Укушенный бешеным псом умирает

Когда я отрываю взгляд от подушки,

Я мечтаю, что ты здесь, со мной.

Хотя ты далеко,

Я знаю, что ты всегда будешь рядом со мной.

      Она сидела на кровати и смеялась. На коленях был открыт ноутбук, с экрана которого вовсю кривлялась Джинни. Её ярко-карие глаза искрились весельем, а вздёрнутый носик забавно сморщился. Гермиона прижала ладонь к боку, пытаясь унять резкую боль — эти колики в последнее время беспокоили её постоянно. — Ты бы видела папу! — Джинни эмоционально жестикулировала, и хотя руки то и дело вылетали из кадра, её энергия передавалась даже через экран. — Он сначала смотрел на Тео, потом на Перси, видимо, до последнего надеясь, что его разыгрывают. Никогда не думала, что Перси умеет так краснеть — реальный помидор, у него даже уши пылали! И ладно бы один раз, но это повторялось каждый раз, когда Тео проявлял к нему хоть каплю внимания. — Могу себе представить, — отозвалась Гермиона, тяжело дыша и потирая руками скулы, мышцы уже начали поднывать от долгой улыбки. — Не каждый день сын приводит в дом своего молодого человека, чтобы познакомить с семьёй. Джинни взяла за правило каждый вечер звонить Гермионе, чтобы развеселить её и поделиться последними новостями, приукрашивая их по мере возможности. И хотя Гермиона прекрасно знала, что половину историй стоит делить на два, она всё равно не могла удержаться от смеха. — Папа, конечно, жутко старомоден, — Джинни заговорщицки подмигнула. — Зато мама в полном восторге! Тео притащил ей такой роскошный букет. Она его уже весь по соцветиям разложила, чтобы весной посадить в саду. Джинни звонко расхохоталась и хлопнула себя по бедру. Гермиона снова прыснула, слегка массируя онемевшие щёки. — В общем, окончательно папа сдался, когда Тео вручил ему какой-то чудо-инструмент для обработки дерева. Надо было видеть, как у того загорелись глаза! Похоже, штука действительно офигенная, — заключила Джинни. За её спиной угадывались знакомые стены. Прошлым летом, гостя в Норе, Гермиона провела несколько дней именно в этой комнате, бывшей спальне Джинни. Вид этих пёстрых обоев согревал сердце, унося мыслями в те спокойные, почти позабытые времена, когда главной её заботой было не схлопотать косой взгляд от Драко. Ладонь Гермионы сама собой опустилась на живот, бережно поглаживая его. Она ни разу не пожалела о том, что выбрала Драко — несмотря на его мрачное прошлое и проблемы, которые он принёс в её жизнь. И всё же внутри паскудно шевелилась мысль: выбери она тогда Рона, сейчас её окружили бы абсолютное спокойствие и уют Норы. Гермиона решительно помотала головой и таки услышала последние слова Джинни. —… снова присылал цветы и спрашивал о твоём здоровье?.. Джинни внимательно смотрела с экрана, явно ожидая ответа на вопрос, который Гермиона благополучно прослушала. Поняв, что её поймали, она виновато поскребла запястье и быстро заморгала. — Прости, кто присылал? — смущённо улыбнулась она. Джинни красочно закатила глаза. — Я вечно забываю, что тебя сначала нужно вызвать из космоса, а уже потом что-то говорить, — она шутливо погрозила пальцем в камеру. — Фрай, кто же ещё! Прислал уже третий букет и упрямо требует встречи. Хочет обсудить новую книгу. Гермиона задумчиво прикусила губу. Это было исключено по множеству причин. Для всех она по-прежнему оставалась в Лондоне и просто работала из дома. Драко при каждом разговоре уверял её, что всё хорошо и он всё контролирует, но не разрешал вернуться. Он просил её остаться в Италии хотя бы до рождения ребёнка Пэнси. А лучше дольше, чтобы она успела набраться опыта обращения с ребёнком. И Гермиона каждый раз уступала, тяжело вздыхая. Его футболка, которую она увезла с собой, уже давно перестала пахнуть Драко, и с каждым днём одиночество ощущалось всё острее. Ей отчаянно