Почитай мне на латыни

Ворон грустно сидит на стуле, наблюдая, как милуются друг с другом двое взрослых людей. Он ощущает себя виноватым, думая о том, не совершил ли ошибку. Прямо сейчас он заставил этого мужчину полюбить женщину, и это нельзя будет отменить, они вместе навсегда, и Ворон чувствует дрожь по всему телу, когда представляет, что случится, если она его разлюбит. — Он бы был не против, — хлопает по плечу Ворона Владимир. — Он знал, на что идёт. — Нет, это не правда, — вздыхает Ворон. — Он может быть уверен, что ему нужна эта любовь, но, каким бы сильным ни был приворот, это не любовь, а лишь иллюзия. Это искусственно. — Он хочет любить её, у них ребёнок будет, — хмурится мужчина. — Да, но он никогда не почувствует, какого это, не жить во лжи, не почувствует, какая на вкус людская любовь без картона и пластика. Настоящая. — Ворон больше не может смотреть на двух людей, и он переводит взгляд на безоблачное небо, на котором совсем недавно красовались грозовые тучи. — Но ещё больнее от мысли, что она когда-то это поймёт. — Они знают риски, — хмурится Владимир. — Да, но… их не знает девушка, которая ждёт его впереди, девушка, которая смогла бы стать счастливой вместе с ним. — Кто это? — Его настоящая пара, — грустный вздох. — Такого не бывает. — Только вот у него не будет шанса узнать этого на собственном опыте.

***

Ярмарка в этом году была яркой и красочной. Арсений всей душой любит такое. Ему кажется, что он всё ещё в душе не вырос и его глаза каждый раз загораются при виде быстрых качелей, американских горок и гигантского батута. Сладкая вата и разные светящиеся рога и уши же навевают истинную ностальгию. Арсений стремится быстрее нацепить себе их на голову и раньше всех встать в очередь за пышным сахаром. В этом году ярмарка разрослась ещё сильнее, и Арсений не может окинуть взглядом все места, в которые он хочет зайти. Местечко в самом сердце занимает колесо обозрения, но это останется на десерт. Вечером вокруг зажгутся огни, и вид будет просто потрясающим. И всё бы было действительно восхитительно, если бы не человек под боком. Арсений до сих пор не понимает, как он согласился на это свидание с Пашей. Да, он был милым и смотрел на него глазами-сердечками, но Арсений не может ответить тем же. Но всё же они здесь, и Арсений не может творить всю ерунду, которая посещает его дурную голову, потому что Паша следует за ним по пятам и показаться в его глазах совсем отбитым всё же не хочется. На самом деле, если быть честным с собой, Арсений понимает, что согласился на эту идею, просто чтобы не быть на этом празднике жизни в одиночестве. Серёжа занят на очередном проекте, как и многие его друзья, и не может составить ему компанию, а Паша так удачно со своими ромашками подвернулся, что Арсений не сдержался. Вот и огребает по первое число, вынужденный вслушиваться в какую-то муть, весело рассказанную парнем, чтобы того не расстроить. Им ещё работать вместе, о чём он только думал? — Ты уверен, что нам нужно посетить все эти горки? — сглатывая, спрашивает его Паша. — Ну конечно, в этом же и смысл, — кивает сам себе Арсений, пытаясь оттереть с рук липкий сахар. Даже в сладком счастье есть свои минусы. — Просто, — мнётся парень, — я немного боюсь высоты. — Ой, — Арсений рассматривает парня, который на полголовы ниже и сейчас больше походит на помидор. — Ну ничего страшного, на большой скорости высоту ты даже не заметишь. Он хватает парня и тянет его к одной из быстро мчащихся по рельсам машинок. — Но, но я и скорости боюсь… — бурчит практически про себя парень, упираясь пятками в твёрдый асфальт, тем самым замедляя Арсения, но не его энтузиазм. — Тогда ты можешь просто восхищаться моей красотой издалека, — решает Арсений. Ничего не сможет его остановить. Арсений становится в очередь и, пока та достаточно медленно ползёт вперёд, рассматривает всё что есть вокруг. Его глаза цепляются за яркие безделушки, разноцветные вывески, пока в ушах звучит чудесная какофония из радостного смеха, крика и местных зазывал, которые так и просят, чтобы к ним зашло как можно больше людей. Он быстро пробегает глазами по ряду с домашней продукцией от мёда до морковки, который расположен по левую сторону от него. И на мгновение его взгляд цепляется за высокую фигуру с кудряшками, и он замирает, чтобы рассмотреть получше. — Антон? — шепчет одними только губами, пытаясь понять, не подводит ли зрение. — Что? — рядом спрашивает Паша. — Нет, ничего, — отмахивается от парня Арсений. Ему интересно, что молодой маг нашёл в таком месте? Прямо сейчас он стоит рядом с прилавком с огурцами и что-то упорно кому-то доказывает. Но Арсений не понимает кому. И как бы сильно он ни вглядывался, рядом нет никого, к кому мог бы обращаться мужчина. А потом до Арсения доходит. Ну конечно, ему очень хочется ударить себя по лицу или же Антона по затылку. Потому что там действительно никого нет. И судя по взглядам, которые бросают на мага люди вокруг, понимает это не он один. Арсений тяжело вздыхает. И как Антон до стольких лет дожил в обществе людей? Если бы Арсений не знал лучше, он бы уже вызывал психушку. Что же, выхода нет, нужно спасать надежду людей на чудеса. Иначе кто будет призраков на тот свет спроваживать? — Куда ты смотришь? — Паша слегка подталкивает парня в спину, подсказывая, что, пока Арсений был занят размышлениями, очередь немного сдвинулась. — Увидел давнего друга, пойдём поздороваемся, — фальшиво улыбается Арсений и тащит ничего не понимающего парня за собой. Антон тем временем практически переходит на крик, пытаясь доказать кому-то важность полыни. И действительно, приближаясь, Арсений понимает, что лавка не просто с огурцами. По бокам она завешана разными травами, и Арсений думает, что для мага, наверное, это обычное дело, скупать магазины с травами, которые обычные люди используют для настоев и чая. А Антон же… ну, Арсений не знает, для чего они Антону, в сериале Арсений использовал в основном ядовитые грибы и травы по типу мухоморов и белладонны. Антон же активно размахивает мятой и перечисляет её плюсы, при этом не забывая про полынь. Кажется, он в прошлый раз использовал боярышник, так что кто же знает, что магу может понадобиться в своих настоящих делах. — Эй, Антон, привет, давно не виделись! — радостно хлопает его по плечу Арсений, дабы маг перестал доставать бедного призрака. Антон оборачивается, в первые секунды он стоит в непонимании, пока до него наконец не доходит и глаза напротив не загораются небольшим огоньком узнавания. Арсений понимает, в последний раз они виделись во время масштабной уборки с месяц назад, когда кидались друг в друга тряпками и разнообразными обзывательствами, а Арсений всерьёз размышлял, правда ли живой паук нужен для ритуала, или он завёлся из-за обилия грязи, и Антон просто не хотел выдавать своего друга. По итогу он решил смириться и оставить паука в покое, дабы не навлечь на себя очередную