Потанцуй со мной, убийца

—Да ну нахуй, — Выронила изо рта Лана, чуть нижнюю челюсть не потеряв от шока. — Ты, блять, кто. — Не понимает она, на что ты смеёшься: —А чего так удивляешься? Сама же говорила, что я ему точно нравлюсь. — Разводишь руками, садясь на кухонный стульчик, при этом закинув ногу на ногу. Не стала таить, сказав на следующий день подруге о том, что вступила в отношения с горячим учителем по танцам, сломав тем самым девушкам последние надежды на него. Бомгю же не глупый, даже не подумает смотреть куда-то ещё, кроме как на тебя, ведь слишком печётся о ваших развивающихся отношениях, боясь допустить ошибку до номинации "лучшее дуо". Ты до этого момента должна жить, а брюнет - хорошо играть и врать. —НО Я ДУМАЛА: ВЫ ПЕРЕСПИТЕ И ВСЁ! — Взвыла, отчего ты аж чуть со стула не упала. — А ВЫ ЕЩЁ НЕ ПЕРЕСПАЛИ, А УЖЕ ВМЕСТЕ?! — Кричит. — Я СПРАШИВАЮ КТО ТЫ, ВЕДЬМА?! ДА ТЫ САМОГО ЧХВЕ БОМГЮ НА ПОВОДОК ПОСАДИЛА! КТО ТЫ ТАКАЯ, ГДЕ МОЯ ПОДРУГА, А?! — Ты так и осталась молчать, безмозгло хлопая ресницами, пока красноволосая от переизбытка смешанных чувств орала, что соседи все явно уже в курсе: с кем ты спишь - не спишь и ещё куча того, что им не стоит знать. Но её понять можно: она знает хорошо тебя и, вроде как, Чхве, - уж не веря в подлинность происходящего, ведь вы, как казалось, слишком разные, чтобы быть вместе. Невозможное - возможно. Теперь Юдина поверит и в единорога, скачущего по радуге.

+×+

Спустя неделю...

—Всё за твой счёт? Смотри, ловлю на слове! — Смеёшься задорно, кидая несколько пачек рамёна в корзинку, которую держал хореограф уже еле-еле от приличного веса. Затем летящей походкой идёшь к соседнему стеллажу, вставая на носочки, с намерением достать с верхней полки какую-то там пачку чипсов. Узкий топ и такие же джинсы - идеально смотрятся на такой-то фигуре, что брюнет лишний раз поглядывает на тебя, незаметно ухмыляясь. —Ты весь магазин обнести решила. — Заметил Бомгю, ощущая уже боль в мускулах из-за длительного хождения по круглосуточному магазинчику и таскания этой грёбанной корзинки. Вот уж не думал он, что предложение: "Давай устроим марафон просмотра фильмов?" - Будет означать реальный марафон на всю ночь исключительно просмотра фильмов...

Да кто вообще приглашает с ночёвкой, не имея на уме ничего развратного?

