Любимый, станцуй для меня!

Сегодня Чимин снова должен блистать на сцене. И пусть состояние совсем не располагает к этому, он чувствовал, что должен пойти. Тем более его друзья тоже должны быть там. Ради них он обязан появится и показать, что он постепенно все же приходит в норму. Да и рабочая неделя поспособствовала этому, как нельзя лучше. Приведя себя в полный порядок к назначенному времени, Чимин поехал в клуб. Как обычно его встретил Вонхо, они немного поговорили, выпили кофе, ведь алкоголь как-то не лез в глотку после того рокового вечера. Пак переоделся в черный латекс, а именно шорты и топ. Маску должен был тоже надеть, но видимо не взял. -Ну и ладно,-решил он не заморачиваться, глядя на немного припухшие веки и осунувшееся лицо.-Главное музыка и танец, а отсутствие маски переживу. Пусть наслаждаются. -сказал он своему отражению и вышел из гримёрки. Юнги сидел в душном зале клуба в одиночестве, заняв целый столик прямо в первом ряду. На столе стоял неизменный стакан с виски и небольшая тарелка закусок. Чувствуя себя чертовым сталкером и извращенцем, неотрывно смотрел на сцену, ожидая Чимина. Предусмотрительно надел кепку, чтобы его дизайнер Феликс не узнал в нем директора. Кто знает, возможно он видел, как тот выглядит. Черная кожанка неприятно липла к напряженному телу, а громкая музыка сильно долбила по ушам. Но Мин упорно ждал. Без ответов он не уйдет. Ведь и так всю прошлую неделю не знал, что с парнем, неоднозначный ответ Намджуна, что он на больничном совсем его не успокоил. И сегодня он припёрся сюда, надеясь увидеть то, о чем он так увлеченно рассказывал Феликсу. Время было ровно восемь, когда объявили выход черного лебедя. Заиграла отдаленно знакомая песня и в зале стало немного темнее. Хотя, казалось бы, куда уж больше, но сцену теперь освещали буквально пара светильников сверху, добавляя таинственности в и без того интимную атмосферу. Сегодня танцевать Пак решил все же с прикрытыми глазами, для него это было не в новинку. Волнение, которое отчего-то сжимало его грудь, не хотелось демонстрировать взглядом. Еще и композицию он выбрал слишком теперь символичную. Ариана Грандэ Stuck with U. В темном зале, пропитанным лиричной музыкой и предвкушением толпы, в приглушенном свете двух софитов, парень появляется перед притихшей толпой. В его взгляде видны решимость и страсть, готовность покорить сердца зрителей. Лишь струйки дыма окутывают его полуголое тело, подчеркивая его мускулистую фигуру и грациозные движения. Уверенные шаги Пака пронзают толпу аплодисментами и восторженными возгласами. А Юнги замер. Как замерла его рука с бокалом, которую он так и не дотянул до рта. На короткий промежуток времени даже забыл, как дышать, глядя на своего прекрасного ангела и видя даже больше, чем когда-либо вообще мечтал. Стройные, но подкаченные ноги, его мускулистые бедра…выше рельефный живот и топ, что обтягивал его грудь. Черный латекс резко контрастировал с его блондинистыми волосами, добавляя его личному ангелу толику порока. Он плавно шел на середину сцены, глядя ровно перед собой, и Юнги жадно ловил каждое его движение. Толпа взрывается и это приводит Мина в чувство, напоминая, что он тут не один. Поставил стакан на стол и, натянув кепку ниже, принялся смотреть на своего личного искусителя. Чимин же танцует, прикрыв глаза, словно в последний раз в своей жизни. Он рисует в воздухе картину страсти и эмоций, выплескивая остатки своей боли. Его эмоции словно обрушивающийся водопад, непредсказуемый и поражающий воображение. Его тело смело и плавно обвивается вокруг пилона, создавая изящные линии и пленительные позы, опьяняя зрителей своей смелостью. Он плюет на границы и стереотипы, воплощая в танце свои мечты и желания. Воздушные движения и освобожденная душа поднимаются выше, создавая иллюзию свободы. А в голове мелькают отрывками воспоминания, где Пак и Ким счастливы. Дрожь пробегает по телу. Он растворяется в танце, ему уже неинтересна публика. Чимин погружен в себя, в свою боль, которую он, наконец, смог отпустить, прогоняя ее через себя и танец. Сейчас он растворился в моменте. Юнги заворожено продолжал