Мы всегда будем вместе. Даже когда настанет конец света.

      Запуск системы...       Установление сенсорной синхронизации с пилотом...       Загрузка завершена!              Мои ладони плотно сжали устройства управления высокотехнологичным оружием - Евангелионом нового поколения, моделью Ева 06. Я медленно выдохнул, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце и выровнять дыхание.       Брови слегка наклонились к переносице, и я, слегка нервничая, поджал губы.       — Ну... Погнали.

***

      Трудно сказать, когда это началось. Когда меня назначили пилотом боевого робота Евангелиона. Когда начались эти тренировки. Когда начали проводить эти тесты на синхронизацию. Когда начались эти битвы с ангелами, до сих пор приносящие много боли и травм - причём далеко не только физических.       Звонок будильника.       Тяжело вздыхая, я медленно открываю глаза. Смотрю пару секунд на потолок, а после руки наконец-то тянутся отключить чёртов будильник.       Встаю с кровати, устало потягиваясь.       "Опять не выспался..." - которое утро меня посещала эта мысль. И я совсем не удивляюсь ей - невозможно выспаться, когда каждую ночь тебя мучает паника и тревога, вызванная чрезвычайно яркими и слишком красочными кошмарами. Когда мрачные мысли поглощают тебя всего, чудесным образом атакуя тело вместе с болью от физических увечий, приносящих порой невыносимую боль, что пронзает каждую твою рану, полученную в ходе очередного боя.        Без сил плетусь в ванную, чтобы привести себя в порядок и совершить все необходимые утренние процедуры.       Подойдя к раковине, я снова вижу в зеркале своё изнеможённое лицо, украшенное тёмными кругами под глазами. Последние же, на удивление, всё ещё не потеряли свою яркость и живость.       — Что ж... С добрым утром. - прошептал я, продолжая внимательным взглядом изучать собственное лицо, и выдавил из себя измученную улыбку. — Шестое дитя.       На последних двух словах мне не удаётся сдержать усмешку. Это они меня так называли. Уже с тех пор, как привезли меня в подразделение NERV. И до сих пор так называют. Кроме, разве что, троих людей из всего персонала.       "Могли бы и имя моё узнать за то долгое время, что я здесь нахожусь. - невольно промелькнуло в голове, заставляя слегка свести брови к переносице. — Хотя бы ради приличия"       Ухмылка вновь появляется на лице, полностью вытесняя лёгкую злобу и заставляя меня улыбаться как идиот.       "Хотя... Я же прекрасно знаю, что всего лишь пушечное мясо для них. Всего лишь инструмент для получения желаемого. Ключик от шкатулки под названием Евангелион, играющей нежную мелодию смерти и страданий. Пилот Евы 06, словно шлейфом тянущей за собой слёзы, боль и потери. Как пилотам, так и окружающим"

