Работа без выходных

К тому времени, как патрульная машина заехала под шумную, грохочущую неослабевающим трафиком эстакаду к международному аэропорту, окончательно рассвело. В этом прохладном укрытии прятались от солнца палатки бездомных, грузовые контейнеры, строительный мусор и остов сожженного бульдозера. Из теней выглянули несколько разбуженных обитателей только для того, чтобы уползти подальше, за стопки бетонных плит. Впрочем, кое-кто не был впечатлен приездом полиции: парень с клочками ярко-розовых волос, топорщащимися в разные стороны, и одетый в одну кожаную косуху, без штанов и обуви, неподвижно стоял на берегу искусственного пруда. Джимбо остановил машину у бульдозера и неспешно заложил сигарету себе за ухо. Радиоприёмник молчал, к счастью. С момента перестрелки прошло достаточно, чтобы оператор начал вызывать единственного офицера «Семьдесят Четвёртого» патруля, в котором в эту ночь не понаделали дырок. «Когда приедете?» «Смена закончилась, когда ждать машину в гараже?» «Утренний патруль пришёл, когда сдадите машину?» Джимбо сказал, что у него колесо спустило. И что ему очень грустно из-за ранения Хейса. А, ну и за кофе заедет по-быстрому. Такой обаятельный и неотразимый сотрудник, как Джимбо, мог себе такое позволить. Не уволят же они его. Поругают, пожурят, но что с него взять. Замену-то они не найдут, в участке и так нехватка кадров. В прошлом году, при громком и спонтанном штурме виллы одного кубинца, положили пятерых патрульных, разве что шестому только приложили лицо к раскалённой плите, на которой до этого жарили пикадильо. Что случилось с группой SWAT, не намного лучше смерти. Поэтому подождут в участке свою машину, пусть не переживают. У Джимбо есть важные дела. Он выбрался наружу и прошёл к багажнику, держа в поле зрения наркомана без штанов. Не то чтобы Джимбо захотел попялиться на его голую задницу, просто слишком многие в Майами готовы, обдолбавшись, напасть на полицейского, будто перед ними демоны или пришельцы. Но парень продолжал стоять на месте неподвижно, наблюдал за рябью волн на пруду, медитировал. Это и к лучшему. Сейчас служитель закона вытащит из багажника человека, а честные граждане вроде как должны обращать внимание на такое. — Бобби, братишка, тебя не укачало там? — спросил для начала Джимбо, вытянув из-за уха сигарету и закурив. Изнутри послышалось ворочание. Наверное, обиделся. — Ладно, я открываю. Без тупых движений, о’кей? Я сделал, как ты просил, даже больше. Джимбо мысленно похвалил себя, какой он молодец, что успел переложить оттуда огнетушитель и монтировку на задние сидения. Кто этого Бобби знает, может, он только и ждал, чтобы вломить своему спасителю, как только освободится. Но не связывать же его, это было бы перебором. Крышка багажника с скрипом поднялась. Бобби Браун шумно втягивал носом не слишком свежий воздух и щурился от ударившего в глаза света, видок у него был замученный и невесёлый. Чуть попривыкнув, он осторожно высунулся наружу наполовину и огляделся, словно ожидая, что с Джимбо будет ещё кто-то. — Хейса потерял? Его подстрелили твои гангстеры, — буднично сказал Джимбо, с укоризной поджав губы — Так что ты ещё и ему должен. — Бля… Бля, бля, нет… Он…? — Бобби побледнел. — Бок задело. Ну и по жилету отхватил, может и с рёбрами что-то случилось. Живой, поправится, — Джимбо помог ему выбраться и выдохнул струйки дыма из носа. — Мне жаль… Слушай, мне правда жаль, простите меня… Блять, я думал, вы просто развернётесь, подождёте скорую, коронеров… Твою мать… — Я так и хотел сделать. Это Хейсу не сиделось, — Джимбо засмеялся и ободряюще потрепал Бобби по плечу — Ладно, давай без этого нытья. Рассказывай, как ваш налёт проходил, от и до. Мне тачку надо давно уже в участок