Укушенный бешеным псом умирает

Это меня раздражает, выводит из себя

И заставляет метаться.

Да, я бесконечно сдаюсь

И выворачиваюсь наизнанку.

Потому что я хочу этого сейчас, я хочу этого сейчас.

Отдай мне своё сердце и душу.

И я срываюсь, я срываюсь.

Последний шанс потерять контроль.

      Драко вёл машину уверенно, его длинные пальцы привычно сжимали кожаную оплётку руля. Гермиона не могла оторвать взгляда от его рук: под белоснежной кожей отчётливо проступали вены. Чувствуя, как сильно соскучилась по нему, Гермиона не выдержала и положила ладонь ему на бедро, слегка сжимая плотную ткань брюк. Драко бросил на неё удивлённый и заинтересованный взгляд, чуть усмехнувшись. — Потерпи до дома, — прошептал он, и его низкий голос отозвался внизу её живота новой волной дрожи. — Если ты продолжишь говорить таким тоном, мы до дома не доедем, — выдохнула Гермиона, вознаграждённая его тихим смехом. Он переложил руку ей на бедро, намереваясь скользнуть между её ног, но она плотно сжала колени. — Нет, мне нужно в душ, — она посмотрела на него умоляюще, но он покачал головой, пытаясь проникнуть под полу её кимоно. — Драко, нет. Драко прекратил атаку и нежно коснулся её лица, очертив линию подбородка пальцем, возвращая взгляд к дороге. В тёмной квартире, в глубине спальни, их встретил только одинокий светильник, едва справлявшийся с темнотой, но и с его помощью Гермиона видела, как дом превратился в холостяцкую берлогу. Не включая свет, Драко отправил Гермиону в ванную, на что она только усмехнулась, вспомнив, как выглядел его дом в прошлый его депрессивный период. Драко и сейчас явно не ждал гостей. Уже за шумом воды она услышала шум включённого пылесоса. Гермиона вышла из душа, чувствуя себя такой свежей, но тут же разочарованно цокнула: вся её одежда осталась у Джинни дома, даже нижнего белья не было. Открыв ящик для белья, она выудила одну из футболок Драко. Вспомнив те времена, когда они только начинали жить вместе, она натянула её. Драко уже сбросил пиджак и рубашку, перестилая кровать. Она подошла со спины, заворожённо глядя на его лопатки. Под защитной тату-плёнкой угадывались очертания дракона, эскиз которого она видела до свадьбы в студии. — Красиво, — прошептала она, едва касаясь кончиками пальцев края плёнки. — Скоро закончу, — бросил он через плечо, а затем развернул её и усадил на край кровати. — Давай спать, уже поздно. — Драко, — предостерегающе произнесла она, глядя на него снизу вверх. — Я не лягу спать, пока ты мне всё не расскажешь. Он раздражённо выдохнул, запустив пальцы в волосы. — Ты не уснёшь, если я расскажу, — пробурчал он, уходя на кухню. Когда он вернулся, в руках у него был поднос со стеклянным чайником, из носика которого шёл пар. Он разлил чай по кружкам, передавая одну ей. Гермиона криво улыбнулась и поймала его взгляд. — Прости, что обожгла тебя. Я старалась, очень старалась не устроить тебе истерику прямо там. — Пустяки, — Драко даже не улыбнулся, лишь коротко кивнул на чашку. — Пей. Аромат мяты уже щекотал её ноздри, и она покорно подула на золотистую поверхность, затем пригубила чай. Драко молчал, пока она не выпила половину, а затем тяжело вздохнул. — Что ты уже успела надумать в своей пушистой голове? — спросил он с горькой усмешкой. Гермиона чуть опустила чашку, не сводя с него взгляда. — Ты снова в Семье и помогаешь Люциусу, каким-то образом связан с недавним терактом во дворце и премьер-министром. Куинни — непростой дизайнер, возможно, она из другой мафиозной семьи. У вас произошло что-то плохое, возможно, были похороны. Смит узнал о вашей семье и пытался меня шантажировать, — быстро говорила она, пока Драко едва заметно морщился и отпивал свой чай. — Я думаю, что вам кто-то угрожает, возможно, самой Семье или тебе лично. — Всё верно, — Драко чуть закатил глаза, следом покачал