Почитай мне на латыни

Он идёт по пустой городской улице, дрожа от холода ранней весны. Его разум заполнен дымкой от недавней выпивки и запахом сигарет, который уже впитался в его одежду. Его походка шаткая, а перед глазами мелькают редкие огни. Фонари давно потухли, и он не видит перед собой ничего, кроме грязной дороги, освещённой редкими звёздами. Он чувствует запах едкой грязи и помоев, которыми заполнен его дом. Он размышляет про себя о бедности и тщетности жизни. Ему хочется хотя бы раз побыть главным в этой убогой вселенной, доминировать и наслаждаться давлением. Его жена давно не удовлетворяет, и чем больше он об этом думает, тем сильнее по его венам растекается огненный жар пьяной ярости. Он так давно не чувствует себя мужчиной, а ведь он заслуживает большего. Он заслуживает всего этого ёбанного мира, и не важно, что считают люди вокруг. Он с силой пинает камень, что с мерзким звуком падает в лужу, утопая в грязи. Он рычит про себя и дальше идёт по улице, пытаясь ускориться. Холодный воздух всё сильнее продувает его тело сквозь тонкую куртку, добираясь до самых костей, мужчина проходит большой дуб, окутанный яркими лентами, слегка мерцающими в ночной темноте, и останавливается около большого жилого дома. Он часто наблюдает за семьёй, живущей в нём, и она злит его до неприличия. Его тошнит от счастья, которое буквально исходит от пары с детьми. И хотя он знает, что горе пропитало эти стены, он всё ещё видит улыбки на мерзких лицах. И всё в его крови бурлит от желания увидеть их слёзы. Он рассматривает стену и видит, что окно юной Саши открыто для проветривания, и точно знает, что послушная девочка сейчас спит в своей кроватке. Послушная, красивая девочка, просто идеал и само превосходство. Ей уже четырнадцать, и он видит, как в ней распускается юность, как её взгляд всё чаще останавливается на мужских фигурах, видит огонь в её глазах и знает, чего она хочет. Знает, и от этого всё в нём тянется к ней, мечтает о ней, жаждет. Он никогда не умел себя останавливать, и прямо сейчас все его искренние, животные желания выползают из своего дневного убежища, и он сглатывает вязкую слюну. Ярость в крови заменяется предвкушением. Пару шагов по газону, на котором остаются противные грязные следы сорок пятого размера, не волнующие его. Он не усложняет себе жизни и входит через калитку, не боясь быть застигнутым. Его кожа покалывает от адреналина, а алкоголь как будто покидает мозг, позволяя двигаться более плавно и аккуратно. Он вваливается в комнату через окно, издавая треск и скрежет, и тут же замечает желанное тело, спрятанное на простынях в мягкой кровати. От шума девочка просыпается и с ужасом в глазах смотрит на мужчину. Но он не даёт ей шанса закричать. Из кармана он вытаскивает складной перочинный ножик, которым часто угрожает людям в подворотнях и открывает пивные банки. Он тычет им девочке в грудь, и, хотя эти движения совсем неловкие, непривычные, девочка замирает, боясь издать звук. — Одно слово и вся твоя семья будет мертва, — рычит он девочке в лицо, наблюдая, как из голубых глаз текут слёзы. Тело девочки дрожит, и в воображении мужчины рождаются много красочных картин. Он видит, что она одета в спортивный костюм, выступающий вместо пижамы, и не может не злиться. Его воображение надеялось на рюши и платье. Но и этого достаточно. Ему хочется остановиться и сделать её своей прямо здесь, исполнить каждую фантазию, что так долго роились в его несовершенной голове. И только от этих мыслей он испытывает такое удовольствие, какого он давно не знал. Он вытягивает Сашу в окно и тащит её за собой в лес, подальше от городской суеты и вечных глаз. Его жена ждёт его дома, и ей понравится новая помощница. Он уверен. Он всё также улыбается своим мыслям, даже не зная, что в той комнате уставшие синие глаза следили за каждым его действием.

