Обоюдного счастья

      Это смешно, но мой взгляд постоянно пытается выцепить тебя среди толпы, будь то местный ресторанчик, переполненная народом улица или тихая набережная на окраине города. Словно дикий зверь, впервые нашедший себе хозяина, глаза хватаются за силуэты похожих на тебя людей, но каждый раз разочарованно рычат, не найдя. О тебе напоминают даже скалистые волны, бушующие в непогоду, как взволнованное море пытается выйти из берегов, не в силах найти покой, так и мое изголодавшееся сердце, крепко стиснутое цепями, пытается вырваться к тебе. Мысли часто заводят меня витиеватыми тропинками к тому пасмурному октябрю, заставившему жалеть о принятых решениях, но яркие лучики июля, слишком четко отпечатавшегося в памяти, всегда разгоняют мрачные тучи тоски, напоминая, каким щедрым на ласковые прикосновения тогда было солнце.              

***

      POV Марьяна              Вода плавным потоком стекала из горлышка только что вытащенной из холодильника бутылки, медленно наполняя прозрачный стакан до краев. Утреннее солнце требовательно пробиралось в квартиру, обжигая слишком чувствительные глаза своими яркими лучами. Саднящая боль, начинавшаяся в нижней части затылка, постепенно переходила на макушку, пока каждый резкий звук отдавался звонкой трелью в ушах.              — Напомни, что мы вчера праздновали? — на кухню зашел Влад, на лице парня красным пятном виднелся след от подушки, а обычно аккуратный ежик на голове был примят.              — Ничего, — пальцы настойчиво пытались закрутить крышку, пока слегка обветренные губы вновь коснулись края стакана, делая глоток.              — Не закрывай, — Череватый забрал из моих рук бутылку и припал к горлышку.              — Голова раскалывается, — я вытащила из приоткрытой пачки, лежавшей на подоконнике, сигарету и прикурила.              — У меня до занятия полчаса осталось, — вымученно простонал парень и щурясь взглянул на экран почти разряженного телефона. — Четверг – полный отстой.              — Как и любой другой день, — я усмехнулась, выдыхая дым в настежь распахнутое окно.              — Все в порядке? — Влад потер кончиками пальцев виски.              — Да, — губы обхватили фильтр, втягивая очередную дозу никотина. — Почему ты спрашиваешь?              — Ты сама не своя последнее время, — парень прижался спиной к столешнице и поднял на меня взгляд. — Еще и это неожиданное предложение зависнуть в баре в середине недели.              — Ну, мы же не пошли в бар, — я раздраженно стряхнула пепел и посмотрела на уже заполненный машинами проспект.              — Ага, — Влад прижался макушкой к дверце навесного шкафчика, — мы набухались дома.              — Не опоздаешь? — я обернулась на парня, приподнимая брови.              — Конечно, опоздаю, — улыбнулся Череватый и сделал глоток из бутылки.              Как только за Владом захлопнулась дверь, я стащила с сушилки махровое полотенце и забралась в душ. Сильные струи барабанили по плечам, стекая на лопатки, будто пытаясь смыть невидимый груз из противоречивых эмоций, преследовавших последние дни. Завораживающая эйфория, которая переполняла каждую клеточку тела после поцелуя с Райдос, рассеялась с неумолимой скоростью, когда в следующую же встречу женщина сделала вид, что ничего не произошло. Послевкусие горького разочарования до сих пор едко давало о себе знать, стоило только вспомнить, как карие глаза с нескрываемым безразличием мимолетно проскользили по моему лицу, намекая, что какого-либо внимания можно даже не ждать.              