головой. — Но я всё равно считаю, что тебе не нужно это знать. — Драко, — строго сказала она и протянула руку, чтобы положить её ему на колено. — Помнишь, мы обещали быть вместе в болезни и здравии? Он кивнул и подвинулся ближе к ней. Забрав её чашку, он притянул Гермиону к себе, заставляя лечь на бок, и начал медленно гладить её по плечу, собираясь с мыслями. — У Люциуса начались проблемы в совете кланов: после Блейза он никого не взял к себе, Амикус Кэрроу, кого он рассматривал на его место, пропал. И Люциус попросил меня временно стать его подручным. Помочь, поскольку Семья всё равно будет распущена. И тут ты говоришь мне о странной женщине, которая уверила тебя, что знает меня… Я чуть не сошёл с ума. Ястреб впустил её к тебе. В ту ночь я поехал к Люциусу, чтобы набить морду Ястребу и уволить его, но нас ждала посылка. Драко замолчал, и Гермиона почувствовала, как его тело напряглось. — Продолжай, — напряжённо шепнула она. — В посылке были человеческие уши. Отрезанные. И записка на французском: «У стен есть уши». В моём пиджаке Люциус нашёл прослушивающее устройство. От пронёсшегося под кожей ужаса Гермиона не могла даже вздохнуть. Драко легонько погладил её по руке и наклонился, чтобы поцеловать. — Мы уничтожили его, но я вспомнил, как какая-то женщина в ресторане подбросила его мне в карман сутками ранее. Мы думали, что это дело рук Куинни, поскольку других врагов у нас тогда не было. Приставили к тебе охрану, а ты сбежала нанять Ястреба, решив, что всё знаешь лучше всех. А когда ты добровольно вышла к Куинни в театре… — ядовито выдохнул он. У неё по спине побежали мурашки от осознания, какой опасности она себя подвергала. — Я хотел запереть тебя дома под сотней замков, чтобы ты никуда не выходила и не совала свой любопытный нос, — процедил сквозь зубы он ещё злее, но всё так же аккуратно поглаживая её. — Почему же ты просто не рассказал мне всё? — едва слышно пролепетала она. — Потому что ты беременна, — взглянул он на неё свысока. — Я думал, если ты поймёшь, что сюда лучше не лезть, то остановишься. Но ты, как всегда, думала, что умнее всех. В тот день после театра мы получили вторую посылку с запиской «Я слежу за вами», где были вырванные глаза и наша фотография со свадьбы из кабинета Люциуса. Мы поняли, что кто-то пробрался в резиденцию и хозяйничал там. Гермиона содрогнулась, представив, как глаза Амикуса катятся по столу, оставляя за собой кровавый след. — А утром пришло сообщение о «сюрпризе» в порту, — голос Драко стал отрешённым. — Мы нашли Амикуса. Точнее, то, что от него осталось. Его пытали, а внутрь его живота был вшит Кодекс, что хранился в резиденции. Крысу мы так и не нашли. Кто-то умный или наглый, или всё вместе, играет с нами. — Те похороны… Это был он? — тихо спросила она, чувствуя, как наворачиваются слёзы. Она не знала Амикуса, но реакция Драко на его смерть что-то перевернула внутри неё. — Да. Я хотел увезти тебя подальше, чтобы спрятать, и Нотт очень вовремя позвал вас развеяться. Но Куинни нашла тебя и там. — Стой, — Гермиона резко села на кровати и уставилась на него. Его почерневшие глаза настороженно смотрели на неё. — Она предупредила! Драко, если бы не её записка, а потом твой звонок, Люциус бы погиб. — Мы не можем ей верить. Вся эта херня началась с её появления. — Я… — она выдохнула. — Я думаю, она хорошая, почему-то я ей верю. — Нет, Гермиона, — он притянул её к себе, удерживая за плечи, прожигая взглядом. — Если ты её увидишь, кричи так громко, чтобы я услышал тебя с другого конца планеты. Хотя это больше не понадобится, потому что я никуда тебя больше не отпущу. Ей оставалось только кивнуть. Драко чуть ослабил хватку, но лишь для того, чтобы устроить её голову у себя на груди. Гермиона замерла, слушая, как сильно бьётся его сердце. Они были вместе, и эта разлука казалась