смертельную опасность и всё же живым завершить съёмки. — Арсений, — констатирует Антон, слегка прищуриваясь. — Ты же живой, верно? Потому что если нет, то эта ярмарка явно потеряла своего главного павлина, как же она справится? — Нет, я живой, спасибо, что спросил, — надувается Арсений, пока в его груди горит смех. Сегодня он действительно одет довольно ярко, не боясь выглядеть вызывающе. Всё вокруг играет буйством красок, и Арсений не простил бы себя, если бы пришёл в чёрном или сером. Его изящество не для того столько лет взращивалось. — Кхм, — раздаётся рядом. И Арсений вспоминает, что у него вообще-то свидание. С Пашей. И когда он успел забыть? — Ах да, простите моё невежество. Это Паша, мой хороший друг, — и он пытается не замечать всплеск боли в чужих глазах. — А это Антон, мой немного сумасшедший друг. Антон тут же перестаёт улыбаться, и Арсений вновь ощущает силу зелёных глаз, холодок пробегает по спине, но он не уверен, откуда это взялось. — Не говори так, — Арсений не знает, что сказал не так и нужно ли ему извиниться, но он и не успевает должным образом это обдумать, так как Антон вновь загорается улыбкой и протягивает руку Паше. — Очень приятно, — парни пожимают друг другу руки, но складка между бровей Паши так и не пропадает, он, кажется, хмурится всё сильнее, осматриваясь вокруг, будто что-то ища. — Мне казалось, ты с кем-то спорил? — неуверенно. — Да, мы с… — Антон останавливается на полуслове, снова обращаясь к пустоте. — Прости, как тебя зовут? — Ахаха, — отыгрывает свой лучший смех Арсений и тянет недовольного Антона подальше от пустоты. — Ну ты и шутник, Антон, тут же никого нет. Глаза Антона тут же комично расширяются, и он согласно кивает, словно болванчик. — Да, точно, кажется, третья бутылка пива была лишней, — и Арсений стоит достаточно близко, чтобы услышать продолжение фразы. — Лёха, точно однажды убью. — Бывает, — радостно кивает наконец удовлетворённый Паша. — Ты фанат трав? — Что? Ах, да, это? — Антон оборачивается и начинает оживлённо складывать в пакет разнообразные травы и ягоды под радостное клацанье калькулятором от продавца. — Уж очень люблю всякие травяные чаи. Большой фанат. Я бы даже сказал, очень большой. — Круто, может, что посоветуешь? — улыбается Павел, рассматривая прилавок, но явно не представляя, что перед ним находится. — Да, — Антон останавливается и внимательно осматривает Пашу с ног до головы. — Думаю, у тебя всё хорошо, на вот, дарю. Антон протягивает ему ту самую мяту, которой махал перед незнакомым призраком. — Эм, спасибо, — кивает Паша, забирая ветку и не зная, куда её деть, отдаёт Арсению, у которого с собой поясная сумка, чтобы не потерять вещи во время быстрых гонок. Он принимает веточку и, слегка её понюхав, убирает в надёжное место, сделав в голове пометку, чтобы отдать её позже. — Это всё мне, — продавец радостно улыбается, уже готовый содрать с Антона хорошую сумму денег. Мужчина лет тридцати за прилавком явно ни на что не надеялся, когда решил захватить с собой такой ассортимент, сделав акцент именно на тепличные огурцы. — Может, Вы хотите мой номер, когда всё закончится, можете позвонить, и я с удовольствием найду Вам ещё мяты, — предлагает продавец, тщательно пересчитывая наличку Антона. — Эм, обычно я закупаюсь у Алекса, — Антон показывает на пустое место напротив, где, видимо, всегда стоял этот Алекс. — Но сегодня его почему-то нет. — А, Алекс, — кивает понимающе парень. — Насколько я знаю, у него кто-то заболел. Поэтому он не смог прийти. Надеюсь, всё наладится, мне всегда нравился этот паренёк. — Согласен с Вами, — Антон забирает сдачу и бечёвкой перевязывает свой пакет так, чтобы из него не могло что-то случайно выпасть. — Но номерок возьму, лишним не будет. Троица отходит от прилавка, и Арсений с грустью замечает, что очередь у машинок за это время стала ещё больше и ждать им придётся немало. — А вы, вообще, чего здесь, за чем-то нужным или просто гуляете? — спрашивает Антон, сканируя глазами окружение. Если Арсений присмотрится, то он сможет заметить, как его глаза останавливаются на чём-то, чего Арсений не видит, а потом резко убегают в другую сторону. И это немного пугает. Неужели Антон действительно так плохо отличает мир живых и мёртвых? — Вообще, у нас было свидание, — Арсений на мгновение дёргается от такой простоты. Да, он ощущает себя открыто в своей ориентации довольно давно, но мир вокруг не радужное место, и вот так швыряться признаниями он бы не стал. Или Паша просто думает, что Антон уже в курсе, раз они знакомы? Антон никогда не высказывался на данный счёт, да и друзьями они, по сути, не являются. Так что Арсений немного переживает, вдруг в вере Антона это страшный грех и прямо сейчас он потерял своего спасителя в будущем. Кто знает, что с ним ещё может приключиться. Но Антон лишь на мгновенье замирает, а потом спокойно пожимает плечами. — Круто, можно с вами? — и в других обстоятельствах Арсений пришёл бы в шок от такого вопроса, но прямо сейчас он неожиданно рад такой перспективе. Антон, может, и странный, но с ним уж точно не будет скучно. Возможно, Арсений предвзят и просто не хочет гулять больше наедине с Пашей. — Но, — Паше не удаётся выразить протест, так как Арсений быстро хватает обоих парней за руки и тянет в сторону заветных машинок. — Конечно, мы как раз хотели на машинки! — уже рисует в своей голове план на день Арсений. — Ты, кстати, как? Скорость любишь? — Ты даже не представляешь как, — на губах парня появляется хитрая улыбка. «О, да, — радуется про себя Арсений. — Вот он, достойный противник!» — Ну ладно, я всё равно не люблю такое, я подожду вас внизу, — улыбается Паша, и Арсений радостно чмокает того в щёку, благодарный. Тот тут же краснеет, и Арсений не может удержаться от смеха. Антон же просто приподнимает бровь, но молчит. Они встают в конец очереди, и Арсения тяжело вздыхает, теряя часть своего энтузиазма, они будут ждать целую вечность. Арсений ненавидит ждать, хотя в карьере актёра приходится делать это постоянно. Ждать удачной роли, затем кастинга. Затем ждать, когда тебя прослушают, а затем ответят. И, если ответ положительный, придется ждать съёмок, хотя это ожидание самое нервное, но при том и приятное. Поистине желанное. Так что, раз покататься они смогут на трёх каруселях максимум, нужно выбирать как можно тщательней. У Арсения как минимум четыре любимых аттракциона, которые он обычно посещает ежегодно, обычно при этом пытаясь ещё попробовать две новые. Ну или давно не обкатанные. Арсений, кажется, уже попробовал всё. — Ого, давненько не видел такого ажиотажа, — присвистывает Антон, с высоты своего роста осматривая толпу. — Ты часто здесь бываешь? — уточняет Арсений, про себя размышляя, нужно ли ему купить ещё сладкой ваты, чтобы скрасить ожидание, или его фигура такого не потянет, требую дополнительных тренировок. — Каждый год, мне здесь нравится, — кивает Антон, высматривая