I'll keep you warm, safe in my arms, til heaven calls (keep holding on)

      Белые мантии странно смотрелись на теле Вэй Ина: он не привык к большим и длинным рукавам. Это почти заставило его еще больше оценить красоту Лань Чжаня, то, как он может так элегантно двигаться в таких массивных одеждах.       Лента на лбу была интересным опытом.       Вэй Ин шел рядом с Лань Чжанем, их небольшая семья шла следом. Их мантии развевались на ветру, рукава задевали друг друга. Белый цвет был новинкой, но у него было внутреннее чувство принадлежности — наконец-то у него было место, которому он принадлежал, где люди хотели его, где не было более высоких ожиданий или ожиданий, которых он не мог оправдать или где было зазорно желать слишком многого.       Его ум не был ограничен. Его мыслям было позволено существовать, его идеям было позволено сосуществовать вместе с другими. Лань Чжань никогда не сдерживал его бессвязных высказываний — он поощрял их.       Холодный металлический знак отличия, лежащий посередине его лба, вызывал холодок по спине каждый раз, когда он осознавал это. Это было постоянное напоминание о Лань Цижэне, об его одобрении, его стремлении улучшить ситуацию, его вине за то, что произошло в прошлом, и его желании искупить свои грехи.       Вэй Ин никогда не думал, что кто-то столь самоуверенный в правильности своих поступках, как Лань Цижэнь, принесет кому-то вроде него извинения за свое бездействие и неспособность ясно увидеть прошлое из-за его демонического развития и отклонения от традиционного пути. Мужчина плакал, когда извинялся перед ним перед их отъездом в Нечистую Юдоль.       — Вэй Усянь, я не ожидаю, что ты когда-нибудь будешь мне доверять, ведь я сам не доверял тебе. Я обидел тебя, Ванцзи, и отнял у Сычжуя его семью. Своим бездействием и незнанием, игнорированием заявлений Ванцзи, я обрек вас и Дафань Вэнь на участь худшую, чем смерть. Я не могу изменить прошлое, но могу изменить свои действия в настоящем. Я буду стремиться сделать мир лучше для моего племянника, внука и моих новых внучки и зятя.       Лань Цижэнь признал его мужем своего племянника, его партнером по совершенствованию.       Когда Вэй Ин и Лань Чжань впервые заговорили после воссоединения, тема брака — то есть семейная замужняя жизнь — казалась лишь сном. Он был не чем иным, как духом. Конечно, он и Лань Чжань могли прикасаться друг к другу, могли взаимодействовать, могли целоваться, держаться за руки, обниматься, прислоняться друг к другу.       Но он все еще был просто духом. Он был привязан к Цзинь Лину. Лань Чжань мог видеть сквозь него.       Это не то, с чем хочется провести остаток своей жизни.       Вэй Ин много раз плакал из-за этого. Как бы сильно он и Лань Чжань ни хотели быть вместе, и независимо от того, были ли они вместе, им всегда чего-то не хватало. У него не было физического тела, Лань Чжань не мог его слышать, и хотя он знал, что для Лань Чжаня эти вещи не имели значения, он не мог не чувствовать тяжесть этих фактов. Он протянул руку и схватил Лань Чжаня, переплетая их пальцы и потирая большим пальцем тыльную сторону ладони.       — Хм?       — Ничего, просто хотел подержать тебя за руку. — Он услышал позади них стоны. — Ну ладно, вы двое, я думал, вы уже к этому привыкли! — Вэй Ин обернулся к недовольным — Цзинь Лину и Цзинъи.       — Да Цзю, то, что ты сейчас счастлив в браке, не означает, что ты должен выставлять это напоказ, — сказал Цзинь Лин, глядя на их руки. А-Хуа усмехнулась.       — Ты думаешь, что это выставление чувств напоказ? А-Лин, тебя ждет совершенно новый мир, если ты еще ни разу не держался за руки. — Она протянула руку и взъерошила его волосы. — Как ты собираешься найти красивого мужа или жену, если не можешь справиться с такой простой вещью, как держание за руки? Вэй Ин рассмеялся.       — Ну, он сын Цзинь Цзысюаня, и тот был практически таким же, когда понял, что влюблен в Шицзе.       Лань Чжань хмыкнул.       — Его признание во время охоты на горе Феникса было весьма запоминающимся, — сказал Лань Чжань.       Вэй Ин усмехнулся, подталкивая его.       — Это было сразу после того, как я поймал тебя за нападением на местные деревья.       — Отец, ты делал что? — Сычжуй показал жестами это с шокированным выражением лица. Вэй Ин увидел, как покраснели уши его мужа.       — О да, он очень чем-то расстроился, наорал на меня и все такое! Я даже не могу представить, что могло случиться… — Вэй Ин сделал паузу, его глаза расширились, когда он обернулся, и взгляд остановился на кое-ком, явно не смотрящем на него.       — Это был ты! — крикнул он.       Вэй Ин побежал вперед и слегка хлопнул Лань Чжаня по груди, прежде чем его рука была схвачена.       — Вэй Ин. — Лань Чжань пробормотал. — Нам нужно прибыть в Нечистую Юдоль до наступления темноты.       Лань Чжань говорил, вытаскивая своего чжицзи обратно на тропу, и смех эхом разносился вокруг них.       — Мне нужно знать, почему Ханьгуан-цзюнь бил деревья! — воскликнул Цзинъи позади них, когда группа побежала их догонять.       Группа прибыла как раз на закате. Когда они достигли более населенных пунктов, Вэй Ин надел белое веймао, скрывая свое лицо от любого потенциального опознания.       Когда они вошли в гостиницу, взгляд Вэй Ина остановился на плакате, висящем рядом с дверью.       «Разыскиваются: Вэй Усянь/Мо Сюаньюй или кто-либо, соответствующий следующему описанию…»       В комплекте было его плохо нарисованное изображение, больше похожее на демона, чем на человека, и изображение молодого человека с красными тенями вокруг глаз. Мо Сюаньюй был довольно привлекательным мужчиной — в конце концов, он был сводным братом Цзинь Цзысюаня. Его взгляд остановился на описании, и он внезапно обрадовался, что одет почти во все белое и путешествует с группой Ланей.       Он последовал за Лань Чжанем наверх в одну из комнат, снял веймао и со стоном бросился лицом на кровать.       — Итак, даже здесь Не-сюн выполняет то, что ему говорит Верховный Заклинатель. Он заговорил, и его голос был приглушен кроватью. Он почувствовал, как Лань Чжань сел рядом с ним, его рука провела вверх и вниз по его спине.       — Судя по точности портрета, Глава Ордена Не едва ли старается выполнить этот приказ.       Вэй Ин поднял голову и посмотрел на него.       — Ты так думаешь?       Лань Чжань кивнул.       — Вы двое были очень хорошими друзьями. Если бы кто-то и попытался ввести общественность в заблуждение, чтобы защитить друга, то это был бы он. — Он остановился, его рука провела по ленте на лбу Вэй Ина. — Ты уверен, что хочешь поговорить с ним завтра?       Вэй Ин сел.       — Как бы мне ни хотелось не привлекать к делу Не-сюна, пока у нас не будет более конкретных доказательств, мы говорим о его брате. Он заслуживает того, чтобы знать, что сделал Цзинь Гуанъяо, и я верю, что он сохранит это в секрете, пока мы не сможем его разоблачить.       Лань Чжань кивнул. Вэй Ин застонал и плюхнулся обратно на кровать.       На следующее утро было много слоев мантий — Вэй Ин с трудом надевал каждый из них. Он посмотрел на своего мужа — мужа!!! — который уже был одет и ждал, пока Вэй Ин закончит, чтобы причесать его.       — Твой дядя серьезно не смог бы найти мне одежду Ордена Лань без такого количества слоев? — проворчал он, кладя последний слой на место. Лань Чжань провел расческой по волосам.       — Дядя сказал, что тебе нужно просто привыкнуть.       Вэй Ин надулся.       — Как только деяния Цзинь Гуанъяо будут раскрыты, мы найдем для тебя подходящие мантии с меньшим количеством слоев.       Вэй Ин тихо рассмеялся и повернулся к нему лицом.       — В цветах Гусу Лань?       Лань Чжань наклонился и поцеловал его.       — В любом цвете, который захочет Вэй Ин.       Он напевал.       — Красный и белый? Черный и синий? Или черно-красное в стиле Гусу Лань? — задумался он, откинув голову назад, пока Лань Чжань завязывал ему налобную ленту.       Он встал, протянув руку мужу.       — Возможно, Глава Ордена Не найдет лучшее решение.       Вэй Ин рассмеялся.       — Не-сюн всегда хотел одеть меня в более яркие и экстравагантные наряды. До войны мы об этом говорили, но… — он со вздохом замолчал. Ванцзи положил руку ему на плечо.       — Надеюсь, он будет рад меня видеть. Я не могу себе представить, сколько моя смерть причинила ему боли, — прошептал он, вытирая выступившую слезу. Лань Чжань протянул ему веймао.       — Я считаю, что Не Хуайсан — это тот, кто скрывает свои истинные эмоции перед людьми, которые не вхожи в его близкий круг. Вэй Ин — не тот человек, от которого он хотел бы их прятать.       — А ты? Стал бы он прятаться от тебя?       Ванцзи хмыкнул.       — Только потому, что он боится меня.       Вэй Ин фыркнул, закрывая дверь в их комнату.       — Не-сюн боится кого угодно! Даже я не исключен из этого списка!       Младшие ждали их возле гостиницы, направляясь к ним, когда пара вышла.       — Цзинь Жулань, ты отправил сообщение в Нечистую Юдоль о своем прибытии? — спросил Ванцзи, а Цзинь Лин кивнул.       — Подождите, почему именно Молодая Госпожа отправляет сообщение? — спросил Цзинъи, его рука была связана с рукой Сычжуя как своего рода привязь, чтобы не позволить ему ускользнуть от группы.       — Ах, это была моя идея. Если А-Лин скажет, что он в гостях, Не-сюн будет более расслаблен, принимая его, а не станет напряженным и встревоженным, если узнает, что придет Ханьгуан-цзюнь.       — Значит, мы его удивим? Он даже не знает?       — Я думаю, что это блестящая идея. Цзинь и Не уже давно стали друзьями, поскольку Ляньфэн-цзюнь и Чифэн-цзюнь были побратимами, поэтому для молодой госпожи Цзинь имело бы смысл подружиться с Главой Ордена Не или хотя бы навестить его, — сказала Цзя Пин, кивая и глядя на своего отца.       Вэй Ин указал на нее.       — Кроме того, это заметет наши следы, если кто-то просматривал или читал письма. Если мы появимся без предупреждения, наши действия будет труднее отслеживать, — он пожал плечами. — Не то чтобы Не-сюн не знал, что мы идем.       — Почему ты так говоришь, папа? — Сычжуй показал, потянув свою руку — и руку Цзинъи — показывая на группу.       — Не-сюн знает все. — Вэй Усянь говорил зловещим тоном, наклонившись вперед с широко раскрытыми глазами. — У него есть шпионы, вероятно, самая крупная шпионская сеть, охватывающая все Ордена. Если Цзинь Лин должен навестить его, и он знает, что А-Лин путешествовал с нами, он также предположит, что мы тоже навестим его.       Вэй Ин схватил мужа за руку и потащил его по улице.       — Ну что ж? Давайте не будем больше заставлять нашего Незнайку ждать!       Путь в самое сердце Нечистой Юдоли, хотя и был легким, заставил Вэй Ина нервничать. Несмотря на все признаки, предупреждающие остальных о возвращении великого Старейшины Илин, от которых они избавились, в его разум закралось чувство беспокойства. Вэй Усянь знал, что он был замаскирован под Лань, и что, учитывая репутацию Ханьгуан-цзюня, люди будут думать, что он ни за что не стал бы добровольно связывать себя с кем-то столь порочным и неправильным, как Вэй Усянь.       