отогнать. Несколько секунд Бобби собирался с мыслями, протирал глаза и тяжело вздыхал. Уже по его горестному выражению лица Джимбо понимал, что мужик ввязался в мокрые дела не адреналина ради и не ради неофициальной подработки. Его заставили полезть в Маленькую Гавану, причём с жёстким ультиматумом. Осталось выяснить, кто в волшебном Майами такой смелый, чтобы выдавать оружие отпускному копу и приказывать ему устроить перестрелку на территории гаитянской мафии. Наконец, Бобби заговорил с тяжким вздохом. Но не то, что хотелось бы от него услышать: — Слушай… Я не могу сказать. Не сейчас… Реально, поверь мне! — Пфф, ты шутишь, — Джимбо махнул рукой и сделал затяжку — Вот так добро делай людям. — Нет, нет, я рассчитаюсь, сделаю, что попросите, только дай мне время, сейчас мне надо… — Честно, ты из-за того, что я тебя вырубил, упёрся? Мы на нервах, там реки крови в доме были, по тебе было видно, что ты не в адеквате. — Господи! Они придут за моей дочкой, если я им не позвоню! — выпалил Бобби, схватившись за голову — Только им, звонить в полицию нельзя, они всё узнают! Ого. Уже интересно. Прямо как в плохом кино. — Поздравляю, брат, тебе повезло, что я работаю не на «них», — Джимбо усмехнулся и пригладил волосы — Когда тебе надо позвонить? Могу дать тебе сотовый, за звонок денег не возьму. — Нет, мне надо звонить со своего домашнего. У них есть определитель номера, узнали его заранее. Были у меня дома, они куда-угодно пролезут… Чем раньше позвоню, тем лучше, — обречённо вздохнул Бобби. — Понятно. Джимбо закрыл багажник и сел на него, затягиваясь сигаретой. Вдали пронзительно загудел заходящий на посадку самолёт, эстакада над их головами задребезжала от потока машин, который все увеличивался по мере того, как город просыпался. Наркоман у пруда сохранял неподвижность. — Ладно. Раз всё так серьёзно, давай я задам один вопрос. Только один, — Джимбо вытянул палец — Если ты на него ответишь «да», то я тебя отпускаю. Такси вызову или довезу сам, как тебе нравится. Отъебусь от тебя, и забудем про эту тему. Бобби неуверенно кивнул, почесав шею. — А если «нет»? — То ты мне всё рассказываешь. Без «О Хоспаде, ОНИ придут, от них не спастись, конец близок». И, может быть, я тебе помогу с твоей проблемой. Поговорю с людьми, туда-сюда. Я же Джимбо. Умею выкручиваться из всяких ситуаций. Как, справедливо звучит? Времени у Бобби и правда было в обрез, поэтому он принял решение быстро. — Эх, с-сука… Спрашивай. — Вот эти «они», о которых ты говорил. Это гаитянцы тебе угрожают? Бобби беззвучно выругался и пнул кучку мусора под ногами со злости. Он очень не хотел отвечать, заходил из стороны в сторону, как затравленный. — Нет. — Хреново. Иначе не сказать. Кто-то объявил войну ЛеКлерку. Только-только утихли конфликты с кубинцами, которые не досчитались нескольких важных для их сброда людей, колумбийцы начали отступать к Майами-Бич, не влезая в свары между материковой частью города, а ямайцы как сидели тихо в своих берлогах, так и продолжали сидеть. Джимбо не был экспертом в том, кто с кем и в каких позах был на данный момент времени в преступном мире, но в общих чертах понимал существующий баланс между группировками. Необязательно служить в полиции и брать деньги от ЛеКлерка за всякие полезные ему мелочи, чтобы предположить грядущую кровь на улицах. В конце концов, полиции, рядовым копам придётся регулировать замес, как третьей стороне, лезть под шальные пули, а не стоять в сторонке, глядя на шоу. Правда, если последствия перестрелки в доме на Кабальеро Стрит не угаснут по-быстрому, можно обойтись и без боевых действий. Надо бы этому поспособствовать. — Держи, — Джимбо вытащил из кармана кителя пачку «Лаки Страйк» и протянул бедняге Бобби сигарету. Он