Записанные отрывки Фолиум Дискогнитум

      К творчеству способны все. В каждом из нас – от утонченного бретона до твердолобого орка – в самой глубине естества хранится заложенное лордом Шеогоратом то зерно, что и отличает разумного обитателя нашего мира от бессловесной твари, то, что побуждает нас к самовыражению тем способом, который приемлем для данной личности. Увы, далеко не всегда этому самовыражению способствует жестокая реальность, глуша ростки светлых идей. Согласитесь, если вы умираете с голоду, вашей жизни грозит опасность либо же окружающие относятся к вам с полным пренебрежением – тут уже не до творчества. Но, едва обстоятельства складываются лучшим образом и имеется соответствующая мотивация, то драгоценная крупица таланта способна пробудиться и, пылая первозданным огнем, породить великолепный плод, создать шедевр, которого еще не знал этот мир. Главной же идеей любого, кто желает сделать последний лучше и чище, должно быть именно создание тех самых условий, побуждающих к развитию божественного дара в каждом из нас... – ну хорошо, почти в каждом, инициируя тем самым великий Акт Созидания.       Здесь, в Кэнне, мы - общество единомышленников – с энтузиазмом следуем этой идее. Сама красота природы Мании, со всех сторон окружающей этот величественный белокаменный форт, словно подстегивает нас к неустанному следованию главной цели - проведению Изысканных Представлений. «Красота переполняет мир!» – словно кричит все вокруг. И даже некоторая обветшалость строений крепости лишь добавляет им своеобразной прелести, превращая эти лестницы, залы и переходы в неповторимое произведение искусства. Величественная же Арена, украшенная лучшим из найденного здесь же, словно взывает к нашему чувству прекрасного, говоря: «Приведите достойнейших, способных создать здесь шедевры, достойные нашего лорда Шеогората!»       Сама идея проста, но в этой простоте – ее изящество. Мы отправляемся в путь по Островам, их дорогам и пустошам, денно и нощно ища тех самых творцов, которые еще и сами не догадываются о своей великой роли, а затем убеждаем их отправиться вместе с нами. К сожалению, этот мир еще слишком жесток, чтобы случайные встречные могли с полуслова найти общий язык, и чаще всего возникает непонимание, переходящее в неприязнь и даже агрессию. После того, как мы прискорбно потеряли нескольких достойнейших членов нашего братства, мною было принято решение: искатели талантов вправе прибегнуть к легкому и абсолютно безвредному для будущих участников заклинанию паралича. Далее пойманные... – в смысле, приглашенные – препровождаются в комфортные, но вместе с тем и довольно аскетично обставленные личные покои, расположенные под Ареной. Там они приходят в себя, там же начинается их подготовка к Изысканному Представлению, о котором им, разумеется, не говорят – талант должен пробудиться сам, без принуждения извне! Так начинается для многих этап воплощения высшей цели в их жизни.       Каждому кандидату на участие в Представлении помимо уже упомянутой комнаты с удобной кроватью и имеющимися в изобилии принадлежностями для письма полагается наряд того покроя, который он выберет для себя сам, будь то роскошный бархатный камзол с кружевами или латный доспех. Что поделать, но наш век – время воинских подвигов и славы, а творчество неотделимо от реалий нашего существования. Так что многие выбирают как раз украшения из закаленного железа.       Никаких ограничений в деликатесах! Творящий находится в предельной концентрации умственных сил, настоятельно требующих должного подкрепления. И пусть даже последний оборванец восседает здесь в шелках и трапезничает, словно манийский герцог, если в тот момент его разум творит шедевр не меньшей выразительности, нежели его высочество. Лучшие вина и сыры, великолепное свежее мясо – Изысканное Представление стоит всего этого! Лишь удовлетворение всех прихотей и причуд, совокупно с отсутствием помех поражают нас рождением новых порождений искусства, в каком виде бы те не были поданы зрителю.       Единственное, в чем предстоит ненавязчиво ограничить нашего гостя – это во времени. Иные творцы в подобных условиях предаются лени и могут заниматься своими изысканиями вечно, все никак не решаясь предоставить свое творение на рассмотрение судей, то есть нас. К сожалению, подобный подход является неприемлемым, поскольку лишает зрителя того, ради чего все и затевалось – или же прямо способствует тому, что произведение так никогда и не появится вовсе. Полагаю, что недели творческого труда будет достаточно, чтобы участники сумели совладать со своим талантом и порадовать нас великолепным Зрелищем, ради которого наша великолепная Арена и блистает всем необходимым антуражем, способным у любого, кто выйдет на нее, тут же создать необходимый душевный подъем. Именно здесь, среди ржавых мечей и щитов, развешанных по стенам, и должны проходить единственно достойные внимания сражения – битвы гениальных умов. Изящество слога здесь должно побеждать грубую материю. И победитель получит не только лишь украшенный янтарем венок и букеты кричалок, но и вечную горячую благодарность наших сердец, готовых от восторга выскочить из груди – как то случилось у нашего великого пророка, божественного Арден-Сула!              К. Людовикус, арбитр изящества.