Класс Превосходства: Альтернативная Версия — Возрождение

1 января, суббота. — Кей-тян! Я обернулась и увидела Чиаки-тян, шагающую своей привычной походкой. Я всегда была уверена в своей внешности, но, увидев её, поняла, что некоторые девушки явно превосходят меня в этом плане. — Чиаки-тян, привет~! Мы вдвоём зашли в кафе, где почти не было посетителей. На наших лицах были улыбки, но как только мы сели, я почувствовала, что атмосфера вот-вот станет мрачной. — Все уже начали понимать… но всё равно больно было видеть, да? — сказала она. — Да… мы вернулись в класс C, — ответила я. — И я уверена, что Хондо-кун и остальные еще не смирились с исключением Миямото-куна. Думаю, с этого момента все станет намного сложнее. Чиаки-тян тихо вздохнула, а затем отвернулась. — Ну разве это не забавно? Мы начали как класс D, но сразу же перешли в класс B, еще до того, как система ранжирования стала известна другим классам. Затем мы поднялись в класс A после экзамена по Знаку Зодиака, — я вздохнула. — А теперь… — Как ты думаешь, Кей-тян? Аянокоджи-кун когда-нибудь снова нам поможет? Конечно, поможет! По крайней мере, это то, что хотели услышать все в нашем классе. Все признавали способности Аянокоджи-куна. Он был самым умным, сильным и надежным лидером, о котором мы могли только мечтать. Йоске… Хирата-кун — полагается на него, а Хорикита-сан училась у него. Пока он был рядом, наш класс был непобедим… Но почему он ушел? Мы поднялись слишком высоко? Ему надоело, что все на него полагаются? — Я… я не уверена. Я одна из его ближайших подруг, и я мельком видела его настоящего, когда он спас меня от группы Манабе-сан… так почему же я не могу дать конкретного ответа? Может, я не была с ним так близка, как думала. — Понятно. Полагаю, мы все в одной лодке. Никто из нас на самом деле не знает, о чем думает Аянокоджи-кун. Было бы лучше, если бы он не вмешивался в дела класса до конца нашего обучения… — Что ты имеешь в виду? — Ты помнишь, что произошло в четвертую ночь экзамена на Необитаемом Острове? Аянокоджи-кун внезапно спросил о желании перейти в другой класс. С тех пор мысль о том, что он может нас покинуть, не выходила у меня из головы. — Да, я помню. Но, типа, мы же говорим об Аянокоджи-куне. Ты действительно думаешь, что он так просто нас бросит? У меня такое чувство… что он мог бы. — Бросить? Он же не несет никакой ответственности перед нами. Мы его друзья. И как бы иронично это ни звучало, мы достаточно близки, чтобы понимать, что его отношения с кем-либо из нашего класса не станут для него достаточной причиной, чтобы остаться. — Э? Так Чиаки-тян тоже знает о настоящем «я» Аянокоджи-куна? — Ой, я ожидала, что ты удивишься или растеряешься, но, похоже, ты сама увидела правду. Понятно… похоже, я не единственнпя. Уверена, Кушида-сан или Хорикита-сан тоже об этом знают. Конечно, это вполне естественно. — Тогда мне нет нужды делать вид, что я ничего о нем не знаю, — сказала я. — Я также думаю, что наш класс не входит в список его приоритетов. — Чем больше об этом думаешь, тем хуже становится. По словам Хорикиты-сан… Ичиносе-сан и её класс хотят переманить Аянокоджи-куна к себе. То же самое касается Сакаянаги-сан из класса А. Хорикита-сан сказала, что у неё и Аянокоджи-куна есть какая-то связь. Вполне очевидно, что кто-то из них попытается переманить его в свой класс. — Спасибо за ожидание! Вот ваш заказ! — официантка с улыбкой принесла нам напитки. Я молча наблюдала, как капли холодной воды скатываются на дно стакана. — Но у Аянокоджи-куна также и нет причин переходить в другой класс, правда? — мой голос задрожал. — В принципе, так и должно быть. Однако он не обычный человек, так что и его мотивы не будут простыми, — Чиаки-тян сделала глоток из своего стакана, прежде чем снова повернуться ко мне. — Тем не менее, мы не можем знать наверняка. Во-первых, трое