Укушенный бешеным псом умирает

      Депрессия.       Руки продолжали двигаться автоматически, мысли давно стали для него чужой территорией. Он полностью отключил их, чтобы не дать унынию сожрать себя окончательно. Оно охватывало его всякий раз, стоило ему хоть на мгновение отвлечься от работы. Ему казалось, что если он перестанет заставлять свои лёгкие дышать, а сердце биться, то его жизнь оборвётся. Слух стал настолько острым, что он мог слышать малейший звук, но кроме своего дыхания и стука сердца не замечал ничего вокруг, пока не появлялся его пленитель. Теперь всё стало гораздо хуже. Это было то, чего он больше всего боялся. Его истощённый организм столкнулся с какой-то заразой, которую принёс с собой Брайан. Кашель. Теперь он мучил и Драко, сопровождаясь высокой температурой и головной болью. Но он не должен сдаваться, даже если его лихорадит от жара. Драко деловито отряхнул края опиленной пластиковой тарелки и сдул лишнюю пыль, стараясь сделать её незаметной. Приближалось время очередного приезда Брайана. Запасы еды подходили к концу, воды оставалось совсем немного. Он старался использовать её экономно, чтобы не оказаться снова на грани обморока от обезвоживания. Пластиковую заготовку он положил к предыдущим, которые копил уже давно. Кажется, теперь толщина должна быть достаточной. Он перестраховался, потому что в прошлый раз его попытка провалилась. Нужно было спешить, Брайан мог приехать в любой момент, но обычно это происходило ближе к вечеру. Драко давно продумал план. Дротик не пробьёт его броню насквозь, а Брайан всегда целился в живот, чтобы не попасть в кости. Драко упадёт, словно парализованный, а когда Брайан откроет клетку и подойдёт ближе… Рот мгновенно наполнился слюной, но Драко с раздражением помотал головой. Ему нельзя отвлекаться. На любые мысли о побеге всегда приходила она. Он скорее ощутил её присутствие, чем увидел. Его мозг словно окутало кислое на вкус вещество, а по затылку побежали покалывающие искры. Драко тяжело выдохнул сквозь зубы, решив не реагировать на неё, что бы она ни сказала. — Ты такой глупый, Драко, — раздался её усталый голос. Словно ей смертельно надоело находиться здесь с ним. Но это была его клетка — физическая, с металлическими прутьями, и ментальная, выстроенная из его собственных безумных мыслей. Драко лишь крепче стиснул зубы, продолжая шлифовать очередную тарелку. — Опять же не сработает. А что будет, когда мой милый разоблачит твой маленький обман? — она звонко рассмеялась. Драко заставил себя зажмуриться, полностью игнорируя галлюцинацию. Он сложил последнюю деталь в общую стопку и примерился к толщине. Дротик, который Брайан всегда использовал, имел автовпрыскивание при попадании в твёрдое тело. В прошлый раз ему, возможно, не хватило совсем немного, но сейчас этого точно достаточно. Драко задрал свою уже похожую на лохмотья рубашку, приложил стопку пластмасс к животу и перехватил её ремнём, который ранее использовал для тренировок. Брайан в прошлый раз не заметил его отсутствия на прутьях, не заметит и в этот раз. Пряжка ремня звонко щёлкнула. Сидящая на кушетке светящаяся фигура презрительно хмыкнула: — Прими меня, просто прими. Другого пути нет. Никто тебя не ищет и не помнит. Он поднялся на ноги, осматриваясь вокруг и снова обдумывая свой план. Теперь, когда она уже была рядом, ему нечего было бояться. Пластиковое ведро, которое он обычно держал у дальней стены, теперь стояло ближе к решётке. Им он планировал оглушить Брайана, когда тот повернётся к нему спиной, чтобы выйти из камеры. Затем Драко собирался сорвать навесной замок и вогнать его Брайану в висок. Если удастся повалить его на лопатки и оседлать — он задушит тварь голыми руками. Но Драко не терял надежды на план Б. Он реально оценивал свои силы и понимал, что истощён и болен. Лучше было сбежать. Нужно было лишь заставить Брайана поверить, что замок камеры защёлкнулся, и тогда Драко смог бы вырваться на свободу. Это был менее рискованный вариант, потому что в открытом бою Драко мог пострадать сам. Его единственной целью было найти Гермиону и их ребёнка. Он запрещал себе думать, что она могла потерять дитя в этом кошмаре. Она должна быть жива. И он её найдёт. Обострённый слух уловил чьи-то шаги — быстрые и лёгкие, не такие тяжёлые, как у его пленителя. Драко резко приподнял голову, напряжённо прислушиваясь. Там, наверху, где начиналась каменная лестница, определённо что-то происходило. Его сердце замерло. Кажется, галлюцинации стали ещё более реальными. Раздался отчётливый стук в дверь. Драко рванулся к решётке, хватаясь за прутья. Он попытался крикнуть, но пересохшее, сожжённое лихорадкой горло отозвалось лишь хрипом, который тут же перерос в приступ кашля. Перед глазами всё поплыло. Чёрт, его должны услышать! — Я… здесь! — прохрипел Драко, пытаясь вложить в свой голос больше силы. Тишина. Неужели не разобрали? Драко зажал рот ладонью, сдерживая новый приступ кашля и слушая, слушая, слушая. — Драко!!! — донёсся сверху