Встреча давних друзей.
24 апреля 2024 г., 00:12
— Слушай, как тут балдежно-пердежно, ммммм, — протянула рыжеволосая девушка.
— Да уж, определенно «лучшая» похвала, — усмехнулся темноволосый мужчина на ее реплику.
— Этот твой чувак точно сегодня явится сюда? Ты в этом так уверен?
— Конечно. Он всегда является там, где он нужен как никогда, — слабо улыбнулся мужчина.
— Что ж, была бы рада лицезреть твоего распиаренного дружочка, ыхыхыхы, — девушка зубоскалилась.
«Такая же поехавшая, как и он. И такая же сильная», — подумал про себя ее спутник.
Как судьба умудрилась столкнуть его второй раз с существом, подобным Сатору Годжо? Как он, надеясь отыскать покой после мнимой смерти, оказался в Токио снова? Как?
Мужчина внимательно смотрел на свою спутницу. Та буквально была амбассадором безумного и крышесносного поведения, амбиций и дерзких планов. А еще она была жуткой матерщинницей. Как-то раз он выслушал такую матную тираду буквально за минуту, что осознал факт того, что не слышал и не употреблял за всю свою жизнь столько матерщины, сколько она за эти шестьдесят секунд.
— Ты не могла бы… вести себя чуть менее агрессивно и вызывающе? — обратился он к ней.
— Я? Ты недоволен моим поведением? Не охренел ли? Я здесь вообще-то из-за тебя. И я вступаю в какое-то сомнительное дерьмо с сомнительными персонажами.
Он только хмыкнул. На часах было двадцать тридцать один. Тут же мужчина уловил знакомую проклятую энергию. Прибыл Годжо Сатору.
Шестиглазый маг, который чуть опоздал из-за взбучки первокурсников, не ожидал здесь увидеть того, кого считал уже год как мертвым.
— Сугуру? — Годжо не верил своим глазам.
— Здравствуй, Сатору. Слава богу, ты пришел!
— Это и есть твой великий и могучий сильнейший aka Годжо Сатору? — усмехнулась рыжеволосая. — Чет он больше смахивает на припизднутого клоуна из дешевого фильма ужасов.
Сатору и Сугуру перевели на девушку осторожные и заинтересованные взгляды. Годжо, конечно, привык к тому, что на него часто реагируют приблизительно в таком ключе, включая девушек, но в контексте сложившейся ситуации он никак не ожидал того, что нечто подобное вклинится в происходящее.
— Че застыл, блонди, любуешься своим дружочком?
— Познакомься, Сатору, это Лукреция Фрейнцнихленгер.
— Чего-о-о-о-о-о-о? — протянул Годжо. — Я… даже и пары букв из этого названия не запомнил.
«Даже при таких обстоятельствах продолжает давить из себя черти что», — мысленно отругал друга Сугуру.
— Ну потому что ты дебил, — буднично произнесла Лукреция. — Мы здесь вообще для чего собрались? Херней заниматься? Я ради этого перлась сюда за тобой, Гето?
— Сатору, есть очень важный разговор и… деловое предложение, — обратился к другу Сугуру.
— Да-а-а-а-а-а-а, о-о-о-о-о-очень ва-а-а-а-а-ажный, — обезьянничала Лукреция.
— Почему ты так себя ведешь? — усмехнулся Годжо.
— Мне скучно, дядя. Твой твердолобый дружбан притащил меня сюда. Обещал веселье, крутое приключение и… даже революцию. Сказал, что мой магический потенциал или как вы это называете «проклятая энергия» будет как нельзя кстати. И что ты думаешь? Мало того, что он постоянно делает мне замечания, буквально надрачивает на тебя, так я еще вынуждена была разочароваться в том, кто такой Годжо Сатору, — она подперла щеку ладонью и грустно посмотрела на Годжо.
