.       — А всю эту уставщину уже к вечеру оставим, — заметил Олег. — Мы с ними же на охоту и попремся, а потом водку всем постом жрать будем.       Николай поморщился. Все равно не нравилось ему это предприятие. Прошлый завоз был достаточно обильным, тогда же и поступила информация, что на праздник приедут генералы. Конечно, это означало дополнительный завоз продовольствия, патронов и горючки, но и нервотрепку тоже…       Издалека доносился звук вертолета. Олег и Николай вытянулись по стойке смирно, Иваныч оправился и принял серьезный вид. Вертолет неторопливо завис над базой и приземлился на площадку. Дверь открылась, на землю выпрыгнул уже знакомый Николаю лейтенант, а после степенно спустились двое генералов.       — Смирно! — зычно гаркнул прапорщик. — Равнение на середину! — Иваныч строевым шагом подошел к генералам и обратился к одному из них: — Товарищ генерал, личный состав поста связи «Берлога» построен, начальник поста прапорщик Брагинский!       — Вольно! — степенно скомандовал генерал.       — Вольно! — продублировал команду Иваныч.       — Ну привет, Иваныч! Рад тебя видеть! — генерал и прапорщик обнялись. — Орлы у тебя, конечно!       — Ну, один точно, товарищ генерал, — усмехнулся Иваныч.       — Это которому ты звание выбил?       — Так точно.       — Ну, вызывай, прямо сейчас и вручим, — улыбнулся генерал.       — Есть! Рядовой Арловский!       — Я! — крикнул Николай.       — Ко мне!       — Есть!       Николай браво отчеканил шаг. Выход репетировали последние два дня, чтобы все было четко, красиво и торжественно… Насколько это возможно посреди тайги. Арловский не особо понимал этого стремления своего командира, но делать было нечего.       — За профессионализм и воинскую смекалку, проявленные в экстремальных условиях, рядовому Арловскому Николаю Александровичу присваивается внеочередное воинское звание младшего сержанта! — Генерал вручил Николаю новые погоны с лычками младшего сержанта и пожал ему руку.       — Служу Советскому Союзу! — гаркнул Николай.       — Встать в строй!       — Есть!       Николай вернулся на свое место в «строю». Генерал отчеканил дежурное поздравление, после чего наконец прозвучала команда «вольно». Генералы с прапорщиком прошли в помещение, переговариваясь. Олег с Николаем переглянулись, и украинец хлопнул товарища по плечу, улыбнувшись. Николай выдохнул.       — Ну что, пошли разгружать? Много там, товарищ лейтенант? — спросил Олег.       — Да нет, ребят, на пару заходов максимум. Давайте, алга!       Привезли генералы действительно немного: несколько канистр горючки, два ящика пива, кучу сигарет, три цинка патронов, три автомата и три мешка овощей. По расчетам Николая, если учитывать лейтенанта, двух пилотов, трех генералов и «постоянных» жителей поста — дай бог на сегодняшний вечер. Впрочем, прошлый завоз был солидным.       Бойцы, закончив с разгрузкой, вошли в помещение и встали у стены, приняв одухотворенный вид. Иваныч поил генералов чаем. Главный из приехавших — тот самый генерал, который вручал погоны Николаю — жестом пригласил Олега и Николая сесть. Прапорщик налил чаю и сержантам.       — Ну так, что, Иваныч, как распределяемся? — спросил старший.       — Я по округе походил, тут кабаны бегают. Вас, товарищи генералы — на посты, мы с младшим сержантом Арловским — на загоне, Олежка с пилотами тут останется, пока перекусить нам приготовит из того, что есть. Вы с чем сегодня?       — Не волнуйся, Иваныч, оружие у нас есть. Патронов тоже в достатке, хватит еще и тебе оставить. Когда идем-то? — улыбнулся генерал.       — А сейчас и пойдем, соберусь только — и выдвинемся. Колька, собери вещмешок, галет немного, спички… Ну, разберешься, да? Чтоб на день хватило.       — Есть, товарищ прапорщик! — кивнул Николай и пошел собираться.