ей такой далёкой, словно он никогда её не оставлял, хотя всё было наоборот. — Прости меня, — едва слышно прошептала она. — Я хотела тебя наказать, чтобы ты понял, что меня обманывать нельзя. Думала, ты мне всё расскажешь. — Я не хотел, чтобы ты переживала. Я думал, что смогу быстро с этим разобраться и вернуться к тебе, ничего тебе не рассказывая. Она мстительно сжала пальцами точёный, без единого грамма жира, бок. Казалось, он всё это время держал себя в строгой форме. Мышцы стали более рельефными и ярко выделялись в тусклом свете ночника. — Поверь, я страдал не меньше твоего, — он приподнял её лицо за подбородок, заставляя смотреть в глаза. — Только твоё сердитое личико в окне поддерживало меня. Нежный поцелуй стал покрывать её губы и чуть дальше. Она почти растаяла, но, вовремя опомнившись, мягко отстранилась. — Это всё? Или есть что-то ещё? — Нет, не всё, — Драко перевёл дыхание и поморщился. — Она или он долго не выходили на связь. Пока мы не получили фото с избитым Краучем и запиской с просьбой поиграть. — Брови Гермионы взлетели вверх. — Люциус хотел, чтобы я занялся политикой, когда мы закончим дела с Семьёй, и уже готовил для меня почву. У нас с Краучем был назначен официальный ужин, но, похоже, у Куинни или кого-то другого были другие планы. Двумя записками она привела нас во дворец, где мы и нашли Барти со взрывчаткой. — Ты был там? — похолодела она, надеясь, что он ответит отрицательно. — Был, — признал он, успокаивающе поглаживая её по щеке. Его горячая ладонь казалась лавой, соприкоснувшейся со льдом, который сковал её изнутри. — Это была лишь глупая шутка какого-то ублюдка. Нам и Барти ничего не угрожало. Она отстранилась от него и резко села на кровати. Драко притянул её в объятия, продолжая гладить по голове. — Ш-ш-ш, — приговаривал он. Гермиона поняла, что плачет, заливая слезами его футболку. Она громко шмыгнула носом. — А сейчас? — Всё хорошо, Барти одумался и нанял охрану. Мы вернулись к тому, с чего начали, — он ласково провёл рукой по её щеке, стирая слёзы, и посмотрел ей в глаза. — Я хочу, чтобы ты сидела дома и ждала, пока мы не разберёмся с Куинни или любой другой крысой. — А если я могу помочь? — с надеждой спросила она. — Ты позволишь мне помочь? — Позволю, — он поцеловал её в кончик носа, вытирая остатки слёз с её щёк. — А теперь давай спать. Он быстро разделся и лёг рядом, плотно прижавшись к её спине. Гермиона хотела бы обдумать его слова, но у неё совсем не осталось сил. Она обняла его, и почти мгновенно заснула. Всю ночь она блуждала по тёмному бескрайнему лесу, пугаясь каждого шороха. Белые лица существ появлялись между обугленными и обнажёнными мёртвыми стволами деревьев, что-то шептали, почти касаясь её ног. Она была в футболке Драко, и холод пробирал её до костей, заставляя дрожать. Вдруг что-то тёплое коснулось её живота, и лес закачался, расплываясь перед глазами, и тьма в мгновение ока сменилась ослепительно-белым светом. Она испуганно открыла глаза. Спальню заливало утреннее солнце. Разбудившей её теплотой оказалась рука Драко, которая медленно поглаживала едва заметную выпуклость внизу её живота, пока она спала. Заметив, что она проснулась, Драко придвинулся ближе и нежно поцеловал её в плечо. — Доброе утро, — прошептал Драко. Она повернулась, смотря на него, будто не веря, что это в самом деле он. Его серебристые глаза в обрамлении густых ресниц смотрели на неё нежно. Он потянулся, чтобы оставить лёгкий поцелуй на её губах. — Доброе, — прошептала она успокаиваясь. Кошмар в её сознании рассеялся, будто его и не было. — Просыпайся, соня. Пойдём завтракать. Гермиона натянула его домашние штаны, которые он предусмотрительно оставил на краю кровати, и побрела на кухню. Драко уже стоял у плиты. Без рубашки, в одних свободных брюках, он выглядел до невозможности потрясающе. У