Я дам тебе имя

И всё же, для тепличного ребёнка, коим Женя и был, вот так выпускать его во внешний мир — было, по меньшей мере, сумасбродством. Да, он учился в магической школе, навещал друзей, но подавляющую часть жизни он проводил подле наставника. А теперь, когда Юры рядом не было, когда, по сути, можно было идти, куда ноги и магия доведут, когда делать можно было всё, что заблагорассудится — разве нормально это для ещё пока ребёнка? Наверное, всё-таки нет. Но, отпуская подопечного от себя на неопределённый срок, Шивиан об этом не думал. Он-то рос нормальным, обычным ребёнком. Интересно, а он вообще когда-нибудь задумывался, что у Жени изначально психологически была другая ситуация?.. Улицы одного поселения сменялись другими. Молодые ноги шли не спеша, юный маг прислушивался и присматривался, надеясь увидеть хотя бы след своей цели. Вокруг развивалась жизнь, люди рождались и умирали, признавались друг другу в любви и расставались навсегда, а он… Бродил без цели, имея эту самую цель. То обнимая себя за плечи, то кутаясь в свою серую накидку с капюшоном. Легко сказать «Найди учителя». У него же нет татуировки во весь лоб «Женя, я твой учитель». Он, конечно, улавливал присутствие магов где-то рядом, но от них не веяло чем-то, что могло его заинтересовать. И ноги вели его дальше. В новые и новые поселения. Дни сменялись неделями, недели уже сложились в третий месяц. Где-то он останавливался и ночевал несколько дней, прислушиваясь к историям города, учась «слушать». Где-то были очень вкусные блюда в тавернах. А где-то и природа была так хороша, что ему требовалось время запечатлеть в детской памяти как можно больше. Нет, определённо ему стоило вот так отправиться в «свою жизнь». Дома столько всего не увидишь. Да вот только… Вот только справиться с собой было невозможно: Женя очень скучал по Юре. И очень хотел скорее к нему вернуться. Каждый вечер в одно и то же время мальчик находил тихое место, где усаживался и мысленно связывался с наставником. Шивиан ему всегда отвечал, Женя каждый раз ощущал вокруг себя тепло, как будто бы маг его обнимал. И он знал, что Юра так же ждёт его назад, но… Время ещё не пришло. Он ещё не нашёл нужного мага. Но это было не важно. Важно то, что день за днём от скрёжета где-то в груди мальчик нет-нет, но начинал среди людей искать знакомую лазурную накидку. Он верил, что за ним придут, что Мелисов не выдержит и всё-таки заберёт его. И даже пару раз казалось, что он видел где-то совсем рядом знакомые глаза, да… Стоило моргнуть, как наваждение исчезало, оставляя в душе огромной силы тоску и… Злобу на того, кого он искал. Из-за какого-то учителя, предназначенного ему судьбой, он был разлучён с домом! — Ерунда какая, — фыркает Егоров в один день, раздосадованный, что столько времени он потерял, а к цели не приблизился ни на шаг! — Что за безмозглое создание этот «учитель»? Не чувствует что ли, что я его ищу? — Почтенный, — из ниоткуда рядом с мальчиком появляется фигура в чёрном. Даламар. Эльф кланяется Жене и присаживается на лавку рядом с забором, где сидел сам юный маг, усмехаясь: — Учитель всё ещё не желает, чтобы я провёл его по местам… Юности? — Опять ты, — обречённо вздыхает маг, потирая шею.- Нет, не желает. Но если ты так хочешь играть в свои игры — нашёл бы что-нибудь поесть и поискал бы магов в округе. Увязался — приноси пользу. — Слушаюсь, — Арджент кланяется, искоса поглядывая на мальчика.- И всё же… Утолите моё любопытство: если вам всё равно нет дороги назад без наставника, почему бы вам не пройти теми дорогами, которыми вы уже шли в прошлом своём воплощении? — Потому, что я умер? — Егоров вздыхает, потирает нос и качает головой.