Единственный

Шэн Ван - человек, который не любит общаться в WeChat, потому что набирать текст очень неудобно. Он даже не нажимал на подсказку типа «Друг успешно добавлен», не говоря уже о том, чтобы отправить сообщение «начать общение». Потому что в действительно хороших отношениях этим процедурам не уделяется внимания, но если отношения средние, то как только разговор начинается, можно представить себе последующий процесс… Сначала вам нужно отправить несколько смайлов, чтобы подогреть ситуацию, затем обменяться несколькими словами о серии недавних событий, а затем найти несколько оправданий, чтобы показать свою близость, вежливо попрощаться. Эта процедура может занять всего десять-двадцать минут, а то и полдня.Он так много повидал с Шэн Минъяном, что устал просто смотреть на это. Сейчас 2:23 утра по пекинскому времени, только глупец решит пообщаться в это время. Подумав об этом, Шэн Ван удалил интерфейс WeChat и снова переключился в игру, чтобы начать раунд. Может быть, это произошло потому, что его беспокоила рука, а может быть, он устал, но он умер всего через три минуты игры. У Шэн Вана не было интереса продолжать игру, но и не хотелось сразу же откладывать мобильный телефон. Поэтому он скучающе просматривал приложения, как император, отправляющийся на патрулирование. После того как он проверил все приложения, снова настала очередь WeChat, прежде чем он это осознал. Диалоговое окно соседнего человека с полной остановкой по-прежнему занимает верхнюю позицию, но при нажатии на него ничего не происходит. Император лежал на одеяле и жевал губы. Он на мгновение задумался, протянул руку и ткнул в панель смайлов. Выбрав некоторое время, но не найдя нужного, он ради интереса выключил панель смайлов и перешёл на аватарку. Личная информация Цзян Тяня очень проста: его псевдоним имеет только один знак препинания, его идентификатор WeChat все еще искажен, и он не опубликовал ни одного сообщения в своих WeChat Moments. Всё просто, как бесполезный аккаунт.Прочитал с одного взгляда и немного скучновато. Император зевнул, уже собирался выключить интерфейс, чтобы поспать, как вдруг мобильный телефон "зажужжал", панель уведомлений выплюнула язык, высветив: «。 перевел Вам денежную сумму». Шэн Ван: ???? Сонливость как рукой сняло этим внезапным движением. Шэн Ван открыл Alipay и увидел, что это не ослепление. Человек по соседству не спал большую часть ночи и фактически перевел ему деньги. Он с ворчанием поднялся, несколько секунд смотрел на общую стену и нажал на WeChat. Консервы: что ты делаешь? Рядом раздался слабый звук шаркающих тапочек, предположительно со стола на кровать. Телефон Шэн Вана снова завибрировал, и в диалоговом окне появилась еще одна запись. 。:? Консервы: Почему ты вдруг среди ночи перевел мне деньги? 。: Деньги на воду. Консервы: Какие деньги на воду? Шэн Ван какое-то время не реагировал и в замешательстве смотрел на стену. Шаги по соседству прекратились, и ему стало интересно, стоял ли Цзян Тянь где-нибудь и читал новости или просто потерял дар речи. 。: Вода, которую ты поставил мне на стол. Шэн Ван напечатал в поле ввода: «Это всего лишь бутылка воды, тебе еще нужно отдать долг?» Он остановился на полпути к ответу. Он вдруг понял, что они с Цзян Тянем не так уж и знакомы: в школе они были одноклассниками всего четыре дня, а первые три дня даже не взглянули друг на друга как следует. А дома... было еще более неловко. С какой стороны ни посмотри, это не те отношения, где можно покорно принять угощение другой стороны, а вернуть деньги - это правильно. Шэн Ван снова удалил набранные слова и вернулся: - О. Затем он увидел, что в верхней части диалогового окна отображается надпись "Собеседник печатает....". Он перешёл в положение со скрещенными ногами, положив локти на колени, и стал ждать. После того как собеседник набирал текст около десяти секунд, индикация исчезла, а в диалоговом окне не появилось нового ответа. Консервы:? 。:? Шэн Ван уставился на эти два вопросительных знака, думая, что, возможно, он болен, но человеку по соседству тоже было не намного лучше. Он закатил глаза и напечатал слово за словом: Забудь, это пустяки, я пойду спать. В верхней части окна чата снова появилось сообщение "Собеседник печатает.....". Шэн Ван подумал про себя: «Если тебе не придется долго печатать всякую ерунду, я постучу в твою дверь». Прошло еще несколько секунд, и в чате появилось новое сообщение. 。