Имя мне...

«Ах, две души живут в больной груди моей,

Друг другу чуждые, – и жаждут разделенья!»

Иоганн Вольфганг фон Гёте «Фауст»

      Большая лифтовая платформа спустилась и в подземном комплексе реактора очутился целый взвод дроидов-командос. Жестянки сработали грамотно: не успел лифт опуститься, как они тут же кувырками ворвались в пространство в разные стороны и принялись выискивать своими сенсорами врага, за которым их сюда послали и который, судя по находившемуся изначально внизу лифту, должны были быть именно здесь. Но никого и ничего подозрительно металлические спецназовцы не могли зафиксировать. И тут внезапно на головы дроидов посыпались плазменные энергетические разряды. Густые и быстрые, как дожди на Джабииме. Не успевая сообразить, что происходит, BX один за другим приходили в негодность и падали. Лишь один из них успел поднять свою голову и увидеть наверху четырёх клонов, парящих в воздухе на тросах, концы которых крепились магнитными держателями к высокому потолку. Но и он схлопотал свою долю плазмы, прежде чем успел воскликнуть: «Клон наверху!» Как только последний дроид с грохотом свалился с ног, отряд Дельта быстро спустился по своим тросам и бегом ломанулся к лифту. Они и так потеряли время, устраивая засаду и разбираясь с непрошенными гостями, а часики детонаторов тикали. — Приготовились, рассредоточиться! — скомандовал Дельт-38, когда они начали подъезжать к верхнему этажу.       Командир полагал, что дроиды подстраховались и оставили наверху заградительный отряд на случай, если BX не справятся. — Огонь!       И он не ошибся. Их поджидал отряд из десятка тяжелых дроидов B2, — самые ненавистные дельтавцам жестянки, — вернее «жестянища», — особенно, когда они так близко. И всё-таки, солдаты были готовы к такому повороту событий, поэтому успели среагировать быстрее своих врагов: не успел лифто становиться, как в лобовую броню дроидов полетели выстрели с бешеной частотой. B2 к такому не были готовы, но их толстая и тяжёлая броня делала своё дело. Поэтому Скорч и Сев, находившиеся на передовой, после первых же выстрелов набросились на ближайших дроидов с виброножами, в то время как Босс и Скорч лихорадочно поливали плазмой их соседей, постоянно переводя дуло оружия то с одного то с другого. Это не помогало уничтожить всех их быстро, но сильно замедляло и отвлекало, пока двое бойцов отчаянно резали их ножами, что тоже плохо получалось, а твердолобые В2 ещё и пытались сопротивляться, схватить клонов за горло и лишить возможности сопротивляться, чтобы просто взять и пристрелить. Но дельтовцы отчаянно огрызались, не желая ни сдаваться, ни погибать просто так. Ни в этот день. Ни сейчас! В головах у них крутились слова генерала Скайуокера и все мысли в такой ответственной момент, когда их жизни повисли на волоске, были только о том, сколько жизней мирных граждан, а также своих братьев они сберегли своими операциями. А сколько ещё могут спасти, если выберутся отсюда? Поэтому они дрались и стреляли с таким рвением и свирепостью, каких ещё не знали прежде. За республику, за братьев… За жизнь! И так продолжалось до тех пор, пока заградотряд B2 не был разорван и расстрелян в клочья в буквальном смысле. — Бежим к выходу! — тяжело выдохнул Босс.       И отряд побежал со всех ног, подгоняемый мыслями о заложенных ими же бомбах, уже не заботясь о своей скрытности. Какой в ней смысл, если здесь вот-вот всё взлетит на воздух, а их кровь, которая, казалось бы уже давно охладела, бурлила как никогда. Порой им иногда попадались небольшие отряды дроидов, но то были слишком мелкие отряды и патрули B1, не способные их даже задержать. Таких клоны-командос отстреливали на бегу, даже не сбавляя скорости. И тут неожиданно Дельта-38 резко начал сбавлять ход и поднял правую руку с соответствующим жестом. Отряд остановился, громко шаркая подошвами ботинок. — В чём дело, Босс? — спросил Сев, внимательно рассматривая окружающее пространство через прицел винтовки, полагая, что сержан что-то увидел. — Дельта-лидер? — позвал его Фиксер, когда командир не откликнулся на слова снайпера. — Мы не можем уйти тем же путём, — наконец произнёс он. — Почему? — поинтересовался компьютерный гений спецгруппы. — Они хорошо сработали там у реактора, оставив заградотряд. А ещё, когда мы сюда пришли, они послали в подземный туннель большой отряд дроидов. Они не только знают, что мы здесь, но и как мы собираемся уходить. Нас не выпустят тем же путём! — соображал вслух Дельта-лидер, после чего активировал комлинк. — Советник, мы переходим к плану «Б» по эвакуации: направляемся в ангар! — Понял, вас Дельта-лидер, будем держаться этого плана!       И отряд командос, успев немного перевести дыхание, направился уже в главный ангар уровнем выше, возблагодарив своего командира за такую быструю соображалку и генерала Скайуокера за то, что он заранее придумал этот запасной план. Правда он имел кое-какие побочные эффекты, но там, в штабе, уже наверняка это сообразили и уже принимают меры. А их забота сейчас — покинуть это место и побыстрее. В самом ангаре, на радость отряда, не было не единого автономного летуна. Одни лишь тяжёлые транспортники и шаттлы. Странно для завода такого значения. Видимо командующий армией сепаратистов Оро Дассин настолько был уверен в неприступности крепости, что банально не озаботился прикрытием с воздуха. В противном случае бомбардировщикам и канонеркам было бы труднее завоевать господство в воздухе. Однако дельтовцам было не до этого. Они не забывали о времени до срабатывания мин, которого с каждой секундой становилось всё меньше. — Фиксер, скорее открой выход из ангара! Вон тот терминал, кажись! — Сейчас сделаю, командир! — Поторопись, приятель, поторопись! Советник, мы на месте. Готовимся открыть вам ворота… Через пару минут.

