По наследству

Наконец закончив дела в магазине, Рё облегчённо выдохнул. Не угасала надежда на то, что преследовавшая его весь день неудача наконец-то отступит. Уже стоя на улице, он вновь зевнул, и устало потёр слипающиеся глаза. Голова жутко болела: от постоянного недосыпа, от стресса, от дикого желания закурить. Рё зажмурился и начал массировать виски, стараясь хотя бы мысленно абстрагироваться от источников стресса. Однако сделать это было крайне трудно – мысли о том, что сегодня только среда и до единственного выходного в неделю оставалось ещё целых три дня работы, тяготили. Однажды Рё всё-таки не выдержал и пожаловался работодателю на график на что Огава, к величайшему удивления самого Рё, согласился поискать второго продавца. Однако радость длилась недолго. Объявление о поиске работника действительно появилось, однако уже через неделю оно было перекрыто плакатом о скидках на полуфабрикаты. Конечно, нанимать кого-то официально Огаве было не особо выгодно – в целом и не нужно, ведь у него был такой многофункциональный работник. Размышления о сложности существования прервала проехавшая менее чем в метре от Рё машина. Он несколько раз моргнул и понял, что едва не вышел на проезжую часть. Едва сдержав усталый стон, Рё всё-таки стал концентрировать внимание на дороге. Несмотря на низкое желание жить, вероятность попасть под машину тревожила. Помрёт – не страшно, но если сломает себе что-то или разобьёт голову, то будет плохо. Денег на больничные расходы у него не было, а лечить подобные травмы самому не лучшая затея. Да и попадать в руки полиции или других государственных органов совсем не хотелось, ведь он уже несколько лет числился пропавшим. Из приюта Рё сбежал в шестнадцать. Конечно, там были еда и кров, но терпеть постоянные издевательства от других детей, да и пренебрежительное отношение персонала было невыносимо. Конечно, воспитатели ко всем воспитанникам относились без теплоты и особой заботы, но Рё вовсе был исключением. Его игнорировали, демонстративно отворачивались, когда он обращался к кому-то из персонала, а иногда и вовсе забывали кормить. Рё быстро понял своё положение и перестал самостоятельно общаться с воспитателями. Но вот с детьми всё было куда сложнее. Ничего страшного, если бы те тоже просто игнорировали его существование, относились как к пустому месту или отгоняли от себя. Не даром ведь говорят, что дети очень жестоки. Шрам на губе – лишь одно из многих подтверждений тому. От неприятных воспоминаний Рё рефлекторно прикоснулся к небольшому и практически невидимому шраму, пресекающему его губы слева, почти в самом уголке рта. Его нанёс один из мальчишек с «животной» причудой. Кажется, он сделал это даже не намеренно. В какой-то степени Рё даже был ему благодарен, ведь после этого случая его перестали доставать с той силой, как это было обычно. В тот раз он заплакал первый и единственный раз за всё пребывание в приюте. Вновь погружённый в воспоминания, Рё и сам не заметил, как прошёл большую часть пути. Шумная проезжая часть осталась позади – здесь машины явление не частое. Чтобы добраться до дома оставалось лишь свернуть в переулок и пройти несколько сотен метров по узким, неосвещённым проулкам. Темноты Рё перестал бояться, кажется, лет в шесть, но вот слова Ичикавы о выросшем уровне преступности не покидали голову. Конечно, в таких неблагополучных районах нападения не редкость, но за всё то время, что Рё жил здесь, сам жертвой местных хулиганов никогда не был. Знал, что некоторых его соседей обворовывали, слышал об изнасилованиях молодых девушек, даже пару раз видел, как полиция увозила чьи-то тела, но до последнего Рё всегда надеялся, что хоть в этом его пронесёт. Глубоко вдохнув, он нырнул в темноту. Казалось, словно все чувства разом обострились. Слух улавливал малейшие шорохи, а глаза не упускали из виду даже колышимого ветром мусора. Тело напряглось. Погружённые в карманы кофты руки едва заметно подрагивали. Раскладной нож в левой ладони немного придавал уверенности, но Рё отчётливо осознавал, что против достаточно мощной причуды он будет абсолютно бесполезен. Да даже простой пистолет станет серьёзным аргументом. Рё шёл медленно, вслушивался и вглядывался, оборачивался на каждый шорох, крепче сжимал рукоять каждый раз, когда сердце начинало усилено колотиться. От нервного напряжения к горлу подступила тошнота, подавлять которую становилось всё труднее. Чёрт бы побрал этого Ичикаву с его предупреждениями! Конечно, приятель делал всё от чистого