Хлопковая ткань рубашки противно липла к все еще влажной коже, когда, собрав волосы в пучок, я взяла с комода ключи и вышла из квартиры. Радостные лица весело переговаривающихся прохожих вызывали раздражение всю дорогу до ресторана, утренняя смена обещала пустой зал и свободный вечер, который с большей долей вероятности должен был закончиться так же, как и предыдущий.              — Хреново выглядишь, — усмехнувшись, сказала Соня, когда я подошла к заднему двору ресторана.              — Это то, что мне нужно было сейчас услышать, — я достала из сумки пачку сигарет.              — Веселая ночка? — девушка ехидно приподняла брови.              — Очень, — я села на ступеньку рядом с ней и прикурила сигарету.              — У нас, кстати, Райдос в зале, — Соня легонько качнула головой в сторону двери.              — Серьезно? — я удивленно мазнула взглядом по парковке, не находя знакомый черный джип. — А тачка где?              — Без понятия, — девушка расслабленно пожала плечами. — Привез, может, кто-то.              — Может, — деланное равнодушие сквозило в моем голосе.              — Она уже с утра злая, — Соня быстрым движением стряхнула пепел со своей кокетливо тонкой сигаретки и сделала затяжку. — Недотрах, наверно.              — Ага, — пытаясь скрыть раздражение, отозвалась я и вдохнула дым.              За столиком около окна уютно расположилась воркующая парочка, парнишка восторженно рассказывал что-то девушке, пока та завороженно не сводила с него глаз, невольно улыбаясь каждой шутке, мимолетно вылетающей из его рта. В другом же конце зала, хмуро перебирая документы, сидела Райдос. Ее взгляд напряженно скользил по бумагам, будто стараясь изо всех сил выцепить ошибку. Смуглые пальцы элегантно обводили ручку фарфоровой чашечки перед тем, как уверенно ее обхватить и поднести к сосредоточенному лицу, на котором впервые за последнее время виднелся почти незаметный отпечаток усталости. Телефон Райдос каждые несколько минут начинал разрываться от звонков, на которые женщина нехотя отвечала, почти не отрываясь от чтения исписанных страниц.              — Егорова, подойди к Виктории Германовне, — на удивление в приподнятом настроении сказала управляющая, легонько касаясь плеча Сони. Девушка нахмурилась и разочарованно улыбнулась бармену, с которым до этого момента флиртовала.              Взгляд невольно устремился в сторону Райдос, до слуха с трудом долетали обрывки их разговора, пока мои зубы нервозно обхватывали нижнюю губу.              — Марьяна, ты работать собираешься? — сурово поинтересовалась управляющая, кивая в сторону недавно вошедшей в вестибюль компании.              — Да-да, — рассеянно прошептала я, чувствуя на кончике языка металлический привкус.              Шумные ребята, на одежде которых мелькали слишком вычурные эмблемы известных брендов, диктовали заказ, перебрасываясь самодовольными взглядами, пока внутри моей грудной клетки разрасталась давящая обида, расплываясь, словно случайно упавшая на белый холст капля акварели.              — Глеб, один мартини драй и три дайкири, — я передала бармену заказ и облокотилась на стойку.              — Тоже без настроения? — спросил парень, выверенными движениями наливая в стакан для смешивания вермут.              — Тоже, как кто? — я раздраженно постукивала ногтями, стараясь не таращиться на то, как Соня плавно встала из-за столика Райдос и, довольно улыбаясь, направилась в сторону бара.              — Марьян, в пятницу подменишь меня на вечерней смене? — Егорова стрельнула глазами в сторону бармена и выжидающе посмотрела на меня.              — Конечно, — мой взгляд непроизвольно нашел Викторию Германовну, которая говорила по телефону, придерживая его плечом, и быстро писала что-то в ежедневнике. — Какие-то планы?              — Секрет, — Соня мимолетно подмигнула мне и лучезарно улыбнулась, поворачиваясь к Глебу.              