***

      Я открываю глаза. Вот я уже внутри капсулы пилота, заполненной янтарной жидкостью под названием LCL - необходимой составляющей каждой модели Евы, обеспечивающей контакт между пилотом и роботом. К счастью, в жидкости содержится много кислорода, за счёт чего я, как и любой другой пилот, свободно могу дышать, находясь внутри.       Передо мной был включен экран, отображающий поле зрения моей Евы. Взгляд упал немного в сторону, проскальзывая по мощным металлическим толстым стенам огромной испытательной комнаты. Возможно, лишь эти стены были способны защитить такое мощное оружие от недобрых рук.       Правда иногда в голове появляются мрачные мысли. Мысли наподобие:       "Что если это не Евангелионы нужно защищать от внешнего мира? Что если это мир нужно защищать от них?"       Слева от роботического существа, внутри которого я находился, судя по экрану, располагалось окно - единственное в испытательной комнате. За ним виднелись сотни, если не тысячи разноцветных ярких лампочек, мигающих на панелях различных высокотехнологичных приборов.       Там, за стёклами, суетились люди в белых халатах - учёные нашего подразделения NERV. Они каждый день проверяли нашу степень синхронизации с пилотируемыми роботами, каждый день проверяли показатели здоровья, желая удостовериться в благополучии нашего как физического, так и психического состояния - всё ради уверенности в том, что мы всё ещё способны пилотировать.       Я заметил своего брата, Куромаку. Он тоже был там. Правда, какой смысл в его нахождении рядом сейчас? Раньше он почти не бывал дома, почти всегда был где-то далеко от меня. И это продолжалось довольно долгое время. А одним прекрасным днём, который, как я понял уже потом, знаменовал начало нового периода в моей жизни, он ворвался в квартиру, широко распахивая дверь и чуть ли не прыгая на месте от счастья. На лице сияла широкая улыбка, с которой он и сообщил мне новость о неком чуде. Чуде, что может спасти всех людей. Чуде, частью которого могу стать я, оказав ему огромную услугу.       И по глупости я согласился участвовать в этой авантюре, подумав, что так смогу проводить с ним больше времени - ведь, кроме него, семьи у меня совсем нет. Но я совсем не знал, что именно меня ждёт. А когда узнал, было уже поздно поворачивать назад и отказываться. Как минимум это было бы некрасиво. Как максимум - возможно, если бы я это сделал, не было бы и меня, и всего человечества.       До этого мне бы и в голову не пришла мысль о том, что предлагаемое мне место, та "должность", которую я занимаю (если это можно так назвать), играет такую большую роль в жизни целой человеческой цивилизации. Нет, понимание этого факта, конечно, было. Но в том и дело, что оно было больше подсознательным, чем мыслью, которая могла бы внезапно возникнуть у меня в голове, пока я занимаюсь своими рутинными делами.       Я вздохнул, на этот раз прикрыв глаза и прислушиваясь к своим мыслям, заполонившим голову словно безумным речным потоком, который того и гляди мог бы сбить с ног, если бы кто-то решился войти в него. Столько страхов. Столько мечт. Столько надежд. Столько боли.       Всё это циркулировало во мне, заставляя сердце биться.       "Если ты всё ещё способен мыслить, если ты способен чувствовать - значит, ты жив - вспомнились мне слова брата. — Неважно, в каком состоянии находиться твоё тело. Неважно, сколько увечий тебе было нанесено. Неважно, сколько на тебе шрамов и как сильно повреждён твой рассудок. Если ты имеешь возможность ощущать и думать, несмотря ни на что - ты всё ещё жив. Поэтому, прошу, что бы с тобой ни случилось, обещай мне, что постараешься никогда не сдаваться. Ведь если ты жив - смысл бороться ещё есть"       Это он сказал мне перед тем, как мы прибыли сюда, в подземный штаб NERV, полный заумных устройств, исследовательских центров, доброжелательных и вежливых работников, всегда готовых прийти на помощь. И, кажется, таким образом Куромаку хотел подготовить меня к тому, что здесь ожидало.       На лице проскользнула лёгкая улыбка. Возможно, я был не прав, когда думал, что ему нет до меня дела? Не знаю. Но то, что он заботился обо мне - разумеется, в своём стиле - было очевидным.       — ... уровень синхронизации в пределах допустимого. - различил я кусок фразы одного из учёных, находящихся в комнате с мигающими лампочками. — На сегодня проверка закончена. Можете передохнуть, пилоты.