кого-то в толпе. — О, Палыч здесь, считайте, наш счастливый день, пойдёмте. — Что? Куда? — Арсений наблюдает, как Антон выходит из очереди и, обходя её, идёт куда-то к стойке работников. — Идём, — лишь подзывает их Антон, и Арсений, лёгкий на подъём, спешит следом, просто надеясь, что им не придётся стоять очередь в третий раз. Паша смиренно идёт следом. Антон подскакивает к высокому полному мужчине лет пятидесяти с огромными усами. Они улыбаются друг другу и крепко обнимаются. — Антон! Так и знал, что ты не сможешь такое пропустить, — похлопывает мужчина Антона по плечу в добром, отеческом жесте. — Ну а куда я денусь, Палыч, ты же знаешь, как я люблю это место, — так же тепло отвечает ему Антон, и Арсений с Пашей аккуратно встают рядом, не зная, куда себя деть. Антон тут же представляет их. — Палыч, это мои друзья, Арсений и Паша, — мужчина крепко пожимает им руки. — А это Палыч, он отвечает за техническое обслуживание, если проще, то чтобы на высоте птичьего полета ничего не отвалилось. — Ой, да ладно, было-то всего разочек, — громкий смех соответствует образу мужчины и звучит звонко и раскатисто. Арсений подхватывает смех, надеясь, что это лишь шутка. Паша рядом теряет весь свой цвет, аккуратно поглядывая на колесо обозрения. Или, если точнее, на верхнюю его часть. — Палыч, не пугай мне людей, ты как всегда, — жалуется Антон, но всё равно не может сдержать своего смеха. Высокий и довольно стройный, он рядом с низким пухлым мужичком выглядит как сцена из анекдота, но Арсений не может не пропитаться дружеской атмосферой, которая так и бьёт ключом из их взаимодействия. — Ну что, покатать вас? — подмигивает Палыч, по-доброму ухмыляясь. — Если не боитесь. — Конечно, — тут же отвечает Антон, немного подпрыгивая на носочках, становясь ещё выше. — Ну, держи, специально сделал несколько, знал, что ты придёшь, — Палыч достаёт из кармана пластиковые карточки, которые надеваются на шею, и передаёт Антону. Тот в ярой радости ещё раз его обнимает, крепко сжимая по бокам. И Палыч хлопает его по спине. — Хорошего вечера. — Ну теперь он точно будет волшебным, спасибо, я твой должник, — Антон надевает одну и передаёт две другие Арсению с Пашей, те повторяют его движения и так же вешают пластик на шею. Теперь же Антон тащит их сквозь недовольную толпу ко входу на тачки, которые летают с огромной скоростью, заставляя громко кричать. Мужчина, который следит за очередью, провожает их взглядом, но ничего не говорит. Их запускают в машинку первыми, и Паша с шоком в глазах машет им на прощание. — Это что за магия? — шепчет Арсений, пока им проводят небольшой инструктаж и пристёгивают ремни. — Что, нравится? — подмигивает ему довольный Антон. — Это VIP-билеты для прохода без очереди. — Но они же стоят как крыло самолёта, — в шоке рассматривает пластик на шее Арсений. — Да, но для таких работников, как Палыч, их выдают бесплатно. А я как-то раз им помог несколько лет назад и отогнал полтергейста. Он чуть половину аттракционов не поломал. А за такое Палыча чуть не уволили. На самой грани был. Теперь у меня есть личная проходка, — радостно ведает довольный собой Антон. Арсений думает, что в том, чтобы быть магом, всё же есть свои неоспоримые плюсы. — Ну что, готов? — Арсений хватается за поручень. — Кто первый закричит, тот проиграл! — Поехали!

***

Арсений выигрывает, но это оказывается лишь первым раундом этой странной игры, а Антон — сильным противником. Они катаются на всём, что видят, иногда по несколько заходов подряд и весело смеются. Арсений чувствует себя как в детстве, когда всё беспокойство и проблемы исчезают и кажется, что вокруг только добрый светлый мир, который радует яркостью и весёлым смехом. Арсений чувствует свежий воздух, свистящий вокруг, который играет с его волосами, и крики людей, что так же, как и он, наслаждаются долгожданными выходными. Сейчас они катаются на горках с водой, и Арсений кричит первым, уравнивая счёт, когда понимает, как испортится его причёска. По окончании пути он выжимает футболку, с которой обильно сочится вода, несмотря на защиту, под истеричный смех Антона. Тот промок не меньше, но, кажется, проблемы Арсения его заботят куда больше, так как парень просто отмахивается от своего внешнего вида. — Само высохнет, — не может остановить смех Антон. — А я не думал, что увижу мокрого павлина, такое в зоопарке не показывают. Арсений лишь закатывает глаза на поведение мага, поправляя причёску. Паша рядом с ним краснеет и молча рассматривает Арсения. Тот же неожиданно понимает, что из-за воды его светлая майка теперь просвечивает стройное тело. Арсений прихорашивается под огнём в чужих глазах, ему льстит такое внимание парня. Но он понимает, что это ни к чему не приведёт, так что Паше остаётся только облизываться, лишать такого удовольствия парня он не в силах. И пока Арсений раздумывает, какую горку выбрать следующей, так как, кажется, они обошли уже всё, кроме заветного колеса обозрения, Антон подкрадывается сзади и ерошит его только уложенные влажные волосы. Арсений резко останавливается, с яростью рассматривая парня, который преувеличенно наигранно делает вид, что вовсе не причём. — Смерть твоя будет страшна, — он кидается на Антона, но тот, явно готовый к такому исходу, бросается бежать, Арсений следует за ним под яркий смех Паши. — А ну стой! — Мне бабушка запретила так рано умирать! — убегает Антон, громко крича и протискиваясь между людей, но из-за смеха и слабой подготовки Арсений через пару кругов бессмысленного бега и с десяток сбитых людей догоняет Антона, загоняя его в тупик между лавкой с мёдом и текстилем. Антон поднимает руки вверх, сдаваясь, и при этом пытается отдышаться, пока Арсений размышляет, какую страшную месть ему совершить. — Кхм-кхм, — резкий кашель раздаётся у парней над ухом, и они в шоке разворачиваются в сторону девушки. Она громко кашляет, выглядя при этом бесконечно бледной. Её руки дрожат, а глаза словно затуманены. — Помог… Девушка не успевает договорить, падая на землю. Антон вовремя реагирует и ловит девушку, не давая той разбить голову о твёрдый асфальт. Он держит её на руках пару секунд, а потом потеряно поворачивается в сторону Арсения. — Что теперь? — он выглядит словно котёнок, попавший под дождь. В его глазах Арсений читает зарождающуюся панику и тяжко вздыхает. Он хотел на колесо обозрения, а не спасать девушек в переулке. — Что? В больницу её нужно, — вздыхает парень, про себя отмечая, что девушка дышит. Это не может не радовать. — Думаешь? — сомневается Антон, перекладывая девушку, чтобы более удобно её держать. — Да, ты на машине? — Арсений оборачивается, ища глазами Пашу. Куда он делся? — Нет, мне нельзя водить, — качает головой Антон. — Почему? — У меня нет прав, — просто пожимает головой он. — Ну да, логично, — Арсений набирает номер Паши, потому что в толпе просто невозможно его найти. — Паша на машине, давай отвезём её в приёмный покой.