с кислой миной принял её, а Джимбо любезно помог прикурить. — Идёшь молодцом, братишка, полдела ты сделал. Слушаю тебя внимательно. Сделав несколько длинных затяжек, от которых разлетелось большое облачко дыма, Бобби отступил на шаг назад и прислонился спиной к закопченной гусенице бульдозера рядом. — Я не знаю, с какой они банды. Но они точно не были гаитянцами. «Мэджик Сити» — это ж не их территория. Он верно говорил. Это казино всего в четырёх кварталах от места, где они сейчас беседовали, и относилось к Маленькой Гаване. Кубинские земли, хозяева которых не имели привычки вешать хэллоуиновские украшения куда ни попадя, на взгляд туриста этот район можно назвать даже безопасным. — А ты что там забыл? Захотел урвать джекпот, уволиться и жить на Гавайях? — Ага, блять… Вроде того, — Бобби потёр переносицу — Мне срочно нужны были деньги. Жена ушла. Я с дочкой один. Ты знаешь. Занимать ни у кого не хотел, мне этих проблем ещё не хватало. И… Я же не совсем баран, идти туда и надеяться на удачу. У меня есть… был там знакомый. Дейл. Он крупье. Был мне должен по старой памяти, на одном вызове я ему помог не уехать на нары, скажем так. Вот и подумал, что лучше варианта у меня нет. Я помог ему, он поможет мне и забирает сорок процентов. Джимбо едва удержался от смеха, прикрылся сигаретой. Ну до чего наивный бедолага. — Я пошёл в «олл-ин» и проиграл. Тонны баксов. Все мои сбережения, всё, что смог наскрести. Мужик меня кинул, не стал рисковать жопой. Ну, я сначала так и подумал. Затем повисла пауза. Бобби долго затянулся, глядя на ещё один снижающийся самолёт вдалеке. — А когда пошёл на выход, к парковке, нарисовалась какая-то деваха. Чернокожая, в вишнёвой рубашке. Видно было, что не познакомиться хочет. Потом оказалось, что она и так дохера про меня знает. Посочувствовала мне, видела, как я просрал все свои деньги. Про договорняк с Дейлом она тоже была в курсе. И про то, где живу, что я развёлся и как зовут мою дочь. — Жёстко, брат. — Ага. Я был на взводе, выпил перед этим ещё… Ну и высказал ей, что она пытается на копа наехать, толкнул её, — Бобби потёр шею — Она меня так в машину впечатала всем телом, у меня кости захрустели. Со стороны люди, наверное, думали, что я подцепил тёлку и она просто такая нетерпеливая попалась, обнимаемся, не доезжая до отеля. Но нет, Джимбо, я тебе клянусь, сила у этой твари была нечеловеческая, она меня чуть в лепёшку не смяла. Как будто под наркотой была, но по глазам не скажешь, это и напугало меня до усрачки. На лицо посмотришь, как будто заигрывает, но руки как тиски, я не смог даже дёрнуться. — Ну, сейчас дизайнерские наркотики такие делают, что по глазам не определишь. Только экспертизой, — скептично усмехнулся Джимбо. — Не вышло у меня её к наркологу сводить, ты уж извини, — Бобби набычился — Говорю, та баба, это вообще создание какое-то адское, а не человек. — Понял, понял, попробую поверить. Ну и что дальше? — Дальше она сказала, что есть предложение, от которого можно отказаться, но лучше не надо. Надо завалить кое-кого. На Кабальеро Стрит. Если справлюсь, то проигрыш мне компенсируют и ещё сверху докинут. Для Джимбо это звучало ещё менее реалистично, чем сказки про демона в вишнёвой рубашке, которая может здорового копа заломить, чтобы тот не смог пошевелиться. В голову попросту не шли варианты, какие воротилы могли додуматься до такого блестящего плана: обчистить полицейского, всё про него разузнать, а потом послать его убивать парня на территорию гаитянцев, обещая щедрую награду. Гораздо легче подначить какого-нибудь босоногого ребёнка на велосипеде, дать ему ствол и показать, в кого надо стрелять. Вот это в стиле улиц, кубинцы так и делали несколько раз. С другой стороны, дело в