Тот явно не ожидал такого приема. Он вообще не ожидал, что слухи о возвращении Сугуру Гето в мир живых — правда. А еще он был наслышан о какой-то беглянке с мощной проклятой энергией. Видимо, это была именно эта рыжеволосая нахалка.
— Надрачивал? — насмешливым тоном переспросил Сатору.
Гето закатил глаза, но предпочел не встревать, ведь прекрасно знал, что эти двое должны высказать все, что они надумали, плюс именно это позволит им притереться друг к другу и довериться.
— Ну да. Сатору Годжо то, Сатору Годжо се. Сильнейший. Все дела. Ты, сильнейший, на минут так тридцать припозднился. Че, совладать со стрелками на часах оказалось непосильным, да?
Сатору понравился такой подкол. Хоть и было это слабо, но он понимал, что девица только разгоняется. Что ж, игра забавная.
— Ну у меня были дела, как-никак, я преподаю в Токийском магическом колледже.
— Что за шарага?
— Лукреция, — одернул ее Сугуру.
— Во-о-о-о-от, видишь, опять он лезет ко мне со своим нудежом, — Лукреция фальшиво надулась.
— Да, Гето любитель подушнить, — усмехнулся Годжо. — Теперь и я стал таким, верно, Сугуру?
— Верно, — согласился мужчина.
— А что же я сделал такого, — обращался сильнейший уже снова к Лукреции, — что ты во мне разочаровалась?
— Знаешь, чрезмерная реклама кого бы то ни было, всегда была для меня тем отличительным знаком, который просто орал о том, что передо мной пустышка. Полный ноль. Ни о чем. Херня херней! И судя по тому, как нахваливал и пел тебе оды Сугуру, я вижу, что это правило сработало. Что ты такое? Самовлюбленный, прячущий свой истинный облик грустного и разочаровавшегося в этом мире мальчишки за маской пафосного клоуна, который весь такой из себя крутой, таинственный, и то лишь по причине боязни, что заденут твои триггерные точки… Кого ты пытаешься обмануть, Годжо Сатору?
Мужчины растерялись. Сатору внимательно вглядывался в собеседницу. Девушка била словом четко, точно и прямо в яблочко. Единственное, с чем мог не согласиться Годжо, так это с тем, что он не сильнейший. Хотя… пряча вечно свои истинные переживания за шутовским поведением, надеясь однажды разнести кучку ублюдков, решивших, что сидеть задницами на посту старейшин и раздавать поручения, ввергающие мир в хаос, можно абсолютно безнаказанно, разве это не говорит о его собственной слабости?
— Чего приуныл, дружочек? — из раздумий его вывел насмешливый тон спутницы Гето.
— А ты, будто бы, не тем же самым занимаешься? — в горле мага пересохло.
— Скорее всего. Но мне простительно.
— Почему же?
— Я не напяливала на себя шапку, что мне не размеру. Я не кичусь, что я якобы сильнейшая во всем мире.
«Надо же, девчонка с характером, мне нравится», — подумал про себя шестиглазый маг.
— Короче, мы сегодня вообще начнем говорить по сути дела? Я задолбалась. Я хочу жрать.
— Давай, закажем тебе еды, — вздохнул Сугуру.
— Ага, а потом я обожрусь и как буду добираться до ночлежки? Покачусь, параллельно выблевывая все, что наела и не успела переварить?
— Ты всегда такая дикая или это твой способ привлечь к своей персоне внимание? — решил уколоть ее вопросом Сатору.
— Такой родилась, такой проживу, такой и помру. Будто бы тебе не понравилось со мной общаться, — Лукреция снова оскалилась.
— Хех, с такими темпераментными девушками я бы предпочел испытывать их не на словах, а на деле.
— Это как? Предлагаешь переспать? — абсолютно спокойно спросила Лукреция.
— Эм, — Сатору растерялся, — ну вообще-то я хотел предложить тебе сразиться. Ну так, для того, чтобы мышцы разогреть. Но твой вариант разогрева мне нравится больше, — Сатору оскалился в ответ.