Ты. Ты из таких, как оказалось к большому сожалению для Чхве Бомгю, обрадовавшегося зря. Теперь он ходит за тобой хвостиком, пока ты спокойно опустошаешь его кошелёк на всякие чипсы, сладости и... —Что за извращения? — Достал из корзинки только что брошенный туда продукт. — Зачем тебе три пачки хлопьев со вкусом морской, блять, волны, если ненавидишь море и хлопья? — Держа в руках одну из этих странных "деликатесов", задаётся вопросом. —Оу-у, — Развернулась на сто восемьдесят градусов. — Ты запомнил это? Это так мило! — Ловко переводишь тему, так и не ответив - скрылась за первым поворотом. Гю в действительности запоминает всё, что связано с тобой или слетело с уст, ибо всегда был внимателен к мелочам. Но на тебя он тратит более сильный интерес, чем на других своих жертв, изучая постепенно и детально, дабы знать всё вдоль и поперёк. Тяжело вздыхает, кинув обратно в корзинку пачку хлопьев, а после неспешно плетётся за тобой, украдкой замечая взгляды мимо проходящих девушек, которые в открытую принялись шептаться об красавчике, стреляя глазками. Брюнета это не волновало; он лишь пресёк их недружелюбным хмурым взглядом, чувствуя лёгкое раздражение оттого, что люди совсем потеряли скромность. Зайдя за стеллаж, где ты была в последний раз, заметил, что стоишь неподвижно, с чуть опушенной головой и смотришь, как уже догадался, в телефон. —Пошли. — Убийца подошёл со спины бесшумно, незаметно, как истинный ночной хищник, практикующий эффект неожиданности регулярно. —Блять! — Выругалась, вздрогнув от резкого появления своего парня, при этом чуть не выронив телефон. — Напугал! — И вроде бы злишься, повернувшись, тотчас встретившись с безразличным выражением лица бледнолицего, но сконцентрировала своё внимание на быстренькое выключение гаджета и убирание в карман, что естественно не осталось незамеченным. Ты показалась ему какой-то нервной, неумело пытающейся расстегнуть молнию на сумочке-призрак, без которой не выходишь на улицу, но как на зло та заела, оттого ты и истерично стала дёргать, нервно усмехаясь под нос. —Кто тебе писал. — Отчуждённо интересуется хищник, воистину застав тебя врасплох. —Лана. — Лжёшь также неумело, как и открываешь сумку. —Что, ночёвка отменяется? — Изгибает брови, буравя потемневшими глазами так, что захотелось сквозь землю провалиться. —Что? — Растерялась, но тут же опомнилась. — А, нет! Она у своего парня ночует, я же говорила. — Сконфужено протараторила, наконец-то открыв злосчастную сумку и уложив внутрь телефон, на который снова пришла смс. Однако игнорируешь сообщение так, словно знаешь, кто пишет, поскорее закрывая призрака. Это тоже заметил внимательный Бомгю. —Не ответишь? — Серо спросил, на что ты фальшиво смеёшься: —Да там не важно! — Уверяешь, уже пытаясь потихоньку двигаться, отходя на пару шагов, с намерением намекнуть хореографу, чтобы вы пошли дальше, но у того явно другие планы... —Не писала бы тебе она, если это неважно, — Ты замерла, снова обернувшись, а тот слабо кивает на сумочку. — Ответь. Вдруг планы поменялись. — Провоцирует, и года не прошло, как до тебя дошло, что он не верит. Слишком он уж серьёзен, да холоден, и это не была банальная ревность, а скорее негодование с нотками обиды насчёт того, что что-то скрываешь... Это была ложь во благо, но она не удалась, потому с позором выдыхаешь, снова подойдя к мужчине. —Ладно, это не Лана, — Виновато бормочешь, а Чхве удивлённо вскидывает брови, не ожидав того, что так быстро признаешься. — Я просто не хотела тебя расстраивать, прости. — Добавляешь, разводя руками. Он ничего не успевает ответить, как ты вдруг прильнула к нему, заключая в объятья. Хорошо, что не заметила как тот от этого невинного действия напрягся всем телом и каждый мышцей, пока глаза от лёгкой паники забегали туда-сюда.

Это было... неожиданно.

Танцор ощутил твоё тепло через футболку, физическое нахождение вплотную, снова ненароком подмечая в голове насколько же ты хрупка и... какая-то нежная? Ты почти невесомо прикасаешься к нему так, словно здесь Бом может сломиться от неправильного движения, так, словно бережёшь его как зеница ока; тщательно и бережно, до невозможности, будто боясь причинить дискомфорт.

К Бомгю ещё никогда так не относились.