хотелось домой. Если там действительно всё хорошо, то почему ей нельзя вернуться? — Я ничего не могу сделать, — ответила она ждавшей Джинни. — Ты же сама всё понимаешь… Джинни понимала. Она сочувственно кивнула и отвела взгляд. Руководить издательством на расстоянии оказалось той ещё задачей: авторы капризничали и требовали личной встречи либо с Гермионой, либо с Драко. Но ни один из них сейчас не мог себе этого позволить. Драко полностью посвятил себя Семье, заменив отца и разбираясь со старыми делами. Через Родольфуса ему уже удалось наладить каналы контрабанды редчайших лекарств, а также перепоручить тому часть поставок предметов искусства. Гермиона и раньше подозревала, что некоторые шедевры живописи и статуи в Мэноре оказались там не совсем законно, но даже не представляла истинных масштабов. Главной головной болью оставался один постоянный тайный покупатель из Франции, наотрез отказавшийся менять посредника. Он желал иметь дело исключительно с Малфоями. Это сильно усложняло Драко жизнь. Кроме того, вопреки прежним планам, ему приходилось удерживать под контролем оружейный бизнес — по крайней мере до тех пор, пока на горизонте не прояснится. Хотя Гермионе было страшно осознавать, как жёстко скован Драко с криминальным миром королевства. И всё же она ценила его доверие. Драко обещал не лгать ей и, конечно, как только всё утихнет, он полностью закроет дела Семьи, как и хотел Люциус. — Ну что ж, отдыхай, — прервала её мысли Джинни. Она уже пару минут молча наблюдала за погрустневшей Гермионой. Подмигнув, Джинни добавила: — Думаю, Малфои уже собираются обрывать тебе инет. Гермиона улыбнулась и послала Джинни воздушный поцелуй, который та шутливо поймала у самого сердца. Видеосвязь прервалась. Улыбка мгновенно сошла с лица Гермионы. Наведя курсор на следующий контакт в программе, она нажала кнопку вызова. С той стороны долго не отвечали. Наконец на экране появилась Нарцисса и приветливо улыбнулась ей. — Джинни снова тебя задерживает, — мягко произнесла та, но её приветливая улыбка не коснулась непривычно тусклых глаз. Гермиона с горечью замечала, что с момента её отъезда Нарцисса угасала, становясь всё более замкнутой и тихой. Почти всё время она проводила у постели Люциуса, а в остальное ездила по клиникам в поисках специалистов, которые могли бы помочь Люциусу выйти из комы цельным. Драко об этом не знал. Они с Нарциссой единогласно решили не тревожить его ещё больше. Вместо этого Нарцисса и Джинни передавали Гермионе крупицы реальных новостей, пока сам Драко в редких разговорах рисовал куда более оптимистичную картину, чем было на самом деле. И Гермиона не могла осуждать его за это. Случись подобное с ней, она бы тоже до последнего оберегала любимого человека. — Простите, заболтались, — виновато отозвалась Гермиона, убирая со лба непослушную прядь. Внимательный взгляд голубых глаз Нарциссы тем временем скользил по её фигуре, пытаясь рассмотреть малейшие изменения. — Как он? — негромко, чуть хрипло спросила она. Гермиона тепло улыбнулась и ласково обняла себя руками чуть ниже рёбер. Она понимала Нарциссу, ведь та интересовалась её состоянием несколько раз в день. Здесь, по крайней мере, она могла быть уверена в будущем, в отличие от Люциуса. — А может, это девочка, — с лёгким вызовом заметила Гермиона. — Шансы ведь всё ещё равны. — Да-да, разумеется, — спохватилась Нарцисса, изящно качнув головой. — Я выразилась образно. — Всё в порядке. Малыш развивается, ждём в мае. Он уже вовсю толкается и, кажется, икает. Плечи Нарциссы заметно опустились, лицо разгладилось. Гермиона замечала, что, чем больше она рассказывала о своей беременности, тем спокойнее становилась Нарцисса. — Ты уже думала, как назовёшь девочку? — серьёзно спросила Нарцисса, чуть склонив голову набок и глядя на Гермиону