***

— Шесть минут, Энакин, — заметил Оби-Ван. — Вижу, — пробурчал я в ответ.       Всё таки не подвела меня осторожность, которая вполне себе сожительствовала во мне с неукротимым рвением. Дельте понадобился запасной план для эвакуации и я его заранее разработал. Насчёт ангара, я опасался, что там будут «живые» истребители сепаров с персоналом, но, судя по тому, как легко сегодня нам удалось завоевать господство в воздухе, у авиации конфедератов сегодня был выходной. Однако решение в первую очередь должно было быть за Дельтой. Потому что им виднее, что там в эпицентре событий. Однако времени оставалось совсем мало, а нам нужно было ещё эвакуировать авангард вместе с техникой. и желательно начать это делать прямо сейчас, но если раньше срока удалить все свои силы с поля боя, то дроиды могут почуять неладное и тогда Дельте внутри может не поздоровиться. — Советник, мы на месте. Готовимся открыть вам ворота.Через пару минут, — снова раздался голос из приборов. — Понял, Дельта-лидер. Позаботимся о вашем транспорте, — ответил им клон-связист, после чего выжидающе уставился на меня. — Рекс, готовься к эвакуации! — связался я для начала со своим командующим наземными силами. — Есть, сэр! — весьма бодро и громко ответил капитан. Заждался видать этого приказа. — Бронзиум-Один, Обсидиан-Один, начинайте эвакуацию! Кораблям, назначенным для вывоза диверсантов, нацелиться на ангар завода. — Есть, сэр! — Вас понял, сэр!       Наконец-то, завершающая стадия операции, от ожидания которой я, наверное, поседел. Буквально поглощая карту глазами, я старался разглядеть буквально каждую соринку на поверхности планеты которая могла бы всё испортить! Ведь по всем законам подлости именно в завершающей фаза всё идёт не по плану, а по известному место. В соответствии с планом операции «Дурак и молния», канонерки начали метать ракеты прямо в ворота, но уже нес целью уничтожить находящиеся в них войска, а обвалить их, замуровать. Получилось, ввиду их большого размера, не очень. Однако засыпало их всё равно будь здоров. В это же время другие летуны начали садиться, чтобы подобрать пехоту и двуногие шагоходы. Последние, в силу своей не самой большой скорости чутка тормозили эвакуацию. Надеюсь, не настолько, чтобы стало слишком поздно. — Советник, мы открываем створки ангара! — послышалась в аппаратуре Советника. — Отлично Дельта-лидер! Высылаем вам транспорт… — Погодите, это не всё! — неожиданно перебил своего связного командир группы. — Тут дроиды-истребители! Их поднимают на лифтах… О, хатт! Нас заметили! — Этого только ещё не хватало! — воскликнул я, чувствуя, как мои глаза расширились до невозможности от чувства, которое испытывает застигнутая врасплох жертва. — Обсидиан-Один! — почти заорал я в комлинк. — Быстро шли группу к ангару! К вам гости! — Понял, генерал! Обсидианы, первое и второе звено за мной! Две трети эскадрильи канонерок тут же полетело на в сторону открывающихся на крыше завода в левой части больших створок, куда залетали бы обе эскадрильи Бронзиумов и Обсидианов за раз и ещё место для авангарда бы осталось. — Сэр, мы над точкой. Вижу ангар и внутри кажется Стервятники… — Гасите их, пока они не поднялись! Потом заберите оттуда ребят. — Есть, сэр!       Всё что я мог видеть далее, это то, как несколько канонерок залетели внутрь и…там что-то начало взрываться. Только бы это были Стервятники, а не наши транспортники с отрядом «Дельта»…Однако взрывы быстро прекратились, после чего оставшаяся снаружи летающая масса, которая не успела проникнуть внутрь или не поместилась там внутри, — всё-таки в замкнутом просранстве особо не разлетаешься, особенно целым скопом, — стали разворачиваться назад. — Сэр, они готовы! Сепары только их подняли и мы их тут же разобрали ракетами! — Отлично!       Я вздохнул с облегчением. Что же, худшего нам удалось избежать благодаря тому, что отряд Дельта… Кстати о ней! — Что с диверсионной группой? — Обсидиан-Два их подхватил! Они с нами! — Пусть везёт их в безопасное место, остальные — быстро эвакуировать Авангард! Времени осталось… — я глянул на датчик, — ТРИ МИНУТЫ!

***

      Рекс поначалу не понял, куда это добрая часть эвакуаторов полетела. Конечно, оставшихся машин ещё хватало с избытком, но ведь среди улетевших было полно модификаций LAAT для перевозки шагоходов AT-TE. Капитан хотел было связаться с генералом, но тут вспомнил, что, согласно плану, большие шагоходы должны были быть эвакуированы в последнюю очередь, в то время как маленькие AT-XT уже все вытащили и дело было за пехотой, количество которой таяло почти на глазах и канонерки с ними улетали в обратную сторону из которой они и пришли. Поэтому капитан начал беспокоиться. — Генерал, тут добрая часть канонерок для шагоходов куда-то улетела… — Они уже летят обратно. Как у вас обстановка? — Бодрая! Эвакуируемся в быстром темпе. Дроиды из-за разрушенных ворот нам не докучают. — Отлично, но давайте быстрее! Осталось меньше трёх минут! — Успеем, сэр! Должны успеть!       С этими словами Рекс снова глянул на свои силы. Пехоты почти уже не осталось и пришла пора уже эвакуироваться ему с сопровождающими его бойцами. — Капитан, нам пора, сэр, — сказал ему солдат, указывая на приземляющийся LAAT. — Да, боец. Все на борт. Живо!       Когда последняя горстка живых людей оказалась на борту и последняя нога капитана покинула землю в прямом смысле, транспортник стал подниматься обратно в воздух, а Рекс успел заметить, перед тем, как канонерка развернулась, что подоспевшие летуны начали опускаться на шестиногие машины, чтобы примагнитить их к своим днищам. Но как они взлетают, клон уже не успел заметить в нормальном положении и ему пришлось выглядывать наружу, подставляя свою голову под мощный порыв ветра. Но ему было всё равно. Гораздо важнее для него была судьба его ребят.       Как только LAAT с шагоходами набрали высоту и заторопились прочь, земля под ними содрогнулась так громко, что Рекс очень отчётливо это услышал, даже сквозь гул двигателей корабля и порывов ветра. А затем земля выплеснула свою верхнюю часть с огромной силищей, словно извержение вулкана, и то, что мгновение назад было огромной и практически неприступной цитаделью с заводом дроидов, взлетело на воздух, поднимаясь всё выше и выше. С замиранием сердца капитан неотрывно глядел, как эпицентр настигает транспортники с шагоходами, как их начинает трясти и по ним падают частицы выброшенные взрывом в воздух. Но последние МЛА взлетели вовремя — ни один транспортник не упал и не разбился, а огромный столб земли и дыма, порождённый мощным подземным взрывом, как будто бы замер, как казалось капитану издали.