целом было фантастичным. Пантеры в жилом доме, антикварная кровать с балдахином в подвале, тоннель чёрт знает куда… — Ага. И ты согласился, — Джимбо сделал последнюю затяжку и выкинул окурок. — Если бы ты знал, сколько долгов я назанимал и сколько мне нужно сейчас… Я идиот. Я всё похерил. А так, я думал, есть хотя бы шанс, что у дочки всё будет нормально. В какой-то момент даже подумал, что… Ну знаешь. Я же коп. Если всё вскроется и дело не выгорит, то у них тоже будут проблемы, не у одного меня… Блять, что я несу… Бобби глянул на часы, выругался и быстро докурил, собираясь с мыслями. — Короче, таких бегунков, как я, набралось четверо. Чувак-латинос, с ним всё понятно, какой-то рядовой чёрт из банды, ему условия куда жёстче поставили. Толстый белый мужик, бизнесмен, наверное, тоже проиграл всё, как я. Молодой парень, он в колледже учился, пока не пошёл в это казино и не затусил с кем-то из круга этой дамочки в рубашке. Его вы видели ещё на входе, ему собака в горло вцепилась… И девушка, я с ней разговорился, она сказала, что у неё диагноз. Лудомания, для неё рулетка как доза, лечилась в реб-центре. Но недавно у неё отец то ли раком заболел, то ли ещё каким страшным дерьмом. Вот она и сорвалась, хотела так наскрести на лекарства и процедуры, сама она барменом работает. — Теперь она и сама в больнице. Как и тот бизнесмен. Подстрелил их, когда пытались застрелить Хейса и убежать по тоннелю. Вроде живые были, когда скорая их увезла, — Джимбо вздохнул, качнув головой — А латинос уже всё. — Дерьмо… Вот дерьмо… Они же будут реально говорить в больнице, что пошли на ограбление, сука! — Бобби хлопнул ладонью по бедру — Нас запугали настолько, что в случае, если повяжут или спросит кто-то из местных, мы должны говорить, что заломились в дом грабить. Вишнёвая Рубашка так и сказала, что они нас вытащат. — Я искренне извиняюсь, брат, но… Нахуя им это делать? Вас что, в какую-то организацию приняли, чтобы вас выгораживать? — Ребята, которые были со мной, этого не понимают! Их как запрограммировали! Они вообще, наверное думают, что у Рубашки и её людей шеф полиции на зарплате, и что у них карточка «Выйти из тюрьмы» будет, если выполнят задание! — Ну, рад, что хотя бы ты понимаешь, что к чему, — хмыкнул Джимбо. — Было бы классно, если бы я тогда это понимал. Не обоссался и не взял оружие, а позвонил бы в участок. В ФБР, да здесь президенту надо звонить. — Ага. Так, где вашу команду киллеров собрали? Кто-то ещё там был? Кроме бабы в рубашке? — Меня перед сбором отпустили. Прошёл день после проигрыша, дамочка проверяла, не пойду ли я кому-то стучать. С Дейлом я, получается, в последний раз увиделся, потому что я ему позвонил сразу по приезду домой, а трубку взяла эта тварь. Сказала, что лучше бы я вёл себя хорошо и не суетился, иначе кончу, как обманщик-Дейл, — Бобби провёл ладонью по шее — Собрались мы прямо за казино, на заднем дворе. Там была Рубашка, и с ней стояли ещё упыри в костюмах, похожие на вышибал, которые там работают: коротко стриженные, ловят каждое её слово, подчиняются. Не знаю, они были такими же неправильными, понимаешь? Как во сне, перед ними я почему-то был готов сделать всё, лишь бы эта ситуация подошла к концу и мне отдали хотя бы проигранное, я был будто под гипнозом. Эти упыри выдали нам оружие, объяснили, как проехать к дому, сказали код от двери в подвал. Предупредили, что там будут сторожевые псы… — Про сторожевую пантеру вам не сказали. — Не сказали, — Бобби поёжился — Я её убил быстрее, чем понял, что передо мной такая зверюга. Чёрт, не спрашивай, не знаю, откуда она там. — Ясно. — Дамочка в рубашке сказала нам ждать поздней ночи, чтобы мы приехали туда на рассвете. И что наша цель будет в подвале, трудностей нам