приглушённый, но отчётливый крик. Голос был детским, скорее подростковым, незнакомым. Этого не может быть, этого просто не может быть. Надежда пронзила его насквозь, в тот момент, когда он уже почти полностью погрузился в пучину уныния и депрессии. А Она стала окончательной хозяйкой в его голове. Наверху кто-то с силой задёргал металлическую цепь. Нет, это точно не Брайан. — Никуда не уходите, мы позовём на помощь! — донёсся ещё один крик, а Драко напрягся, чтобы хоть что-то крикнуть им в ответ. Внезапно, всё прекратилось. Дверь никто не дёргал, и воцарилась тишина. Только его сердце стучало так громко, оглушая его. Драко бессильно повис на прутьях. Значит, всё-таки снова бред. Галлюцинация. Позади него раздался смех — громкий и насмешливый. Она смеялась и смеялась, сидя на его койке и похлопывая себя по колену. Как и раньше, её призрачный силуэт был абсолютно нагим, а кожа источала ровное свечение, не позволяющее увидеть подробности. Но Драко никогда не пытался разглядеть её, отчего она злилась, корчилась и в конце концов исчезала. — Думал, что тебя спасут? Думал, что тебя нашли, глупенький? — её голос прозвучал у самого уха. Драко почувствовал, как по щекам покатились горячие слёзы, а тело забила дрожь — лихорадка снова начиналась. Светящиеся руки обхватили его за талию, пытаясь прильнуть к мокрой от пота спине. Драко резко отшатнулся, рваным движением рук разгоняя её бесплотное светящееся тело, словно клочья тумана. Он вернулся на койку и сел, обхватив голову руками. И в этот момент сверху снова послышались шаги, теперь тяжёлые, медленные и чёткие. Драко чуть прикрыл глаза. Зазвенела цепь, и дверь сверху распахнулась, ударившись об стену. Шаг, ещё шаг — Брайан быстро спускался по каменным ступеням. Драко медленно поднял на него воспалённые глаза. В тусклом мерцающем свете голой лампы накаливания пленитель выглядел плохо. Его голова была перемотана белой повязкой, закрывавшей один глаз, на веке и щеке которого виднелся длинный уродливый шрам. В руке Брайан держал спортивную сумку. Проигнорировав Драко, он подошёл к столу и принялся молча выкладывать вещи. Сегодня у него явно не было настроения для издевательских разговоров, но Драко обязан был усыпить его бдительность, несмотря на собственное подавленное и болезненное состояние. Он поднялся с койки, но голова закружилась, и он едва не рухнул обратно. Кажется, вариант плана А был под большим вопросом, чем раньше. Сейчас он не сможет в честном бою одолеть Брайана. — Что с тобой случилось? — хрипло спросил Драко, подходя к решётке и крепко хватаясь за прутья. Он незаметно скосил глаза вниз — его самодельный щит под рубашкой сидел плотно и не выделялся. — Мне попалась строптивая женщина, — буркнул Брайан, поднимая руку и с болезненным шипением поправляя повязку. Сейчас Драко видел, что она была не совсем белой, а потихоньку пропитывалась тёмным. — Гермиона… это она тебя так? — голос Драко окончательно сел, сорвавшись на шёпот, и он снова закашлялся, вынужденный отступить. Брайан прекратил возиться с сумкой и повернулся вполоборота. — Она чокнутая, не понимает, что если я ей не помогу, то никто не поможет. Но ничего, я могу ещё немного подождать, а затем выкраду её, чтобы защитить, — когда Брайан говорил это, Драко яростно, насколько позволяло его состояние, оскалился. — Оставь её в покое. Она никогда не будет твоей. — Она бы уже давно была моей… — с наслаждением протянул Брайан, выставляя на стол железные банки консервов и пластиковые бутылки с водой. — Если бы тогда, с Долоховым, всё пошло по плану. Драко с раздражением закатил глаза, уже не в первый раз слушая эту историю. Каждый раз Брайан утверждал, что Гермиона была готова сбежать с ним, когда группировка Долохова похитила её. Только Брайан не вернул бы её Малфоям, а оставил себе. Драко был уверен, что у Гермионы получилось сбежать и от него, а если бы и не смогла, то он нашёл бы её даже на другом конце света. — Хватит мечтать, — оборвал его бред Драко. — Где ты её видел? Она ищет меня? Брайан медленно обернулся, присаживаясь на низкий стол, и внимательно посмотрел на Драко уцелевшим глазом, в котором читалось лёгкое презрение и превосходство. Он выглядел хорошо, и Драко знал, как плохо он сам выглядит, особенно сейчас, когда неизвестный вирус мучил его. Затем Брайан сунул руку в карман кофты и вытащил какой-то предмет. Драко замер, мгновенно узнав этот нож. Он заказывал его для подарка Рабастану, своему дорогому психотерапевту и просто хорошему другу. — Откуда… откуда это у тебя? — глухо спросил он, глядя на Брайана исподлобья. Неужели этот ублюдок добрался до Рабастана? Но что ему сделала мирная семья? Или это ещё один рычаг воздействия на Малфоев? — Мне его подарили, — Брайан постучал кончиком лезвия по окровавленной повязке и мрачно усмехнулся. — Гермиона, когда сердится, такая сексуальная. Драко оскалился. — Так тебе и надо, подонок. Жаль, она не зарезала тебя им. Ты, видимо, сбежал, как шакал. Брайан лишь хрипло рассмеялся, небрежно швырнул