любящим взглядом. — Пока нет, — Гермиона покачала головой, неосознанно поглаживая округлившийся живот. — Мне кажется, будет мальчик, а для него у меня уже есть имя. — Что ж, поживём — увидим, — Нарцисса бросила взгляд на изящные наручные часы. — Дорогая, прости, мне пора. Нужно успеть к Люциусу до вечерних процедур. — Конечно, идите, — понимающе кивнула Гермиона. — Передавайте ему от меня привет. — Как обычно. Драко просил передать тебе, что не сможет сегодня позвонить, так как будет занят на собрании весь вечер, — грустно улыбнулась Нарцисса. Экран потемнел, оставив Гермиону в тишине. Как она и предвидела, их созвоны с Драко становились всё более редкими: теперь они были лишь раз в день, утром или вечером. Вздохнув, она откинулась на спинку стула и усталым взором уставилась на заставку рабочего стола. Сон не шёл, несмотря на приближение ночи, и Гермиона подумала, что вполне может потратить пару часов на собственное расследование, которое в последнее время намертво зашло в тупик. Дело Брайана Уильямса по-прежнему мелькало в прессе, но былая шумиха утихала. Драко мельком упоминал, что к делу подключается Интерпол со своими законами и требованиями, и теперь ему приходится быть ещё более осторожным, чтобы подозрения не коснулись и Малфоев. Рита Скитер, разумеется, не упускала шанса подлить масла в огонь, регулярно выпуская едкие, полные намёков статьи. Ястреб, читая эти новости, злился едва ли не больше самой Гермионы и то и дело угрюмо предлагать отпустить его в Лондон — «прихлопнуть этого назойливого жука». Мысли о Ястребе и остальной охране вызвали у неё невольную улыбку. За эти недели Гермионе удалось выстроить с ними удивительно тёплые отношения, она выучила имена каждого из парней, и те с искренним энтузиазмом принялись обустраивать виллу, что долгое время пустовала. Донна как-то обмолвилась, что получила её в наследство от почившего мужа ещё десять лет назад, и с тех пор здесь никто не жил. Иногда Гермиона ловила себя на совершенно немыслимых фантазиях. Как было бы прекрасно остаться здесь навсегда вместе с Драко, в этом уютном гнёздышке на побережье… Она бы разбила сад, выращивала бы овощи и зелень на грядках, как когда-то мечтала её мама. В душном Лондоне об этом нечего было и думать — приличный участок в пригороде был бы слишком дорогим удовольствием. Было бы идеально перевезти сюда Нарциссу и Люциуса, если бы удалось уговорить их покинуть Мэнор, когда Люциус поправится. Однако, вероятно, Малфои никогда бы не покинули своё родовое гнездо, стены которого, пропитаны историей. Но они могли бы прилетать сюда на каникулы. Гермиона закрыла ноутбук, когда стрелка часов перевалила за два. Ложиться спать было совершенно бессмысленно — сна ни в одном глазу. Накинув мягкий свитер, она босиком спустилась по лестнице. Двери в комнаты Пэнси и Донны были плотно закрыты, будить их не хотелось. Выскользнув на веранду, Гермиона сунула ноги в чьи-то огромные мужские шлёпанцы и осторожно побрела по дорожке. Из гостевого домика, где посменно отдыхали ребята, доносился тихий бубнёж и приглушённый смех. Стараясь не привлекать внимания, она обогнула постройку по широкой дуге и уже почти дошла до новенькой скамейки под соснами, как вдруг заметила знакомый массивный силуэт. Присутствие этого человека её никогда не тяготило. Она сделала шаг вперёд. На звук примятых, шуршащих сосновых иголок Ястреб обернулся мгновенно, всем корпусом. — Гермиона? — в его голосе проскользнула настороженность. Он бросил хмурый взгляд в сторону домика, откуда снова донёсся взрыв хохота. — Почему ты не спишь? Парни разбудили? — Конечно, нет, — тихо успокоила его она, устраиваясь на краю и легонько покачивая ногами. — Снова бессонница. Ястреб понимающе кивнул. В блёклом сиянии звёзд его огромная фигура потеряла очертания, став