***

Девушку торжественно передают врачам, а троица остаётся сидеть под дверью кабинета, чтобы убедиться, что она точно в порядке. — Да, Арсений, свидание с тобой одно из самых интересных в моей жизни, — посмеивается Паша, и в какой-то момент этот смешок кажется истеричным. — Да, для меня это тоже было неожиданно, — кивает Арсений, он внутренне разрывается от страданий, вызванных отсутствием колеса обозрения в конце дня. Тот действительно был поистине восхитительным и, видимо, не мог просто быть идеальным во всём. Вселенский баланс, все дела. — Ну, если вам интересно, я часто втягиваюсь в подобные передряги, — пожимает плечами Антон. — Но во всём виноват Лёха. Арсений на мгновение размышляет, находится ли призрак рядом с ними или улетел погулять. Могут ли у призрака быть неприятные ассоциации с больницей? Или он умер где-то в другом месте? — Кто такой Лёха? — не понимает Паша. — Мой друг, вернее, просто прилипала, который сделал своим долгом сме… жизни портить мою жизнь, — Антон угрюмо смотрит на соседнюю лавочку, и, если включить фантазию, Арсений может увидеть, как прозрачный парень показывает ему в ответ язык. Кажется, это в стиле Лёхи. — Это грустно, наверное, у него совсем нет других друзей? — сочувствует Паша, и Антон тяжко вздыхает. — Нет. Неловкая пауза накрывает троицу, и они остаются в ней дожидаться врача. По сути, они три малознакомых человека, которые каким-то образом оказались вместе, чтобы быть уверенными в безопасности ещё одной незнакомой девочки, вот это приключения. Всегда бы так Арсению на свидания ходить, да. Может, у него и не было бы парня, но точно бы был сборник интересных историй. Наверное, у Антона такой уже есть. Арсений на мгновение размышляет, не стать ли ему неким доктором Ватсоном и ходить за Антоном, записывая. Но, думается, это будет скорее фантастикой. Да и не благодарное это дело. Хотя было бы весело. — Может, этому Лёхе хобби какое найти? — предлагает неожиданно Паша. — Оно у него уже есть, даже два, — вздыхает Антон. — Смотреть сериал про Арсения по телеку и делать мою жизнь невыносимой. — О, так ты смотришь сериал? — радостно восклицает Арсений. — Нет, я его тихо ненавижу, — дуется Антон. — Иногда громко. — Ой, — складывает руки на груди парень, — не так уж он и плох! — Да, та серия про маньяка была действительно неплохой, — пожимает плечами Антон, пока в Арсении растёт раздражение. — Меня там почти не было всю серию! — восклицает он. — Правда? — ухмыляется Антон. — А я даже не заметил. — Я тебя сейчас из окна выброшу! — огрызается Арсений. — Арсений, нельзя воровать чужие идеи, — лыбится во всю Антон. Парни смотрят друг другу в глаза, вокруг летают искры и дребезжит воздух, наполненный напряжением, возможность смерти от падения из окна никогда не была так близка, как сейчас. — А-Антон, а почему ты живёшь в одной квартире с Лёхой? — развевает дымку Паша, вклиниваясь между парнями и, возможно, предотвращая скорое убийство. — Потому что… — набирает воздух в лёгкие Антон, и неизвестно, что он собирался сказать, но его прерывает врач, который выходит из палаты и идёт прямо к ним. — Здравствуйте, кем вы приходитесь больной? — спрашивает он. — На самом деле никем, мы нашли её в плохом состоянии и хотели убедиться, что с ней всё в порядке, — спешит пояснить Арсений. Доктор рассматривает их долгим взглядом, а потом, всё же решая, что они нормальные ребята, слегка улыбается. — У неё было тяжёлое отравление. Какими-то химикатами надышалась. Но мы промыли ей желудок, дали лекарства, с ней всё будет в порядке. Не было ли у неё каких-то личных вещей, чтобы мы могли определить её личность, пока она не проснулась? — У неё, кажется, была сумка, она осталась в машине, сейчас принесу, — вспоминает Паша и убегает вниз по лестнице к машине. — Если будут ещё вопросы, я в тридцатом кабинете, — кивает врач и уходит, оставляя парней стоять в тишине. — Мы ещё успеем на колесо обозрения? — всё же решает испытать удачу Арсений. Антон достаёт телефон, чтобы посмотреть время, и отрицательно машет головой. Арсений окончательно сдувается, падая на лавочку. — Ну тогда находим имя нашей находки и по домам. Доживать эту бессмысленную, холодную, грустную жизнь. — Видимо, так, — кивает Антон. — И хватит драматизировать. — Без колеса обозрения это правда. Для Антона день пошёл не по плану с самого начала. Сначала он проспал и опоздал на встречу, потом на ярмарке не было его обычного поставщика, у которого можно найти редкие растения, непригодные для обычных людей, из-за чего их сложно встретить в обычной лавке. Хорошо ещё та палатка напротив смогла снабдить его базой, которой, как он надеется, ему хватит на некоторое время. На дворе стоял тёплый май, и был не сезон для многих растений, так что, если он срочно не найдёт нужное, ему придётся несладко. Потом этот призрак, про которого Лёха сказал, что он точно человек, тоже мне, шутник. Он долбанных десять минут пытался доказать ему, что при некоторых видах расстройств полынь ничем не хуже мяты. И где только при жизни работал этот призрак? Рекламщиком мяты? Спасибо хоть Арсений спас его от всеобщего позора и обследования. Этого ему ещё не хватало. Так что он просто прокатался весь день на аттракционах, вместо запланированных дел, хорошо хоть Палыча увидел. Антон подумал как-нибудь заскочить тому в гости, уж очень Антон соскучился по весёлому дядьке. На деле это было достаточно весело, Антон чувствует внутренний прилив сил от перепалок с Арсением, который за время просмотра сериала стал уже родным. Ведь Лёха действительно был фанатом и заставлял Антона смотреть каждый выпуск вместе с ним. Антон всё ещё видит в этом актёре павлина, который распушает перья каждый раз, когда кто-то смотрит, и это весело, потому что Антон абсолютно точно ощущает, что тот такой же простой, как и многие вокруг, но чувствует своим долгом доказать всем, что это не так. Нет, в Арсении наверняка есть своя изюминка, или даже телега изюма. Но это не перья, по крайней мере, Антону хочется в это верить. Из размышлений его выводит знакомый тихий голос. — Антон? — парень оборачивается и, к собственному удивлению, обнаруживает Алекса, который стоит рядом с ним, тепло улыбаясь. У того тёмные мешки под глазами и белый халат на плечах. От него буквально пахнет усталостью, но в глазах всё так же горит огонёк. — Алекс, ты как здесь? — Антон приближается, пожимая руку и приобнимая знакомого. — Да вот, руку вывихнул, — показывает на перевязанную левую конечность парень. — Понимаю, а мы