С любовью, Джеймс

Джей стоит возле окна и внимательно рассматривает, как город медленно прячется под белым пушистым одеялом. Наконец Вселенная внимает его желанию и посылает снег. Но даже это не особо радует. Не приносит больше того восторга, ведь все его мысли снова и снова возвращаются к Тони. После той странной встречи проходит ровно три недели. Ровно три недели от Тони нет вестей. Близится Рождество. Тоска наполняет душу, будто залитый до краёв кувшин с прокисшим вином. Он не знает, выпутается ли из этой паутины, и чувствует себя маленьким утёнком, бегущим за первым встречным человеком, который оказывается добр к нему. Джей славился импульсивными поступками. Чего только стоило решение выйти на улицу «Крылья бабочки». И да, обычно он сильно жалел. Но не в этот раз. Ведь жизнь столкнула его с Тони: взрослым, красивым и добрым. Именно о таком партнёре и мечтал Джей. В один из субботних вечеров ему в голову приходит очередная сумасбродная идея. И вот он, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, стоит возле подъезда Тони. Дует сильный ветер, и снег крупными хлопьями опускается на волосы и ресницы, превращая его в маленького снеговика. Джей впервые за долгое время тратится на такси. К сожалению, попытка не увенчивается успехом. Джей несколько раз звонит и стучит в дверь, но в ответ слышит только тишину. Как же глупо было приезжать без предупреждения. Он снова выходит на улицу и долго стоит возле одинокого дерева, наблюдая за редкими прохожими. Все нормальные люди в такую ужасную погоду сидят по домам. Никто по доброй воле не вылезет из-под уютного пледа. Так где же Тони? Наконец в поле его зрения появляется тот, ради кого он терпит холод целых два часа. Даже пальцы чуть не отморозил. Джей дышит на замёрзшие руки и несколько раз подпрыгивает, будто пританцовывая. На подъездной дорожке останавливается жёлтое такси, и из него выходит Тони. Но не один, а с довольно привлекательным мужчиной. Он нежно обнимает его за талию и что-то шепчет на ухо. Джей вздрагивает и отступает на несколько шагов назад. Его будто с силой ударяют в солнечное сплетение и насильно лишают кислорода. Глаза слезятся, губы подрагивают, а красные щёки горят. Ему обидно и горько. Ощущение, словно он глотает горькую отправленную пилюлю, вызывает тошноту. Немного придя в себя, он резко разворачивается и идёт прочь, опасаясь привлечь ненужное внимание. Джей убегает. Подальше от этого дома и района. От этого места и от этого мужчины, который за такой короткий срок прочно зацепился за его хрупкое сердце.

***

Тридцать минут назад Джей завершил смену в кафе. И ровно тридцать минут назад открылась дверь, впуская внутрь человека, которого, несмотря на пререкания с собственным мозгом и сердцем, он так сильно желал увидеть. — Я обслужу того красавчика, — воркует коллега Джея, жадно окидывая взглядом тело Тони. — Н-нет! — слишком громко восклицает он. — Этот мой. Джей со злостью выхватывает меню, лежащее на барной стойке. — Тебе не заплатят за сверхурочные. — Ну и ладно, — он направляется к столику. — Привет, — при виде Джея Тони расцветает, словно цветок посреди заснеженного леса. — Вы готовы сделать заказ? — безэмоционально отвечает тот. — Да, пожалуйста: одна улыбка симпатичного парня. Джея обескураживает такой ответ. О ком Тони говорит? Неужели о нем? — Извините, но такого блюда нет в нашем меню. Позовёте, когда определитесь, — он разворачивается и гневно топает на кухню. Что себе Тони позволяет? Через три недели заявляется сюда, будто ни в чём не бывало? У этого человека явно отсутствует как чувство стыда, так и совести. Однако через несколько минут он вновь возвращается к столику, за которым, вальяжно развалившись на стуле, сидит Тони. Джей почему-то сравнивает его с каким-нибудь крутым мафиози, только сигары в зубах не хватает — и можно писать картину. — Ну? — он ведёт себя неприветливо, глубоко скрывая истинные эмоции. Нечего Тони знать, что, по правде говоря, Джей готов танцевать от радости. — Где твой менеджер? Я хочу пожаловаться на обслуживание, — смеётся Тони. — Это я пожалуюсь на тебя. В п-полицию нравов. — Я тебя чем-то обидел? — недоумевает он. — Нет. Джей смотрит куда угодно, но только не на Тони. — Тогда почему ты со мной так разговариваешь? Будто я отобрал твоё мороженое. — Я, если ты не заметил, пытаюсь работать. — Так мне уйти? Джей вздыхает и опускает голову, разглядывая пол. — Нет. — Хорошо. Но тебе придётся объясниться. Джей ещё раз шумно вздыхает. — Ой, ну хватит, — продолжает Тони. — Мне уже стыдно. Хотя я так и не понял, когда успел тебя обидеть. — За три недели ты ни разу не позвонил. И не ответил на моё сообщение. — Я ответил. — Просто «ок» не ответ. — Извини, у меня были кое-какие дела. — Какие? Высокий стройный блондин? Джей сам толком не понимает, почему так сильно злится. Но он ревнует. И признаться в постыдном чувстве самому себе было словно открыть спрятанный глубоко на дне потаённый сундук с секретами. — Что происходит, Джей? Почему ты снова предъявляешь мне какие-то необоснованные претензии? Я не твой любовник, не твой парень и даже не твой друг! — вспыхивает Тони. — Не д-друг, значит? — Джей вздрагивает, прикусив язык. — Я передумал. Уходи! — Что случилось? — Тони резко вскакивает с места, опрокидывая стул, и обхватывает ладонями лицо Джея. Мягкая нежная кожа ощущается так приятно, что кончики пальцев покалывает от наслаждения. — Открой рот. Джей в удивлении широко распахивает глаза. Однако требование выполняет беспрекословно. — Ты язык прикусил, — констатирует Тони. — Сильно больно? — Терпимо. — Скоро заканчиваешь? Джей слегка ёжится, но так как его щёки всё ещё находятся под тёплым натиском ладоней, он прикрывает веки, лишь на короткий миг теряясь в прикосновении и позволяя себе немного помечтать о большем. — Я закончил. Уже минут тридцать назад, — мямлит Джей. — Дуй за вещами. Я довезу тебя до дома.