***

             Мрачные тучи плотно стягивали вечернее небо, по проспекту проносились разноцветные иномарки, пока мы с Владом сидели на веранде кафе. Парень задумчиво рылся в телефоне, а я курила, стряхивая пепел в прозрачную пепельницу на краешке стола. В голове навязчиво стоял образ довольной улыбки Сони, с которой она вернулась после разговора с Райдос. Предательские мысли о том, что женщина предложила Егоровой провести игру точно так же, как несколько недель назад мне, противно кричали, яростно разгоняя по телу глухое беспокойство.              — Как на работе дела? — Череватый отвлекся от экрана смартфона, провожая взглядом миловидную официантку, которая несколько секунд назад принесла наш заказ.              — Как обычно, — мои пальцы аккуратно обхватили стакан с вишневой колой, — завтра вечером работаю, попросили подменить.              — Пятничный вечер будет у тебя в проебе, — Влад поднял на меня глаза, в которых за веселыми искорками скрывалось разочарование.              — Как и твой, — отозвалась я, рассматривая, как шипящие пузырьки поднимаются к кромке стакана. — У тебя же по пятницам допоздна стоят занятия?              — Неа, — парень весело улыбнулся и начал старательно накручивать спагетти на вилку. — Сегодня последний день доработал.              — Опять? — я удивленно вздернула брови, пытаясь вспомнить, где за последние полгода Череватый продержался дольше месяца. — Почему?              — Да директора на взятке, что ли, поймали, — беззаботно пожал плечами Влад, — там сейчас проверки сплошные, думаю, на днях закроют.              — И куда ты теперь? — я внимательно смотрела на Череватого, который расслабленно ел пасту.              — Придумаю что-нибудь, — прожевав, ответил парень. — Не первый же раз.              — Тоже думаю уволиться, — я откинулась на спинку плетенного стула и потянулась за пачкой.              — Серьезно? — Влад скептично нахмурился. — В «Колизее» же очень хорошие условии.              — Надоело, — я обхватила губами фильтр и прикурила сигарету. — Не могу же вечно там работать.              — А где? — мягко спросил Череватый, заметив слегка проступающее раздражение в моем голосе. — Нашла что-то более интересное?              — Пока нет, — я устало выдохнула дым, замечая, что крупные капли дождя начинают звонко разбиваться об козырек веранды. — Но надо.              — Не торопись пока, — миролюбиво улыбнулся Влад и кинул взгляд на начинающийся ливень. — Найдем что-нибудь.              

***

             С крыш продолжали стекать остатки дождя, доносясь еле слышимыми всхлипами, а в синеве неба виднелся увядающий розоватый след солнца, когда я набросила толстовку и, взяв со стола пустую пятилитровую бутылку, пошла в сторону ближайшего автомата с водой, который располагался на соседней улице. Крошечные капельки продолжали падать с неба, увеличивая растекающиеся на асфальте лужи, пока вдалеке слышалась музыка, напоминая, что в курортный сезон городок никогда не засыпает ночью.              Пальцы привычно закидывали в приемник монеты, а в наушниках кричала песня, в которой кнопки на сигарете автор сравнивал с чьим-то горячим сердцем и своим холодным опытом. Вода медленно стекала, наполняя бутылку, стенки которой тут же покрывались конденсатом, мои глаза безучастно скользили по безлюдной улице, освещенной всего лишь парочкой тусклых ламп, когда взгляд зацепился за светящееся пятнышко, выбежавшее из-за угла ближайшей пятиэтажки. В след за ним показалась фигура женщины, сердце сделало непредумышленный кульбит, когда ее лицо попало под свет фонаря. Как только наши взгляды пересеклись, ее брови нахмурились, демонстрируя еле заметную морщинку на переносице.              — Здравствуйте, — быстро вытащив наушник, поздоровалась я.              — Привет, — Райдос проскользила по мне равнодушным взглядом и, отвернувшись, потянула Харлея переходить дорогу.              — И все? — поспешно слетело с моих губ.              — А что еще? — безразличие неприкрыто сквозило в голосе женщины.              — А что нечего? — раздраженно произнесла я, повышая топ.              — Не кричи, — Райдос спокойно посмотрела на меня и качнула головой в сторону открытого окна на первом этаже дома, рядом с которым стоял автомат для воды.              — Не кричу, — выдохнула я и сделала несколько шагов, подходя ближе к женщине.              — Что ты хочешь? — устало спросила Райдос и немного укоротила трос рулетки Харлея, когда мимо проехала машина.              — Понять, что вообще происходит? — мои пальцы подрагивали в кармане толстовки, крепко сжимая наушник.              — Ничего не происходит, — на лице женщины по-прежнему не отразилось ни одной эмоции. — Ничего и не должно происходить.              — Так просто? — я пыталась отыскать в карих глазах хоть крупицу того огня, что в них плескался еще неделю назад.              — А тут не может быть ничего сложного, — отстраненно ответила Виктория Германовна.              — Ну, конечно, — саркастично выплюнула я и взмахнула рукой, наушник выпал, приземляясь рядом с французским бульдогом, который тут же начал его обнюхивать, но Райдос плавно наклонилась и забрала добычу прямо из-под носа Харлея.              — Конечно, — женщина с ироничной насмешкой протянула мне наушник.              — Спасибо, — подушечки моих пальцев мимолетно коснулись холода ее ладони.              — Бутылку с водой не забудь, — Райдос кивнула в сторону автомата за моей спиной.              — Что… — я растеряно обернулась, замечая, что бутылка уже давно наполнилась. Мой взгляд вернулся, надеясь вновь столкнуться с омутом карих глаз, но смог наткнуться лишь на стремительно удаляющуюся спину женщины, которая вместе с французским бульдогом переходила дорогу.              