Однако были вопросы, которые крутились в его голове, когда группа была принята Орденом Не и поприветствована в Нечистой Юдоли.       Откуда Цзинь Гуанъяо узнал, что Мо Сюаньюй что-то задумал?       Кто дал Мо Сюаньюю ритуал призыва души?       Почему завершение ритуала и внезапное появление руки, предположительно принадлежащей Не Минцзюэ, произошли в одно и то же время и в одном и том же месте? Особенно, когда в ту ночь в поместье Мо были Лани.       Это было почти как--       — Ах! Молодой господин Цзинь, ты не сказал мне, что путешествуешь с компанией! — крикнул голос человека, побежавшего к группе.       Цзинь Лин вздохнул.       — Извиняюсь, Глава Ордена Не, я встретил их по дороге, и Ханьгуан-цзюнь выразил потребность поговорить с вами.       Хуайсан кивнул, глядя на Лань Ванцзи из-за веера.       — Я уверен, Ханьгуан-цзюнь, — он сделал паузу, глядя на учеников, а затем прямо на Вэй Ина, — и его компания хотела бы поговорить со мной как можно скорее, верно?       Хуайсан развернулся и пошел по коридору, группа последовала за ним.       Войдя в комнату, Вэй Ин прикрепил талисман молчания к задней части двери, когда она закрылась за ним, прежде чем снять веймао. Он увидел панику в глазах учеников, а Лань Чжань только вздохнул, садясь перед столом.       — Не-сюн… — сказал Вэй Ин, указывая на своего друга.       — Ах, Вэй-сюн, я не знал, что слухи правдивы!       Вэй Усянь сел рядом со своим мужем.       — Знаешь, мы пришли сюда сегодня, чтобы рассказать тебе небольшой секрет, который мы узнали, но я подозреваю, что ты уже его знаешь, — сказал он, откинувшись на руки и глядя на Главу Ордена.       Хуайсан нервно оглядел комнату.       — Вэй-сюн, что за большой секрет ты имеешь в виду?       Вэй Ин хлопнул рукой по столу, громкий звук эхом разнесся по комнате, заставив учеников — и Хуайсана — подпрыгнуть.       — Хорошо! Хорошо! Я признаюсь!       Хуайсан заговорил, садясь напротив Вэй Ина.       — Я знал, что твой дух был привязан к Цзинь Жуланю. Я подозреваю, что вы связаны с момента Осады, которую я, кстати, пытался остановить, но ты знаешь, как Да-ге относился к Вэням. — Он посмотрел на стол. — Я действительно пытался, Вэй-сюн. Я не хотел, чтобы кто-то из них или ты умерли. Ты поступал правильно, и если так называемые праведные заклинатели не могли этого увидеть тогда, то они, черт возьми, точно не увидят этого сейчас.       Вэй Ин посмотрел на своего друга с легкой улыбкой, протянул руку через стол и схватил его за руку.       — Не все из них умерли, А-Юань не умер.       Глаза Хуайсана метнулись вверх и встретились с его глазами.       — А-Юань выжил? Как?       — Лучший человек, которого я знаю, спас его — вот как.       Он говорил, глядя на Лань Чжаня с легкой улыбкой. Глаза Хуайсана расширились, когда он посмотрел на Сычжуя, который улыбнулся ему и кивнул.       — Я так рад это слышать, — прошептал он.       — А теперь вернемся к тому, почему мы на самом деле здесь.       Вэй Ин полез в рукав Лань Чжаня и вытащил мешочек цянькунь, в котором была рука, прежде чем бросить его на стол.       — Полагаю, мне не нужно объяснять, что в этом мешочке?       Хуайсан вздохнул.       — Рука Да-ге, — пробормотал он из-за веера.       — И зачем тебе выпускать его руку в поместье Мо? В ту же ночь, когда Мо Сюаньюй проведет ритуал, который вернет меня обратно?       Веер Хуайсана затрепетал немного быстрее, прежде чем он закрыл его и положил на стол.       — Ты уверен, что все остальные должны быть в комнате прямо сейчас?       — О, они уже знают, что, по моему мнению, ты собираешься сказать, и даже если они не знают, я все равно им скажу.       Хуайсан вздохнул и сел прямо.       — Ты помнишь, как впервые приехал Цзинь Лин? — Вэй Ин кивнул. — В тот день, когда Цзинь Гуанъяо играл Очищение для да-гэ, в середине песни я услышал крик. Этот крик звучал сердито, восклицая, что, что бы ни играл Цзинь Гуанъяо, это ухудшает ситуацию, что куплет, который он играл, не принадлежал «Песне Очищения», что он активно и сознательно играл Очищение неправильно.       Глаза Вэй Ина расширились.       — Ты мог…       Хуайсан покачал головой.       — Я не мог видеть тебя, Вэй-сюн, но я мог тебя слышать. Я сначала не понял, что это значит — я, честно говоря, подумал, что это галлюцинация твоего голоса. Но потом я провел небольшое исследование и обнаружил, что то, что ты сказал, было правдой. Куплет, который играл Цзинь Гуанъяо, не принадлежал к «Песне Очищения» — хотя я не знаю, к чему он принадлежит, но, по моему мнению, это была одна из запрещенных композиций Ордена Лань.       — Это из книги «Собрание смятения». — Лань Чжань сказал.       Хуайсан кивнул, закрыв глаза.       — Ты нашел это, хорошо. — Он посмотрел на Вэй Ина. — Вэй-сюн, пожалуйста, не злись на меня из-за Мо Сюаньюя.       Глаза демонического культиватора расширились.       — Ты дал ему этот ритуал?       Он кивнул.       — Я познакомился с Мо Сюаньюем во время своих поездок в Башню Кои. Он был умным мальчиком, готовым учиться и хотел только того, чтобы его любили. У нас были общие интересы в искусстве, поэтому всякий раз, когда я был там, мы разговаривали за обедом. — Он вздохнул. — Что-то произошло, Цзинь Гуанъяо подставил его, обвинил в том, чего, как я знаю, не было, и все это закончилось тем, что он успешно выставил его из Башни Кои.       Хуайсан сглотнул, его взгляд метнулся к Сычжую, а затем снова к Вэй Ину.       — Он кое-что узнал, Вэй-сюн.       — И это…?       — Мо Сюаньюй узнал, что секта Цзинь не только солгала о смерти Сюэ Яна, но и о смерти другого человека — на самом деле двух человек. Вэй Ин схватил мужа за руку под столом, широко раскрыв глаза.       — Они…- Хуайсан кивнул.       — Согласно моим источникам, передавшим мне информацию неделю назад, Вэнь Цин и Вэнь Цюнлинь в настоящее время содержатся в секретной темнице под Башней Кои, а Сюэ Ян экспериментирует над Призрачным генералом, пытаясь узнать больше о твоем демоническом совершенствовании.       Слеза упала на лицо Вэй Ина, когда он посмотрел на своего друга.       — Они живы? — прошептал Сычжуй с другого конца комнаты, одной рукой сжимая руку своей сестры, а другой — Цзинь Лина.       — А-Нина, вероятно, используют, чтобы держать Цин-цзе в узде и не дать ей что-то сделать с собой, — прошептал Вэй Ин, прежде чем его лицо потемнело, руки сжались в кулаки на коленях, а глаза покраснели.       — Если этот ублюдок Цзинь Гуаншань хотя бы подумал прикоснуться к волоску на ее голове…       — Вэй Ин.       Чья-то рука легла на его, выдергивая из состояния гнева. Он глубоко вздохнул.       — Ты знаешь, где конкретно их держат в Башне Кои? — Хуайсан кивнул. — И ваши источники — люди, заслуживающие доверия?       Еще один кивок. Вэй Ин положил голову на плечо Лань Чжаня и вздохнул.       — Хорошо, тогда нам нужно найти способ спасти их.       — А как насчет остальной части Чифэн-цзюня? — Заговорил Цзинъи, опустившись на колени в конце стола и глядя на сумку.       Хуайсан захлопнул веер.       — Я не знаю, где находится остальная часть его тела. Я думал… я думал, что если бы Вэй-сюн был здесь, он бы знал, что делать, как помочь привлечь убийцу Да-ге к ответственности. — Он посмотрел на Вэй Ина, и на его глазах выступили слезы. — Я не мог рассказать эр-ге, он никогда бы мне не поверил.       Пара вздохнула.       — Мы решили, что если рассказать Сюнчжану сейчас, то это принесет больше вреда, чем пользы. Шуфу знает и полностью поддерживает нас в наших действиях.       Лань Чжань заговорил, наблюдая, как глаза Хуайсана расширились.       — Учитель Лань поддерживает сохранение этого в тайне от эр-ге?       Вэй Ин рассмеялся.       — Ты будешь удивлен тем, на что он способен. Это он подарил мне эту мантию, чтобы ты знал. — Он посмотрел на Лань Чжаня. — И мне ненавистно быть тем, кто скажет тебе это, Не-сюн, но он даже был на свадьбе — дал свое благословение и все такое!       Веер выскользнул из рук Главы Ордена Не, когда он посмотрел на пару.       — Вэй Усянь! Ты вышел замуж без меня?!       Вэй Ин кивнул с широкой улыбкой на лице.       — Прямо перед тем, как мы покинули Облачные Глубины.       — Я не могу поверить! Ты знаешь, как я люблю организовывать свадьбы! — Он вздохнул. — Мне просто придется спланировать еще одну.       — Незачем.       Хуайсан ахнул.       — Ванцзи-сюн! Знаешь, как давно я хотел спланировать свадьбу?       Лань Чжань хмыкнул.       — Мгм. Это все, о чем ты когда-либо говорил на тех немногих свадьбах, на которых мы оба присутствовали. Вторая свадьба не понадобится. Я не хочу делить этот момент с недостойными людьми.       Услышав слова мужа, Вэй Ин обхватил голову руками.       — Не волнуйтесь, Глава Ордена Не, Да Цзю все еще придется поклониться в зале предков Цзинь перед А-Ньян. Вы можете быть там во время этого поклона.       Цзинь Лин вмешался, наблюдая, как его дядя потянулся к веймао и снова надел его, чтобы закрыть ярко-красное лицо. Цзя Пин усмехнулась.       — Да ладно, пап, ты слышал вещи гораздо хуже и краснел меньше. — говорила она, скрестив руки на груди и прислонившись к стене.       Глаза Хуайсана расширились.       — А ты?       Вэй Ин сорвал веймао с головы и швырнул его через всю комнату.       — Ах, Не-сюн. Это Цзя Хуа, моя дочь. — Он сделал паузу. — Ну, технически она Вэнь Хуа, но я думаю, мы все знаем, почему она поменяла имя. Она старшая сестра А-Юаня, — объяснил он, наблюдая, как шок заливает лицо его друга. Тот медленно моргнул, его взгляд упал на Цзя Хуа, когда она подошла к Сычжую.       — Вэй-сюн, ну что за компанию ты собрал.       Вэй Ин кивнул.       — А-Юань и А-Хуа, затем А-Лин — и я не забываю тебя, Цзинъи, не думай, что я оставляю тебя в стороне, — сказал он, указывая на то, как мальчик открыл рот.       — Четверо детей, — Хуайсан посмотрел на Лань Чжаня. — Ванцзи-сюн, вместо одного сына у тебя теперь трое сыновей и дочь.       Лань Чжань кивнул, на его лице появилась слабая улыбка. Хуайсан прислонился к столу.       — Есть ли планы на большее?       Глаза Вэй Ина расширились, а лицо покраснело.       — Хуайсан! Сейчас происходит слишком много всего, чтобы об этом думать…       Вэй Ин был прерван учеником Не, ворвавшимся в комнату и немедленно побежавшим к Хуайсану.       — Глава, Зал Предков, кто-то в него вломился.       Он говорил между вздохами, и он, и Хуайсан обменивались широко раскрытыми глазами. Хуайсан вскочил на ноги.       — Не-сюн--       — Нет времени объяснять, Вэй-сюн! Нам нужно идти немедленно! — закричал Хуайсан, взвизгивая, когда его глаза на мгновение встретились с Ханьгуан-цзюнем — только чтобы встретить его пристальный взгляд, и он сразу понял причину.       — Ванцзи-сюн, клянусь тебе, Не Цзунхуэй сохранит Вэй-сюна в секрете! Но нам нужно идти сейчас же!