Цветы с яшмовых ветвей

Се Лянь вздохнул, прижимая к себе дочь. — Моя дочь, — спокойно повторил он. — Вернее, моя и Саньлана. Вы, собственно, зачем явились? Что-то случилось в столице? Генералы не сразу ответили. Се Лянь не знал, смеяться ему или плакать при виде их реакции. Нижняя часть лица Фэн Синя жила своей жизнью, а у Му Цина задергался глаз. — К-как? — спросил генерал Сюаньчжэнь, пялясь на девочку. Та, явно чувствуя себя неуютно от такого пристального внимания, снова дернула Се Ляня за одеяло и жалобно попросила: — Папочка-гэгэ, можно я пойду? — Они сейчас сами уйдут, милая, — сказал Саньлан. Он взял девочку на руки и нежно поцеловал в макушку. Окинув небожителей злобным взглядом, он отчеканил: — Что надо? — Мы за демоном, — подал голос Фэн Синь. — О, не волнуйтесь, Сяо Джи больше не будет мешать, — сказал Се Лянь, чувствуя облегчение от того, что очередных форс-мажоров пока не случилось. — Какая Сяо Джи? Я же сказал, что мы за демоном, — удивился Фэн Синь. Му Цин же взорвался: — Моё Высочество, мать твою за ногу к чертовой тетушке! Откуда у тебя и этого демона дочь?! — Это долгая история, — замялся Се Лянь. — А мы никуда не торопимся, — заявил Му Цин, сложив руки на груди. Фэн Синь последовал его примеру и принял ту же позу. При виде такого единодушия у тех, которые минуту назад готовы были перегрызть друг другу глотки, Се Лянь едва не рассмеялся. — Тогда пойдемте отобедаем, — радушно сказал он, приглашая небожителей к столу. От этой затеи лица скривились как у богов войны, так и Хуа Чена, чью семейную идиллию бесцеремонно нарушили два придурка, которые его бесили уже больше восьмисот лет. А-Чжэнь с опаской взирала на незнакомцев, спрятавшись на груди отца. Сяо Джи, до этого мирно оплетавшая её шею, высунула морду в сторону небожителей и оскалила зубы. Спустя некоторое время, увидев, что генералы спокойно переговариваются с Се Лянем и больше не кидают на неё настороженные взгляды, девочка расслабилась и, сидя на коленях у Хуа Чена, вовсю занялась едой, давая Сяо Джи кусочки прямо со своей тарелки. Се Лянь с Му Цином и Фэн Синем уселись чуть подальше, и с кислыми минами слушали историю появления на свет А-Чжэнь. — Четыре года! — вскрикнул Фэн Синь. В его голосе звучала неприкрытая обида. — Ты скрывал от нас, что у тебя появился ребенок, столько времени! — Ты ему сват, что ли, всё рассказывать, — высокомерно фыркнул Му Цин. — Ты тоже хорош, Ваше Высочество! Она — порождение опасного колдовства. Нашел себе игрушку! — Она обычный ребенок, Му Цин. А ещё она так похожа на Саньлана и меня, — с улыбкой сказал небожитель, смотря на ребенка. — С этим не поспоришь, — согласился Фэн Синь. Му Цин закатил глаза и закинул ногу на ногу. — Что же второго не завели, раз так нравится играться в родителей? — съязвил он. — Вы и правда выдающаяся пара — плюете не только на законы небес, но ещё и природы. — Какое твое дело вообще? — взъярился Фэн Синь. — Зачем ты лезешь в чужую жизнь? — Это я-то лезу? — вмиг ощетинился Му Цин. — Перестаньте ругаться, — твердо сказал Се Лянь. — А-Чжэнь и так боится чужаков, если вы ещё и драку начнете, то она заплачет. В этот момент вышеназванная А-Чжэнь подошла к Се Ляню и протянула ему миску с вишнями. — Спасибо, милая, — сказал Се Лянь, беря одну вишню. Потом девочка нерешительно посмотрела на Му Цина и Фэн Синя и, поколебавшись, всё же преодолела смущение и протянула угощение им, избегая их взгляда. Фэн Синь взял одну