: Хм. Шэн Ван хочет кого-нибудь ударить. Он убавил температуру кондиционера на три градуса, чтобы уменьшить сухость воздуха, а затем лег на кровать, держа в руках мобильный телефон, чтобы продолжить заниматься своим императорским патрулём. Патрулируя перед сном, он наконец не удержался, кликнул на WeChat-профиль соседа, дал ему сменить имя заметки на "Цзян Тянь". Этот парень болтал со знаком препинания, что было в сто раз приятнее, чем его обычная беседа. На следующее утро Шэн Ван проснулся от холода. После того как кондиционер всю ночь дул на 18 градусов, мозг молодого мастера болел, а нос был заложен. Он чихнул четыре раза подряд, волосы растрепались, кончик носа покраснел, он завернулся в одеяло и замер на кровати на пять минут, после чего яростно плюнул в сторону соседней двери. По беспрецедентной инициативе он надел школьную форму, прижал к себе пищащий будильник мобильного телефона и, прихватив две салфетки, спустился вниз. У Шэн Минъяна были небольшие проблемы с бизнесом, и он не вернулся из командировки. Но рано утром в доме было очень оживленно. Шэн Ван поднял голову со второго этажа и посмотрел вниз. Няня тетушка* Сунь пришла сегодня рано и в перчатках ходила за Цзян Оу по кухне, время от времени коротко переговариваясь. Шэн Ван прислушался к паре фраз, как будто тетушка Сун учила Цзян Оу что-то готовить. Цзян Тянь стоял рядом с диваном, укладывая в школьную сумку бумагу и карандаши. Шэн Ван уже собирался поднять ногу, чтобы спуститься по лестнице, когда услышал на кухне стук - что-то разбилось. Затем Цзян Оу издала низкое шипение. – Ой! Скорее промой ее холодной водой, – раздался голос тетушки Сун, – Это очень горячая вода. Сначала промой его, а я пойду принесу мазь. Цзян Тянь бросил школьную сумку и большими шагами вошёл на кухню. Из-за угла Шэн Ван мог видеть половину его спины. Он услышал, как Цзян Тянь спрашивает: – Это волдыри? Цзян Оу рассмеялась и ответила: – Нет, я просто не обратила внимания и потёрла это. Я раньше этого не делала, а тетушка Сун напомнила мне, чтобы я не трогал ее руками, так что я немного отвлеклась и забыла об этом. – И зачем ты вдруг это сделала? – с любопытством спросил Цзян Тянь. – Это не вдруг, просто я уже говорила с твоей мамой, что Сяо Ван особенно любит это есть, а раньше... – тетушка Сун поспешила к ним с маленькой круглой баночкой и сказала, – Вот, нанеси немного этого. Это лекарство очень полезно, я всегда ношу его с собой, где бы оно ни горело, одно применение - и все в порядке. Прикладывая лекарство к Цзян Оу, она прошептала: – Когда он был маленьким, его мама делала для него это, а Оу-цзэ сказала, что хочет научиться. Цзян Оу немного смутилась и со вздохом ответила: – Я не слишком хороша в этом, я не могу этому научиться. Ноги Шэн Вана, спускающегося по лестнице, на мгновение остановились, а затем отступили, и он замер на вершине лестницы. В этот момент его эмоции были немного запутаны, и он не мог сказать, что чувствует. Позади него дверь спальни была открыта, и холодный воздух, припасенный на ночь, выскользнул наружу и окутал его с обратной стороны. Он вдруг ощутил некоторую пустоту. Сразу после этого снизу донёсся голос Цзян Тяня: – Зачем учиться у других. Замечание тетушки Сун чем-то задело его, и его тон прозвучал холодно и упрямо. Цзян Оу на мгновение замерла: – А? – Я сказал... – брови Цзян Тяня нахмурились, линии плеч и спины стали напряжёнными и жёсткими, просто взглянув на его боковой профиль, можно было почувствовать, насколько он несчастен. Сказав эти два слова, он на мгновение приостановился, его пальцы, висящие на боку, несколько раз сжались, издав "щелчок", выдавая легкое раздражение. Еще через несколько мгновений он сказал: – Забудьте об этом, я иду в школу. Цзян Оу слегка сардонически похлопал его по плечу. Она повернул голову и снова подмигнул тётушке Сун, пытаясь снять неловкость. Цзян Тянь опустил глаза, большими шагами подошёл к дивану, подхватил школьную сумку и направился в прихожую. Переобуваясь, он мельком увидел лестницу и на мгновение замер, завязывая пояс. Шэн Ван стоял там, не снимая пиджака, широкая школьная форма обтягивала его белую футболку, рукава были закатаны и сложены пустыми складками, обнажая неповторимый высокий, тонкий и худой подростковый рост. Цзян Тян на мгновение поднял глаза и посмотрел на него, а затем опустил взгляд, его губы сжались в прямую линию. В следующую секунду он встал и, неся свою школьную сумку, вышел за дверь. Погода в этом городе в августе пасмурная и неопределенная, несколько вспышек молнии могут привести к ливню. Шэн Ван услышал слабый звук приглушённого грома за домом и, спускаясь по лестнице, потер кончик носа, чувствуя, что ему снова станет плохо.