помощница

М: Больше к ней не подходи. Понял? прорычал Макс, вылавливая моего бывшего за шкирку. М: Это было так, для затравки. Увижу ещё раз рядом с Настей — разберусь по-настоящему, церемониться не буду. Учти. Виталик предпочёл не отвечать. Из носа хлестала кровь, он зажал его ладонью и бросился наутёк… Бывший муж так сильно меня напугал, что я на миг забыла все свои претензии к Максу и едва не бросилась к нему на шею. Но через мгновение пришла в себя и сразу отступила на шаг, гордо выпрямила спину. М: Солнышко, ты как? Он ничего тебе не сделал? Было ясно, что Макс с трудом сдерживается, чтобы не заграбастать меня. Очевидно, побоялся, что я начну вырываться, как только что вырывалась от Мельникова. Н: Всё в порядке. Но напугал он меня ужасно. С трудом произнесла фразу, у меня до сих пор дрожал подбородок, пальцы и все внутренности. Понимала, что всего пара секунд отделяли меня от трагедии — бывший муж точно ударил бы или швырнул на асфальт… М: Вот же гад! прошипел Тарасенко. Я удивлённо посмотрела на синюю хонду: Н: Как ты здесь оказался? М: К тебе ехал. признался Макс. М: Соскучился я. Стоял передо мной — такой большой… милый… виноватый. Едва не призналась, что я тоже соскучилась. Но тут же напомнила себе, что Тарасенко верить нельзя. Непонятно, что от него ждать. Забота, нежность, потрясающий секс… А потом вдруг — бац! — подпиши договор на суррогатное материнство. Как мне это забыть? Н: А что это за машина, Макс? М: У водителя… пришлось позаимствовать. Н: Неужели твой роскошный джип сломался? М: Нет, конечно. Что ему будет, он никогда не ломается. улыбнулся Макс. М: Просто… так получилось. Алексей дал на своей поездить. И хорошо! А то тут всякие к тебе пристают. Н: О, ты очень вовремя подъехал. честно призналась я. По телу пробежал озноб, когда опять вспомнила о налитых кровью глазах Мельникова. М: Милая… А давай ты переедешь ко мне? Так надёжнее. Вдруг твой бывший подстроит какую-то подлость? А я буду тебя охранять день и ночь. Давай, Насть? Согласна? Предложение меня удивило. Я тут же представила, как мы будем жить в квартире, спроектированной его женой, будем смотреть на портрет Анны в гостиной, на украшения, сделанные её руками… Ой, нет. Да и вообще, почему я должна терять свободу? С какой стати? Максим просто хочет контролировать каждый мой шаг, чтобы знать, что его ребёнку ничего не угрожает. Н: Нет, не согласна. тихо ответила я. Н: Планирую переехать сразу в собственную квартиру. Клиника должна мне выплатить компенсацию за ошибку. Юрист сказал, что это ты их заставил. М: Да, поговорил с ними… вежливо. Они, конечно, немного поупирались. Н: Спасибо, что повлиял на них. сдержанно поблагодарила я. М: Было бы странно не заставить их раскошелиться, ведь их ошибка дорого тебе обошлась… Всё же давай, малыш, переезжай ко мне. Это будет самым лучшим решением. Давай прямо сейчас заберём твои вещи. Тарасенко двинулся вперёд — к подъезду. Н: Нет, Максим, нет! Я же сказала, что не перееду. Может, тебе понадобилась корпоративная квартира? Я должна её освободить? Так и скажи. М: Не должна. мрачно бросил мужчина. Н: Тогда с твоего позволения я ещё поживу здесь. Знаешь, Макс, перестань меня обхаживать, посылать подарки. Ты всё это делаешь, чтобы я растаяла и подписала контракт. М: Настя, ты ошибаешься! Н: Но я его не подпишу, Макс! Даже не надейся! Этот ребёнок — моё сокровище и смысл моей жизни. И я его тебе не отдам. М: Настя… Максим смотрел на меня с сожалением и болью. А я обошла его, как неодушевлённый предмет, и направилась к подъезду. Макс К окончанию длинных праздников Макс эмоционально вымотался так, что был уже на пределе. Маялся, места себе не находил. Во время очередной тренировки в клубе друзья снова отметили, что он неадекватен. Мт: Явно из-за Насти бесишься. Да что за