Пара строк

-Мамочка. Мэри жмуриться, стоя перед большим панорамным окном в коридоре. Сквозь него проникает солнце ранней весны. Наверное, оно совсем не греет, но в этом холодном доме она рада хотя бы иллюзии тепла. -Мам. Мэри сжимает в руке крестик на золотой цепочке. Молитвенник у нее отобрали, вместе с иконкой - их Натан не хотел видеть в своем доме. Но крестик она сумела себе оставить, хоть и остальные в доме были этим не довольны. -Мамуля, любимая. Мэри очень не хочет смотреть на это. Знает, что оно, скорее всего, стоит примерно в полуметре от нее - не хочет подходить близко к солнечному свету. Весь коридор темный, потому что остальные окна занавешены плотной черной тканью, поэтому, она, как обычно, увидит только светящиеся глаза. -Мамочка, взгляни на меня. Мэри жмуриться, до цветных кругов перед глазами, знает, что оно не уйдет, но все равно лелеет слабую надежду. Неожиданно, она слышит скрип половицы и вздрагивает, открывая глаза. Оно стоит в каком-то десятке сантиметров. У нее тело девочки лет десяти. Невинная белая ночнушка. Бледная кожа, рыжие кудри. Пасть с острыми клыками, перепачканными кровью и светящиеся красные глаза. Последние две вещи не дают обмануться и принять ее за человека. Это монстр. Самый страшный, из существующих. -Мы с Натом поиграли с собачками. Папа сказал, что мы сделали все правильно. Мэри мимолётно, малодушно радуется тому, что кровь собачья. Не кого-то из оставшейся человеческой прислуги, или какого-нибудь идиота, решившего зайти на далекую от цивилизации территорию поместья Веснински. И тут же чувствует неприятный укол раздражения и разочарования, вспоминая, что родила из себя сразу двух таких тварей. Удивительно похожих на отца близнецов. Глупо было геройствовать и разрешать отдавать себя на откуп Натану от клана. Глупо было думать, что вампирские гены не возьмут верх, и она сможет родить человека. Натан не убил ее только из-за договора, да крестика на хлипкой цепочке, а родила она двух сильных вампиров, которые первым делом кинулись не к ее груди, а шее. Девочка, с удивительно человеческим именем - Амалиэль склоняет голову на бок, и капля чужой крови с ее подбородка капает на белую ночнушку. -Мама, иногда мне кажется, что ты не любишь. Не меня, не Ната, не папу. Мэри поджимает губы. Даже если она захочет притвориться - не сможет. -Не люблю.-Честно говорит она. -Ну и ладно.-Амалиэль легко пожимает плечами.-Зато мы тебя любим. И не отпустим. Со щеки Мэри катиться одинокая слеза, и впитывается в высокий ворот свитера, скрывающий укусы.