Вернувшийся домой

Кузов Урала, холодный кузов... Символичная жёлтая табличка на которой написано "Люди". В прочем по одной лишь табличке можно было понять кого везут. Сама машина была тёмно-зелёного цвета. В самом кузове довольно холодно несмотря на мой тёплый бушлат. Я поднёс руки ко рту и пытался согреться. Пар от моего дыхания быстро рассеивался, но это немного помогало. И во всей этой обстановке я вспомнил дом. ... В тот день мне пришла повестка. Восемнадцать лет, поступить куда-то я так и не успел. Хотя очень хотел учиться. На какого-нибудь инженера, я люблю мастерить и работать руками. Гражданину Шилову Сергею Григорьевичу.. Проживающему по адресу.... Повестка. Подлежит воинскому призыву в Вооруженные силы Российской Федерации. Явится по адресу в военкомат... Не успел. Хотя, думаю, это пойдёт мне на пользу. Всё-таки.. школа жизни какая-никакая, поднаберусь мозгов за два года и уж тогда буду учиться, может и семью заведу... Это была осень 1994 года. Я прошёл медкомиссию в военкомате и в этот момент точно обязан был пройти службу в армии. Автобус, вокзал, поезд, который вот-вот уйдёт. Родители провожают, брат и... она. — Дождёшься же ведь? Скажи.. — мы обнимались на перроне, прощаясь. — Конечно дождусь, всего два года... Буду писать тебе каждый день, Серёж. — — Поезд сейчас отойдёт! Ну же! Давайте-давайте, все на борт! — кричал уже старшина. Мы напоследок крепче сжали друг друга, ласково, и поцеловались, а затем я сел в поезд. Конечно же это был плацкарт. Самый простой советский плацкарт... Я искал место, где мог расположиться до прибытия в часть, затем встал в проходе и стал смотреть на место, которое было свободно, а затем глянул на ребят, которые там же играли на гитаре. С чего начинается армия? С рассказа сержанта в купе. Последняя местная станция и первых ворот КПП. А может она начинает с повестки, которой не ждал? И парень с девчонкой прощается... Любуются ими вокзал... С чего начинается армия? С устава и песен в строю! И смотрят, любуются, парни, что песни о любимых поют. А может она начинается с нарядов, которых схватил? И кухня тебе улыбается! И свет тебе больше не мил... И тут на меня обратили внимания. — Ну чего стоишь, братишка? Давай, садись с нами, рассказывай что за птица такая. — музыкант добродушно улыбнулся мне, почти во все 32 зуба (их было чуть меньше), а затем пропустил меня вглубь на свободное место. — Сергей. Сергей Шилов. — представился тут же я, несколько робко. — О-о-о, ну, значит, будешь Шилом. Меня по паспорту Геной зовут, ну а для всех я просто Музыкант. Понимаешь почему? — тот усмехнулся, слегка хлопнув по гитаре, даже как-то аккуратно так, ласково. — Понимаю-понимаю. — Напротив Музыканта сидел такой же парень и просто слушал нас и чесал свою обритую голову. Всех нас подстригли в военкомате. — А это Вовка. Пока что погоняло мы ему не придумали, поэтому будет просто Вовкой. — — Рад знакомству, просто Вовка. — я пожал ему руку, крепко. Все рассмеялись и контакт был налажен. Музыкант продолжал играть свои мотивы... Ехали мы из далёкой Сибири на юга, в Адыгею. Там служить будем. Я уже начинал скучать по дому. Внутри сохранялась какая-то напряжённость, хотя я пытался этого не показывать. Не спокойно было внутри, будто не надо было мне ехать никуда и лучше б я косил бы где-нибудь, но не поехал... Был бы дома... Я старался уйти от этой мысли, старался вслушиваться в песни Музыканта, которые он горланил без конца. Всё-таки не зря его так прозвали. Вова прилёг, а тут к нам ещё стянулось парочку ребят. Кто-то тайком пронёс в вагон немного водки, отчего парням становилось веселее. А поезд всё ехал и ехал неумолимо, приближаясь к своему месту назначения. Водка делала своё дело. Ночью все на удивление заснули, никто не шумел, не играл на гитаре... Я прикрыл на чуть-чуть глаза, пытаясь заснуть под стук колёс поезда. И правда ведь... Чего тут отчаиваться? Ведь легче же будет просто пока забыть об этом, думать оптимистичнее. Всего два года.. Человеком я всегда был таким, который любит полежать и подумать, рефлексирующим и чутким. Люди часто говорят о тебе то, что сам о себе никогда не скажешь. Многие говорили, что у меня доброе сердце. Много ли будет иметь моё доброе сердце в армии? Скорее нет. Ничего не проще просто выполнения приказов два года. Отец рассказывал, что почти вся служба будет проходить так. Осень - убираешь листья, наряды. Зима - убираешь снег, наряды. Весна - убираешь остатки снега, наряды. Лето - ездите в поле, красишь траву и снова наряды. Ничего сложного. Ладно уж... на месте будет видно. ... Второй день дороги был таким же как и первый. Кто-то пил, рассказывал истории. Вовка рассказывал про своего батю. Он в Афганистане служил, с 84-86 год. На эту тему Музыкант вспомнил песню, которую вскоре и исполнил. Поднималась зорька За хребтом горбатым. Пробивалось солнце Сквозь туман проклятый. А с рассветом снова По незримым тропам, По земле афганской долго ещё топать... Минутка ностальгии и молчания. Всё же мы снова тайком от старшины решили выпить. — Ну, ухнем, ребята.. За... — Музыкант долго придумывал тост, однако вскоре щёлкнул пальцами, поднимая рюмку выше — ...