наших одноклассников стали открыто враждебно относиться к нему, потому что их друг был исключен, а Аянокоджи-кун был подставлен как виновник. Мы потеряли много классных и личных очков и были понижены… и, наконец, его отвергла Кикё-тян. Аянокоджи-куна отвергли, но он не выглядел огорченным. Он, должно быть, уже забыл о Кушиде-сан. Мы даже начали обсуждать, как будем бороться с этим новым президентом ученического совета без ее помощи. Это не должно стать одной из причин его ухода, верно? — Кей-тян, ты в порядке? — А? Э-э, да, конечно. Ее прищуренный взгляд внимательно следил за каждым моим движением. Она незаметно оглянулась, чтобы проверить, не подслушивает ли нас кто-нибудь, прежде чем ответить. — Ты вчера гуляла с нашими семпаями, да? — А-а-а, ну да… — И, судя по тому, что ты нам рассказала, там были Аджитани-семпай и Ханекава-семпай. — Д-да… — Аджитани Аяне, девушка, которая нравится Тонокаве-семпаю, и Ханекава Чисе, девушка Мизоваки-семпая, — Чиаки-тян прикоснулась к подбородку с ухмылкой. — Понятно. Ты наконец-то начала работать с Аянокоджи-куном, да? Именно в такие моменты я вспоминаю, насколько она проницательна. — Он не дал тебе никакой работы? — спросила я. — Нет. По крайней мере, пока. Он хотел сблизиться со своими партнерами, поэтому попросил тебя пообщаться с девушками, с которыми они связаны, верно? Второкурсницы, с которыми я дружу, не входят в эту группу. Ты — лучшая кандидатка на эту роль, не считая Кикё-тян. Верно. На самом деле, Аянокоджи-куну даже не пришлось бы выбирать. Это уязвляет мою гордость, но я ничего не могу поделать с правдой. — Как ты думаешь… Аянокоджи-кун и Кушида-сан когда-нибудь станут такими же близкими, как раньше? — Кто знает? Признание застало меня врасплох. Думаю, я смогу спросить об этом Кикё-тян, когда представится возможность, — Чиаки-тян пожала плечами. После этого мы поговорили о обычных вещах, происходящих в наших кругах. Затем напряжение, связанное Аянокоджи-куном и ситуации в классе постепенно рассеялось. Однако я ошибалась, думая, что дальше все пойдет гладко. — Кстати, я заметила, что вчера вечером ты хотела что-то сказать Аянокоджи-куну. — Ч-что…? — Должно быть, это сильно тебя беспокоило. Та Каруизава Кей, которую я знаю, не была бы такой легкочитаемой. — Я…! — я молча сжала кулак. — Я знала, что не смогу скрыть это от тебя или от Хираты-куна. — Ты даже снова стала называть его по фамилии… так ты действительно хочешь расстаться, да? — Ты думаешь, это правильное решение? — спросила я. — Я… разлюбила его, но Хирата-кун не сделал ничего плохого. Пристальный взгляд Чиаки-тян был, мягко говоря, пугающим. Она отпила из своего стакана, не отрывая от меня взгляда. — Хех, как это решительно с твоей стороны… — сказала она. — Я не могу сказать, правильно это или нет, но разве момент, которые ты подобрала, не кажется странным? Ты решила расстаться с Хиратой-куном сразу же после того, как произошло то, что случилось между Кикё-тян и Аянокоджи-куном. Я слишком много об этом думаю, или есть что-то еще, что ты хочешь мне сказать? — Оправдываться бесполезно, да? Ладно, признаю. Я была рада, когда Кушида-сан отвергла Аянокоджи-куна. В последнее время он мне нравился больше, чем Хирата-кун, так что разрыв наших отношений — лучшее решение для нас обоих. — Понятно. Спасибо, что рассказала правду, Кей-тян. — Честно говоря, у меня не было выбора. Ты загнала меня в угол, понимаешь? Мне не нравится эта твоя черта, Чиаки-тян. Чиаки-тян хихикнула, как будто я сделала ей комплимент. Смешав правду с ложью, можно составить правдоподобную историю. Мне удалось скрыть мои фальшивые отношения с Хиратой-куном, одновременно держа Чиаки-тян на расстоянии благодаря моему «откровению». Она — моя подруга, но я всё же решила, что лучше, чтобы об этом знали как можно меньше людей. С такими хитрыми девушками, как