***

— Ну что за голливудский бред! — выдыхает в очередной раз Антон, наблюдая за сценой, разыгрывающейся на экране. И Арсений в сотый раз закатывает глаза. Он катается по дому на стуле на колёсиках и вычёсывает Кузю, пока та жуёт вкусняшки. Арсений за последнюю неделю полюбил приходить к Антону и просто действовать тому на нервы. Он играет с Кузей, слушает, как Антон помогает людям и в перерывах бурчит на идиотов. Особое место во всей этой программе занимает момент, когда Лёха убалтывает Антона включить очередную серию сериала с Арсением в главной роли. И Антон громко матерится и возмущается буквально на всё в сериале. То призраки себя так не ведут, то нельзя с бабушкой, которая сто лет назад умерла, поговорить, то травы не те, то Арсений не тот. И если поначалу Арсения это веселило и забавляло, и он заботливо подливал масла в огонь, то теперь из-за количества неточностей Арсений уже не знает, как на это реагировать. То ли радоваться, что не все секреты магов на весь свет раскрыты, то ли негодовать из-за плохой подготовки сценариста. Он выбирает для себя нейтральный вариант и просто гладит Кузю, который, кажется, рад его видеть в этом доме гораздо больше хозяина. Арсений всё ещё, честно говоря, не понимает, зачем вообще Антон каждый день открывает ему дверь. Было бы гораздо проще избавиться от него, просто не давая шанса войти. Но нет, Антон каждый раз бурчит, ругается, но продолжает открывать дверь, позволяя Арсению расположиться в просторном доме мага. Правда, не то чтобы Арсений знает, зачем он здесь. Просто тут будто хорошо. Квартира, несмотря на грязь и общий беспорядок, слишком уютная, чтобы её хотелось покинуть, а история и жизнь Антона слишком странная и необычная, чтобы от такого отказаться. Арсений слишком часто страдает кризисами отсутствия вдохновения, чтобы теперь, когда у него есть возможность, просто не вылезать из чужого дома. Это же просто кладезь новой информации и знаний, на которые Арсений всегда был падок. К тому же у Антона отличная печь, которая волшебным образом делает все его блюда вкуснее. Сколько он ни пробует дома, у Антона в сто раз лучше. И он даже не знает, как так получилось, просто однажды Арсений так сильно засиделся в гостях, что решил сгладить своё присутствие ужином и запёк обычную курицу в духовке, перед этим вытащив из противней травы, которые тщательно запекал маг. И что бы вы думали? Курица получилась сочной и хрустящей, со вкусом пряностей. А он её максимум чёрным перцем засыпал, так сильно не хотел заморачиваться. И теперь эта печь просто была его восьмым чудом света. Он готовит в ней выпечку, запекает мясо и овощи, и с каждым разом у него будто получается всё лучше. А ведь он и до этого неплохо готовил. Ну как из такого дома уйдёшь? Вот и Арсений пока не может решиться. — Ты скоро приручишь Кузю так, что она к тебе уйдёт, — бурчит появившийся рядом Антон, вырывая Арсения из мыслей. В этом месте он легко впадает в состояние меланхолии и долго размышляет над своей жизнью. И жизнями других. Вот Антон? Он до конца жизни будет магией заниматься? Есть ли у магов пенсия? А вдруг клиенты в современном, наполненном скептиками мире закончатся? Но за эти недели, кажется, он так сильно надоел Антону, приставая с сотней разных вопросов, что тот предпочёл его просто игнорировать, одаривая лишь смешками и приподнятой бровью. — Антон, твою кошку можно переманить, просто покормив, — цокает Арсений языком, продолжая вычёсывать лишний пух знатно похудевшей от этого процесса кошке. — Я её кормлю! — имеет наглость возмущаться парень, но Арсений не верит. — Если так же, как и себя, то я удивлён, как она до сих пор жива, — Арсений указывает взглядом на пустые миски, стоящие около пустого холодильника, который пополняется только Арсением и его запасами. — Ну она же не просто кошка, ей не нужно так часто есть, наверное, — последняя часть звучит уже не так уверенно. Но Арсений лишь распахивает глаза и тыкает парню в живот расчёской. — Ты сказал, что она не фамильяр! — оскорблённо восклицает парень. — Нет, это не так, — Антон уходит, чтобы порыться в шкафах в поисках старых консерв. Единственного съедобного в этом месте. — Тогда что она? — Арсений с уважением ставит Кузю на пол и идёт следом, с величайшим добродушием вытаскивая из духовки только запёкшийся рис с мясом. Должен в этом доме быть хотя бы один ответственный взрослый человек, а не маг с мудростью старика и навыками пятилетки. — Если ты хочешь меня убить, то хорошая попытка, — кивает сам себе Антон, тяжело сглатывая скопившуюся слюну. — Во-первых, не переводи тему, во-вторых, что ты имеешь в виду? — хмурится Арсений. Он яд точно в блюдо не подкладывал. — У меня аллергия на рис, — Антон всё же находит консерву и начинает варварски взламывать её ножом. Не очень успешно. — И Кузя хранитель дома. — Кто? — в шоке Арсений на автомате доходит до нужного шкафчика, чтобы достать Антону специальный нож для консервных банок. — Ого, у меня и такое есть? — приподнимает бровь Антон, меняя орудие труда и уже более удачно открывая банку. — Ну а почему, ты думаешь, тебе здесь так комфортно? — он оглядывается на кота, немного прищуриваясь. — Комфортнее, чем мне. — Так дело в Кузе? — хмурится Арсений, он протягивает Антону остатки овощей, чтобы тот не ел одно мясо, и про себя решает приносить Кузе вкусняшек почаще. — Ну, в основном это Кузя и немного я, дружелюбный маг, который открывает дверь всем желающим, — куксится Антон, жуя предложенную пищу. — Буду знать, — они едят в тишине, пока Арсений переваривает новую информацию и запечённый рис. На сегодня у Антона нет планов, а значит, в дверь могут постучать в любой момент. Или же Арсений может попробовать закидать его ещё вопросами. — Как коты становятся хранителями квартир? — он решает попробовать. — Моя бабушка привязала её, когда та была ещё слабым, больным котёнком, так дом становится более уютным, а животное набирается сил и меньше болеет. — И сколько Кузе лет? — жуёт Арсений, рассматривая кошку, которая выглядит молодой, даже скорее смахивает на котёнка. Очень пушистого, большого котёнка. — Не знаю, очень старая. Но пока жива квартира, жива и она, и наоборот, — пожимает плечами Антон. Телевизор продолжает бурчать на заднем плане, и Арсений вспоминает последний просмотренный эпизод. Он не сильно вслушивался в нытьё мага, но один вопрос у него всё же созрел. — Работают ли маги с полицией в реальной жизни? — Антон давится только что откушенным огурцом и прокашливается, восстанавливая дыхание. — И как ты себе это представляешь? Ты знаешь, что будет, если начальник узнает, что опер просит помощи у экстрасенса? Мне вот кажется, у опера тут же уменьшится звание на погонах. — Но если это помогает, то начальству и необязательно знать, — предлагает Арсений. Он разливает купленный вишнёвый сок, и они громко чокаются бокалами. — Не знаю, не было шанса попробовать, — Антон доскребает мясо с самого дна и грустно рассматривает пустую консерву. — Лучше бы ты картошку запёк, конечно. — Тогда у меня не было бы шанса тебя убить, — пожимает плечами Арсений, с удовольствием поедая приготовленную им пищу. — И то верно, — кивает Антон и уходит досматривать серию. Арсений забывает об этом разговоре на несколько дней, пока жизнь снова погружает его в работу и он не заходит к Антону, про себя надеясь, что тот всё же найдёт в себе немного здравого смысла и покормит бедного кота. Арсения радуют новостями о продлении сериала на новый сезон и высокими рейтингами, а значит, и поднятием гонорара. Арсений получает новый сценарий, уже слышит в своей голове, как Антон делает ему сотню замечаний. Арсения это вдохновляет, он видит, как сценаристы прописывают его персонажу рост, и внутренне ликует. Если фанатам это действительно нравится, возможно, он делает всё правильно и ему следует продолжать. Он уже видел множество комментариев с одобрением в соцсетях и постепенно начинает чувствовать себя знаменитым. Хотя до такого ещё далеко, но он видит, что это может однажды стать реальность. Перед глазами Арсения пылают звёзды, и он в восторге от их яркости и красоты. Он также смеётся с любовной ветки, ведь его явно сводят совсем не с тем персонажем, который нравится зрителям. Он не уверен, хорошо это или плохо, но надеется, что из-за этого не будет никаких проблем. Арсений думает о том, как расскажет новости Антону и по совместительству Лёхе, и на его губах появляется довольная ухмылка. Парень точно проест Антону мозг своим восторгом. И всё же приятно иметь такого фаната так близко и так далеко одновременно. Хотя Антон тоже скоро закончит с просмотром всех доступных эпизодов и будет если не фанатом, то человеком в контексте происходящего, и это приятно. В конце концов, он освобождается через несколько недель, и ноги сами ведут его к квартире Антона, перед этим заскочив в магазин за продуктами. Он надеется, что маг не умер от голода вместе с котом. Но нет, Антон оказывается живым и встречается Арсению около подъезда. Тот стоит в растянутом жизнью и широкими плечами худаке и чёрном рюкзаке, перекинутым через плечо. Он о чём-то размышляет, куря сигареты и пиная камушки под ногами. Вообще, Арсений давно заметил в Антоне привычку вечно дымить как паровоз и пить пиво, если нет работы. Арсений, который вечно за зож, такого не одобряет, заставляя Антона уходить на балкон в собственном доме, и тот выполняет, гневно прищуривая на него зелёные глаза. Но слушает. Арсений не перестанет удивляться данному факту. — Решил подышать свежим воздухом? — без приветствия врывается в мысли Антона Арсений, и тот вздрагивает, резко оборачиваясь. — Фух, это ты, — потом на секунду прищуривается, осматривая его с ног до головы. — Вроде живой. — Живой, живой, — цокает Арсений. — Обещаю, если резко умру, я не приду тебя терроризировать, так и быть. — Да нет, — пожимает плечами Антон, выбрасывая сигарету в мусорку, предварительно её затушив. — Можешь зайти, мне так будет спокойнее, да и Лёха будет рад поболтать. — Так чего ты здесь? — уточняет Арсений. — Да вот, Эд позвонил, так что работа не ждёт, — делится Антон, закусывая жвачку. — Ух ты, а можно с тобой? — радостно загораются глаза у Арсения, приключения всегда были тем, чего не хватало в его жизни. — Хм, — парень на мгновение замирает, обдумывая вопрос. — Ну давай, только сумки закинь. — А может, это не тебе, — приподнимает бровь Арсений. — Ну тогда тебе со мной нельзя, — куксится Антон, складывая руки на груди. Арсений звонко смеётся, и они идут относить сумки в дом, дабы загрузить вещи в холодильник и дать Кузе вкусняшек. — Так кто такой Эд? — спрашивает Арсений, с удивлением замечая свежую запеканку на столе. — Сам готовил? — Нет, баб Маша принесла, — отрицательно машет головой Антон, присаживаясь на корточки и поглаживая мурчащую Кузю, пока та довольно уплетает свою порцию кошачьего богатства. — А Эд мой друг, в полиции работает, мы учились вместе. — Ты учился на полицейского? — замирает на месте от неожиданности Арсений, погружаясь в прошлые разговоры. Были ли в Антоне какие-то черты полицейского? Или они при обучении приобретаются? Антон лишь невпечатлённо кидает на него взгляд. — В школе, придурок. — А, ну да, логично, — кивает Арсений сам себе и продолжает выкладывать яйца на полку. — Подожди, ты говорил, что не работаешь на полицию! — Я и не работаю, — пожимает плечами Антон. — Я просто иногда помогаю. — А в чём разница? — Ну, меня не зовут искать серийных убийц через призраков убитых, например, — прикидывает Антон. — И зачем тогда полиции услуги мага? — скептично уточняет Арсений. — Ну сам знаешь, какие-то потерпевшие бывают верующие. И ему проще позвать меня, чем устранять какого-то шарлатана, который хочет вытянуть из убитых горем людей все деньги. — Да, я слышал подобные истории, — они выходят на улицу и спокойным шагом бредут к метро. — Бедные люди, они готовы поверить во что угодно, лишь бы решить своё горе, а эти ублюдки лишь охотятся за деньгами. — Многие думают, что я делаю то же самое, — пожимает плечами Антон. — Ты не можешь быть уверен, что это не так. — Но я знаю, что это не так, — хмурит брови Арсений. — Почему? — приподнимает уголок губ Антон. — Что значит «почему»? Я видел это своими глазами, — недоумённо объясняет Арсений. — Что? — всё сильнее улыбается Антон. — Ты что, всё ещё не понял? Нет никаких доказательств. Есть просто ты, который поверил моим словам, и я, который продолжает их говорить. Возможно, я всегда славился красноречием. — А как же призрак на кладбище? — не унимается Арсений. — Ты имеешь в виду, что после стресса и кучи несчастных случаев увидел на кладбище фигуру с надгробия? Да ладно, Арсений, ты просто очень впечатлительный, ни больше ни меньше. — Почему ты пытаешься меня переубедить? — останавливается на месте, замирая, Арсений. Антон проходит несколько шагов вперёд и тоже останавливается, чтобы с улыбкой обернуться. — Я просто говорю то, что есть на самом деле. И я не переубеждаю, я говорю, что, возможно, мы все заблуждаемся, — пожимает парень плечами и следует дальше. Арсений переваривает вышесказанное и догоняет Антона быстрым шагом. — Но у тебя есть Лёха, ты мог бы с помощью него доказать, что не врёшь. Он же буквально невидимый шпион, — теперь приходит очередь Антона останавливаться. Он смотрит в одну точку на протяжении какого-то времени, а потом пожимает плечами. — Я никогда не просил его о чём-то подобном, да и, — ухмылка вновь расцветает на его губах, — я же уже говорил, верить Лёхе — дело неблагодарное. Всю оставшуюся дорогу Арсений думает об этих словах. Действительно, пока что все события можно списать на его впечатлительность. Но он хочет верить Антону, хочет думать, что эти недели не были простым разводом. Да Антон даже денег толком не требовал. — То есть ты разводишь людей, верно? — не выдерживает Арсений, когда они уже совсем недалеко от места назначения. Он никогда не был в этом районе. Что и понятно, он находится довольно далеко от центра и не является самым благополучным. Это жилой район, заполненный обычными частными домами, в один из которых они и направляются. Но при этом никакой охраны Арсений не замечает, просто частые многоэтажки постепенно переходят в небольшие домики за хлипенькими заборами. Чуть дальше располагается что-то вроде леса. — Я этого не говорил, — отрицательно машет головой Антон. — Я просто говорю, что многие думают именно так. И, честно говоря, — Антон останавливается около нужной ограды, замечая припаркованную рядом служебную машину, — они не всегда не правы. Арсений хочет задать ещё миллион вопросов, но Антон просто игнорирует его и нажимает на звонок. В дверях тут же, словно ожидая их, появляется высокий молодой парень в полицейской форме. Он радостно встречает Антон, обнимая его и похлопывая по спине. — Ну наконец-то, — парень замечает Арсения и протягивает тому руку для приветствия. — Я Эд, а ты?.. — Это Арсений, мой друг, — представляет Антон, заглядывая внутрь квартиры и немного неловко ёрзая на месте. — Почему я чувствую, что это место мне не понравится? — Да, тут точно нужен твой психологический мозг, Шаст, — мужчина понижает голос, чтобы люди внутри не могли его услышать. — У пары похитили дочь ночью прямо из спальни. Мы уже две недели пытаемся её найти, но полный ноль. Они уже готовы к шаманам ехать, а у них и так положение не богатое, не думаю, что это нужно. Уболтаешь их, как ты это умеешь? Антон кивает, и парень проходит внутрь, Арсений же хватает Антона за руку, не давая сделать шаг. — Что значит «уболтаешь»? — Арс, знаешь, что делают с ребёнком, если он говорит, что его бабушка профессиональный маг и он скоро станет таким же? — Нет. — И не нужно, потому что дети жестоки, — шипит на него Антон. — Так что Эд думает, что я просто красноречив и умею разговаривать с людьми. Психолог или типа того. — Но вы уже взрослые, почему не рассказать правду? — не понимает Арсений. — Потому что я всё ещё хочу помогать людям, — Антон выдёргивает свою руку и тащится вслед за Эдом. Они заходят в комнату, пока Арсений решает, можно ли ему вообще присутствовать. Но, кажется, никто не собирается его останавливать, так что он просто идёт следом. И зачем он только ввязался во всё это?

