Испытание близостью

— Никогда не пей, если тебе наливает Сонхун. — сказал Джей Сону, вручая ему в одну руку стакан с виски, а в другую - стакан с колой. — У него реально тяжелая рука. — Пффф… — рассмеялся Сонхун, выдыхая сигаретный дым в открытые двери балкона. — Просто не надо было в тот раз смешивать обезболивающие с алкоголем, Джей. — Вообще, Хун прав. — согласился Сону, отпивая виски и щурясь. — Саён тоже в тот раз была в хлам, хотя она не пила никаких лекарств. Ты ей налил тогда совсем немного, а что было, помнишь? — продолжил Джей. — Ну так Саён же девушка, это совсем другое. — возразил Хун. — Саён? — усмехнулся Джей. — Да она ж вообще пьет алкоголь как воду, но я ни разу её в стельку не видел. Вот кроме того вечера, когда ты взялся своими волшебными ручками за бутылку … — И сегодня возьмусь! — дразнит Хун. — Хун, одумайся, не губи, пощади… Сону вдруг вспомнил за Саён. Он обещал ей установить на ноутбук новый антивирус. Он осмотрелся вокруг и, как и ожидалось, Саён была рядом с Ники. Где Ники - там частенько и она, а там где она - там и Ники. Тем не менее, отношения у них всегда были странными: они не встречались, хоть и испытывали друг к другу взаимную симпатию. Особенно Ники, чья симпатия граничила с почти откровенным помешательством на Саён. Сколько раз он уже плакался Сону о том, как сильно он её желает во всех смыслах, особенно физически. Нередко, возвращаясь от неё, он приходил к Сону и подолгу не мог угомонить свой стояк, клялся, что обязательно её выебет, любой ценой. Разрушит ту дистанцию, которую девушка создавала намеренно, будто играясь им и дразня его, не подпуская ближе, но и не отпуская. Заставляла ходить его по тонкой грани, пуская слюни. Саён никогда не скрывала, что она человек очень широких взглядов, и нравились ей как парни, так и девушки. Ники, попав под влияние Саён, тоже считал себя человеком широких взглядов, но, по-большей части, это относилось лишь к её увлечениям, с которыми он довольно быстро смирился, невзирая на их специфику. Даже проявлял к ним искренний интерес. Во всяком случае - старался, лишь бы угодить девушке. Саён была ярой поклонницей BL - тематики. Она любила читать BL манхвы, мангу и собственноручно умела рисовать подобное, периодически публикуя свои работы на нескольких популярных платформах. Желая сблизиться с ней любым способом, Ники довелось пересмотреть с ней немало аниме в жанре яой, и, со временем, он как-то привык. Он даже выделил для себя несколько особо запомнившихся картин, отметив, насколько хорошо проработан в них сюжет и драма. Когда он делился этим с Сону, то доводил того, порой, чуть ли не до истеричного смеха. Сону любил подстебнуть младшего, внушая тому, что у него уже развился Стокгольмский синдром, а чтобы войти в Саён, Саён, сначала, должна войти в него. Сону любил шуточки про припрятанный ею страпон специально для Ники. А когда тот, в очередной раз беря с собой презервативы (не терял надежду), отправлялся к ней на встречу, Сону всё причитал, что для световых мечей они будут маловаты. Так же, Сону напоминал Ники о правилах безопасности, типа не ронять мыло в душе и быть бдительным, если секс у них, всё же, случится, ведь никто не знает, с какой стороны может подстерегать опасность (сзади). Сам Сону с Саён был тоже довольно близок. Правда, в исключительно дружественном ключе. Во всяком случае, до этого вечера. — Саён, давай ка я займусь твоим ноутбуком. — обратился к ней Сону. — Пока я еще не напился. — Он лукаво прищурился. Они прошли в её комнату. На рабочем столе, помимо ноутбука, были разбросаны карандаши, альбомы и одиночные листы А4 с интересного содержания набросками. Сону взял один из альбомов в руки. — Можно? - спросил Сону. Девушка мельком глянула на альбом и кивнула, не задумавшись. Сону пролистал его. Сперва бегло. В глазах запестрели яркие и чёткие линии, фигуры и образы в разных и интересных позах, что сменяли друг друга. Потом его взгляд зацепился за рисунки, в которых он узнал знакомые ему лица. Там было его лицо и лицо Ники, очень детально прорисованные в профиль. А их тела… — Так, стоп. — Сону сперва замер и свел брови вместе, потом расплылся в дурашливой улыбке, после - сделался серьезным и принялся листать дальше. По его телу пробежались мурашки от увиденного. Еще пару подобных эскизов и он, не выдержав, разразился звонким смехом, пытаясь снять с себя напряжение и прогнать навязчивые мысли. — Саён, ну как ты могла опорочить нашу с Ники дружбу? Саён, коварно хихикая, забрала у него из рук альбом. — Но красиво же, правда? — её глаза блеснули. — Та то да, ты красиво рисуешь, но … — Сону