она, сложнее всего иметь дело. Я рада, что мы не враги. — Тем не менее, тебе, наверное, стоит подождать. Даже если Аянокоджи-кун решит подойти к тебе, он может увидеть в тебе не более чем… — Замену. Я знаю об этом и считаю, что это нормально. Я задумчиво улыбнулась, что на мгновение застало Чиаки-тян врасплох. Я знала это с самого начала… он защищал меня и обещал защищать и в будущем. Поэтому я буду приносить ему пользу, пока не почувствую, что отплатила за долг. К тому же, это, наверное, единственный способ для меня лучше узнать Аянокоджи Киётаку. — Ты уверена? Ну, наверное, это зависит от того, насколько ты позволишь ему собой пользоваться. — У меня достаточно самоуважения, чтобы держать ситуацию под контролем. В любом случае, это всего лишь влюбленность. Ты же в той же ситуации, верно? — Я? Не совсем. Кто-то другой, возможно, и поверил бы в ее гладкий и бесстрастный ответ. Я молча ухмыльнулась, глядя на строгое лицо Чиаки-тян. Она попыталась ответить мне тем же, но смех взял верх над её самообладанием. — Пфф, ладно, я сдаюсь. Я тоже в него влюблена. В смысле, давай будем честны. А кто в данный момент не влюблён? — Это правда. Но как только я расстанусь с Хиратой-куном, некоторые девушки могут перебежать к нему и начать за ним ухаживать, — по-моему, это нелепое, но вполне реалистичное предположение. — Значит, ты используешь своего бывшего в качестве приманки, чтобы устранить конкуренцию. Ты хитра, как лиса, Кей-тян. — Хех, а за кого ты меня принимаешь? Мы обе тихо рассмеялись в кафе. Конечно, если отбросить наши полушутливые замечания, было приятно видеть, что Чиаки-тян беспокоится обо мне. Вероятно, она думала, что у меня серьезные чувства к Аянокоджи-куну и что меня могут использовать, если я буду слепо следовать за ним. — Он может командовать мной и поручать мне всякие мелкие дела, но я не прощу ему, если он будет жесток со мной. — В конце концов, ты все-таки девушка, верно, Кей-тян? — Хм, я всегда была девушкой. И перестань вести себя как старшая сестра, Чиаки-тян. Я знаю, что ты держишь ухо востро, потому что я могу его у тебя увести. — Нет, в этом плане я спокойна. — Ого? Ты так уверена? — Не совсем… — Чиаки-тян отвернула взгляд, натянув на лицо улыбку. — Не знаю, в курсе ли ты, но Кикё-тян — не единственная наша сильная соперница… я просто привыкла к ощущению, что «парень, который мне нравится, завтра может завести себе девушку». Вот это редкое зрелище. Вид ее растерянности почему-то успокоил меня. — Ах, да… есть еще Сакура-сан, Хасебе-сан, Рури, Майя-тян и некоторые другие девочки из нашего класса. — Не только из нашего класса… можно с уверенностью сказать, что большинство девочек в том групповом чате в него влюблены? — О… ты права. — И даже если Кикё-тян выбыла из игры, будет крайне опасно, если Ичиносе-сан сделает ход… — Верно, есть еще же Ичиносе-сан. Она с ним очень близка, да? Насколько я знаю, они иногда обедали вместе. — Черт, может, она утешала его после того, как он получил отказ, и теперь они тайно встречаются. Разве не странно, что Аянокоджи-кун выглядит так же невозмутимым, как обычно? То есть, я понимаю; он всегда так выглядит. Но, может, причина, по которой он не выглядел огорченным, в том, что в картину вступила другая девушка и успокоила его сердце! — Эй, п-поумерь свой пыл! — Ахаха… ахахаха...... — Ч-Чиаки-тян, ты в порядке?! К счастью, других посетителей, которые могли бы услышать наш странный разговор, не было. Сегодня я узнала две вещи. Во-первых, самообладание Чиаки-тян похоже на тонкую тарелку. Ее нельзя проглядеть насквозь, и ее не так легко разбить, но если атаковать ее достаточное количество раз, она мгновенно развалится. И во-вторых, она любит Аянокоджи-куна больше, чем я думала. Она довольно хорошо скрывает свои чувства. Но я рада, что она доверяет мне настолько, что показывает их.