Stuck on you

Когда Джон заболевает – к счастью, такое случается редко – всё их маленькое, но хорошо отлаженное хозяйство сразу погружается в хаос. Гейл трогает губами горячий сухой лоб и велит Джону оставаться в постели. Идёт в аптеку, в магазин за продуктами, сжигает суп. Гейл как раз тщетно пытается ликвидировать последствия неудавшейся готовки, когда завёрнутый в одеяло Джон возникает в дверном проёме. «Мне нравилась эта кастрюля», – сообщает он нейтральным тоном и гостеприимно распахивает одеяло. «Понятия не имею, что со всем этим делать», – шепчет Гейл ему в шею и обнимает за талию. Джон запахивает за ним одеяло, укрывая, кажется, от всех проблем в мире разом. «Полежи со мной часок. Потом выброси кастрюлю и сделай яичницу». «Завтра куплю тебе новую кастрюлю», – обещает Гейл и целует его в уголок рта. «Уж будь любезен». Джон тянет его прочь из кухни, и, поскольку подняться в спальню на втором этаже в четырёхногом коконе из одеяла решительно невозможно, а размыкать объятия совершенно не хочется, они приземляются на диване в гостиной. Час незаметно оборачивается тремя. Потом в Гейле просыпается совесть – или голод. С яичницей и чаем с лимоном он справляется без происшествий.