- Хватит уже об этом. Достаточно того, что я позволяю тебе ходить за мной, хотя ты мне и не нравишься. Иногда этот эльф больше походил на галлюцинацию. Но он был реален. Он приходил к Жене уже много лет, всегда называл его не иначе, как «Учитель», пытался что-то абсолютно нереальное говорить о нём и Рейстлине… Только Егоров никогда не слушал, считая эльфа сумасшедшим. Потому и Юру просил не трогать Даламара. Ну, видится ему в мальчике его давно умерший наставник — что, конечно, было забавно в том свете, что Юра пересекался с Маджере перед его смертью — ну и пусть. В конце концов, дальше разговоров он не заходил, а иногда даже мог помочь по мелочи. Хотя, конечно, его присутствие Женю совсем не радовало. Наоборот, рядом с ним казалось, что он всё больше уходит во взрослый мир. В который он совсем не хотел. — Как и вашему благодетелю, — эльф кривит губы в ухмылке, не желая откровенно смеяться.- Что ж, тогда предлагаю навестить одну таверну. И готовят там сносно, и сегодня там будет интересный маг. Может, он вам пригодится? — Всё-то ты знаешь, — кривясь, маг спрыгивает с забора и отряхивается.- Знаешь, я уже готов на любого согласиться. Мне надоело бродяжничать, я уже на сто жизней вперёд нагулялся. — Рейстлин Маджере миру предпочитает бытие ребёнком при жалком маге, — вздыхает Даламар, качая головой.- Ведь брехуном запишут, если скажешь кому. — Даламар, — Женя чуть наклоняет голову на бок и щурит левый глаз.- Чем проверять моё терпение на прочность, называя меня Рейстлином, ты бы держал язык за зубами: я ведь могу и поверить. Уверен, что хочешь этого? Эльф молча в усмешке кланяется и отправляется вперёд, ведя мальчика в таверну. Как будто ему нужно было что-то ещё, кроме возвращения его учителя к жизни. Но раз великий чёрный маг решил поиграть в ребёнка, который себя не знает — пусть играет. Пока что Арджент может ему в этом потакать. — Летописцы судьбы. Делятся на Классических и Высших. Вне поста Высшего — довольно миролюбивые нейтральные маги, тяготеющие к лозунгу «Мир, дружба, чай с пирогом». Обычно владеют даром исцеления мелких повреждений, телепатией, предвидением, средними светлыми и слабыми темными навыками. Белокурый юноша с крайне серьёзным видом поправляет на носу очки и ставит в тетради пару пометок, кривясь в усмешке. Интересно, на какой минуте в него прилетит что-нибудь травмоопасное? — Классический Летописец — мужчина или женщина любой расы, с сильными аналитическими навыками. Умеют тонко подмечать детали, видят будущее практически против собственного желания. Заняты тем, что фиксируют самые разные события, в зависимости от необходимостей Совета. В доме было слишком тихо уже четвёртый месяц. Никто не смотрел на него косо, никто не шипел и всем видом своим не говорил: «Убил бы, если бы мог». Без Женьки в доме Шивиана было пусто. Мальчишка заполнял собой абсолютно всё вокруг, был Светом и Тьмой одновременно. И Самосват без него скучал, положа руку на сердце. Долго он странствовал, очень долго. И Юра беспокоился, хотя, как и должен был, вида не подавал. Но в этом доме Максим никогда не слышал такой абсолютно зловещей тишины и отсутствия бесконечного звонкого «Юра!» — Высший Летописец. Выборная должность из лучших представителей, умеющих общаться со временем, пространством, судьбой. Их количество достигает нескольких сотен, многие регулярно переизбираются на свое место. Абсолютные пацифисты, тем не менее, обладающие бессмертием и мощной защитой. Имеют одну-две атаки вроде разряда молний. Особенно одарённые в симбиозе с другими создают собственные заклинания атаки и защиты. Хорошо хоть Энди стал всё чаще у них появляться — кажется, Тени внезапно дали отпуск на налаживание рабочего контакта с новым подопечным — и как-то разбавлять всю эту тишину. С ним можно было в любой момент потренироваться бою на мечах, рукопашному бою. И с ним всегда можно было совершенно безопасно негромко посмеяться над впавшим в меланхолию Юрой. Самосват уже подумывал о том, чтобы лично отыскать Женьку и приволочь домой, но… Андрей на это разумно заметил, что так парень только себе проблем наживёт. Кто в здравом уме полезет против планов Шивиана? Точно не его ученик. — Для того, чтобы стать Высшим, важное условие для Летописца — развить в себе магический шар-хранилище — место, в котором в последствии при Посвящении будет помещён величайший дар — Перепись Летописцев. Высший Летописец может один раз за жизнь полностью изменить жизнь человека, переписать её полностью. Обычный летописец может влиять на события-память, если