проблемы у вас такие? удивился Матвей. Он наблюдал, как друг яростно молотит кулаками напольную боксёрскую стойку. Снаряд содрогался под мощными ударами, Тарасенко уже весь блестел от пота, короткие волосы прилипли ко лбу, по шее сбегал ручеёк. М: Проблемы. хмуро подтвердил Макс. Мт: Чурбан ты, Макс. Лапушка твоя беременна, какие могут быть разногласия? Ты вообще рта не должен открывать, Настя сейчас главная. У неё важная задача — выносить здорового младенца. Твоего наследника, между прочим. Как ты с ней общаешься, если ты такой дикий? М: Никак. Мт: Блять, ты дебил? Это что за поведение? Нет, ты точно ненормальный, Макс! Давай я сам поговорю с твоей лисичкой. М: С какой стати? Тарасенко так яростно с разворота долбанул ногой боксёрскую стойку, что она завалилась. М: Нечего! Не лезь! Мт: Расскажу Насте, что друг у меня классный, вот только одичавший, потому что совсем забыл, как обращаться с женщинами. М: Иди на хуй, Матвей. Психотерапевт, блять. Мт: А в рыло? нежно улыбнулся Артемьев, разминая кисти. М: А попробуй. Мужчины запрыгнули на ринг и пару мгновений ходили кругами, как два зверя, прицениваясь и присматриваясь, а потом бросились друг на друга. Сокрушительный бой закончился яростным клинчем. Противники — вернее, друзья — сцепились так, что не раздерёшь. Р: Брейк! Разошлись! скомандовал Рустам. Р: Как пацаны, ей-богу! Действительно, в последнее время Макс себя вёл как влюблённый пацан. Караулил Настю во дворе дома, а когда темнело, смотрел вверх — он вычислил, где находятся окна корпоративной квартиры и надеялся разглядеть в освещённом квадрате тонкий силуэт. Синюю хонду он «спалил», Настя засекла эту машину. Пришлось взять у Вадима служебный автомобиль. Максим представлял, как возмутится девушка, если поймает его на шпионаже. Ему даже подумать об этом было страшно, она ведь снова сделает неправильные выводы. Но он ничего не мог с собой поделать, желание жгло внутри калёным железом, ему хотелось каждый день видеть Настю, быть с ней рядом. Но он не может на неё давить. Один раз уже попробовал — и что получилось? Если будет упорствовать, Настя его возненавидит. Сбежит от него, уедет куда-нибудь. Теперь она обеспеченная женщина, он сам постарался сделать так, чтобы у неё появился капитал в банке. Сейчас Макс возвращался из клуба, его автомобиль летел по блестящему от дождя асфальту, всё вокруг сверкало. Он ехал домой, но понимал, что его неумолимо тянет в другую сторону. При мысли о том, что сейчас он откроет дверь и войдёт в пустую квартиру, из груди рвалось глухое рычание… Настя Закончились майские праздники, которые под конец стали совсем невыносимыми. Дни тянулись. Как же надоело отдыхать! Прислушалась к себе и поняла: дело в том, что мне безумно хочется вернуться в офис и… увидеть моего босса. Ужасно по нему соскучилась. Воспоминания о Дубае — если не считать сцены в ресторане — заставляли сердце сладко сжиматься. У нас был волшебный секс, поэтому мне было трудно злиться на Макса. Хотя я старалась: постоянно напоминала себе, что он меня обманывал с самой первой встречи, всегда держал в мыслях собственные планы, которые шли вразрез с моими. Но тут же в груди поднималась волна радости — думала о том, как же хорошо, что именно Макс — отец малыша. У моей крошки отличная наследственность. В общем, в конце концов стало ясно, что я совершенно запуталась: злюсь, негодую… И в тоже время скучаю, мечтаю обнять, поцеловать… В первый рабочий день после праздников собиралась в офис часа три, не меньше! Накрутила кончики волос, чтобы создать эффектные спирали, подвела глаза, накрасила ресницы и губы. Поймала себя на мысли, что волнуюсь, как перед свиданием. Давно заготовила новое платье, а к нему сумочку и балетки. Жаль, от высоких каблуков пришлось отказаться, потому что стали ныть вены.