не доставит. Просто надо стрелять в голову и много раз. Мы уже к тому времени были на пределе, казалось, как будто мне кошмар снится. Но реальный кошмар начался, когда мы спустились в подвал. Того скелета видели, на кровати? — Видели, — Джимбо вдруг улыбнулся — А скелет живой оказался? Как в мультиках для самых маленьких? Но Бобби был серьёзен, рассказывая, очевидно, самую страшную вещь, которую он видел за свою жизнь. — До того, как мы его расстреляли из всех стволов и отбили голову от шеи, он выглядел по другому. Как человек, отдалённо, но у него была кожа, как будто мокрая белая бумага, которая рвалась от каждого движения, а под ней были такие же рыхлые мышцы, такого же цвета. Этот демон не успел среагировать, медленно поднимался с кровати, открывал пасть и показал клыки с палец длиной, отчего у него кожа на лице начала по всем швам расходиться… Мы стреляли, пока он не перестал шевелиться, кругом его внутренности разлетались из разрывов, он и без нас, наверное, чуть не распался на части, просто от неожиданности. А когда демон сдох, то все ошмётки мяса и гной, которые были по всему подвалу, начали исчезать. Растворяться в воздухе. — И остался только скелет. — И остался только скелет. Джимбо почесал затылок. После бесплодных попыток притянуть к этому рассказу рациональное объяснение он достал из пачки новую сигарету и закурить. Сплошная мистика, от и до. А говорят, в Майами интересно только туристам, местные привыкли и дохнут со скуки. Ничего подобного, здесь сотрудники казино копов толкают на охоту на нечисть. — Ну, потом вы приехали, я услышал, как вы там шумите. Мы к тому времени нашли потайную дверь и я решил выиграть время для ребят, чтобы они сбежали, — Бобби вздохнул, наблюдая, как Джимбо затягивается сигаретой. — Больше ничего не хочешь добавить? — Нет… Слушай… — Да, я знаю, что тебе бежать надо. Наберу тебе такси, — Джимбо достал сотовый, подаренный гаитянской мафией за образцовую службу, вытянул антеннку и откинул крышку — Думаешь, не кинут? — Не знаю. Честно, Джимбо. Я не знаю, что мне делать. — Сделай вот что. Неважно, отдадут тебе деньги или нет, ляжь в отеле до поры до времени, я попробую разобраться в этом деле, — он выдохнул облачко дыма, прикладывая телефон к уху — Хотя бы несколько дней посиди тихо. Потом возвращайся, позвони мне, о’кей? Управа на эту суку в рубашке найдётся, я тебе обещаю. Бобби удивленно посмотрел на него, словно начал подозревать подставу: — Зачем? Зачем тебе так хлопотать из-за меня? — Ну как зачем? Мы же полицейские с тобой, брат. Должны горой друг за друга стоять, — с улыбкой подмигнул Джимбо, и в следующий момент с той стороны провода сняли трубку — Доброе утро, девушка! Мне такси бы не помешало, в такой ранний час. На Лоутон Авеню, тридцать. Ага, она самая, рядом с аэропортом. Поедем… Он поднял бровь, безмолвно спрашивая адрес у Бобби, тот не растерялся и продиктовал. Джимбо повторил, от всего сердца поблагодарил оператора и нажал кнопку отбоя. — Бывай, машина приедет быстро. И не забудь мои ценные советы. — Спасибо. Я не знаю, как тебя благодарить, — Джимбо показалось, что бедняга всё же понял, что его отзывчивый приятель действительно имеет какие-то связи, чтобы говорить с такой уверенностью — Передавай привет Хейсу. Мои извинения тоже. — Без проблем. Для этого и нужны друзья. Бобби Браун быстрым шагом покинул тень эстакады и направился к улице с приземистыми домами и пальмовыми аллеями. Ему осталось самое сложное: не быть убитым казино-бандой, как отработанный материал. Тем временем из приоткрытого окошка машины донёсся скрип радиоприёмника, участок в очередной раз упрашивал офицера наконец вернуться обратно. Джимбо спрыгнул с багажника и кинул под ноги сигарету, а пока затаптывал