тут незнакомке помогаем, — ведает Антон. — Хотел сегодня у тебя трав купить, а тебя не было. — Да у меня проблемы, Антон, как раз, может, по твоему профилю. Вот не знал, кому звонить: тебе или Диме, — голос парня слабый и уставший. — Кто такой Дима? — интересуется подошедший Арсений, пока Антон представляет парней друг другу. — Тоже маг, конкурирующая организация, — закатывает глаза Антон, он до сих пор в шоке, что в таком деле существует какая-никакая конкуренция. Ему кажется это смешным, людям вокруг, очевидно, нет. — Вот, вот её сумка, — слегка запыхавшись, возвращается Паша, на ходу доставая из сумки паспорт, чтобы изучить имя незнакомки. — Дарья Савичева, живёт в Москве. — Что, Даша? — Алекс резко вырывает паспорт и в шоке смотрит на фото незнакомки. — Что с ней? — Отравление, сейчас в палате лежит, — Антон подходит ближе, видя, как дрожат руки у Алекса. — Что… Он едва успевает вымолвить слово, как парень подрывается и бежит в палату. Переглядываясь между собой, Арсений с Антоном следуют за ним. Паша остаётся в шоке стоять в коридоре. Девушка бледной статуей лежит на кровати. Она уже не такая зелёная, как выглядела раньше, но всё ещё недостаточно здорова. — Дашенька, да что же с тобой опять случилось? — парень падает на кровать рядом с ней, хватая девушку за руку. — Вы знакомы? — Арсений присаживается на стул напротив, Антон же остаётся стоять в отдалении. — Это моя сестра, — Алекс прикасается губами к её руке и на мгновение крепко зажмуривает глаза. — Что с ней случилось? — Отравление, — на пороге появляется Паша вместе с доктором. — Но не волнуйтесь, уже всё в порядке, утром можете забрать её домой, все рекомендации я Вам напишу. — Спасибо доктор, — выдыхает долю волнения брат. — Я в кабинете, — вновь удаляется врач. — Арс, можно тебя? — Паша указывает на дверь, и Арсений поднимается со стула и следует за парнем, уже предвкушая будущую неловкость. В коридоре они становятся друг напротив друга, боясь прямо встретиться взглядами. — Это было… — начинает Арсений. — Интересно, да, — подхватывает Паша. Они улыбаются друг другу. — Сходим куда-то ещё? Арсений наконец смотрит Паше в глаза и видит там надежду, и на мгновение ему так сильно хочется оправдать эту надежду, стать для кого-то нужным и важным. Стать любимым же прекрасно. Может ли в любви быть только одна сторона? Принимать любовь было бы прекрасно, не думать о том, обманывают ли тебя и нужен ли ты. Но почему-то то звучит как предательство. Себя и Паши. Брать и не давать взамен, остановиться на полуправде и не дать своим чувствам шанса расцвести по-настоящему. И, как бы сильно Арсений ни был надменен или саркастичен, он никогда не думал о себе, как о предателе. И Паша действительно хороший, ему подойдёт кто-то другой, кто-то, кто не Арсений, кто-то, у кого в голове не горят идеи и мысли о безумии. — Нет, думаю, нет, — и надежда падает и рушится. Её больше нет. Арсений не думает, что это плохо. Он думает, это прекрасно, думает, что перед ними просто открывается множество разнообразных дорог, вместо одной-единственной. Это не тупик в лабиринте, это скорее его развилка. И это хорошо. — Хорошо, я был рад провести с тобой день, — но, если подумать, этот день даже не был их. По-честному, Арсений провёл с Антоном больше времени, споря во время спусков на каруселях и решая, куда пойти дальше, чем просто гуляя с Пашей. А ведь Антону он даже не нравится, да и не сошлись бы они никогда. Слишком уж разные. Да и Антон этот слишком странный. — Я тоже, — тем не менее кивает Арсений и, прощаясь, возвращается в палату, забирая с собой женскую сумку. В палате ничего не изменилось, только Антон о чём-то переговаривается с Лёхой, крича на пустоту шёпотом. — Ммм, — стонет девушка, и все взгляды обращаются в её сторону. Девушка продолжает немного стонать. И аккуратно открывает глаза. Её тут же ослепляет свет, и она жмурится, но всё же смотрит вокруг, постепенно привыкая к окружению. — Саша? Как ты здесь? — её голос хриплый, и она закашливается, когда заканчивает говорить. Арсений встаёт, чтобы налить воды, и протягивает девушке стакан, который она с благодарностью принимает. — Узнал, что ты здесь, и где мне ещё быть? Что опять случилось, Даша? — девушка хмурится, глотая немного целебной влаги. — Не знаю, я просто шла домой, зашла на ярмарку купить овощей, а потом мне стало плохо, — девушка осматривается вокруг. — А где моя сумка? Нужно позвонить Васе. — Вот, держи, — протягивает Арсений сумку, и глаза девушки тут же загораются узнаванием. — Ворон, это же Вы! Вы маг! — на лице девушки как будто появляется румянец, и она начинает возбуждённо тараторить. — Это так здорово, мне как раз нужна Ваша помощь! — Э-э-э, — теряется от такого энтузиазма Арсений, — нет, я, не… Но, пока он собирает мысли в клубок, Антон подкрадывается сзади и кладёт руки ему на плечи, пугая на мгновение. — Да, это он, но в миру Ворон просто Арсений, называйте его так, он с удовольствием Вам поможет, — девушка счастливо смеётся, с восхищением рассматривая мужчину у своей постели. — Да, конечно, — кивает Арсений, взглядом пытаясь испепелить Антона. Потому что какого черта? Это какая-то месть за уборку? Да он же только помочь хотел! Теперь в этом месте хотя бы находиться можно! И что, ему теперь мага играть не только в сериале, но и в жизни? Ему столько не платят. — А я в подарок отдам Арсению нужных трав, у меня в закромах много редких штучек, — глаза Антона горят восторгом, пока Арсений кивает в поражении. Его загоняют в какую-то передрягу, из которой потом неизвестно как выбираться. Прекрасно. — Мне кажется, что меня прокляли, Арсений, — начинает серьёзно девушка, и Арсений погружается в свою роль. Он уже не первый день в этом деле и сидеть с серьёзным лицом, слушая проблему, уж точно научился. — Что навело тебя на эту мысль? — Мне недавно Вася сделал предложение, и с тех пор всё не так. То вещи пропадают, то неприятности всякие, недавно, например, о буквально ровную поверхность поскользнулась и голову себе разбила. Сотрясение. Машину кто-то поцарапал. Потом каждый день что-то болит. То голова, то что-то ещё. А теперь это. Просто не знаю, что делать. И у Васи завал на работе, постоянно куда-то нужно бежать. А я совсем одна. Хорошо Ася рядом, хоть есть с кем поговорить, — на глазах девушки появляются слёзы. И Арсений успокаивающе кладёт ей руку на запястье, слегка сжимая. — Всё будет хорошо, я обещаю, — он слегка поворачивает голову в сторону Антона, и тот в подтверждение кивает головой. Арсений