объект не имеет сильную волю. Воскрешать они не умеют. Но если ритуал начнется при жизни умирающего — шанс на выживание и успех достаточно большой. Повторная попытка Переписи Высшим ведет к его развеиванию в прах. Самосват снимает очки, потирает переносицу, жмурясь. Надо бы наведаться к почтенной Эндоре и попросить посоветовать хорошего лекаря. В последнее время его глаза уставали всё чаще. Нужно было признать: помощь ему с ними явно была нужна. Тем более, когда он взглянул перед собой — столкнулся со взглядом Юры: — И зачем ты это всё зачитываешь? — Затем, — Макс показал учителю обложку тетради, — что у тебя нигде нет классификации Летописцев. Пришлось самому писать, пока ты спал. Чай будешь? Мелисов несколько нервно дёргается, садится в своём кресле удобнее и смотрит на часы. И правда уснул. И правда его ученик всё записал блестяще. Интересно только, куда делась старая заметка? Хотя, в самом деле, она явно давно устарела. — Будешь. Но попозже. — А ещё, — блондин расплылся в гаденькой улыбке, явно решив проверить реакцию Юры, — становясь бывшими, Летописцы отлично общаются с Тенями, у которых всегда есть свои Чистильщики на короткой ноге. А Тени, как нам известно, знают всё и всегда. Только привлечь внимание такого крайне сложно, а кто-то и… Мелисов бы не стал ничего делать. Но Макс так старательно выпрашивал, что в него была запущена подушка с дивана. От которой он, надо сказать, увернулся чудом, захохотав. — Считай, что у меня блат, — Шивиан несколько криво улыбается, намекая на давнюю дружбу с Лобашёвым.- Так тоже бывает. — Знаем мы этот «блат», — хмыкнув, Максим сделал в тетради ещё несколько пометок и закрыл её.- Но мне интересно. Если ты ушёл из Летописцев, что стало с твоим местом хранения для Переписи? Куда делась вложенная сила? По идее, без связи с Советом ты должен был всё это утратить. А что теперь вместо них? Юра задумчиво кладёт себе ладонь на солнечное сплетение. На том самом месте он давно ничего не ощущал, поэтому понятия не имел, что там происходило. Не доверять же кому-то собственный осмотр? И, понимая это, Самосват сам пришёл к нему с целью проверить. Получив от мужчины кивок, блондин поднял руку, сияющую рыжеватым светом, и поместил её над потенциальным местом хранения Переписи. Смотрел он так и слушал пару минут, прислушиваясь так, словно бы изнутри ему должен был кто-то ответить. — Там не пусто, — Макс задумчиво качает головой, шевеля пальцами и усиливая магический контакт.- Оно как будто поделено на две части. Холодная, светлая, и горячая, тёмная. Твой отец, да? Мелисову даже не нужно отвечать. Свою давнюю тайну он открыл Самосвату в тот же день, когда решил стать его учителем. Мальчишка не испугался, и это доверие между ними здорово помогло им на первых порах. — Какая жгучая, вязкая, — продолжает блондин, чуть хмуря нос.- Тебя бы на опыты сдать. Ты же ценнейший… — Только скажи «экземпляр». — Полукровка. Тепло улыбнувшись, Максим сворачивает свою магическую деятельность и садится на диван, весело качая головой. Его учитель и правда был удивительным созданием. Как по рождению, так и по судьбе. И парень его безмерно уважал, отлично зная: Юра сам выбрал его себе учеником при прочих равных. И хотя не знающему могло со стороны показаться, что у бывшего Высшего учиться было нечему, Максим отлично понимал мечту Жени: уроки у Шивиана порой были в мелочах. Он был совсем не таким, как другие магические создания. Он хорошо знал, как дать им с Женькой уроки, которые они бы постигли сами, а значит, и гораздо лучше запомнили. Удивительным он был, Юра. Не смотря ни на что, был безмерно добрым. Не уважать его, по-своему не любить его было бы крайне сложно. — Так что ты там про чай говорил? — Мелисов разминает мышцы шеи, посматривая на Самосвата.- Я долго проспал? — Спокойно, — тот пожимает плечами. Он знал, что Юра крайне редко спит спокойно, не видя один и то же кошмар, и потому и не стал его будить, дав отдохнуть.- Я сделаю чай, а ты отдыхай. Из канцелярии принесли новые свитки — я позанимаюсь ночью. — Родители искать не будут? — Я же у «Почтенного Мастера», — губы Макса трогает улыбка, когда он поднимается на ноги.