Птичка

      Это было ошибкой. Мелисса поняла это сразу, как только нажала кнопку «отправить». Её «сразу» наступило слишком поздно. Теперь от нее не отстанут. Нет, конечно, можно удалить сообщение и… нет…уже нельзя, оно пометилось как прочитанное, а значит в беседе уже кто-то знает о ее альтруистическом порыве. Ответа не последовало. Мел уже хотела закрыть ВК и открыть Инстаграм, как в диалоге появилась пометка «+1»: Ой, круто! Только приходи со своим фотиком, он же у тебя есть? Мел закатила глаза. Нет, я вас зарисовывать буду Но быстро стерла это сообщение. Ладно, на носу начало учебного года, люди взвинчены, надо быть добрее. Да, конечно, свой фотоаппарат. Всё и всех пофоткаю)) Отлично!       Мел прищурилась, облизнула пересохшие губы. Ну не может быть все так просто. И она не ошиблась. Тогда мы можем просить тебя, если чо пофоткать в течение года? Ну, если чо можете Передразнила Мел. Студенты филфака называется.       Мелисса сидела в беседе факультета, на который поступила в этом году. Беседу создали старшекурсники и уже во всю «вводили в курс дела» первокурсников. Вон, ее уже «ввели» – отозвалась на клич поиска фотографов на 1 сентября. Теперь, она уверена, фотографом на побегушках будет до самого выпуска. Знает, в школе проходила. – Ты чего там? В экране дыру сделаешь, – Кирилл бесцеремонно приподнял ноги Мел, вытянутые на диване, уселся сам и положил их себе на колени. – Афигел? – Диван мой. – Ноги не твои. – И, слава богу. Как ты на них ходишь? Тощие, как палки. Прицельный удар и большой палец ноги попал точно в подбородок Кирилла. – Достал. – Не нравится, добро пожаловать отсюда, как говорится. Выход знаешь где, – Кирилл взял телефон и погрузился в него.       Но девушка никуда не торопилась. Она облокотилась на округлый подлокотник старого дивана и запрокинула голову. Квартира Кирилла и, по совместительству, их фотостудия, предстала перед ней вверх тормашками.       У стены стоял обычный серый фон, который Кирилл получил, по его словам, бесплатно, но как именно, объяснять отказывался. Осветительные приборы, подставки, из которых только один был совершенно новый (и над которым они оба тряслись) стояли в одной части комнаты, закрывая собой тщательно задрапированное черной тканью окно.       Мел прекрасно помнила, как ругался Кирилл, проклиная затею сделать в квартире фотостудию, ибо свет никогда не падал так, как надо. Какие-то чехлы и сумки были заброшены в угол – о них вспоминали только тогда, когда нужно было выезжать на место съемки. Мелисса и Кирилл часто фотографировали свадьбы и другие мероприятия. Цены они ставили довольно низкие, так как мало кто соглашался заказывать совсем еще юных фотографов по цене профессионалов. Так, играя на людской скупости, Кирилл и Мелисса всегда имели клиентов.       Больше всего Мелиссе в этой комнате нравился ее портрет, висевший на стене в центре коллажа из других портретов. На нем она стояла полу боком, фотоаппарат висел на шее, и она его слегка придерживала. Русые волосы, намного светлее, чем есть на самом деле, были распущены и едва касались лопаток. Смеялись каре-зеленые глаза (Мел была уверена, что Кирилл их нещадно фотошопил, хотя сам он утверждал, что на фотографии самая что ни на есть натуральная красота).       Фотография была повешена недавно, но с ней уже связано немало казусных случаев. Один из них произошел с их клиентом. Женщина в возрасте удивлено разглядывала фотографию, а потом спросила Мелиссу, как она сама себя так сфотографировала. Отвечать не пришлось, женщина «догадалась», что техника сейчас очень современная и позволяет делать все, что захочешь. Наличие Кирилла в комнате она напрочь игнорировала.       Мелисса вновь приняла ровное положение и стала поудобней устраиваться в уголочке дивана. Кирилл запротестовал: – Эй, эй, ты тут не это. – Прости, что? – Ну, не это. Короче, не то. – Понятней не стало. – Не устраивайся, говорю, разлеглась тут. – Я, между прочим, за эту квартиру тоже плачу. – Ты платишь половину только за эту комнату, дорогая, – Кирилл снисходительно посмотрел на Мел. – Хочешь, я буду платить тебе за этот диван? Он такой удобный.       Кирилл был другом детства Мелиссы. Вместе бегали по гаражам, играли в «казаки-разбойники», запускали самодельных змеев, вместе увлеклись фотографией. Этот диван стоял в комнате Кирилла в родительском доме. В 4 классе Мел пролила на него морковный сок, который они делали вместе. С тех пор она иногда замечала след от него, о котором Кирилл, кажется, не подозревал.       Когда парень поступил в колледж, он съехал от родителей, а диван прихватил с собой. Кирилл загорелся идеей создать фотостудию. Снял двухкомнатную квартиру, устроился работать, обустроил одну комнату и теперь они с Мелиссой «партнеры по бизнесу», как они любили, шутя, называть друг друга. Создали рабочую страницу в Инстаграме, следили за ней по очереди, быстро раскрутились. В конце концов, дело пошло и стало приносить прибыль.В основном их услугами пользовались студенты, из-за низкой цены и выгодного расположения рядом с колледжами и университетами.       Сейчас Кирилл мечтал о настоящей студии и профессиональной технике. Мел соглашалась, мечтала о том же, но, нехотя, всё же признавала – больше всего в фотографировании ей нравится этот диван и паренек на нем, который стал ей как брат. – У тебя такое лицо, будто ты сейчас толкнешь умильную речь на дне рождении, – Кирилл вывел ее из оцепенения. Наученный опытом, он уже придерживал ноги девушки, переживая за свой подбородок. Но Мел лишь глупо улыбнулась: – Дурак, ты, пойду я, – Девушка взъерошила волосы Кирилла и встала с дивана. – Бывай, первокурсница. И не забудь, второго свадьба! Но дверь уже захлопнулась.