размытой и неясной. Впереди, до самого горизонта, расстилалось чёрное, с такой высоты неподвижное море. Вода настолько безупречно отражала ночное небо, поглотив в себе огоньки Млечного Пути, что грань между ними стёрлась, создавая космическую бесконечность. Гермиона тихо выдохнула, с трепетом осознавая, насколько она мала в этом мире. — Скажи, — нарушила она тишину, — а чем бы ты занимался, если бы не Малфои? Она почувствовала на себе его изучающий взгляд. Ястреб молчал так долго, словно этот вопрос застал его врасплох. — Честно? Понятия не имею, — признался он, усаживаясь поудобнее. Дерево под его весом протестующе и жалобно заскрипело. Гермиона не сдержала улыбки. Ей вдруг подумалось, что если эта скамья сейчас подломится, она со своим животом улетит в кучу сосновых шишек, прямо как снаряд из катапульты. — Мне действительно нравится то, чем я занимаюсь, — продолжил Ястреб. Гермиона тут же недоверчиво повернула к нему голову: — Тебе нравится постоянная опасность? — А кем ты меня видишь? — судя по мягким интонациям, Ястреб улыбался, хоть в темноте и нельзя было разобрать лица. — Пекарем? Или, может, водителем такси? Знаешь, жить обычной жизнью не так-то просто, когда ты такой. Он приподнял плечи, демонстрируя свои размеры, и Гермиона рассмеялась, живо вообразив, как Ястреб пытается втиснуться за руль лондонского кэба или аккуратно присыпает мукой крошечные круассаны в кондитерской. — Для большого спорта я оказался слишком тяжёлым. А тупо стоять вышибалой у дверей ночного клуба — скука смертная. Когда мне предложили пройти курсы профессиональных телохранителей, я загорелся. Потом кто-то порекомендовал меня Люциусу, и он нанял меня в тот же день. — Ястреб снова уставился на невидимую линию горизонта. — Я тогда, конечно, слабо представлял, во что ввязываюсь. Контракт мы подписали только после финальных тестов. Меня взяли вместе с Винсом, мы там и познакомились. Из всего выпуска Малфой выбрал только нас двоих. — А если бы ты знал всю подноготную заранее… отказался бы? — с любопытством спросила Гермиона. — Скорее всего, нет, — Ястреб пожал плечами, и скамья снова отозвалась скрипом. — Я уже не помню, как жил раньше. К тому же Малфои платят столько, что грех жаловаться. А у меня пожилые родители, я полностью их содержу. Гермиона укоризненно уставилась на свой свитер, мысленно ругая себя за то, что за столько времени ни разу не поинтересовалась его семьёй. — Они в пансионате, — ответил Ястреб на её немой вопрос. — В очень хорошем, частном, им там нравится, я часто их навещаю. — Познакомишь меня с ними, когда вернёмся? — с тёплой улыбкой предложила Гермиона, но осеклась, заметив, как резко напрягся Ястреб. — Они… — он запнулся, подбирая слова. — Они не узнают меня. Из-за деменции. — Ох… — у неё перехватило дыхание от нахлынувшего чувства вины. — Прости, пожалуйста, я не знала. — Всё нормально. Пансионат — это лучшее, что я мог для них сделать на эти деньги, — он спокойно развернул к ней руку ладонью вверх. Гермиона без колебаний вложила свои пальцы в его огромную, шершавую ладонь. Её рука казалась на фоне его какой-то недоразвитой. — Но я уверен, ты бы им очень понравилась, — негромко добавил Ястреб и слегка сжал её пальцы, призывая подняться. — Ладно, идём в дом. Тебе нужно спать, пока прохладно. Завтра опять передают пекло. Она с благодарностью оперлась на его руку. Вернувшись на веранду, Гермиона аккуратно вернула чужие шлёпанцы на коврик и тихо поднялась к себе в спальню. Ей вдруг стало ужасно стыдно за то, как мало она знала о людях, которые каждый день рискуют ради неё жизнью, и твёрдо решила, что обязательно узнает как можно больше о каждом из них. Выяснит, о чём они мечтают и чем захотят заняться, когда Драко, как и обещал, наконец освободит их от обязательств перед Семьёй Малфоев.