блестящими глазами смотреть на Чимина, но не мог понять, что не так. Двигался он прекрасно, глаз оторвать от его великолепного тела и таких же движений было невозможно. Но Юнги буквально кожей чувствовал некую энергию, исходившую именно в момент танца от Чимина. Его буквально пронизало и прошибало непонятным чувством, пока он глядел на чувственный танец. Поерзав немного, украдкой огляделся. Многие смотрели и явно ловили кайф от этого парня, но только Юнги испытывал дискомфорт. Нет, дело не в Чимине, а в ауре, что тот источал, танцуя. Сложил руки на груди и продолжил хмуро глядеть на мальчишку, игнорируя неприятное чувство в груди. Пак продолжает свой прекрасный танец, полностью растворяясь в своих чувствах. Но что-то идет не так. Когда Чимин поднялся на самый верх пилона и зацепился ногами, свесив тело и запрокинув голову, понял, что Тэхена стало слишком много в его голове. Ком уже подступал к горлу, грозясь запустить очередную истерику, подпитанную танцем, музыкой и атмосферой. И чтобы как-то разорвать цепь воспоминаний он открыл глаза и посмотрел в зал. Взгляд сразу упал на первый столик, за которым он увидел перевернутой картинкой, симпатичного мужчину. Он сидел один, скрестив руки на груди и пристально смотрел Чимину в глаза. За те пару секунд, что он висел вниз головой, парень за столом разомкнул руки и положил на стол, причем он явно был ошарашен тем, что Чимин так же пристально уставился на него в ответ. Чимина как молнией ударило. На нем то самое чертово кольцо. И кепка. Другая, без кошачьей надписи, но с двумя кольцами, продетыми в козырек. Память подкинула ему моменты с парка, где он встретил фотографа. Один в один. С той лишь разницей, что сегодня Пак смог, наконец, разглядеть его лицо. Дыхание Юнги сперло в моменте их встречи глазами. Его словно током прошибло от невероятно проникновенного и наполненного болью взгляда, который постепенно сменился удивлением. Выходит, малыш тоже его узнал? Но как? В замешательстве продолжал смотреть, как Чимин продолжил крутиться на шесте, а после, спустившись, снова поймал его взгляд. Чимин крепче схватился за пилон, чтобы не упасть. Сделав трюк, он опустился ногами на сцену, и взглянул на фотографа снова-глаза в глаза. Выполнив пару движений в танце, приблизился к концу сцены и еще раз оглядел кольцо, окончательно убедившись, что это оно. Снова мазнул взглядом по лицу фотографа, отмечая про себя, что он тоже красив, и его кошачьи глаза не отрывались от Чимина. “Он прекрасен! Этот черноволосый дьявол просто шикарен!”-мимолетом подумал Пак и, чтобы зрители не поняли, что произошла заминка, пропустил пару танцевальных па и продолжил свой шедевр на шесте. “После выступления я должен его здесь найти и познакомиться!–только и крутилось в голове Пака. Глаза теперь закрывать не хотелось совсем. В движении он пытался поймать своим взглядом фотографа и у него это успешно получалось. Тот тоже не отрывался от Пака. И только сейчас Юнги понял, что за чувство душило его все это время, пока он смотрел на своего ангела. Его больше не интересовал танец. Он не мог оторваться от припухших явно от слез глаз, где отчётливо были видны тоска и боль. И именно эта боль пропитала самого Юнги. Не в силах больше выносить это Мин резко встал и не дожидаясь окончания выступления, покинул душное помещение. Боковым зрением, пока Чимин делал поворот, увидел, что парень с этого столика резко вскочил и почти бегом покинул зал. “Надеюсь, он не ушел с концами…ну же, только не сегодня, фотограф.–Чимин негодовал, но взглядом не подавал виду. О Тэхене он больше не вспоминал. Завершив свой номер, поклонился и покинул сцену. Публика, как всегда, ликовала. Быстро переодевшись, он вышел в зал и прошелся вдоль столиков, стараясь не привлекать к себе внимания. Но фотографа не было. -Он уехал… Судьба, ты издеваешься?–Паку хотелось выть, как волку на луну, но он взял себя в руки, попрощался с коллективом и уехал домой. В душе была сомнительная радость и в то же время досада. Все сдвинулось с мертвой точки. Ведь теперь Чимин знал, что его фотограф это невероятной красоты молодой мужчина. И теперь он узнает его из тысячи.