видит, как Антон переходит из образа студента-раздолбая в настоящего профессионала. Он сосредоточен, и его глаза не отрываются от Даши. Арсений думает, что тот видит гораздо больше, чем любой из них способен. — Кто такая Ася? — Моя сестра. Сводная, — поясняет девушка, вытирая глаза рукой, борясь с внутренней слабостью. Она берёт свои эмоции под контроль и смотрит на Арсения с надеждой. И Арсений внутренне теряется. А что делать-то в таком случае? Ему забыли дать сценарий! Даже для импровизации его нужно хоть раз в глаза видеть. Но он же профессионал. И раз Антон тут мастер и втянул его в это, то ему и отдуваться. — Знакомься, это Антон, — представляет он парня. — Он мой ученик. Не так хорош, как я, конечно, но набирается опыта. — Здравствуйте, — уголком губ улыбается ему девушка. — Что мы делаем в таком случае, Антон? — в Арсении всё же теплится надежда, что его не бросят на обочину в одиночестве, Антон не подведёт. Наверное, подозревает, что в ином случае всё же окажется в оконной раме. — Нужно осмотреть дом. Но позже, сейчас ты устала, и тебе нужно восстановиться. — Молодец, всё верно, — вновь смотрит на девушку Арсений. — Алекс нам позвонит, и мы придём в гости, а пока отдыхай. Они прощаются с обнадёженной девушкой, которой с каждой минутой словно становится лучше, а румянец на её щеках — всё более здоровым, и покидают палату. — Ученик, значит? — ухмыляется Антон, как только они покидают пределы слышимости. — А я и не думал, что ты такой важный, что аж ученика завёл. — Что? — взрывается Арсений. — Ты меня обвиняешь? Серьёзно, что это вообще за цирк был?! — Ладно, Арсений, как порядочный ученик, я поведаю тебе простую истину, — Арсений пинает его в бок, чтобы тот не выпендривался, и Антон громко смеётся. — Ладно, а если серьёзно, то вера — это одно из главных составляющих моей работы, практически семьдесят процентов успеха. Если верю только я, ничего не получится или получится, но плохо. — Но она уже верила, — не понимает Арсений. — Да, но не в меня, — просто улыбается ему Антон и убегает в закат. — Я тебе позвоню.

***

На дело, как в душе это называет Арсений, они идут через две недели, вернее, опаздывают, потому что Арсений уже двадцать минут ждёт Антона под дверью, пока тот скачет по всей квартире, ища что-то на полках и в сундуках. — Это не я, это Лёха, постоянно мои вещи куда-то перекладывает, — сразу оправдывается Антон, не давая Арсению даже открыть рот. Он не впечатлён. Вряд ли Лёха имеет большое влияние на вновь появившийся беспорядок в доме мага. Он призрак! — Так и скажешь Даше, потому что по своему статусу я просто не могу опаздывать, — Арсений сегодня в тёмном костюме и небольшом плаще. Он производит правильное впечатление. И, если Антону нужна вера, он её предоставит. — Ой, тоже мне цаца какая, — закатывает глаза Антон, и они вместе на такси едут в квартиру девушки. Арсений чувствует внутренний мандраж. Это то же чувство, которое появляется в нём каждый раз перед тем, как режиссёр скажет «камера, мотор, начали» или он шагнёт на сцену театра. Но сегодня всё важнее, сегодня от него может зависеть чья-то жизнь, и, если из-за его игры всё пойдёт не по плану, он никогда не сможет спать по ночам. — А откуда мы вообще знаем, что на ней действительно сглаз? — уточняет Арсений. — Ну, во-первых, столько совпадений — это уже закономерность, а во-вторых, заметил, что, когда ты сказал, что поможешь, ей сразу стало лучше? — Да, и что? — А то, что вера, — поучает его Антон. — Она верит, и если для кого-то это эффект плацебо, то для мага это своеобразный ментальный щит, который на время поможет ей быть в порядке. Но надолго его не хватит, мы должны понять, что не так. — Хорошо, задачу понял, — просто дышать, Арсению просто нужно дышать, а дальше всё пойдёт по накатанной. — Никогда бы не подумал, что буду радоваться, что кто-то смотрит твой бредовый сериал, — смеётся в тишине салона Антон. — Эй, не оскорбляй искусство! — А я этого и не делал, — Антон получает очередной тычок в рёбра, но продолжает хохотать. Водитель странно на них косится, а потом просит у Арсения автограф. Антон не успокаивается до конца поездки.

***

Дверь им открывает весёлая Даша, и Антон тут же говорит: — Извините, мой наставник всегда так долго выбирает себе наряд, Вы же знаете, — девушка звонко смеётся, пока Арсений размышляет, как убить Антона так, чтобы для Даши всё выглядело ритуалом. Квартира представляется им произведением искусства. Повсюду развешаны картины из бисера, на диванах лежат вязаные игрушки, и, если что-то можно украсить узором из ниток и вязаным изделием, оно точно есть в этой квартире. — Вау, — в восторге выдыхает Арсений, рассматривая стены, заполненные картинами, вышитыми крестиком. — Да, это мамино хобби, она у нас рукодельница, — хвастается девушка, которая уже и не выглядит больной. — Вы живёте с родителями? — уточняет Арсений. — Да, это родительский дом, но родители живут сейчас на даче, а мы с Асей здесь. Мы пытались найти с Васей квартиру, но и с этим не везёт, — дуется девушка. — Кстати, после отравления ничего странного не было, может, само прошло? Арсений надевает свою лучшую осуждающую маску, вспоминая, что вообще-то он надменный маг, который знает эту жизнь лучше других. — Просто я провёл дома небольшой ритуал, это поможет, но ненадолго. Нам нужно осмотреть дом. — Конечно-конечно, — тут же кивает Даша. В это время к ним из спальни выходит ещё одна девушка, по всей видимости, Ася. Она более высокая, её рыжие волосы обрамляют карие глаза, а вся одежда заляпана краской разных цветов. — Здравствуйте, а там как раз чайник закипел, давайте выпьем? — предлагает Ася, и Арсений аккуратно смотрит на Антона, но тот прожигает дыру в девушке. — Давайте, — решает Арсений, всё же он тут сегодня главный. Они усаживаются на кухне, где есть красочные пейзажи и натюрморты, которые уже написаны Асей. Девушки между собой кажутся настолько же схожими, насколько и разными. Схожие носы и разрез глаз, но совершенно разная фигура и рост. Цвет волос также отличается. Рыжая Ася и блондинка Даша смотрятся рядом, как своеобразный инь и ян. Им это идёт, даже завораживает. — Знаете, Даша меня не слушает, но мне кажется, это всё Вася, — аккуратно шепчет Ася, пока Даша просто закатывает глаза. — Что Вася? — Арсений замечает, как Антон жестами переговаривается с воздухом, и пытается перевести внимание девушек на себя, дабы те не начали думать, что они просто издеваются над ними. — Ну а кто? — цокает девушка. — Кроме