бесконечные чаты

      Проснулись. Потянулись. Воскресенье — день прекрасный, особенно когда знаешь, что завтра у тебя выходной. А назначил его самый главный человек по учёбе — ты сам. Вообще, с универом у меня прекрасные взаимодействия, а фраза «хорошо там, где нас нет» лучше всего описывает моё к нему отношение. Иду в ванную, сегодня надо выглядеть получше, а то вчера меня так выбесил этот мамкин отличник, что на стриме потом сидел, как картофелина. И неважно, что там нулевая активность, я вот точно выстрелю когда-нибудь. Надеюсь, что не себе в висок, чтобы привлечь аудиторию.       Парень я сообразительный и знаю, что завтрак — это главный приём пищи. А ещё на собственном опыте проверил: завтракать «Адреналином» (пусть и без сахара), и конфетами — затея хуёвая. Желудок скручивает таким спазмом, что вместо желаемой энергии появляется только желание свернуться на полу в позе эмбриона, плакать, и просить чтобы мама родила меня обратно.       На фоне включаю какой-то глупый сериал на мотив «Секса в большом городе», только с лужковской Москвой и вайбами двухтысячных. Во снимали раньше! Не то что все эти нетфликсы. Зачем-то оглядываю все углы на наличие камер. Грёбаный Стасик наградил меня паранойей. Я лучше всем признаюсь, какое порно предпочитаю на досуге, чем в том, что люблю эти жуткие сериальные адаптации.       Варю кофе в турке: больше для аромата, нежели для вкуса. Решил вафли приготовить. Во всём эти люди из чата дома, завтраки свои наприсылавшие, виноваты. Гуглю рецепт, открываю холодильник, из нужных ингредиентов у меня только яйца. И то — те, которые… В общем, не подойдут они… О, есть же какая-то смесь для блинов, надеюсь, если вместо молока развести её водой, то ничего страшного. Пока кашеварю, накидываю продуктов в корзину. В нашем ПГТ только один супермаркет в шаговой доступности, но там за последний банан вечно драться надо, зрелище пожёстче «Голодных игр» будет. Так что я туда ни ногой больше.       Блины приготовил. Не знаю как по вкусу, но на вид съедобно. Сгущёнкой залью — и покатит. Кофе остыть уже успел, зато всю квартиру ароматом пропитал. Сижу, ем блинчики, которые всё же не предел мечтаний получились, пролистываю эти километровые записульки. Всё вот людям не так. Опять посрались из-за детей на площадке.       Anna: «Родители, объясните своим детям, что на детской площадке не надо так орать. Они бегают и кричат. Мешают отдыхать работающим людям».       Я вот уже смахиваю, чтобы спросить: «Как на кроссе, что ли, бегать?» — и вдогонку вкинуть крутой стикер с рыбой, но быстро вспоминаю, что у меня принцип не писать туда. Да и вряд ли такую шутку кто-то оценит. Тем более там и без меня уже хватает сообщений. Быстро пролистываю всю болтовню, сохраняю открыточку «С воскресным утром» — бабушке в вотсап пошлю потом, она у меня тоже любительница такого. Задолбался ей объяснять, что не надо мне такое слать постоянно, и решил просто примкнуть ко злу. Теперь каждое утро начинается с обменов вырвиглазными поздравлениями. Мне кажется, у нас негласное соревнование, кто найдёт кринжовее. Я пока в этой борьбе проигрываю: переплюнуть тот эпилептический припадок, который она скинула три дня назад мне так и не удалось.       Пью кофе, давлюсь банановой ашкой — гадость редчайшая, больше никогда её брать не буду. В дверь кто-то звонит. Это что за новости? Курьер только часа через три приехать должен. Да и как бы он смог сквозь все домофоны пройти. Даже проверяю специально, на какой стадии мой заказ сейчас. Ну точно, сборка ещё. А человек по ту сторону не унимается. Иду тихо к двери, смотрю в глазок — там красавчик какой-то. Ладно, красавчики маньяками-убийцами не бывают же у нас. Верно? Открываю дверь, здороваюсь, а в ответ — тишина. Да, всё-таки надо было хотя бы шорты натянуть, неловко вышло.       — Добрый день, родители дома? — очухался Герасим. Время видел? Одиннадцать часов, какой день? Утро ещё раннее. И при чём здесь родители? Я откуда знаю? Дома, наверное. Я с ними не списывался сегодня.       — Не знаю.       — Вы не знаете, дома ли сейчас ваши родители? — бля, да что за наезды такие? Я, может, не проснулся до конца, откуда мне такую информацию взять? Мы с ними друг перед другом не отчитываемся.       — Мне им позвонить, узнать? — задаю идиотский вопрос. Прям вину какую-то почувствовал. Да, чел, меня так даже Славик не прогибал. А вот под твоим испепеляющим взглядом я что-то совсем стушевался. И почему он мне выкает, у нас разница-то не такая большая.       — Вы один живёте? — ааа… вот в чём дело. Поц, ты думал, я тут с предками на двадцати квадратных метрах жопа об жопу трусь?       — По этой стороне одни студии, где я, по-твоему, тут родаков спрятать должен? — и так-то дверь открыта, вся квартира как на ладони. Пацан морщится будто у него зуб разболелся.       — Давайте ещё раз. Вы несовершеннолетний подросток, проживающий в квартире один. Правильно понимаю? — вообще нет. Прям в корне неверно всё. Но я зачем-то киваю, потом мотаю головой, а затем начинаю лыбиться, как идиот. Он реально меня за подростка принял? Смешно. Так-то не хочу хвастаться, но у меня в последнее время даже в табачке паспорт спрашивать перестали. Опустим тот момент, что хожу я туда регулярно.       — Слышь, да ты не стесняйся. Проходи, ща перетрём всё, недопонимание вышло, — схватил своего маньяка-убийцу за руку и втащил к себе в квартиру. Какой стеснительный, даже хотел шаг назад сделать, но я быстрее оказался. Теперь посмотрим, кто тут кого заманьячит, — Я Милан, можно просто Мил. Живу тут один-одинёшенек и грущу долгими дождливыми вечерами, — хотел предложить грустить вдвоём, но потом понял, что это совсем нагло будет. Да и уж вдвоём-то мы бы точно не грустили. Нашли бы чем развлечь друг друга.       Усаживаю гостя за стол, а сам пока натягиваю шорты и футболку. А то некрасиво как-то в трусах по кухне ходить. Неважно, что у меня тут везде комната и везде кухня. Гость мой всё ещё продолжает косплеить бесхвостую Ариэль.       — Кофе, чай, блинчики? — последнее зря, конечно, упомянул. Их без тонны сгущёнки есть невозможно, но язык мой работает быстрее, чем мозг.       — Нет, спасибо, — ну и дурак. Батя всегда говорит: «Не отказывайся, а то второй раз не предложат».       Присаживаюсь напротив, затягиваюсь этим банановым ужасом и сразу кофеёчком запиваю. Без него бы тяжко было.       — Так ты чего хотел? Возраст мой узнать? — Не бойся, красавчик, мне уже всё можно. Так, Мил, мысли похабные отложить. Человек по делу пришёл — вон какой серьёзный сидит, ноздри раздувает, только костюма-тройки не хватает.       — Я Станислав, писал Вам вчера, — Стасик? Охохо… Так вот ты какой, северный олень. А я думал, там какой-нибудь скуф все эти душные нравоучения потными пальцами печатает.       — А чё за фетиш на полное имя? Ты же не старый дед, — имею полное право узнать — он у меня дома уже сидит. И плюс ко всему видел без девяноста процентов одежды. Вздыхает что-то, глаза свои красивые трёт. Краснющие только, не спал, что ли? Достаю капли из холодильника и ему передаю, — Да норм они, чё ты нос воротишь? Всегда ими пользуюсь, когда стримлю долго.       Вот что он лицо опять скривил? Тяжеловато нам сконнектиться будет. Я уже приблизительно понимаю, зачем ко мне заявился. Явно не затем, чего бы мне хотелось.       — Милан, Вы…       — Ой, не-не-не… — перебиваю этого красавчика с замашками старого пердуна. — Давай на «ты» и просто Мил.       — Хорошо. Мил, памятку я повесил, не срывай её больше.       — Да ты текст видел? Это же пиздец чистой воды.       — Видел, и поэтому подкорректировал немного, — ну хоть у кого-то из соседей частички разума сохранились.       — А ты чё рил родителям моим настучать собирался?       — Я думал, тебе лет шестнадцать, не мог же лично ругать, права такого не имею, — встаёт и уходить собирается. Эээй… Ты куда? Можешь ещё и отшлёпать за плохое поведение, я обеими руками за.       Эх, и вот опять я один остался. А Стас-то не такой уж гондон оказывается, только ведёт себя чудно. Будто бы в нём борются две личности, старый брюзга и адекватный человек. Пока вторая явно проигрывает, но я придумаю, как это исправить. ***       Стримы стримами, но есть тоже на что-то надо. Тем более сроки по заказу не резиновые. Сажусь за скучную работу, которая не доставляет удовольствие, зато приносит деньги. Писать разные работы за старшекурсников дело, конечно, не очень прибыльное, но хотя бы с родительской шеи слез и самостоятельность прям из ушей прёт. Но если бы не батины донаты раз в месяц, от которых я вечно отнекиваюсь, утверждая, что с финансами полный порядок, то иногда приходилось бы перебиваться гречкой с хлебом. Раньше он ещё скидывал со словами: «Да я же знаю, дело молодое и развлечься хочется, и с девчонками погулять». Но после моего незапланированного каминг-аута фраза изменилась на: «Да я же знаю, дело молодое, и развлечься хочется, и с Вячеславом погулять». Когда услышал это в первый раз, меня перекосило не хуже, чем Стасяна сегодня с утра. Как-то я и не смог признаться, что со Славиком у нас только одно совместное времяпрепровождение может быть. Стыдно стало в тот момент за блядство своё. Даже решил к Славе на серьёзных щах подкатить, правда, был послан прямым текстом нахуй тут же. Расстроился? Естественно. Погано, когда отказывает тюбик, с которым у тебя первый раз был. Но не настолько, чтобы прям ночами в подушку рыдать. Так и остались наши отношения, порядком уже подзаебавшие, на уровне «привет-потрахаемся-пока».       Доделываю и скидываю работу, а из головы Стас не выходит. Зацепил, падлюка, глазами своими уставшими. Интересно, а позвать его кофе попить — это прям очень палевно будет? Ну попытка не пытка.       Вы: «Стасямбо, пойдём кофе пить».       А куда мы пойдём, интересно? У нас тут ближайшее место, где кофе купить можно — это заправка неподалёку. Пофиг, термокружки же есть, сам намутить могу.       Станислав: «Нет».       Станислав: «И не называй меня так».       Ой какие мы вредные и неприступные. Может, у него уже есть кто? Не, фигня полная. Будь у Стаса пара, он бы не сидел постоянно в этом дурдоме, призывая к порядку и благоразумию в чате.