Когда подует южный ветер

      Хуа Чэн уже с самого рассвета возбужденно скакал по городу, будто ему засунули связку петард в задницу и подожгли, как смешно описал его дерганные действия Фэн Синь. Свадебная церемония должна была состояться с заходом солнца, и он лично проверял чтобы все было идеально. Пара генералов не без ехидства наблюдала, как всего за одну палочку благовоний ненавистный князь демонов, дабы осчастливить своего "гэгэ" наорал на всех своих слуг, начиная от мелких бесов, которые подметают улицы и заканчивая замученным Инь Юем, который с глубокими тенями под глазами на истерику никак не отреагировал, послушно кивнув и, зевая, ушел, что-то черкая в длинном свитке, конец которого на пол джана волочился по идеально отполированному полу роскошно выглядящей сцены, выросшей последи города всего за ночь. Затем, обратив свой разъяренный глаз на хихикающих генералов, он выхватил свой ятаган и, размахивая им, начал высказывать, не стесняясь в выражениях, все свои претензии, начиная с того, почему они здесь шляются без дела и заканчивая обвинениями в развале государства Сянлэ. Му Цин, наслушавшись этого дерьма на 10 человеческих жизней вперед, просто пожал плечами:       — Пожалуй, мы и правда кое в чем виноваты. — протянул он, обращаясь больше к Фэн Синю, чем к этому злому черту в красной рубахе.       — Когда 800 лет назад один крысеныш с повязками на лице ныл перед статуей его Высочества, мы разрешили ему сказать что-нибудь тому жалкому, чтобы он съел подношения и заткнулся. Так наш принц дурачок что-то наплел про "живи ради меня" и все такое и теперь мы никак не можем избавиться от гаденыша. — с притворным сокрушением закончил Му Цин, покачивая головой в сожалении.       Лицо, шея и даже острые уши князя демонов в один миг стали настолько ярко красными, что он не просто слился со своей одеждой, но превзошел ее, горя румянцем как костер в ночи.       — Я... Вы...       От смущения призрак кажется даже потерял дар речи. Ему никогда не приходило в голову, что эти двое слуг были рядом с Его Высочеством в самый интимный и важный момент его жизни.       Глубоко травмированный такой информацией, он с яростью засунул саблю обратно в ножны, вызвав возмущенный писк Эмина, от такого грубого обращения и, развернувшись, молча ушел.       Му Цин ликовал, празднуя свою первую победу над Непревзойденным, от счастья он поднял Фэн Синя на руки и покружив его слегка подкинул, ловко поймав и крепко поцеловал прямо в губы на глазах у шокированных призраков, которые побросали все свои дела и принялись лихорадочно обмениваться деньгами друг с другом. На другом конце улицы Хуа Чэн раздраженно поправлял фонарь, будто тот лично его чем-то обидел. Он уже три дня не видел своего гэгэ, который дабы соблюдать хоть какие-то традиции уединился перед свадьбой, к нему же присоединился Повелитель Ветра чтобы отпеть (а вернее отпить) одинокую молодость 800 летнего холостяка. Ревновать к этому блаженному невинному цветку не имело никакого смысла, однако здравый смысл покидал разум князя, когда дело касалось его возлюбленного. Он уже трижды избил до кровавых соплей ничего не понимающего Черновода, но это не принесло ни малейшего облегчения, поэтому он бросил своего друга дальше поедать мясо, количество которого бы хватило на пропитание Имперской столицы в течении одного сезона и теперь выслушивал предложения Ши Уду по рассадке гостей, чтобы никто ни с кем не передрался и никого не сожрал во время церемонии, преодолевая страстное желание врезать тому так, чтобы его голова снова отвалилась. Не желая тут больше находиться, Хуа Чэн не всматриваясь подписал контракт с оговоркой, что заметки Инь Юя в приоритете и рванул в храм Водных Каштанов в надежде встретиться с принцем, который увидит любовные муки своего Сань Лана и передумает следовать глупым традициям. Еще бы брови себе выщипал, в самом деле.       