ягоду. — Спасибо, очень сладкая, — сказал он, легко улыбнувшись. Му Цин поднял бровь, посмотрев на Фэн Синя, а потом взял целую горсть вишен и, наклонившись к девочке, заявил, показывая на генерала Наньяна: — Не давай ему больше. — Почему? — опешила девочка. — За него и так приходится всю работу делать, ещё и вишнями кормить! Много чести, — цокнул он. — Да ты просто ничтожество, — презрительно сказал Фэн Синь. — Не можешь простить, что у меня было на фонарь больше на празднике, мелочный ты солдафон, — пробормотал он. — Я просто констатирую факты, генерал Наньян, ничего личного. Иначе как объяснить, что демон, за которым вы гонялись два месяца, сейчас домашний питомец четырехлетки? Генералы вскочили и уже готовы были накинуться друг на друга с кулаками, но тут их подхватил порыв ветра и буквально вышвырнул за порог. — Драться будете за пределами города, не хватало ещё убирать за вами, — холодно бросил Хуа Чен, даже не смотря на них. Небожители, злобно прищурившись, попрощались с Се Лянем и скрылись с глаз демона. Судя по их воинственным лицам, они и правда решили последовать совету демона, так как дружелюбно разойтись они явно не хотели. — Время идет, а ничего не меняется, — вздохнул Се Лянь, потирая лоб. — Папочка-гэгэ, а почему боги войны такие злые? Они что, не любят друг друга? — Любят горячо и беззаветно, только не смеют признаться, вот и бесятся, — усмехнулся Хуа Чен себе под нос. — Тебя они не напугали? — обеспокоенно спросил Се Лянь. — Чуть-чуть, — пролепетала она. — Тот, кто в доспехах, похож на братика Цоцо. — Это точно, — горько усмехнулся Се Лянь. На следующий день надежды Се Ляня на спокойное времяпрепровождение дома в очередной раз рухнули. На Небесах было взломано хранилище, из которого сбежали несколько демонов. В их числе был Ци Жун, который сумел трансформироваться в телесную оболочку и дал деру, прихватив с собой Гу Цзы, выкрав того из дворца Цяньцю. Хуа Чен отправился к Черноводу, так как несколько демонов засели у него в море. Пока Се Лянь думал, что ему делать, у него в голове раздался голос Му Цина: — Ваше Высочество, до вас не могут достучаться с семи утра. — С шести, — уточнил Се Лянь. — Какая поразительная точность. Ты собираешься приходить? Тут Небеса ходуном ходят, ты единственный, кто может усмирить этих бешеных псов. Я понимаю, что твои, — следующие слова Му Цин буквально выплюнул, — шашни с демоном куда интереснее проблем вселенского масштаба, но ты вообще-то единственное божество, которое эти нытики слушают. — Я помню, — вздохнул Се Лянь. — Мне не с кем оставить А-Чжэнь. Её няня заболела, а служанкам мы еще вчера дали несколько выходных. — Попроси кого-нибудь присмотреть, у вас же целый город. — Не думаю, что это хорошая идея, — возразил Се Лянь. — Она дочь их обожаемого градоначальника, кто посмеет ей навредить? — Му Цин, я не оставлю её с демонами. — Ладно, — фыркнул он, а потом обреченным голосом произнес: — Я с ней посижу. — Правда? — обрадовался Се Лянь. — Тебя точно это не затруднит? — Нет! — рявкнул Му Цин. — Иди сюда быстрее уже, сейчас вот-вот побоище начнется. — Уже иду! Се Лянь вошел в комнату дочери, игравшей на ковре с Сяо Джи, опустился перед девочкой на корточки и сказал: — А-Чжэнь, помнишь одного из генералов, который приходил к нам вчера? Не тот, который похож на Цоцо, а другой? Девочка кивнула. — В общем, мне нужно срочно разобраться с кое-каким делом, посидишь с ним немного? Его зовут Му Цин. — С