запнулся. — Да, вот такие вот у меня влажные мечты. Впрочем, не только мои. — Она хитро прищурилась и шлепнула Сону по заднице. Сону выдал нервный смешок. — Ути боже, Сону, обожаю твоё личико, когда ты смущаешься. Закончив возиться с ноутбуком, он покинул комнату Саён и столкнулся в коридоре с Ники. Тот как раз искал Сону и был чем-то явно взволнован. Не сказава ни слова, он схватил его за руку и потащил в ванную комнату, подальше от галдежа, доносившегося из гостиной. — Слушай, кажется, сегодня мне, наконец, перепадет! — спешно протараторил Ники. — Я про нас с Саён. Смекаешь? — О… Ну, не прошло и года. — съязвил Сону. Вообще-то, именно год и прошел, если не больше, с тех пор, как Ники вынашивал в себе свою похоть к Саён. — Но она выставила условие. — продолжил Ники. — И я не уверен, что тебе это понравится, но я… — Ники схватил Сону за плечи и принялся трясти его. — Я безумно хочу её, понимаешь? — Та знаю я, знаю. — Сону искренне рассмеялся, радуясь за друга, хоть тот и тряс его, словно хотел выбить из него всю душу. — Что за условие? — спросил Сону и попытался успокоить руки Ники, сдерживая его своими. — Она хочет, чтобы ты был на разогреве. — Меня тоже, что-ли, хочет? — Сону вскинул бровь и внимательно уставился в глаза Ники. — Если быть точнее, она попросила прелюдию. Нашу с тобой, мать его, жаркую прелюдию. Рот Сону приоткрылся в удивлении. Ники принялся эмоционально жестикулировать руками, растопырив пальцы и сводя руки вместе, изображая некое подобие… близости? — Ааааа… — спешно уловил суть Сону. — Да, она хочет, чтобы мы устроили ей небольшое, но горячее шоу в её любимом жанре. Ты же знаешь, на чём она помешана. Сону быстро сообразил, что к чему. Его удивление сменилось на осознание, что рано или поздно Саён бы выкинула нечто подобное. Единственное, что его волновало - это то, что об этом думает сам Ники. Судя по его разгоряченной речи и том энтузиазме, что пылал в его глазах, он был готов пойти даже на большее, чем просто прелюдия, лишь бы осуществить желаемое. Но вот был ли готов сам Сону? — Так, постой, я недостаточно выпил, чтобы принимать такие решения. — Сону сделал глубокий вдох и понимающе похлопал Ники по плечу, тем самым давая обещание вернуться к этому разговору, но чуть позже. В ванную постучались. — Я сейчас устрою настоящий потоп. — послышался голос Сонхуна за дверью. Ребята открыли дверь, впуская Хуна. — Вы что, даже в туалет не можете сходить друг без друга? — усмехнулся Хун. — Да, любим играть в мушкетеров и скрещивать свои шпаги. — съязвил Ники. — О, Хун, ты то мне и нужен. — сказал Сону. — Давай отливай быстрее и пошли пить. За Сону тянулась репутация в доску своего парня как среди девушек так и среди парней. Парни его принимали за мягкий и неконфликтный характер, а девушки млели от его улыбки и миловидного лица, называли его лисёнком и солнышком, влюблялись в его утонченные манеры и находили в нем что-то такое, что было не присуще большинству парней. По итогу - он был всеми любим и всюду популярен. Однако, этого было недостаточно, чтобы объяснить навязчивое желание Саён втянуть именно его желанную ею мужскую прелюдию. После пару бокалов виски, налитого Сонхуном, Сону заподозрил, что его женственные черты делают его очень похожим на тех самых парней из BL манхв. Он будто идеальный прототип для подобного эксперимента. В голову так же закралась мысль, что Саён уже давно догадывается о его секретике. Все эти годы, что он был знаком с Ники, Сону питал к нему далеко не только дружеские чувства, однако всегда соблюдал исключительно дружескую дистанцию, оставляя все свои тайные желания при себе, осознавая всю их бессмысленность. Ведь Ники был типичным натуралом. На столько натуралом, что ради секса с желанной им девушкой был готов пойти, как выяснилось, на любую авантюру, смело переступить через всякие условности (что, кстати, очень иронично, учитывая, что он натурал) лишь бы заполучить Саён. Для Сону же эта авантюра станет настоящим испытанием. Ведь то, о чём он всегда старается не думать рядом с Ники - ему сегодня предстоит сделать вместе с ним и при этом - не выдать себя. И если Ники готов разыгрывать страсть с невозмутимостью, присущей актерам, то Сону придется разыгрывать саму невозмутимость, что намного сложнее. Сону не заметил, как Сонхун подлил ему в бокал еще порцию. Еще через время, Сону задумался о самой близости. Они с Ники почти всегда были вместе. Видели друг друга голыми, спали вместе, и в тот же туалет, черт возьми, тоже нередко ходили вместе (а что в этом такого?). Конечно, порой Сону охватывало волнение, когда Ники в очередной раз