Его никто не берёг, никто не жалел и никто не любил. Он делал это самостоятельно, зная, что только сам о себе позаботиться может. —Почему я расстроюсь, изменяешь? — Вдруг отшутился, мгновенно став более, чем дружелюбным, вдобавок ещё приобнял тебя свободной рукой. —Дзюн, он... — Ты отстранилась, не успев оправдаться после имя японца, как из другой руки мужчины выскользнула ручка корзинки, следовательно, продукты с грохотом рухнули на плитку, рассыпавшись в лютом хаосе. А Чхве Бомгю побрал лютый шок от наглости ублюдка, да и смешанные эмоции накрыли с головой, в которых конкретно доминировала ярость - не просто "ярость", а нечто первобытное, как у животных, которые готовы убить, растерзать в клочья соперника, посмевшего вступить на чужую территорию. Ты - это собственность зверя и только он в праве владеть тобою. —Бомгю, ты не подумай! — Запаниковала, сразу же замотав руками отрицательно. — Мы не вместе, я с ним вообще не общаюсь! Просто у твоих учеников есть мой номер, и, — Запинаешься. — И у него тоже! Он просто извинился передо мной, но я ему не ответила даже! И не думала отвечать, честно! Я его вообще никогда не прощу за то, что он сделал! — Казалось, читаешь рэп, буквально забыв о воздухе. — Я могу чат показать! — Сообразила. — Я смс даже не читала! — Уже в спешке пытаешься открыть призрака, но тот, вот снова издевается, не желает этого делать. —Всё хорошо, не нужно, — Но парень неожиданно отчеканил, принудив растеряться. — Давай лучше соберём это, а-то сейчас на нас кричать начнут. — Он засмеялся, сияя в нежной улыбки, что ты на секунду всерьёз решила, что умерла и это глюки предсмертные. А брюнет как ни в чём не бывало сел на корточки, принявшись собирать вывалившиеся продукты из корзинки. —Ты не... не злишься? — Повторив за ним, осторожно интересуешься, а тот недоумённо хлопает длинным угольными ресницами, всем своим нутром показывая, что не понимает вопроса. —Почему я должен злиться на тебя? Дзюн написал тебе извинения за своё отвратное поведение - это хорошо. Значит, одумался. — Непринуждённо болтает, складывая продукты один за другим в уже ровно поставленную корзинку. —Да... — Неуверенно кивнула, решив умолчать о том, что он ещё встретиться предлагает лично, да изъяснить свои чувства. Хотя Чхве Бомгю так удивил, что казалось, пригласил бы Ито тебя на свидание у него прям на глазах, то продолжил бы спокойно и нежно улыбаться, вовсе не ревнуя.

Так ли это?

Ох, нет...

—Пошли уже на кассу. Я устал. — Взяв твою руку и сплетая пальцы замок, пропел, слегка потянув за собой.

+×+

Придерживая белоснежную дощечку, мужчина вводит шуруповёртом болт, отчего протяжный звук жужжания соседям отчётливо слышен. С каждой прожитой и проведённой секундой в твоей квартире, Гю совсем теряет представление о сегодняшнем дне, ведь планы все с треском рухнули, а новые обязанности - появились. —Кажется, ты косишь. — Замечаешь, стоя у плиты и заваривая лапшу. В кастрюле бурлит рамён, в который добавляешь специи, тщательно перемешивая. По всей студии витает аппетитный аромат, заставляющий пускать слюну. Но никто не будет есть, пока Чхве не победит полку, а ты не найдёшь хороший фильм. Твой девиз походу: "Если появился мужчина, то нужно пользоваться этим моментом по максимуму!" - А никак иначе не объяснить то, что по заходу в квартиру, ты заставила попросила своего мужчину прибить полку.

Ну а что? Он же может, ему нетрудно наверное.

—Кажется, мне похуй, — Огрызнулся в ответ, продолжая делать так, как считает нужным. — Я думал, мы фильмы смотреть будем. — Добавляет, чуть хмуря брови, при этом стараясь не отвлекаться от поставленной задачи. —Будем, но полку сначала сделай. — Непринуждённо болтаешь, пожимая плечами. Вскоре, отмучившись с этой ненавистной полкой и получив от тебя эти ненужные слова благодарности, вы сели за стол, придвинув его так, чтобы было удобнее смотреть телевизор. Взяли закуски к рамёну, пока горячий - поскорее принялись к ужину. —Давай "Крик" посмотрим? — Держа в руках пульт, интересуешься, а Бомгю, чуть не подавившись лапшой от названия знаменитого фильма про серийного убийцу, сконфужено усмехнулся: —Почему именно его? — Изгибает угольные брови. —Это мой любимый фильм, — Улыбаешься. — А, но давай лучше сериал посмотрим про это? — Болтаешь, уже вбивая в поисковик. —Это тот, где парень главной героини оказался маньяком? Интересный выбор, конечно... — Нервно смеётся, быстрее запивая колой застрявший поперёк ком. —О, ты тоже смотрел? — Приятно удивилась, а Чхве уже не слушал, погрязнув в плену собственных плетущихся венком глубоких мыслях. Это всего лишь сериал, в котором, к слову, главная героиня не очень рада была, узнав, что её парень - убийца. Прикончила свою сводную сестру ещё, которая с ним заодно оказалась...

Хотя какая разница Чхве Бомгю?