Все надежды этого скромного Непревзойденного пали крахом, когда, прокравшись в комнату Се Ляня, воображая из себя лучшего разведчика трех миров, его безупречный бросок костей позволил ему на миг пересечься с прекрасными глазами его возлюбленного: два путеводных огня, за которыми он шел всю свою жизнь и искал все посмертие, счастливо блеснули при виде него из-под красной вуали, когда тяжелая рука сгребла его за шкирку, как непослушного щенка. Возмущенно моргнув, он увидел, что эти двое презренных слуг уже нализались прилюдно посреди его города и теперь внаглую пробрались сюда. Несомненно, для того, чтобы портить ему жизнь и мешать проводить время с единственным человеком, с которым он хотел его проводить.       Высокий стройный мужчина развернулся, в его рту была целая горсть иголок, которым он подгонял свадебный наряд принцу и только рука державшая его за ворот и также мутная ревнивая мысль на краю рассудка о том, что это два никчемных дороги Его Высочеству помешали ему одним ударом загнать их все в горло этому презренному Му Цину, да так, чтобы он никогда не смог их извлечь.       — Эй, нельзя видеть супруга до церемонии, пошёл прочь! — несерьезно фыркнул на него Фэн Синь пока Се Лянь нежно улыбнулся.       — Я одним глазком посмотреть. — пошутил Хуа Чэн, не в силах противостоять теплой вспышке счастья, которая пронзила его при мысли, что уже сегодня вечером этом прекраснейший небожитель станет его супругом.       — Ага, очень смешно, — закатив глаза промычал Му Цин, продолжая поправлять многочисленные красные ткани на принце, пока истерично гогочущий Фэн Синь выпроводил жениха, а затем присел на пол в очередном приступе смеха. Генерал осуждающе мягко посмотрел на скрючившуюся фигуру, воистину у его возлюбленного было самое отвратительное чувство юмора во всех трех царствах.       Когда солнце уже начало садиться, генералы вручили полностью одетого принца полумертвому бывшему богу запада, который как никогда походил на призрака, но все же вяло улыбнулся когда Се Лянь добродушно, но осторожно, чтобы не помять наряд обнял усталого Инь Юя. В его черные волосы была какими-то небрежными руками вплетена красная лента, показывая, что он тоже будет праздновать.       На прохладном воздухе улицы жениха уже ждал красный паланкин, золотые скелеты которого лениво сидели на лавочке возле храма беззвучно щелкая челюстями в немом разговоре между собой. При виде фигуры в красном они синхронно поклонились и растолкав всех остальных, дружно подняли паланкин возбужденно топая, приглашая принца внутрь. Генералы закатили глаза при виде отвратительной показушности богатства и беспредела князя демонов, но все же заставили себя улыбнуться и помахать на прощание. Фэн Синь судорожно всхлипнул.       — Чего разнылся? Не уведет он навсегда принца! — раздраженно прикрикнул Му Цин, подкрепив свое недовольство тычком в бок, пока Инь Юй безразлично поглядывающий на генералов вяло достал пару красных кубиков и предложил переместить их всех на место церемонии. Воины подозрительно косились на крошечные кости, припоминая, куда их телепортировало в прошлые разы, но после заверений призрака, что он точно знает, как ими пользоваться, кивнули и отправились посмотреть, что там вообще будет происходить, надеясь, что все передерутся, а свадьбы и вовсе не будет.       К великому разочарованию, это не был мираж или наваждение, хотя сложно было поверить в это идя по широкой улице Призрачного города, выстланной красными коврами, украшенной фонарями и цветами. Сам Градоначальник сегодня женился и нечисть ликовала, танцуя и крича, зажигала огни и петарды, украшала свои дома и палатки красными талисманами и пила рисовую водку и вино до соплей из носа. Нескольких несчастных, которые на спор залпом выпили целый кувшин, уже уносили подальше, сочувствуя, что проспят они до утра и не увидят "самого главного" "Счастливые" одновременно подумали генералы, провожая завистливым взглядом очередного вырубившегося призрака, когда уже на широкой площади, посреди которой стояла сцена с алтарем, они увидели победителя соревнования по пьянству.       Бывший повелитель ветров шатаясь прогуливался, сжимая в одной руке свой веер, а в другой огромный кувшин вина, вмещающий в себя не менее 3 шэнов горячительной жидкости.       — Какой сегодня чудесный вечер! — радостно прочирикал он, а затем смачно отхлебнул прямо с горла —С праздником всех! Заметив фигуру в черном, в одиночестве сидевшую и уплетающую уже четвертую порцию свиных ребер, он подлетел и плюхнулся на колени к Черноводу        — Хэ-сюн! — счастливо промурлыкал Ветерок прямо в лицо демону. "Хэ-сюн" был явно не в восторге, что его банкет прерывают самым наглым образом, и попытался отпихнуть Цинсюаня от себя, но тот только сжал ноги вокруг его талии и обвил руками его шею. Где-то вдали раздался звон керамики: Ши Уду выронил пиалу, из которой пил чай, при виде бесстыдства, который вытворял его младший брат, и со скрипом сжал веер в руках.        — Хэ-сюн, я так теебя люблю! — пьяно промычал Ветер и смазано чмокнул демона прямо в губы! — М-м-м, а ты меня любишь, Хэ-сюн? — оторвавшись он снова отпил из кувшина и икнул.       — Отвали! — мрачно ответил нахмурившийся Черновод и положил себе в рот сразу несколько фрикаделек. Цинсюань, обиженно на него посмотрел сквозь появившиеся слезы в глазах:       — Даже не совсем чуть-чуть? — захныкал он.        — Брат, я тебя люблю! Иди к нам! — воодушевился Ши Уду, встав и взмахнув рукавом в подзывающем жесте.       — Ну мофет если только совсем щуть-щуть. — пробурчал демон с набитым ртом, бросив острый взгляд в сторону Повелителя Вод. Ши Цинсюань моментально просиял и крепко прижавшись к Черноводу прошептал:       — Этому никчемному нищему и одного медяка достаточно, чтобы сделать его счастливым. Хэ Сюань отложил палочки, взял Повелителя ветров за плечи и серьезно сказал.       — Цинсюань, если мою любовь к тебе можно было измерить в денежном эквиваленте, то я бы с легкостью мог бы выплатить свой старый долг перед Кровавым дождем, а остатком золота я бы мог посостязаться с твоим братом в богатстве, когда он был на небесах... Му Цин издал рвотный звук "И все Непревзойденные на самом деле такие отвратительные романтики?" — спросил он у Фэн Синя по духовной связи. Тот в ответ пожал плечами "Ну разве это не мило?" — смущенно ответил лучник, и протянул руку своему партнеру, его щеки слегка потемнели. Му Цин закатил глаза, но протянутую руку принял и покраснев переплел пальцы.        — ...Но к сожалению, мне за мою страсть к тебе никто не заплатит, так что дай этому демону спокойно наесться, пока угощают. Черновод все же смог отлепить от себя ошалевшего от счастья Повелителя Ветра и усадив его рядом, демон любезно положил ему несколько цзяоцзы и варенной тыквы в тарелку. Му Цин сморщился и потащил Фэн Синя подальше от этой счастливой парочки, когда лучник обеспокоено дернул его за рукав.       — Это вообще нормально!? — Фэн Синь бесцеремонно ткнул пальцем в вдаль и проследив направление взглядом Му Цин фыркнул.       Среди листвы скрывалась небольшая беседка, где обставленный охраной по периметру сидел Цзюнь У! Бывший небесный владыка был настолько весь обмотан вервием бессмертных что больше походил на мерзкую золотую гусеницу чем на что-либо ещё. Рядом с ним сидел Мэй Няньдзынь и беззаботно раскладывал карты на столе гадая ближайшему стражнику, иногда отвлекаясь чтобы засунуть случайный кусок еды в рот своему павшему принцу. Когда Хуа Чэн сказал, что пригласит всех, генералы и не подумали, что он пригласит буквально всех. Звать Белое Бедствие было как-то слишком, что Фэн Синь разумеется высказал вслух.        — Я его Наставник и имею право присутствовать. — ответил Цзюнь У голосом который раньше заставлял всех молчать и подчиняться и инстинктивно генералы замолчали и кивнули. Однако такое точно не действовало на его друга, который возмущённо оторвался от любимой колоды и возразил.        — Вообще-то это я его Наставник, а ты просто мой сопровождающий. И заткнул задохнувшегося от негодования Непревзойденного особо большим куском курицы в кляре, который советник с усилием запихал демону в рот.       Пройдя чуть дальше генералы увидели ещё одного невероятного гостя, которого они точно надеялись больше никогда не встретить. За крайним столом в выделяющемся ярко зелёном ханьфу сидел Ци Жун собственной персоной! На лазурного демона надели только свободные наручники, решив, что с безобидного дурачка и этого хватит, а из охраны был какой-то знакомый ребёнок тоже в зелёном, который счастливо заключил демона в дополнительные оковы из своих объятий и ужасно недовольный Бог Востока Лан Цянцю, который подозрительно ковырял вилкой содержимое своей тарелки. В прочем его недовольное лицо не шло ни в какое сравнение с кислой несчастной физиономией Ци Жуна, которому было до тошноты противно здесь находится, о чем он громко жаловался, не стесняясь в выражениях.       — Гу Цзы, сын мой, отпусти этого отца домой, прошу тебя. — продолжал он умолять ребёнка.       — Папа, нет, самое интересное ещё не наступило, веди себя хорошо!       — Если я буду вести себя плохо, меня отсюда выгонят? — С надеждой поинтересовался демон.        — Нет, тебя поколотят, свяжут, заткнут рот и положат в первых рядах. — мрачно ответил Лан Цянцю.       Кажется, Ци Жун был в ужасе от перспективы быть в числе первых свидетелей процедуры бракосочетания своего кузена, и он спешно замолк. К сожалению, ненадолго.        — Нет! Только не это, проклятые псы! Черт, придётся сидеть на этой похабной процессии. Сын мой, как увидишь моего кузена и его одноглазого пса, закрой папочке глаза и уши, сохрани его невинность.       О какой такой невинности идёт речь кажется не понял даже ребёнок. Ци Жун в это время начал звать официанта крайне неприличным свистом и потребовал у подошедшего к нему петуха, тарелку курицы для сына и тарелку богатого господина для себя лично, за что его клюнули в затылок, но заказ к ужасу генералов кажется приняли. Не желая смотреть на трапезы зеленого гоблина, генералы вернулись к сцене, где уже нарисовался один из участников главного торжества.       Хуа Чэн нервно ходил взад-вперед по сцене в своем роскошном свадебной наряде, который в принципе отличался от его повседневного только еще большим количеством серебряных висюлек и тем, что свои черные волосы он завязал в высокий хвост роскошной гуанью. С такой прической он больше напоминал свое "человеческое" обличие, в котором генералы увидели его рядом с принцем, но возможно в этом и была задумка романтичного князя демонов. Он судорожно выдохнул, сжимая и разжимая ладони, которые даже издалека казались потными. "Не знал, что призраки потеют" — сказал Фэн Синь по голосовой связи, в слух же он крикнул:        — Ну не трясись, Искатель Цветов, у тебя разве не было репетиции, когда вы впервые встретились с принцем на горе Юйцзюньшань?       Хуа Чэн стрельнул убийственным взглядом в сторону генералов и уже было открыл рот, чтобы высказать все что он о них думает, когда в конце улицы показался красный паланкин и выстрелил первый фейерверк! Как по цепной реакции, когда процессия миновала какой-либо дом с его крыши запускался салют. Генералы завороженно смотрели на распускающие цветы и фениксы из огней на небе, пока князь демонов поправил трясущимися руками цепочки и гуань пригладил волосы, спустился вниз, споткнувшись к злобной радости Му Цина и, выдохнув, принял свой обычный самодовольный и расслабленный вид, чтобы протянуть вверх ладонь, на которую сразу же опустились тонкие пальцы их наследного принца. Се Лянь, не изменяя своей сути, неуклюже вывалился из паланкина задев широкой короной занавес и, запутавшись в одеяниях и в своих собственных ногах, рухнул лицом в широкую грудь своего жениха к злорадному ехидству генералов и восторгу Хуа Чэна, что его возлюбленный так скучал по нему, что сразу же бросился в объятия. Он приподнял вуаль, обнажая счастливую улыбку принца и сильнее сжав его руку, повел его к алтарю.       На сцену вышел счастливый как вдова на поминках Инь Юй и достав какой-то зеленоватый артефакт непонятной формы поднес его ко рту.        — Приветствуем всех! — его спокойный голос разливался повсюду, заставив богов людей и призраков поднять головы.        — Вы собрались здесь сегодня, дабы засвидетельствовать... АА! Генералы зажали уши от оглушительного вопля, пока сине золотой комок вывалился на сцену поймав черный сапог призрака и повалив его на лакированный пол.        — ШИСЮН! — радостно взвизгнул Цюань Ичжэнь, бросившись обниматься невзирая на тумаки и пинки, которыми одаривал его сопротивляющийся ведущий.       