Единственный

Принеси сюда денег и выкупи своего мальца, который поел и хотел слинять, не заплатив

Утренние занятия пролетели незаметно. Когда Чжаоцай дошла до последнего образцового сочинения, Гао Тяньян вдруг откинулся назад, прислонился спиной к парте Шэн Вана и прошептал:  – Чжаоцай никогда уроки не затягивает. – Хм? – Шэн Ван наклонился вперед и непонимающе спросил, – Закончит вовремя, и что? – Значит, мы попадём в столовку ровно по звонку, – заявил Гао Тяньян, – Дружеское напоминание: заранее определи, где примерно столовая, и как только прозвенит звонок -беги. Только так ещё можно урвать там что-нибудь съедобное. На лице Шэн Вана появился знак вопроса:  – Зачем бежать? Мы же вчера просто дошли пешком. – Сам же сказал, что это было вчера, – Гао Тяньян вздохнул, – С сегодняшнего дня хорошие времена закончились. Первогодки наконец вышли на занятия. Теперь за еду дерётся вдвое больше народу. Гао Тяньян покачал указательным пальцем и сказал:  – Жизнь тяжёлая штука. Один раз увидишь и сразу поймёшь: эти мелкие скоты бегают быстрее собак. Шэн Ван ещё не успел ответить, как Чжаоцай вдруг хлопнула по столу:  – Гао Тяньян! Шэн Ван потрогал кончик носа и тут же сел прямо. А тот, кто сидел перед ним, уже неловко поднялся. – Решил со мной за внимание побороться? – Чжао Цай бесцеремонно спросил, – Что ты там пробубнил? Ещё и Шэн Вана отвлекаешь. Гао Тяньян почесал затылок и сказал:  –  Да ничего особенного. – Хочешь меня одурачить*? – Чжаоцай склонила голову набок и опёрлась о стол: – Времени всё равно почти не осталось. Давай, поделись с классом, что ты там только что сказал.

*哄鬼呢 Hōng guǐ ne – уговаривать призраков. Значение: обманывать кого-то. 

Гао Тяньян шевельнул губами, и издал звук, словно жужжал комар. – Зуб болит? – Чжаоцай сказал, – Повтори три раза! Как закончишь - отпущу класс. Не закончишь - будем сидеть дальше. Больше сорока голов разом обернулись и Гао Тяньян громогласно выпалил: – Я сказал: эти мелкие скоты бегают быстрее собак! Чжаоцай: ..... Шэн Ван про себя подумал, что наказание вышло весьма эффектное. Чжаоцай указала на Гао Тяньяна и сказала:  – Закрой рот и садись. Сегодня перепишешь три образцовых сочинения по одному разу и сдашь на вечерней самоподготовке. А теперь - урок окончен! Сказав это, невысокая круглолицая учительница ловко отступила в сторону и освободила проход.  Не успел Шэн Ван встать и задвинуть стул, как класс опустел. Учащиеся класса А цунами бросились вниз по лестнице. Когда они пробежали половину пути, прозвенел звонок, и к потоку присоединилось ещё больше людей, и эта величественная орда с безумным видом помчалась к столовой. Что это за сцена из «Легенды о голодном волке»*?

*песня в исполнении Джеки Чуна, слова написаны Пан Вэйюанем, музыка и аранжировка Лю Ношэна. Она включена в одноименный альбом Джеки Чуна «The Legend of the Hungry Wolf», выпущенный 20 мая, 1994