Ха, будто ждёт от тебе понимания.

Какого, чёрт подери, понимания?!

Он - убийца, ты - его будущая жертва.

На этом всё и сказано.

—И почему все убийцы такие харизматичные, холодные и красивые? Это же романтизация, — Повернула голову к подозрительно притихшему брюнету, рассуждаешь: — Прям как ты. — На этом моменте Гю не выдержал, подавился, став истошно кашлять. Он буквально выплюнул пол рамёна обратно в тарелку, хватаясь за сердечко, которое хорошо так сжалось. А ты смеёшься, похлопав беднягу по спине.

Прям как ты.

Прям.

Как ты.

Ты как убийца, Чхве Бомгю.

—Ты чего? Я же шучу! — Уверяешь, сияя в широкой улыбкой, которая даже самому убийце напоминала хищный опасный оскал - уж точно ничего милого в этом не было. —Ты иногда меня удивляешь. — Бормочет, вытирая салфеткой губы. С его уст это прозвучало достаточно странно, что как-то даже осуждающе. —Это плохо? — Уместив локоть на столе, подпёрла подбородок. Ты смотришь на него с искренней влюблённостью, которая так и блещет, и чем больше моргаешь, не теряя из виду парня мечты - ты нежнее улыбаешься, прикусывая язык, дабы не высказать те все любовные поэмы, которые давненько зародились в голове.

Ох, чёрт, да ты по-уши влюблена!

Даже не понимаешь, что истекаешь уже кровью от этой стрелы неправильного Купидона, попавшая прямиком в разбитое сердце - но не зашьёт она раны, а только на время заглушить, пока гиповолемический шок не пройдёт, дабы потом уничтожить изнутри, ведь конец пропитан смертельным кантаридином. —Не знаю, — Признаётся без доли лжи, переводя отчуждённый потемневший взор на телевизор, где уже как шесть минут идёт первая серия "Крика", но взгляд словно проходит сквозь, напрочь игнорируя движения актёров. — Если бы, — Вдруг снова подал голос; как-то приглушённо, сипло. — Я был убийцей, то ты бы? — Каждое слово давались ему с трудом; он говорил с опаской, боясь сказануть что-то лишнее, но интерес оказался превыше всего, что наплевал на всё. Брюнет ещё никогда такое не обсуждал, прекрасно зная ответ заранее, и всё же спросил. Спросил, в силу того, что почему-то хочет услышать твоё мнение насчёт этого. Зачем? Он сам не знает. Ты просто его игрушка, ему должно быть всё равно на это. Ты расстягиваешь тишину, вовсе никуда не спеша мешаешь палочками рамён, после чего берёшь под не моргающий взор сбоку горячую лапшу, дуешь и в конечном итоге погружаешь в рот, довольно промычав оттого, что получилось очень даже вкусно. И хищник готов прям сейчас тебя прикончить за то, что так хорошо ломаешь его нервную систему. Но только открыл рот, дабы вымолвить: "Забудь..." - Этот глупый вопрос, ты режешь: —О, ну если бы ты был маньяком... — Хихикаешь. — Тогда чур я твоя единственная жертва, иначе полицие сдам! — Звучало правдоподобно, за исключение того, что тон игривый, а подход к ответу несерьёзный, с открытыми нотками насмехательства. В ответ хореограф слабо кивнул, сухо улыбнувшись. И говорить больше было нечего, ибо твоя просьба давно выполнена. Вследствие чего тот продолжил смотреть безразлично на телевизор, поедая тобой приготовленную еду. Это всё так абсурдно и смешно. Он сейчас у тебя дома, вы смотрите сериал и едите... И всё это так, вроде бы, естественно и правильно, но всё же так не должно быть. Чхве никогда не ходил к кому-то на ночёвку, никогда не ел приготовленную кем-то еду дома, никогда не рассуждал о фильме/сериале в ходе просмотра. Этого всего никогда не было, и он считал, что и не нужно.

Но а вот сейчас?