***

–… он не любит, когда опаздывают... а, да, он постоянно будет рассказывать, где его жена хранить ножницы. Их у них в доме как-то слишком много… на месте мужика я бы стал переживать. Не обращайте внимание. И да, если он вам к четвертому-пятому занятию не расскажет всё о своих родственниках, особенно важно про троюродную сестру... и это серьезно! Всё, значит, вы ему не понравились, и на экзамене будет жестко…хватит смеяться, это серьезно я говорю.       Но девчонки не слушали, только хихикали – то ли над историей о странном преподе по психологии, то ли просто строили глазки единственному парню-третьекурснику на филфаке. Мел вздохнула и сделала еще несколько фоток.       Скрючившись, она стояла на ступеньках огромной аудитории. Правая нога излишне сильно проскользнула вперед на нижней ступеньке, а левая осталась стоять у начала верхней. Было крайне неудобно, но сменить положение девушка боялась, вдруг упадет в самый разгар шутки парня. Хотя было бы неплохо подпортить ему минуту славы.       Старшекурсницы из студсовета посмеивались. Они стояла около окна, некоторые сидели на подоконниках (что, конечно же, было строго запрещено), перешептывались, иногда смотрели на первокурсников. Они уже провели различные конкурсы и теперь просто рассказывали смешные истории о преподавателях и университете.       Мелисса заметила среди студенток высокую девушку. Она стояла, облокотившись на подоконник и скрестив руки на груди. Словно почувствовав на себе взгляд, она повернулась к Мел и улыбнулась. Мел улыбнулась в ответ. Она бы еще долго так простояла, тупо улыбаясь незнакомой девушке, пока до Мел не дошло, что та, скорее всего, думает, что ее фотографируют. Мел потянулась к фотоаппарату, сделала пару снимков. Тут же решила их посмотреть. Из окна падал яркий солнечный свет, обрамляя фигуру худой девушки. Рыже-каштановые волосы заплетены в косы и изящно собраны сзади. Несколько прядей мило завивались у виска. Прическа словно горела в лучах. Большие оленьи медово-карие глаза, веснушка на щеках, улыбка, руки.       Все в этой девушки было так правильно и складно, что Мел удивилась. Незнакомку явно любил фотоаппарат, порой, чтобы добиться такой непринужденной красоты на фото, Мел мучила модель ни один час. Мелисса подняла взгляд на девушку, чтобы показать большой палец, но та уже отвернулась к подруге и чему-то улыбалась, слушая ее. Незнакомка даже не старалась получиться хорошо на фотографии.       Мелисса сглотнула, и… полетала вниз по лестнице. Она забыла о своей неудобной позе и все-таки сделала неверный шаг. Упала она не сильно и не громко. Внимание она почти не привлекла. Растянулась рядом с партами, где сидела ее группа. Что поделать, знакомиться пришлось бы все равно…