***

Что-то не так. Очень сильно не так. Антону хватает одного глотка сжатого, душного воздуха, как у него перехватывает дыхание. Всё в нём замерзает, и он пытается не дрожать. Это место покрыто толстым слоем горя и отчаяния. Антон кожей чувствует, как слёзы пропитали это место с крыши до фундамента. Ему хочется убежать и одновременно остаться. Это не похоже на место, в котором похитили ребёнка. Это место буквально кричит о смерти и боли. Он может каждой частичкой души почувствовать и буквально увидеть, как за ворота выносят небольшой гроб, а толпа людей проливает слёзы на новый паркет. Антон просто думает о том, что ему нужно дышать. И делать это постоянно. Родители девочки сидят за столом, их лица выглядят высушенными стрессом и слезами. Они держатся друг за друга, как за спасательные круги. И Антон хочет им посочувствовать, действительно хочет, но не может. Всё его внимание привлекает кто-то другой, и он просто хочет, чтобы кто-то сказал ему, что не так. Чтобы его шестое чувство не сходило с ума, а желудок не трясло от желания опустошиться в ближайшую урну. Антон воспринимает реальность через дымку и слёзы, которые стоят в его глазах, ожидая, когда им позволят пролиться. Он смутно осознаёт, как родители представляются и рассказывают свою историю, осознаёт, как Арсений становится с ним плечом к плечу, и от этого почему-то становится немного легче. Но всё это не имеет значения. Потому что он поворачивает голову в угол, самое тёмное место кухни, и его кровь стынет в жилах, когда он глазами встречается с синими, как самое чистое озеро, и холодными, как лёд на глади воды, глазами. Что-то в нём на мгновение умирает, когда они смотрят друг на друга, и он всё понимает. Это больно, больно видеть в детских, юных, невинных глазах снежинки. Её глаза прекрасны, чем-то похожи на глаза Арсения. Но там, где в глазах его друга яркие смешинки и искренняя вера, в этих он замечает только её. Пустоту. Пустоту, смешанную с отчаянием и приправленную виной. И он обещает себе, что это исправит. Потому что если и был смысл стать магом, то именно для этого. Что-то в его душе теплеет, когда он видит, как Лёха обнимает девочку. Другой призрак не может видеть всё, как видит он, но даже простого вида девочки достаточно, чтобы сделать из вечно безалаберного и шутливого призрака заботливого парня, который просто хочет помочь. Девочка дрожит, но это не холод. Её детский сарафан забрызган кровью, и она тут же впитывает в себя объятия, словно губка. Её губы уже давно синие, а голос хриплый и отдалённый. — Он забрал её. Пожалуйста, помогите. Он думал, что после всего опыта, который он накопил за короткую жизнь, его сердце уже не может разбиться, но мир преподносит ему новые способы это сделать. Шум слишком оглушителен в его ушах, когда он задаёт вопрос. Потому что он действительно не хочет знать, но, видимо, должен.