Сможет ли потом отказаться от этого, выбрав снова жизнь одинокого хищника? Или всё же... —Вкусно было? — Спросила, когда вы уже закончили трапезу, став убирать со стола, тем временем парень ограничился слабым кивком головы; за последние время проведённое при просмотре, Бомгю не был разговорчив, лишь изредка что-то роняя изо рта из-за безвыходности. — Иди на кровать, я сейчас приберусь. — И он не стал спорить, усаживаясь на мягкий матрас, но на сериал больше не смотрел, став глядеть только на тебя, словно сквозь, опять же. —Будем вместе спать? — Подал голос, поудобнее укладываясь на постель. —Если ты опять не сбежишь. — Колко режешь, принуждая того усмехнуться. —А если я скажу, что у меня дела и снова надо уехать? — Дразнит, следя за тем, как ты приближаешься. —Тогда я... — Протянула гласную. — Кину тебя. — Додумалась, взбираясь на матрас, оттого и становясь на четвереньки. Брюнет показательно закатывает глаза, но очи возвращаются в норму, даже вот впиваются в тебя почти до ощутимости, стоило сесть сверху в области его твёрдого рельефного пресса. —Удобно? — Язвит, при этом вскидывая угольные брови. Его заинтересованный вид на лице так заметен, что ты смеёшься хрипловато, наклоняясь ближе к мужчине, посмевшего украсть твоё сердце. Ваши губы соприкасаются обоюдно, относительно этого чувствуешь, как одновременно широкие ладони ложиться на упругие бёдра по-хозяйски; слегка сжимая, провокационно и намеренно задевая подол лёгкой ночнушки, грозясь шмыгнуть под низ. Он смело мнёт желанные губы, не стесняясь прикусывать, промеж шептать: —Порадуешь меня этой ночью, волчонок? — От этого выше сказанного предложения внизу и не то, что бабочки вновь ожили, а кислород перекрыло напрочь, что дышать стало совсем нечем. —Не сегодня, — Однако ты не поддаёшься соблазну, упав рядом с разочарованным танцором, приобнимая за талию, а тот вновь испустил громкий безутешный вздох, слышимый отчётливо. — Ещё поплачь. — Раздражённо добавила, уместив голову на плоской плавно вздымающейся груди. —Плакать ты будешь, яж уйду. — Не растерявшись, рубит, заставив тебя уже раздражённо вздохнуть. —Ты серьёзно? — Привстаёшь на локтях, сурова оглядев хореографа. — Даже не скрываешь, что хочешь только переспать со мной! — Осуждаешь его, легонько стукнув по боку, когда тот в ответ усмехнулся, не в силах отрицать. —Не только, — Мотнул головой, не пряча чеширскую улыбку. — Но это, конечно, главн-.. — Не успевает договорить, как ты резко вскрикнешь: —ДА ТЫ ОХРЕНЕЛ?! — Попыталась грозно подняться, но юноша не позволил, повалив на мягкий матрас обратно, ловко перекинув ногу, и теперь вы уже поменялись местами. — Чхве Бомгю, вы ведёте себя не как профессиональный хореограф. — Скрещиваешь руки на груди, напоминая доминирующему над тобой брюнету то, как он колко так выражался, когда случайно делала промах в чём-то. А тот удивляется на миг, но скульптурное выражение лица тотчас становится уверенным, как будто бы не он секунду назад растерялся. Потом же упирается ладонями по обе стороны твоей головы об подушку, приближаясь настолько, что угольная мрачная чёлка щекочет твой нос, и ты морщить его, при этом выставив под мужчиной коленку, дабы его живот наткнулся на неё, что поспособствовала остановки нагнетающего крушения дистанции. —А как кто. — Снова серый, без каких-либо ударения вопрос, доноситься с пухлых губы напротив. —Животное. — Молниеносно остришь, на что тот хмыкнул: —Ну если я - животное, то значит сейчас тебя покусаю! — Вдруг Чхве залился смехом, поддаваясь вперёд порывно, с намерением не покусать тебя, как уверял, а расцеловать. Ты смущённо смеёшься от абсурда нынешней ситуации, пытаясь спихнуть с себя парня, который легко заставил твои щёки гореть красным пламенем, прильнув губами к открытой шее, ведя целую дорожку вдоль и поперёк. И, хватаясь за твёрдое плечо, сжимая край белой футболки, еле как в силах молить остановиться, ведь спустя пару минут совместных хихиканий - всё обрело новые краски. Не так уже смешно, а возбуждающе? Он опаляет зону на шее жаром, легонько прикусывая и оставляя багровые засосы, которые вот только недавно сошли. При этом одна его рука принялась полностью изучать твою ногу, толкая вбок, с целью раздвинуть шире. Каждый сантиметр его тела вплотную с твоим, что чувствуешь отчётливое трение, в безысходности двигая ногами, где внутренняя сторона бёдер трётся об его наружную. —Чёрт, Бомгю... — Несуразно молвишь с придыханием, оттягивая чёрные локоны на затылке нахала, который так жмётся, что полностью придавил и обездвижил. —М? — Мычит вопросительно, затем вызывающе проводит влажным языком по изгибу ключицы, принуждая вздрогнуть. —Если не остановишься, эта будет последняя наша ночёвка. — Уверяешь, а тот хрипло хихикает, приостанавливая ласки. —Не говори так, словно тебе не нравится это. — Подняв голову, смотри прямиком в глаза, оттого на секунду смогла разглядеть пляшущих чертей внутри. —Не в этом дело, ты же знаешь. — Утомлённо выдохнула, уводя взор. И, на удивление твой парень только плечами пожал, без каких-либо просьб слезая и укладываясь рядом, что ты даже растерялась, совершенно не узнав своего Бомгю в этих действиях. Особенно, когда он укрылся одеялом с головой, поудобнее подбирая подушку под голову.