нож на стол рядом с собой и принялся открывать консервы с помощью специального ключа. Взгляд Драко сразу же остановился на рукоятке знакомого ножа. Вероятность успеха плана А снова засияла с новой силой. Может быть, ему удастся оттолкнуть Брайана и добраться до стола, чтобы схватить нож? Но для этого нужно отвлечь Брайана, чтобы тот не успел его убрать. Драко нервно сглотнул, по его лбу градом катился пот, тело начало сотрясать, а в груди клокотал новый приступ кашля. Он не мог рисковать, иначе всё могло закончиться для него прямо здесь и сейчас. Брайан тем временем закончил с консервами и теперь перезаряжал пистолет дротиком. Он снял защитный кожух и зарядил свежий дротик. Драко отступил от решётки, чтобы тот мог прицелиться. Вот он. Момент истины. От ожидания его начало трясти ещё сильнее. Раздался негромкий хлопок. Дротик, словно в замедленной съёмке, преодолел расстояние между прутьями и с силой вонзился точно в центр его живота. Нажался пусковой клапан — раздался тихий щелчок автовпрыскивания. Драко сдавленно охнул, согнулся пополам и рухнул на колени. Почти сразу же он незаметно выдернул иглу из пластикового щита под рубашкой и отбросил её в угол. Брайан удовлетворённо хмыкнул и отвернулся, возвращаясь к своим делам у стола. Драко продолжал судорожно хватать ртом воздух. Но сердце готово было выпрыгнуть из рёбер от бешеного выброса адреналина. И в этот момент он ощутил, как внутри него просыпается то самое рычание, которое, как он думал, окончательно умерло. Нахуй принятие. Зверь потянулся в костяной клетке, разминая лапы, и оскалился в предвкушении. Драко упал на руки, закашлялся и затем на бок, оставив голову повёрнутой к потолку на случай, если Брайан захочет его перевернуть. Теперь ему нужно успокоиться. Сердце выдавало его, как и быстрое дыхание. Драко закрыл глаза в попытке смирения. Перед его внутренним взором возник единственный образ, тот самый, нетронутый тьмой. Сначала настороженные и полные подозрения карие глаза, затем первая робкая улыбка, адресованная ему, а затем та безграничная любовь, что всегда светилась во взгляде его Гермионы. Дыхание выровнялось. Пульс замедлился. Драко ждал. Сначала раздались шаги, затем звон ключей. Брайан выругался, ругая заедающий замок, который всё не хотел открываться. А затем он начал пытаться закрыть его обратно. Драко едва сдержал улыбку, слыша, как вхолостую пытается замочный механизм поймать лапку. — Чёрт бы тебя побрал! — в сердцах рявкнул Брайан и с силой швырнул неисправный замок в угол. Теперь он торопливо зашагал по камере, быстро наполнил ведро водой и поставил пластиковые тарелки с едой на пол. Затем вернулся к неподвижно лежащему Драко и, присев перед ним, надавил на его подбородок, заставляя открыть рот. Что-то сухое, похожее на бумажный лист, легло на язык, принеся с собой знакомый чуть кисловатый вкус. И следом произошло то, чего Драко никак не ожидал. На щеку обрушилась мощная пощёчина. Лишь усилием воли ему удалось не вскрикнуть и не скривиться. — Полежи пока тут, придурок, — проворчал Брайан, пренебрежительно похлопав его по горящей от удара щеке. — Я съезжу и куплю новый замок. Судя по звукам, Брайан поднялся и вышел из камеры, поднялся по лестнице и зазвенел цепью уже там. С оглушительным треском верхний замок защёлкнулся, и он услышал торопливые удаляющиеся шаги. Драко мгновенно сел, выплёвывая размокшую пластину с корня языка и хватая ведро воды, чтобы жадно прополоскать рот и сплюнуть горькую жижу. В шоке уставился на распахнутую дверь своей камеры. Она была открыта. От выплеска адреналина его начало колотить так сильно, что первые несколько секунд он просто не мог поверить своим глазам. Он столько раз видел её открытой в своих галлюцинациях… Он был свободен. Ну, почти. Возможно, наверху двери кто-то действительно был, а возможно, и нет. В этот момент он не мог полагаться ни на что. Драко с трудом поднялся на неслушающихся ногах и, дойдя до двери своей камеры, осторожно коснулся её. Облегчённый вздох вырвался у него из груди. Он бросился к столу, быстро обыскивая заедающие ящики и сумку. Пусто. Не было ничего ценного. Нож Брайан тоже забрал с собой. Драко заметил валяющийся в углу железный замок — тот самый, что держал его взаперти долгие восемьдесят четыре дня, — и с ненавистью сжал его в руке. Наконец-то этот ад закончился. Драко быстро, насколько позволяло его состояние, поднялся по лестнице и упёрся в старую деревянную дверь. Она, по всей видимости, была прижата цепью с той стороны. Теперь ему нужно было выбить её, и он решил начать с петель. Крепко перехватив замок, Драко со всей силы начал бить по предполагаемым местам петель. Старое сухое дерево начало разлетаться в щепки. Кожа на сбитых костяшках пальцев лопнула, но он почти не обращал на это внимания. Адреналин заглушал все чувства. Драко примерился и приложился плечом к двери, пробуя её выбить. Ещё немного. Снова он начал бить по местам петель, ломая дерево, и снова прикладывал плечо к двери, стараясь выбить