неё перехватило дыхание: порой она и правда забывала, что этот мужчина действительно принадлежит ей. Заметив её влюблённый взгляд, Драко чуть улыбнулся. Гермиона скромно присела за стол напротив, осматриваясь, и замерла. На столешнице стояла простая рамка. В ней был тот самый первый снимок УЗИ, который ей пришлось оставить у Люциуса в больнице. — Я смотрел на него каждое утро, — пояснил Драко, ставя перед ней тарелку с идеальным омлетом. — А вечером смотрел на тебя. — Мне кажется, что это мальчик, — она невольно накрыла ладонью живот. — Мне всё равно, — он чуть заметно улыбнулся, присаживаясь рядом. — Я буду любить его или её одинаково. Гермиона счастливо улыбнулась и потянулась за поцелуем. Драко ответил смешком, целуя её губы, пододвигая ближе к ней тарелку. Желудок начал урчать. Но прежде чем она донесла первый кусочек до рта, в дверь нетерпеливо забарабанили. Джинни широко улыбнулась, когда Драко с крайне недовольным видом поставил перед ней порцию завтрака. Он демонстративно отодвинул стул вместе с ней подальше от Гермионы, садясь между ними. Гермиона рассмеялась — это напомнило ей беззаботное время в издательстве Смита, когда им ничего не угрожало и когда их самой большой проблемой были язвительные комментарии Малфоя. Драко улыбнулся ей, и на душе у неё стало спокойно. Позже Драко отвёз их до дома Поттеров, чтобы помочь упаковать вещи и перевезти Гермиону обратно. Он замер у стены в её гостевой спальне, на которой Гермиона растянула паутину своих догадок, и она, покраснев, попыталась выпроводить его из комнаты. Драко даже не шелохнулся. Он перехватил её запястья, притягивая к себе, и насмешливо вскинул бровь. — Всё-таки в доме Поттера есть доска Малфоев, — протянул он, разглядывая её творение. — Ты просто злишься, что я до многого докопалась сама, — пробурчала она, пытаясь дотянуться до кнопок, чтобы всё снять. — Стой, — он снова удержал её руки. — Оставь. Будет полезным, мне только надо будет её дополнить. Гарри, заглянувший в комнату на зов Драко, замер в дверях, удивлённо вытянувшись в лице. Следом бросил ошарашенный взгляд на Гермиону, на что она только гордо вскинула подбородок, едва удержавшись от того, чтобы показать язык. Драко дружески похлопал его по плечу. — Господин констебль, как вы это пропустили мимо своего носа? Или, может, нужно купить очки посильнее? Драко охнул, когда Гарри зарядил ему кулаком прямо в торс. — Если бы я знал, то дополнил её, — пробормотал Гарри. Гермиона издевательски цокнула языком и потащила смеющуюся Джинни на кухню, чтобы приготовить чаю на всех, раз они здесь задержатся. Целый час мужчины возились со стеной, которая сильно разрослась, дополнившись новыми деталями и связями. Наконец Драко довольно откинулся на кровать и притянул к себе подошедшую Гермиону. — Нужно это сфотографировать. Люциус оценит масштаб твоей слежки, заодно покажем нашим, как надо работать, — он рассмеялся, когда она ощутимо ущипнула его за руку. — Почему ты не добавил Смита? — чуть нахмурилась она, бегло осматривая стену. — Думаешь, стоит? — Драко удивлённо вскинул брови. — Он просто мелкий идиот, возомнивший себя героем, чтобы угрожать тебе и мне. — Стоит, — уверенно качнула головой Гермиона. — Я просто не успела. Он же откуда-то узнал, значит, кто-то ему рассказал. Драко на мгновение задумался, пожал плечами и всё же добавил ещё один листок, соединив его красной нитью с основной группой. Гарри, поглаживая подбородок, внимательно изучал обновлённую схему. Из кухни уже продолжительное время доносился потрясающий аромат запеканки Джинни, и с ним Гермиона сражалась, но проиграла, в тишине комнаты отчётливо заурчало в животе. Гарри первым направился к выходу, чуть посмеиваясь. Драко, никак не комментируя, приобнял покрасневшую Гермиону, ведя за собой. — Расследование чуть-чуть может и подождать.