***

             Вечер пятницы в ресторане всегда нес за собой суматоху, с кухни доносились едва различимые крики поваров, бармен раз за разом наполнял шейкер для новых коктейлей, пока официанты метались по залу, разнося заказы. Скованность в плечах, появлявшаяся от постоянного перенапряжения, отвлекала от донимавших меня последние два дня мыслей в то время, как тело машинально двигалось от раздачи блюд к столикам гостей.              На карточке еще с зарплаты оставалась полная сумма арендной платы за квартиру, а в комоде рядом со стеллажом в комнате лежало три почти не тронутых конвертах после покера, которых спокойно должно было мне хватить на ближайшие два месяца, если не тратиться на спонтанные покупки. Дальний столик, на котором одиноко стояла табличка «reserved», непривычно пустовал, последнее время Райдос почти каждый день бывала в ресторане по вечерам.              Уже под конец смены, когда засидевшиеся гости покидали зал, я выхватила свободную минутку и зашла в кабинет управляющей, тут же протягивая листок с заявлением, написанным еще дома перед выходом на работу.              — Это что? — грузная женщина небрежно оглядела меня и выхватила из моих рук бумагу.              — Заявление об увольнении, — спокойно ответила я, поправляя выбившуюся прядку волос.              — В самый сезон? — скептично посмотрела управляющая и кинула листок на стол. — Ты сдурела что ли?              — Как раз самый сезон, — я равнодушно пожала плечами, — легко найдете замену.              — С какого числа хочешь уйти? — женщина открыла кожаный блокнот и взяла ручку.              — Хотелось бы с завтрашнего, — усмехнулась я, наблюдая за пухлыми пальцами, выводящими на страницах какие-то слова.              — Хотелось бы ей, — управляющая подняла на меня недовольный взгляд. — А мне бы на Луну хотелось. Две недели дорабатываешь, если найдем замену раньше, то раньше уйдешь.              — Хорошо, — невозмутимо отозвалась я, заранее приготовившись к такому ответу.       

      

***

             Закатное солнце красовалось оранжевым пятном на темнеющем небе, по асфальтной дорожке набережной проезжали велосипедисты, а с западного крыла доносились звуки музыки, когда мы с Владом сидели на пирсе. В синеве моря серебрилась ровная гладь, пока наши глаза были устремлены на пролетающий клин журавлей.              — И че вот так просто уволилась? — Череватый поправил кепку на макушке и повернулся на меня.              — Ну так, — легко пожимая плечами, сказала я, — еще две недели доработать надо.              — Да и похер, новую найдешь, — Влад сделал глоток бланша из банки и улыбнулся. — Знаешь, че Андрюха рассказал?              — Ммм? — я бросила вопросительный взгляд на парня и достала сигареты.              Колесико зажигалки звонко чиркнуло, голубоватый дым струйкой потянулся к небу, точно пытаясь догнать птиц. Влад продолжал весело рассказывать историю про какого-то своего коллегу с прошлой работы, который назанимал денег у половины города, уехал и открыл свой бизнес по производству венков. Пока мои мысли парили где-то не здесь, они вслед за дымом, что выдыхали легкие, стремились к пугающей высоте, но безрассудно разбивались об острые скалы воспоминаний, заполненных удушающей пустотой темно-карих глаз.              

