Lath peth Silmarillion

Мэлькорэ заманивает к себе Фэанора, он долго говорит с ним, рассказывает неведомые ему прежде тайны мироздания, силы и красоты. Фэанор очень собой горд, но сладостные речи Мэлькорэ нежно ласкают его самолюбие, а сладкий шепот вечерами завораживает. Раскрытые тайны подогревают любопытство, и вот уже Фэанор не гонит Тёмного Вала прочь, слушает каждое его слово, хоть и готов в каждом сомнительном моменте вставить десять своих утверждений. Мэлькорэ рассказывает ему о будущем, о планах Эру на них всех. Мэлькорэ садится рядом с ним на кровать, и его не прогоняют, лишь хмурятся подозрительно, но слушают. Мэлькорэ проводит с ним несколько лет, а однажды первый целует Фэанора, и снова его не отвергают. Фэанор несколько дней в замешательстве, а после немного оттаивает и словно бы становится доверчивее. Много говорит в ответ без прежней подозрительности и желания найти ошибки и ложь в речах Вала. Майрон эти годы посвящает сохранению порядка в Ангбанде, модификации и улучшениям крепости и всех в ней находящихся. Армия Мэлькорэ становится необычайно сильна и обновлена, о чем изредка и приходит доложить Майрон. Приходит и не раз видит мимолетные поцелуи его Вала и квэнди. Жалкого квэнди, пусть и сильнейшего из всех живущих. Со временем поцелуи становятся горячее, а Майрон словно бы приходит не об Ангбанде докладывать, а тенью замирать у окон и смотреть. Внутри от этого зрелища горит что-то неприятно, нестерпимо, а Майрон всё равно приходит и видит больше. В одну ночь он видит намного больше, чем следует. Следующие несколько месяцев он больше не наведывается в Аман к Мэлькорэ, с холодной расчётливостью исполняет все свои планы по совершенствованию Ангбанда. При мыслях о квэнди из руки падает перо, и Майрон неожиданно эксцентрично сжигает его и весь свиток, что писал. Майрон приходит к Мэлькорэ, встаёт на колено, но вместо доклада задает непозволительный вопрос. – У вас ко всем методы едины? Пленить чувствами хлоа – и так завладеть фэа? – Конечно же нет, со всеми по-разному. Мэлькорэ кажется даже не удивлён такому вопросу. Не удивлен, что Майрон знает. Не обращает внимание на то, как глаза майя горят отчаянным огнем. – Четвёртая башня Ангбанда достроена? – интересуется он. Майрон не позволяет себе больше чувств, не позволяет гореть, он отчитывается, как следует. Впервые за долгое время Мэлькорэ его на прощание целует. В Майроне возгораются желания, которые он так старался потушить, он готов умолять Мэлькорэ любить его. Этого никогда не случится, потому что Майрон – лишь одна из многих пешек, кого Мэлькорэ очаровал и никогда, никогда не отпустит. Майрон будет еще долго видеть, как Мэлькорэ колдует над Фэанором, над его хлоа и фэа, уже ему почти подвластными. Однажды Фэанор ему станет не нужен, и Мэлькорэ совершит нападение, кражу сильмариллов и навлечет на себя поход Нолдоли. Фэанор попытается убить Тёмного Вала. Майрон будет до последнего задаваться вопросом этой несправедливости, а также безропотно продолжит исполнять все порученные ему дела. Мэлькорэ никого не любит, Мэлькорэ просто нужны некоторые до тех пор, пока полезны. И Майрон видит – он тоже, что бы он ни делал из желания получить любовь.