него, незнакомцев в доме нет. — Ася, я не знаю, почему он тебе не нравится, но это не он, — отстраняется от девушки Даша. Та лишь тяжело вздыхает. После они пьют чай с пирожками в тишине, и Арсений замечает, как пристально Антон разглядывает Асю, пока та не смотрит, и поскорее утаскивает его на поиски, получая у девушек разрешение и обещание не мешать сложному магическому процессу. — Что с тобой не так? — Она не нравится Лёхе, — Антон осматривается по сторонам, потирая руки. — В этом доме что-то не так. — Ну так пойдём на поиски, — логично рассуждает Арсений, заходя в комнату Даши, рассматривая порядок и пару картин на стенах. Эта комната, в отличие от всего дома, не так заполнена. Кажется, Даша не переняла творческой жилки у мамы. На картинах Арсений видит подпись Аси и понимает, что от самой девушки в комнате нет практически ничего. Редкие вещи на открытых полках и одежда в шкафу, вот и вся Даша. — Безлично, — тихо комментирует он. Антон этого не замечает. Он залазит под стол, переворачивает вещи на полках и заглядывает на другую сторону картин. — А что мы ищем? — Когда найдёшь, поймёшь, — отзывается Антон, кряхтя, поднимаясь с пола. — Давай поднимем ковёр. Они аккуратно сматывают ткань и под ней находят лишь пыль. Осмотреть комнату оказывается довольно просто. Здесь чисто и нет потайных мест, в которых было бы легко спрятать вещь. Арсений вспоминает, как видел интересные размышления на тему того, куда лучше всего спрятать небольшую флешку, чтобы её никто не нашёл. Он надеется, что виновник его не видит, иначе у них проблемы. Они прочёсывают шкаф, рассматривая гардероб девушки, оставляя шкаф с нижним бельём на самый крайний случай. В книгах нет ничего необычного, кроме небольших заметок на полях и пыли на страницах. Кровать тоже подозрений не вызывает. — Блять, блять, блять, — через время начинает переживать Антон, когда мест остаётся всё меньше, а у них так ничего и нет. — Это точно здесь! Я чувствую! — Тише-тише, — пытается успокоить его Арсений, но парень лишь мечется по комнате, вновь и вновь пытаясь найти нужное. — Где, где? — Антон пинает ногой упавшего медвежонка и застывает на месте, словно его заморозили. — Антон? — Он? — замолкает. — Подними его. Арсений делает как сказано, поднимая медведя с пола. Тот на вид просто медведь, мягкий и плюшевый. С небольшим сердечком на пузе. Такие обычно дарят на первых свиданиях. — Думаешь, Вася подарил? — размышляет Арсений. — Не исключено, — он сидел на пустом столе, словно на почётном месте. — Что с ним делать? — спрашивает Арсений, пока Антон стоит как вкопанный. — Аккуратно проверь: нет ли чего-то внутри? Арсений согласно кивает, и длинными пальцами прочёсывает небольшую шерсть и мягкое пузико, и на ноге находит небольшую молнию, буквально несколько сантиметров. Он расстёгивает её и достаёт из медведя пластиковый пакет, в который завёрнута длинная, тонкая игла. Арсений рассматривает её получше, слегка прищуриваясь, и замечает красивую гравировку с названием фирмы. Та красиво блестит на солнце, переливаясь и создавая солнечных зайчиков вокруг. Вокруг иглы обмотан локон светлых волос, Арсений подозревает, что он принадлежит Даше. — Это странно, — Антон подходит, рассматривая иглу в руках Арсения, не трогая и не беря её в руки, словно опасаясь. — Странно что? — не понимает Арсений. — Это не настоящее проклятье. Это что-то, что советуют сделать в интернете. Но оно странное. — Что? Погоди. То есть кто угодно может наложить на меня порчу? — Нет, но вот тебе мой совет, никогда не связывайся с девяностолетней старушкой у подъезда, которая пережила СССР, его распад, девяностые, нулевые, детей и внуков, но всё ещё одиноко живёт в трешке. Она либо ведьма, либо в молодости работала в КГБ, поверь мне, тебе такое счастье не нужно, — то ли серьезно, то ли в шутку говорит Антон, разглядывая иглу. В какой-то момент он хлопает воздух рядом и шипит. — Не трожь, оно тёмной энергией пропитано, кто знает, что это с призраками делает. Тишина. Антон закатывает глаза. — Да, я знаю. И я говорю тебе не трогать. — Так и что с ним не так? — уточняет Арсений. — В какой-то момент я прошерстил множество сайтов, чтобы знать, какие из них наиболее схожи с настоящими, и там так не делают. Даже у интернета есть некая понятная логика. Тебе не нужно дополнять иглу волосами. Зачем? Просто воткни её в дом соперника, в важную ему вещь, на порог. Но это? Будто бы смысл был другой. — Но ты сказал, в нём тёмная энергия? — Да, так и работает вера. Человек сам наделяет простые вещи тёмным смыслом. Но… — Но? — подталкивает Арсений. — Чего-то не хватает. Будто оно слишком слабое, я не… я не понимаю. — Может, веры не хватило? — Скорее было слишком много, — бурчит Антон. Спустя время Антон так ничего и не придумывает, просто стоя в тишине и смотря в одну точку, и они сдаются и спускаются к девушкам, сидящим в комнате. — Мы ничего не нашли, — сразу говорит мрачный Антон. Он усаживается в кресло и смотрит в никуда, мрачно думая об этом деле. Но вот Арсений… он просто останавливается в проходе и наблюдает, как мрачнеет Даша и как спешит предложить ей утешение Ася. И есть что-то в этом взгляде девушки. Что-то, что он видел совсем недавно в чужих глазах. Паша смотрел на него так же в коридоре больницы. И… Это должно быть чем-то другим? Ладно, Арсений не маг, и он плох в скрытых смыслах. Но он всегда хорошо понимал людей. И если он прав, то всё гораздо проще, чем кажется. Он смотрит на свой красивый костюм и тяжело вздыхает. Он пожалеет об этом позже. Арсений аккуратно отрывает подкладку пиджака и заходит в комнату, будто ничего не случилось. — Даша? Я случайно зацепился и порвал пиджак, нет ли у вас иголки с ниткой? — девушка тут же подскакивает на месте, с болью рассматривая порванную вещь. — Ой, мне так жаль, конечно, конечно есть. Мама, конечно, увезла с собой большинство запасов, но красивые иголки всегда дома, сейчас, — девушка убегает в другую комнату, и Арсений видит, как слегка бледнеет Ася, пытаясь этого не показывать. — Арс, как ты умудрился? — тихонько вздыхает Антон, потирая лицо руками. — Я случайно, — пожимает плечами Арсений, пока внутри него всё застывает от предвкушения. — Ой, — Даша возвращается в комнату с замешательством на лице. В её руках красивая плюшевая игольница в виде ёжика. И что Арсений в ней видит? Те самые иглы с гравировкой сбоку. — Что-то не так? — Антон подрывается с дивана, вставая рядом, слегка прищуривая на него глаза, словно видя через маску, что он что-то