Я дам тебе имя

Даламар не обманул: привёл Егорова в хороший трактир, где они сели ужинать, стараясь не привлекать к себе внимание. Хотя, в общем-то, что в них особенного? Взрослый эльф и человек-подросток, просто ужинают. Что здесь такого, не правда ли? Вон, там гномы сидят, там ошиваются какие-то недодраконы потрёпанные. Или что это такое за существа? Нет, от ауры этих странных созданий точно хотелось убежать, а не узнать, что же они всё-таки такое. — Даламар, — Женя начинает разговор первым. Он вздыхает, мешает суп ложкой и решает всё-таки задать давно назревший вопрос. Не то, что бы его волновал ответ, но ведь уже сколько лет эльф всё крутился рядом и явно верил в свои слова. Может, стоило ему дать хотя бы выговориться? — Почему ты утверждаешь, что я — покойный Рейстлин Маджере? Только, пожалуйста, не нужно ответов в духе «Ты он и есть». Объясни. Сейчас мне правда интересно. Арджент замирает, впервые за годы своих трудов услышав от Егорова интерес. Он протирает глаз тонким пальцем, осматривает мальчика и неторопливо отвечает: — Лучшим рассказчиком был бы твой попечитель, этот бывший Летописец, — эльф передёргивает плечами при упоминании о Шивиане.- Я тоже не знаю, что с тобой случилось. Ты должен был умереть в Бездне. Разве ты не помнишь? Твой близнец Карамон, дочь Паладайна, влюблённая в тебя Крисания? А чудовищная Такхизис? Как сила учителя могла быть подавлена каким-то Летописцем? Ах, Даламар, Даламар… То, что ты недооценивал столько лет Мелисова — лишь твоя ошибка. А вот сам маг пусть в ту пору и был юным, а план свой составил весьма блестяще, и ты почуял правду только из-за собственной крепкой связи учителя и ученика. Но больше ответ не почуял никто после тех событий. — Юра не «какой-то», — гордо вскидывается Женька, хмуря кончик носа.- Не смей так больше говорить. Даже если в порядке бреда предположить, что ты говоришь правду — он же что-то сделал, что я не помню прошлой жизни. Что прежних сил у меня нет, он… Подавил великого чёрного мага, получается. Значит, ты обязан его уважать, как сильнейшего. Мальчишка хмыкает, понимая, что эти слова — абсурдны. Даже Высший Летописец не мог справиться с силой магии Рейстлина. Никак не мог. Но вот Арджент, кажется, в этом сомневался. И это сомнение интриговало. — Когда вернёшься — спроси его сам, — Даламар только пожимает плечами.- Годы идут, ты взрослеешь. Учат тебя какой-то ерунде, потенциал твой чахнет в коконе. Жаль, что я не способен понять, что он с тобой сделал. А главное — какой ему в этом толк? Сам подумай: зачем ему делать тебя снова ребёнком? Летописец мог просто переписать события, разум. А он вернул тебя на начальный этап. — Для чего ты пытаешься подорвать мою веру в него? — Егоров хмурится, смахивая со лба мешавшиеся кудри.- Даже если ты прав: он же не сделал меня каким-то пустым, обычным, он посвятил мне свою жизнь. А ты пытаешься сделать всё, чтобы я считал его врагом. Даламар, ты не прав. Мальчик не прячет несколько смущённую улыбку. Он прекрасно знал, что в жизни этого мага занимает самое главное место. Месяцы в разлуке позволили навести в голове определённый порядок. Теперь было абсолютно очевидно и для самого Женьки, что Юра любил его больше всего на свете. И уж он точно ни при каких обстоятельствах не сделает подопечному плохо. Даже, если хотя бы капля слов эльфа и была истиной. Нет, невозможно. Юра знал, что делал, и делал это на благо Жени, у него были свои причины. Сомнений быть не могло. А спрашивать об этих самых причинах было по-настоящему не правильно. — Твоя сила была практически безгранична. И ты добился бы цели, сложись иначе обстоятельства, — эльф же совершенно невозмутим. В конце концов, разве он никогда не врал своему учителю? Врал, лукавил и сделал бы это снова.- Ты растёшь, привыкший к нему, слепо привязанный. И, войдя в цвет своих сил, станешь для него личным кладезем знаний, всемогущим ручным магом. Может, он хочет отомстить кому-то из бывших друзей — тех же Летописцев? Или власти хочет? Ради неё можно и подождать, пока ты вырастешь. Женька, мгновенно закипев от ярости, было поднимает руку, чтобы замахнуться на Даламара, но тот, будучи сильнее подростка, легко ловит его руку в воздухе: — Сам подумай, — продолжает напирать на него Арджент, — ведь вместо Карамона захоронили что-то другое, другую силу. Ты отдалённо похож на Рейстлина, не полностью, но это очевидно: может ли ему быть нужно, чтобы тебя узнали? Как стал слаб твой гениальный мозг, Маджере! — Замолчи! — рычит мальчишка, но видит, что эльфа остановить невозможно. — Почему это? — Даламар крепче сжимает руку Жени.