***

— Блестяще! — только и смог выговорить я, так как восторг и ликование меня попросту захватили с головой, чтобы я смог вообще что-либо соображать, не говоря уже о том, чтобы говорить.       Так я и стоял с широко раскрытыми глазами и ртом, глядя уже не на голограммы тактического стола, а в стекла капитанского мостика. Даже отсюда взрыв был отчётливо виден. Огромные брызги камня, земли и обломков сепаратистской фабрики достигали нескольких сотен метров высоту, хотя реактор, подрыв которого устроил всё это безобразие, находился тоже на приличной глубине, чтобы ожидать такого эффекта. Конечно, Советник, порывшись в чертежах, предупреждал, что реактор там особой мощности, чтобы энергии и заводу с лихвой хватило, и на огромное множество орудий с новейшими щитами осталось. Однако наблюдаемая картина просто поражала мои прежние представления о размерах и мощности взрыва. А что ещё не могло не радовать, так это то, что помимо поставленной задачи, мне не пришлось класть тут половину армии, как это было сделано другими джедаями в множествах других битв. Ух! — Энакин, — почувствовал я на своём плече знакомую руку, одновременно с услышанным голосом в моей голове. — Учитель, вы мне мешаете впечатляться! — стараясь как можно тише процедил я сквозь растянутые до боли в улыбке губы, потому что голос — это своего рода эмоциональный предохранитель. Если дать ему волю, то есть снять, распирающая меня сейчас от восторга Сила однозначна вырвется наружу, разнесся при этом полавианосца. — Я тоже рад, что всё обошлось так успешно, но ты не мог бы не радоваться так бурно? — как-то с опаской проговорил Оби-Ван. — А то меня это начинает пугать.       Тут-то я не выдержал и захохотал во всё горло, привлекая к себе всеобщее внимание и ничуть его не стесняясь. — Постараюсь, учитель, — отсмеявшись простонал я сквозь остатки смеха и, совсем уж фамильярно, хлопнул своего наставника по спине при людях, отчего Оби-Ван резко и громко охнул. — Эй, полегче! — воскликнул он от неожиданности. — Извините, — ответил я, чувствуя как смешинка покинула меня так же, как и посетила, а самоконтроль ко мне начинает возвращаться. — Пойдёмте-ка лучше повидаемся с нашими сегодняшними героями. Адмирал, не желаете ли составить нам компанию? — Благодарю, генерал Скайуокер, но я предпочту остаться на корабле. Тут тоже будет много работы. — Как пожелаете… Кстати, пока я не ушёл, как по вашему профессиональному мнению себя показали наши новые «Победы» и их комнадиры. — Новые корабли показали себя очень неплохо в плане скорости, вооружения и точности стррльбы. Их капитаны неплохо поработали в совместной работе, но пока мы ещё не были в космическом столкновении. Так что об их компетенции рано делать окончательные выводы. — Что же, вам виднее. Пойдемте.       И наш небольшой дружный коллектив, — я, учитель и Файвс, — бодро и уверенно зашагал прочь с мостика в сторону ангара. — Генерал, стоит сообщить Рексу о том, что вы планируете спуститься на планету? — тактично поинтересовался мой порученец. — Не стоит, Файвс. Я предпочитаю нагрянуть внезапно и без предупреждений, чтобы мои подчиненные не успели спрятать свои косяки.       Мы все втроём рассмеялись от этой шутки. Хм, интересно, а какими связями и уважением к своей персоне оброс моё доверенное лицо? Официальной должности я ему при себе так и не дал, ибо не знаю, которая больше подходит его нынешнему положению, но окружающие не могли не заметить, что боец спецотряда легиона стал ближе к генералу, чем когда-либо. Кем же бойцы его считают, — своим человеком около их начальства или подхалимом, с которым западло знаться? А обо мне они что будут думать после сегодняшнего, когда я не пошёл с ними в бой, как они к тому привыкли? Впрочем, сейчас всё и выяснится. По крайней мере на корабле и в ангаре меня никто даже не игнорировал. Все от просто солдата и низшего офицера, до вернувшихся с поля боя летчиков, встречали нас почтительным приветствием.       Когда же наш шатлл коснулся твёрдой поверхности, а его трап опустился, то я смог воочию увидеть всю прелесть картины, которую практически невозможно передать на словах. Огромная стоянка для войска, заполненная большим количеством техники и людей, над которой парят МЛА. По пути нам встречалось очень много бойцов, — одним перевязывал раны или помогал это делать другим, другие сбились в кучки и о чём-то друг другу рассказывали, а кто-то возился с техникой и оружием. Но стоило нам появиться в поле видимости, как все тут же бросали свои дела и, обращая свои взгляды ко мне, радостью и уважением приветствовали нас. Видимо Рекс донёс до всех них, что я люблю видеть лица своих ребят, потому что каждый, кто бы в шлеме, снимал его, прежде чем поприветствовать меня. — Генерал! Здравия желаю, генерал! Генерал Скайуокер с нами! Ура генералу Скайуокеру! — доносилось со всех сторон.       И я, также улыбаясь, приветственно кивал своим солдатам. Всё таки молодцы они. Понимают, что если их командир не шёл впереди них, то это ещё не значит, что он трус или ему наплевать на них. — Энакин, я гляжу твоя затея со знаменем для легиона твоим бойцам понравилась, — заметил Оби-Ван.       И действительно, что тут, что там мелькало новое знамя Пятьсот Первого легиона, которое мы с Файвсом совместно разработали. На белых полотнищах красовались синие орлы. Большие, стройные и с большими распахнутыми крыльями и сильно смахивающие на своих сородичей из моего родного мира, где тысячи лет назад красовались на штандартах римских легионов. В когтях гордая птица на каждом стяге держала прямоугольную табличку, на которой у меня так и чесались руки написать сакральную аббревиатуры SPQR — Senatus Populusque Romanus. Сенат и Народ Рима. Но от этой затеи я отказался, так как для моих бойцов эти слова значат ровным счётом ничего, поэтому на табличках была изображена лишь цифра 501. И всё же, любовь к Древнему Риму меня подвела и под птицей я полукругом я написал «Legio! Aeterno! Victrix!», что означает «Легион вечно победоносный». Файвс затею оценил, но использование языка древних, — так я ему представил латынь, — забанил, объяснив это тем, что абсолютно чужой и непонятный язык, о котором клоны даже и не слышали, ничего не значит для них. Гораздо разумнее было бы использовать