У меня есть лекарство/ I Have Medicine

Сюй Линсю, надо сказать, обладал двумя врождёнными навыками: во-первых, он совершенствовал медицину, а во-вторых, он мог легко дразнить и провоцировать агрессию. Если он хотел кого-то разозлить, это было неизбежно. Немногие могли противостоять его чарам. Хотя Гу Цзо и не обладал такими глубокими знаниями в этой области, как Сюй Линсю, он был на высоте, по крайней мере, на семьдесят-восемьдесят процентов. Когда молодой фармацевт с другой стороны попытался провести восемь или девять психических атак, и ни одна из них не увенчалась успехом, его охватила ярость и негодование. Его лицо покраснело с невероятной скоростью. Он больше не мог сохранять спокойствие. Несмотря на это, он снова использовал свою психическую силу. На этот раз он увеличил «мощность» и поклялся взорвать печь для приготовления таблеток Гу Цзо! ...Все знали, что использование психической силы зависит от контроля. Если бы контроль был плохим, то, вероятно, пострадали бы не другие люди. Скорее, ты сам. Из-за того, что нервозность фармацевта клана Чунъюнь переросла в импульсивное побуждение, он не смог плавно высвободить свою психическую силу, что привело к потере контроля… Бах! Бум! Гу Цзо моргнул. Кстати, он ещё ничего не сделал. Этот навык не был продемонстрирован в совершенстве, так почему же печь противника взорвалась? Что было ещё страшнее, так это то, что, хотя печь для приготовления таблеток была очень прочной, из-за огромного воздействия психической силы изнутри вырвалось немного пламени. Фармацевт клана Чунъюнь, который всё ещё был погружён в свою ярость, не смог вовремя увернуться. В мгновение ока передние лацканы его мантии сгорели! Само собой разумеется, что фармацевты умеют играть с огнём. Этот кусочек пламени, конечно, не мог причинить ему вреда, но его ниспадающая парчовая мантия, которая раньше закрывала всё тело, теперь стала опалённо-чёрной. Даже его лицо было покрыто слоем чёрной гари… Это был поистине беспрецедентно жалкий вид. Что было ещё более раздражающим, так это то, что после того, как Гу Цзо подсознательно применил свои ручные печати, его печь для изготовления таблеток начала испускать восхитительные ароматы. Девять тёмно-синих лекарственных таблеток вылетели наружу и были мгновенно собраны им! Он успешно завершил приготовление полного набора из девяти таблеток! Более того, семь из них оказались высокого качества, а две – среднего, что было очень близко к высокому! Что касается того фармацевта из клана Чунъюнь... Его печь взорвалась, и, конечно, количество готовых таблеток оказалось равным нулю. Этот самоуверенный фармацевт из клана Чунъюнь, который пришёл сюда, считал, что обладает самым сильным контролем над психическими силами среди всех участников спарринга. Однако в итоге он не только не смог справиться с Гу Цзо, но и испортил свои собственные лекарственные таблетки, которые находились в печи, уничтоженной его собственной психической силой – нельзя не сказать, что это было чрезвычайно ироничное зрелище. Все в павильоне клана Цинъюнь видели эту сцену и особенно остро почувствовали, как их ненависть выплеснулась наружу. Сюй Линсю, который редко высказывал похвалы, тоже заговорил: – Во время такого грандиозного события, как это, младший брат по клану Гу, несомненно, продемонстрировал исключительные способности, превосходящие возможности обычных людей. Клан Цинъюнь был в восторге от происходящего. Однако положение клана Чунъюнь ухудшилось. Их первоначальная уверенность и амбиции сменились растерянностью – и это не было шуткой! Если бы им не удалось полностью подавить клан Цинъюнь, то результат был бы гораздо менее впечатляющим! Прежде всего, тот, кто сражался с Гу Цзо, был одним из самых сильных фармацевтов, которых клан Чунъюнь пригласил на этот раз. Кто бы мог подумать, что он не только не сможет идеально завершить это соревнование, но и потеряет лицо? Как он мог это вынести с его высокомерным эго? В тот момент он не мог сохранить свой прямой и торжественный вид. Он лишь одёрнул рукава, убрал свою слегка повреждённую печь и повернулся, чтобы вернуться в свой павильон. Можно сказать, что он убежал, поджав хвост. Финальный раунд завершился. Хотя клан Цинъюнь несколько раз терпел неудачу в начале этапов создания таблеток, что вызвало много споров, последние два поединка заставили его членов осознать, что подобные проблемы можно преодолеть. Им просто не хватало опыта. Полное поражение и несколько побед – это совершенно разные вещи. В таких спаррингах первые и два последних участника обычно считаются самыми сильными. Поскольку первый раунд закончился вничью, а последние два поединка закончились победами клана Цинъюнь, было приятно услышать – разве они не одержали верх, с точки зрения людей, обладающих высококлассной техникой? Клан Чунъюнь, независимо от того, какие планы он строил и как сильно хотел подавить клан Цинъюнь, не смог добиться своей цели с помощью этих сражений. Теперь оставалось только наблюдать за их дальнейшими действиями. В это время Гу Цзо и Сюй Линсю, не обращая внимания