Гето лишь обреченно вздохнул и покачал головой.
— Годжо, я вижу, что Лукреция тебя к себе расположила, — сказал он спустя пару секунд.
— Ну, она мне определенно… показалась интересной.
— Ага, засранец, решил свой недотрах утолить, — усмехнулась девушка.
— Ну, судя по твоему поведению, у тебя-то он как раз и бьет ключом, — Сатору лыбился во все тридцать два зуба.
— Хм, как знать, — она совершенно не обиделась, — только учти, если я доберусь до тебя, то выжму все соки. Я очень требовательна в постели. Особенно к сильнейшим, — она послала ему воздушный поцелуй и подмигнула.
— Тебе, Лукреция, я вижу, что Годжо тоже зашел на ура. Стало быть, можно приступать к делу.
Сатору нехотя отвел взгляд от девушки и перевел его на своего товарища.
— Слушаю тебя, Гето.
— Знаешь… я много думал. И много воды утекло с тех пор, как мы виделись в последний раз…
— Да он буквально думал, что ты сдох, — Лукреция закатила глаза.
— Кстати да. Удивительно, как ты выжил?
— Ничего удивительного, Годжо. Не только ты оттачиваешь свои навыки. Пусть это будет маленьким секретом.
— Я не особо люблю секреты, ты ж знаешь.
— Ну тем не менее. Я знаю твой секрет, Годжо. Знаю, что ты мечтаешь провернуть революцию в магическом мире. И… мои заблуждения насчет людей, проклятий… да, я определенно заблуждался. Я не прошу верить мне на слово, но дай мне шанс доказать все на деле. Моя «семья» разбежалась. Здесь меня ничего не держало. Я плутал по миру, пока не встретил ее…
— Ну или пока я тебя не подобрала, словно побитую псину, ищущую в непогоду укрытия от бушующей стихии.
Сатору хмыкнул.
— И что ты хочешь?
— Она обладает потрясной техникой. Даже не одной. Она сильная, безумная, как и ты. Она будет полезным союзником для реализации твоих планов. Плюс… я все еще не прочь вернуть нашу старую дружбу, Сатору. Мне действительно жаль, что наши пути разошлись и стали абсолютно непредсказуемо противоположными.
— Окей, предположим, что я в это поверю.
— Гарантией будет то, что я и она полностью предаем тебе право на распоряжение нашими жизнями…
— Э, — Лукреция запротестовала, — какого хера? Это он оставляет себя в рабство, я же на такое не подписываюсь. Я тут ради забавы. Это ты, — она ткнула пальцем в Годжо, — должен меня завлечь, понял?
Сатору ухмыльнулся.
— Ну по факту, Гето уже передал мне право на распоряжение своей жизнью, как только решил встретиться. Хм, интересненько. А что касается тебя, Лукреция Фрхренпоймикакойнаборбукв…
— Фрейнцнихленгер, — недовольно буркнула девушка.
— Да похрен, если честно, — отмахнулся от ее вставки Сатору, — так вот. Что насчет тебя. Что за техники у тебя такие, что ты смеешь называться сильнейшей?
Он рассчитывал вывести ее из состояния равновесия, надеялся, что брошенный вызов разбудит в ней пламя, что яростно будет уничтожать все преграды к более близкому соприкосновению с ее сущностью, но если она действительно похожа на него, как сказал Сугуру, то она и бровью и не поведет. А потом, когда ты этого не ожидаешь, поддаст тебе так, что ты и не заметишь, как оказался в затруднительном положении.
— Я ж тебе сказала, кретин, я себя таковой не называю. Это твой дружочек любит вечно придумывать всякие хвалебные оды, — скучающим тоном ответила на этот выпад Лукреция.
— И все же? — настаивал Сатору.