мандалорский, который был для клонов Джанго Фетта буквально вторым родным языком, после общегалактического. Я не стал спорить и сейчас не без удовольствия отмечал, что очень многие бойцы стали наносить себе «Орлов Пятьсот Первого легиона», — так мы назвали наш новый талисман, — себе на доспехи. Вскоре нам навстречу выбежал и сам Рекс, который тоже был рад нашему появлению. — Генерал, мы не ожидали вас здесь увидеть! — Ты думал я позволю бойцам поверить в то, что этой победой они обязаны одному тебе? — пошутил я, хлопнув его по плечу. — Как у вас обстановка? Что с потерями? — Потери приемлемые, генерал. С тех пор, как я вам о них докладывал, они не особо выросли. Солдаты просто счастливы. Мало когда нам удавалось одержать такую победу с такими малыми потерями. — Погибших? Забрали, а что? — Нужно будет похоронить их по человечески. В братской могиле. Я бы ещё им монумент поставил, но боюсь, мы здесь надолго не задержимся, так что придётся отложить это на «после войны».       Рекс согласно закивал. Возможно, мне показалось, но он был приятно удивлён. Видимо не привык, чтобы к его павшим бойцам так относились. И ему это нравилось. — Кстати, а где наши главные герои сегодняшней свистопляски? — Дельта-то? Да тут они неподалеку, около полевого госпиталя. — Ранены? — Да нет, просто отдыхают.       Действительно, рядом с тем местом, что Рекс назвал полевым госпиталем, — по мне, так просто перевязочная, так как всех с серьёзными ранениями сразу же увезли на корабли, — сидел наш «Отряд самоубийц». Завидев нас, дельтовцы тут же вскочили и вытянулись по стойке смирно, сняв при этом шлемы. — Здравия желаем, генерал! — гаркнул командир отряда. — Ну здорово, орлы! — улыбнулся я, протянув Боссу руку, которую он пожал.       Дальше, наверное, следовало бы сказать то, что их подвиг был неоценим и Родина их не забудет, но…я решил, что это будет максимально нелепо. Поэтому… — Как вам понравилось сегодняшнее мероприятие? Лучше, чем на Джеонозисе? — Было весело, генерал, — отозвался Сев.       Командир попытался было повернуться к нему, что недовольно зыркнуть на него и сказать пару ласковых слов, но я его остановил. — Сегодня, вы спасли много жизней. Как моих ребят, так и всех других клонов. Поверьте, такого я не забываю. Буду ходатайствовать о вашем награждении. — Сэр, мы сражались не ради наград… — попытался ответить по шаблонному Босс. — А ради мирного неба над головой, я знаю. Поэтому вы и должны быть награждены. Чтобы все те, кто благодаря вам сумел избежать гибели и в дальнейшем увидит мир, знал, кому он обязан этим счастьем. Буду рад снова повоевать вместе с вами. — И мы с вами, генерал!       Что же, одержать сегодня победу мы одержали. Теперь, как всегда, должна последовать рутина.Помимо заботы о раненых и привидения боевой техники порядок, необходимо было осмотреть место битвы и забрать с него всё оружие, дабы оно не попало в те руки всяким там торговцам оружием, а от них — к пиратам, бандитам и прочим иррегулярным вооруженным формированиям. Взорвавшийся реактор был весьма глубоко зарыт под землей. Поэтому, несмотря на всю мощность взрыва, уничтожил только сам завод с ближайшей к нему половиной крепости. Остальная часть, особенно окраины, несмотря на то, что их прилично засыпало землей, битым камнем и обгоревшими кусками металла, неплохо так сохранилась. Особенно меня беспокоили большие турели и турболазеры. В начале войны, которое я не застал, их бы скорее всего демонтировали чтобы использовать для защиты республиканских баз, установить на корабли без больших пушек силой собственных техников-умельцев и много чего ещё. Но сейчас, как мне объяснили на Кореллии, военная промышленность республики разогналась на полную мощность, и с трофейным оружием и техникой особо не церемонятся: утилизируют и все дела. Но это всё потом, потому что сейчас пока на поверхности планеты солдаты возводили лагерь для временного расположения на планете. Сапёров нужно много, а им требовалось сопровождение. Да и обычным солдатам хотелось побывать на твердой земле, вместо металлических застенок корабля. — Файвс, — отвёл я своего подчинённого в сторону, когда Оби-Ван отвлёкся. чтобы поговорить с Коди, — для тебя у меня особое задание. Ты ведь не забыл про нашего друга, что томится в неволе? — Вы про Эйзи, сэр? — спросил Файвс, уже научившийся понимать шутки и выражения своего генерала. — Именно. Пора ему прекращать прятаться по ящикам и каютам и начать открытую полноценную жизнь. — Не понял, сэр? Вы хотите сказать, что каминоанцы про него забыли? — Я бы хотел в это верить, но рисковать не стоит. Надо нашему Эйзи устроить «пластическую операцию» — изменить его внешний вид. Да и функционал ему расширить вдобавок к имеющемуся: например, взлом систем и открытие дверей, как у астромехаников, способности анализировать информацию и много чего ещё. — Взлом? А разве ваш R2 не справляется с этим? — Он то справляется, но Эйзи — летун. Он может добраться туда, куда нашему маленькому другу путь заказан. Короче поезжай в ближайшее поселение, — в двухстах километрах отсюда, — и найди там толкового техника. Вот тебе список необходимых требований, — сунул ему генерал-джедай в руки датапад. — Там ж ты найдёшь карту с соответствующими пометками. Что ещё? Да, возьми с собой отделение солдат для сопровождения. Неизвестно, как местные будут к нам настроены, так глядите в оба и на рожон не нарывайтесь. Ну всё, с богом, — хлопнул я его по плечу и собрался уже было идти по своим делам. — Эм…сэр? — окликнул его Файвс. — Что? — Это всё? — недоумённо спросил он, указывая на деку. — А сам Эйзи? А Деньги на оплату техников? — Опосля. Сперва найди и договорись. Потом уже товар с деньгами. Ещё вопросы? — Никак нет, сэр. — Выполнять.       Затем я решил, что мне необходимо проконтролировать дальнейшие работы, — разбивку лагеря, уничтожения уцелевшего имущества врага и т.д. Но когда понял, что всё своё дело знают на автомате и я просто на просто здесь лишний, то до меня дошло, что у меня появилось немного свободного времени. А значит… — Оби-Ван, не будете ли вы так любезны доложить Совету джедаев о том, что мы справились с поставленной задаче? — А ты? — удивился мой учитель. — Мы обычно докладываем вместе. — У меня тут появилась одна маленькая забота.