***

– …старосту выбрали почти сразу, ничего такая девчонка, активная, дельная… – Симпатичная? – Евгеша хитро посмотрела на Мелиссу и вновь исчезла в рядах с одеждой. – Хватит, а, не смешно, – Мел забавно нахмурилась и скрестила руки на груди. – Ладно, ладно, и что дальше было? – Да ничего, была вводная лекция по физре, потом разошлись, поэтому так быстро пришла. Лекция, по физре. Университет заявляет «я вам не школа» с первого дня. – А ты что хотела? Такая она, студенческая жизнь, – пробубнили откуда-то из недр блузок.       Евгеша была школьной подругой Мел. Она училась на втором курсе того же филфака и сейчас активно выбирала себе одежду на завтра. Сделать это летом она, конечно же, не могла. Кто вообще покупает вещи заранее?! – Лисс, Лисска, что выбрать, а?       Глубокий вздох, спокойствие, только спокойствие, как завещал мужчина с пропеллером и вареньем под мышкой. Сейчас Евгеша просто будет выбирать в течение часа одну из двух блузок, а в итоге пойдет и купит себе футболку. И кепку до кучи. – Тебя вообще как Макс-то отпустил одну, да в магазин, да еще и за одеждой? – Мел пододвинула ногой маленькую скамейку, на которую вставали продавцы. Мел спокойно уселась на нее, не задумываясь можно ли это делать. Достала телефон, открыла сайт магазина электроники. – Да ну его, надоел. Ничего, смирится с покупкой. Сегодня куплю, завтра надену, послезавтра ему не понравится, послепослезавтра он скажет, что «ниче так», а через неделю, будет уверен, что это он меня заставил купить… – Евгеша сосредоточилась на одежде.       Мелисса уткнулась в экран, пролистывая каталог. Вот они, вершина ее грез, всем желаниям мечта. Ну, не все они, один единственный, на который Мел давно положила глаз. Это был новенький профессиональный зеркальный фотоаппарат со съёмным объективом и с кучей разных функций. Мама Мелиссы любила говорить, что у этих фотоаппаратов функций больше чем у стиральной машины. Как у нее хватило фантазии сравнить эти два вида техники, все еще оставалось загадкой.       Цена совсем не радовала. Стоил он около сорока тысяч. А Мел только подбиралась к половине. Часть дохода от фотографий уходило на оплату съемной квартиры Кирилла, часть оставалось на необходимые расходы, другая же трепетно откладывалась и береглась. Мечта все еще была далека, но девушка имела четкий план доходов и расходов и планировала накопить к февралю, если повезет – к январю. – Эй, я к тебе обращаюсь, что, в итоге взять? – Евгеша возвышалась на Мел, держа в руках по вешалке с блузками. – Ну, что ж, давай тогда поступим как взрослые люди… – Давай, – Евгеша серьезно посмотрела на Мел. – И так.. аты-баты шли солдаты, аты-баты… – Мел с самым серьезным видом стала указывать на блузки по очереди и в итоге остановилась на той, что лежала в правой руке. – Звезды говорят, что правая блузка лучше. – Мел посмотрела на подругу. Лучше бы она это не делала. – Хватит, а… иногда ты как Макс. Мелисса ощерилась. – Окей, окей. Извини. Смотри. Вот эта блузка. Что тут у нас? Ткань сильно мнется, то есть, ее один раз надела, все, гладить. Эта, она вроде не такая, мнётся не сильно. Дальше пошли. Вот эта, сильно с рюшами, а это строгая. Воротники смотри, этот строгий, а тут округлый и ленточный бантик. По-моему она слишком, не знаю, нарядная и «милая», что ли… не твой стиль. А это строгая, но с другой стороны, строгая у тебя уже есть, поэтому, возможно, тебя потянет на что-то милое и … – Пошли смотреть футболки, – и Евгеша решительно повесила блузки обратно.