закидывал на него ногу во сне, и голос его разума вновь вступал в полемику с влюбленными тараканами в голове, пытаясь заткнуть последних. Он заставлял себя привыкнуть к этой близости и перестать пытаться выискать в ней больший, чем просто дружеский подтекст. Даже тогда, когда Ники устраивал Сону сеансы массажа, раздевая его догола, старательно разминая каждый участок его тела, чтобы помочь тому снять крепатуру после занятий в бассейне. Ники просто умел хорошо делать массаж и был крайне предприимчив в том, что умел хорошо делать. И, в отличие от Сону, ему легко давался физический контакт, поскольку никакие задние мысли его не посещали. Пребывая в неведении, он ко всему относился легко и открыто. — Что-то ты внезапно стал задумчив, Сону. — сказал Хун, доливая ему в стакан. — Что-то случилось? Сону вынырнул из своих мыслей и встрепенулся. — Лицо у тебя такое серьезное и ты будто пытаешься глазами прожечь дыру в пространстве. — Хун скопировал выражение лица Сону, уставившись в пустоту. — Ничего не случилось. Я просто …— его взгляд случайно устремился в сторону Саён и Ники. — Ревнуешь? — с лукавой улыбкой спросил Хун и поддел его локтем. Кого и к кому - Сону не успел уточнить, поскольку Хисын резко прервал их беседу, повиснув на плече Хуна, и принялся разгоряченно втирать ему “какую-то дичь”, как это обычно называл сам Хун. Сону допил залпом содержимое стакана и, расхрабрившись, принял решение. Всё ради друга. *** — Ей богу, Ники, тебе со мной ну уж очень повезло. — сказал Сону Ники, когда они вдвоем отошли в коридор. — Согласен? — аккуратно переспросил его Ники. Сону улыбнулся и кивнул, стараясь выглядеть как можно более убедительно. — Но ты понимаешь, что нужно будет делать? Тебе как вообще, нормально будет? — спрашивал Ники, пытаясь понять масштаб доставленных им неудобств Сону. Сону снова кивнул. — Ох уж эта мужская дружба, такая многогранная. — подшутил Сону, пытаясь таким образом подбодрить самого себя. Ники даже не догадывался, чего это будет стоить Сону на самом деле. Всей его выдержки, которую он в себе выдрессировал за эти годы. — Когда все разойдутся, мы останемся. Поэтому, не напивайся сильно… — предупредил его Ники. — Это больше тебя касается. — усмехнулся тот. — Я про эрекцию. Она тебе сегодня, наконец, пригодится. — Чему я безумно рад. — Славненько. — Сону игриво поддел нос Ники своими пальцами. Он старался быть до последнего веселым и непоколебимым, будто предстоящее для него - так же, как и для Ники - как два пальца об асфальт. Постепенно, ребята расходились по домам. Хисын умыкнул с собой бутылку с остатками виски, а Джей вдруг вспомнил, что ему с ним как раз по пути. Последним никак не мог уйти Сонхун, сетуя на Джея за то что тот наговорил на его руку всякое, а так же на себя самого, за то что сам себе наливал этой самой “тяжелой рукой” и пил. Не долго думая, он сдался своему опьянению и незаметно для оставшихся троих, отрубился в гостиной прямо на полу, завернувшись в ковер, словно начинка в блинчик. Саён взяла за руку Ники и Сону и повела за собой в свою комнату. Став у кровати и развернувшись к ребятам спиной, она стянула с себя капроновые колготки, следом за ними - трусики. Её юбка слегка приподнялась, открывая оголенные ягодицы. Она опустила её руками на место и поправила. Пуговицы своей блузы она расстегнула примерно до половины. Было видно, что под низом на ней не было лифчика. Ники тяжело сглотнул, а его кадык нервно зашевелился. Потом она подошла к нему и тот поднял руки вверх, позволяя ей стянуть с него верхнюю одежду, оголяя его торс. Следом она подошла к Сону. Он был раздет так же, как Ники. — Такой я её себе и представляла. — сказала Саён, очерчивая движениями ладоней его талию. Она присела на кровать, плавно облокотившись о её спинку, словно занимая место в кинотеатре. — Послушайте, ребята. — спокойным и умиротворенным голосом начала Саён. — Я хочу, чтобы вы всецело и полностью отдались процессу. И никакой имитации. Понимаете? Ники подошел к ней вплотную и навис над ней всем телом. Его рельефные руки напряглись, упираясь в кровать. Он аккуратно прильнул губами к её губам, слегка их поддев. — Как скажешь. — прошептал он. Сону наблюдал эту близость, как завороженный. Потом, быстро придя в себя, присел на другой край кровати. Саён придвинулась к спинке и согнула ноги в колени, сомкнув их вместе, желая скрыть то, что между ними. Потом прошлась пальцами по своей блузе и приоткрыла одну половину, слегка оголяя грудь, тем самым дразня Ники. — Вот же сучка… — почти задыхаясь, не сдержался Ники и расплылся в улыбке. Саён приняла позицию наблюдателя. — Всевозможные