***

      Файвс не был опытным переговорщиком, как его генерал и мало что смыслил в общении с прочими разумными.Действительно странно было много общаться с теми, кого они в этой войне защищали и…кому до клонов не было никакого дела. Поэтому он заранее ожидал, что выполнить поручение генерала будет не просто. Но на столько…       Доехав до места, клоны увидели хоть и не очень большой, но всё же неплохой городок с густым населением, космодромами и всякого рода заведениями. Все постройки были в основных цветах планеты, — песка и камня. Коренного разумного населения на Бомис-Кури IV не было. Не смогло она тут зародиться или вымерла, — это Файвсу не было известно. Так что поначалу, никому из просвещенной и прогрессивной общественности не было интереса до этой планеты и стекались сюда всякие изгои и отбросы общества, вроде преступников, пиратов и контрабандистов. Всё изменилось после того, как геологические разведчики Корпоративного Альянса отыскали в этом заурядном мирке солидные запасы металлов. Не самых дорогих, но из которых можно было делать дроидов и электронику. Неудивительно, что вскоре от всякого сброда на планете не осталось и следа, — спасибо частным вооруженным силам Альянса, — а вместо них появились шахта и фабрики. На пленту потянулись инженеры, архитекторы, горнодобытчики и просто рабочие, за которыми потянулась и вся цивилизованная жизнь. Тогда же стали находить и всякие оазисы с источниками подземной воды, на месте которых и стали появляться такого рода население. И всё это благодаря Корпоративному Альянсу. Не удивительно, что генерал настаивал, чтобы Файвс взял с собой отделение. Впрочем, когда они вошли в город и начали ловить на себе недобрые и даже откровенно враждебные взгляды, Файвс подумал, не стоило ли взять лучше взвод, чтобы наверняка?       В разговор местные жители вступать отказывались едва ли не с демонстративной враждебностью и неприязнью. Никаких карт в публичном доступе тут не было и пришлось солдатам бродить по городу буквально в слепую, да ещё и с нервами на пределе. Стоило им появиться на какой-либо улице, как горожане теснились к её краям, но не прятались и не разбегались, а совсем наоборот. Видя, какими угрожающими и недружелюбными взглядами на них смотрят окружающие, да ещё и о чем-то шепчутся, у легионеров, как называл их генерал Скайуокер, руки невольно тянулись к бластерам.       И вот наконец, спустя, неведомо сколько времени, счёт которого они уже потеряли, бойцы набрели на мастерскую. — Парни, я пойду внутрь, а вы становитесь здесь полукругом. Следите, чтобы они чего не выкинули. На провокации не поддавайтесь, но если будут убивать — действуйте. Постараюсь не задерживаться.       Отдав все распоряжения, Файвс зашёл внутрь. — Добрый день! Я ищу хорошо техника, — старался говорить клон, как можно вежливее, хотя уже и не рассчитывал на тёплый приём. — Чем могу быть полезен вам, господин солдат?       Удивительно, но хозяин опрятной и вполне себе чистой мастерской, в которой всё было на своих местах, а умеренный запах масла не вызывал тошнотной реакции, иторианской расы был тактичен и предельно вежлив. Ни одной молнии в его глазах, Файвс, к своему глубочайшему облегчению, не увидел. — Мне нужен хороший техник для того, чтобы изменить внешний облик дроида с сохранением и расширением набора его функционала. Вы можете это сделать?       С этими словами Файвс показал голограммную фигурку медицинского дроида, к типу которых относился Эйзи. Однако иторианец, вздохнув, даже не посмотрел на это. — К сожалению, господин солдат, не могу вам ничем помочь, — развел он руками. — Но почему? Вы думаете, мы не способны заплатить? Ошибаетесь, скажите только… — Не в деньгах дело, молодой человек, — перебил его хозяин мастерской. — Понимаете ли, в этом городе, как впрочем, и на остальной планете, к республике относятся… не очень дружелюбно. — Я понимаю, вы все тут существовали за счёт Корпоративного Альянса, который мы сегодня разбомбили на этой планете в пух и прах. Но ведь…       Файвс вовремя прикусил язык, дабы не высказать какую-то глупость, вроде того, что они пришли освободить их от гнёта Альянса. Генерал Скайуокер ему ещё задолго до операции поручил раскопать всю возможную информацию об этой планете, дабы поднатаскать его в умственном труде и развитии. И Файвс понимал, что если на этой планете и могут любить кого-то, то точно не республику. - Но ведь вам мы ничего плохо не сделали и не желаем этого. Иторианец лишь невесело усмехнулся. — Мне — может быть, но у остальных на заводе, который вы уничтожили, работало много родственников. И не только на заводе. Там же находилась и шахта, где наши земляки работали и не как рабы, а как свободные. Только представьте, сколько там погибло разумных, которые просто делали свою работу, чтобы им просто было что есть и кормить своих детей? Вы не подумайте лишнего, я сегодня там никого не потерял и против вас ничего не имею. Но прошу вас, избавьте меня от участи быть изгоем среди своих. Каждоя мгновение, что вы здесь находитесь бросает на меня тень. Вы-то улетите, как и прилетели, а мне тут и дальше жить.       Слова иторианца, которые тот говорил искренне и без всякой злобы тронули Файвса. Поневоле, он даже стал себя чувствовать виноватым перед этим добрым мастером и это начинало его злить, поскольку он тоже не сделал ничего худого. Только исполнял свой долг, для чего он собственно и был рождён на свет.       Кивнув, — всё на что его хватило, — клон быстро вышел наружу. — Ну как, шеф, договорились? — спросил его один из клонов. — Может уберёмся тогда отсюда по добру по здорову, пока на нас тут не набросились? — Поехали, тут нам делать нечего, — сказал Файвс, как можно громче, что бы горожане услышали, что ничего у него здесь не получилось.       Это всё, что он мог сделать для доброго иторианца за то, что тот всё ему объяснил и без всякой злобы.