— Ну, покажу на пальцах, — она придвинулась ближе к Годжо, — в конце концов, самолюбование и мне не чуждо, ты-то как никто другой обязан понять меня, — она широко улыбнулась. — Зацени!
На этом стакан с зубочистками, который стоял перед Годжо рассыпался. Зубочистки разбросались по всей поверхности стола. Маг непонимающе уставился на Лукрецию. Та цокнула и закатила глаза.
— Расщепление, — поучительным тоном начала она. — Слыхал о такой штуке?
— Неа, расскажешь, — веселым голосом сообщил Сатору.
— Оу, какой тупой и неотесанный мужлан, — надула губки Лукреция. — Слушай, буду максимальна проста. Все зациклено на ядре. Самое важное и ключевое в моей технике заключается в ослаблении связей внутри ядра, что приводит к расщеплению последнего. Изменение геометрических размеров ядрышка приводит к тому, что меняется сила взаимодействия его электронов… При увеличении связи ослабевают.
— Ты… уничтожаешь ядра тел? Правильно? — подвел итог краткой лекции Годжо.
— Угусь.
— Хех, получается, ты можешь вступить в бой как с шаманами, так и с проклятиями? Конечно, если последние имеют физическое воплощение?
— Сатору, но они всегда получают физическое воплощение, — сказал Гето.
— Верно-верно. И что, твоя техника предназначена для близкого боя?
— Да, это ее главный минус. Но зато она быстро и легко применяется. Но это еще не все. Я бы показала тебе то, что я называю «броуновское движение», но…давай, раз уж ты дал добро на секретики для Сугуру, ты позволишь и мне на какое-то время оставить свою технику в тайне.
— Ну… звучит интригующе, — Сатору был заинтересован как никогда. — Только вот все твои техники базируются на разрушении ядер, а вслед за ними и целостности тел?
— Не всегда разрушения. Могу и созидать что-то новое. Но лучше разрушать. Восстановить-то смогу былой облик, но не всему и не всегда. А вот насоздавать ублюдских франкенштейнов… как нехер делать!
— Звучит круто, — улыбнулся Сатору. — Что ж. Мне нравится. По крайней мере выглядит круто. О, — он обратил внимание, что стакан снова был восстановлен, — ты восстановила его?
— Агась, прибери зубочистки. И да, я все еще хочу пожрать.
— Я накормлю тебя самым вкусным ужином, — пообещал Годжо. — Только… я не совсем понимаю, как вы собираетесь мне помогать? Втихаря?
— Хз, я же сказала, моя роль здесь простая. Я развлекаюсь и просто творю революцию.
— Если честно, тут мы не особо обсуждали, — признался Сугуру.
— Но… надо же как-то решить!
— Сатору, так ты согласен?
— Ну… а почему бы и нет? У меня не так много сторонников, хотелось бы побольше и поопытнее.
— Так тогда какой план, чудила? — подала голос Лукреция.
— Ну что ж. А план таков. Сугуру, ты не можешь являться в своем истинном облике, это слишком опасно.
— Да от него вообще иногда столько проблем, что я искренне не понимаю, какого хрена он начинает вправлять мозги окружающим, — канючила Лукреция.
— Кое-какая проклята техника у меня в закромах все же имеется, — ухмыльнулся брюнет, — изменить внешность не проблема. Правда, и уровень проклятой энергии может выдать меня.
— Ну он же может быть изменен. Чуть-чуть, — сказала девушка. — Достаточно начать генерировать противоположную энергию, хоть в зачатке, и все. Ты другой человек.
Сатору внимательно посмотрел на девушку. Это могло быть полезно для его дальнейшего исследования Итадори, Фушигуро и Кугисаки.
— А ты разбираешься в чем-то подобном? — заинтересованно спросил он.