- Они молятся за тебя и твоё здоровье. Вот и следуй их молитвам: набирайся сил. Или мне одному кажется, что в этот дом скоро вернётся его Дух? Он уходит, оставив Шивиана с некоторым удивлением. В воздухе и правда повеяло переменой. Внезапно ощутилось, что Женя нашёл свою цель. А вместе с ней и большие неприятности. Маг, качнув головой, отмахивается от видения, до которого ещё есть время, и следует так же на кухню. Не скрывая своё удивление: — С каких пор ты научился предвидеть? Вопрос оказался ожидаемо неожиданным. Настолько, что Самосват едва не опрокинул на себя две чашки, полные кипятка, и только изощрённо выругался, хмурясь. Но чай был им виртуозно спасён и поставлен на стол. А пол и стол, а заодно и сам маг, были спасены от внеплановой влажной уборки. — А я и… Не вижу, — он качает головой, плюхаясь на свой стул и распаковывая контейнер с печеньями — Эндора передала сыну свои фирменные, перед которыми устоять было крайне сложно.- Я ощущаю. Как перемена направления ветра, вдруг, ни с того ни с сего в комнате повеяло Женей. Напуганным, уставшим, радостным и ещё более болтливым, чем раньше. Юра молчит, думая. «Веяние в воздухе» ощущали Тени. Ощущали Ораторы. Само собой, ощущали и Летописцы. И ещё несколько специализаций магов. Но Максим не обучался ни одному из этих ремёсел. Поскольку Шивиан полностью ушёл в архивную работу, «нормально переписывал» работы Летописцев, и его ученик занимался тем же. Иногда, конечно, учитель и ученик могли знатно пошалить, но… Чутьё? Впервые магу подумалось, что Максима он свернул на совсем ему ненужный путь. И эту догадку он решил озвучить: — Будешь среди архивов всю жизнь подглядывать, кто за книжкой придёт, да крыс песнями разгонять, да? Едва не подавившись чаем, Максим поглядел на Юру крайне косо. Они были друзьями. Без преувеличения, они давно стали друзьями. Мелисов никогда не требовал к себе отношения, как «К тому самому старшему», общих интересов у них была масса, да и в магической школе всегда можно было найти халтуру или даже присмотр за детьми — даром что ли Эндора давно являлась одним из завучей там, не так ли? Нет, в блате «В министерстве образования» были свои плюсы. Как и доступ в их библиотеку, а так же к педагогам разных мастей в любое время. — Я думал о том, чтобы получить вторую специальность, — молодой маг пожимает плечами.- Но именно вторую. Я говорил с Энди о том, чтобы попробовать свои силы у них. Всё-таки, совмещение даёт массу плюсов и минусов. И чтобы минусы не били по мне слишком сильно — я решил для начала всё-таки полностью завершить своё обучение у тебя, пока ты не будешь доволен, а мой мозг не будет в силах искать бреши в себе. — Хорошо. Шивиан кивает, такой расклад ему нравится больше. Времена менялись. Когда-то они с Максимом составляли отличную, если не сказать идеальную пару учитель-ученик. Но менялись вкусы и интересы Самосвата, менялось время, парню нужно было двигаться в совсем другом направлении. Тем более, что он любил искать суть, причину, разбирать всё на детали. В самом деле, ему нужно было что-то более практическое, чем ведение истории. Тем более, пока молодой. — Ларселин что-нибудь передал? — Передал. — Что? — Что давно не видел твою «наглую физиономию», — Самосват прыснул со смеху, вспоминая лицо Летописца на передаче документов.- Что Персиваль ваш на повышение готовится. А выше — только Страж Времени? Шивиан кивает, задумчиво улыбаясь. Персиваль из них был самым весёлым, но кто мог подумать, что именно он добьётся такой высоты в карьере? Их балагур — и вдруг будущий Страж Времени. Нужно будет его поздравить, хотя и… Это было сколь важно и почётно, столь и ведь смахивало на добровольное заточение. В жилые миры он уже никогда не вернётся, заняв пост. Какое нужно было мужество иметь, как нужно было полюбить своё дело, чтобы посвятить ему себя до такой степени? — Нужно будет их навестить. Но это будет чуть позже. Обострённое чутьё подсказывало, что вот-вот нужно будет смотреть, куда там угодил его ребёнок. Стоило поскорее допить чай и узнать, что это было.