***

             В понедельник с самого утра лил дождь, проснувшись непривычно рано, я сходила в душ, выпила чашку кофе и докурила остававшиеся в пачке сигареты. Обшарпанные стены однушки давили, а укутанное тучами серое небо им вторило, поддерживая гнетущую атмосферу. Когда в рабочий чат пришло сообщение, в котором девчонка спрашивала, может ли кто-нибудь с вечерней смены поменяться с ней на дневную, я тут же согласилась и начала собираться.              Несмотря на промозглую погоду зал был полупустой, какая-то оживленность почувствовалась лишь во время обеденного перерыва, на который в ресторан частенько заходили офисные работники из соседнего бизнес-центра. Почти все остальное время я провела за просмотром вакансий в интернете, оставляя отклики на более-менее сносные варианты. Если не лукавить, то сейчас мне было совершенно без разницы, куда могла завести извилистая дорога жизни. Единственное, в чем я была точно уверена, — это желание побыстрее избавиться от безнадежной тоски, гнусно тянущей в груди.              После смены, быстро переодевшись, я стояла под козырьком на заднем дворе ресторана, дожидаясь Влада, с которым мы договорились пересечься, парень обещал, что поспрашивает своих знакомых по поводу работы. Свинцовые тучи злорадно давили на веки, пока губы обхватывали фильтр сигареты, делая затяжку, а затем медленно выпускали дым, который оседал в воздухе плотным облаком, не рассеивающимся из-за влажности.              До ушей долетел звук уведомления, на экране висело сообщение от Череватого, который писал, что сейчас проходит мимо булочной в паре кварталов от ресторана. Решив пойти к Владу навстречу, я уже собиралась выбросить сигарету, как увидела черный джип, заезжающий на прилегающую территорию. Пальцы ловко кинули бычок в стоящую рядом урну и выудили из пачки новую сигарету. Легкие вдохнули едкий дым, пока глаза сосредоточенно следили за изящными движениями женщины, плавно двигающей в сторону черного входа в ресторан.              — Ты разве на смену не опаздываешь? — Райдос поднялась по лестнице, останавливаясь в метре от меня.              — Уже отработала, — я стряхнула пепел и облокотилась на перила.              — Да? — женщина удивленно дернула бровью и опустила взгляд на золотые часы, элегантно обрамляющие запястье. — Думала, у тебя сегодня вечерняя смена.              — Запоминаете график всех Ваших работников, Виктория Германовна? — усмехнувшись, уточнила я.              — Только самых наглых, — иронично протянула Райдос, поднимая на меня взгляд. — Сменами поменялась?              — Ага, — я сделала затяжку, рассматривая женщину, почему-то вся злость и обида, копившиеся внутри, на секунду исчезли, пропадая в притягательной бездне карих глаз. — Приехали снова посидеть за бумажками?              — Надо бы, — мягко улыбнулась Виктория Германовна, наблюдая, как мои губы деланно кокетливо обхватывают фильтр сигареты, — с четверга не заезжала.              — Правда? — насторожилась я, понимая, что женщина еще, скорее всего, не знает о моем заявлении.              — Тебя, может, подвести? — неожиданно предложила Райдос, кивая на несколько крупных капель, которые упали на бетонные ступеньки, предвещая ливень.              — Не стоит, — торопливо ответила я и отрицательно мотнула голову.              — Ну, смотри, — успела сказать Райдос перед тем, как зазвонил ее телефон. Смуглые пальцы поспешно провели по экрану, принимая звонок, женщина бросила на меня последний, цепкий взгляд и, легко дернув ручку массивной двери, зашла в ресторан.              Почувствовав горечь на языке, я сделала очередную затяжку и, сбежав по лестнице, вышла к многолюдной улице. Фасады зданий пестрели яркими неоновыми витринами, которые сейчас включались раньше из-за дождей, обрушивающихся на город стальной стеной. Белые носки кед уже успели потемнеть от песка и луж, царивших на тротуарах, а толстовка покрыться мокрыми пятнами, когда я увидела Влада, быстро перебегавшего через дорогу, держа в руке яркий зонтик.              — Ты у ребенка его забрал? — я приветственно приобняла парня.              — Не, — простодушно улыбнулся Череватый, приподнимая зонтик, чтобы я тоже смогла под ним поместиться. — У знакомого стянул.              — Сколько же у тебя знакомых, — усмехнулась я и повернула голову, пытаясь определить, в какой стороне находится недавно открывшаяся кафешка, в которую мы хотели зайти с Владом. — Нам налево?              — Я немного запутался, — признался парень, — ты адрес не помнишь?              — Вроде, пересечение Камса с Соцем, — я остановилась, понимая, что мы не в том направлении.              — Точно с Соцем? — уточнил Влад, смотря по сторонам. — Чекни по картам.              — Блин, зарядки мало осталось, — я достала телефон и открыла приложение.              — Да, забей, все равно до дома я тебя провожу, там зарядишь уже, — успокоил Влад, сосредоточенно всматриваясь в экран телефона. — Там Советская, а не Соц.              — Ну, пешие прогулки полезны для организма, — я подняла на парня смеющийся взгляд.              — Особенно, когда они под дождем, — улыбаясь, согласился Череватый.              

