О проклятиях, о любви и немного о том, как захватить мир за три месяца

      Лукреция спокойно встретила это утро. Девушка не намеревалась даже лишний раз напрягаться. Все равно бесполезное занятие: силы надо беречь. А еще мальчишки так мило хлопотали над ней, что просто загляденье!       Сугуру организовал отличный завтрак в постель: он подал ей не только крепкий чай, омлет и кучу фруктов, какие нашел у Годжо в холодильнике, но и успел сбегать за мороженным.       - Годжо не убьет тебя за такое? – поинтересовалась рыжеволосая, уплетая лоток с лакомством.       - Не расскажешь – не убьет, - улыбнулся Гето. – Как ты? Ты вчера нас безумно напугала.       - Прихожу в норму,- жуя, ответила она. – Даже не знаю, как это объяснить. Сильные потрясения выбивают меня из колеи, и я становлюсь овощем.       - Прости… мы и правда не думали, что будет что-то подобное... по тебе никогда не скажешь, что ты была жертвой сексуального насилия, - виновато ответил Гето.       - Жертвы насилия, к твоему сведению, могут себя вести как угодно, все индивидуально! Мне просто повезло, что Папочка меня не грохнул…       - Несказанно повезло, - согласился Сугуру. – Он головорез со стажем… удивительно, что твоя техника оказалась ему не по плечу…       - Мне кажется, что он мог бы меня грохнуть, если б захотел, - стала рассуждать девушка. – Но он не захотел… не знаю, почему.       - Ты была еще ребенком, по сути-то, хотя… это тоже его не остановило, - злые воспоминания всколыхнули гнев внутри шамана.       - Расскажешь потом историю вашей вражды с Папочкой? – вскинула бровь Лукреция. – Вижу, там был лютый пиздец…       - Еще какой, - сухо согласился Гето. – Расскажу… и Сатору тоже расскажет… Да уж. Получается, он намеренно оставил тебя, мага с сильной техникой, в живых? Но зачем…       - Понятия не имею, братик, - на последнем слове Фрейцнихленгер скроила такую рожу, что Сугуру лишь закатил на это глаза.       - Не обезьянничай, прошу.       - Ой, - на тумбочке запиликал телефон Гето, - кто пишет?       - Сатору, - усмехнулся Сугуру. – Первокурсники хотят тебя навестить. Говорят, что очень переживают.       - Он рассказал им про инцидент? – изумилась девушка.       - Ну он опоздал на тренировку, он должен был как-то вменяемо объяснить причину, разве нет? – пожал плечами шаман.       - Не ебу, кстати. Время обеда, а у меня только кончился завтрак. Тебе самому есть не хочется? – поинтересовалась она у Гето.       - Пока нет, - ответил тот. – Ладно, ждем гостей. Тебе точно окей?       - Точно. Мне, кстати, приятна ваша забота, - Лукреция расплылась в улыбке чеширского кота.       Гето потрепал ее по голове, вызвав недовольный вздох со стороны девушки.       Тем временем Годжо и троица первокурсников приобрела необходимые сладости.       - Сенсей, а зачем так много? – удивился Итадори, заметив, что Годжо вышел с огромным пакетом разных вкусняшек.       - Ну, здесь на меня, на Лукрецию и Януша, - весело ответил он. – Я, кстати, не уверен, поел ли он чего-нибудь?       - Надо же, какой он заботливый, - пробубнил Мегуми, за что сразу получил слабый укус шеи от Нобары. – Вообще-то больно, - зашипел юноша, потирая укушенное место.       - Не бубни, Фушигуро, - строго сказала девушка, - сам же видишь, что твой опекун счастлив. Нечего тебе дуться на него. Поговори с ним.       -Эй, больше двух говорят вслух, Кугисаки, - раздался голос Годжо.       - Годжо-сенсей, - закатила глаза Нобара, - Вы правда хотите знать, о чем мы так томно перешептываемся с Фушигуро?       - Эм… Не особо, - запнулся на мгновение Годжо.       - Ну вот видите, - пожала плечами Нобара.       И когда она успела стать такой дерзкой? Годжо удивлялся сам себе: как он, опытный и продвинутый шаман сумел допустить такое, что его подопечные стали использовать против него самого свои грязные развратные увлечения.       