𖥠

      Поразительно, но всё быстро встало на свои места. Гермиона вернулась в издательство и с новыми силами приступила к работе. Локхарт явился в издательство полностью окрылённый, с новой рукописью в трясущихся от волнения руках. По его словам, поддержка читателей вызвала в нём небывалый прилив вдохновения. Гермиона с трудом уложила увесистую папку в сумку, чтобы почитать её дома. Теперь все предстоящие выходные она проведёт за этой рукописью. Стивен прислал роскошный букет в знак благодарности за успех последней книги. И конфеты, которые пошли на ура за чашкой чая в ланч. Кажется, Гермиона начала привыкать к его вкусу. Рабочие будни неслись вскачь, пытаясь перегнать серую, дождливую осень, которая в этом году была особенно холодной. Приёмная издательства заполнилась авторами и гостями, нервирующими Ястреба, но только благодаря постоянной работе Гермионе было проще игнорировать маячившую на периферии тревогу. Драко почти всё время проводил у Люциуса. Они по крупицам собирали информацию, пытаясь вычислить таинственного шутника и понять истинную роль Куинни в этом хаосе. Совет кланов тоже требовал его постоянного присутствия. Вечером он кратко отчитывался перед Гермионой, чтобы она не беспокоилась, и рассказывал о том, что они успели сделать за день. Она по-прежнему не одобряла его возвращение в Семью, но понимала, что сейчас у него нет другого выбора. В один из таких вечеров, ожидая Драко, Гермиона решилась и первой набрала номер Нарциссы. Несмотря на то, что тогда она обидела её своими подозрениями, но Гермиона сильно привязалась к ней и хотела поговорить. — Да? — прозвучал нежный голос, и сердце Гермионы забилось чаще. — Милая, я так рада, что ты позвонила. — Я звоню, чтобы извиниться, — затараторила Гермиона, нервно накручивая прядь волос на палец. — Я понимаю, что вы мудрее, и мои слова тогда… — Нет, постой, — мягко перебила её Нарцисса, и по её тону было слышно, что она улыбается. — Это ты меня прости. Я ни в коем случае не хотела обидеть. Просто у меня когда-то тоже были сложные времена и очень странные мысли, которые пугали меня саму. Гермиона глубоко вдохнула, понимая, о чём говорит Нарцисса. Ведь когда её выдали замуж силой и она не любила Люциуса, у неё действительно могли возникать такие мысли. — Прости меня, Гермиона, мне очень стыдно, — продолжала Нарцисса. — Я хотела позвонить тебе сразу, но Люциус попросил меня подождать. Особенно после твоего визита к нему в больницу. — У нас с Драко всё хорошо, — прошептала Гермиона, стараясь сдержать слёзы. — На самом деле, сейчас всё просто прекрасно. — Я знаю, — ответила Нарцисса с улыбкой. — Он мне первым делом позвонил, чтобы порадовать. Гермиона рассмеялась с облегчением, и Нарцисса поддержала её смех. Их связь с Драко действительно поражала её. Она невольно задумалась, были бы её отношения с собственными родителями такими же, если бы… Она тряхнула головой, отгоняя эти мысли. Сейчас её семьёй были Малфои. Ну и Уизли, как бы сильно Драко ни сопротивлялся. — Гермиона, — голос Нарциссы стал теплее. — Я очень соскучилась. И, поверь, не только я. В трубке послышался шорох, а затем взволнованный голос Мелиссы. Гермиона закусила губу, совсем забыв о своём обещании позвонить милой экономке. Мелисса также справилась о её здоровье и снова попросила звонить ей, если будет возможность. Гермиона сразу же сделала пометку в своём ежедневнике. Нарцисса пригласила их провести Рождество в Мэноре. И все последующие праздники. Гермиона