***

      Руки уже снимали с моего тела костюм - по крайней мере ту его часть, что была на верхней части торса, как вруг на оголённые плечи легли чьи-то ладони.       — Ну привет, партнёр! - это был мой напарник, по совместительству второй пилот нашего подразделения и мой друг. Я пошатнулся от его громкого голоса, когда он чуть ли не проорал приветствие мне прямо в ухо, но, благо, мне удалось устоять на ногах. — Мы совсем не успели пообщаться этим утром. - его голос зазвучал спокойнее, а руки обвили шею в объятии. Моё лицо покрыл румянец. Он вёл себя довольно странно.       — В-Вару, ч-что ты творишь... - я поднял взгляд на партнёра по работе, чей подбородок уже лежал на моей макушке, мои щёки, кажется, горели. Я попытался убрать его руки с моей кожи - я не имел ничего против обнимашек с Вару, ведь мы с ним сильно сблизились за то время, что занимались битвами с ангелами, стали действительно хорошими друзьями. Но сейчас мои плечи и часть грудной клетки были обнажены, пока я пытался придерживать висящую на теле верхнюю часть комбинезона пилота. Ещё хорошо, что он не начал снимать с себя костюм, иначе происходящее из просто неловкого стало бы просто до жути смущающим. — Может, дашь мне сперва переодеться? - несмотря на смущение мой голос был спокоен, глаза смотрели в сторону.       В ответ мне послышалось лишь хихиканье, после которого его хватка (не удушающая, но всё равно довольно крепкая) заметно ослабла, он отошёл на пару шагов, внимательно меня разглядывая.       — Да ладно, ты что, меня стесняешься? - спросил он с хитринкой в голосе, пока я всё больше краснел от его пристального взора. — Брось ты, чего я там не видел, мы же с тобой столько времени вместе работаем и в стольких неловких ситуациях бывали. - усмехнулся он, обхватывая меня одной рукой вокруг шеи и прижимая к себе, как часто с ним делал его брат - Пик, который, кстати, тоже работает в подземном штабе, только, в отличие от Куромаку, является капитаном подразделения. — А ты при этом всём стесняешься при мне переодеться? - сперва на его лице была вполне обыденная ухмылка, но, когда он осознал, как его поведение выглядит со стороны, выражение его лица сменилось сперва на задумчивое, а после - на смущённое.       Он в мгновение ока, словно его тело пронзила молния, отшатнулся.       — П-прости... - произнёс он, краснея. — Ты же знаешь, меня иногда заносит... - его рука нервно почесала макушку, пока взгляд был отведён в сторону.       Я снова шумно вздохнул, отвернулся от него, снял с себя комбинезон пилота, после чего по-быстрому натянул на тело свою повседневную одежду - футболку голубого цвета с принтом Нян Кэта и короткие чёрные шорты, доходившие мне до половины бёдер.       — Ничего, Вару. - я вновь развернулся к нему, положив ладонь на его плечо. — Я не понаслышке знаю, что иногда ты можешь делать и говорить то, о чём после будешь жалеть. И, поверь мне, это не самое худшее, что между нами происходило, так что... Всё правда нормально.       Он повернул свою голову, взглянув мне прямо в глаза, а я продолжил:       — Я буду честен: ты совершал много говна, но... Я уже достаточно хорошо знаю тебя. И отлично знаю, что, даже когда ты ведёшь себя как мудак, ты на самом деле совсем не такой.       — Ты правда не обижаешься? - в ответ я кивнул, прикрывая глаза. — И за то, что я делал в прошлом? - его взгляд устремился к полу.       Я наклонился, чтобы сохранять с ним зрительный контакт.       — Конечно, Вару. - я мягко улыбнулся. — Это ведь было так давно. К тому же ты уже раз сто, если не больше, за косяки прошлого извинялся. - беззлобная усмешка сошла с моих губ. — Да и вдобавок - щёки вновь слегка покраснели. — Ты сильно изменился с той поры, разве нет?       Он вновь поднял взгляд на меня, после чего нежно улыбнулся в ответ.       — И то верно, хех... - на секунду в комнате повисло неловкое молчание, но напарник быстро его нарушил. — Спасибо тебе за понимание, Зонтик. Ты - лучший партнёр, которого мне когда-либо могли предложить. - он вновь крепко обнял меня, крепко прижавшись всем своим телом. — Ты мне очень дорог, ты же знаешь, да? - спросил он, сжимая руки на моей футболке и меняя положение головы так, чтобы она прижималась уже к моей груди.       Моя рука мягко легла на объёмную копну его кудрявых волос, слабо их потрёпывая.       — Разумеется, Вару. - улыбка не покидала моего лица. Правая рука приобнимала его туловище, пока левая утопала в зелёных кудряшках.       "Мягкие" - пронеслась в голове мысль.       Он прижался ко мне ещё сильнее.