её. Раздался сильный хруст. Ещё и ещё. Плечо начало болеть, но Драко не останавливался, лишь крепче сжав зубы. Наконец дверное полотно не выдержало и треснуло около петли. Драко тяжело выдохнул. Теперь он сможет добить её ногами, но мешал щит. Он расщёлкнул ремень, откидывая от себя спасшие его пластинки. Ухватившись руками за стены, он начал наносить удары пяткой по рассохшемуся дереву. Ещё чуть-чуть, ещё немного. Он не знал, сколько времени прошло, но не останавливался, надеясь, что Брайан уже далеко. Ведь по приблизительным подсчётам Драко, действие транквилизатора должно было длиться не меньше часа, а возможно, и больше. Наконец кусок дверного полотна треснул окончательно, и Драко едва успел поймать его, чтобы он не упал на него. Выкинув его наружу, он с трудом протиснулся в образовавшуюся щель, оглядываясь на дверь. По обе стороны в стену были вварены пластины, на которых висела цепь с замком гораздо меньшего размера, чем на его камере. В холле, в котором он оказался, царил полумрак, но натренированные в темноте глаза, быстро адаптировались. Никого не было видно. На запылённом полу было множество следов, гораздо меньше, чем те, что уже протоптали уверенную дорожку к выходу. Значит, голоса не были бредом. Сюда действительно кто-то приходил. Брайан, кажется, не обратил на них внимания. Драко, пошатываясь, добрался до двери, распахнул её и с болезненным шипением отвернулся, прикрывая лицо ладонью. На улице уже был вечер, и свет, хоть и слабый, но всё же заставлял его отвыкшие от солнца глаза слезиться. — Чёрт… Драко сорвал с себя остатки грязной рубашки, быстро разорвал их на полосы и соорудил повязку, прикрывающую верхнюю часть лица. Теперь он мог видеть лишь то, что находилось непосредственно под ногами — старую утоптанную землю, поросшую сорняками. Чуть приподняв голову и прищурившись, он осмотрелся. Перед ним раскинулась заброшенная территория с выбеленной землёй, а сбоку стоял белый старый автомобиль без колёс. Чуть дальше виднелись покосившиеся железные ворота, заросшие старым неухоженным плющом. Драко глубоко вдохнул для сил и направился к выходу. За воротами начиналась разбитая грунтовая дорога, на которой отчётливо виднелись свежие следы шин. Именно туда, превозмогая слабость и опираясь на забор, медленно побрёл Драко.

𖥠𖥠𖥠

      Слёзы текли по её щекам, а она, не отрывая взгляда от белого экрана, смотрела на него до боли в глазах. — Там кто-то есть! — Нужно позвонить Джеку, Поттеру, — пробормотал Ястреб, быстро доставая телефон. В этот момент в трубке снова раздался голос: — ТИХО! Кто-то приехал… Гермиона, подпрыгнув на сидении, зашептала: — Быстрее спрячьтесь, вас не должны увидеть, это очень опасно. Как только сможете, выходите и бегите оттуда. Скоро приедут взрослые и всё сделают… Она не успела договорить, как звонок оборвался. Гермиону начала бить крупная дрожь, зубы стучали, словно в лихорадке. — Винс, быстрее… пожалуйста, быстрее, — залепетала она. Руки дрожали, она начала хватать ртом воздух. Но пробка стояла намертво. За последние полчаса они проехали всего пару ярдов. Гермиона понимала, что происходит. Воздуха ей катастрофически не хватало. Рванув ручку на себя, она выскочила из машины и, не разбирая дороги, бросилась вперёд, лавируя между бамперами в сторону выезда из Лондона. Она слышала, как сзади крикнул Ястреб, а затем они вместе с Винсом догнали её. Ястреб попытался остановить её за руку, но она вырвалась. — Я не могу сидеть и ждать. Я должна быть там. Так я доберусь быстрее… — пробормотала Гермиона, устремляясь вперёд. Некоторые пассажиры, как и она, покидали запертые в пробке такси и следовали теперь пешком. Гермиона быстро обгоняла их, переходя на бег. Ей главное было — добраться до затора, а там они найдут машину. Ястреб на ходу за её спиной быстро разговаривал по телефону, как и Винс. А Гермиона никак не могла успокоиться. Её колотило, а слёзы текли по щекам. — Джек уже в пути, он был на подступах к Лондону, — крикнул ей Ястреб, беря её за руку и помогая ускорить шаг. — Поттер отправил констеблей в Бексли, чтобы забрать детей и… Драко. Гермиона лишь кивнула, продолжая переставлять ноги на автомате. Им осталось преодолеть около двух миль, а там они смогут поймать попутку или любой другой транспорт. Внезапно её телефон зазвонил, и она чуть не выронила его из рук. — Что?! Что случилось?! — выкрикнула она, резко остановившись прямо посреди тротуара и обхватив голову свободной рукой. Любая плохая новость сейчас могла стать для неё смертельной. — Мы выбрались! — задыхаясь от быстрого бега, прокричал в трубку подросток. — Набрали Джека, он велел спрятаться от любой машины, которую мы увидим. Он обещал позвонить нам, как только подкатит… Мы в кустах сидим. Тётя Гермиона, туда приехал какой-то мутный мужик на старой колымаге. У него лицо бинтом замотано! Гермиона сорвалась с места с новой силой. Предчувствие не обмануло. Это был Брайан, и другого исхода просто не могло быть. Драко был там, и совсем скоро она спасёт