𖥠𖥠𖥠

      Драко устало потёр переносицу, пытаясь вникнуть в суть очередной проблемы. Внутри черепа уже глухо постукивал маленький молоточек — верный признак того, что к вечеру его накроет адская мигрень. В нескольких шагах от стола Блейз на повышенных тонах спорил с Макнейром, упрямо доказывая, что они не станут ввязываться в это дерьмо. У Уолдена начались крупные неприятности из-за того, что к Британии сейчас было приковано повышенное внимание властей. Его флагманскую поставку наркотиков из Мексики накрыли, и, судя по каналам Поттера, груз изъяли безвозвратно. Поскольку Макнейр уже исчерпал своё право на помощь кланов, Драко с чистой совестью умывал руки. Хотя Уолдена было легко контролировать, это не слишком его радовало, ведь закрыть этот бизнес не получится. Уберёшь Макнейра — на его место тут же приползёт кто-то другой, возможно, куда менее податливый. А это означало новые проблемы, разгребать которые у Драко не было ни времени, ни желания. — Меняй поставщиков, ищи другие выходы, — наконец произнёс Драко, отнимая ладонь от лица. — Попробуй договориться с ирландскими республиканцами. Наладь контакт с ИРА. Уолден хмуро исподлобья зыркнул на него и проворчал: — Ты же знаешь, это бесполезно. У них сменилась верхушка, а я пока не знаком с Джерри Адамсом. — Вот и отличный повод представиться, — отрезал Блейз, с силой швырнув ему на стол папку с документами. — Потому что мы в твои разборки лезть не нанимались. Сам Драко был одержим одной-единственной мыслью — как можно скорее выйти на след Брайана. Он буквально чувствовал, что Интерпол наступает ему на пятки. Поговаривали, будто расследование под личный контроль взял сам Альбус Дамблдор, верховный комиссар организации, и это известие приводило Драко в ярость. Дамблдор слишком долго удерживал власть, на его счету числились множество раскрытых преступлений и поимок опасных преступников. Драко не мог допустить, чтобы Брайан попал в его руки. Ситуацию осложняло и то, что штаб-квартира Интерпола находилась в Лионе, во Франции — там, где, Драко мог поклясться, растёт корень всех его проблем. А в самом Лондоне делом занимался Руфус Скримджер, комиссар городской полиции, активно содействующий французам. — На этом всё, — Драко поднялся, окинув взглядом застывших мужчин. — Как обычно: в следующий раз собираемся только по действительно важному поводу. Макнейр недовольно процедил что-то сквозь зубы, но Драко проигнорировал. Виски уже начали ныть. Блейз кивнул остальным и поспешил открыть перед Драко дверь. Этим вечером в резиденции их ждал лёгкий, но долгожданный, наконец всех собравший, ужин с Джинни и Гарри. Драко изо всех сил старался поддержать Нарциссу и сделать так, чтобы она чувствовала себя уютно в чужом доме. Он был бесконечно благодарен младшей Уизли за её неоценимую помощь. Когда Гермионе пришлось экстренно уехать, Джинни без лишних слов заняла кресло её заместителя, а теперь буквально в одиночку тащила издательство на своих плечах. Не будь её, Драко, скорее всего, просто прикрыл бы его. Даже думать об этом не хотелось. Всё, о чём он мечтал, — это бросить всё и вернуться к прежней жизни, где он мог бы работать вместе с Гермионой над общей мечтой. Но стоило ему провести в издательстве всего пару дней, как семейные обязательства снова утянули его на дно. Мелисса продолжала присылать цветы из оранжереи, и это очень поддерживало Нарциссу. Ведь та безумно переживала за судьбу розария, который годами любовно и трепетно взращивала, выхаживая каждый куст. Впрочем, сама Мелисса приезжать пока не решалась, деликатно заверяя, что боится стать обузой. Помимо охраны, Драко нанял в резиденцию двух надёжных помощниц, которые полностью взяли на себя готовку и уборку. Теперь ему хотя бы не приходилось подниматься на рассвете, чтобы приготовить завтрак на всю компанию, хотя жителей в доме заметно поубавилось. Они добрались до резиденции. Блейз пулей взлетел по лестнице к себе: он уже катастрофически опаздывал на ежевечерний видеосозвон с Пэнси. Драко сверился с часами, гадая, закончила ли Гермиона свои дела. Последние две недели она работала на износ, стремясь максимально снизить нагрузку перед планируемыми родами Пэнси, которые приближались с катастрофической скоростью. Блейз переживал каждый день и постоянно звонил Пэнс, спрашивая, не начала