***

      Текст был отредактирован, хештеги проставлены – пост можно было выкладывать в группу. Мелисса интересовалась у подписчиков, каких ЛГБТ и не только блогеров они смотрят. Сама Мел посоветовать никого не могла – не смотрела. Считала, что блогеры показывают только «красивую картинку», а не то, что есть на самом деле. На идеальную жизнь она может посмотреть и на фотографиях.       Мелисса дописала пожелание хорошего дня, и через секунду пост был опубликован. Мел была одним из администраторов довольно популярной тематической группы, где люди просили советы и просто делились забавными или не очень ситуациями из жизни.       Девушка вытянулась на кровати и зевнула. Она уже успела съездить на первую и единственную пару и вернуться обратно. Была пара БЖД, препод попался тот еще фрукт. Кафедра БЖД по странному стечению обстоятельств находилась на первом этаже корпуса филфака, поэтому ездить куда-то не пришлось. Преподавателем оказался молодой парень, около двадцати семи лет. Он работал тут второй год и рассказал, что пришел с исторического факультета. На вопрос «как его занесло на кафедру БЖД», ответил, что срочно нужна была работа. Звали его Камиль Эдуардович Казанов. С легкой руки одногруппницы Мелиссы бждшник стал Казано́вым.       Пару он вел странно. Поспрашивал, кто, откуда приехал, особенно его заинтересовала девушка с Чукотки. Он еще в течение всей пары спрашивал у нее о самой низкой температуре на родине. Девушку это не смущало, каждый раз исправно отвечала, играясь с интонацией в голосе.       Иногда бждшник подрывался с места и выходил. Прямо на середине слова. Девчонки оставались сидеть, переглядывались и комментировали. Потом он возвращался и продолжал диктовать, но опять не долго. Неожиданно стал задавать вопросы по теме второй мировой войны и революции. Спросил, кто у них преподаватель по истории. Староста не поленилась, посмотрела фамилию в расписании и назвала ее. Камиль Эдуардович покивал и вновь продолжил лекцию. Наконец, закончив ее раньше конца пары, рассказал о странной статистке, мол в районе этой кафедры постоянно происходят несчастные случаи, парочка даже в этой аудитории. – Студентка что-то в сумке искала и не заметила, как ножом канцелярским ладонь порезала, да так, что скорую пришлось вызывать. Ладно, хоть на нашей кафедре это случилось, оказали помощь…       После пары Мелисса старалась игнорировать тему молодого преподавателя. Кто-то уже нашел его страничку в Инстаграме, подписался, полайкал фотки. Кто-то с горечью заметил, что он как будто женат и с ребенком. Началась перепалка, так как кольца никто не заметил, да и фотки не показательны. Мелисса поспешила на свою остановку, попрощавшись с той жалкой горсткой людей, не заинтересованных в преподавателе.       Сейчас, лежа на кровати, ее голова была больше забита предстоящей свадьбой и тем, что ей придется быть на ногах в течение пяти-шести часов. Фотографировать свадьбы было одно из самых прибыльных и неблагодарных дел в ее жизни. Она помнила, как в прошлый раз бабушка невесты сватала ее с сыном сестры. Кирилл долго смеялся с этого и шутил про украденного со свадьбы фотографа.       Но и Мел есть, что ему припомнить. Как-то раз они делали постановочный кадр, и Кирилл носился с отражателем, пытаясь его устойчиво поставить. Жениха это вскоре вывело из себя: – Чего он носится этой штукой, что это вообще и зачем? – Это отражатель, чтобы ваши лица осветить и… – А можно как-то без этого раздражателя? Весь оставшийся день Мелисса обращалась к Кириллу только так.       