- Или ты не видишь, что он не такой светлый, каким кажется? Чему тебя тогда в школе учили, если ты живого демона в нём не видишь и не чувствуешь? Какой ты жалкий стал! Хорошо, что с тобой это произошло: смерти в лапах Такхизис такой слабак заслужить не мог! Егоров зажмуривается от звона в ушах. Дёргает захваченной рукой, вырывая её, и невольно кричит от головной боли. Он не видит, как Арджента отбрасывает от него чёрной магической вспышкой. Он просто поднимается из-за стола и стремглав кидается на улицу. Не видит он и то, что один из присутствующих здесь делает знак, и по следу мальчика направляется настоящий «хвост». Не видит, но чувствует, едва лёгкие наполняются прохладой ночного воздуха. За ним шли. И вряд ли с предложением помочь. Что бы там Даламар ни сочинял об Юре — это просто ерунда, а вот тёмную энергию эльфов, идущих за ним, он ощущал хорошо. И шли они точно не за тем, чтобы угостить его чаем. — Взять мальчишку живым, — слышит юный маг, спрятавшийся неподалёку за бочкой. Их было не меньше десяти, этих эльфов. И он зачем-то был нужен им? А если это сообщники Даламара? Психованный эльф хотел схватить его и шантажировать Юру?.. — А вот шиш тебе, — мысленно представив лицо Даламара, Женя вполне реально показывает ему определённую комбинацию из пальцев обеих ладоней, уверенный, что не зря так быстро для юного мага окончил школу.- Ну, погоди, я твою наглую эльфийскую тушу ещё попинаю! А тёмные эльфы не медлят. Они как змеи расползаются по округе и рыщут, ищут, слушают. У них есть приказ, и исполнить его им мешает только одно: куда им, обычным эльфам, против защитных блоков, поставленных на Женю бывшим Высшим Летописцем? Они не могли уловить энергию ребёнка, и их это невероятно злило. А их хозяина однозначно не заинтересует оправдание в духе «Так нет следов». Нет — ищите лучше. Эльфы вы тёмные или кто? А Женька, прижимавшийся спиной к бочке, смотрел вперёд во все глаза и зажимал себе рот рукой от ужаса: совсем неподалёку один из этих странных эльфов вспорол живот шедшему по улице подростку, видимо, поняв, что тот не является его целью. Это были не какие-то там приспешники Даламара. Это были настоящие хладнокровные убийцы. И искали они его, Женю. Ночь была прекрасна. Светила полная луна, яркие звёзды, да и он сам, только что вернувшийся со свидания со своей прекрасной дамой сердца светился не хуже. И в эту ночь он просто хотел хорошенько выпить в тишине, наслаждаясь жизнью и собственной молодостью. Да только что-то пошло не так довольно быстро: мало того, что в этом месте он никогда прежде не бывал, так ещё и из подворотни на него выскочили двое до одури похожих эльфов, от которых разило тёмной магией. Завидев Светлого, парочка зашипела, будто бешеные змеи, и кинулась на него, то ли намереваясь сожрать его, красивого такого, то ли совершить ещё какой-нибудь ряд абсолютно непотребных действий. Но останавливаться и спрашивать причины и цели шипения парочки Елфимов как-то не имел желания. — Ну, почему просто нельзя уважать чужое личное пространство? Сверкнувшее в свете луны лезвие меча прошло в сантиметре от головы одного из нападавших. Эльфы проскочили мимо, снова злобно зашипев. Мало того: оба достали мечи и охотно кинулись на мага в атаку. Петя едва успел прикрыть глаза на миг прежде, чем его атаковали два лезвия одновременно. Атаковали и… Прошли мимо: Тень буквально растворился в воздухе, выскакивая вновь уже за спинами нападавших: они что, правда рассчитывали с ним справиться? Видимо, тёмных совсем нынче ничему не учат… Сердце уже несколько раз пропустило удар. Женя поднял взгляд на луну, мысленно сосчитал до пяти и убрал ладонь от собственного рта. Наблюдая за ближайшим эльфом, он на полусогнутых посеменил от бочки прочь, намереваясь припуститься наутёк за углом таверны. После такого он точно не будет мешать Юре избавиться от Арджента. О, а лучше будет попросить Самосвата это сделать! Да что там? Егоров его отныне любить от души будет, только бы унестись от этой напасти живым! Да, точно. Выжить и полюбить Самосвата. Какая ирония… К сожалению, мальчишка быстро в кого-то врезался. Испуганно «ой»кнув, Егоров подпрыгнул и поднял голову, обнаружив перед собой абсолютно чудовищную пасть крупного эльфа. Или даже вовсе какого-то мутанта? Едва не подпрыгнув ещё раз на месте, мальчишка спешно отскочил от чудовища и защёлкал пальцами обеих рук перед собой, словно бы имитировал знак «дай денег». И это сработало: из-под тонких пальцев посыпались золотые искры, заставившие монстра чихнуть, а сам мальчик вдруг испарился из-под его носа. Одному из парочки Елфимов довольно быстро снёс голову своим