***

Арсений осматривает дом, и тот кажется ему довольно просторным и уютно обставленным. Окна раскрыты нараспашку, позволяют воздуху свободно гулять по комнате, создавая приятную свежесть. Всё в доме приятное и мягкое, он не думает, что когда-нибудь бы понял, что здесь произошло горе. Он помнит замечание Антона о том, что ему не понравится, и настороженно оглядывается по сторонам. Но ничего. Это обычная кухня. Множество тарелочек и кружек, по полу раскиданы пакеты с разными вещами и пару игрушек. Арсений видит уставших, замученных родителей и подходит ближе, представляясь. Ему жаль этих людей. Потерять ребёнка вот так и остаться в подвешенном состоянии звучит ужасно. Антон на удивление не включается в разговор, он просто стоит на месте и пристально смотрит на родителей. И Арсений решает встать рядом с ним плечом к плечу, дабы быть хоть какой-то ментальной поддержкой. — Это Антон и Арсений, они маги и разбираются в потусторонних вещах, расскажите им что случилось. — Да, конечно, — тут же приободряется женщина, вытирая глаза. — Мы даже не знаем, что сказать. Была простая ночь, наша спальня на втором этаже, а Саши — на первом. В тот вечер она забыла закрыть окно, и утром её не было в своей кровати. Женщина вновь начинает рыдать, и Арсений замечает, как Антон пристально смотрит в дальний угол, но, когда Арсений переводит туда взгляд, он ничего не замечает. Может, Лёха шалит? — Мне очень жаль, чем… — но он не успевает договорить. — А что случилось с другой девочкой? — его голос жёсткий, холодный. И, когда Арсений поворачивается, он замечает, как в зелёных глазах зарождается ярость. — Что? — на мгновение теряется женщина, муж сжимает её руки и отвечает вместо жены. — Вы знаете про Кристину? — он сглатывает, тёмные глаза бегают по комнате, не зная, на чём остановиться. — Да, и вам лучше рассказать нам что случилось, — рычит Антон, ударяя руками по столу, заставляя всех в комнате вздрогнуть.

***

Кристина грустно смотрела, как родители кружились вокруг Саши, словно ничего в мире больше не существовало. Завтра будет первое сентября, и она шла во второй класс, в то время как Саше предстояло перейти в пятый. И сейчас родители наперебой предлагали ей варианты новой одежды, которую та могла надеть на свою линейку в средней школе. Теперь Саша считалась уже взрослой, и Кристина не могла не чувствовать, что её не существует. Каждый день это чувство заполняло её всё сильнее, и она уже не знала, куда от него сбежать. Весь мир как будто не замечал её существования, и даже дома, в кругу семьи, в месте, где её должны любить больше всего, она была просто пустым местом. Прибавка к дому, наполненному игрушками. Дополнение без права голоса и мнения. Ей всегда дарили игрушки, в то время как она просто хотела внимания. Но его всегда не хватало. Кристина хотела, чтобы мама тоже делала по утрам ей сложные причёски, вместо того чтобы забирать волосы в простой хвост. Она хотела, чтобы папа брал её с собой на небольшое футбольное поле и помогал учиться играть в лапту, когда у неё появлялись трудность на школьной физкультуре. Но ничего этого не было. Была Саша: умница и красавица, которая заняла всё родительское сердце, не оставив места для младшей дочери. И Кристина просто ходила по дому, как неприкаянная. Словно в огромном лабиринте, в котором нет выхода. Она плохо училась, пытаясь вывести родителей на скандал, но те лишь печально качали головами, заставляя девочку долго плакать ночами в подушку. И хотелось бы Кристине злиться на Сашу, но и это было бы нечестно. Саша была хорошей, делилась с ней сладким и всегда предлагала помощь. И от этого на сердце было лишь больнее. Хотелось, чтобы Саша была злой и противной, хотелось, чтобы та, словно сестры Золушки, строила ей козни. Но нет, та была доброй и славной старшей сестрой. И родители гордились ей ещё сильнее. Кристина видела, как мама и папа закрывали на неё глаза всё сильнее, видела, как их взгляд всё время проскальзывал мимо неё, словно она была небольшим призраком, не более. И она просто не знала, как ей стать видимой, как заставить людей видеть её. Она копила в себе боль и отчаяние, её глаза всё чаще становились безынициативными, пустыми. Она словно растворялась в текстурах. И мир проглатывал её до тех пор, пока не решил съесть полностью. И никто не заметил. Кристина помнила, как это случилось. Соседская девочка решила снять котёнка с дерева и залезла на старый, широкий дуб, что рос рядом с их двором. И Кристина видела, какой поднялся шум, как её родители, вечно запертые возле Саши, покинули её и кинулись к девочке. Видела, как все вокруг снимали её с дерева, и чувствовала, что нашла подсказку. Её родители даже не знали, что это за девочка, но всё равно ринулись к ней. Так, может, и с ней получится? Тогда она и решила, что это будет хорошей идеей. Она выждала несколько дней и, когда все забыли о случившемся, подошла к большому дубу, рассматривая его со всех сторон. Он казался ей огромным, необхватным и злым. Кора дерева была тёмной и царапала кожу всего парой прикосновений. Кристина никогда не любила высоту, но её любовь к родителям была слишком огромной. Она не знала, откуда пришли силы, но первые шаги дались легко. Она ухватилась за пару толстых веток и заставила себя подняться. Она чувствовала, как руки болят из-за нагрузки, но продолжала лезть выше. Она не знала, как высоко ей нужно зайти, но трезво решила, что чем выше она заберётся, тем сильнее будут переживать родители. Её небольшие пальцы крепко цеплялись за ветки и держались за холодную кору. А ветки всё мельчали с каждой минутой, пока девочка поднималась. Её ладони, как и колени, кровоточили из-за жесткости, а из глаз медленно текли слёзы. Слёзы обиды. Саше никогда не приходилось забираться на дерево ради любви. Нет, ей достаточно было просто зайти в комнату, чтобы все взгляды обратились к ней. Кристина такой магией не обладала. Она не знала, как долго это продолжалось, знала лишь, что никто даже не заметил, что её нет в доме, что никто не обратил внимания на маленькую девочку, целеустремлённо ползущую вверх по дереву в попытке достижения своей цели. Её зрение затуманили противные слёзы, мешая рассмотреть ветки, и она двигалась скорее на ощупь. Пока всё пошло не по плану. Она не знала, как так вышло, просто одна из веток была слишком сухой и не выдержала веса ребёнка. Она не помнила падение или боль. Не помнила слёз родителей и истерики сестры. Она лишь навсегда стала призраком, но её мир совсем не изменился. Она продолжила быть, пока мир был таким же. И любовь вновь доставалась всем, кроме неё. Но она привыкла. Оказалось, что даже старое дерево не способно исполнить мечту, живущую в детском сердце. На что она только надеялась?

