Амнезия: Мгновения памяти

      — Итэр, на тебе лица нет, что стряслось? — Сора поднимает голову с парты и глазами находит источник звука – Сяо. Как всегда заботливо смотрит на него, облокотившись на стол, в своей любимой бирюзовой вязаной жилетке поверх белой рубашки. Но еще сейчас во взгляде читается волнение.       — Небольшие проблемы в семье, — размыто отвечает блондин, отводя взгляд в сторону, даже не пытаясь натянуть привычную улыбку.       — Что-то серьезное? — хмурится Ли и немного смещается, чтобы попадать во взор возлюбленного.       — Не знаю. Да? Не уверен, — тушуется Сора и поднимает глаза на одногруппника, и тот подмечает, что они припухшие и красные – верный знак того, что он проплакал всю ночь.       — Солнце, — Сяо понижает голос до полушепота, чтобы никто лишний их не услышал, — Ты же знаешь, что можешь доверить мне что угодно, я тебя поддержу, — Сора слегка улыбается уголками губ и молчит еще минуту или две, после чего хриплым голосом произносит:       — Люмин стало хуже.       — Хуже? — не понимает Ли, но их прерывает звонок на пару и вошедший в аудиторию преподаватель, — Встретимся в курилке на большом перерыве?       — Угу, — кивает Итэр, и Сяо удаляется на свое место, провожаемый грустным взглядом.       Итэр не приходит. Сяо стоит минуту, пять, двадцать. На душе ложится огромный груз, от которого Ли даже начинает подташнивать. Итэр всегда держал свое слово, не мог же он просто сбежать? Он же просто забыл? Студент еще раз сверяется с часами на смартфоне, делает вывод, что Сора уже точно не придет, и решает отправится на его поиски и напомнить о договоренности. Он прыжками поднимается по лестнице, залетает в аудиторию и поворачивается было в сторону ряда, на котором обычно сидит возлюбленный, но его нет и за партой. Сяо хмурит брови еще сильнее, чувствуя неладное.       — Мона, — Ли подходит к одногруппнице, болтающей о чем-то с подругами в углу аудитории, — Ты Итэра не видела?       — Ого, сам Сяо Ли соизволил со мной поговорить, — гиперболическим тоном произносит она, заставляя девушек засмеяться, — Не видела я твоего Косичку. Но, кажется, ребята собирались пойти в столовую, может он с ними, — пожимает плечами она, и брюнет, коротко кивнув, направляется в указанном направлении, — Эй, а где слова благодарности, какая я замечательная?! — кричит одногруппница ему вслед, на что он бросает «Спасибо» и продолжает путь.       Он спускается на первый этаж и идет к большим дверям в широкий шумный зал с буфетом и столами и ищет взглядом светлую макушку, и быстро находит ее в толпе одногруппников, от чего начинает ощущать подступающую злость. Он сжимает ладони в кулаки и преодолевает расстояние до ребят, кажется, за минуту и врывается в толпу.       — Что здесь происходит? — агрессивно спрашивает Ли, оглядывая парней и цепляется взглядом за Сору, который радостно смотрит на него в ответ. Он бегло осматривает его и замечает на плечах толстовки пятно от чая, который, судя по всему, пролили ему на голову, мокрую растрепанную косу, которую тот сжимает отчаянно в руках, и небольшую ссадину на щеке.       — Воу, Ли, полегче, — выступает вперед самый высокий парень, подходя вплотную к брюнету, — Мы просто говорили с малышом Итэром, как старые друзья, правда, же? — он оборачивается на Сору, и тот начинает нервно бегать глазами то на него, то на возлюбленного, — Молчание – знак согласия, — хитро скалится парень и оборачивается обратно к Сяо, на что тот в ответ язвит:       — Да что ты? Ты еще скажи, что он упал лицом об стол и облился чаем, а вы помогали ему утереться и залечить рану.       — Так и было, да, малыш Итэ...? — он не успевает договорить, потому что ему прилетает кулак Ли в живот, и парень под охи его друзей складывается пополам от боли, шипя «Ах ты паршивец»       — Сяо! — выкрикивает Сора, показывая пальцем куда-то ему за спину, и студент успевает лишь обернуться, как ему по голове прилетает табуреткой от другого приспешника их одногруппника. Итэр сдавлено всхлипывает и подлетает к возлюбленному, падая к нему на пол на колени. В столовой поднимается еще больший шум и вокруг них образуется кольцо зевак. Сяо держится за голову, на которой уже образовалась кровоточащая рана, — Сяо, ты меня слышишь? — уже плача спрашивает Сора, приподнимая пострадавшего, и он приоткрывает немного глаза, но через несколько секунд быстро реагирует, уворачиваясь от очередного прилета табуретки, и тут же вздергивает Итэра наверх: главное правило боя без правил – не быть на полу. Высокий парень уже тоже успевает оклематься и подлетает к Сяо, приподнимая его за грудки, чтобы нанести очередной удар, но внезапно возникшая гробовая тишина привлекает его внимание, и он останавливает кулак в паре сантиметров от чужого лица. Перед ними предстал декан, которого позвала первокурсница, прячущаяся за его спиной.       — Все быстро в мой кабинет, — спокойным тоном произносит мужчина и разворачивается, не оставляя ребятам другого выбора, как последовать за ним.       — Блядский Ли, — шепчет зачинщик драки, рывком отпуская брюнета, и вся толпа одногруппников плетется за ним.       — Не бойся, — Сяо подходит к Итэру и берет его за дрожащую руку, утирая большим пальцем слезы с его щек, — Все будет хорошо, — шепчет он ему и подбадривающе улыбается, ведя вслед за мужчиной.       — Фух, я думал, нам конец, — выдыхает Сора, присаживаясь на ступеньку ВУЗа. Их продержали в кабинете декана больше часа, и пары уже давно закончились.       — Я же сказал тебе, что все будет хорошо. Месье Нёвиллет может и выглядит сурово, но он очень рассудительный и никогда никого не наказывает без доказательств его вины.       — Ого, а ты, кажется, хорошо знаком с ним, — удивляется Итэр и прижимается плечом к плечу Сяо, облокачиваясь на него и кладя на него голову, — Но я все равно ужасно перепугался. Тебе так сильно прилетело по голове…       — Все хорошо, это всего лишь царапина, — заверяет Сяо, дотрагиваясь кончиками пальцев до большого пластыря, чтобы самому убедиться в собственных же словах, — А месье Нёвиллет хороший знакомый моего отца. Они вместе учились, и он раньше часто заходил к нам в гости, — поясняет Ли.       — Но откуда ты узнал, что они снова надо мной издеваются? — вдруг отстраняется Сора и смотрит на возлюбленного.       — Мы же договорились встретиться, а ты так и не пришел. Я ждал полчаса, а потом пошел тебя искать. Мона сказала, что тебя могли позвать в столовую, и я заподозрил неладное, — пожимает плечами Сяо.       — Ох, точно, — кивает Итэр.       — Так что там у тебя за проблема? — интересуется Ли, возвращаясь к утреннему разговору.       — Люмин болеет с детства, — начинает рассказ Сора, сразу же мрачнея, — У нее врождённый порок сердца. По-хорошему, нужно было делать операцию, но родителям всегда было все равно на нас, а я так и не смог заработать нужную сумму денег, как ни старался, — обреченно опускает голову он, — Но вроде она привыкла так жить, просто старается избегать физических нагрузок там и так далее, но... — Итэр тихо всхлипывает и кладет голову на скрещенные руки, лежащие на коленях, — Но недавно ей стало хуже, а вчера вечером ее вообще на скорой забрали в больницу. Мы с ней не были столь близки последние несколько лет, но я все равно очень люблю ее и переживаю: она мне действительно дорога…       — Итэр… — огорченно произносит Сяо и приобнимает возлюбленного за плечи, — Она справится. Если нужны деньги, скажи только, сколько. Я добуду. Возьму в долг у Чжун Ли, а потом отработаю, он все поймет, я в этом уверен.       — Сяо, ты слишком хороший, — поднимает голову Сора и устало улыбается лишь глазами.       — Те парни так бы не сказали, — смеется Ли и касается кончиком носа до носа блондина.       Неделя пролетает слишком быстро и приносит за собой довольно холодную зиму. Сяо и Итэр почти не видятся, потому что первый отдается работе в офисе опекуна с головой, как и обещал. Чжун Ли не требует от него много, но Сяо не позволяет совесть просить у него деньги безвозмездно, тем более на своего возлюбленного. Ради Итэра хочется работать. Хочется пахать и вкалывать на трех работах так, чтобы было невозможно потом стоять на ногах, лишь бы Солнце всегда улыбалось и не знало бед.       Итэр же почти все время проводит с Люмин, будто боится потерять каждую секунду и старается наверстать упущенное время. Чжун Ли без лишних вопросов оплатил половину дорогостоящего лечения, что позволило вытащить сестру буквально с того света, и Сора с радостью бежит к ней после пар с пакетом апельсинов и конфет, чтобы поболтать на отвлечённые темы и полюбоваться ее хоть и исхудавшим, и сильно побледневшим, но все еще прекрасным лицом. Они заметно сближаются за этот период времени. Обоим близнецам сильно друг друга не хватало все это время, не хватало их родственной связи, которая была в детстве.       