задумал. — Одной иглы не хватает. — Ой, может, мама забрала? — предполагает Ася. — Но мама всегда держит их здесь, они очень дорогие, — грустно проводит кончиком пальцев по иглам девушка. — Тогда, тогда… — не находит других идей девушка. — Тогда, может, это ты? — складывает руки на груди Арсений, шипя, при этом выкручивая образ всевидящего на максимум. — Что? Нет! — слишком быстро, слишком нервно. Станиславский не верит. — Антон, что ты понял, игла не для порчи? — парень согласно кивает, шестерёнки в его голове заметно крутятся. — Так, может, она для приворота? — Бля-я-ять, — тянет Антон, хлопая себя по лбу. — Какой я идиот. Ну конечно. Вот почему… — Расскажете классу? — непонимающе переводит взгляд Даша от человека к человеку. — Игла! — Антон указывает на иглу, которую Арсений достаёт из кармана, куда он аккуратно её припрятал. — На ней локон. Это привязка. Привязка к человеку. Ася пыталась влюбить Вас в себя, привязать душу. Вот почему в отдалении Вам было плохо. Вот почему Вася всё время занят. Потому что его сюда не пускают. — Но, но, но зачем, Ася? — в шоке задаётся вопросом Ася, сразу веря словам магов. — Да потому что я люблю тебя, дура! — взрывается Ася, вставая с дивана и смотря сестре в глаза. В ней читается горе, а по щекам текут горькие слёзы. — А ты смотришь словно сквозь меня, что мне было делать? — Но мы же сёстры… — тихо, еле различимо. — Мы сводные, в нас ни капли родственной крови, и я так давно тебя люблю, что мне кажется, я схожу с ума, — девушка переводит взгляд на Арсения. — Но я правда не хотела ей зла, я думала, она просто увидит, что ей лучше со мной, чем с ним. Не знала, что ей будет плохо. — Но была на неё зла, — отвечает вместо него Антон. — Ты испортила ритуал. — Я… я, — теряется девушка, пока её глаза словно автоматически не находят Дашины. — Почему ты просто не можешь любить меня? — Я люблю тебя. — Но не так, — девушка падает на пол, сворачиваясь калачиком, и начинает громко кричать, её тело бьётся в дрожи, а глаза закатываются назад. Весь дом словно в одно мгновение пробивает мощной энергетической волной. Все поверхности начинают понемногу дрожать, в месте с закрытыми окнами появляется ветер, что нервно гуляет по комнате и ерошит волосы. Антон, не дожидаясь реакции остальных, хватает иглу и шипит, словно одно только прикосновение причиняет ему боль. Он присаживается на пол и кладёт руку Асе на голову, сосредотачиваясь. — Что он делает и почему это делаете не Вы? — кричит Ася, вокруг ветер усиливается, словно небольшой ураган, вещи приходят в движение, кружась и сталкиваясь друг с другом. Они словно в круговороте, и люди в самом эпицентре. Арсений видит, что пока летят по кругу только небольшие предметы, но ветер продолжает расти, пугая своим шумом и мощностью. Скоро полетят стулья, а там и до тумбочек недалеко. — Это метод обучения, я скоро ухожу на пенсию, — дарит игривую улыбку Арсений, перекрикивая крики Аси, и падает на пол рядом с Антоном. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, у меня репутация на кону. — Ты всё о своём, — шипит Антон, зажмуривая глаза. — Лучше помоги мне. — Как? — Возьми иглу, — Арсений тут же выхватывает ту, замечая, что на ладони Антона остаётся ожог. — И повторяй за мной. И не забывай… — Верить, ага, я понял, — шум вокруг продолжает нарастать, вещи всё быстрее кружатся вокруг. И Арсений боится, как бы на них не упал телевизор. — Я хотел сказать, правильно ставь ударения, но и так пойдёт, — смеётся Антон, но быстро трезвеет, начиная ритуал. Он крепко держится за Асю и говорит: — Анастасия, поступки твои были слепы и не злы. А помыслы лицемерны, но душой свободны. И пусть будут рядом с тобой предки, что создали твою жизнь. И будущие поколения, что родятся на ваших глазах, благодаря вам и без вас тоже. Да простят тебя святые, да путь твой будет дальше чист, а помыслы свободными ото зла. Откажись ото зла в сердце и любви в душе. Арсений повторяет слово в слово, не сбиваясь, чувствуя себя синхронным переводчиком, при этом крепко держа за руку Антона, служа своеобразным проводником между иглой и магом. — Откажись! — Я отказываюсь! — кричит Ася. И мир останавливается. Предметы замирают в воздухе, а потом громко падают вниз. Всё замолкает, и тишина становится бесконечно громкой, глуша всех в комнате. Мысли как будто бы на мгновение замирают в головах, и словно законы физики на миг перестают действовать, предметы замедляют свой полёт, а птицы перестают петь. А потом всё просто проходит, и Даша, плача, бросается на сестру, сжимая её в объятиях. Они рыдают, держа друг друга на руках. — Что ты сделал? — шепчет Арсений, падая на пол, выдыхая. — Она слишком привязала себя к Даше. Выйти просто так из порочного круга было нельзя. Одна мысль об этом у Аси вызвала весь этот бардак. Так что пришлось убрать любовь из её души, чтобы связь разорвалась. — Она больше никогда не сможет любить? — в ужасе замирает Арсений. — Сможет, но больше никогда Дашу. — Может, оно и к лучшему. — Может быть.

***

— Можно ли приворожить человека? — спрашивает Арсений, пока они бредут вперёд под светом уходящего солнца, наслаждаясь свежестью тёплого вечера. — Нет. Это может показаться любовью, но на деле лишь зависимость. И она может стать такой сильной, что человек просто не сможет уйти от приворожённого. Доходило до убийств обеих сторон, — делится историей Антон. — Значит, любовь сложнее порчи? — понимает Арсений. — Я не видел ничего сложнее любви, — кивает Антон. — Ну вот мы и пришли. Перед Арсением красуется заветное колесо обозрения. На нём ярко горят огни, и рядом нет людей, нет криков и шума толпы и сладкой ваты. — Спасибо. — Ну, магам положено платить, я подумал, что такая плата тебя устроит, — улыбается Антон. — Ты был прав, — Арсений чувствует, что теперь всё заканчивается правильно. И словно воздух становится легче, а жизнь ярче. Мор идёт дальше, но как будто только теперь так, как следовало. И будто бы и дело вовсе не в колесе обозрения. Арсений смотрит на такого же довольного Антона. И толкает его под рёбра, где уже должен образоваться синяк. — Кто последний, тот проиграл. И срывается с места. — Эй! Так не честно! И они бегут. Вперёд к приключениям и будущему, которое так сложно понять. Но это неважно. Важно лишь… — Я первый! — резвый смех прорезает тишину вокруг, напоминая о людях, что толпились здесь так недавно. — Нет, павлин ты последний, это не честно! — Я тебя с верхушки столкну. — Только попробуй. Глубоко в сумке Арсения всё также лежит веточка мяты.