ласки до самого пояса. — еще раз пояснила Саён. — Спускаться ниже - так и быть, заставлять вас не стану. — она хитро улыбнулась. — Хотя, это уже на ваше усмотрение. — она вдруг подмигнула Сону. Сону показалось, что у него на лбу выступила испарина. — И каким, по-твоему сценарию, должно быть окончание этой прелюдии? Когда нам остановиться? — спросил Ники. “Раньше надо было спрашивать” - подумал про себя Сону, ожидая, что Саён сейчас может выкинуть какой-то очередной нежданчик. — Когда у меня между ног станет настолько мокро, что останется след на простынях. — без доли стеснения ответила Саён и демонстративно поерзала тазом на кровати, как бы намекая, что её половые губы достаточно плотно соприкасаются с местом, где она сидит. — Можешь не переживать. Если вы постараетесь, то я возбужусь довольно быстро. От сказанных ею слов у Ники сперло дыхание, и это было отчетливо слышно по тому, как он пытался сделать вдох, прилагая к этому немалые усилия, а его грудь слегка потряхивало. Саён обхватила руками обоих за талию и вплотную притянула парней к себе. — Так, всё, голова сейчас пойдёт кругом. — сказал Ники, и умостившись на кровати поудобнее, обнял рукой Сону за шею и потянул на себя. Сону поддался, но слегка замешкался, когда они оказались лицом к лицу в непривычной близости. — Ух, как это всё, конечно, обескураживает. — признался Сону, расплываясь в смущенной улыбке и опустил глаза. — Особенно когда третье лицо упирается в твое почти впритык. — имея в виду Саён, добавил Сону. Ники поглаживает пальцами затылок и шею Сону, успокаивая. Сону делает глубокий вдох и поднимет свой уже полный решимости взгляд на Ники. — Готов? Точно? — Ники шевелит губами, отчётливо произнося этот вопрос, при этом не издав ни звука. Сону, прочитав по губам, всё понимает и утвердительно кивает, положив свою ладонь тому на затылок, слегка сжимает его волосы в качестве большей убедительности. Саён прошлась своими тонкими ноготками по спинам обоих. — Сиди- сиди. — взволнованно сказал Ники. — И плотнее там прижимайся к простыням. Саён хихикнула и уселась поудобнее. Ники касается губами первым, на пробу. Сону, стараясь держать дыхание ровным, подается навстречу и смыкает их губы вместе, совершая свой первый с Ники поцелуй. Он старается не думать об этом, но мысль уже заполняет его голову, отдавая приятно ноющим томлением в сердце. И пускай всё это - не по-настоящему, пухлые и теплые губы Ники ощущаются под губами Сону вполне реальными. Ники приоткрывает рот и захватывает его губы своими, начиная аккуратно втягивать их в себя. На фоне послышалось более учащенное дыхание Саён, которого до этого слышно не было. Видимо, ребята делают всё правильно. Медленно и не спеша они принимаются ласкать губы друг друга, сминая их и посасывая поочередно. Пальцами Ники продолжает нежно поглаживать шею Сону, периодически сжимая её, когда его губы снова всасывают в себя губы Сону. В эти моменты они ненадолго замирают, и Ники захватывает нижнюю губу Сону зубами, оттягивая её на себя. Руки Сону невольно скользят вдоль тела Ники. Под своими пальцами он чувствует теплую и гладкую кожу, а под ней - каждое ребрышко младшего. Он доходит до талии и большими пальцами обхватывает её. Потом спускается руками на его бедра, поглаживая его слегка выпирающие тазовые косточки. Саён ахнула совсем тихо и приглушенно. В ответ на этот приятный звук, губы Ники растягиваются в улыбке, и он принимается всасывать в себя губы Сону глубже, резче и увереннее, всё сильнее сжимая его шею пальцами. Сону расслабляет их и позволяет тому впиваться в них с характерным причмокиванием. Стоя на коленях, он ощущает, как они начинают подрагивать. Ники это тоже чувствует, списывая всё на неудобность позы. Он присаживается на колени и, наклонившись чуть назад, притягивает к себе Сону за талию, и тот, расставив ноги, усаживается на Ники сверху. Такая поза не только удобна, но и со стороны очень горяча. Ники, насмотревшись манхвы, прекрасно знает об этом. Он обхватывает руками ягодицы Сону и рывком прижимает к себе, в надежде, что Саён будет очень довольна. И она довольна. Ники вновь впивается в губы Сону и одновременно руками в его ягодицы и слышит его сдавленный выдох. — Язык… — шепнула Саён. Сону зажмуривает глаза, понимая, что Ники, ни секунды не медля, уже проникает в его рот языком, и Сону встречает его своим, коснувшись сперва легонько и аккуратно, а потом уже более уверенно. Ники демонстративно медленно и неспеша, чтобы от взора Саён ничего не ускользнуло, входит своим мягким и гибким языком в рот Сону снова и снова. Плавно двигает головой, вытягивает свою