***

      

      Ближе к двенадцати ночи я вернулась домой, пустая однушка встретила скучающей тишиной. На подоконнике рядом с пепельницей виднелась небольшая лужица, образовавшаяся от капель дождя, принесенных ветром. Пальцы рефлекторно провели по ней, оставляя после себе влажные дорожки, и вытащили из только что купленной пачки сигарету. Табачный дым методично начинал заполнять квартиру, когда я подключила давно вырубившийся телефон к зарядке.              Уставшие глаза расфокусировано смотрели на светящийся шпиль многоэтажки, слегка заслоняемый тучами, виднеющимися даже в ночи. Указательный палец настойчиво карябал заусенец, стараясь его оторвать, а потрескавшихся губ в очередной раз коснулся безвкусный фильтр, когда включившийся телефон дал о себе знать продолжительной вибрацией. Зажав в зубах сигарету, я подошла к прикроватной тумбочке и заметила на экране смартфона несколько уведомлений от контакта, лаконично записанного «В.Р.». Недолго думая, я разблокировала телефон и увидела пропущенные несколько часов назад звонок, а затем и сообщение от Райдос: «Мы можем поговорить?».              Легкие сделали глубокую затяжку, а губы тут же выпустили табачный дым, пока трясущиеся пальцы быстро набирали ответ: «Конечно, можем встретиться». Буквально через секунду телефон завибрировал вновь, давно не стряхиваемый с кончика сигареты пепел упал на экран, где сквозь сизые частицы виднелось: «Через тридцать минут заеду?». Торопливо стерев пепел, я набрала: «Да» и затушила сигарету.              Ровно через полчаса, за который я успела второпях принять душ и переодеться, на телефон вновь пришло уведомление. Пальцы автоматически схватили с подоконника зажигалку и пачку сигарет и закинули их в карман жакета. Глаза придирчиво пробежались по отражению в зеркале, пока сердце глухо стучало, отдаваясь между стягивающихся нетерпением ребер. Хлопнув дверью, я спустилась по лестнице, мимолетно поздоровавшись с придержавшим мне дверь соседом, который возвращался домой после прогулки с хорошо выдрессированным ротвейлером.              — Здравствуйте, — я открыла дверцу стоявшего около подъезда джипа и села на переднее сиденье.              — Привет, — устало отозвалась Райдос, выкручивая руль, чтобы выехать со двора.              — Куда мы едем? — спросила я, проворачиваясь на женщину, которая неотрывно смотрела на почти пустую дорогу.              — Ты была в «Западном парке»? — Виктория Германовна свернула на главный проспект города.              — Нет, — слегка удивившись вопросу, ответила я. — Его же пару месяцев назад открыли только, там всегда полно народу.              — Поедем посмотрим ночью? — спросила Райдос самым будничным тоном, словно мы часто вместе куда-то выбирались.              — Хорошо, — согласилась я, внимательно следя за неменяющимся выражением лица женщины.              Спокойные, точно прибитые недавно закончившимся дождем, улицы плавно проносились за окном, пока мы ехали в непривычно комфортной тишине, нарушаемой лишь едва слышными звуками поворотников на перекрестках. Мое сердце всю дорогу не прекращало неугомонно трястись, грозясь в любой удобный момент выскочить, будто грудная клетка стала для него слишком суровой тюрьмой.              — Ты долго не отвечала, — внезапно сказала Райдос, когда мы уже подъезжали к набережной, вблизи которой располагался парк.              — Телефон разрядился, — я пожала плечами, наблюдая, как красиво светятся огоньки, развешенные на столбах по периметру парка.              — С друзьями была? — Виктория Германовна припарковалась около входа и впервые за всю поездку взглянула на меня.              — Да, — пытаясь понять, что таится за непривычной теплотой карих глаз, ответила я и кивнула в сторону закрытых кованных ворот, на которых висела табличка с графиком работы. — А он работает ночью?              — Работает, — почему-то немного грустно улыбнулась женщина и вышла из машины, тихонько хлопая дверцей.              