Тем не менее, он решил даром время не терять, и пока Нобара и Мегуми о чем-то болтали, он деликатно подхватил под руку Итадори и решил обсудить с ним вчерашнюю вылазку Двуликого.       - Юджи, - тихо начал он, - скажи мне, ты в курсе, что вчера Сукуна завладел твоим телом и отправился разгуливать по Техникуму?       - Д-да, сенсей, - смущенный воспоминаниями о вчерашнем инциденте с Нобарой прошептал Юджи.       Сатору тут же уловил вихрь новой энергии и усмехнулся.       - Ты же в курсе, что вчера делал твой подселенец? – напрямую спросил он у юноши.       - З-знаю, – Юджи резко начал заикаться.       Годжо, отметив, что парень не просто смущен, а крайне возбужден, решил мягко вытащить информацию о том. что известно его подопечному.       - Не расскажешь?       - А можно не надо? – испугался Юджи. – Поверьте, там не было резни. Он просто… просто… О господи, можно я не буду произносить это, ладно? Они просто болтали с Кугисаки…       - Болтали? – улыбнулся Годжо. – Судя по твоему красному личику и всплеску энергии, там было что-то больше, чем болтовня… Не говори мне, что Сукуна соблазнил вашу девушку, - на последних двух словах он сделал особенный акцент.       - Умоляю! – Итадори вцепился в рукав своего сенсея и настолько вымученно посмотрел на мужчину, что Сатору испугался. – Я не хочу говорить об этом, это было их с Нобарой дело… Ничего страшного не случилось, и на том спасибо.       - Ладно, - спустя несколько секунд ответил Годжо, - это мы обсудим позже с Кугисаки лично. Ты мне скажи вот что… Ты в курсе, о чем Сукуна болтал с Лукрецией?       - Что? – изумился Итадори. – Я про это впервые слышу…       - Вот как, - хмыкнул Годжо. – Тогда могу ли я попросить…       - Нет, не можешь, шестиглазый, - рявкнул на шамана появившийся из ниоткуда рот Двуликого.       - Ох ты ж, как быстро! воскликнул Годжо. – Не ожидал такой скорости. Но тебе ли объяснять, что бывает с теми, кто посягает на чужое? – в голосе Годжо читалась смесь злости и угрозы.       - А что такое, шаман? – Сукуна не уступал своему оппоненту в интонационной борьбе. – Я ее, вроде, не трахнул.       - Тут, скорее, было совсем наоборот, - издевался Сатору.       - Какая осведомленность! – зашипел Сукуна.       - Кто тебе позволил исполнять, скотина? – Годжо наклонился настолько близко ко рту Сукуны, что тот ощутил его теплое мятное дыхание.       - В чем проблема? Я никого не убил, мило пообщался с твоей бабой, мы заключили сделку… Оба остались довольны исходом и деловитостью нашей встречи. Будто бы мне тебе объяснять, что такое плодотворное сотрудничество.       - Что происходит? – послышались обеспокоенные голоса Нобары и Мегуми, которые увидели, что сенсей и итадори стояли как вкопанные и о чем-то напряженно говорили.       - Да ничего, все в полном ажуре, -ухмылялся Король проклятий. – Ваш сенсей женится на какой-то проходимке со странной техникой, но это, я думаю, пустяки, ведь я прав, Сатору? – на последнем слове он сделал особенный акцент.       - Не смей называть Лукрецию проходимкой! Не смей затаскивать ее на свою гребанную территорию! Не смей вообще что-либо говорить, делать или заключать какие-либо сделки с моей будущей супругой без моего согласия! – злобно сказал Годжо.       - Она взрослая девочка, сама разберется, - опасно сказал Рёмен.       - Она – моя будущая жена. И я несу за нее ответственность. Я не могу потерять ее и не прощу себе, если что-то случится с ней.       Почему он только завел этот разговор? Будто бы Королю проклятий есть какое-то дело до этого. Будто бы он и впрямь собрался жениться на этой девушке… Сатору застыл. Он ощутил нечто странное внутри своего тела. Что-то новое, неизведанное растекалось по всем сосудам, венам, ударяло по мозгам, выбивало землю из-под ног… Не может быть… Любовь с первого взгляда? Нет. Невозможно.       - Лукреция дорога мне, - выдавил из себя шестиглазый маг, когда понял, что пауза затянулась. – Я – единственный, за исключением брата, по-настоящему близкий для нее человек. Я не могу подорвать ее доверие. Я не могу подставлять ее под удар. Неужели ты не чувствуешь того же самого к Юджи, м? – он решил ударить по больному месту проклятия.       Сработало. Рот на щеке мальчика исказился в самом страшном и опасном оскале.       - Г-г-Го-Го-Годжо сенсей, - Юджи затрясло, - откуда Вы…       - Лукреция считала этого ублюдка на его территории. Забавно: ты по этой причине приперся ко мне с жалобой на блядушник первогодок? – Сатору был зол.       - Сам же рвал и метал! – парировал Рёмен.       - Их поведение мне понятно. И я могу принять это. Но вот ты… Это совсем другой разговор! Юджи, к чему он тебя принуждает?       Глаза Итадори буквально излучали животный страх. Какой же пиздец: теперь этот ужас знает как минимум двое, а то и трое сенсеев.       - Он сказал мне да, сам, - Сукуна проигнорировал переживания сосуда. – Да не трясись ты, как ссыкливая сучка, - он обращался уже к Юджи. – Рано или поздно эта девка все равно бы заметила. Я, между прочим, согласился тебе помогать, шестиглазый!       - Какая честь, - зашипел Годжо.       - Огромная, - рявкнул Сукуна.       - Ты же осознаешь, что совращаешь ребенка? – поинтересовался Годжо.       - Его совратила эта ебанутая и щенок клана Зенин, мне-то что предъявлять?       Повисла пауза.       - Чего? – не понял Мегуми. – Какой еще клан Зенин?       Годжо сдержался от того, чтобы не втащить по самодовольному рту на щеке Итадори. В конце концов, Юджи уж точно не виноват, что Сукуна дал себе волю.       - Не знаю, откуда тебе известны детали жизни моего опекаемого, тебя и ебать это не должно, но если ты, ублюдок, совершишь с кем-то из них троих что-то, выходящее за рамки допустимого, я разорву тебя в клочья! Они могут трахаться друг с другом сколько влезет…       - Хуев в эту…       - Сукуна! – рявкнул на него Итадори.       - Так вот, ублюдок, - продолжил Годжо, игнорируя попытки Короля проклятий в злобный сарказм, - они ебутся как хотят, ты же остаешься сторонним наблюдателем…       - Не получится, неужели твоя невеста тебе не рассказала?       - В общих чертах я понимаю, что это неизбежно. Но тебе я не позволяю ничего!       - Итадори загнется, если я ебанусь окончательно из-за потрахушек и бесконечных шароебств этих троих, - предупредил Сукуна.       - Ублюдок, - выдохнул Годжо. – Не смей даже пальцем их трогать. А вы,- он строго обратился к ученикам, - даже не думайте с ним заигрывать! Я не в состоянии дать вам гарантии вашей сохранности!       - Я в состоянии, так как обязан по сделке и по обстоятельствам, - рыкнул Сукуна.       - Годжо-сенсей, - Итадори осторожно взял ладонь Годжо в свою, - Сукуна действительно не причинит никому вреда. Я могу выступить гарантом этого. Если произойдет иное – казните меня без раздумий…       Годжо сначала свирепо смотрел на своего студента, но потом сословно пришел в себя. Чего это он? Что вообще на него нашло? Да, он планировал выяснить отношения с Сукуной, но явно не так.       - Твою же мать, - словно пытаясь стряхнуть с себя морок, Годжо потряс головой. – Ребята, я мудак. Самый последний. Я… мне жаль, что сорвался сейчас. Вы явно не должны были получить весь этот поток дерьма на себя…       Юджи тепло улыбнулся и крепко обнял сенсея, не взирая на все протесты своего сожителя. Сатору крепко обнял Юджи и потрепал его волосы.       - Наверное, Лукреция абсолютно права: я нихера не сильнейший…       - Годжо-сенсей, - осторожно подошла к учителю Нобара, - у Вас просто тяжелая работа, а вчера была не менее тяжелая ночь… Вы устали…       Мегуми лишь молча кивнул на слова девушки, хотя его и порывало поговорить с опекуном о том, что только что сказал Сукуна.       - Нам надо поторопиться к Фрейцнихленгер-сенсей, - выдал он. – А Вам поспать, - сказал он уже Годжо.       До дома Сатору все четверо шли молча. Годжо все еще пытался понять, что было не так. Что-то явно было не так. Годжо понимал, что этот срыв не связан с усталостью. Тут было что-то другое.       - Сатору, тебя атаковало проклятие! Я вижу остатки проклятой энергии, - сразу же выпалила Лукреция, как только гости ввалились к ней.       - Что? – не понял Годжо. – Погоди, ты уверена?       - Абсолютно! – серьёзно сказала девушка.       - Но никаких проклятий рядом не было! – возразил Фушигуро.       - Странно, - прищурилась девушка, - но я не ошибаюсь.       - Предлагаю обсудить это позже, - мягко сказал Годжо и нежно чмокнул Лукрецию в лоб. – Как ты?       - Лучше вчерашнего, - слабо улыбнулась она.       - Я рад это слышать, - прошептал он, уткнувшись в ее волосы.       Годжо не понимал, что за порывы нежности и открытости он испытывает при виде этой девушки, но та не возражала и даже поддерживала. Лукреция нежно погладила Сатору по щеке.       - Ты устал, помучай С… Януша, он должен был позаботиться о еде.       - А сам хоть ел? – усмехнулся Годжо.       - В душе не чаю, - сказала Лукреция вместо вырывавшихся наружу слов «Да не ебу от слова совсем, ведь этот пидорюга сам не сообщил мне об этом, хотя я и настаивала».       - Ладно, развлекайтесь, - на этом Сатору покинул их, оставив Лукрецию и первогодок один на один.       - Что произошло? – обеспокоенно спросила она. – Он сам не свой!       - Поцапался с Сукуной, - сказала Нобара.       - Я не при делах, - подал голос Король проклятий.       - О, приветик! – поздоровалась Фрейцнихленгер.       - И тебе не сдохнуть. Ты в курсе, что твой женишок ебанько агрессивное? Наорал на меня, на них? – сразу же принялся жаловаться Сукуна.       - Что? – не поверила девушка.       - Годжо-сенсей просто устал, господи, Сукуна, ты еблан! – взвыл Мегуми.       - Сукуна здесь не при чем, - согласилась с проклятием Лукреция. – Вы точно уверены, что рядом не было проклятий? Сукуна не в счет.       - Точно, - заверили все трое.       - Не может такого быть… На вас ни следа, а вот на нем… Так, блять! – Лукреция откинула одеяло и начала вылезать из постели.       - Стойте, Вам же нельзя! – спохватились первокурсники.       - Кто сказал? – с вызовом спросила сенсей.       - Ну… Вам же было плохо, - воскликнул Юджи.       - Нет, малыш, - она пожмякала щеку Юджи, - мне было откровенно хуево! Но я восстановилась, может и не до конца, но все же. А сейчас я иду разбираться, что с Годжо. Мне больно видеть его таким…       - Он сказал, что Вы сказали, что он не сильнейший, - вдруг зачем-то выпалил Мегуми, от чего сразу же начал себя корить, ведь нахуя?       - Я? – на мгновение застыла девушка. – Ну… было дело, но не в том ключе. Короче, дети! Ждите, ща все будет!       - Обычно после такого начинается пиздец, - произнесла Кугисаки.       - И он обязательно начнется, - усмехнулась Лукреция, - ибо я люблю веселье!       Годжо ввалился в кухню, застав Гето, хомячещего наспех приготовленный рамен.       - Твою мать. Сатору! Тебя словно собаки терзали и таскали по всей округе. Что стряслось? – он обеспокоено осматривал друга.       - А, я обосрался, - отмахнулся Годжо, падая на стул напротив брюнета.       Сугуру настороженно осматривал Годжо. Что-то с его другом было явно не так.       - Что с тобой сотворили первогодки?       - Я могу об этом поговорить позже? – устало взмолился Сатору.       