Хозяин сладкого королевства

- Тише, тише. С тобой все будет хорошо, слышишь? Перепачканные чистой кровью руки Гермионы дрожали, пытаясь откупорить зелье бадьяна. После рассказа Гарри о том, как на самом деле погиб Седрик Диггори, Гермиона предусмотрительно сделала аптечки во всех местах, где бывала. Мало ли что. Тео счел это излишней тревожностью девушки и даже поспорил с ней, что аптечка в его кабинете останется неиспользованной. «Мало ли что» наступило. То, что он проспорил, Тео вспомнил, лежа на каменном полу их кабинета, истекая кровью. Пока внешний мир сходил с ума, а Фадж отрицал возвращение темного Лорда, Теодор Нотт увидел доказательства воочию. Прием в Малфой мэноре оповестил всю элиту магического мира, задав вектор ужаса на годы вперед. Лорд вернулся. И за один вечер вернул свою свиту со времен первой магической войны. Под раздачу попали и те, кто успел бежать тогда, но не успели сейчас. И, конечно же, их дети. Те, кому было семнадцать лет, получили клеймо прямо на приеме. У Малфоя, Паркинсон, и Забини был еще год. Тео же посчастливилось меньше - день рождения в январе обеспечивало принятие метки меньше, чем через пол года. Что и стало спусковым крючком для слизеринца, успевшего обронить ненормативных комментариев при посторонних. Политика Лорда только выстраивалась, поэтому показательная порка по субординации была лишь вопросом времени. Было жестко. Никогда прежде Тео не сталкивался с действием непростительных заклинаний, и уж тем более не переживал их последствия. Поэтому первое "Круцио", прилетевшее под кадык, мгновенно заставило парня рухнуть на колени и склонить голову, теряя остатки кислорода среди ощущения взорвавшейся в мышцах агонии. Второе заклинание ударило в солнечное сплетение, вынуждая уткнуться лбом в пол, демонстрируя позу, в которой Лорд, судя по всему, хотел видеть весь этот мир. Не так юный Нотт хотел провести последний день августа. Совершенно не так. Он не помнил, как все закончилось, не помнил кто и как перенес его в школу. Тео отключался и безостановочно звал ту, которой доверял. Грейнджер. - Все будет хорошо, обещаю. - Гермиона с болью в сердце погладила многострадальную кудрявую макушку и в гневе обернулась: - Почему ты не отнес его в Мунго или в лазарет?! Тео совсем не завидовал тому, кого так яростно ругала Грейнджер. - Включи хваленый мозг, грязнокровка! Что бы я сказал? «Помогите, его пытал Сами-Знаете-Кто!»?! Меня упекли бы в отделение для душевнобольных раньше, чем я успел бы закончить фразу! - Но я не см… - Без «не»! Шевели конечностями! Я принёс все, что было в запасах лазарета, давай же! Малфой. Видит Салазар, несмотря на их «любезности», Тео был благодарен неожиданному союзу Малфоя и Грейнджер. Он обязательно сварит для них особую партию карамели в благодарность, когда поспит еще немного…

***

- Как он? - без приветствий, практически в приказном тоне, спросил Малфой. - Я стабилизировала состояние, но температура держится, поэтому, временами, он бредит. Гермиона большим пальцем огладила нахмуренную бровь дремлющего в температурном жаре Нотта. Малфой брезгливо скривился: - Бредит? - парень склонился над спящим другом, внимательно вглядываясь в его лицо, - Нотт! Что нам делать? Тео поморщился от громкого звука, но складка между бровей быстро разгладилась, а губы растянулись в мечтательную улыбку: - Кушать вкусные конфеточки… Гермиона и Драко переглянулись. - Я же говорила! Не буди его. - Гриффиндорка обновила прохладный компресс на лбу пациента и развернулась к Малфою. - Мы не сможем долго скрывать его состояние. Более того, эта Амбридж сует свой нос повсюду! В дела учеников, в способы обучения. Нужно что-то делать… Малфой чертыхнулся. Соглашаться с грязнокровкой не хотелось, но она была права, с какой стороны не посмотри. - Ты должна знать. Реформы в обучении - лишь жалкое начало в сравнении с тем, что нас всех ждет. Напряги извилины и подумай, как вам освоить на практике защиту от темных искусств. Я вступаю в дружину Амбридж, смогу прикрыть Тео и знать, что замышляет министерская жаба. - Малфой… это же прямое выступление против устанавливающейся политики Лорда… - Десять очков Гриффиндору, возьми с полки тыквенный пирожок за невероятную проницательность! Если будут новости сообщу, от тебя жду того же. - Слизеринец кивнул на друга, - Позаботься о нем.

***

- Я повыдергиваю его сизые патлы до последней луковицы! Она скучала по нему. Громкий, сумасбродный, заботливый. Ее гений пришел в себя и был зол. - Тео! - Зачем ты полезла в это?! Ты понимаешь насколько это опасно?! Она скучала, но именно сейчас хотела приложить в кудрявую макушку чем нибудь по-тяжелее. - Теодор Нотт! - Гермиона накинула «Силенцио» на протестующий слизеринский рот, - Я лучше всех вижу насколько это опасно! Но мы должны уметь защищаться. Ты бы хотел, чтобы я могла защитить себя? Легкий взмах палочки отменил заклинание немоты. Тео нахмурился, очевидно, обдумывая слова девушки и взвешивая «за» и «против». - Я вступлю в дружину. - Нотт вытянул руку, прерывая начинающийся залп неодобрения Грейнджер, - Обеспечу безопасность Отряда, но обучать меня и Малфоя тебе придется отдельно и тайно. Я переоборудую кабинет. Гермиона понимала, что его слова - сплошной рационализм. Но сердце не могло уняться от волнения. Сладкая жизнь кончилась со смертью Диггори. Все они были в опасности.