Итэр знакомит Сяо с Люмин, и они даже неплохо начинают ладить. Конечно, назвать их друзьями нельзя из-за характеров, которые у обоих сложные, но ради Итэра они оба готовы сохранять нейтральные взаимоотношения и улыбаться друг перед другом. Ли даже сам иногда заезжает после работы, чтобы навестить девушку и завезти ей гостинцев, когда Итэр занят разгребанием долгов по учебе к зимней сессии.       Учиться Итэру становится совсем тяжело: через месяц наступает Новый год, на носу сессия, и все вокруг обсуждают подготовку к празднику и способы его проведения. Даже преподаватели в преддверии волнительного события сбавляют обороты и задают поменьше домашних заданий. Иногда, если Чжун Ли задерживается на работе, Сяо приводит Итэра домой и помогает разобраться с предметами и пытается его подтянуть и максимально хорошо подготовить к экзаменам, ведь если Соре удастся выйти на стипендию, это будет огромный шаг на пути к его самостоятельности и независимости от жилья родителей. Но близко знакомить опекуна с возлюбленным Сяо все еще стесняется.       Итэр сидит, подпирая щеку кулаком, и смотрит невидящим сонным взглядом на доску, на которой преподаватель пишет очередные интегралы, которые Итэр без помощи Сяо не разберет. Соре в голову приходит мысль, что после нового года можно будет предложить Сяо сесть вместе за партой, ведь он по-прежнему сидит один у окна, а об их отношениях знают уже все в группе, и Итэр засматривается на спину возлюбленного, мечтательно представляя, как будет весело им вместе на парах, и как здорово будет сидеть, касаясь его локтя и ощущая аромат его дорогого одеколона. Внезапно телефон в кармане начинает вибрировать, и Итэр украдкой достает его под столом, чтобы посмотреть, кому в голову пришло тревожить его во время пар, и сердце уходит в пятки от высветившегося на дисплее названия контакта. Сора отпрашивается в туалет и буквально пулей вылетает из аудитории, прихватив зачем-то с собой рюкзак. Сяо удивленно смотрит ему вслед, инстинктивно засекая время – он делает это каждый раз, когда возлюбленный отлучается куда-то без него на случай, если он снова найдет неприятности себе на косу или наткнется на обидчиков.       Сора влетает в туалет и поднимает дрожащими руками трубку:       — Алло?       — Это Итэр Сора? — доносится на другом конце провода женский голос.       — Да, я. Что-то с Люмин? — тараторит блондин, запрыгивая на подоконник и прислоняясь спиной к стеклу, холод которого чуется сквозь свитер и немного отрезвляет.       — Ваша сестра скончалась от остановки сердца. Примите наши соболезнования, — в глазах Соры мгновенно темнеет и он уже не слышит, что еще говорит медсестра. Он кладет трубку и сползает на пол, заходясь рыданиями и впиваясь в кожу рук ногтями почти до крови. Его обволакивает тошнотворная темнота и он ощущает, как голову сдавливает тисками. Он словно тонет. Он задыхается от реальности, которая незаметно подкралась исподтишка в тот момент, когда все только начало налаживаться, и прописала пот дых.       — Солнце? — словно из-под воды доносится зов, — Итэр, милый, ты меня слышишь? — Сора поднимает невидящие глаза куда-то вверх навстречу звуку, и перед ним все плывет, — Дыши, вдох – выдох, солнце, слышишь меня? Итэр кивни, умоляю тебя, — студент кое-как разлепляет глаза и в уши вторгается до боли противный звон. Сора понимает, что потерял сознание, и перед ним сейчас лицо Сяо, такое перепуганное и родное. Итэр болезненно стонет инстинктивно пытаясь подняться, и его подхватывают крепкие спортивные руки, — Вот так, потихоньку, я с тобой, не торопись, — Ли усаживает возлюбленного на подоконник, прислоняя его плечи к стеклу и, убедившись, что тот не свалится, отходит к раковине, мочит руки и возвращается, чтобы умыть его холодной водой. Это отрезвляет Итэра почти мгновенно. — Солнце, что стряслось? Как ты?       — С… я… Ся-о, — неработающим языком лепечет Итэр и смотрит на своего спасителя полуприкрытыми глазами. Ли терпеливо ждет, придерживая Сору рукой за плечо, но на его удивление по щекам Итэра начинают бежать слезы, и он наклоняется вперед, зарывая руками лицо, от чего Сяо дергается, наготове поймать возлюбленного, опасаясь, что тот снова потеряет сознание. Он утягивает младшего в свои объятия и терпеливо поглаживает его по спине, давая выплакаться, — Она умерла, Сяо.       — Ч-что? — Ли в шоке наклоняется ниже, чтобы лучше слышать Сору, в надежде, что ему показалось.       — Мне позвонили из больницы, — всхлипывая мямлит Итэр, немного отстраняясь от Сяо, — У Люмин остановилось сердце. Ее больше нет…       — Солнце, привет, выйди на улицу, пожалуйста, — хрипло просит Ли в трубку, слушая тихое неровное дыхание возлюбленного. Ему ничего не отвечают, но он знает, что Итэр выйдет. Он смиренно ждет под подъездом, зная, что сейчас Соре нужно гораздо больше времени, чем когда-либо.       Снег тихо падает с неба и оседает на землю наращивая все большие комья. Но ни один ком не сравнится с тем, что стоит у Ли в горле. Он нервно курит уже третью сигарету подряд. Весь прошлый вечер с тех пор, как он отвез Итэра домой, и сегодняшний день они почти не общались. Сора не пошел на пары, почти не отвечал на сообщения, поэтому теперь Сяо не оставляет ему выбора.       — Держи, — Сяо протягивает вышедшему Итэру в руки белый небольшой конверт, и он не задумываясь принимает его и лишь после этого спрашивает:       — Что это, Сяо?       — Деньги, — коротко бросает Ли, не поднимая глаз, — На похороны. — Он не смеет смотреть на Итэра, не зная, насколько корректно поступает, но он знает, что иначе не может поступить. Он лишь слышит очередные тихие всхлипы, — Хотел бы я потратить их по другому поводу.       День похорон встречает неприятно ледяным снегом с дождем, как в самых грустных фильмах. Небо с раннего утра заволокли черные беспросветные тучи, которые, кажется, грустят вместе с Итэром. Сяо безцеремонно поднимается в квартиру их семьи и проходит в комнату, которая принадлежала близнецам, сбрасывая верхнюю одежду. Сора стоит, оперившись руками на окно, и Ли готов поклясться, то он чувствует вселенскую грусть, исходящую от него.       — Солнце? — зовет осторожно Сяо, но Итэр все равно вздрагивает от неожиданности – должно быть снова был погружен в свои мысли – и оборачивается, осматривая прибывшего возлюбленного.       — Как бы неуместно это не звучало, тебе ужасно идет черная рубашка, — грустно подмечает Сора.       — Спасибо? — после минутного молчания произносит стушеванный Ли, — Готов ехать? — Итэр машет опущенной головой:       — Кажется, я никогда не буду готов.       — Я буду рядом, — заверяет Ли, но что Сора кивает и вновь благодарит возлюбленного.       Все похороны Итэр находится в прострации, но держится молодцом. Сяо крепко сжимает его руку почти на протяжении всей процессии и внимательно следит, как бы тот не свалился в обморок. Приходит много людей проститься с его сестрой: ее одногруппники, подруги, педагоги. Родители ожидаемо не приходят. Сора даже не уверен, что они осознали значение сказанных им слов, о том, что их дочери не стало.       — Сяо, — дрожащим и охрипшим голосом зовет Итэр, когда все уже разошлись, и парни остаются вдвоем на могиле Люмин. На нем все эти дни нет лица. Нет и намека даже на лживую натянутую улыбку, и Сяо знает, что у него просто кончились силы, — Почему так больно? — Ли не находится, что ответить. Он лишь задушено вздыхает и кладет руку ему на плечо, — Я чувствую себя так, будто меня разорвали пополам и вырвали сердце. Почему все так? Почему? — Сора поворачивает свое заплаканное лицо и обреченно смотрит прямо в душу, — Почему?! — он срывается на крик и снова заходится в рыданиях, падая на колени, — Хочу оказаться с ней… Нет, хочу быть вместо нее, — Сяо дергается, прикрывает глаза и присаживается рядом, приобнимая возлюбленного за плечи и поглаживая его по спине. Он не знает, что нужно говорить в подобных ситуациях. Не знает, что нужно делать. Его самого бьет мелкая дрожь и он еле держится, чтобы тоже не заплакать.       — Прости, Итэр, я не знаю, чем тебе помочь. Не знаю, имею ли право что-то говорить, ведь мне не понять твоего горя в полной мере: я никого не терял. Прости, — шепчет в самое ухо Ли и зажмуривает до боли глаза, чтобы не дать вытечь предательским слезам наружу: ему нужно быть сильным ради Итэра.