Шэн Ван застыл с открытым ртом. И тут услышал, как Чжаоцай повысила голос: – Эй? А вы двое почему не бежите? – Мы… двое? — только обернувшись, Шэн Ван заметил за спиной того самого «второго». Цзян Тянь не только не убежал, он вообще решал тест. Чжаоцай увидела уголок листа и невольно растрогалась: – Ого, солнце сегодня на западе взошло? Ты правда так серьёзно работаешь над ошибками? Дай посмотрю, на каком вопросе ты застрял, что так долго возишься. Есть что-то, чего ты не понимаешь? – Нет, – Цзян Тянь согнул указательный палец левой руки и коснулся носа, но ручка в правой даже не остановилась. Он, наоборот, стал писать ещё быстрее. По мнению компетентных специалистов, прикосновение к носу - признак нечистой совести. Шэн Ван украдкой глянул.  Хе. Физика. Чжаоцай сошла с кафедры, и ровно в тот же миг Цзян Тянь подставил значения и упростил последнее уравнение. Ручка поставила точку в финальном выводе, после чего он быстро сунул лист в парту. Прежде чем учительница успела подойти, он уже встал и сказал: – Я пойду есть, учителью Сказав это, он встал и вышел из класса. Шэн Ван выдохнул "хм", махнул рукой Чжаоцай и сказал:  – Учитель, тогда я тоже пойду вниз. – А, хорошо, иди, – Чжаоцай была сбита с толку ими обоими. В мгновение ока два подростка один за другим вышли из класса. – Они что, призрака увидели? Чего так быстро смылись? -  Она подошла к парте Цзян Тяня и заглянула внутрь. Из-под столешницы торчал уголок листа. На нём красовался заключительный вывод Цзян Тяня: “Таким образом, можно установить, что шар находился под действием равных по модулю и противоположно направленных сил, поэтому двигался прямолинейно с постоянной скоростью Vt” Чжаоцай: ..... Она метнулась к задней двери одним стремительным выпадом, будто лучник на позиции, и взревела: – Цзян Тянь! На вечерней самоподготовке явишься ко мне в кабинет для беседы лицом к лицу! Просторная школьная форма подростка мелькнула на углу лестницы и вскоре исчезла. В классе кондиционер работал на полную мощность. Только когда Шэн Ван добрался до первого этажа, он понял, что сбежал слишком быстро и даже не снял школьную куртку. Физику посреди урока китайского языка решал вообще-то не он. Так за кем именно он сорвался следом и зачем? Сразу после спуска он ещё ничего не почувствовал, но стоило солнцу показать свою физиономию, как его с запозданием начало прошибать потом. Шэн Ван больше не выдержал, снял куртку и понёс её в руке. Цзян Тянь был на несколько шагов впереди него. Этот человек как будто и не вспотел, школьную куртку не снял, только рукав закатал до локтя.  Кто постоянно сидит, уткнувшись в парту, легко заработает сутулость, стоит только расслабиться. А с ним всё было идеально: стоял прямо, высокий и ровный, будто мороженое на палочке, которое ещё не успело растаять на солнце. Красивые парни везде притягивают взгляды. А тут их ещё и двое. Несколько компаний девчонок, проходя мимо, оборачивались на них, толкали друг друга локтями и, заливаясь румянцем, хихикали. Подружки так активно поддразнивали одну барышню, что чуть не вытолкнули её прямо на Шэн Вана. Шэн Ван отошёл в сторону и улыбнулся им, сказав "извините" сделал два шага и догнал Цзян Тяня. – Эй, салфетки есть?  – спросил он, вытирая пот со лба. Фонтан на школьной площади не работал. Цзян Тянь спустился по его ступеням и сделал вид, что ничего не слышит. – Эй, я с тобой разговариваю, – повторил он. Цзян Тянь продолжил демонстрировать избирательную глухоту. Шэн Ван цыкнул и недовольно сказал:  – Я из-за тебя сюда потащился, а ты даже салфеткой не поделишься? Цзян Тянь наконец ответил:  – Сначала научись нормально обращаться к людям, потом проси салфетки. Шэн Ван раздражённо уставился ему в затылок. Его губы беззвучно шевельнулись, а затем он нехотя протянул:  – Одноклассник Цзян Тянь, не будете ли вы так любезны одолжить мне одну салфетку? Так достаточно вежливо? Только тогда Цзян Тянь достал из кармана своей формы пачку салфеток и бросил ему. Шэн Ван протянул руку, чтобы поймать ее, и вытащил одну, чтобы вытереть пот. – С нашей скоростью мы ещё успеем поесть? – Шэн Ван огляделся. На фоне спешащей толпы они двое и правда выглядели как две белые вороны. Честно говоря, есть вместе с Цзян Тянем он совершенно не хотел. И невооружённым глазом было видно, что Цзян Тянь тоже не мечтает о его компании. Один только образ такого обеда уже был неловким до удушья. Но у мальчишек дух соперничества по какой-то загадочной причине включался всегда и везде. В такой ситуации будто бы проигрывал тот, кто первым отступит. Шэн Ван не хотел выглядеть трусом, поэтому стиснул зубы и заставил себя идти с Цзян Тянем плечом к плечу. Через две минуты он обнаружил, что все дальше и дальше удаляется от столовой. – Подожди, столовая вон там, ты что, не собираешься есть? – спросил Шэн Ван. – Если сейчас пойдёшь в столовую, сможешь погрызть разве что тарелки, – Цзян Тянь посмотрел на него, – Если хочешь - иди. Шэн Ван, разумеется, тарелки грызть не хотел. Он пошёл за Цзян Тянем, обогнул баскетбольную площадку и небольшой кусок Сада Сюшэнь aka нравственности, а потом вошёл в магазинчик у западных ворот школы. На территории Фучжуна было три таких магазинчика: один рядом со столовой, второй возле общежитий, и вот этот.  Магазинчик назывался «Си Лэ». Судя по цветовой гамме вывески над входом, он явно косил под «Сишидо». Весь его вид кричал: «Здравствуйте, мы подделка, и нас вот-вот прижмут на 315*».