его. — Спрячьтесь и не высовывайтесь. Мы скоро будем. Спасибо вам! — выдохнула она и сбросила вызов, переходя на бег. Дикий адреналин, бурлящий в её крови, вызывал неприятное покалывание под ложечкой, но она не останавливалась. Ястреб и Винс едва поспевали за ней, а затем Винс вырвался вперёд, расталкивая прохожих и получая в ответ грубые ругательства. Эйфория охватила её, сквозь слёзы начала пробиваться улыбка. Она одновременно смеялась и плакала, полностью утратив контроль над эмоциями. Это всё было слишком сильным для неё. Она словно лишилась рассудка. В голове билось только одно имя — Драко. Драко. Драко. На выезде из Лондона затор наконец-то рассосался, и Ястреб, оглядевшись по сторонам, заприметил старенький автомобиль, припаркованный у обочины. Он распахнул водительскую дверь, буквально вырвав с сидения мужчину, который был погружён в свой телефон. Гермиона на ходу дрожащими пальцами расстегнула замочки своих серёжек и, не раздумывая, впихнула их в ладонь растерянного автовладельца, который теперь авто не владел. — Простите, — пробормотала она, запрыгивая на переднее сиденье. Винс грузно опустился на заднее сидение, и едва захлопнулась последняя дверь, Ястреб резко сорвался с места. Гермиона даже не посмотрела назад. Цена этих серёжек была достаточной, чтобы купить пару таких машин, но проблема заключалась в том, чтобы их сбыть. Впрочем, это уже забота мужчины. Ястреб набрал скорость, как только они выехали на трассу, с лёгкостью выжимая всё из малолитражки. Гермиона же, нервно вертя телефон между пальцами, наблюдала за тем, как окрестности Лондона окутываются темнотой, а свет их фар освещает влажный чёрный асфальт. Холодный ветер нагонял с собой туман и прохладу. Не в силах терпеть эту медленную пытку, она снова набрала Джека. — Где ты? — выпалила она в трубку. — Ещё около пяти миль до приюта, — напряжённо ответил Джек, и из динамика донёсся протяжный автомобильный гудок. — Твою мать!.. Подрезали, суки! Неудобно, миссис Малфой, я позвоню, как только доберусь до места. Связь прервалась. Гермиона забралась на сиденье с ногами, обхватила колени руками и начала монотонно раскачиваться из стороны в сторону. Сердце колотилось в горле так сильно и быстро, что казалось — ещё удар, и оно просто разорвётся на куски.

𖥠𖥠𖥠

      Темнота окутала пустую дорогу и безжизненные поля вокруг. Выйдя на асфальтированную трассу, Драко растерянно замер, озираясь по сторонам. Куда же ему идти? Направо или налево? Впереди была лишь безмолвная чёрная пустота. Решив двигаться вверх по склону холма, он стянул импровизированную повязку с глаз на шею. Без рубашки, в одних изодранных брюках, он мгновенно продрог до костей. Зубы начали стучать. Измученные мышцы ныли от пережитого напряжения, а в коленях поселилась ватная слабость. Ему было необходимо было что-то съесть в камере, чтобы у него были силы на побег. Позади него из темноты появились огни, очертив его чёрный силуэт. Драко остановился, прикрыв глаза рукой. Приближающийся, даже летевший автомобиль. Слух пронзил взорвавшийся, пронзительный и жуткий автомобильный гудок. Драко закричал, согнулся пополам и намертво уши руками, зажмурившись до цветных пятен в глазах. Автомобиль, вильнув, на огромной скорости обогнул его и мгновенно растаял в ночи. Кое-как выпрямившись, Драко проводил взглядом тускнеющие красные габариты. Кто бы ни сидел внутри, он явно не горел желанием подбирать полуголого человека посреди ночного шоссе. Драко и сам сомневался, что сейчас похож на человека, скорее на зомби, выбравшегося из могилы. С трудом передвигая ноги, он поплёлся дальше в том же направлении, куда унеслась машина. Должен же впереди быть хоть какой-то город. Он надеялся, что находится хотя бы в Британии, где сможет получить помощь в первом же населённом пункте. Спустя вечность вдали наконец забрезжили слабые жёлтые точки. Огни домов. Драко остановился, хватаясь за ноющие рёбра и пытаясь перевести дыхание. Там были люди, и ему оставалось только дойти до них. Идти становилось всё труднее. Изнуряющий кашель раздирал горло, перед глазами поплыли серые круги. Ему казалось, что он весь полыхает от лихорадки, будто в топке, а ночной ветер превращал проступающий пот в корку льда на коже. От светящегося созвездия городских окраин отделилась пара ярких фар, постепенно увеличиваясь и превращаясь в очертания машины. Драко замер посреди полосы, прищурившись и загораживая лицо ладонью. Может, эти люди сжалятся и подберут его? Он медленно поднял руки над головой, показывая свою безоружность, и остался стоять прямо на разделяющей линии, содрогаясь в кашле. Если сейчас ему не помогут, то дальше он идти не сможет, он упадёт в обморок, сознание уже начало ускользать от него. Ослепительный свет выжег глаза. Драко зажмурился, закрываясь предплечьем, когда в уши ударил протяжный визг тормозов. Шины заскользили по влажному асфальту, замирая в нескольких ярдах от него. И в эту самую секунду в гаснущем разуме Драко вспыхнула запоздалая мысль. Брайан.