ли она рожать без него. Глядя на друга, Драко и сам невольно начинал нервничать — сперва за Пэнси, а следом и за Гермиону. Он твёрдо решил, что обязан присутствовать на партнёрских родах. Ради этого он перелопатил кучу медицинской литературы и даже проконсультировался с лечащим врачом Люциуса. Тот идею горячо одобрил, подтвердив, что присутствие мужа — лучшая опора для женщины в такой уязвимый момент. Драко пока не решался завести об этом разговор с Гермионой, опасаясь, что она испугается или наотрез откажется, но уже вовсю подыскивал в Лондоне элитную частную клинику с подобной услугой. Решив дать Гермионе ещё час покоя, Драко прошёл в кабинет. Он хотел в очередной раз просмотреть старые дела, которые, казалось, уже изучил досконально. Внезапно в кармане пиджака требовательно зажужжал личный мобильный. Драко замер в недоумении. Поттеры приехать ещё не могли. На экране не отображался номер, лишь пометка «Абонент неопределён». Поколебавшись секунду, он скользнул пальцем по экрану и прижал трубку к уху, храня молчание. В динамике раздалось сбивчивое, частое дыхание, а затем — незнакомый женский голос: — Алло… Драко? — Кто это? — резко и грубо оборвал он, параллельно нажимая на сенсорной панели кнопку принудительной записи. На том конце провода шумно, тяжело вздохнули. — Меня зовут Куинни. Драко застыл, невидящим взглядом уставившись в стену. Он не дышал, весь обратившись в слух и пытаясь вспомнить, возможно ли отследить звонок, если абонент скрыл свой номер. Куинни ждала ответа, но Драко упорно молчал, слушая её тяжёлое дыхание. Шок напополам со злостью сковал челюсть. — Я знаю, что ты меня ненавидишь, — тихо и путано заговорила она, не дождавшись реакции. — У тебя есть все основания. Но у меня тоже были свои причины… Я правда пыталась вам помочь. Насколько это вообще было возможно в моём положении. И я звоню, чтобы предупредить. Будь осторожен… — она запнулась, словно сомневаясь, имеет ли право говорить дальше. — Уильямс совсем скоро вернётся в Британию. Сейчас он во Франции. Пожалуйста, береги себя. И береги Гермиону. Драко стиснул зубы с такой силой, что в ушах зашумело, а костяшки пальцев, сжимавших корпус телефона, хрустнули. Он совсем выпустил Куинни из виду, сосредоточив всё своё внимание на Брайане. И теперь этот голос в трубке поднимал со дна души такую ядовитую ярость, что ему хотелось разорвать эту женщину в клочья голыми руками. Ведь именно она, по его глубокому убеждению, принесла несчастье в его дом. Именно она подсунула жучок, шпионила, втиралась в доверие и проникла в его дом, чтобы выведать информацию. — Какого чёрта? — прорычал Драко, не заботясь о том, что его голос разносится по всему дому. — Что тебе ещё нужно от нас? — Я же сказала, я хочу помочь, — устало, почти плача ответила Куинни. — Просто поверь мне на этот раз. Спрячь Гермиону. Спрячь так, чтобы никто не нашёл. Я не знаю деталей, но против вашей семьи затевается что-то страшное. Драко замер. До него не сразу дошёл истинный смысл её слов: они не знают. Они понятия не имеют, что Гермиона уже далеко, в безопасности. Невольная злобная улыбка исказила его лицо. По телу прошлась крупная дрожь от избытка адреналина. — На кого ты работаешь? — потребовал он. — Я не могу сказать. Но поверь, Брайан — шестёрка. И далеко не самая главная. Послушай меня, Драко, увези её!.. — она резко осеклась, будто испугавшись какого-то звука на своей стороне. — Прости. Я наберу, если узнаю что-то ещё. — Стой! — рявкнул Драко, но в трубке уже зазвучали короткие гудки. Драко пулей выскочил из кабинета. Перескакивая через две ступени, он взлетел на второй этаж и с размаху толкнул дверь в спальню Забини. Блейз от неожиданности едва не выронил ноутбук. — Отключайся, — скомандовал Драко. Мазнув взглядом по экрану, он кивнул: — Привет, Пэнс, извини. Нам надо поговорить. Блейз послушно свернул звонок, закрыл крышку ноутбука и поднялся, напряжённо смотря на Драко. — Куинни, — ядовито выплюнул Драко, едва ли не до трещины сжимая в руке замолчавший телефон. — Эта сука только что звонила мне со скрытого номера. Глаза Блейза округлились, и он тихо выругался. Вскочив с постели, он перехватил мобильный из рук Драко осторожно, будто боялся стереть отпечатки. Его взгляд забегал по строчкам текста — автоматическая расшифровка только что