мечом. Снёс бы и второму, да на улице появились ещё несколько таких, и всем им было до молодого Тени дело. Именно сегодня, именно в этот вечер! Именно когда у него было такое прекрасное настроение! — Да отстань ты! — абсолютно бессовестно дурачась, маг подпрыгнул и в прыжке с ноги ударил мчащегося на него эльфа. Тот неловко отлетел назад, сбив с ног одного из своих же. Елфимов с довольной улыбкой опустился на землю и отбил мечом несколько атак другого чудища, изящно и легко метнувшись к тому за спину и выполнив меткую атаку. Нечего таким страшным по ночам гулять! — Вы чего? Хотите, чтобы я спел для вас? Так просить надо словами через рот, а не шипением и мечом! Попробуйте ещё раз? Он откровенно смеялся над эльфами и охотно вступал в бой с каждым нападавшим, двигался легко и грациозно, совершенно не уставая от боя. Тени были необычайно выносливыми. Особенно те, кто практиковал магический голос. Как мы уже с вами знаем, Петя был именно из таких. И для него этот бой был забавой. И был бы до конца, если бы в какой-то момент с криком откуда-то из ниоткуда на него не упало молодое тельце, окружённое всполохом горячих искр, едва не похоронив Соловья под собой. Спасибо хоть, что не обжёг! И вроде не самое тяжелое было то тельце, но при попытке удержать меч и падении Елфимов даже не сразу понял, оказавшись на земле, что боль в правой руке возникла моментально от перелома. И хорошего такого. А это было так некстати: ещё оставались пятеро эльфов. И они явно были не против сожрать и Тень, и так некстати телепортировавшегося на него и здорово ушибленного Женьку. — Ты куда так летаешь? — спросил блондин, тяжело дыша и буквально спихивая с себя мальчишку здоровой рукой.- Знаков не видишь? Взрослые дерутся, детям запрещено. — Извини, я тоже как-то не жаждал на тебя упасть, — Егоров жмурится, потирая отбитый живот — рухнул он на Соловья плашмя, истинной тушкой.- Зато умрём вместе. Тебя это должно утешать и радовать. — Безумно, — зло фыркнул Тень, пытаясь сдуть белую прядь волос с лица.- Как звать-то тебя, причина моих бед? — Евгений. — Пётр. Будем в братском пиру сожраны. Возрадуемся же! Даже левой рукой он отправляет меч в полёт, на ходу разрубая одного из нападавших пополам, а после призывает оружие назад прежде, чем на них с Женькой нападают. И если от первой же атаки Елфимов всё-таки смог отбиться мечом в левой руке, то от второй, почти сразу кинувшегося на него эльфа, не успел. А тот и вовсе вцепился зубами в повреждённую руку Тени, должно быть, не прочь полакомиться молодым свежим… Магом. Женька было взмахнул руками, чтобы попытаться помочь тому, как вдруг неистово чихнул: всё вокруг завлекло сильнейшим слоем пыли и дыма, земля содрогнулась, будто на неё приземлилось гигантское создание. Но нет. Это на крышу соседнего дома приземлился крылатый юноша — или Жене так только показалось в этом Аду? — похожий на птицу с огромными крыльями. Тот свесил ноги с края и наклонился вперёд, усмехаясь абсолютно по-хищному: — Вам велели поймать, а не жрать. И не его, а мальчишку. Что за глупые игры? Заканчивайте. Эльфы, повинуясь, двинулись ближе к магам, окружая их. Егоров, понимая, что дальше будет только хуже, и ещё совершенно непонятно, как оно именно будет, вскинул руки, пытаясь защититься, закрыться от порождений Тьмы. В его арсенале пока не было боевых навыков. Но он-то руки вскинул в защите, а в эльфа перед ним и правда прилетел поток тёмно-синих искр. Демонический эльф отлетел и бесследно взорвался. В то же время Елфимов, наконец, сумел отбиться от бессовестно пытавшегося его сожрать, отбросив меч и заколов эльфа кинжалом. Явно подрастерявшийся Тень прыжком вскочил на ноги, держась за повреждённую руку. Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять: а им-то, кажется, только что очень повезло. А тем временем, в свою очередь, ровно такие же потоки искр взорвали оставшихся эльфов, чем вызвали злое рычание крылатого мальчишки на крыше. Маги даже на расстоянии видели, как гневно клокотали его крылья. Женя поднимается на ноги, отряхивается и оборачивается по сторонам, пытаясь понять, что же это была за удивительная сила. Увидеть не удалось, пока тот «птица» не кинулся к истинному источнику магических атак. Воспользовавшись тем, что они тёмных больше не интересовали, Елфимов рывком притянул Женьку ближе к себе, сразу же вновь хватаясь за больную руку. Сходил на свидание, ничего не скажешь. А что же птица? Когда туман, наконец, рассеялся, юноша, не старше самого Петра, был увиден ими во всей своей демонической крылатой красе… Удерживаемый за горло Шивианом, на которого тот и попытался напасть.