***

— Привет, Эйзи, — улыбнулся я дроиду, когда вошёл в свою каюту. — Генерал! — тут же воспарил в воздух дроид. — Чем я могу быть вам полезен? — Да, собственно, пока ничем, — почесал я. — Бой закончен, а на мне ни царапины. — Как всегда, — произнёс дроид каким-то упадническим голосом. — Может быть есть хоть какие-то данные о нашем расследовании? — Каком расследовании? — не понял я. — Связанных с чипом-ингибитором и клоном Тапом.       От такого вопроса я немного сконфузился. Честно признаться, с этой войной и чтением интереснейших материалов, что мне всучил Палыч, я совсем об этом забыл. — Увы, Эйзи, увы, — развел я руками, садясь на кровать. — С последнего раза так и ничего не произошло. Сигнал на убийство джедаев до сих пор не последовал от Дуку, если он единственный, кто остался стоять за всем этим заговором. И чего он ждёт — не понятно. Возможно того, когда его дружок-ситх в Сенате провернет финт ушами, но какой? — Тогда может, нам стоит заняться поиском этого ситха? — Какой же ты простой, — улыбнулся я снисходительно дроиду. — Его поиском занимается спецгруппа из джедаев, которые освобождены от прочих обязанностей, в том числе и войны. Если я попрошусь к ним, мне придется объяснить своё желание и всё рассказать. А мне этого делать ой как не хотелось бы. — О, я чувствую себя совершенно никчёмным, — совсем уж опустился голос вместе со взглядом у бывшего каминоанского медика. — Перестань, дружище. У меня для тебя есть приятная новость. Мы сейчас находимся на одной из планет Среднего Кольца. Файвс поехал искать какого-нибудь техника, который смог видоизменить тебя, сохранив и дополнив твой функционал. Так что, думаю, скоро ты перестанешь прятаться в ящике и сможешь спокойно появляться на публике. — О, это было бы просто замечательно сэр! — аж подпрыгнул, не имея ног, Эйзи. — На Камино я занимался очень тонкими и сложными исследованиями клонов. Мне просто невыносимо такое функционирование — в ящике и каюте. — Думаю, скоро твоя жизнь станет, как прежде. Даже ещё лучше. Кстати, пока мы пытались разобраться с этим заговором. Случилось ещё кое-что. — Что именно, генерал? — оживился дроид. — Да вот, наш дорогой канцлер, неожиданно стал набиваться мне в патроны… — Что вы имеете ввиду, сэр? — А то, что он начал мне всячески помогать… Нет, он и раньше оказывал мне внимание, но я не понимал, зачем я ему нужен? — Очевидно, раз он выделяет вас и оказывает вам покровительство, — если я правильно понимаю, — вы ему для чего-то нужны. Я машинально улыбнулся. Вот это я понимаю. Вроде дроид медицинский, а не политический, но котелок у него варит, что надо. Очевидно, общение со мной и Файвсом, а также участие, хоть и посредственное после Камино, в нашем частном и зашедшем в тупик расследовании, пошли ему на пользу. — И если бы дело только этим и ограничилось. Затем он взял и вручил мне целый компромат на республику, чтобы после прочтения напомнить мне, как в этом мире всё устроено, кто такие сенаторы на самом деле и чем они занимаются. — Сэр, у меня возникло два вопроса: что именно за компромат и чем занимались сенаторы? Нет, ты посмотри, какой умный? Не о пустяках говорит, а о деле. — Он напомнил мне, как показывал мне клуб на нижнем уровне Корусанте, — одно из многих заведений в столице, где «продавалось и покупалось всё и вся, даже жизни». Понимаешь? — Не совсем, сэр. Эх, похоже тебе, приятель, ещё учиться и учиться. — Это очевидная постановка вопроса, Эйзи, — работорговля, наркотики и заказные убийства. И сенаторы не только крышевали такие заведения, но и пользовались их услугами. Всё это канцлер мне рассказал, уже после того, как я частично ознакомился с материалами, что он мне дал… — Под материалами, вы имеете ввиду, тот самый компромат? — Именно. И при этом, он говорил, что любит республику и желает ей процветания. Значит, какие выводы напрашиваются? — Сэр, я не могу делать выводы на анализе неполных данных. Не могли бы вы посвятить меня в подробности этого компромата? — Ах, да! — вспомнил я, что дроид ещё не совсем политически грамотный и ему надо ещё многое объяснять. — Прости, совсем забыл. Под компромат я подразумеваю информацию, показывающую, насколько верхушка республики погрязла в коррупции. Я там уже прочитал много всего «интересного» про то, как сенаторы были замещены в противозаконных действиях и при этом, выходили сухими из воды, если, конечно, вообще в неё попадали. Сейчас я дошёл до локальных войн и кризисов в республике за последнюю тысячу лет, на которые сенат и республика практически не реагировали… Кстати, приятель, я давно уже не читал их, а тебе всё равно заняться нечем. Может составишь мне компанию и послушаешь? — Конечно, сэр! Всегда рад вам услужить. Улыбнувшись, я достал инфодиск, который всегда носил с собой и с помощью кабеля соединил его с датападом, позволившим читать содержимое носителя. — Так… — протянул я, перелистывая прочитанные данные, ища то место, на котором я остановился. — Ага, вот. «Из донесения начальника Военной разведки Галактической республики полковника Г. Дайснера от 14:9:5. В ходе кампании по расследованию и сбору данных о генерале самопровозглашённого государства Конфедерация Независимых Систем (далее КНС) Гривусе было установлено, что он ведёт свою родословную с планеты Кали. Во времена Хакской войны (см. Приложение 1) занимал пост одного из главных полевых командиров расы калишцев, ведуших непримиримую и жестокую войну на уничтожение с расой ям’рии. После урегулирования конфликта путём вмешательства республики (см. Приложение 2), занимал командные посты в военных силах