***

— Она упала. Мы даже не заметили, что её нет в комнате, — голос мужчины дрожит, и Арсений боится узнать, как Антон понял. Боится узнать, что где-то здесь живёт ребёнок, погибший из-за простой шалости и вынужденный смотреть, как родители продолжают жить без неё, наверняка страдая от боли потери. — Когда это было? — голос Антона глубокий и тёмный. Весь он сплошное воплощение злости. Арсений где-то глубоко внутри боится такого Антона. — Примерно три года назад, — выдаёт женщина, и Антон опускается на пол, закрывая глаза руками, словно пытается исчезнуть. У Арсения по спине бегут мурашки. Он чувствует, как в комнате падает температура. Что-то идёт не так. — Все, выйдете на улицу! — кричит вдруг Антон, и все тут же подрываются со своих мест. — Но позвольте, как это связано? — пытается было мать девочек возразить, но Эд хватает её за плечи и аккуратно выводит в коридор. — Не переживайте, Антон у нас профессионал, он знает что делает. Арсений же замирает на месте. Он не знает, куда себя деть: уйти или остаться? Пока он мешкает, выбирая, Антон тяжело поднимается с пола, не обращая на него ни капли внимания.

***

Возможно, он не видит, возможно, ему просто кажется, возможно, за слезливым рассказом есть правда, и даже, может быть, они что-то действительно осознали, но… но Антон не верит, он видит маску хороших родителей, криво висящую на чужих лицах. Видит сладкое облегчение и недовольство вопросом. Он знает, что они не хотели убивать свою дочь, но вот она сидит в углу и дрожит, из-за того что её сестру похитили. И Антон знает, что из-за похищения было пролито очень много слёз, но его сердце разрывается от мысли, что из-за несправедливой смерти маленькой Кристины почти никто не плакал. Он помнит бабушкин завет, знает, что мёртвым слёзы не нужны. Но, чёрт возьми, если кто и заслуживает слёз, так это маленький ребёнок, загнанный в ловушку в собственном доме, получивший слишком мало любви при жизни, что после смерти не смог уйти в мир другой, боясь, что там будет так же. — Когда это было? — Примерно три года назад, — когда он слышит эти слова, его тело пробивает вспышка боли, и он падает на пол, закрывая глаза. Он не может и не хочет представить себе такую жизнь. Но всё в этом доме буквально пропитано мыслями и болью девочки. Всё здесь давит на его мозг, и он знает, каким было это время. Ему не нужно спрашивать или видеть. Он знает, и от этого знания ему хочется кого-то ударить, и бездарные родители слишком подходят на эту роль. Иногда ему кажется, что он заботится о мёртвых больше, чем о живых, но если не он, то кто? У них нет большого выбора, а он принял этот дар не для того, чтобы бежать от трудностей. — Все, выйдете на улицу! — он говорит, но из его горла вырывается крик. Ему не жаль. Он ждёт, пока дом не покинут все жильцы и только они вчетвером не окажутся в комнате. Он поднимается тяжело, его тело словно пропитала детская боль, а дети всегда были самыми сильными призраками. Слишком много неиспользованной за жизнь энергии. — Кристина, прости, что пришёл так поздно, — он проходит несколько шагов и падает перед напуганной девочкой на колени, подменяя Лёху и обнимая девочку. Его руки проходят сквозь воздух, но он не отступает, он не может её обнять, но его ей достаточно. — Он её забрал, а я испугалась, — шепчет девочка. Её голос по-призрачному вибрирует, не разрезая воздух, словно проходя по нему, и Антон представляет, как редко девочке приходилось до этого говорить. — Кто, дорогая? — тихонько спрашивает Антон, он замечает, как дрожь пробивает тело девочки, и она всё сильнее впивается в него, пряча лицо в изгибе шеи. — Злой мужчина, он увёл Сашу. Я не знаю куда, мне было страшно идти за ними, — Арсений присаживается рядом на пол. Он смотрит в стену и ничего не говорит. — Мы её найдём, малышка, всё хорошо, бояться это нормально, всё хорошо. Они сидят какое-то время, пока Кристина выдавливает из себя слова, рассказывая, как мужчина залез в окно и увёл Сашу с собой. Антон хвалит каждое её слово, наблюдая, как синие губы девочки становятся более розовыми. Живыми. — Кто вы? — в какой-то момент вопрошает девочка. — Мы друзья, я Антон, это Арсений, но он тебя не видит, а это Алексей, — представляет Антон. — Почему он меня не видит, а вы можете? — хмурит бровки девочка. — Потому что я волшебник, а Арсений обычный человек, — подмигивает Антон. — Вау, — шепчет девочка. — И Арсений не сможет меня увидеть? Совсем никак? — На самом деле, может, если ты очень сильно на этом сконцентрируешься, Арсений сможет тебя увидеть. Только это секрет, — подмигивает Антон, и девочка слегка хихикает. — Правда? Почему тогда Лёша этого не делает? — приподнимает бровь Арсений. — Лёша тоже призрак, да? — кивает девочка на Лёху, и Антон кивает. — Потому что он этого не хочет, к тому же у детей получается лучше, много не использованной жизненной энергии, — поясняет Антон. — А я думал, мы друзья, — куксится Арсений, понимая, что уже долгое время мог бы общаться с Лёхой с глазу на глаза, не передавая слова через Антона. — На самом деле, это не так просто и требует много сил, — немного успокаивает Арсения Антон, снова обращая всё своё внимание к девочке. — Хочешь пойти с нами, погуляем? — глаза девочки на мгновение загораются огнём, но тут же гаснут. — А как же мама и папа, они будут против, — грустно смотрит на дверь девочка. — Нет, конечно нет, они бы были только счастливы, если бы знали, что ты весело проводишь время, честно, — убеждает Антон, и девочка, на минуту задумавшись, всё же кивает. Она не выглядит уверенной. Всё в ней — сплошное противоречие, но Антон крепко хватает её за руку и поднимает на ноги, чтобы аккуратно вывести за дверь. Он ловит с ней контакт и уже лучше может контактировать с прозрачной материей призрачного ребёнка. Арсений с призраком послушно следуют на улицу, где жильцы дома уже во всю спорят с Эдом. — Вы сказали, что он профессионал, а он решил поговорить о Кристине, хотя она тут не причём! Саша в опасности! — злобно кричит женщина, и Кристина заметно сжимается в себя, слыша, как мать материт полицейского. — У меня есть зацепка, и мне нужно провести ритуал, как что узнаю — сообщу, — громко кричит Антон, заставляя всех вокруг замолкнуть. Эд и женщина оборачиваются на него, и у них обоих есть возражения по поводу этого гениального плана. Но Антон не даёт им сказать и слова. — Это всё!