𖥠𖥠𖥠

      Звонок заставил Гермиону вздрогнуть. Пальцы едва не выронили телефон. — Да?! — Я на месте, — раздался в трубке собранный голос Джека, а на заднем плане доносился гомон напуганных подростков. — Я стою прямо у приюта. Сдаю мелких констеблям, им точно грозят разбирательства. Мы прибыли одновременно. Гермиона закусила губу, прикрывая глаза. В безумной спешке она совершенно не подумала о том, какие проблемы возникнут у детей — несовершеннолетние, глубокой ночью, на заброшенном объекте за чертой города. Мысленно понадеявшись, что Поттер сможет это как-то уладить, она быстро заговорила: — Ты уже заходил внутрь? — Только что приехал, — напомнил Джек и, судя по звукам, пошёл вперёд. Скрипнула дверь, затем раздался щелчок, возможно, фонаря. Гермиона слышала уже знакомые поскрипывания старого деревянного пола и хруст мусора под его ботинками. — Не ходи один, мы почти приехали! — выкрикнула Гермиона и сбросила трубку. Страх перехватил горло. Она не могла вынести любые новости, пока не увидит всё своими глазами. Ястреб съехал с асфальтированной дороги на разбитую грунтовку. Малолитражку швыряло на ухабах, пока в свете фар не показались поросшие плющом старые ворота приюта. На пятачке перед фасадом уже стоял патрульный автомобиль с погашенными мигалками и старенький форд Джека. Сам он сидел на каменном крыльце и задумчиво курил. Гермиона первой выскочила из машины прежде, чем та окончательно остановилась, и бросилась к крыльцу. Джек медленно поднялся ей навстречу. По его мрачному выражению лица она поняла, что… Нет. Оттолкнув Джека в сторону, она ворвалась в распахнутый зев холла и быстро огляделась. За ней последовал Ястреб с фонарём, который, видимо, забрал у Джека. Тот, перегнав их, указывал дорогу вглубь коридоров. В самом конце центрального пролёта они наткнулись на неё. Одинокая, искорёженная дверь в подвал. Нижняя петля была вырвана, а рядом на полу валялся отщеплённый кусок толстой доски. Сердце Гермионы перестало биться, во рту мгновенно пересохло. Почти не дыша, она юркнула в образованную щель и быстро сбежала вниз по каменной лестнице, едва не поскользнувшись на каких-то размокших картонках. В подвале тускло горела и трещала старая лампа накаливания. Гермиона прищурилась, заставляя зрение адаптироваться к полумраку. Комната была разделена на две части. На одной половине стоял старый, почти развалившийся стол с явно новой спортивной сумкой, а вторая была огорожена прутьями. Решётчатая дверь камеры была распахнута настежь, и внутри было много всего. На полу лежали пластиковые тарелки с обветренной, дурно пахнущей едой и серое ведро с водой. Чуть дальше в темноте поблёскивал унитаз из нержавейки. К каменной стене была прикручена узкая койка, на которой комком лежало какое-то тёмное тряпьё. Гермиона подошла ближе, подняла её и развернула. Это оказался потрёпанный мужской пиджак. Смутно знакомый. Драко здесь не было. Не сейчас. Она без сил сползла вниз, прямо на колени, до судорог в пальцах прижимая к груди пиджак, и зашлась в беззвучном плаче. Сверху доносился грохот — Ястреб, казалось, не прекращал попыток проникнуть сюда. Наконец, тяжёлые шаги сбежали по лестнице, и дверь камеры с громким стуком ударилась об стену. — Его здесь нет. Опоздали, — чужим голосом проговорила Гермиона, даже не оборачиваясь. Собственный пульс казался ей расходящимися, затухающими кругами на воде. Беспомощность охватила всё тело. На секунду ей показалось, что это хриплое дыхание в тишине принадлежит кому-то другому, а затем подвальные стены накренились, и мир вокруг стремительно завертелся, уходя в черноту. Она пришла в себя лишь спустя долгое время, почувствовав на лице прикосновение прохладных пальцев, убирающих намокшие пряди с щеки. Ночной ветер остужал горящий лоб. Гермиона полулежала на чём-то мягком, принимающем форму её тела. — Гермиона, очнись, — снова позвал её Ястреб. Она не успела. Скорее всего, на считанные минуты. Что произошло там? Почему камера пуста? Куда его утащили? Жив ли он вообще после всего?.. До её слуха долетал негромкий разговор Винса с кем-то. Они обсуждали судьбу детей, в воздухе то и дело всплывала фамилия Поттера. Тяжело вздохнув, Гермиона уткнулась лицом в куртку Ястреба, прижимаясь к нему. Её пальцы всё ещё с силой сжимали пиджак Драко, найденный в темнице. Винс обронил, что констебли сейчас заберут детей и им тоже пора убираться. — Я никуда не поеду. Буду ждать Гарри здесь, — едва слышно прошелестела она. Донёсся отголосок сигаретного