Мелисса улыбнулась воспоминаниям и пошла на кухню. Папа сидел за столом и смотрел новости на планшете. Планшет подпирала большая миска со сливами, которые Мел просто обожала. Пусть сейчас был не сезон и сливы стоили дорого, но родители прекрасно знали о пристрастии дочери и иногда покупали их. Девушка переставила сахарницу и перечницу с середины стола, покрутила миску, предварительно опустив папин планшет на стол. Потянулась к фотоаппарату, и, не замечая отца, сделала несколько фотографий. Оставшись довольной результатом, Мелисса убрала фотик. Тут же заметила папу за столом, который уже не удивлялся причудам дочери и просто ждал. – Привет, чего не на работе? – Всё? Фотосессия закончилась? – папа улыбнулся, – а ты чего не на учебе? – мужчина прищурился, словно хотел подловить дочь на чем-то нехорошем, а потом рассмеялся. – Ладно, ладно, вот, собираюсь. Не знаешь, мама мне форму погладила? – Да, висела на плечиках. Парадная, ведь? Зачем? Опять кто-то приезжает? – Начальство, надоели уже, не сидится им у себя на месте…       Мелисса налила чай и подошла к окну. Оно выходило во двор с детской площадкой в самом центре. Вокруг нее нарезала круги их соседка. Это была дама лет сорока, сорока пяти. С обесцвеченными волосами, всегда с красной помадой на губах и в новом спортивном костюме, слишком молодежном для нее. – На кого смотришь? – Папа подошел к холодильнику, достал соус и по пути к столу тоже заглянул в окно. – А эта, бегунья-попрыгунья. Все бегает, видимо, надеется жениха встретить по пути. – Пап! Ты злой. – Мелисса поставила чашку на стол и скрестила руки на груди. – Не хорошо так говорить. – Может быть, – мужчина безразлично пожал плечами, – не хорошо жить с мамой до сорока лет. Мужика надо находить намного раньше, в ее случае лет так на двадцать. – Это все-таки не твое дело… – …скачет, скачет, как птичка, все место себе найти не может. Ну ладно, ладно, ты права. Чужие люди меня не должны интересовать, а вот собственная дочь… Мелисса села за стол, о чем тут же пожалела. – Как у вас там в университете? Женихи-то есть? – Пап, это филфак. – Ну, у вас же рядом технический университет, там надо искать. Мел старалась сохранять спокойствие, эта тема ее крайне раздражала: – У меня другие приоритеты и искать кого-то я не планировала. Я не хочу замуж. – Ну, это ты сейчас так говоришь. Я же должен буду передать тебя в ответственные руки, чтобы знать, кому откручивать голову, если с тобой что-то случится… – Еще объявление подай: «отдам дочь в добрые руки» – пробубнила девушка в чашку. – Не передергивай. – Я взрослый человек, я в состоянии нести сама за себя ответственность и самостоятельно решать, чего я хочу. Сама. – Какие мы тут умные, – папа улыбнулся дочери как маленькому ребенку, – ты это сейчас так говоришь, влюбишься, потом еще умолять будешь, пустите замуж… Но, имей в виду дорогая, никакого «замуж» пока не отучишься, пока это парень не пройдет проверку и…       Мелисса мысленно взвыла. Началось. Сейчас все придет к тому, что Мел, оказывается, прямо сейчас умоляет пустить ее замуж, а папа не пускает. Плохой-нехороший. – Пап, все, опаздываю на работу! Пока! – Мелисса подскочила на стуле, вспомнив о свадьбе – Удачи, не задерживайся сильно!