на разговоры окружающих, переглядывались. Каждый из них был занят своими мыслями и планами. Сюй Линсю не мог ждать. Он был полон решимости поскорее поделиться с учителем методом использования психической силы. В то же время Гу Цзо, защищенный толпой мастеров боевых искусств, мечтал вернуться на вершину холма и дождаться возвращения своего старшего брата. Если его старший брат до сих пор не вернулся, то упустить возможность увидеть клан Чунъюнь в действии для него было бы упущением редкой возможности для приобретения знаний и опыта. –––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––– Можно сказать, что члены клана Чунъюнь вернулись в смятении, их амбиции были уничтожены. В павильоне молодые фармацевты в замешательстве переглядывались друг с другом. На их лицах читались ненависть и гнев. Один человек с досадой произнёс: – Миссия нашего клана не может быть выполнена в ближайшее время. Что же нам делать? Другой человек возразил: – Не стоит полностью возлагать ответственность за провал на наши ошибки... Кто-то ещё добавил: – Мы сами виноваты в том, что потерпели неудачу. Это было очевидно, но, несмотря на наши усилия, происходили несчастные случаи. Если не мы, то кто же тогда виноват? Затем другой человек вздохнул: – После этого, когда мы будем пересматривать переговоры с кланом Цинъюнь, это может иметь серьёзные последствия! К счастью, у клана Цинъюнь не хватает способностей, в отличие от нашей стороны, обладающей такими замечательными техниками. Это определённо не разрушит грандиозные планы нашего клана. Это только сделает споры немного более неприятными. Если же нет... У всех были давние опасения. – Как бы мы ни пытались это объяснить, на этот раз мы провалили миссию. Независимо от того, какие причины или оправдания мы бы ни привели, нас ждёт наказание. Я только надеюсь, что Великий Старейшина проявит снисхождение и легко нас отпустит! Наконец, кто-то предложил: – Если у нас будет время, чтобы снова развить наши психические силы, возможно, мы сможем наверстать упущенное за это время... – Это стоит рассмотреть. – Если есть шанс, мы должны использовать его на полную мощь. – Я надеюсь, что мы сможем… –––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––– Сюй Линсю, сопровождаемый Си Янъюнем, прибыл в Зал Бога Медицины, расположенный в зале Фармацевтов. В этом зале обычно занимался тайными практиками единственный в клане фармацевт Золотого уровня. Все, кто входил и выходил из этого зала, были членами зала Фармацевтов. Другим ученикам внутреннего клана, не имеющим специального разрешения или жетона, вход сюда был запрещен. Сюй Линсю, будучи выдающимся представителем молодого поколения клана Сюй и истинным учеником этого фармацевта Золотого уровня, без труда прошел внутрь. Си Янъюнь, хорошо знакомый с этим местом, чувствовал себя неловко, входя внутрь в такой момент, но не видел причин для беспокойства и остался ждать снаружи. Сюй Линсю стремительно вошёл в Зал Бога Медицины. В зале он увидел огромную печь для приготовления таблеток, которая возвышалась почти на десять метров. Перед ней сидел старик в белоснежном одеянии, источая умиротворённое ци. Он был полностью сосредоточен на пламени в печи, повернувшись спиной ко входу. Сюй Линсю ясным голосом произнес: – Учитель, этот ученик, Сюй Линсю, хочет поделиться с вами важной информацией! – не колеблясь, он сказал правду. – Это касается тайных планов клана Чунъюнь, а также того, как наши фармацевты будут продолжать свою работу в течение следующих ста тысяч лет. Я надеюсь, что Учитель выслушает меня, и я смогу объяснить всё ясно, по порядку! После небольшой паузы раздался несколько постаревший голос, который, как предполагалось, должен был успокаивать: – Линсю, говори. –––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––––– После того как он передал все важные дела Сюй Линсю, желания клана Цинъюнь и клана Чунъюнь больше не имели отношения к Гу Цзо. Он проводил время в зале для приготовления лекарств, размышляя над книгами, которые были в его распоряжении. Кроме того, он был в замешательстве из-за миссии, которую только что выдала ему система. Ему еще не сообщили, что миссия выполнена, а это означало, что заговор клана Чунъюнь не был сорван. Неужели клан Чунъюнь все еще не мог обсудить какие-либо условия с кланом Цинъюнь? В любом случае, это не имело к нему особого отношения. Взаимные расчеты и стратегии ведущих сил были вопросом, над которым ему, мелкой сошке, не нужно было ломать голову – в любом случае, он уже отправил крупную сумму для торга. Однако, несмотря на занятость Гу Цзо, клан Чунъюнь не бездействовал. Ни один из его членов не сидел без дела. В последнее время Гу Цзо услышал много слухов. В самом начале, первые поединки произошли между учениками клана Чунъюнь и учениками клана Цинъюнь – как мастерами боевых искусств, так и фармацевтами. И эти спарринги повторялись снова и снова. На этот раз конфликты неизвестного масштаба вспыхнули повсюду среди учеников Царства Сяньтянь. Более того, никто не мог сказать, какая сторона выступила инициатором.