шею и то тянется к Сону, то сам, сжимая его ягодицы пальцами, прижимает его к себе, поддевает языком его губы, вылизывает их, то открывая то прикрывая свои веки. Находясь в непосредственной близости, Саён наблюдает, как их языки соприкасаются, из раза в раз переплетаясь и прячутся под смыкающимися пухлыми губами. Ники не убирает руки с ягодиц Сону, всё более напористо сжимая их каждый раз, когда их языки снова сталкиваются. Сону, сидя на Ники сверху, всеми участками своего тела, что касаются тела Ники, ощущает его тепло так, как никогда раньше. — Какие они на ощупь? Ягодицы и бедра Сону. — спрашивает Саён у Ники. Ники задумчиво оглаживает округлости Сону руками через гладкую ткань его спортивных штанов из микрофибры. Сама ткань - легкая и идеально очерчивает все изгибы тела. Движения выходят скользящими, отчего прикосновения ощущаются острее и приятнее. Сону пытается сохранять спокойствие, пока руки Ники изучающе блуждают ниже поясницы, сжимая его во всевозможных местах. Сону прикладывается губами к уху Ники. — Подбери уже какие-нибудь слова. — шепчет он и натягивает на себя непринужденную улыбку, слегка ерзая на нем сверху своими бедрами. — Они мягкие и … очень рельефные. — заключает Ники. — Твоим рукам приятно? — продолжает Саён. Ники слегка растерянно смотрит на Сону. Видимо, он был готов к действиям, но не к пошлым разговорчикам. Сону это чувствует и игриво подмигивает Ники. — Скажи ей, что нравится. — нарочито громко шепчет Сону. — Конечно приятно. — подыгрывая, отвечает Ники, а потом вновь сплетает их языки в поцелуе, чтобы занять их рты. Ники, как и ожидалось, смещает свой поцелуй вниз первым. Сердце Сону заходится в бешеном ритме и ему стоит немалых усилий скрывать возникающую отдышку от возбуждения. Касаясь кончиком языка кожи Сону, нарочито демонстративно, Ники спускается к его шее и принимается ласкать её медленно, вырисовывая языком узоры. Сону послушно запрокидывает голову назад, открывая тому еще больше пространства и издает едва слышимый стон. Горячий язык сменяется не менее горячими мокрыми губами, которыми Ники прикладывается к его коже и скользит по ней. Сону жмурится и тихонько глотает воздух приоткрытым ртом. — О боже… — взволнованно вздыхает Саён. — Детка, дай мне немного подпитки. — оторвавшись от шеи Сону, говорит Ники и тянется рукой к её ногам. Саён слегка раздвигает ноги, чтобы рука Ники коснулась её между ними. Под своими пальцами Ники чувствует приятную влагу, которая остается на них. Он, довольно простонав, возвращает руку на ягодицу Сону и отчаянно впивается в его шею губами. Наверное, в этот момент он представляет себе шею Саён, но Сону слишком хорошо, чтобы думать о том, что в голове у Ники. Его тело начинает плавиться, в паху сладко ноет и он лишь сильнее вдавливает свои пальцы в плечи Ники. Ники выцеловывает каждый дюйм на его шее, спускаясь всё ниже. Покусывает его нежную кожу, тянет зубами её на себя, а потом снова прикладывается губами, целуя это место, одновременно с тем продолжая сжимать и гладить его ягодицы. Видимо, такое распределение ролей кажется Ники вполне справедливым, где он, как зачинщик всего этого - ведет, беря на себя активную позицию и позволяя Сону лишь расслабляться (если это можно так назвать), сидя на нём. Сону испытывает облегчение от такого расклада, поскольку не представляет себе возможным с такой же уверенностью ласкать Ники и, при этом, не дрогнуть. Он бы постоянно думал, не перегнул ли он палку, не выдал ли себя в своём сладострастии? И, в итоге, едва ли бы смог прикоснуться к Ники, терзаемый этими сомнениями. А вот Ники сомнения не терзают. Он точно знает, что делает и, главное, ради чего. Потому действует с завидной решимостью, устраивая представление по высшему разряду, как и просила Саён. Сону краем глаза поглядывает, как поигрывают мышцы на его плечах, как краснеет его кожа под пальцами Сону. Слышит, как Ники рвано дышит, работая ртом, не отрываясь от его шеи и спускаясь к ключицам. Он будто взаправду охвачен страстью, а его поцелуи, чередующиеся с укусами - становятся всё сильнее. Кожа Сону в этих местах горит, а на его шее и ключицах, кажется, не осталось ни одного нетронутого места. Саён, облизав пальцы, потянулась рукой к соску Сону и потеребила его. — Саён, змеюка. — дрожащими губами шепчет Сону, сладко простонав, а на его коже по всему телу проступают мурашки. Саён тихонько хихикает и продолжает поглаживать его сосок, периодически смачивая пальцы слюной. — У тебя такое чувствительно тело. — комментирует она, испытывая какое-то особое удовольствие наблюдая именно за его реакциями. — Тебе