***

Внутри квартиры Джея ничего не изменилось: одежда так же валяется на диване, а в раковине неаккуратной стопкой стоит посуда, будто являя миру мини-инсталляцию Пизанской башни. Тони прищуривается и цокает. Он снимает с себя кожаную куртку, закатывает рукава чёрной рубашки, включает кран и, не дожидаясь тёплой воды, берёт в руки первую тарелку. — Тони! — выкрикивает Джей и, словно молния, устремляется к нему. — Ты-ты… Ты что делаешь? От стыда всё его тело покрывается розовыми пятнами. — Помогаю. Ты слишком много работаешь, а я как раз займусь чем-нибудь, пока жду. — Не надо, — он хватает тарелку, вырывая её из цепких пальцев Тони. — Ты устал. В твоём возрасте нужно развлекаться в колледже и познавать жизнь, а не торчать целыми днями на работе. Кстати! Сегодня я пригласил своего старого друга увидеться. Составишь мне компанию? — С виду Тони выглядит абсолютно невозмутимым, но на деле волнуется так, что ладони потеют и из рук выскальзывает кружка. Он будто зовёт Джея на самое что ни на есть настоящее свидание. — Во-первых, мне бы не дали кредит на нормальный колледж. И вообще, не лезь. Это не твоё дело. Во-вторых, я согласен. — Бунт? — ехидно ухмыляется Тони. — Иди собирайся, пока я тебя не отшлёпал за дерзость. Джей краснеет пуще прежнего и мечется по комнате, как хомячок в клетке. В конечном итоге хватает какие-то вещи и убегает в ванную. Тони спокойно домывает посуду и терпеливо ждёт. Проходится по комнате, разглядывая книги и разбросанную повсюду мелочь. Через каких-то десять минут в дверном проёме показывается нос Джея, а затем и он сам. Улыбка мигом застывает на лице Тони, а из горла вырывается лишь протяжное «Вау!». На Джее красуется укороченный свитшот и чёрные джинсы, обтягивающие стройные ноги. — Что это? — Тони тяжело сглатывает. Его взгляд блуждает по соблазнительному телу и останавливается на пирсинге на животе. И данный факт — настоящее испытание, которое с первой же секунды с треском провалено. — Одежда. А что не так? — У тебя пупок видно! — взмаливается Тони. — И ч-что? — невозмутимо парирует Джей. «Тони! Ты взрослый мужчина. Может, хватит вести себя как малолетний ревнивый болван?» — Ничего, — он вздыхает с некой долей обречённости и прикрывает ладонью лицо. А в уме ставит галочку в пункте «Не отходить от него ни на шаг». Он обязан защитить честь Джея от посягательств назойливых поклонников. А в том, что они будут, он даже не сомневается. Джей выглядит великолепно. Однако совершенно не важно, что на нём надето, — старый потрёпанный свитер или модная броская одежда. Тони нравится любой его образ. А без одежды, наверное, ещё лучше. Обнажённый и в его постели. Стоп. Тони осаждает свои мысли и встряхивает головой. Что значит «нравится»? Он вроде бы последние три недели активно договаривался с мозгом и телом, что никаких «нравится» не существует.