***

      Я до сих пор помню ту ситуацию, благодаря которой мы, возможно, сблизились сильнее всего. Вполне вероятно, что именно она и положила начало улучшению наших взаимоотношений. Случай, когда он наконец-то показал своё настоящее лицо, сбросив маску шутника, вечно подкалывающего меня и вкидывающего посреди разговора не самые приятные и порой даже обидные шутки.       Это была страшная ночь. Ночь, полная леденящего ужаса. Большинство воспоминаний моё сознание скрыло словно загадочным флёром, окуная часть разума в забвение. Помню, как ангел атаковал меня, насквозь проткнув Еву 06 в месте груди. Помню реки крови, пролившиеся из моего Евангелиона. Помню адскую боль, разрядом прошедшую по всему телу. Помню свой громкий крик, полный мучений и страданий. А дальше...       Дальше лишь ослепительная белизна. А после неё - пробуждение на койке в лазарете нашей подземной базы.       Слышу звук аппарата, измеряющего мой пульс. Чувствую бинты, намотанные на грудную клетку, а также иглу капельницы в руке. Медленно раскрываю отяжелевшие веки и краем глаза, ещё не сфокусировавшимся зрением, замечаю у края кровати густые зелёные космы, обладатель которых, видимо, сидя на коленях у койки, держался за её край, облокотив на него свою голову.       — В-Вару?.. - растерянно, не до конца прийдя в себя, ослабшим и охрипшим голосом прошептал я.       Кудрявый резко вздёрнул голову, обратив на меня полные слёз глаза.       — Боже, я так рад, что ты жив! - вскрикнул он дрожащим голосом с несвойственной для себя ранее искренностью, накинувшись на меня и осторожно, чтобы не навредить, обвивая свои руки вокруг моей шеи. Тут же он уткнулся лицом мне в плечо. — Никогда в жизни больше даже не думай о том, чтобы так безумно жертвовать собой ради меня, слышишь!? - было слышно, что партнёр всем видом пытался показаться агрессивным в тот момент, но из-за дрожащего голоса и периодических пошмыгиваний это не удавалось.       Я медленно обхватил его туловище, отвечая на объятие.       — П-прости...       — Не извиняйся, идиот! - резко перебил меня очередным криком, пока лицо его всё ещё было вне поля зрения, прижатое к моему плечу. Он громко всхлипнул, после чего его голос звучал чуть спокойнее и тише. — Ты хоть подумал о том, каково было бы мне, если бы тебя не стало? - послышался очередной всхлип. — Безрассудный, самоотверженный идиот. - его тело ещё сильнее прижалось к моему.       — Я... Я думал, что... Что я обязан... - неуверенно прохрипел я, но меня снова прервали.       — Почему?.. - всё ещё дрожа всем телом, задал напарник очередной вопрос. — Почему ты... Всегда такой?.. Почему... - вновь всхлип. — Неужели я настолько, чёрт побери, важен, что ты готов расстаться с жизнью из-за меня?.. - казалось, слёзы уже перестали течь по его щекам, но по голосу было понятно, что он изо всех сил сдерживает новый их поток, впоследствии не справляясь с этой задачей, и снова сжимает меня что есть сил, дав волю своей грусти. От такой близости я чувствовал, как бьётся его сердце, и на момент мне даже показалось, что моё начало биться абсолютно с таким же ритмом, настроившись на ту же волну.       Из глаз по щекам, не поддаваясь никакому контролю, полились солёные капли. Руки усилили хватку на теле партнёра, словно, отпустив, я бы упал в бесконечную бездну забвения и больше никогда бы его не увидел.       "Неужели я правда настолько дорог ему?"