дыма. Гермиона с трудом села — оказалось, Ястреб сидел прямо на каменных ступенях крыльца, держа её на руках. Опираясь на его плечо, она поднялась на ноги. Голова дико кружилась, но эмоции внутри выгорели дотла. Была ли она ещё жива? Она не была уверена, но, скорее всего, умерла в тот момент, когда увидела Джека, по лицу которого поняла, что всё напрасно. Она не успела. — Я видел старую машину, когда мы сюда поднимались. Стояла на обочине у поворота, фары выключены. Я ещё подумал, местный кто-то, и проехал мимо, — негромко докладывал Джек Винсу. Винс раздражённо отшвырнул один окурок и тут же щёлкнул зажигалкой, прикуривая новую сигарету. — Это был Брайан или Геллерт, — покачала головой Гермиона. — Или кто угодно. Драко не мог испариться. — А что, если он всё-таки смог сбежать? — Ястреб продолжал сидеть на ступенях, лишь немногим ниже сейчас Гермионы. — И мы сможем найти его на обратном пути? Слабая надежда кольнула под сердцем. А что, если он где-то на дороге нуждается в помощи? Она решительно оттолкнулась от стены и направилась к машине, но Ястреб быстро поймал её за запястье. — Не ты, — грозно сказал он. — Я уже вызвал всех наших. Они будут здесь в течение часа. Дождёмся их и Поттера, он почти доехал. — Мы отвезём детей в участок, — сообщил констебль, одетый в тёмно-синюю, почти чёрную форму. Гермиона лишь искоса равнодушно взглянула на него, не чувствуя никакой помощи, а скорее видя в нём лишь проблему. Детей нужно было вытаскивать из этой каши. — Пусть Джек отвезёт их, — твёрдо произнесла она, поворачиваясь к офицеру. — Он их знает, они доверяют ему. Дети и так слишком напуганы. Подростки, сбившиеся в кучу у заведённого патрульного автомобиля, тут же загалдели, наперебой заявляя, что ни в какую полицию не поедут и останутся только с Джеком. Констебль тяжело вздохнул, оценивая перспективу тащить силой троих истерящих подростков, и неохотно кивнул. Дети бросились к форду Джека, и Гермиона сама открыла им дверь. Когда Джек занял водительское место, она благодарно кивнула ему. Полицейская машина крякнула сиреной, мигнула габаритами и медленно покатилась к выезду с территории. Гермиона тут же достала телефон и начала набирать сообщение. «Дети не должны попасть в участок». Без них стало как-то тише. Винс подошёл к ней и сочувственно положил руку на плечо. От этого прикосновения стало только хуже. Она сильнее ощутила реальность происходящего, которая не была просто страшным сном, мучившим её с самого утра. Пиджак Драко она заткнула за пояс брюк. Вдалеке на грунтовой дороге заплясали огни нескольких автомобилей. Гермиона наблюдала, как на заброшенный двор приюта один за другим въехало три автомобиля. Это были не люди Блейза. И точно не Поттер. Она сглотнула ядовитую слюну, видя, как из первой машины с водительского сидения выскочил крепкий мужчина в тёмном костюме и распахнул заднюю дверь. Лишь луна, выглянувшая из-за плотных туч, освещала двор бывшего приюта. Гермиона разглядела безупречные, словно отлитые из серебра волосы и знакомый, издевательский прищур разноцветных глаз. На её плечо тут же опустилась вторая рука — Ястреб придвинулся ближе, закрывая её своим телом. Геллерт Грин-де-Вальд одними губами улыбнулся. Гермиона не выдержала. Плотина её ледяного терпения рухнула. Она с диким рыком бросилась вперёд, но Ястреб, перехватил её поперёк талии, прижимая к себе и лишая возможности сделать хоть шаг. Гермиона кричала до хрипоты, срывая голос, извивалась всем телом, царапала держащие её руки и осыпала Грин-де-Вальда проклятиями. Тот лишь сильнее усмехнулся. Из остальных машин начали выходить его люди, безликие, чужие. Их было шестеро — все охранники. Из последнего автомобиля показался Криденс. Скучающим движением он протянул руку назад, помогая подняться кому-то ещё. Гермиона осеклась на полуслове, подавившись очередным криком, когда в полосе лунного света показалась хрупкая, беззащитная фигура Куинни. Она была одета в шёлковую ночную сорочку и буквально тряслась от пронизывающего ветра. С болью и стыдом в глазах она смотрела на Гермиону и беззвучно плакала. — Какой ты подонок! — просипела Гермиона, захлёбываясь ненавистью. — Где Драко?! Что ты с ним сделал, сука?! Геллерт неторопливо подошёл к дрожащей Куинни, положил ладонь ей на оголённое плечо и притянул к своему боку, демонстративно целуя в висок. Криденс сзади лишь раздражённо цыкнул языком и закатил глаза. — Драко? В надёжном месте, конечно же. Как и человек, виновный в его глупом побеге, — лениво, растягивая