тех кто ждёт нас дома. — И мы опрокинули в себя водку, расслабляясь. Так проходил второй день поездки, а ехать предстояло ещё долго, а между этим я рассматривал пейзажи за окном и был чуть поддатый. Красивое всё такое было.. Меня заинтересовала одиноко стоящая берёза в поле. И ведь никому нет до неё дело, кроме жуков короедов и дятлов.. Стоит себе и стоит, без всякой причины. Не надо куда-то ехать ей, суетиться... Она просто существует в этом мире, может, потом её срубят или повалит громом, но до этого времени она будет стоять и даже если это произойдёт, то её впитает в себя земля, рождая на свет новые берёзы в этом поле... Прекрасное дерево. Проезжали деревни, богом забытые места... А в остальном же это были сплошные поля и леса, которые мы проезжали на пути в воинскую часть. И так шёл день за днём, мы ехали, преодолевали километр за километром... Но всё же мы прибыли в расположение, нас погрузили на автобусы на вокзале и мы поехали в часть. Старые, убитые ПАЗы, в которые напихивали людей пачками. На время поездки мы сдружились с Вовой и Музыкантом, поэтому старались держаться вместе. Форма уже была при нас. ВСР-93, потёртая, поношенная, даже где-то пару дырок было, но ничего.. Носить можно. Кирзовые сапоги, портянки и кепи. Как только нас завели в казарму, то тут же построили. Это были деды, старослужащие. Дедами их было назвать сложно, потому что они были нам чуть ли не ровесниками. Дедами они были лишь по сроку службы. — И так, с прибытием в нашу доблестную часть, салаги.. Сейчас мы вам проведём краткий инструктаж о том, как жить и вести себя в армии. Для начала надо осознавать три вещи, нерушимые: 1. Старослужащий всегда прав. 2. Прислушивайся к старослужащему. 3. Если ты решил спорить со старослужащим - смотри первый пункт. Я ясно изложил? — договорил он с явным командирским голосом. — Так точно! — хором все вместе проговорили мы. Старослужащие это такие же срочники, однако мы прибыли сюда только что, а они тут уже целый год трубят. Впрочем достаточно. Прозвучала после всего этого команда разойтись и мы приступили к своим обыденным армейским делам. Я шёл подшиваться, потому что дырки не давали мне покоя. Нужно было поддерживать чистоту и порядок. Затем я пошёл умыться в туалет, где наткнулся на интересую сцену... — Ты же со мной в карты играл? Играл. Проиграл? Проиграл. Так верни червонец, раз проиграл! — допытывал один другого. — Не было такого уговора, не буду я ничего возвращать! — — Ах-х-х, значит не будешь? Ну, мы посмотрим... — тот приблизился к нему и внезапно ударил по животу. — Ну ты чё делаешь-то, дурак?! — тут уже встрял я, оттягивая атакующего. — Отпусти, Шило, он проигрался мне. Карточный долг - это святое, понимаешь? — Он вырвался, после чего ещё раз ударил бедолагу, тот совсем склеился и стёк по стене вниз, на пол. — Это залёт, воины. — сзади прозвучал командирский голос. Мы обернулись и в дверном проёме стоял лейтенант, командир всей роты. — Смирно! Это что?! Неуставные отношения?! — он кричал, матерился на нас — Рота, строиться! — прокричал он дежурному. Всех построили снова. Лейтенант стал отчитывать сперва дедов. — ...не навели порядок сразу, упустили из виду, чтоб сейчас же мне перевоспитали их, понятно?! — рявкнул он снова на них, а затем громко ушёл в свой кабинет. — Упор лёжа принять, духи.. Только приехали, а уже месите друг друга... Не правильно это.. — Духи - те, кем мы являемся на данный момент. Молодые солдаты, которые пока ещё не знают ничего об армейской жизни. Мы отжимались по команде, выслушивая сержантов. Говорили они вообще правильные вещи, но из-за двух ублюдков сейчас всем достаётся. По головке их точно никто не погладит... После всех воспитательных мероприятий мы отбыли на обед. Еда, конечно... Сплошная баланда, вообще есть невозможно. Но всё же плотно заедая всё это хлебом - сожрать пришлось. Затем раздали наряды и все разошлись по уголкам воинской части, выполняя разного рода работу. Я с Музыкантом попал под командование нашего прапорщика. Мужик весёлый, но хитрый, как и все прапорщики. В общем была банальная уборка территории, подмести тут, убрать там, чтобы всё блестело... Так шёл первый день и он неумолимо шёл к концу, а через неделю - присяга. Ближе к вечеру мы поужинали таким же ужаснейшим ужином, а затем пошли в расположение роты - в казарму. В казарме же продолжались неуставные отношения. Только в этот раз дедов не было, как и лейтенанта. Их оставили нам будто на растерзание. Били обоих сильно, не разбираясь кто прав, а кто виноват. Просто загнали в туалет, где их и отметелили. Я в этом не участвовал, лишь наблюдал. Вечерний смотр, построение... Заметили у них побои, но оба виновника торжества, чтобы не отхватить ещё, лишь сказали, что упали. Им конечно поверили, но понимали, что не упали они на самом деле. А затем самое сладкое время... Отбой. Самая желанная команда в конце этого тяжелого дня. Усталость отключила во мне какие-либо мысли и я просто лёг спать...