завершившегося разговора. — Помочь? — Забини приподнял брови в искреннем изумлении. — Она что, блядь, издевается над нами? Драко был абсолютно того же мнения. Он резко дёрнул манжет пиджака, проверяя время. Поттер нужен был ему прямо сейчас, сию минуту, иначе Драко рисковал сорваться и лично приехать в Скотленд-Ярд. — Ты пытаешься отвлечь Джинни, — строго сказал Драко Блейзу, и тот коротко кивнул в ответ. — Я знаю, что Гермиона попросила её присматривать за мной, но я не хочу сейчас пугать Гермиону непроверенной информацией. Чтобы не вызвать подозрений у дежуривших на линии агентов Скримджера, звонить Гарри он не стал. Вместо этого Драко спустился на первый этаж и принялся мерить шагами просторный холл, напоминая запертого в клетке хищника. Блейз, устроившийся на синем диванчике, обречённо наблюдал за его перемещениями, пока наконец в сердцах не взмахнул руками: — Прекрати мелькать, Драко. У меня от этой херни сейчас голова по швам треснет. Драко и сам чувствовал, как мигрень, подстёгнутая адреналином, сдавливает виски сильнее. В последнее время она почти не отпускала его. Наконец, он услышал звук подъезжающей машины за плотными дверями и выпрямился, пытаясь улыбнуться. Первой вошла Джинни. Она быстро осмотрела Драко и Блейза и улыбнулась им. — О, вы ждёте нас у входа, — проворковала она, скользнув поцелуем по щеке Драко, и протянула руку Блейзу. Тот её поцеловал. — Мальчики, я так жрать хочу, только-только с работы. — Идём скорее, я всё устрою, — подхватил игру Блейз, с безупречной улыбкой увлекая Джинни в сторону залитой мягким светом столовой. — Ужин сегодня — пальчики оближешь. Ну, в целом, этим может заняться Поттер. Джинни бросила на шедшего следом Гарри подозрительный взгляд, но тот лишь подмигнул ей: — Догоняю. Только руки сполосну после дороги. Как только Джинни скрылась в коридоре, Гарри повернулся к Драко и шёпотом спросил: — Что случилось? — Куинни звонила, — так же тихо сказал Драко, пристально глядя на него. Изумрудные глаза за стёклами очков быстро расширились, и Поттер автоматически потянулся к внутреннему карману пальто, чтобы достать телефон. Драко покачал головой. — Номер не определён. Он подошёл ближе и протянул ему телефон, чтобы тот посмотрел. Чем дольше Поттер читал, тем сильнее хмурился. Он покачал телефоном в руке. — Я могу забрать его, чтобы попытаться отследить? — Бери, я всё равно сейчас не пользуюсь им. Все, с кем Драко поддерживал связь, сейчас находились либо в этом доме, или сам он связывался с ними по видеосвязи. Чтобы окончательно снять подозрения у Джинни, Драко указал в сторону кухни. Они появились вовремя, так как Джинни уже выглядела недовольной, хотя Блейз без умолку пытался её разговорить. Нарцисса, сидевшая во главе стола, встретила вошедших странным взглядом. Поттер хлопнул в ладоши и потёр их друг о друга, чтобы разрядить обстановку. — Чем сегодня кормят? — громко спросил он. — Готов съесть вепря! Драко опустился на стул напротив Гарри, рядом с Блейзом. Джинни устроилась по правую руку от Нарциссы, сразу о чём-то спрашивая. Драко вяло ковырял вилкой в тарелке, совершенно не чувствуя вкуса еды. Все его мысли были далеко отсюда — он мечтал запереться в кабинете, а ещё лучше — уехать вместе с Поттером в участок, чтобы лично контролировать попытку отслеживания по Куинни. Ночь обещала быть долгой и абсолютно бессонной. Но самым сложным испытанием оставался грядущий звонок Гермионе — ему предстояло звучать максимально спокойно, уверенно и обыденно, чтобы она ни о чём не догадалась. Он буквально сбежал наверх, намериваясь расправиться со звонком первым делом. И, конечно, безумно соскучившись. Гермиона будто ждала его, ответив мгновенно. — А у нас с каждым днём всё теплее, — с сонной улыбкой поделилась Гермиона. Она оперлась локтями об край стола и уютно подпёрла ладонями подбородок. Драко, изо всех сил стараясь игнорировать пульсирующую в висках боль, не мог оторвать от неё взгляда. Лицо округлилось, мешки под глазами почти исчезли, а на ярком южном солнце нос и щёки густо усыпали милейшие веснушки. Кудрявые волосы забавно выгорели на прядях. Заметив ровную линию загара на её открытом плече, Драко невольно улыбнулся. Отослать её подальше от этого ада было лучшим его решением — останься она здесь, непрекращающийся стресс давно бы выпил из неё все