***

      Шинели наконец были заменены на привычные тулупы. Сразу стало сильно теплее. Николай с Иванычем неторопливо продвигались по лесу, сжимая в руках карабины. Генералы были расставлены на постах минут двадцать назад, так что можно было выдохнуть — хоть высокие гости и были настроены благодушно, Арловский ощущал определенный дискомфорт.       — Так, Коля, слушай внимательно, наша задача — хорошо нашуметь на кабанчика и погнать его на генералов. Подстрелят или нет — не наша забота. Они часто без добычи уезжают. До вечера максимум проходим, а потом вернемся на пост. У нас мясца есть, пожарим, выпьем немного, а на утро большие шишки свалят и мы можем быть предоставлены сами себе.       — И часто они заезжают?       — Да когда как. Летом чаще, конечно, у нас и искупаться есть где, да и банька имеется. Но ты не волнуйся, даже при них можно себя чувствовать спокойно.       Иваныч резко замер, подняв руку. Николай удобнее перехватил винтовку, готовы в любой момент «вложиться» и открыть огонь. Прапорщик жестом показал «делать как он» и медленно и почти бесшумно двинулся дальше. У Николая, конечно, так же не выходило, но он делал все, чтобы не посрамить своего учителя. Наконец, боец услышал то, из-за чего Иваныч напрягся. Зверь был рядом.       — Вот они, — шепнул Иваныч. На небольшой полянке было три кабанчика, нервно похрюкивающих, будто они знали о наличии рядом охотников. — Засядь здесь, я в обход двину, как только дам сигнал — пали в воздух и гони кабанов к генералам. Главное — не попадись на пути. Задавят и не заметят.       Прапорщик двинулся в обход по широкой дуге, а Николай вскинул карабин и прицелился в кабанов. На самом деле, ему бы больше хотелось завалить зверя самому, но оставлять генералов без даже потенциальной добычи было не комильфо.       Иваныч показался на другой стороне полянки, жестом подал сигнал на изготовку. Николай приподнял ствол карабина. Первым выстрелил прапорщик, за ним — сержант. Кабаны завизжали, и ломанулись прочь. Загонщики побежали вслед за ними, изредка стращая зверя выстрелами. Наконец, кабанов выгнали на просеку и они стали ломиться ровно в том направлении, куда и надо было. Николай выбежал чуть вперед и прицелился в кабанов, готовясь в случае чего завалить дикого порося. И тут в сержанта врезалась тяжелая туша прапорщика.       Николай и Иваныч повалились на землю. Брагинский прижал голову подчиненного к земле, и только Николай хотел возмутиться, раздались автоматные очереди. Иваныч еще сильнее вжал Арловского в землю и сильнее вжался в нее сам. Генералы стреляли длинными, не особо меткими очередями. Несколько раз Арловскому даже казалось, что пули пролетают над ним с прапорщиком.       — Это что нахрен было?! — спросил Николай, когда стрельба окончилась.       — А на что похоже? — сплюнул прапорщик. — Стрельба это была. С почином, боец. Вырвись ты чуть дальше — и кранты.       — Твою ж мать… — Николай перевернулся на спину. — Охуеть…       — Ага, иначе и не скажешь, — усмехнулся Иваныч. — Полежи, отдохни. На сегодня мы охоту закончили.       — А они что… Нас не видели? — спросил Николай, закуривая.       — Видели. Честно, я бы тоже стрелял. Мимо нас пуль пять от силы просвистело, остальные бы не навредили, — прапорщик присмотрелся, — а кабанчиков завалили!       — Как ты догадался-то.? — выдохнул дым Арловский.       — Чутье, боец. Знаешь, когда… Часто встречаешься с этим, то у тебя будто глаза появляются буквально везде. Ты в воздухе это чувствуешь.       Николай сел, продолжая курить. Генералы вышли на просеку и замахали Иванычу руками.       — Иваныч! Вы в порядке?! — проорал один из них.       — Так точно! — крикнул в ответ Брагинский. — Только сержанта мне напугали! Он ж у меня не обстрелянный!       — Ну ничего, сейчас отпоим! — рассмеялся генерал. — Давай, возвращаемся!       — Сейчас передохнем и догоним!       Генералы направились в сторону базы, а «загонщики» остались на месте. Иваныч тоже закурил, после чего расстегнул тулуп и достал небольшую флягу. Сделал из нее солидный глоток и протянул Николаю. Арловский без вопросов приложился, водка обожгла горло. Не сказать, что стало легче, но Николай смог-таки встать.       — Ну что, пойдем? — улыбнулся Брагинский, забирая флягу. — Или еще постоим, подышим? Я понимаю, в первый раз жутко страшно.       — Да нет, все нормально. Спасибо, Иваныч.       — Ладно уж…       Прапорщик хлопнул Николая по спине и направился к родному посту. Арловский поспешил за ним, поправив карабин. Когда военные пришли домой, пилоты уже вытащили на улицу стол, Олег выставил на него стратегические запасы сала и рыбы, а так же нечто, что напоминало армейский бикус, лишь с тем отличием, что он вызывал скорее не панику, а невероятное желание съесть все без остатка: в нем плавали крупные куски мяса (да и вообще он был нарублен крайне крупно), пахло приправами. Генералы уже начали потреблять привезенное пиво. Главный из них, увидев Николая, встал, обнял его и усадил за стол, почти насильно всучив ему бутылку пива.       — Ну, товарищи, за младшего сержанта Арловского, который прошел свое боевое крещение! — Генералы заухали, все чокнулись бутылками и выпили.       Олег испуганно посмотрел на Николая и Иваныча, но те жестами дали ему понять, все, мол, нормально, потом расскажем. Поев, и жители и гости «Берлоги» притащили туши убитых зверей, и Брагинский принялся за их разделку. Генералы принялись стрелять по бутылкам, привлекая к этому сержантов. Николай с Олегом показывали, к удивлению генералов, крайне высокий уровень меткости.       К вечеру разожгли мангал, Иваныч затопил баню. Парились всей честной компанией, начиная генералами и заканчивая пилотами. Единственным отличием было то, что пилоты не пили. Зажарили кабанину, ей же и поужинали. Когда уложили генералов, Николай упал в лицом подушку и не просыпался почти до следующего вечера.