***

      Невесту звали Карина, а жениха она так и не запомнила. Мелисса и Кирилл жевали бутерброды в квартире невесты, которые любезно дала им ее тетя. Они скромненько стояли у стенки, наблюдая за всеобщим хаосом. Они много раз видели подготовки к свадьбам, но эта превзошла все из них. Платье упорно не желало застегиваться, прическа падала, Карина была в истерике, но держалась, так как макияж не был водостойким. Вокруг нее крутился парикмахер и мама, которая была уверена, что знает все лучше всех. – Может все-таки тут прядку оставить? Или может все собрать? Ой, а почему локоны такие крупные, я думала… – Мам! Не твоя свадьба, пожалуйста, уйди, – Карина вцепилась в края стула, мысленно проклиная все вокруг. Сейчас она очень хотела выйти замуж, но больше всего ей хотелось почесать колено. – Обещай, если мы поженимся, то у нас так не будет…– Кирилл доел бутерброд и отряхивал ладони.       Колбаса встала поперек горла Мелиссы. Она не ответила, заметила, как рядом с ней закопошился оператор. Он пришел раньше фотографов и уже устал, не успев включить камеры. Мелисса ободряюще улыбнулась ему.       Наконец, невеста была готова. Оператор крутился вокруг нее, снимая нужные кадры. Вот она у окошка, вот с мамой, а вот бабушка. Бабушка вечно вставала не так – то застывала в ступоре, то, наоборот, мельтешила в кадре. Вскоре невеста не выдержала и крикнула: – Мама, забери отсюда бабушку! – Невеста, встаньте сюда, ага, вот из-за шторки, букетик к лицу, ага, угу, очень хорошо, выглядывайте, я снимаю. Улыбнитесь, а теперь задумчиво, ага, угу... Кирилл взял камеру, начал делать фотографии. Невеста переполошилась: – Ой, а для вас как встать? – Нет, нет, делайте что должны, я поймаю момент. Все хорошо, а вы прекрасны. – Кирилл улыбнулся невесте, и вновь скрылся за фотоаппаратом. Мелисса хмыкнула. Праздник начался.       Банкет был в самом разгаре, тамада травил десятый анекдот и разыгрывал пятый рулон туалетной бумаги. Мелисса ходила около столов, фоткала гостей, ловила милые перешептывания молодых. Неожиданно к ней подошла мама жениха. – Девушка, а вы бы не могли пофоткать вон ту бабушку? – Да, конечно, – Мелисса сделала несколько фоток тут же, из далека. – Нет, нет, можно это как-то поближе, портретом, а то старая совсем, а у нас фотографий нет на могилу…       Мелисса перестала фотографировать, удивленно посмотрела на женщину. Но та уже скрылась среди других гостей.       Кирилл в это время фотографировал жениха и невесту. Они стояли около фона, украшенного шариками. Жених спросил: – Вы же нам позы подскажите? Язык так и чесался ответить «камасутра не входит в мой тариф», но Кирилл сдержался: – Да, просто встаньте, смотрите друг на друга. Улыбнитесь.       Когда фотосессия закончилась, Кирилл оглядел зал. Мелисса сидела в углу, за барной стойкой. Смеялась словам бармена. Кирилл подошел к ней и уселся рядом. – Дурдом ведь? – Мелисса слегка толкнула его локтем. – Ну, есть такое. За то они счастливы, вон смотри, – и Кирилл показал несколько милых фотографий. – Да это и так видно. Платье у невесты какое. Ты бы хотела такое же? Или лучше?       Мелисса крутанулась на стуле и посмотрела на невесту, на ее платье. Девушка еле передвигалась в нем, подол постоянно приходилось держать в руках, ноги слегка оголялись, и было видно, как дрожит нога в туфле. – Определенно нет. – Серьезно? Все же девчонки начинают планировать свадьбу чуть ли не с десяти лет, – бармен поставил протертый бокал и взял следующий. – Я на школьный выпускной пришла в арендованном смокинге, вы о чем вообще? И больше бармен вопросов не задавал. В эту минуту рядом с Кириллом уселся оператор. Выглядел он крайне возмущенным, или даже смущенным. Пот стекал с его лица. Бармен протянула ему воды. – Вы чего? – Кирилл переглянулся с Мелиссой. – Тут, это, ага, жених поинтересовался, могу ли я снять их первую брачную ночь. Все, кроме оператора, расхохотались.