нравится? Сону, безвольно промычав, кивает головой. В глазах темнеет, хотя он уже открыл их и вернул голову в ровное положение. Ники, следуя за пальцами Саён, прикладывается к его нежной ареоле и целует это место своими мокрыми губами. Для Сону это слишком интимная зона для поцелуев, и именно Ники сейчас целует его там. Тело Сону охватывает экстаз, но он лишь прикусывает губу и рвано дышит. Ники наклоняет тело Сону назад, заставляя того завести руки за спину и упереться ими в кровать, преподнося свое тело “на блюдечке”, чтобы тому было удобнее. Ники склоняется к его груди и захватывает его соски губами, втягивает их в себя поочередно, тянет на себя мучительно медленно, не отпуская, выпуская между губ свой язык и поигрывает ими. Саён тихонько мычит от удовольствия, наблюдая за тем, как подрагивают ресницы на веках Сону, как напрягаются желваки на лице Ники, как хорошо он управляет своими сильными губами и как терпеливо переносит всё это Сону. Под настойчивыми манипуляциями губ Ники Сону невольно извивается и тихонько шипит, когда тот снова захватывает губами его соски, покусывает их, водит вокруг его ареолы мокрыми пальцами, пощипывает и, кажется, конца и края этим пыткам нет. Сону беспомощно хватается руками то за его плечи то за его бедра, стараясь при этом преподнести свои действия как часть исполняемого ими перфоманса. Догадывается ли Ники, что Сону, на самом деле, выкинуло далеко за пределы условного, и он тонет? Саён смещает пальцы уже к груди Ники, лаская того так же, как ласкала Сону. Ники тихонько рычит и сильнее кусает Сону. Сону вздрагивает, плотнее прижавшись бедрами к Ники. Внезапно он чувствует твердость у него между ног. Впрочем, это легко объяснимо. Вмешательство в этот процесс Саён, видимо, дало свои результаты. Наверное, для Ники Сону и Саён сейчас стали словно одним целым, и он, вожделея девушку, вымещает всю свою страсть на теле Сону. Совершая таким образом удачный перенос, он осуществляет одновременно желания Саён и свои собственные. Сону же остается претерпевать, наслаждаясь и мучаясь одновременно. Саён бесцеремонно поглаживает рукой выпуклость между ног Ники, дразня его таким образом. Ники, оторвавшись от сосков Сону, отводит свою спину чуть назад и двумя руками прижимает Сону за бедра к своему паху, вымученно простонав, стараясь спрятать таким образом под его телом свой стояк от рук Саён. Саён же неумолима. Она продолжает ласкать своими пальцами соски Ники и тянется губами к его уху, покусывая его мочку. — Детка, ну что ты творишь? — шипит Ники. — Так нечестно. — Что, непривычно тереться о своего друга стояком? — попадая точно в цель, спрашивает Саён. — Нечестно вмешиваться в нашу прелюдию. — делает замечание Сону, пытаясь надуть губы и скрыть за своей милой улыбкой весь пиздец, что творится у него сейчас внутри и выворачивает его нутро наизнанку. Он чувствует между своих ягодиц отчетливый плотный стояк Ники. — Сделай так, как сделал бы, если б сверху на тебе была я. — вкрадчивым шепотом дала своё распоряжение Саён, словно режиссер порно фильма. И что поделать, если Ники - полностью в её власти? Ники плотнее обхватывает руками бедра Сону. Потом прикладывается губами к его уху. — Всё хорошо? — шепчет Ники в ожидании согласия от Сону на то, что он собирается сделать. Хоть его разум и затуманен страстным желанием доставить удовольствие Саён, его волнует комфорт своего друга каждую минуту того времени, что они находятся в спальне. Сону утвердительно кивает. Хотя врет. От трения о тело Ники, от его горячего дыхания в ухе и всех предварительных ласк, Сону уже неумолимо приближается к разрядке, которую он обязан избежать или, хотя бы, максимально отсрочить до момента своего уединения. Но он только что кивнул. Ники с силой сжимает его бедра, фиксируя его тело на своём и, раскачиваясь, трется о его промежность своим стояком, загоняя его все глубже меж ягодицами Сону, прижимая того к себе. Тихонько шипит и закатывает глаза, то ли от удовольствия то ли от отчаяния. Сону, чувствуя, что самообладание покинет его раньше, чем Саён решит прекратить эту пытку, испытывает справедливое негодование. Кажется, эта девчонка не признается, даже если под ней образуется целая лужа, а Ники - из типичной жертвы Стокгольмского синдрома вот-вот превратится в настоящего сообщника. Сону, вовсе не из несвойственной ему дерзости, а из-за отчаяния, решительно просовывает свою руку Саён между ног, пытаясь ощупать под ней простыни. Девушка резко смыкает ноги вместе, зажав его руку и смеется. — А вот и чертёныш проснулся! Ники, смекнув, к чему был этот неожиданный порыв Сону, нежно проводит рукой