Последовав примеру, я быстро вылезла из джипа и изумленно замерла, наблюдая, как Райдос вытащила из кармана пиджака ключ и, не торопясь, вставила в боковой замок. Уверенные руки привычным движением толкнули металлические прутья, открывая калитку, пока слегка насмешливые глаза выжидающе смотрели на меня.              — Пойдем? — Виктория Германовна качнула головой, приглашая войти.              Мой взгляд зачарованно скользил по раскидистым деревьям, украшенным лампочками, по множеству кирпичных дорожек, ведущих в глубь парка, где издалека можно было заметить ярко-горящие вывески уже выключенных аттракционов. Ночной полумрак, приглушенный свет украшений, отражающихся в небольших лужицах причудливыми бликами, создавали непередаваемую атмосферу, затягивающую в фантастическую сказку, которая выбивала из головы все ненужные мысли, оставляя лишь трепетный восторг.              — Тут так красиво, — ошеломленно произнесла я, пытаясь разглядеть меняющие цвет неоновые огоньки в другом конце парка. — А там что?              — Качели, — ответила Райдос, проследив за моим взглядом. — Хочешь туда?              — А туда можно? — я поправила выбившийся из-за влажности локон и повернулась на женщину, которая изучающе смотрела на меня.              — Нам тут хоть куда можно, — тихо, но уверенно произнесла Райдос.              До ушей долетал шорох листвы, растревоженной ветром, и стук каблуков, словно метроном, задающих темп. Когда мы прошли в глубь парка, у меня получилось рассмотреть, что же так ловко, еще издалека, смогло зацепить мой взгляд. Среди ветвистых дубов на невысокой деревянной платформе, с разных сторон освещенной фонарями, располагалось три круглые качели, которые каждые несколько секунд меняли свой тон, варьируясь всеми цветами радуги.              — Они, скорее всего, мокрые, — поспешно сказала Райдос, наблюдая, как уверенно я иду к качелям.              — Не должны быть, — я улыбнулась, поворачиваясь на нее.              — Подожди, — Виктория Германовна слегка придержала меня за локоть и критично оглядела качели, понимая, что капли виднеются только с наружной стороны, оставляя сами сиденья сухими. — Уговорила.              — Ну, вот, — я села на центральную качель и подняла взгляд на женщину, на ее лице бликовала неоновая подсветка. — Вы поговорить хотели?              — Хотела, — карие глаза пристально смотрели на меня, будто пытаясь выудить из укромных уголков души самые сокровенные тайны. — Ты заявление написала.              — Да, — я оттолкнулась испачканной подошвой от деревянной платформы, пытаясь раскачаться. — Еще в пятницу.              — Зачем? — Райдос подошла ближе ко мне и крепко взялась за боковую ручку на качели, останавливая.              — Нашла другую работу, — ответила я, вспоминая, что Влад говорил про несколько свободных вакансий в местном агентстве недвижимости, куда парень и сам собирался устраиваться.              — А у нас что не устроило? — Виктория Германовна продолжала удерживать качель.              — Боялась, что, когда мы переспим, Вы месяц будете меня игнорировать, — нахально произнесла я, поднимая голову, и врезалась в пристальный взгляд.              — Ты что… — Райдос растеряно сдвинула брови, осознавая смысл слов, только что слетевшись с моих губ.              — Что? — тихо спросила я, только сейчас замечая, насколько близко находятся наши лица. Тягучий мед карих глаз проворной петлей стягивался вокруг шеи. — После поцелуя была неделя.              — Никто тебя не игнорировал, — женщина неуверенно опустила взгляд на мои губы.              — Правда? — меня забавляло, с какой скоростью стальная непреклонность на лице женщины сменилась трогательной нерешительностью.              Но уже через секунду ее губы коснулись краешка моего рта, оставляя робкий поцелуй, на который я тут же ответила. Мои пальцы нежно прошлись по ее щеке, обводя легкий румянец на скулах. Сердце яростно колотилось, стремясь впечататься в соседнюю грудную клетку, будто наконец-то нашло нужное для себя место. Когда наши губы вновь столкнулись, я почувствовала жгучий огонь внизу живота и слегка застонала, разрывая поцелуй.              — Правда, — вполголоса сказала Райдос, касаясь губами моего виска.