силы. — Покажись, — хрипло попросил он, подаваясь ближе к экрану. Гермиона шутливо закатила глаза, но послушно поднялась. Отодвинув стул, она повернулась боком и бережно присобрала ткань свободного платья прямо под животом. У Драко мгновенно пересохло в горле. Он прильнул к самому монитору, чтобы получше рассмотреть её. Конечно, он ожидал, что живот будет больше, но осознание того, что внутри неё растёт их ребёнок, просто сводило его с ума. — Ты самая красивая на свете, — хрипло прошептал он, любуясь тем, как густо её щёки заливает смущённый румянец. — Я до безумия соскучилась, — призналась она, кашлянув, чтобы скрыть неловкость, и поспешно опустилась обратно на стул. — Как только Пэнси родит, я сразу приеду. Драко, я больше не могу без тебя. — Хорошо, — мягко пообещал он, хотя внутри всё сжалось. — Я тоже схожу по тебе с ума. Он был готов слушать часами её голос, усиленный динамиками ноутбука, что заполнял кабинет, вытесняя из него всю тревогу. Гермиона в деталях расписывала ему всякую чепуху, и Драко понимал — она намеренно заговаривает ему зубы, пытаясь хоть так отвлечь от навалившихся проблем. Время пролетело незаметно. Поттеры, судя по тишине внизу, уже уехали, а у Гермионы начали ощутимо слипаться глаза. В последнее время она часто жаловалась на бессонницу, которая не проходила даже после успокаивающего чая, а сейчас у неё был шанс реальный уснуть, как младенец. — Спокойной ночи, львёнок, — ласково оборвал её Драко, стоило ей в очередной раз зевнуть. Наткнувшись на её возмущённый взгляд, он лишь усмехнулся: — Иди в постель, пока сон не перегуляла. Она нехотя попрощалась и отключилась. В ту же секунду Драко глухо застонал и до хруста стиснул зубы от невыносимой боли. Перед глазами заплясали слепящие белые мушки, а зрение сузилось до тёмного тоннеля. Едва удерживая равновесие, он вышел в коридор, чтобы отыскать Блейза. Поттер действительно уже отбыл в участок. Забини как раз крутил в пальцах свой телефон, заканчивая разговор с констеблем на громкой связи. — …Ничего принципиально нового, чего мы не ожидали бы там увидеть, — донёсся из динамика усталый голос Гарри. — Всё чисто, что даже не подкопаешься. Но я установил на телефон Драко программу для отслеживания, и, если она снова позвонит, мы попытаемся отследить местоположение. Но если у её нанимателей стоят глушилки, мы снова останемся с носом. Драко зажмурился от окончательно хоронящей его мигрени, чувствуя, как к горлу подступает тошнотворный спазм. Блейз сочувственно и хмуро заглянул ему в лицо: — Как ты себя чувствуешь? У тебя такие красные глаза… — Терпимо, — солгал Драко. — Мне нужно забрать телефон. — Я могу завезти его завтра с утра, если горит, — предложил Поттер из динамика. — Я сам приеду за ним сейчас, — пообещал Блейз и тут же выставил ладонь, пресекая любые возражения со стороны Драко. — Даже не начинай, Малфой. Иди, сожри таблетку и пиздуй в кровать. Сил сопротивляться не было, и Драко, согласно кивнув, направился к своей спальне. Там, на прикроватной тумбочке, его должна была ждать банка с обезболивающим. Проходя по тёмному коридору, он заметил тонкую полоску света, пробивающуюся из-под двери Люциуса. Это означало, что Нарцисса всё ещё была с ним, поэтому Драко решил не мешать им. Он планировал зайти к Люциусу завтра. Обычно вечером он делился с отцом новостями и желал спокойной ночи перед тем, как отправиться спать. Ему хотелось верить, что он по-прежнему советуется с ним, как раньше, и ему так не хватало мудрых решений и поддержки отца. Груз семейного долга давил на его плечи неподъёмным грузом. Проблемы и расследования — всё это Драко тащил на себе практически в одиночку. Он сознательно не нагружал Блейза, прекрасно понимая, что тому со дня на день предстоит сорваться обратно в Италию к рожающей жене. Захлопнув дверь своей спальни, Драко послушно заглотнул сразу две таблетки и встал под ледяной душ, чтобы хоть чуть-чуть унять пульсацию в висках и утихомирить подкожный зуд — мерзкое, рождённое чистым неврозом ощущение, будто по телу под кожей лениво перекатываются склизкие змеи. Мысли были лишь об одном: Куинни сполна ответит за то, что сделала. Ему было глубоко плевать на её мотивы, оправдания или тяжёлые жизненные обстоятельства. Она покусилась на его семью, а Малфои никогда не прощали предательства.