по её ноге. — Ну же, Саён, раздвинь ножки. Что ты там от нас скрываешь? Саён хватает руку Сону и подносит его пальцы ко рту. Сону вымученно смотрит на неё, но руку не убирает. Она кидает свой взгляд на его пах и, конечно же, обо всём догадывается. Стояк Сону - совершенно иной природы. Она безжалостно принимается ласкать его пальцы своим языком. — Ух, эти игрища меня сводят с ума. Саён. — шипит Ники и пытается просунуть уже свою руку ей между ног, но она снова плотно смыкает их вместе. — Еще немножечко. Пожаааааалйста. — жалобно тянет она, посасывая палец Сону с по-детски невинным личиком. Сону закатывает глаза, всё так же покорно не убирая руку, понимая, что это зрелище Ники нравится. Ники же смотрит на неё с характерным его взгляду лукавым прищуром. — Не забывай, малышка, ты одна, а нас - двое. И ты в опасные игры играешь. — Ники легонько подталкивает Сону на себе, чтобы тот как-то поддержал его мысль. Сону встрепенулся и, всё же, выдернул свою руку из цепких пальчиков Саён. Она слегка поморщилась, выражая огорчение. — Ну давайте еще минутку. Прошу. — нежно пролепетала Саён. Ники, сдавшись конечно же первым, притягивает руками лицо Сону и, остановившись у самых его губ, выжидает, пока тот не моргнет глазами в ответ. Их губы снова сходятся в страстном поцелуе. Ники целует жадно, в нем чувствуется нетерпение, и оно передается Сону, вот только он его чувствует совсем по-другому. Саён, уже не пытаясь усидеть на одном месте, приподнимается на колени и проводит руками по их волосам, запуская туда свои ноготки. Потом тянется к шее Ники и проводит по ней своим языком. Ники, оторвавшись от Сону, отвечает ей поцелуем в губы. Саён, приняв поцелуй, поворачивается в сторону Сону и приближается к его губам вплотную, в ожидании. Сону, понимая, что это уже окончание процессии, с облегчением прикрывает веки и чмокает её в губы. Саён, как бы невзначай, касается ладонью его стояка, потом обхватывает его лицо руками и шепчет ему в самое ухо. — Удачи справиться с этим. — Бестия. — тихонько шипит в ответ Сону и сползает с Ники. Ники довольно притягивает Саён к себе одной рукой, а другой - хлопает Сону по плечу. Шепчет “спасибо”. Их взгляды сталкиваются, и Сону из последних сил улыбается ему, кивая в сторону Саён. Ники кивает в ответ. Сону ретировался из комнаты, позабыв забрать свою верхнюю одежду. В его горле резко пересохло от волнения и он спешно направился в гостиную в поисках какой-либо выпивки. Пытаясь нащупать рукой на стене включатель света и не найдя его, он облокотился о стену и приспустил штаны вместе с трусами. Наконец, он один и пора “справиться с этим”. Его стояк болезненно ноет, пульсирует внутри и тянет. И Сону невыносимо каждую секунду от этого ощущения. Он ухватился за него рукой, желая скорее достичь разрядки. Тяжело дыша, скользнул по нему пальцами и, плотнее обхватив член, принялся двигать рукой. Несмотря на кромешную темноту, в его глазах всё равно темнеет еще сильнее. Пару резких движений и он почти готов кончить. — Где я? — послышался приглушенный голос откуда-то снизу. Сону резко выпрямился и всмотрелся в пол. В темноте ничего не было видно. Сону спешно попытался натянуть трусы обратно на свой стояк, но вышло небрежно. Снова прошелся рукой по стене в поисках включателя и, сделав шаг вбок, споткнулся о лежащего на полу Сонхуна, завернутого в ковер. — Кто здесь? — пробубнил тот. Сону, перелетев через него, будучи стесненным в движениях из-за спущенных штанов, с грохотом приземлился на пол. — О боже! — с ужасом воскликнул Сону, ударившись лицом о край дивана. — Где я? — не унимался всё еще пьяный Сонхун, пытаясь вылезти из самодельного шерстяного убежища. Сону, в полулежачем положении, нащупал рукой тот самый чертов включатель на стенке и машинально нажал на него. Вспомнив, что оголен почти до колен, резко погасил свет обратно, принявшись нервно натягивать на себя одежду. — Сону, это ты? Что это было? Почему ты голый? “Успел увидеть, черт его дери” - сокрушился Сону. — Ты там перегрелся, что ли? — ответил он, стараясь сохранять спокойствие в голосе. — Включи же свет. Мне отлить надо. — Сонхун выполз из ковра и замер на четвереньках, еще сильнее ослепнув после внезапной вспышки света. Сону, еще пару секунд помучившись со штанами, нажал на включатель и стало снова светло. Взъерошенный и прищуренный Хун смотрел на него с недоумением. Впрочем, он быстро вспомнил, куда хотел, и поплелся вдоль коридора в ванную. Сону откинулся на спинку дивана и тяжело вздохнул. События этого вечера и этой ночи пронеслись так быстро, что он так и не успел понять, что же ему чувствовать. — Если