слова, протянул Грин-де-Вальд. Глаза застилала кровавая пелена ярости. Лёгкие горели огнём, Гермиона готова была зубами рвать его плоть, плевать на последствия. Но краем глаза она видела, что руки его охранников уже лежат на кобурах. Ястреб держал её не ради Грин-де-Вальда — он спасал ей жизнь, и в эту секунду она люто ненавидела его за это. Сейчас ей оставалось только шипеть, не сводя безумного взгляда с Геллерта. Тот вскинул брови и широко развёл руки в стороны, делая к ней приглашающий шаг. — Кажется, я ясно дал понять, Миона, что меня нужно слушаться? — его голос стал жёстче. — А ты упорно продолжаешь играть против меня и лезть не в своё дело. Драко принадлежит мне. Ты не получишь его ни на минуту раньше установленного срока. Но… — он выдержал драматическую паузу. — Раз уж ты так сильно по нему тоскуешь, я могу пойти навстречу. Хочешь, я начну присылать его тебе по частям? Чтобы ты, наконец, осознала, что я не шучу. Твои выходки мне поперёк горла… — Ты псих… конченный псих, — зашептала Гермиона, почти не улавливая смысла его слов. Неестественный, хриплый смех начал вырываться из её груди, становился всё громче. Она перестала дёргаться в тисках Ястреба, и тот, почувствовав это, слегка ослабил хватку. Она с наслаждением впитывала лёгкое замешательство, отразившееся на нахмуренном лице Грин-де-Вальда. Его спектакль о власти провалился. Зритель не воспринимает его всерьёз. — Бедная, бедная Миона. Кажется, ты совсем не выдержала моих правил. Жаль, очень жаль, — Геллерт взял себя в руки, фальшиво улыбаясь. Однако обозначившиеся желваки на щёках и потемневший взгляд выдавали его бешенство с головой. — Слышал, что ты познакомилась с Альбусом… — Послушай меня, Геллерт, мне вот совершенно поебать, что ты хочешь сказать, — Гермиона сделала шаг по направлению к нему, который позволил ей Ястреб. — Пошёл нахуй. Ты и твоя свита. Вы все, — она обвела безумным взглядом безликих, как на подбор, мужчин, ни на секунду не задержавшись на раздавленной Куинни и кривящемся в ухмылке Криденсе. — Отвратительные. Ничем не лучше. Грин-де-Вальд на секунду замер, а затем оглушительно, раскатисто расхохотался, высоко подняв руки и начиная размеренно аплодировать. Эти звонкие хлопки повисли в ночном воздухе, казалось, даже сверчки в траве смолкли. Луна окончательно прорезала облака, высвечивая каждую морщинку на его лице. В следующее мгновение Геллерт нырнул рукой под полу пиджака, извлёк пистолет и, даже не прицеливаясь, вскинул ствол чуть выше и правее головы Гермионы. Одновременно с выстрелом Куинни истошно взвизгнула, зажимая рот руками, а Криденс лишь усмехнулся. Справа от Гермионы что-то крупное, тяжёлое обрушилось на траву. Гермиона застыла на месте, прожигая невидящим взглядом идеально-зеркальный бок чужой машины. На периферии сознания мелькало, как Криденс грубо, за шиворот заталкивает бьющуюся в истерике Куинни обратно, как безликие мужчины без единого слова начали запрыгивать в свои автомобили. Она не могла даже моргнуть — глаза чудовищно жгло так, словно в них плеснули кислотой. Это всё неправда, этого не может быть. Ей казалось, что если она сделает хотя бы один полноценный вдох, реальность станет настоящей, а не плодом её воспалённого воображения. Руки Ястреба вокруг неё ослабели, но он всё ещё удерживал её. Геллерт, уже стоя на подножке автомобиля, взглянул на неё в последний раз. — Это моё последнее предупреждение, Миона. Ты будешь играть по моим правилам, или умрут все, кто тебе дорог. Последний хлопок двери заставил её вздрогнуть, а когда машина отъехала от ворот, Гермиона почувствовала, как собственные ноги окончательно перестали её держать. Ястреб отпустил её. Она рухнула коленями на землю, боясь просто повернуть голову вправо. Сердце разрывалось от невыносимой боли. Бесполезная, никчёмная. Опасная для всех. Слёзы сплошным потоком заливали лицо, шею, воротник, а вокруг снова воцарилась тишина. И лишь когда откуда-то издалека, со стороны шоссе, донёсся вой приближающихся полицейских сирен, Гермиона силой заставила себя собраться. Она медленно повернула голову. Почти чёрная в лунном свете жидкость уже подползла к её коленям, впитываясь в ткань светлых брюк. Ястреб стоял на коленях чуть дальше, молча, не моргая, смотрел на него, словно не веря. Гермиона перевела взгляд ниже. Прямо по центру лба, чуть выше переносицы, темнела чужеродная обожённая дырочка. Винс лежал на спине, широко раскинув руки, застывшим навсегда распахнутым взглядом смотря в звёздное небо.