***

Они уходят, и Арсений выдыхает. Когда он покидает это место, с его плеч словно падает груз, который он даже не замечал. В этом месте что-то словно незаметно давило на него. Как только эти люди только там живут? Антон со стороны выглядит странно, будучи держащим за руку воздух. — Хочешь покататься на спине? — спрашивает Антон у девочки и тут же подхватывает её, чтобы усадить себе на плечи. И Арсений может поклясться, что в этот момент он слышит отчётливый смех. — Так куда мы идём, есть идеи? — Арсений пытается быть доброжелательным, вежливо спрашивая у девочки, которую даже не видит. — Мы идём на детскую площадку, — уверенно отвечает Антон и тут же останавливается. — Кстати, я не знаю, где она, можешь загуглить? — Конечно, — Арсений достаёт телефон, ища в интернете подходящее для них место, желательно где-то поближе к лесу, где не так много людей. — А пока у меня есть вот что, — Антон достаёт из рюкзака цветные мелки и аккуратно чертит на асфальте цветные квадратики. У Арсения что-то сжимается в сердце, когда-то, когда он бы молод, это была одна из его любимых игр. Прыгать классики он был мастак и всегда был первым в этой игре, когда они соревновались всем двором. Иногда ему даже приходилось подыгрывать другим ребятам, чтобы его не перестали звать с собой. Антон делает его длинным, вместо стандартного из десяти клеточек, используя всё пространство длинной асфальтной дорожки. Они получаются яркими, и мелки отлично передают мелкие рисунки, которые Антон оставляет в квадратиках. В одном затаился небольшой кособокий тигр, а в восьмёрке спрятался слон с длинным хоботом. Арсений улыбается, видя, как в солнышке появляется множество лучиков, а оно само окружено голубыми тучками. На последнем поле Антон вырисовывает большой подарок с ярко-розовым бантом, и, несмотря на то, что рисунки не были гениальными, Арсений чувствует тепло от стараний парня. Этой девочке не помешает забота, она мертва уже несколько лет и почему-то не ушла в другой мир, оставшись в доме родителей, страдая от одиночества. Арсений первый не выдерживает и, не дожидаясь сигнала, пока Антон ещё чертит значок старта, быстро пробегает по квадратам, просто чтобы убедиться, что всё удобно. Всё в нём бурлит от волнения и детских эмоций, которые, оказывается, были спрятаны где-то глубоко внутри него, и было достаточно просто несколько раз поиграть в классики. — Эй, Кристина говорит, что нужно играть по правилам, с камушком, — вырывает его из ностальгии Антон, и парень с широкой улыбкой возвращается в начало, послушно ища себе небольшую гальку. Они начинают играть, и Арсений узнаёт, что, вообще-то, призраки тоже прекрасно справляются с видимыми, реальными предметами. Так может, Лёха действительно переставляет вещи у Антона в доме? Они прыгают туда-сюда, и Арсений громко смеётся, когда Антон запинается о свои ноги и пару раз, громко ругаясь, проигрывает. Они с Кристиной лидируют, и Арсений не может не включить свой сопернический инстинкт, но, несмотря на это, он громко радуется, когда ему говорят, что Кристина вновь прекрасно справилась. Они вдвоём первые завершают всю тропинку и начинают новый круг, слишком увлечённые и счастливые. Они добавляют усложнения, и даже Арсению приходится несколько раз стоять на одном месте, пробуя снова и снова. Он громко смеётся, и его лицо скоро треснет от улыбки. И тогда это происходит. Кристина прыгает последний раз, и перед глазами Арсения появляется образ полупрозрачной девочки лет восьми, которая уверенно движется по клеточкам, делая всё чётко по правилам. Арсений пытается не уронить челюсть, но у него плохо получается. Она красивая и такая молодая, что его сердце сжимается от грусти. — Видимо, игры ей помогают восстановить силы, вот почему ты её видишь, — шепчет Антон рядом, продолжая хвалить Кристину за отличный прыжок. — И на её платье больше не видно следов крови. — Почему она всё ещё здесь? — сглатывает вязкую слюну Арсений. — Детям часто нужна помощь в таких вещах, они не хотят покидать своих родителей, даже если те такого не заслуживают, — скрипит зубами Антон. — И что мы можем сделать? — Нам нужно просто сделать её счастливой, и тогда она сможет уйти. — Хорошо, — кивает сам себе Арсений. — Значит мы так и сделаем.

***

И они делают. Они проходят несколько кругов в классиках, пока клеточки не размываются от их прыжков, а потом Кристина вновь забирается на плечи к Антону и без умолку рассказывает все известные ей интересные истории. Она рассказывает то, что успела узнать в школе, или подглядела в Сашиных учебниках, или услышала в маминых сплетнях. Ребята слушают и делятся чем-то своим, пока перед ними не предстаёт старая, но довольно добротная детская площадка. В глазах девочки уже не видно того холода, что был изначально, теперь там горит пожар предвкушения, и они его полностью удовлетворяют. Они катают её на качелях, и Кристина громко кричит о том, что скоро достанет до солнца, а потом она резво взбирается по ступеням нагретой горки. Прохожие смотрят на них, бросая обеспокоенные взгляды, но парням всё равно, они таскают девочку на плечах и помогаю забраться на самую верхушку турника, чтобы получше рассмотреть закат. А когда солнце окончательно скрывается за облаками, они бредут в закрытый искусственный каток, и Антон достаёт из сумки свечи и травы, чтобы у девочки были собственные коньки. Людей на катке не много, и они могут беззаботно делать трюки и падать на лёд сколько угодно. Чем больше они проводят времени вместе, тем сильнее Кристина смеётся, и Арсений всё лучше может различить её черты, вплоть до мелких деталей. Ему кажется, что совсем скоро он не сможет отличить её от простого человека. И если для Антона все призраки выглядят действительно так, то он боится за него. Так и в неприятности легко попасть. Хотя, бросая взгляд на то, как Антон катится вперёд на животе, раскинув ноги звёздочкой и хохоча во всё горло, он уверен, что Антон на одной волне с неприятностями. А что ещё понимает Арсений, так это то, что Антон действительно не врёт. И да, если ту ситуацию на кладбище ещё можно объяснить лишней впечатлительностью, то это — лишь очень стойкими галлюцинациями, которых у него нет. Они идут по улице, и сладкая вата в руках Антона волшебным образом уменьшается, хотя Арсений видит, как маленькие пальцы отщипывают небольшие кусочки и девочка довольно жуёт разноцветную сладость. Такое просто не может показаться, но зачем тогда Антону так на себя наговаривать? Арсений не понимает. Это какая-то проверка или Антон действительно в это верит? — Кристина, — тем временем спрашивает у девочки Антон, — скоро уже будет совсем поздно, ты хочешь, чтобы мы отвели тебя обратно? — Её плечи мгновенно напрягаются, и девочка мерцает в глазах Арсения, пропадая из вида, но он всё ещё может слышать её тихие слова. — Да. — Если ты хочешь… — Арсений пытается найти другой выход, но его обрывают. — Нет, я хочу домой, — в её голосе чувствуется отчаяние, но они послушно ступают в сторону мрачного дома. — Кристин, а мужчина, что увёл Сашу, ты его раньше не видела? — уточняет Антон, доедая сладость. — Видела на улице, но не знаю, кто он, — делится девочка, она становится всё тише и тише по мере того, как они приближаются к её району. На улице уже стемнело, и только фонари освещают ей дорогу. Арсений не знает, как они смогут оставить девочку в этом неблагополучном месте и уйти, но решает, что завтра утром он уже будет стоять около дома. Он готов провести всё своё время рядом с девочкой, лишь бы помочь ей стать счастливой и уйти в место, где ей будет лучше. Они ступают дальше и дальше, пока их взгляд не падает на знакомые классики, уже постепенно смываемые выпавшей росой. Они улыбаются друг другу, и девочка кивает в сторону небольшого домика, что стоит совсем недалеко. — Там живёт мамин брат, мой дядя Миша, — радостно восклицает девочка, и парни подходят ближе к дому, чтобы рассмотреть цветастый забор и небольшую клумбу с ранними цветами. За оградой мужчина орудует лопатой, мастерски вспахивая землю под новые посадки. Он не выглядит сильно обеспеченным человеком, на его лице густая, неухоженная борода, а движения слегка неловкие, Арсений подозревает, что тот пьян или только после пьянки. Его одежда кажется грязной и старой, но Арсений решает, что она просто выбрана, чтобы не испачкать что-то более хорошее землёй. — Это твой дядя? — тихонько спрашивает Арсений, но, когда поворачивает голову, он замечает, как раньше невидимая девочка начинает словно мерцать, то пропадая, то появляясь перед его глазами. Словно она сама не может решить, чего именно хочет. — Это тот мужчина! — она громко кричит, и Арсению приходится заткнуть уши, чтобы не поранить барабанные перепонки. Кажется, это замечает и мужчина, поворачиваясь в их сторону со злобным взглядом. — А ну пошли вон! Тут вам не цирк! — рычит мужчина, и парни тут же кивают головой, уходя подальше. Антон качает Кристину на своих руках, успокаивая, пока из её глаз льются слёзы. — Что нам делать? — рыдает девочка. Арсений осматривается по сторонам, пытаясь придумать план, пока перед ним не появляется совсем размытый, едва видный образ Лёхи. Он совсем туманен, а его голос грубый и потусторонне холодный. — Я прослежу за ним, уводите Кристину отсюда, — Арсений тут же кивает и хватает Антона за руку, уводя его подальше. И всё же наличие в команде буквально невидимого человека здорово может помочь. — Мы не можем оставить её здесь, — шипит Антон, пока девочка успокаивается у него на руках, слегка дрожа. — Значит, идём к тебе, переночуем там, а утром с Эдом сюда, — размахивая руками, придумывает на ходу план Арсений. — Да? И как я ему это объясню? — огрызается Антон. — Ну он же твой друг, может, пора перестать врать друзьям? — разводит Арсений руками, и Антон судорожно осматривается по сторонам, пытаясь найти другой выход. Но ничего в голову не приходит, и он сдаётся, выдыхая. — Так и знал, что моя работа однажды заведёт меня куда-то не туда, — он вытаскивает телефон из кармана и вызывает им такси, при этом продолжая покачивать девочку на руках. — Да? Ну ты хотя бы был предупреждён, я вообще новенький во всём этом, — в ответ жалуется Арсений.