* 喜乐 Xǐlè - радость

*喜士多 Xǐ shì duō - C-STORE, сеть магазинов у дома / convenience store.  Название звучит похоже на 喜事多 -«много радостных событий / хороших новостей».

* 315 - Всемирный день защиты прав потребителей (15 марта).

Этот магазин находится в противоположном направлении от столовой, и он не близок к зданию школы, поэтому в полдень здесь не так много учеников. Владелец, Чжао Су, - мужчина средних лет, высокий и худой, с чуть выпученными глазами, как у богомола. Когда он смотрел поверх толстых линз очков, в его взгляде сквозила проницательность. – В столовой еды не осталось? – спросил босс Чжао. Шэн Ван кивнул:  – Опоздали. – Вот. – он ткнул пальцем в сторону прилавка, – Там есть готовая еда, димсамы, горячие закуски и прочее. Выбирай сам, что хочешь, у меня сейчас руки заняты.  На столе стояла огромная корзина с вымытыми огурцами. Рядом лежала стопка только что распакованных одноразовых бумажных коробочек и рулон пищевой плёнки.  Через стол от него расположился странного вида мужчина. На вид ему было больше пятидесяти, худой и невысокий, верхняя часть тела сгорблена, как у креветки, точно у горбуна. На нём была белая майка с двумя проеденными молью дырками на спине, снизу - серо-синие хлопковые шорты. Торчащие из них тонкие, как спицы, ноги загорели до бронзового цвета. Кожа да кости. Он, казалось, стыдился своего вида и, когда вошёл Шэн Ван, отпрянул за полки, вероятно, боясь напугать людей. Но, увидев Цзян Тяня, сразу расплылся в улыбке. Изо рта у него вырвались невнятные звуки, а руки начали что-то показывать. Шэн Ван мысленно тихо ахнул. Этот человек был немым. Цзян Тянь кивнул немому. Теплоты в нём, как обычно, было не густо. Но немой всё равно очень обрадовался и снова что-то показал боссу Чжао.  Его жесты явно не были настоящим жестовым языком — он действовал скорее на инстинктах. Во всяком случае, Шэн Ван не понял ровным счётом ничего. Зато хозяин Чжао понял. Он ответил ему:  – Да, да, да, он вырос довольно высоким. Сейчас дети растут так, будто им за это доплачивают. Всё, хватит махать руками, сначала перчатки надень. Я уже полдня жду. Немой тут же послушно притих и серьёзно надел перчатки. Хозяин Чжао, выбрав огурцы, клал их в коробочки, а тот помогал заворачивать их в пищевую плёнку. Помощник он был не самый ловкий, но всё-таки помощник.  Шэн Ван некоторое время наблюдал со стороны, чувствуя, что Цзян Тянь либо частый гость, либо изначально знал босса Чжао и немого. Пока он размышлял, Цзян Тянь вдруг сказал ему:  – Можешь поесть здесь, я ухожу. – Что... ты есть не будешь? – Шэн Ван еще не успел отреагировать, как стеклянная дверь магазина "динь-дон" звякнула, и фигура Цзян Тяня уже исчезла за дверью. – Он здесь не ест, – босс Чжао небрежно указал назад, – Обедает за пределами школы. Шэн Ван запутался ещё сильнее. В Фучжуне, чтобы выйти за территорию днём, нужен был пропуск. Но он не видел, чтобы какой-нибудь учитель подписывал Цзян Тяню разрешение.  – За пределами школы - это где? – спросил он. – В жилом районе для семей сотрудников, – босс Чжао проговорил с видом старца, – Что, сам поесть не можешь? Чего ты за ним увязался? Обеденный перерыв короткий, поешь и быстро обратно в класс. Шэн Ван вспомнил о стопке заданий, которые ему ещё предстояло сделать, и замолчал. Он взял два блюда, сел с подносом и начал есть.  Магазинчик был маленький, но в нем есть все, что должно быть в магазине первой необходимости, а главное - еда довольно вкусная. Шэн Ван на редкость не стал привередничать и всё съел без единой жалобы. Вернув поднос в зону для грязной посуды, он слегка пересмотрел своё мнение о Цзян Тяне. По крайней мере, тот привёл его сюда: не пришлось толкаться в толпе и голодным он тоже не остался.  – Наелся? – Босс Чжао снял перчатки и спросил его, – Как на вкус, лучше, чем в столовой? На похвалу Шэн Ван никогда не скупился. Он тут же польстил: – Почти как дома. Хозяин Чжао громко рассмеялся, явно довольный сладкими речами. Когда смех утих, он протянул к Шэн Вану руку и сказал:  – Деньги.  – Ах да, чуть не забыл, – Шэн Ван любезно рассмеялся и потянулся к карману. Но чем дольше шарил, тем бледнее становился. Босс Чжао настороженно спросил:  – Что случилось? Шэн Ван сухо рассмеялся: – Я деньги забыл. Наличности у него не было, телефон тоже лежал в рюкзаке, засунутом в парту. Он был совершенно без гроша.  Босс Чжао тут же схватил его за руку и сказал:  – Так не пойдет. Не заплатишь - не уйдёшь. – Может, запишете в долг? Завтра во время обеда отдам. – предложил Шэн Ван. – Ни за что! – босс Чжао отказался. – Тогда я быстро сбегаю в класс и возьму? Босс Чжао снова ответил: – Нет. – Ну проявите хоть немного гибкости. – Нет. – Да почему вы такой скупой! Обеденный перерыв на глазах подходил к концу, и запертый на месте Шэн Ван уже был близок к нервному срыву. Босс подумал и сказал:  – Торопишься, да? Ладно. Он достал мобильный телефон, нашёл какой-то номер, позвонил и положил мобильник на стол, включив громкую связь. Гудки тянулись довольно долго, прежде чем трубку наконец взяли. Из телефона раздался голос Цзян Тяня: – Дядя Чжао, вам что-то нужно? Босс Чжао ответил:  – Да. Принеси сюда денег и выкупи своего мальца, который поел и хотел слинять, не заплатив. Цзян Тянь на мгновение замолчал. А затем просто щёлк - и повесил трубку.