Сугуру, все еще огорченный таким состоянием своего друга, лишь кивнул, но не прекратил рассматривать блондина на предмет поиска в нем ответов на свой вопрос.       - Голоден?       Годжо кивнул. Сугуру встал со своего места и быстро притащил Годжо кору бутербродов, которые заранее наготовил, чтобы накормить Лукрецию. Сатору благодарно кивнул и жадно накинулся на пищу. Гето все еще внимательно осматривал друга, как вдруг до него дошло.       - Вас атаковало проклятие? – спросил он громче, чем следовало.       Годжо на секунду завис с бутербродом в зубах и поднял взгляд полный недоумения на друга. Тот, считав немой вопрос, принялся объяснять.       - Ты просто растрепан, подавлен, у тебя адский аппетит, апатия… Я встречал такое лишь раз… Я скажу больше… Я знаю проклятие, которое атаковало вас!       - Никто никого не атаковал… По крайней мере… Черт! Черт! Черт! – Годжо стал лупить себя по лбу, от чего Сугуру нервно дернулся. – Я такой мудак, Сугуру. Я забыл включить гребанную бесконечность.       - У тебя разве это не наработанная схема? – изумился брюнет.       - Блять, - Годжо устало опустил голову на руки, которые покоились на столе. – Лукреция тоже считала во мне остатки чужой проклятой энергии. Хуй его знает, Сугуру, я не могу сказать наверняка, так как не ощутил ничего…       - Ты бы ничего и не ощутил, если бы не вступил в контакт. А от этого проклятия тебя бы и бесконечность не уберегла. И да, какого хуя, Годжо? Ты сам материшься как сучара подзаборная, а на меня быкуешь.       Оба мужчины резко вздрогнули и уставились на Лукрецию, стоящую в дверном проеме.       - Что за херня? – рыкнул Гето.       - Живо в постель! – поддержал тон друга Годжо.       - Не сейчас, - она уверенным шагом направилась с Годжо. – Я беспокоюсь, - она внимательно посмотрела в его прекрасные голубые глаза.       Годжо готов был поклясться, что сейчас видел в ее взгляде намерение стереть весь мир в порошок только из-за того, что ему плохо. Откуда такое? Неужели… Да не может быть, чтобы это была любовь с первого взгляда!       Девушка села на колени мужчины и отодвинула своей тонкой бледной ладошкой вспотевшую челку Сатору.       - Ты горячий, - она поцеловала его в лоб. – Сатору, все в порядке, слышишь? То, что с тобой произошло не вина отключенной бесконечности, а техника, которая действует вне зависимости от того, включена ли твоя защита или нет.       - Она права. Это Кьюрсд, его техника, - подтвердили Гето. – Проклятие особо уровня. Но особый уровень получен вовсе не из-за какой-то разрывной техники, а из-за того…       - Отравление пространства – это по-твоему не разрывная техника? – строго спросила Фрейцнихленгер.       - Чего? – не понимал Годжо.       - Видишь ли, Кьюрсд умеет менять энергетику вокруг. Да, проклятия берутся из-за того, что мы выпускаем много негатива во вне изнутри. Но этот дьявол умеет собирать частички чужой проклятой энергии и вбрасывать ее в окружающее пространство, - принялся объяснять Гето.       - Этот еблан тупо генерирует новую проклятую энергию, подбираясь к тем, кто эмоционально шакалит. Ты можешь быть на позитиве, но при воздействии окружающей среды ты сможешь сменить настрой ровно на противоположный. А если уж ты дал волю злости или чему-то такому… То пизда рулям! Ты срался с Сукуной, дети тебя сдали!       - Вообще-то его сдали не мы, а только ты, Мегуми, - шикнула Нобара, которая вместе с мальчишками подслушивала разговор старших.       - Боже, - закатил глаза Фушигуро. – Это так важно?       - Почему никто не почувствовал ничего? – спросил вдруг Итадори.       - Изменение пространства уловить можно, но не тогда, когда ты изначально вступил в измененное пространство вокруг себя, - вдруг появился Сукуна.       - Ты шаришь за этого Кьрсда? – сразу же воспользовалась ситуацией девушка.       - Было дело. Технически я могу считать его технику, но, блять, из-за вас моя энергия нестабильна, засранцы. И я проебался. Кстати, у вашего сенсея, походу, тоже шакалит. Шестиглазый просрал смену пространства!       - Как я умудрился пропустить изменение пространства? – не понимал Годжо.       - Шести глаз не бывает достаточно? – предположила девушка. – Тут есть нюансик. Даже несколько нюансов. Скорее всего, вы изначально были на территории измененного пространства. А такое не заметишь сразу.       - Поговаривают, - решил поделиться секретом с сопляками Рёмен, - что это не проклятие. Это старейшина, особая техника.       - Есть вероятность, что Кьюрсд далеко не проклятие. Ну по крайней мере его точно не станут считать таким, - понизил голос Сугуру.       - Почему? – Сатору пытался выложить аккуратный пазл, но картинка нихера не складывалась.       - Потому что Кьюрсд – старейшина, - закончил за Лукрецию Сугуру.       - Да ну нахер! – не поверил Мегуми.       - Ты уверен, Сукуна? – спросил Итадори.       - Да, Юджи. Шаманы не такие всесильные. Да и Кьюрсд принимал участие в моем запечатывании, ублюдок. Он точно если не старейшина, то наравне с ними.       - Даже не шестерка? – не поверил Мегуми.       - Даже не шестерка, щенок! – оскалился Двуликий.       - Кьюрсд запечатывал Сукуну, насколько мне удалось узнать, - сообщил Гето. – Так что в каком-то смысле сотрудничество с ним может быть полезным.       - Сукуна с радостью отомстит, - хмыкнул Годжо.       - Сатору, - Лукреция обняла покрепче своего «жениха», - тебе надо восстановиться. Вечером займемся этим!       - Никаких вечером! – строго возразил блондин. – Сначала ты восстановишься, потом посмотрим.       - Как ты задница, Годжо Сатору! – с этим словами Фрейцнихленгер прижалась к мужчине и понемногу направила на него часть своей энергии.       Годжо собирался уже сопротивляться, но Лукреция пригрозила ему, что если он рыпнется, она его изнасилует прямо на этом стуле. Гето лишь закатил глаза, а Годжо хмыкнул. Ему стало лучше. Он ощутил, как силы восстанавливаются и настроение растет. Девушка даром времени терять не стала и резко, но в то же время страстно и нежно поцеловала его.       Сначала Сатору опешил, но потом вспомнил механизм работы с энергией и сразу же принялся отвечать девушке. В конце концов, удовольствие – залог успеха. Лукреция настолько увлеклась, что стала инстинктивно тереться о мужчину, ощущая, как тот начал возбуждать.       - Вы же в курсе, что первокурсники навострили свои ушки да? – напомнил им о своем и не только присутствии Гето.       На это Лукреция и Сатору одномоментно показали ему средний палец и со спокойной совестью продолжили свое занятие. Годжо отвечал жадно, дерзко, сминая бока девушки, словно пытаясь оторвать от нее кусочек. Как же она заводила его, как же она была хороша. Может быть всерьёз подумать о том, чтобы сделать ее Лукрецией Годжо? Ну или не Лукрецией, а как ее зовут по-настоящему.       Со звонким чмоком закончив поцелуй, задыхающиеся Сатору и Лукреция смотрели друг на друга.       - Сложно сказать, что я ощущаю, - шепотом произнесла девушка, - но я близка к тому, чтобы сказать тебе, что люблю тебя… Хотя это слишком громкие и серьезные слова… Но… Знаешь…       - Знаю, - он осторожно провел подушечкой большого пальца по ее губам, - я понял это, когда орал на Сукуну… Кьюрсд же играет на настоящих эмоциях и чувствах?       - Конечно…       - Тогда я что-то чувствую, - признался Сатору.       Лукреция на мгновение опешила. Годжо Сатору признался ей в чувствах? Воу, что-то новенькое. Впрочем, почему бы и нет. Ей хотелось бы рискнуть.       - Предлагаю обсудить это вечером, - улыбнулась она.       - Я за, - улыбнулся мужчина.       В это время между первокурсниками и Королем проклятий разыгрался серьезный спор. Мегуми не понимал, как проклятие может быть старейшиной.       - Сопляк, - устало выдохнул Сукуна, - ну подумай башкой. Давай, как там тебя учила твоя любимая, - на этом слове он сделал особенный зловещий акцент, - сенсей? Переформулируй!       - Да еб твою налево! – воскликнул Фушигуро. – Как ты заебал. У меня нет приличных слов!       - Так Фушигуро даже наши с Итадори выходки не вымораживали, - будничным тоном вставила свои пять копеек Кугисаки.       - Слушай, почему ты не хочешь рассказать нам свою историю, Сукуна? – обратился к нему Юджи.       - Я все расскажу, Юджи, - ответил на это Рёмен. – Но сперва мне надо переварить все то дерьмо, что выпало на мою долю после того, как ты сожрал мой палец.       - Будто бы я специально, - буркнул юноша.       - Но я же не сказал, что я жалею об этом и ненавижу тебя за такое? – рот скалился.       - Ты вырвал ему сердце, - напомнила Нобара.       - Ты заебала мне это припоминать, - процедил сквозь зубы Сукуна. – Да и к тому же, кто бы мог подумать, что этот засранец окажется таким горячим?       - Зачем ты рассказал сенсею про нас? – затравлено спросил Юджи.       - Твоя сенсей предложила баш на баш. Я узнал ее грязный секретик, она – мой.       - Что за секретик? – встрепенулась троица.       - На то и секрет, чтобы всяким не рассказывать, -огрызнулся Рёмен. – В целом, эта парочка ебанутых мне нравится. Они многому вас научат. Слушайтесь их, будьте паиньками, - издевался он.       - А ты будешь? – решила подцепить его Нобара.       - А что мне за это будет? – игриво поинтересовался Сукуна. – Смотри, вчера я тебе отлизал, ты мне должна очень хороший минет.       - Какая грязь! Ты же сказал, что тебе нужен Итадори, ну ты и блядина, - насмешливый голос Лукреции заставил всех участников этого дикого разговора обернуться назад.       Сатору держал на руках свою «невесту» и грозно смотрел на присутствующих.       - Кугисаки, - строго начал он.       - Годжо-сенсей, - вздрогнула девушка, - клянусь Вам, вышло случайно…       - О да, - рассмеялся Сукуна.       - Хоть понравилось? Оно того стоило? – с искренним любопытством поинтересовалась Фрейцнихленгер.       - Лукреция, - строго и с явным укором в голосе одернул ее Годжо.       - Сатору, не будь нудным. Это все равно бы закончилось так. Подумай сам: они будут под опекой Короля проклятий, они будут доставлять ему радость и наконец-то сделают счастливым, представляешь, какие перемены ожидают магический мир после того, как Сукуну Рёмена хорошенько выебут и наконец-то полюбят?       - Что ты несешь? – зашипел Сукуна.       - Правду, засранец, - Лукреция высунула язык и показал его Двуликому. – Поверь мне, тебе дали шикарный подгон от судьбы.       - Как и тебе? – решил поддеть ее Рёмен.       - Как и мне, - согласилась она. – Так что там с куни? Он действительно так хорош?       Нобара зарделась, но поняв, что Лукреция не издевается, слабо кивнула.       - Неплохо. Пока что ты смог одолеть двух малолеток, у которых силенок и страсти побольше, поздравляю, Двуликий Король двуликих желаний.       - Мне еще не хватало, чтобы вы сношались с Сукуной, - покачал головой Годжо и наконец-то уложил Лукрецию в кровать.       - Сатору, ты сам прекрасно понимаешь, что все…       - Шло к этому. Да я понял-понял, - сказав это, он нежно поцеловал ее в кончик носа.       Лукреция потерлась им о нос Сатору.       Мегуми, наблюдая за происходящим горько отметил, что Нобара абсолютно права. Он бы испортил своему опекуну и без того редкий момент счастья. Это осознание больно кололо внутри. Судя по всему, все это все же отразилось на лице юноши, поэтому Лукреция спросила:       - Ты уж извини, но мы сейчас не на учебе. Я могу спокойно поняшиться со своим будущим мужем.       - Фрейц… - начал было Мегуми.       - Лукреция, мы не на занятиях.       - Лукреция, дело не в этом. Просто… я отвлекся и вспомнил одну вещь, которая меня тяготит. Вот и все.       Сатору внимательно посмотрел на замешкавшегося Мегуми. Интересно, что происходит? Юноша явно не в себе.       - Все хорошо? – спросил он.       - Да, абсолютно, - заверил Мегуми своего опекуна.       - Это из-за слов Сукуны? – предположил Годжо.       - Эм… нет, давнишняя история. Все реально в полном порядке, - Мегуми спешил наконец-то соскочить с темы неудобного разговора.       Сатору отошел от Лукреции и подошел к Фушигуро. Он внимательно осмотрел подопечного и потрепал того по голове.       - Если вдруг что-то нужно, приходи. Я всегда готов помочь и обсудить с тобой все. Тебе не надо держать в себе свои переживания. Опека над тобой – это не просто какая-то ерунда, для меня это обязанность, и я с радостью ее выполняю. Ты можешь мне доверять.       - Я знаю, - коротко ответил юноша.       - Больше двух говорят вслух, сенсей, - подколола его Кугисаки.       Годжо шаловливо улыбнулся, подошел к девушке и осторожно щелкнул пальцем по носу.       - А любопытной Нобаре проклятия нос оторвали! – и он показал девушке язык.       Лукреция звонко рассмеялась.       - Опять троллишь учеников. Мда, вот вам и великий Годжо Сатору.       Вечер компания провела достаточно весело. Две троицы смеялись, болтали и много прикалывались друг над другом. Им было максимально комфортно. Стоит заметить, что им удалось даже втянуть в это во все Сукуну. Но тот предпочел строить из себя всего такого умного, по рангу выше всех, кто присутствовал.       - Слушай, Сукуна, - рискнула спросить Фрйецнихленгер, - сейчас я без подъеба, чисто любопытство. Вот смотри, ты - Король проклятий. Если все сложится с ребятами, кто из них будет твоей королевой?       - Лукреция, - шикнул на нее Гето.       -- Ну правда. Мне интересно!       - Засранец, - ответил на это Сукуна.       - Который из? – начала допытываться девушка.       - Итадори, ясное дело, - кривлялась Нобара.       - Малыш, который должен быть в центре внимания, да, Фушигуро? – подколол черноволосого юношу Сукуна.       - Когда будет свадьба? Все хотел спросить, - игнорируя потуги Рёмена, сразу перевел тему Мекгуми.       - Пытаемся определиться, - выпалили в один голос Годжо и Фрйецнихленгер.       - Надо просто понимать, что свадьба – это не формальность. В случае этих двоих обязателен целый ритуал. Я бы не стал лишний раз светиться на месте моей сестры, - подал голос Гето.       - Почему? – не понял Фушигуро.       - Потому что она не его сестра, ведь так? – атмосфера резко сменилась на напряженную после этой фразы Двуликого.       - Даже если и так, Сукуна, - ответил Гето, - она остается моей сестрой. Во всех смыслах этого слова. У каждого здесь свои скелеты в шкафу. Не вижу смысла портить атмосферу и просто продолжить развлекаться.       - Как глубоко, - хотел подъебнуть его Сукуна.       - Не глубже твоей глотки, в которой ты желаешь увидеть член Итадори, прости, Юджи, он нарывался, - Сугуру виновато улыбнулся.       - Мне нравится, что мы смогли понемногу стереть границы. Потому что в обычных ролях студенты-учитель, ну честно, говнище ебанное, а не взаимодействие. Мне нравится общаться с людьми, нравится, когда мне доверяют и могу довериться человеку в ответ, - улыбнулась Лукреция.       - Считаешь, стоит собираться так почаще? – поинтересовался Сатору.       - Почему бы и нет? – пожала плечами девушка.       - Ну, главное, чтобы повод был не такой, как сейчас, а в остальном соглашусь от и до, - улыбнулся мужчина.