пообещала передать это Драко, хотя внутри очень сильно сомневалась. С их сумасшедшим графиком в издательстве и проблемами Драко в Семье, спокойный отдых казался совершенно непозволительной роскошью. Вечером Драко примчался в апартаменты с загадочной улыбкой и горящими глазами, ничего толком не сказав, лишь попросил вызвать Джинни, а также начать собирать вещи. Но и без слов Гермиона догадалась, что ремонт завершён. С нетерпением вместе с Джинни она вихрем носилась по квартире в попытке быстро всё сложить, ведь она была в восторге от проекта Куинни. В доме пахло свежей краской и новыми вещами. Свадебные подарки гармонично вписались в интерьер, будто были созданы специально для него. Гермиона с восхищением прошлась по гостиной, выдержанной в сине-бежевых тонах, что теперь казалась просторнее благодаря деревянным балкам на потолке. Одна стена осталась девственно-белой благодаря Куинни, чтобы она подходила для проектора, как и было задумано. Кухня, сохранив чистоту белого, обзавелась лёгким круглым столом и кухонным островом, к которому Гермиона так привыкла на съёмной квартире. Главное, что везде теперь появились цветы в горшках, за которыми теперь требуется тщательный уход. Гермиона мысленно зафиксировала себе, что нужно будет узнать всё у Джинни. Спальня стала изумрудно-зелёной, а над кроватью теперь красовалась картина с абстракцией в бело-чёрных и коричневых цветах. Подарок Тонкс. Немногочисленная мебель Драко дополнилась туалетным столиком и отдельным шкафом для Гермионы. С замиранием сердца Гермиона приоткрыла дверь в новую комнату, для создания которой пришлось пожертвовать частью спальни и гостиной. Белоснежная, с тёплым песочным паркетом и окном, выходящим в тихий внутренний дворик, где прямо под окнами уже было высажено дерево. — Падуб, — негромко произнёс Драко, подходя к ней сзади и кладя руки на плечи. — Зимой на фоне снега, его красные ягоды будут смотреться красиво. — Отличный выбор, — улыбнулась она и глубоко вдохнула. — Мне всё нравится. Спасибо тебе. — И, самое главное, теперь здесь установлена сигнализация, — он указал на окно и позади себя. — Также установлены датчики движения и камеры, так что никто не сможет сюда войти. Даже Белла. Всё было прекрасно, кроме того, к чему она слишком привыкла. — А Ястреб? — тихо спросила она. — Он вернётся к Люциусу, у них есть съёмная квартира недалеко от резиденции, — ответил он и покачал головой, когда она нахмурилась. — Я не забираю твоего телохранителя, я буду вызывать его, когда отлучусь. — Хорошо, — немного успокоилась Гермиона и с надеждой заглянула ему в глаза. — Может, позовём всех, раз уж у нас новоселье? Новоселье решили отпраздновать в тот же вечер. Пока Драко отлучился по делам, Джинни занималась готовкой, Гермиона только мешалась под ногами. Тонкс приехала чуть позже, сияя от восторга при виде своей картины в спальне, сообщив, что Римус задерживается на работе. Как и Поттер, конечно. Восторженные похвалы были слышны и из детской, хотя там пока ничего не было. Драко запретил покупать что-либо, даже мебель, до рождения ребёнка. Размышления Гермионы прервал звонок в дверь. В дверях счастливо светилась Луна, в её волосах затерялся свет от фонаря. Но стоило Гермионе привлечь её в объятия, как она заметила за машиной фигуру, чуть потерявшуюся в вечернем тумане. Мелькнули рыжие волосы. — Рон! — окликнула Гермиона, взяв холодную руку Луны и согревая её. Он остановился у калитки, словно раздумывая, стоит ли повернуться