Нечисть вокруг оживилась, драки на демонических свадьбах были важнейшим атрибутом и принялась скандировать, подбадривая пару на сцене. Се Лянь не знал, плакать ему или смеяться, его же жених не снизошел до такого пустяка как выбор, поэтому плакал и смеялся одновременно, удерживаясь на ногах только рукой возлюбленного, когда наконец Инь Юй смог отодрать от себя бога напоследок швырнув в него артефактом, усиливающим голос и недовольно, что-то кричал на Хуа Чэна который все еще хихикая вытирал слезы из-под повязки, однако его слов не было слышно. Владыка Циин же покрутив зеленый предмет в руке, сжал его в кулак и начал громко вещать:        — Привет, дамы, господа и кто там еще не определился, вроде Повелителя Ветра! Толпа в ответ истерично заржала, пока Инь Юй позади видимо пытался разбить себе лицо ладонью.        — Сегодня у нас свадьба, ура! Я ни разу не был на свадьбах, тут так красиво! Му Цин закатил глаза, сдерживая под руку Фэн Синя, который выл от смеха на корточках.        — Ииии, первый супруг! Небожитель, вознесшийся трижды, превосходный фехтовальщик, сильнейший бог войны и просто отличный друг, Его Высочество, наследный принц Сянлэ, Се Лянь! — кричал Циин взмахнув рукой указывая на смущенного принца, будто представляя соперников на бойцовском поединке.        — А также второй, Кровавый Дождь. — просто добавил он, даже не потрудившись полностью произнести титул князя.       Что не помешало демонам вокруг приветственно взвыть закричать зарычать и взорвать пару фейерверков, восхваляя своего Градоначальника. Сам Хуа Чэн был, как ни странно ужасно доволен, что его так скромно представили, по сравнению с принцем.        — И совсем скоро они поженятся, но сначала! Иииспытания! — торжественно зловещим тоном объявил генерал, будто прямо сейчас здесь вырастет очередной вулкан, внутри которого будущие супруги будут вынуждены сражаться с полчищами демонов за право заключить брак.       Этого конечно не произошло и к паре подошли две фигуры в чёрных и бело-зеленых одеждах. Это несомненно были два Сюаня и они сегодня были испытующими на церемонии. Повелитель Ветра, выглядящий уже абсолютно трезвым, шагнул вперед и щелкнув веером ткнул его в сторону князя демонов:        — Ты устроил такую роскошную церемонию, но ответь всем нам, Хуа Чэн, помнишь ли ты, сколько лет ты уже влюблён в наследного принца?        — 807. — твёрдо отчеканил князь, будто всегда держал это в уме. Бирюзовые глаза небожителя округлились.        — Эхе! Что ж, дамы и господа, это довольно внушительное число! Можно даже сказать, что его любовь проверена временем! Испытание пройдено!       Толпа демонов позади взревела от восторга и с восхищением принялась поздравлять градоначальника с грандиозным успехом. Му Цин уже не известно в который раз за вечер закатил глаза. В прочем от ласкового Цинсюаня вряд ли можно было ожидать чего-то строгого. Больше его интересовало испытание, подготовленное Черноводом, который явно прятал нечто большое под своим рукавом, когда он тоже вышел вперед, зловеще улыбаясь.       — Говорить словами ты умеешь красиво, но любовь познается делом. — отстраненно начал он, привлекая внимание немногочисленных пьянствующих небожителей.        — Ну что же, докажи что ты любишь Его Высочество... - Черновод драматично медленно достал из под ханьфу... красное полотно натянутое на позолоченную раму и ловко всунул его и изящное перо прямо в окаменевшие руки шокированного от такого предательства Хуа Чэна.        — ...просто написав признание в любви на этом памятном свитке! — почти не скрывая ехидное злорадство счастливо закончил Черновод и не выдержав каменной рожи своего друга уткнулся в кудрявую макушку Повелителя Ветра чтобы беззвучно ржать. Фэн Синь же не был таким сдержанным и загоготал в голос        — Ахаха! Ну давай Искатель цветов, пиши. Какое бы ты дерьмо ты не выцарапал принц все равно тебя примет! — кажется такое утешение не сработало на князе демонов и его лицо стало ещё мрачнее, пока он развернул полотно на себя и обречённо поднёс трясущуюся руку.        — Все хорошо, Сань Лан. — впервые подал голос Се Лянь, нежно поглаживая по плечу — Мы же так много практиковались в каллиграфии, у тебя все получится! Хуа Чэн нежно улыбнулся в ответ и перевел взгляд на злополучную бумагу, когда Му Цин вздохнув небрежно протянул:        — Попробуй написать левой рукой. Князь недоверчиво стрельнул взглядом в генерала.        — Можешь мне не верить, но попробуй. Вряд ли получится хуже, чем та мазня, которую ты обычно пишешь. Се Лянь заинтересованно положил руку на подбородок качнув своей тяжеленой короной на голове.        — Какая занятная мысль. Попробуй Сань Лан.       После слов принца Хуа Чэн не колеблясь переложил перо и развернув к себе полотно начал что-то выводить, когда его яшмовый глаз расширился, а принц за спиной ахнул от удивления. Демоны небожители и люди начали подтягиваться ближе к сцене, вставая со своих мест и даже Инь Юй позади вытягивал шею, чтобы взглянуть, пока его шиди, обняв его за рукав, незаинтересованно ковырялся в носу. В это время Князь демонов закончил писать и под шокированные возгласы продемонстрировал не шедевр каллиграфии, но вполне приятную и читабельную надпись «мое высочество - единственный в моем сердце» и презрительно фыркнул в сторону Черновода.        — Я бы написал гораздо и гораздо больше, но ты принес мне крошечный клочок, на что-то побольше денег не хватило? Черный демон стрельнул взглядом, предвещающим жестокую расправу, в сторону игнорирующего его Му Цина и перевел глаза на до отвращения самодовольного Хуа Чэна и хмыкнул.        — Не хотел задерживать супругов от их долга. — ледяным голосом ответил призрак — Испытание пройдено. — мрачно добавил он.        — Ура! — Оживился Цюань Инжэнь — Прошу поклониться предкам! Двое фигур поклонились алтарю, когда из толпы раздалось пронзительное "Кланяйся мне, пес одноглазый!" и звук хорошего удара.        — А теперь небесам! Хуа Чэн повернулся:        — Ваше Высочество, вы дадите этому скромному благословение жениться на любимом человеке? — с хитрой улыбкой спросил он. Се Лянь покраснел, но конечно же кивнул, оглянувшись, в поисках того, кто даст благословение ему самому, когда, растолкав всех, вышел счастливый Пэй Мин с видом, будто эта свадьба была в честь него и, пихнув локтем Му Цина, чтобы занять самое удобное место, величественно гаркнул.        — Я разрешаю! Супруги дружно фыркнули.        — И наконец друг другу! Князь демонов и небожитель на глазах около трех сотен присутствующих всех сословий и чинов взявшись за руки синхронно отвесили поклон и выпрямились, завороженно глядя друг другу в глаза, когда бог войны запада, отобрав у кого-то магическую хлопушку, торжественно крикнул:        — Объявляю вас мужем и мужем! Можете произвести ритуал обмена духовной энергией!       И, выбросив артефакт, спрыгнул со сцены, выстрелив с хлопушки прямо в лицо Пэй Мину, который жадным взглядом всматривался, как Се Лянь схватил князя за лицо и впечатался глубоким поцелуем. Генерал севера с визгом отлетел и от возмущения что его любования на парочку были прерваны самым грубым образом, он скинул плащ и бросился с кулаками мстить обидчику, но тут его шисюн решил встать на защиту, получив удар в лицо, от которого он улетел в сторону. Старый демон-кабан сочувственно хрюкнул и воодушевившись врезал с размаху копытом по генералу, который своим телом накрыл еще несколько обозлившихся призраков, однако, встав и отряхнувшись, они набросились не на Пэй Мина, а на того самого кабана, который удирая снес стол, за которым сидели приглашенные заклинатели. Культиваторы, узнав своего врага, повыхватывали мечи, но из-за того, что они были сыты и пьяны то рукоятями они ткнули в толстые бока друг друга, проклиная все что есть. Попытавшись усмирить бой, Повелитель Ветра только поднял руки и открыл рот, но, моментально получив ножнами по зубам, нахмурился и ,закатав рукава, бросился избивать всех, кто попадался по пути.       Под звуки драки и вопли ненависти Хуа Чэн любовно поднял своего мужа на руки и понес в глубь дома Блаженства, пока принц рукой смущенно прикрывал лицо испугавшись своего внезапного порыва, но другая его тем не менее крепко обнимала князя за шею.       Генералы юга одиноко стояли вокруг нарастающего хаоса, все еще держась за руки, когда Фэн Синь оглядевшись поднял ладонь мечника и нежно поцеловал тыльную сторону.        — А свадьба это оказывается весело! Давай тоже поженимся? Му Цин в шоке подавился слюной, медленно повернув шею, чувствуя, как стремительно краснеет.        — ЧТО?