***

Они добираются до дома и укладывают девочку на диване, где громко мурчит довольная Кузя, тут же принимаясь выпрашивать у девочки ласку, сами собираются в зале, ожидая возвращения Лёхи. — Я не совсем уверен, как именно призраки путешествуют в мире живых, никогда не интересовался этим, — делится Антон. Он хрустит костяшками пальцев, его нога отбивает быстрый ритм по полу, и весь он представляет собой одну простую картину: нервы. — Надеюсь, хотя бы для призраков доступен телепорт, и ему не придётся проделать всю эту дорогу пешком, — кивает Арсений. Он жуёт принесённые им огурцы, пытаясь успокоить быстро колотящееся сердце. Лёха появляется около пяти утра. Он не заходит в комнату, просто воздух в мгновение чуть-чуть рябит, и Арсений замечает небольшую дымку, напоминающую человека. Арсений может видеть его всего несколько секунд, потом он окончательно пропадает, но голос всё ещё отчётливо звучит в комнате: — Они в небольшом домике в лесу. Туда нельзя подъехать, только идти через лес, — делится призрак без предисловия. — Ты сможешь показать дорогу? — Антон подскакивает и начинает ходить по комнате, одновременно набирая на телефоне номер. — Да. — Ты видел Сашу? — боясь своих слов, спрашивает Арсений. — Да, она была без сознания, но точно дышала, — раздаётся ответ, и Арсений впервые за эти часы может спокойно выдохнуть. — Алло, Эд, — в трубке мужчина громко матерится в ответ, и Антон закатывает глаза на такую реакцию. — Так, хватит на меня орать, ноги в руки и ко мне, срочно. Арсений ждёт, пока парень на той стороне перечислит всё, что он думает об Антоне прямо сейчас, пока Антону это не надоедает, и он не прерывает своего друга. — Я знаю, где Саша, — он говорит уверенно, оборачиваясь на Арсения. Тот показывает ему большой палец, так мужчина не сможет просто их проигнорировать.