к ним или уйти. — Привет. — Рональд! — с улыбкой произнесла Луна. — Я же говорила, что так и будет. Он тяжело вздохнул и нехотя подошёл, взглянув на Гермиону. Кажется, он ещё больше вытянулся, надев вместо дутой куртки длинный тёплый пуховик. А его вязаная шапка с лисьими хвостиками не оставляла сомнений в том, кто её связал и подарил. — Зайди, пожалуйста, выпей с нами чаю, — пригласила, чуть улыбаясь, Гермиона, отступая в прихожую и ёжась от холодного ветра, трепавшего полы платья. — Сейчас же не лето. Рон вошёл, помогая Луне снять пальто, и замялся, встретившись взглядом с сестрой. Джинни вышла из кухни, вытирая руки о полотенце. — О, Рон! Какими судьбами? — Провожал Луну. Гермиона пригласила на чай, — буркнул он, косясь на Гермиону так, словно она могла отказаться от своих слов. — Конечно, — с усмешкой протянула Джинни. — Ей теперь только чай и доступен. Гермиона шутливо толкнула Джинни. Драко не одобрил её тягу к кофе и снова перевёл на чай. Взгляд Рона застыл на её животе, который уже слегка прорисовывался через облегающее платье. — Поздравляю, Гермиона, — искренне произнёс он и неловко раскрыл объятия. Луна деликатно взяла Джинни за локоть и увела её из прихожей. Гермиона проводила их взглядом и на Рона, который застыл с напряжённо вытянутыми руками. Она сделала шаг навстречу Рону и уткнулась лбом в его грудь. От него по-прежнему пахло имбирным печеньем, карамелью и кедром. — Прости меня, — прошептал он ей в макушку. — Я идиот, ненавижу себя. Обещаю больше никогда не злить тебя. С Луной у нас теперь всё хорошо. И я просто хочу, чтобы мы снова были друзьями. — Помолчи, я больше не злюсь, — ответила Гермиона, поднимая голову и увлекая его за собой. — Пойдём, выбери себе чай, у меня теперь есть выбор из пары сотен сортов. Рон с интересом осматривал новый интерьер, задержавшись в детской, а потом долго гладил Тома, который совершенно не возражал против перехода в новые руки. Компания перебралась в гостиную. Под оглушительное мурчание Тома обсуждали всё подряд: от завалов в издательстве до планов на рождественские праздники. В прихожей хлопнула дверь. Драко замер на пороге, и его серебристые глаза мгновенно сузились, зафиксировав присутствие Рона. Драко, не сводя с него взгляда, вежливо поздоровался и подошёл к Гермионе, поцеловал её в висок и опустился рядом на диван. — Уизли, — протянул он с неким пренебрежением. Джинни демонстративно фыркнула, и Драко перевёл взгляд на неё: — Ты уже не в счёт, Поттер. Кстати, когда у вас свадьба? — Весной, — ответила Джинни, отбрасывая волосы за спину и поигрывая пальцами, заставив бриллиант на пальце сверкать в свете люстры. — Драко, — вдруг начал Рон. Драко изумлённо вскинул брови, явно не ожидая обращения по имени. — Я хочу принести официальные извинения перед тобой и твоей женой. За всё, что было сказано и сделано на эмоциях. Надеюсь на дружеские отношения между нашими семьями. Луна мягко положила голову ему на плечо, и они оба замерли в глупых улыбках в ожидании вердикта. Гермиона не выдержала и прыснула в кулак, глядя на совершенно ошарашенное лицо Драко. Тонкс, пряча улыбку, принялась с преувеличенным интересом изучать кольцо Джинни. Драко криво усмехнулся. — Посмотрим, Уизли. Сначала наберись смелости и сделай предложение Лавгуд, — всё же ответил Драко. Рон густо покраснел и в замешательстве покосился на Луну. Гермиона легонько толкнула Драко локтем в бок. — Он шутит, — успокоила она друзей, заметив, как Луна задумчиво