***

— С кем мы там встретимся? — интересуется Джей. Они выходят из машины, направляясь к непримечательной вывеске. Но за скромными дверями располагается один из самых статусных баров города. — С моим другом. Сначала ты его можешь испугаться, но он правда хороший. Мы с ним сидели вместе. Джей спотыкается. — Не внушает доверия. — А я? Внушаю? — Ты — другое дело. Ты меня спас, — довольно улыбается Джей. — Не переживай, — Тони ободряюще хлопает его по плечу. — В отличие от меня он хороший. Как только они оказываются внутри, Джей весь сжимается, ощущая, как тело пробирает медленным ознобом. Это не ускользает от зоркого взгляда Тони. Дело в том, что после ужасного события десятилетней давности Джей чувствует себя очень дискомфортно среди большого скопления людей и ничего не может поделать со своим закостенелым страхом. Он извиняется и отходит в уборную. Тони оглядывается по сторонам, ища глазами друга, и замечает его сидящим за дальним столиком. Бенджамин Ларсен, бывший сокамерник и соратник. Удивительно, как легко этот серьёзный мужчина в круглых очках согласился встретиться в таком необычном для него месте. — И это, — Бенджамин удивлённо приподнимает брови, когда Тони подходит к нему и садится напротив, — кто? Тот, с кем ты пришёл. — Джеймс, — кратко отвечает он. Только Бенджамин открывает рот, чтобы высказать предположение, как Тони тут же перебивает его. — Забавное совпадение. Будто сама судьба решила надо мной поиздеваться. — Я хотел сказать… А сколько ему лет? — Двадцать два, — морщится Тони. — Совсем ещё юный. — Итан был всего на год старше, когда попал к нам в камеру. — Ага, — буркает Тони, делая глоток безалкогольного пива, поскольку сегодня играет роль трезвого водителя. — А я на пять лет младше. — Я хочу, чтобы ты был счастлив. — Серьёзно, что ли? — скептически ухмыляется он. — Я такой подарок не заслужил. Мой удел — гнить в одиночестве. Ещё я не умею любить кого-то… — Кто не Джеймс? — серьёзным голосом произносит Бенджамин. — Ну, — протягивает он, — похоже, судьба всё же решила не поиздеваться, а дать тебе второй шанс. — Да пошла она к чёрту со своими шансами! — парирует Тони, делая ещё один глоток. Когда Джей возвращается, разговор плавно перетекает на разные забавные темы. Они много смеются и даже несколько раз выходят на танцпол. Бенджамин рассказывает про Тони разные байки, выставляя его в самом выгодном свете, но в итоге выходит с точностью да наоборот. Джей целый вечер хохочет как заведённый, а Тони красный от смущения и стыда. На часах уже час ночи. Бар заполняется пьяными телами. Музыка звучит громче, мешая не то что разговаривать, а даже слышать собственные мысли. Джей несколько раз зевает. — Хочешь спать? — Тони наклоняется к его уху и слегка касается губами мягкой кожи. От Джея так вкусно пахнет. Чем-то сладким и свежим. — Немного. — Пойдём! Они прощаются с Бенджамином и направляются к парковке около соседнего здания. — Итак, — Тони останавливается возле чёрной «Тойоты». Снимает машину с сигнализации, засовывает руки в карманы джинсов и выжидающе смотрит на Джея. — Я бы чего-нибудь перекусил. — Тогда ко мне? Посмотрим немного Нетфликс, а потом я постелю тебе на диване. Джей так искренне радуется внезапному предложению, что аж подпрыгивает на месте, как мячик-попрыгун. — Я никогда не ночевал вот так, где-то. Прям как в сериалах про школу или колледж. — Ты шутишь? Как такое возможно? — Я сирота, Тони. Вырос в детском доме. Мне некуда было водить моих воображаемых друзей. Его немного шокирует такое откровение. Конечно же, Тони подозревал, что Джей явно не из благополучной семьи, но чтобы сирота… Сколько же ему пришлось вынести за свои двадцать два года? Желание обнять и обогреть буквально прожигало кожу насквозь, но Тони сдержался. — Прости, я не знал. — Почему все люди без исключения, только заслышав о том, где я вырос, сразу начинают извиняться? Будто ты виноват в том, что отец бросил нас, а м-мать умерла, когда мне было шесть. И следующие твои слова обязательно будут «мне жаль». Ненавижу это. — Что хочешь на ужин? — резко переводит тему Тони. Джей озадаченно морщит лоб. — Как насчёт пасты с морепродуктами? А можно готовить буду я? Тони задумывается. Чем чревато такое тесное общение, медленно перетекающее из статуса «приятели» в «близкие друзья»? Явно ничем хорошим. — Думаю, я разрешу тебе попробовать. Только не спали мне всю кухню. — Кто бы говорил, шеф-повар одного блюда. — Эй, моя яичница — настоящий дар богов. Джей задорно хихикает. Садится в машину на пассажирское сиденье, пристёгивается и через пять минут спокойно засыпает, прислоняясь лбом к прохладному стеклу.