Межгалактического Банковского Клана (далее МБК), в обмен на экономическую помощь страдающей от последствий войны планете Кали.» — Генерал Гривус! — неожиданно прервал меня Эйзи. — Я слышал о нём. Клоны и джедаи, пребывавшие на Камино рассказывали о том, что это «жестокий монстр и умелый флотоводец». Я усмехнулся. Да уж, о деяниях этого генерала Гривуса я тоже уже успел и почитать и слухов послушать. И все его эпитеты и характеристики, которые мне были известны, являлись производными от тех, что назвал сейчас Эйзи. Надо же, даже он знает! — Здорово, — только и мог я сказать в ответ. — Продолжим? — Да, сэр! — Так… «После инцидента при не до конца выясненных обстоятельствах, получил тяжелейшие ранения и травмы, в результате которых большая часть его тела стала состоять из имплантов, системы жизнеобеспечения и брони. После начала Войны Клонов в 13:5:21 был назначен командующим войсками КНС. Более подробных фактов из биографии данного субъекта установить не удалось.» — закончив читать фрагмент из документа, я перевёл дух, — Интересно, что тут скажешь? Кстати, а что это за Хакская война? Ну-ка, ну-ка… Ага, вот! «Приложение 1. Хакская война (от слова «хак» — названия расы ям’ри на языке народа Кали) — вооружённый конфликт между расами ям’рий и калишевцев, отличавшийся особой жестокостью со стороны последних по отношению к первым. Конфликт был прекращён в ходе вмешательства миссии джедаев под командованием магистров Т’чукой Д’уном и Джммааром. Миссия по урегулированию конфликта постановила, что раса калишцев совершила агрессию по отношению расы ям’рий и наложила на их мир репарации и множество санкций.» У-у, не ну ты слыхал Эйзи? — Да, генерал. Похоже, что у генерала Гривуса к республике и джедаям имеются старые счёты. — Вот и я об этом… Так, в этой папочке ещё кое-что есть. Ну-ка… «Генеральному директору Сенатского бюро разведки А. Айсарду.» Ух ты, знакомое имя. Я бы сказал, очень знакомое. Я столько уже раз его встречал, пока читал эту информационную термоядерную бомбу, что невольно заинтересовался им. Поначалу, я думал, что успеха мне в этом деле не видать, но потом выяснил, что этот человек входит в Совет безопасности и разведки канцлера Палпатина. Неудивительно, что тот достал для меня все эти «бумажки». — «Довожу до вашего сведения, что в ходе длительной работы в архивах, мною по вашему приказу были собраны материалы (см. Приложение 1), на основе которых имеется возможность установить, что ныне враждебная государству корпорация «Торговая Федерация» до событий, так называемой, Хакской войны, активно занималась перевозкой и продажей ресурсов, добываемых с её помощью расой ям’рий…» Опаньки! Ситуация становится всё интереснее. — «Жалоба в Сенат по вопросу конфликта двух рас также поступила через представителей Торговой Федерации, попадавшая под подозрения в делах о нарушениях законов республики (см. Приложение 2) и вскоре дискредитировавшей себя в ходе Набуанского Кризиса (см. Приложение 3). На основании этих фактов, а также материалов, что мне удалось найти (см. Приложение 4) считаю своей обязанностью сообщить об этом Верховному канцлеру, дабы поставить под сомнение справедливость вынесенного джедаями приговор расе калишцев после окончания Хакской войны, а также в качестве руководства для принятия политических решений после геноцида, устроенного генералом Гривусом расе ям’рии…» Ха, ты слышал, Эйзи?! — воскликнул я, суя дроиду под нос гаджет. — Наш бравый генерал всё же совершил свою вендетту! — Простите, сэр, что совершил? — не понял дроид. — Вендетту, — повторил я, прежде чем понял, что дроиду это выражение ни о чем не говорить. — Кровную месть. — О, я понял! — Так, погоди-ка… Тут и подпись имеется: «Работник архива СБР Б. Панцер.» Минуточку, Панцер? Кажется я уже встречал это имя? Ах да, он же копал под горнодобывающую корпорацию, использующую рабский труд, и получил по шапке за доклад через голову начальства. Работник архива — вот значит какое наказание он получил. Но даже после этого не прекращал копать. Молодец капитан. — Сэр, что-то не так? — вырвал меня из размышлений Эйзи. — А? Нет, приятель! Всё нормально. Тут вот ещё кое-что есть… «Совершенно секретно. Приказываю перевести работника архива Б. Панцера в отдел экономической разведки. После назначения включить майора Б. Панцера в группу по расследованию и выявлению экономических связей работников государственного аппарата с криминальными структурами и самопровозглашенным государством КНС. Генеральный директор СБР А. Айсард.» Ты смотри-ка, сплошная полоса везения у героев наших сегодняшних «книжных» миров — один восстановил справедливость, а другой вернулся на службу с повышением звания, да ещё и в такое место… — Сэр, я кажется понял, — подал голос дроид. — Судя по всему, в данных материалах содержится информация, раскрывающая нарушения законов республики в её управлении. Нет, ты смотри какой умный «Жестян Жестянович Жестянов». Ему точно надо дополнять программу для прочих способностей, кроме медицины? — Всё именно так и есть, Эйзи. — Также, вы сказали, что канцлер любит республику. На основании этого, я могу предположить, что канцлер хочет покончить с нарушением законов республики, приводящих к появлению объектов, подобных генералу Гривусу и желает, либо вашего понимания, либо вашей помощи, либо, что мне кажется более вероятным, оба этих фактора сразу. — Легко сказать, дружище. Республика, если верить этим документам, настолько прогнила, — то есть, погрязла в беззаконии со стороны её правителей, — что решить эту проблему можно только…       Я замолк, будучи