ним? — испуганно пролепетала девочка. — Он очень хороший, — заверил Се Лянь. — Добрый, ласковый, нежный, предупредительный, — не краснея, продолжал он врать ребенку. — И очень любит детей. И мой друг. Совсем недолго, пожалуйста, — взмолился Се Лянь, думая о том, что, если А-Чжэнь сейчас закапризничает и откажется, он будет виноват в падении Небес на землю. — Совсем недолго? — уточнила девочка. — Да. Я быстро разберусь с делами и заберу тебя. — О, — вздохнула девочка. — Но тебе обязательно идти? В голове Се Ляня прозвучали 10 разноголосых голосов: «Ваше Высочество, где вы?!». Небожитель вздохнул и сказал: — Да, малютка. Не бойся, он очень хороший. Я быстро сделаю всю работу и вернусь за тобой. — Ну если совсем недолго, — прошептала девочка. Се Лянь облегченно вздохнул. Переместившись на Небеса, он вошел в дворец Му Цина, который разбирался с частью отчетов. Лин Вэнь даже при условии, что работала без сна и выходных, не могла справиться одна, а небожителей, умеющих считать, как оказалось, не так много, поэтому часть работы перешла к генералу Сюаньчжэню. Сам он в данный момент сидел за столом и испепелял взглядом бумаги. Се Лянь, посадив девочку в кресло напротив него, поцеловал её и махнул рукой Му Цину. — Спасибо тебе! — Дверь закрой за собой, — зашипел тот в ответ. — Не хватало ещё, чтобы эта толпа придурков ворвалась сюда. — Конечно-конечно, — сказал Се Лянь, подбадривающе подмигнув А-Чжэнь на прощание. Как только небожитель ушел, Му Цин перевел взгляд на ребенка, которого скинули на его плечи. Генерал пробуравил его взглядом, от которого у малышки задрожали губы, и вернулся к отчетам. А-Чжэнь некоторое время не двигалась и с интересом осматривалась вокруг. Любопытство пересилило её робость, поэтому она слезла с кресла и, подходя к книжным шкафам, статуэткам и прочим предметам обихода, начала увлеченно всё трогать и щупать. Му Цин краем глаза следил за девочкой, но, к счастью, желания что-то сломать или разрушить она не проявляла. — За той дверью сад, можешь поиграть там, — сказал он, мотнув головой. Девочка последовала его совету и вышла из дворца. Очутившись в саду, она с восхищенным видом сначала бегала от одних клумб к другим, а потом принялась играть в прятки с Сяо Джи. Му Цин, увидев, как девочка забавляется со свирепым демоном, будто с куклой, недовольно пробормотал «вся в отца» и вернулся к бумагам. Чертовы цифры не заканчивались, а только увеличивались. Му Цин не знал, сколько прошло времени, однако А-Чжэнь стало скучно. Она вернулась во дворец, уселась напротив генерала и начала смотреть на его мучения. Му Цин продолжал писать, но девочка не двигалась с места. Подняв голову, он увидел её пристальный, полный любопытства, взгляд. — Что? — немного резко спросил он. — Ты красивый, — задумчиво сказала девочка, подперев щеку рукой. — Ты тоже ничего, — снисходительно заметил он и, увидев ошибку в расчетах, с раздражением откинулся на спинку стула. — Зачем нужны эти боги литературы, если их работу приходится выполнять другим! — раздраженно пробормотал он, вертя в руках нефритовую подвеску. — Тебе помочь? — простодушно предложила девочка. Му Цин усмехнулся. — Ну пойди попробуй. Девочка забралась к нему на колени и склонилась над бумагами. Где-то минуту она сосредоточенно пыталась понять смысл, но потом вздохнула и грустно посмотрела на Му Цина. — Согласен, жуткое зрелище, — сказал он, вертя подвеску. Девочка заинтересованно посмотрела на