Он что, так и уснёт?

—Обиделся? — Вроде как нашла этому объяснение, но, чёрт, нет и тот буркнул: —Мне надо выспаться. Ночь сегодня длинная. — Прозвучал с уст хищника максимально странно и как-то нелогично, ведь уже час ночи и вы больше ничего не будете делать до утра, нежели чем спать. —В смысле? — Озадаченно переспросила, однако брюнет проигнорировал, будто бы уже уснул.

+×+

Раздался звоночек в дверь приличного размером особняка, хвастливого своей роскошностью, чистым видом, голой аккуратно подстриженной лужайкой и хорошей репутацией. Женщина солидного возраста с ростом метр шестьдесят и национальностью японки, удивлённо вскинула тонкие брови, откладывая кухонную тряпку. Негоже людям в такую рань по гостям ходить, да в дом проситься, но женщина, встрепенувшись, бегом побежала на звук, догадываясь, что это никудышный сынок соизволил прийти под утро, до этого не беря трубку и ведя себя мерзко. Впрочем, он всегда такой, потому и японка задней мысли не пропустила, что это может быть не Дзюн, не став звать мужа, дабы тот ни кричал на него, чего тот заслуживает, к слову. —Сынок, где тебя носило?! — Ворчит она уже, дверь ещё до конца не открыв. Но вот незадача... Единственного потомка семьи не оказалось на крыльце, и японка уже подумала, что это соседские дети опять разыгрывают всех, и всё же приличного размера коробка говорила об обратном. Она была большая, продолговатая и очень даже обычная, как при перевозке каких-то вещей, но маленький конвертик сверху привлекал внимание. Ито оглянулась, став искать глазами человека, который, по всей видимости, ошибся адресом, ведь ничего они не заказывали. —Дорогая, что там? — Сзади послышался хриплый голос мужа, который только что проснулся и вот уже спускается вниз по лестнице. — Наш позорник вернулся? — Злобно добавил, но к жене не пошёл, пройдя мимо в кухню. А та ничего не ответила, как во сне смотря на конверт, после беря осторожность, принимаясь разворачивать. Её глаза расширились от ужаса при виде кривого почерка сына и капель крови на белоснежной бумаги.

"Простите меня, я был плохим человеком и плохим сыном.

Ито Дзюн."

Ничего не понимая, женщина потеряла дар речи, прикрывая разинутый рот ладонью. Записка упала наземь; плавно и нежно, под лёгкий ветерок, в то время как Ито стала в панике раскрывать "подарок", рвя коробку. —А-А-А! — Завопила она со всей мощи, отпрянув от коробки, тотчас споткнувшись неуклюжа и упав на пол - побрал лютый шок при виде того, что лежало на дне, оттого тотчас желудок подвёл и её стошнило прямо на пороге. Тело её сына разрубили и покромсали жестоко, превратив в месиво: всё аккуратно сложно, мухи доедают плоть, кровь ещё сочится тут и там, а как вишенка на торте голова лежит посередине, прям на расчленённом туловище. Глаза выколоты, язык оторван, а на лбу написано ножом:

"Посягнулся на мою собственность."

Это надпись о том, за что убит так жестоко.