не в состоянии произнести это застрявшее в моём горле словосочетание. Конечно, размышляя над словами канцлера и его действиями, я всё время натыкался на один и тот же выход. Я всё время гнал его от себя, лихорадочно пытаясь найти другой ответ, но всякий раз возвращался к одному и тому же — силовой метод или, говоря проще, военный переворот. Плохо ли это? Ну с какой стороны поглядеть. С одной стороны прогнившая республика, которую я был вынужден защищен силою обстоятельств, и джедаи, ставящие перед собой цель защиты мира и справедливости, а на деле слепо преданные республике, — вернее её коррумпированным чинам. А с другой стороны канцлер Палпатин с его словами, что он любит республику и желает ей блага и процветания. Врёт ли он? Ну не знаю. Является ли он наивным идеалистом? Однозначно нет. Конечно, на публике он постоянно принимал увеличение своей власти, подчёркивая, что подчиняется большинству, но на деле что? Разве у тех, кто не хочет власти и принимает её через «не могу» могут дела идти так успешно? Вот уж вряд ли. Скорее всего, канцлер знает, что нужно, чтобы сохранить за собой власть, когда война закончится. Вот тогда-то он и, как обещал, вернёт назад демократию… В своём понимании, разумеется. И наконец, самый главный вопрос: что в этой ситуации делать мне? Я всё время пытался уйти от него, но увы, всякий раз, как возвращался к нему, понимал, что времени у меня остаётся всё меньше. А отсидеться мне, — Избранному для одних и «мой мальчик» для другого, — однозначно не получится. О, Господи, почему меня запихнули именно в это тело и в это время?! Мои мысленные причитания прервал звонок голокоммуникатора. — Генерал, — появилась фигурка клона у меня в руке. — Файвс, ну что там у тебя, удачно? — Эм… Не совсем, сэр, — помялся он. Так… — Что значит «не совсем»? — Да вы знаете, у нас тут такая ситуация неудобная сложилась…       И Файвс поведал мне подробности своей прогулки в ближайший городок, от которых у меня настроение окончательно испортилось. Получается спасая жизни своих солдат и солдат прочих армий, мы сегодня загубили кучу жизней, которые, если подумать, просто жили себе, как жили и делали своё дело. Да уж, хороши наши дела. Ничего не скажешь. Вдобавок подтвердились мои опасения перд операцией «Осада Внешнего Кольца», которые я не рискнул высказать вслух Совету: местные жители видят в республике не спасителя, а врага и поработителя. И переубедить местных, боюсь, нам не хватит времени. Да уж, вовремя я придумал идею похоронить тут своих павших бойцов в братской могиле, да ещё и потом монумент им установить. Размечтался, долбаный идиот. Как только мы покинем эту планету, его тут и разрушат, кости моих ребят выроют и осквернят. Нет, нельзя их тут оставлять.       От всех этих мыслей мне вспомнилась информация из «компромата» про планету Джабиим. О том, как сильно там республика получила по шапке и получила за дело. На протяжении тысяч лет Сенат клал на все проблемы обитателей планеты, даже когда у них там случилась страшная эпидемия. Зато когда выяснили, сколько там дорогих и стратегически важных металлов, тут же опомнились, но поезд уже ушёл и Джабиимцы примкнули к сепаратистам, за что получили интервенцию, которая потерпела крах. От всех этих мыслей вся радость от одержанной сегодня победы куда-то улетучилась, а настроение совсем испортилось. В который раз меня начали обуревать сомнения и предательские мысли. Что я делаю, за что и за чем я воюю? — Ну что я могу сказать? — вздохнул я. — Придётся тебе и дальше, Эйзи, оставаться в этом образе и прятаться по ящикам и… — Сэр, — вмешался Файвс, — я тут подумал, а зачем вообще для изменения Эйзи искать мастеров по всей Галактике?       Я криво посмотрел на голограммное изображение у меня в руке. Он что, серьёзно? — Файвс, ты меня не убивай такими вопросами. Ты прекрасно знаешь, что обращаться к известным техникам себе дороже — каминоанцы могут пронюхать. — Так а разве наши собственные мастера в легионе не подойдут? Они же подогнали для вас доспех, соорудили знамёна… — Файвс, я не сомневаюсь в том, что они справятся. Проблема заключается в том, что они могут проболтаться и тогда нам трындец. Можно конечно запросить крыши у Верховного канцлера, но тогда нам придётся рассказать ему о нашем расследовании и тогда инфа утечёт. — Напрасно это вы, генерал, — укорял меня Файвс. — Наши ребята отнюдь не болтуны и не общаются особо ни с кем, кроме танкистов и дроидов из Пятьсот Первого. От них никто из посторонних не узнает. А если мы им ещё и скажем, что задача особо секретная, так они и под пытками с выпивкой никогда не расскажут. Слово вам даю. Файс говорил и говорил, а я принимал всю эту информация в своё слуховой аппарат без всякого энтузиазма. Под пытками с выпивкой не расскажут, — ну-ну. А впрочем, у нас такой богатый выбор? — Слово даёшь? Ну гляди у меня, Файвс, а то совсем говорить у меня разучишься. Ладно, сворачивайся там и чеши на корабль. — Есть, сэр!       Проектируемое изображение растворилось в воздухе, словно его и не было, и тут же из дверной панели раздался звонок, — кто просил разрешения пустить его. Указав Эйзи молча на его ящик, я дождался пока тот спрячется в него и закроет за собой крышку, после чего, не вставая с койки, воспользовавшись Силой, открыл дверь.Это был Оби-Ван. — Энакин, я доложил Совету о нашем успехе. Нам было велено, что как только мы закончим здесь… Энакин?— его запал куда-то испарился, уступив место настороженности, а взгляд сфокусировался на мне. — Что с тобой? Всё в порядке? — Не теперь, учитель, не теперь, — тяжело вздохнул я.