украшение. — Нравится? — спросил он и протянул белоснежный диск ей. А-Чжэнь стала вертеть его в руках. Диск менял цвета и иногда на нем появлялись узоры. А-Чжэнь это приводило в невероятный восторг. Му Цин неотрывно наблюдал за забавами девочки, забыв про отчеты. Наигравшись, девочка протянула генералу диск. — Если нравится, можешь оставить себе. А-Чжэнь сначала радостно улыбнулась, но потом, подумав, поджала губки и спросила: — А у тебя есть ещё? Му Цин закатил глаза. Точно дочка Се Ляня. — У меня таких целый шкаф, — буркнул он. — Тогда хорошо. Спасибо большое, — лучезарно улыбнулась она, широко открыв глаза. — Теперь я понимаю, почему Его Высочество не желает работать, — хмыкнул он, смотря на чудо у него на коленях. Девочка попыталась повесить подвеску на пояс, но у неё никак не получалось. Му Цин закатил глаза и одним движением нацепил диск на платье. — Совсем, как Его Высочество, даже одеться не можешь без самостоятельной помощи. — Папочка-гэгэ одевается сам, — мягко возразила девочка. — А папа Саньлан иногда просит его помочь. Говорит, что не знает, как бы жил без помощи папочки-гэгэ. Му Цин скривился. Ну конечно этот демон не может начать утро с того, чтобы не поприставать к небожителю. — А у тебя есть супруг? Му Цин поперхнулся. — Нет! — отрезал он. — Мои обеты запрещают это. — Жениться? — переспросила А-Чжэнь. Тот кивнул, и девочка сочувственно опустила голову. — Как жалко. — Чего жалко-то? Я небожитель и не должен отвлекаться на мирские дела, включая вашу любовь. — Но папочка-гэгэ же отвлекается, — сказала девочка. — Значит и тебе можно. Тебе кто-нибудь нравится? Прежде чем Му Цин успел дать ответ на такой бесцеремонный вопрос, двери его дворца распахнулись, явив генерала Наньяна. Тот молча вошел во дворец и уже набрал воздуха, чтобы начать гневную речь, но увидел А-Чжэнь на коленях Му Цина. — Ты что тут делаешь? — спросил он Му Цина. — Работаю нянькой, как видишь, — огрызнулся тот. — Его Высочество оставил. Чего пришел? — Ты обсчитался в расчетах и оставил мне на пятьдесят храмов меньше. — Оу, стоит ли драться из-за такой мелочи? — жеманно ответил Му Цин. — Но если генерал Наньян находится в таком бедственном положении, что отсутствие какой-то полсотни храмов ощутимо сказывается на нем, я тут же всё исправлю. Может, тебе ещё денег одолжить? — Ах ты мерзкое отродье! — вспылил Фэн Синь, ударяя кулаком в стену, от которой тут же пошли трещины. — Я не позволю тебе оскорблять меня! — А я не позволю тебе хозяйничать в моем дворце! — заорал в ответ Му Цин и, встав из-за стола, нанес удар в челюсть Фэн Синя. — Не разводи здесь шум, ещё ребенку навредишь! С детьми-то у тебя плохи дела… — Ах ты! — заорал Фэн Синь, пинком заставляя того пробить спиной дверь в сад и прыгая за ним следом. А-Чжэнь с опаской посмотрела в окошко. Боги войны упоенно дубасили друг друга. Удивительно, но во время поединка среди ярости и презрения на их лицах то и дело мелькала удовлетворенная улыбка. Самое интересное, что они оба дрались врукопашную, будто им в голову не приходило воспользоваться оружием или же магическими силами. От этого поединок сулил быть очень долгим. Фэн Синь впечатал Му Цина в стену, отчего затряслась крыша. — Эй, я же сказал, аккуратнее, там девчонка! — крикнул Му Цин. — А-Чжэнь, ты в порядке? — крикнул он. Ответом ему послужило молчание. Генералы переглянулись и друг за другом влетели в окно. Обыскав весь дворец, они с ужасом обнаружили, что девочка пропала!