у тебя было что-то с Саён, я не скажу Ники. — сказал Хун, вернувшись. Сону вопросительно уставился на Хуна. — Я? С Саён? — Сону искренне рассмеялся. — Что ты, совсем нет. Можешь выдыхать. Сону хотел добавить самое главное: что Ники сейчас как раз с Саён. Но Хун успел его перебить. — А почему ты тогда все еще здесь, да еще полу голый? Это я по понятным причинам тут случайно остался… И засосы на шее откуда? Сону задумчиво прошелся рукой вдоль шеи. Он не успел обсудить с Ники, стоит ли посвящать кого-либо в подробности этой ночи, если спросят. Да и к вопросам он был не готов. — Мы все немного перепили, знаешь ли. — начал Сону, неловко улыбаясь. — Знаю-знаю. Каюсь, это я всем наливал. — Ой, да не слушай ты Джея. — Так, значит, это Саён? — кивнув в сторону его шеи, спросил Хун. — Ну… ты же знаешь, что она любит всякие шалости. Но у нас ничего такого. Она вообще сейчас с Ники. — О как. — удивился Хун. — Свершилось, наконец. — усмехнулся он. Сону довольно кивнул в ответ. — Так ты, значит, был на разогреве, что ли? — Хун решил сегодня быть неумолимым в своём любопытстве. — Что-то вроде того. — ответил Сону, что было, отчасти, правдой. Не считая пары нюансов. Вообще, Сону редко откровенничал с кем-то, кроме Ники. Но Сонхун всегда вызывал в нём доверие, хоть почти никогда этим не пользовался. Сонхун больше любил быть наблюдателем и лишь изредка мог перейти на более личный уровень общения, одаривая своим вниманием. Быть может, он считал, что он слишком хорош для такого. Или, действительно, был слишком хорош? Обычно, он лишь дурачился, предпочитая вовсе не отсвечивать. Однако, сегодня Сонхун был особо активным с самого появления Сону у Саён. — Ты б себя видел. Весь в синяках, покусанный. — Хун провел пальцами вдоль ключицы Сону и покачал головой. — ... а губки то какие зацелованные, ёмаё. — Хун растянулся в улыбке, оголяя свои клычки. — Надеюсь, о тебе хоть позаботились? — Он, всё так же очаровательно улыбаясь, кинул многозначительный взгляд на штаны Сону, резинка которых была вывернута наизнанку, будучи трижды скрученной. Сону, чей стояк только-только угомонился от удара лицом об диван, явно смутился от подобных комментариев и, уж тем более, от такого откровенного вопроса, еще и лично от Сонхуна. — Вот всё тебе любопытно. — Сону прищурился и улыбнулся Хуну в ответ. Из последних сил. — Всё ааааакей. — Он демонстративно изобразил пальцами значок “ок”. Он не знал, что еще ответить. Что он влюблен в своего лучшего друга, а тот пол часа вылизывал его тело и терся об него стояком, при этом вожделея совсем другого человека? Тут, скорее, Сону обо всех позаботился. Кроме себя. Хун расстегнул молнию на своей кофте и, оставшись в одной футболке, протянул кофту Сону. Сону надел её на себя, и она пришлась как раз. От неё пахло сигаретами и чем-то сладким, с нотками бергамота. — Как же спина болит. — потянулся руками вверх Хун. — Давай разложим диван, он раскладной. Хоть поспим до утра. — Домой не пойдёшь? Тебе же совсем недалеко идти. — Ну не оставлю же я тебя тут одного, чтобы ты грустно дрочил в одиночестве. Сону удивленно вскинул брови. Хун расхохотался. Его губы были алыми, взгляд прищуренным, а локоны волос спадали на глаза, и сейчас он был очень похож на какого-то злодея из BL манхвы. Сону, пытаясь отогнать от себя мысли о последнем, пару раз труханул своей головой, будто хотел отрезветь. — Я совсем не слепой, малыш. — объяснил Хун. — Эти голубки поматросили тебя и бросили. — Вообще, я был как бы не против. — начал Сону. — Конечно, ведь Ники же твой лучший друг. Чего не сделаешь ради друга, да? — Хун пихнул локтём Сону и снова рассмеялся. — Не вижу в этом ничего такого. — Сону устал держать на лице улыбку и устремил свой взгляд в пустоту, задумавшись. — Послушай. Нет смысла в любви, если она не взаимна. Нужно найти своего человека для любви, понимаешь? Иначе - это уже не любовь, а мазохизм. Сону не стал спорить, не стал отрицать и не стал уточнять, любовь к кому именно имеет в виду сейчас Сонхун. Он был слишком уставшим и вымотанным. Он всё еще боялся услышать сладкие стоны, что могли доноситься из комнаты Саён. — Не хочу оставаться и, как ты сказал, “дрочить в одиночестве”. — вдруг выдал Сону. — Можно к тебе? Хун удовлетворенно кивнул. — Пошли? Самое темное время всегда перед рассветом. Кофта Сонхуна приятно грела тело Сону. Они шли вдоль улиц, едва освещенных фонарями, а их тела окутала приятная предрассветная прохлада, отчего они сделались легкими, а прогулка - незаметно привела их к дому Сонхуна. Терпкие сладкие запахи цветущей вишни и акации сводили с ума, напоминая, что настала весна.