***

– Женщина, ты работать будешь? – Угу. – Чего «угу», ты уже час залипаешь в своем ноуте, и явно не фотки со свадьбы смотришь. – Угу.       Кирилл раздраженно повернул голову к девушке. Он сидел на полу, облокотившись на диван, так как Мелисса полностью забаррикадировала его своими ногами, не оставляя места. А сейчас еще отказывалась работать. – Ты что там делаешь хоть? – Ну, фотки с первого надо скинуть, обещала. – Ааа, так бы и сказала.       Мелисса прикусила губу. Хорошо, что Кирилл не посмотрел на экран, иначе бы заметил, что она уже час залипает на фотографию незнакомки с медовыми глазами.       Мел обработала ее по всякому и сейчас любовалась, по ее мнению, лучшей своей работой. Она могла разглядеть лицо девушки в мельчайших подробностях. Правильные черты лица, чуть приподнятый подбородок. Она казалась фарфоровой куклой, дорогой и раритетной. Мелисса сильно кусала губы и опомнилась только тогда, когда стало слишком больно. Закрыв фотографию, она отправила все фотки облаком в беседу, и, наконец, пришла на помощь Кириллу.

***

      Мел пришла домой поздно, еле дошла до кухни. Там сидела мама, говорила по телефону и что-то чертила на бумаге. Она была дизайнером и, скорее всего, говорила с очередным заказчиком, требующим внимание в одиннадцать вечера. Мел наливала суп и листала группу. Она совсем забыла, что сегодня вечером она отвечала за новости, и сейчас распиналась в извинениях перед другими админами и подписчиками. Ее поняли и простили. Сейчас она пыталась вчитаться в предложенную запись, смысл которой от нее ускользал: «Я девушка би влюбилась в парня и девушку что делать помогите я так не могу»       Мелисса вздохнула, расставила знаки препинания. Сама комментировать отказалась, оставив девушку на растерзание подписчиков. Мел знала, что девушку по голове не погладят, би и панов не особо любят даже в кругах ЛГБТ, а если учесть ее ситуацию… – Чего это ты так у Кирилла задержалась? С ним переписываешься? – Ну, мам, мы работали. Я же говорила, что у нас заказ сегодня, свадьба. – Ну, ну. – Мама постукивала карандашом по столу, вглядываясь в чертеж. – Слушай, а папа свою форму сегодня нашел? – Да, вроде бы, – Мел поставила перед собой тарелку с супом и, забыв про нее, стала доедать сливы из миски. – А то, как будто бы он ушел не в той форме… – Он может быть немного рассеянным и…       Мелисса недоговорила, удивленно уставилась в экран телефона. Инстаграм показывал ей рекомендации. Одна из них была страница, на аватарке которой красовалась знакомая фотография. Ее Мелисса трепетно обрабатывала два часа назад.       Девушка перешла на страницу – незнакомку звали Евгенией Королёвой, последней добавленной фотографией была ее автарака и к ней комментарий: «Смотрите, какой красивой меня сделал один талантливый фотограф! В жизни я совсем не такая» и ряд смеющихся эмоджи и сердечки.