***

Эд появляется на пороге злым и заспанным, с мешками под глазами и ненавистью во взгляде. — Придурки, шесть утра, у меня сегодня дежурство ночное, какого хуя вы тут в игры играете? — начинает он с козырей. — Эд, ну я хоть раз тебя подводил? — приподнимает бровь Антон. — Да, когда бросил меня с этой семейкой, они уже думают, каких шаманов с Алтая выбрать, чтобы найти свою дочь, — разводит руками Эд. — Это не считается, потому что я уже нашёл их дочь, и, как только мы её вытащим, они будут тебе руки целовать, — парирует Антон, и Эд невпечатлённо складывает руки на груди. — Ну и расскажи мне, как твой психологический мозг придумал, как нам найти девочку? — усмехается Эд, явно не оценивший по достоинству всё происходящее. — Ну, я… просто… понимаешь, — Антон затыкается в словах, опуская глаза в пол и потирая шею рукой. — Блять, Тох, хватит ебать мне мозг, скажи как есть! — повышает тон Эд, желая как можно быстрее покинуть это место и поехать к себе поспать, пока у него есть время. — Ладно, — разводит руками Антон, он поднимает глаза, выпрямляется и, смотря Эду прямо в глаза, говорит прямо и уверено. — Я настоящий маг или экстрасенс, называй, как хочешь, и я знаю, где Саша, потому что могу видеть призраков. Наступает звенящая тишина. Весь мир как будто на мгновение замирает, пока Эд и Антон сверлят друг друга взглядами, пытаясь переиграть другого. Пока Эд не ломается и не поворачивается к парню спиной. — Если вам захотелось меня разыграть, сегодня явно не лучший день, — он направляется к двери, но Арсений преграждает ему дорогу, не давая пройти. — Выслушай его, он говорит правду. Откуда, по-твоему, он узнал про погибшую дочь? — Ну а я нахуй откуда знаю, как-то прочитал по ним, — рычит злой Эд. — Нет, он просто увидел её призрака в том доме! — восклицает Арсений. — Ну да, Антон видит призраков, а я Анжелина Джоли! — кивает Эд. — Блять, — Арсений устало потирает переносицу. — Может просто Лёха ему показаться? — Не-а, — мотает головой Антон, он выглядит уставшим, его глаза немного запали, и он обнимает себя руками, словно пытаясь защититься. — Когда люди не верят, они словно выстраивают вокруг себя ментальный щит. Поэтому люди так редко и видят призраков. Слишком скептичны. — Как хорошо всё играет в вашу пользу, ты маг, но доказать этого не можешь? — поворачивается к нему Эд, прожигая парня глазами. Антон немного вздрагивает под таким напором. — А как насчёт того, чтобы покопаться у меня в голове и прочитать мысли? — Я не телепат, а маг, я делаю заговоры, общаюсь с призраками и тому подобное, — бурчит в ответ Антон. — Это вообще важно? Мы знаем, где Саша. Какая разница, как мы это узнали? — не понимает Арсений. — И ты хочешь, чтобы я залез в дом к левому человеку, просто потому что вы, сборище сумасшедших, на него укажите? — приподнимает бровь Эд. — Да, примерно так, — кивает Арсений. — И, когда ты найдёшь там Сашу, ты извинишься перед Антоном за то, что ему не верил? — А знаешь, — окончательно кипит Эд от абсурдности ситуации, — я согласен, поехали. А потом я закрою вас на пятнадцать суток за дачу ложных показаний. — Договорились. Они пожимают руки, и Антон выводит Кристину из комнаты, вновь сажая себе на спину, и они все вместе усаживаются в старую отечественную машину Эда и мчатся в сторону леса. Утро только начинается, на улицах бродят ночные гуляки и ранние работники. Мир во всю просыпается, птицы весело щебечут, знаменуя этот день. Но в машине стоит тугая, грозная тишина, которую можно резать ножницами. Они паркуются на окраине леса, и Лёха ведёт их вперёд в глушь за собой. — Как ты вообще с первого взгляда запомнил дорогу? — уточняет Арсений, пригибаясь от очередной ветки, которая так и норовит выколоть ему глаз. В этот момент он завидует Кристине, сквозь которую проходят все препятствия, и она весело хихикает, наблюдая за страданиями остальных. — При жизни был опыт, — отвечает негромко Лёха, пока Эд только смотрит на него, как на сумасшедшего, играющего для него спектакль. Они бредут цепочкой, которую возглавляет Лёха, а за ним Антон, единственный, кто может его видеть, и для нормальных людей он является началом цепи. Среди них царит тишина, нарушаемая лишь тихими перешёптываниями Антона с Кристиной, которая чем глубже они заходят в лес, тем мрачнее становится. Лес густеет с каждым шагом, становясь более тёмным, не пропуская солнечный свет должным образом, и Арсений понимает, что такое место может быть идеальным местом для преступников. — Если вы просто хотите убить меня где-то в глуши, то можете так далеко не заходить, ту всё равно никто не найдёт, — шутит Эд, но никто не поддерживает его наигранное веселье. Как бы полицейский ни уверял себя в том, что происходящее бред, они прекрасно знают, что действительно идут к человеку, похитившему четырнадцатилетнюю девочку для своих животных желаний. Впереди довольно скоро появляется полуразрушенное здание, напоминающее небольшой охотничий домик. Он выглядит давно заброшенным и едва обитаемым. Но Лёха уверенно указывает на него, и все останавливаются около здания, рассматривая его со всех сторон. — Вы сейчас серьёзно? — уточняет Эд, и парни дружно кивают. — А если там медведь спит? — Их здесь не водится, — успокаивает его Арсений, подталкивая того к зданию. — Ладно-ладно, но вы остаётесь здесь и ждёте меня, — Эд вытаскивает из кармана своё служебное удостоверение и идёт к двери. Лёха следует за ним. — Они спасут Сашу? — тихо спрашивает Кристина. — Конечно, уже скоро она вернётся домой, — уверяет её Антон, и девочка радостно улыбается, на её губах вслед за улыбкой появляется смех, задорный, поистине счастливый. — Мама и папа будут так рады, — смех сменяется небольшими слезами, которые катятся по её щекам. — Не плачь, малышка, — Антон ставит девочку на землю и присаживается рядом на колени, чтобы быть с ней на одном уровне. — Я не плачу, — протестует она, вытирая слёзы, — просто я рада за них. — Думаешь, ты смогла бы теперь их оставить? — улыбается ей Антон. — С ними всё будет в порядке, им больше не нужна твоя опека. — Но кто будет рядом, чтобы помочь, если Сашу вдруг уведут? — хмурится девочка. — Я буду рядом, — убеждает Антон, и Арсений тут же присоединяется к его словам. — Мы будем рядом и поможем ей, — он подходит ближе, радуясь, что вновь может видеть девочку. — И я больше не нужна? — хнычет девочка. — Нет, пришло время позаботиться о себе, — гладит по волосам девочку Антон. — Мне страшно, — тихо, будто вовсе и не произносила этих слов, признаётся девочка. — Я знаю, дорогая, но там тебе будет лучше, я обещаю, — Антон крепко обнимает Кристину, и та принимает объятья с такой же прытью, они держатся друг за друга, пока силуэт девочки не растворяется в воздухе и они не остаются вдвоём. Лишь тихое «спасибо» слышится в воздухе, словно воздух поёт среди деревьев, играя для них мелодию благодарности. — Прощай, — Антон вытягивает руку вперёд, на его ладони лежит набор каких-то трав, Арсений точно не уверен, но там точно есть ягоды рябины, листья кипариса и лепестки жасмина. — Пусть святые освятят твой путь в мир иной, и будет он счастливым, и любовь покроет тебя с головы до ног. Дочь земли Кристина. Да будет с тобой солнечный свет и улыбка сестры. Прощай. Травы улетают с его пальцев, подхваченные приливом неожиданного ветра, который развевает свежую траву и нежные кудри у Антона на голове. В такие моменты Арсений видит в Антоне силу, которую невозможно сдержать. И он просто не может отвести взгляд. Это выглядит красиво, словно статуя древнего бога в античности. И глубоко внутри в Арсении что-то ёкает от этого вида. Он бы хотел видеть такое чаще.

***

Сашу находят живой, без сознания, в синяках и ранах. Арсений пытается не вдаваться в подробности, в его голове просто мелькают картинки: он помнит, как Эд вытаскивает двух людей в наручниках, а затем несёт на себе раненую девочку. Он помнит, как они бегут обратно, по очереди неся ребёнка на руках, чтобы у них была возможность отвезти её в больницу. Помнит крики родителей и множество слов врачей, помнит, как Эд продолжает оглядываться на них, рассматривая нечитаемым взглядом. А потом заваливается в квартиру с кучей вопросов и бутылкой коньяка. В тот день дальше Арсений уже ничего не помнит. Но среди всего этого хаоса больше всего выделяются воспоминания о зелени хвойных глаз и мягкой улыбке на чужих устах. И этого, кажется, достаточно, чтобы вынести в памяти, как итог очередных приключений. Они вновь собираются в доме Антона, гладя Кузю и смотря последние серии сериала. — Его, кстати, продлили, скоро снова съёмки, — радует Арсений, и Антон в шоке поворачивается в его сторону, ужас горит во взгляде. — Пожалуйста, скажи, что ты пошутил! — складывает руки в жесте мольбы Антон, отпихивая от себя призрака. — Заткнись, Лёха! — Нет, — смеётся Арсений, пока Антон в отчаянии падает на пол, распластав руки на ковре. — Я не перенесу это ещё раз. — Ну, зато мне не придётся ехать обратно в Питер, кто ещё будет за тобой следить? — Антон задумывается, а потом слегка улыбается, поворачивая к нему голову. — Ты прав, в этом есть плюсы. Арсений улыбается в ответ, и они на мгновение замирают, рассматривая друг друга, пытаясь прочитать. Найти скрытые смыслы и открыть секреты за радужками глаз, пока Лёха не отвлекает Антона очередным поворотом сюжета, заставляя отвернуться. Арсений отворачивается тоже, смотря в окно и вдыхая запах весны. Ему кажется, что впереди у них ещё много веселья и боли, и он рад, что однажды злобный призрак решил, что он слишком плох в карьере актёра. — Да, плюсы точно есть.