её, лениво думал, что написать в официальном рапорте. А что написать, в самом деле? Ничего необычного, кроме декораций, в которых произошло преступление, не произошло. В дом на Кабальеро Стрит, что на территории Маленького Гаити, было совершено разбойное нападение организованной и вооруженной огнестрельным оружием группой лиц в количестве четырёх человек. Данные правонарушители, предположительно, преследовали цель хищения антикварных предметов роскоши, такие как: мебель, канцелярские принадлежности, старинные книги, драгоценности и прочие ценные вещи в целях последующего сбыта. В ходе проникновения со взломом правонарушители встретились со сторожевыми животными в количестве четырёх особей, три собаки бойцовские и одна пантера цирковая соответственно. Столкновение между ними окончилось смертью от огнестрельных ранений всех животных и гибелью одного из правонарушителей от рваных ран от укусов в шею. Наряд «Семьдесят Четвёртого» прибыл на место преступления в момент времени, когда правонарушители пытались скрыться через потайной ход в подвале. На требования офицеров положить оружие и сдаться правонарушители ответили отрицательно и открыли по полицейским огонь, в результате офицер Десмонд Хейс получил пулевые ранения, один из преступников был убит выстрелом офицера Джеймса Джонсона, два других получили тяжёлые огнестрельные ранения. Вот и вся история. Джимбо забрался в машину, плюхнувшись за руль, и вытащил из кармана кителя чёрную записную книжку с креплением для карандаша на корешке. Открыв её, он пролистал до последней заполненной страницы, на которой был сплошной столбец никак не подписанных телефонных номеров. Некоторые были зачёркнуты, а некоторые нет. Джимбо выбрал один из тех, что не был зачёркнут, и позвонил. Спустя ровно двенадцать длинных гудков в трубке прозвучал мощный, глубокий мужской голос. — Mwen koute. — Здравствуй, Жерар. Как дела? Мои извинения, что так рано звоню, — расплылся в улыбке Джимбо — Босс ещё спит? — У тебя две минуты, — сказал Жерар по-английски с очень сильным гаитянским акцентом. — Да кому вы нужны, никто вас, несчастных, не будет прослушивать, — Джимбо расслабился на кресле — У вас на районе случилось ограбление час назад. Мы с Хейсом приехали, потому что соседка набрала 911. И ты не поверишь, что там было, дружище. Он рассказал всё, что произошло, то, что видел своими глазами и показания бедолаги Бобби тоже, не утаивая ни одной детали. По времени рассказ оказался дольше двух минут, но Старый Жерар настолько заинтересованно молчал, что не вешал трубку. В конце концов он сказал лишь одно слово, значения которого подкованный в бытовых фразах гаитянцев Джимбо не знал: — Bakalou. — Чего? Как-как ты меня назвал, дружище? — Я не про тебя, — с раздражением проворчал Жерар — Деньги получишь в четверг. Он повесил трубку, оставив Джимбо наедине с короткими гудками. Тот со вздохом вычеркнул номер, по которому звонил, и вернул записную книжку в карман. ЛеКлерк, в отличие от своих подчинённых, был куда разговорчивее и не таким параноиком, каждую свою денежную благодарность сопровождал какой-нибудь шуткой или скабрезной фразой. Но деньги за информацию были в любом случае приятными, говорили ли Джимбо «спасибо», или нет. — Продуктивная смена получилась, — Джимбо завёл двигатель и поглядел на наркомана, всё это время продолжающего стоять у пруда. Неожиданно для него, полицейская машина взревела сиреной и замигала красно-синими огнями. Парень ожил, завопил так, будто сам Ад разверзся за его спиной, и нырнул в пруд, забарахтался в сторону противоположного берега, спасаясь. — Служить и защищать, — Джимбо со смехом убрал палец с кнопки включения сирены и дал задний ход. Пора, наконец, возвращаться в участок.