— Ну как бы да, — тон девушки стал в разы серьезнее, что резонировало с ее поведением ранее. — Овладевание сразу двумя противоположными по своей природе силами, ну или «проклятыми техниками», говоря опять же по-вашему, не просто меняет тебя как мага, а усиляет скиллы. Это весьма полезно и хорошо для тех случаев, когда надо комбинировать атаку, — она стала загибать свои тонкие пальцы, — сбить с толку противника, который уже привык к твоей энергетике. Она реально управляется, кроме шуток. Достаточно просто знать, на какие рычажки надавливать. Что еще… Когда ты пытаешься разобраться с самим собой, в конце концов. Проклятия же — это последствия проклятой энергии, которая генерируется людьми, которые буквально проходят через внутреннюю мясорубку, перемалывая все самое дерьмовое, что у них случалось по жизни. А есть и другая сторона медали. Другой поток. И он более светлый что ли.
— Если проклятая энергия — это сплошной негатив, то другая, противоположная, — это сплошной позитив? — догадался Сугуру.
— Агась. Мы же все обладаем неким энергетическим полем. Просто кто-то сильнее вырабатывает дерьмо, кто-то сильнее вырабатывает что-то приятное. Последних куда меньше, чем первых. Есть и те, кто балансирует на грани одного и другого. Опять же, как я уже сказала, это все управляемо. Как и наше настроение. Это физика, химия, короче. Это база, на которой строится жизнь нашего мира.
Мужчины изумленно смотрели на девушку. Что было более неожиданным: открывшиеся факты или ее умение вести себя адекватно, сказать было сложно.
— Вау, — только и выдал Сатору. — У меня созрел план.
— Да ну? — не поверила девушка.
— Ты мне очень нужна в магическом колледже. Как раз по этой части. Единственное, что тебя надо будет пропихнуть туда, но это я решу сам. А ты… ты…с тобой проблематично, дружище.
— Почему бы его не пристроить в вашу магическую шарагу? Я помогу ему с изменением энергии.
— Эм… ну даже не знаю. Ладно. Давайте поступим так. Я протащу вас в качестве своей невесты и ее брата. Так хотя бы будет обоснованно, почему я предлагаю ваши кандидатуры в качестве преподавателей. А то мало ли, что там подумают.
— Ты сейчас серьезно? — в голосе Гето читалось открытое сомнение.
— Ну да. А что, у тебя есть план получше?
— Все-таки хочешь меня трахнуть? — насмешливо спросила Лукреция.
— Как карта ляжет, принцесса, — улыбнулся Сатору.
— Звучит безумно, — покачал головой Гето.
— Ты же сам сказал, что он поехавший, — ткнула его локтем в бок Лукреция. — Стоило предполагать, что его план будет ебанутым. И вообще весь этот петтинг пора заканчивать. Меня не покормили, а время уже позднее.
— Митинг, — поправил ее Гето.
— Боже, — взвыла девушка. — Ты реально думаешь, что не знаю, что такое петтинг или митинг? Серьезно?
Сугуру предпочел промолчать, а Сатору с интересом наблюдал за их перепалкой.
— Петтинг, митинг, — продолжала Лукреция, — один хрен, что там, что там все закончится тем, что тебя выебут.
— Она всегда такая поехавшая? — полушепотом поинтересовался Сатору.
— Она также разводит клоунаду, как и ты, — ответил Гето.
— Ладушки, дама хочет кушать, значит, даму надо накормить, — хлопнул в ладоши Годжо. — А то голодная женщина — это просто смертоносное проклятие.
— Меньше слов, больше жрачки, блонди, — улыбнулась девушка.
Сатору лишь радостно улыбнулся. Не каждый день встретишь таких интересных людей особенно женского пола. Стоит ли сказать, что сильнейший отметил, что эта быдловатая, дерзкая и весьма специфичнеская девушка, запала ему в душу.
Да и Лукреция отметила для себя, что Годжо весьма и весьма недурен собой. А значит, авантюра, в которую они вовлекаются через Сугуру, обещает быть интересной.