сердца и желания помочь, но когда кто-то вслух высказывал опасения самого Рё, игнорировать копошившийся в глубине души страх становилось невозможно. Внезапный шорох где-то сбоку заставил Рё застыть на месте. Он медленно повернул голову к источнику шума, а рука рефлекторно сжала рукоять ножа. Звук доносился со стороны нескольких мусорных баков. Рациональные мысли о крысах и бездомных животных разбивались о мощную волну накатившего страха. Наконец совладав со своим телом, Рё начал медленно отступать, не сводя взгляда с подозрительного места. Первые несколько шагов оказались успешными, но внезапно Рё почувствовал как его нога запнулась о крупный камень и он, безуспешно постаравшись ухватиться за воздух, шумно грохнулся на землю. Шорох со стороны баков превратился в грохот и Рё, больше не в силах сдерживаться, заорал. Что-то небольшое и крайне пушистое рвануло прочь от помойки. На мгновение, существо попало на слегка освещённый участок, и в его очертаниях узнавался обычный кот. Рё, всё ещё сидя на земле, сначала на мгновение затих, а потом начал хохотать. Абсурдность ситуации и до предела напряжённые нервы сделали своё дело и через десяток секунд безудержного смеха, Рё почувствовал, как влага начинает скапливаться в уголках глаз. До такой степени испугаться простого кота казалось глупым, но сейчас он чувствовал лишь облегчение. Произошедшее позволило расслабиться и, наконец успокоившись, Рё поднялся с земли. Оттряхивался он уже в весьма приподнятом настроении. Несмотря на то, что любимая кофта была вся в пятнах, а больная спина от удара болела ещё сильнее, чувствовал себя Рё прекрасно. – Господи, чуть от страха не помер, а это кот! – Всё ещё немного посмеиваясь проговорил он себе под нос. – Так-так… – Чужой, раздавшийся абсолютно внезапно, голос, заставил Рё резко обернуться. Прямо из-за угла вышли двое парней. Оба выглядели как типичные отморозки, да одеты они были соответствующе. Один из них шёл прямо, а второй скрючился и запихнул руки в карманы кофты. – Кто это тут такой весёлый? – Сказал «прямой», посмотрев прямо на Рё. – Какие-то проблемы? – Рё старался говорить спокойно и без агрессии. А вдруг он действительно кого-то разбудил своим хохотом? Но шестое чувство говорило о том, что эти парни вовсе не выглядят заспанными или недовольными. – Да никаких проблем, братан! – Вновь заговорил «прямой», немного обгоняя своего приятеля. Он вытащил из кармана нож и, выставив его вперёд, серьёзно заговорил. – Карманы выворачивай. Рё медленно сунул руки в карманы, стараясь выглядеть покорным. В целом, у него с собой не было ничего кроме старенького телефона да ножа, но лишаться хотя бы этих вещей не хотелось от слова совсем. Наконец ощутив ладонью рукоять ножа, Рё почувствовал прилив уверенности. Он, так же как и стоящий перед ним, вытянул руку с ножом и посмотрел на отморозков. – Давайте разойдёмся без конфликтов? – Спокойным голосом предложил Рё. – Нарываешься, да?! – «Прямой» со злостью глянул на него, а потом перевёл взгляд на своего товарища. – Тетсуя, преподай-ка ему урок. – Опять вся грязь на мне… – Как-то обречённо проговорил «скрюченный» и поравнялся со своим товарищем. – Малой, давай ты по-хорошему… Договорить ему Рё не дал. Он резко вытянул вторую руку вперёд и напрягся. Спустя секунду из кончиков его пальцев на огромной скорости вылетели четыре тонкие и длинные иглы, которые мгновенно вонзились в тело парня. Сразу же после, Рё перевёл ладонь и выпустил залп игл в «прямого». Оба отморозка зашипели от боли злобы, а Рё развернулся и рванул в противоположном направлении. Бежал он так, как не бегал ещё никогда. Усталость и головная боль как-то отошли на задний план, в голове вертелась лишь одна мысль: «Беги!». Вряд ли после такого его отпустят и было необходимо оторваться как можно сильнее, спрятаться где-нибудь и… Рё почувствовал, словно его лодыжку обхватило что-то и он полетел на землю. Сгруппироваться Рё, конечно, не успел и больно проехался лицом по земле. Боль расползалась по всему телу, заполняла собой всё его существо. Сейчас даже дышать было тяжело. Приподнявшись на локтях, Рё увидел, как прямо с его носа на землю каким-то слишком бешеным потоком течёт кровь. Повернув голову, он едва не потерял дар речи. Прямо из земли вылезала чья-то кисть, всё ещё крепко сжимающая его лодыжку. Рё дёрнул ногой, но хватка лишь усилилась. Нож отлетел куда-то вперёд, и сейчас достать его не было возможности. Рё потянулся ладонью к руке, намереваясь вонзить в неё несколько игл, но уже знакомый