рассматривает свои пальцы. — Не слушайте его, делайте всё так, как чувствуете. Нужно было срочно сменить тему. Гермиона взглянула на Нимфадору, что мгновенно встрепенулась. — Где пропал Римус? — с намёком продолжила Гермиона. — Должен же был уже приехать. — Застрял в школе, где ж ему ещё быть? — преувеличенно оживлённо начала жестикулировать Нимфадора. — После того как Драко оплатил их эксперименты, я почти не вижу ни мужа, ни сына! Спасибо тебе, Драко! — Не за что, — усмехнулся Драко, явно заценив неприкрытый сарказм. — Поттер писал, чтобы его, скорее всего, тоже сегодня не ждали. Вечер прошёл на удивление гладко. Драко извлёк на свет антикварные шахматы, и они с Роном сели напротив друг друга. Напряжение ощущалось в воздухе, как статическое электричество, вот-вот слабая искра, и между ними пробежит молния. Они вышли на ничью, сыграв четыре партии и оставив это дело. Уже совершенно стемнело, и последние такси уехали с гостями. В доме стало так тихо. Гермиона сидела перед зеркалом, заплетая на ночь косу. Драко подошёл сзади, его ладони легли ей на плечи, а подбородок коснулся макушки. — Значит, помирилась с Роном? — спросил он её отражение. — Сколько можно злиться? — со вздохом ответила она. — Я не хочу больше ни на кого обижаться. Ты ведь тоже его простил? — Кто такое сказал? — протянул Драко и чмокнул её в плечо в ответ на её фырканье. — Мне всё равно, пусть женится на Луне, лишь бы меня не бесил. — Злюка, — Гермиона обернулась и шутливо погрозила ему пальцем. — Я-то? — он изобразил глубочайшее оскорбление. Пальцы коснулись груди. — Ты сделала из меня само добродушие. — Только не говори, что теперь ты страдаешь из-за этого, — с укором сказала она. — Иногда, — он мягко поцеловал её и потянул за собой на кровать. — Ложись спать, тебе нужно соблюдать режим. Драко обнял Гермиону, устроив её на своей груди. Том тут же пристроился у его ног, словно ждал этого весь день, и благодарно замурлыкал. Гермиона рассмеялась и постаралась устроиться поудобнее, чтобы не потревожить того внезапными движениями. Её разбудила настойчивая вибрация, ощущавшаяся как землетрясение. Гермиона сквозь остатки сна увидела, как Драко рывком сел, схватил телефон и почти бесшумно выскользнул из спальни. Плохое предчувствие мгновенно дало ей проснуться. Гермиона вскочила и бросилась за ним. Она догнала его в гостиной. Лицо было напряжено, серебристые глаза странно блестели в лунном свете, заливавшем комнату, и смотрели на неё, но как будто не замечали. Драко полностью сосредоточился на голосе в трубке. — Понял. Буду, — буркнул он, сбрасывая звонок, и накрыл лицо ладонью. — Что случилось? — не выдержала Гермиона. — Такси приехало к резиденции. Водитель передал записку. Снова на французском. И координаты. — Что в записке? — спросила она, чувствуя, как всё внутри неё леденеет. — Pardonne, — он резко развернулся и направился в спальню. — Я вызываю Ястреба. Уезжаю к Люциусу, он ждёт меня. — Нет, ты не понял, — Гермиона преградила ему путь, вцепившись в его руку. Если бы он не позволил, у неё ничего бы не вышло. — Вызывай Ястреба туда, мы поедем вместе. Драко недовольно поджал губы. — Даже не начинай. Мы договорились, Драко. Я теперь всегда буду с тобой, забыл? — напомнила она, спешно перебегая взглядом по его лицу. Драко несколько секунд смотрел на неё, чуть кусая губу, видимо, пытаясь найти хоть брешь в своём обещании, но время поджимало. И он обречённо вздохнул и быстро прижал её к себе, целуя в лоб. — Собирайся.