голос прервал его. – Не так быстро, урод! – К нему приближался «прямой». Лицо его было перекошено от ярости, а на футболке в нескольких местах виднелись небольшие дыры и пятна крови вокруг них. – Хотели же по-нормальному всё решить, а ты вот как! Парень быстро подошёл к пытающемуся отползти в сторону Рё. Рука, державшая его за ногу, наконец разжалась и ушла под землю, но уже было слишком поздно. «Прямой» схватил его волосы на макушке и дёрнул в сторону, ударяя головой о стену. Перед глазами поплыло. Шум, заполнивший голову, мешал думать и слышать. Удар под рёбра отбросил Рё в сторону, заставив прокатиться по земле. Прежде чем мысль о том, что следует подняться пришла в голову, «прямой» с силой наступил ему куда-то в область лопаток. Хотелось закричать, но получалось лишь судорожно дышать. – Убьёшь ведь его, Йору. – Голос «скрюченного» раздавался словно откуда-то из-за стены. – А тебе что, жаль этого ублюдка?! ¬– На мгновение «прямой» перестал вбивать его землю и, кажется, обернулся к товарищу. – Нет, но если он коньки отбросит, то хуже будет нам. От трупа нам отвертеться не получится. – Я его не убью. Просто преподам небольшой урок. А то какой-то больно дерзкий. – «Прямой» ногой перевернул его на спину и вновь пнул в бок. Рё резко вздохнул и ощутил злость. Подавляемое годами чувство наконец вылилось наружу, заглушая собой всё остальное ¬– и боль, и рассудок. Когда «прямой» вновь занёс ногу для пинка, Рё перекатился в сторону и вскочил на ноги. Сейчас хотелось лишь выместить весь скопившийся внутри негатив на отморозков. Стараясь следить за действиями «скрюченного», Рё в несколько шагов преодолел расстояние, разделявшее их с «прямым» и с силой ударил того в челюсть. Несмотря на простое телосложение, драться Рё мог вполне хорошо. «Спасибо» родителям, хоть что-то, чему они учили, наконец понадобилось! Заблокировав чужой кулак, летевший прямо в область солнечного сплетения, Рё загнал несколько игл в руку «прямого», вызвав у того болезненный стон. Разница в росте не помешала Рё сделать подсечку и опрокинуть противника на землю. Оказавшись сверху на «прямом», он одной рукой ударил того по лицу, а второй скользнул в карман чужих спортивок и достал складной нож. «Скрюченный» в это время с ужасом наблюдал за тем, как его крупного товарища избивают, но сам ничего сделать не пытался. Скорее всего, обязанности у этой «парочки» были поделены так: «прямой» запугивает, а «скрюченный» с помощью своей причуды удерживает жертву, после чего «прямой» работал кулаками. Даже с виду было понятно, что «прямой» имел куда более развитую мускулатуру, нежели его товарищ. Рё раскрыл нож и надавил лезвием на горло парня. Несколько капель крови выступили из небольшого пореза, а тело под Рё напряглось. – Не дёргайся! – Прошипел Рё со злобой и надавил ещё сильнее. – А ты только после дёрнуться и твоему дружку конец. – Он не переводил взгляда, но, кажется, «скрюченный» и так понял, что обращались к нему. – Вы, суки, испортили мою любимую одежду и побили меня! Как думаете, что мне стоит с вами сделать? – Рё не кричал, наоборот, говорил даже слишком спокойно, то звучащая в голосе сталь действовала куда эффективней крика. – Не надо! – Взмолился «прямой», ощутив, как лезвие его собственного ножа слегка двинулось в сторону, увеличивая порез. – Уходите. – Холодно сказал Рё, поднимаясь на ноги. – Не дай бог вы ещё раз решите ко мне подойти… «Прямой» не сразу решился подняться на ноги. Он несколько метров полз, не решаясь показывать Рё спину. Однако, когда расстояние между ними показалось ему безопасным, поднялся и, то и дело спотыкаясь о собственные ноги, стал убегать. Его «скрюченный» товарищ рванул за ним. Рё стоял посреди тёмной улицы с раскрытым ножом в руках. Лицо было всё в крови и царапинах, одежда в нескольких местах порвалась, а тело болело неистово. Несмотря на всё это, сейчас он испытывал восторг. Вид сразу двух испуганных обидчиков впечатался в мозг и вряд ли выйдет из головы в ближайшее время. Руки подрагивали от адреналина. Наконец, когда оба отморозка скрылись из виду, к Рё начал возвращаться здравый смысл. Конечно, эти придурки вряд ли решат пойти в полицию, но страх за собственную жизнь всё ещё не утихал. А вдруг решат отомстить? Вдруг придут не вдвоём, а толпой. Рё и сейчас-то едва держался на ногах и если бы не внезапный прилив сил, валялся бы он сейчас без сознания. Хотелось домой. Смыть с себя накопившуюся грязь, запарить дешёвую лапшу и лечь спать. На большее сил у него просто не останется.