Идеально продуманный план

      Криста стояла напротив отца и смотрела на него настолько грустным и одновременно испуганным взглядом, что создавалось стойкое ощущение, будто ее ждал смертный приговор. Слезы сами собой подступали к глазам, и как бы она не старалась, сдерживать их становилось все сложнее и сложнее. До этого момента Криста уже порядком успела испереживаться, поэтому сейчас хотелось, чтобы все закончилось как можно быстрее.       Из-за дверей было слышно, как до этого наказывали Армина. В этот момент сердце Кристы сжималось на каждом ударе, но помочь ему она, конечно же, ничем не могла. А теперь тоже самое придется пережить ей самой, и от этого осознания становилось не по себе. — А ты я более чем уверен, тоже помочь хотела? — устало потер переносицу папа и перевел взгляд на Кристу.       Конечно, она хотела помочь, вот только получилось все совсем не так, как было запланировано. Теперь Кристе было очевидно, чем обернулась эта глупая затея, и какие бы хорошие цели они не преследовали, оправдать себя и избежать наказания не получится в любом случае. Даже пытаться не стоит, бесполезно. Наконец она нашла в себе силы и тихо прошептала. — Да.       Судя по всему Армин уже все рассказал, и папа был в курсе событий. Впрочем это даже хорошо, ей не придется самой пересказывать все произошедшее и объяснять мотивы такого проступка. Если Криста начала бы вспоминать весь вчерашний день, точно бы окончательно разревелась. — Понятно все с тобой — откликнулся папа — хоть понимаешь, чем это могло обернуться? Проблемами для всех нас. Мистер Доук мог оказаться не таким сговорчивым, а завести на вас всех уголовное дело. И тогда проблем с опекой было бы не избежать, да и с полицией тоже. Затаскали бы по всем органам по полной программе, и меня и вас.       Как только папа закончил говорить, в комнате повисла гнетущая и очень волнительная тишина. Криста уже знала от Жана, что проблемы с опекой могут обернуться чем-то очень нехорошим, вплоть до того, что их могут забрать и поместить в детский дом. Вряд ли, конечно, для этого нужны очень веские основания, но тем не менее Криста никогда не знала, что можно ожидать от этих женщин, которые работают в опеке.       А уж про ужасы жизни в детском доме она была неплохо наслышана. Жан когда-то рассказывал, как там старшие ребята могут отбирать у младших еду. Криста явно относила себя к младшим, и понимала, что в таком случае ей просто всегда будет нечего есть, и придется умереть от голода. Про избиения или издевательства даже думать не хотелось.       Криста не моргая смотрела на папу, стараясь совладать с эмоциями. Нет, мистер Доук же знакомый Эрвина, они бы точно договорились, и никто в полицию бы заявлять на них не стал. Все бы все равно закончилось хорошо, вот только папе они проблем и так доставили. Но от одной мысли, что ими бы заинтересовались органы опеки становилось страшно. Мало ли чем это могло обернуться. — Прости — пролепетала Криста — мы же не хотели. Больше не буду.       Смотреть в глаза отцу после всего случившегося не хватало смелости, поэтому Криста уставилась в окно. На улице так некстати светило яркое солнце и доносилось пение птиц. Создавалось ощущение, что у всех все прекрасно, вот только не в их в семье. Ладно, скоро все останется в прошлом, надо только перетерпеть еще немного. — Что ты не будешь? — уточнил у нее папа. — Ну я красть не буду и в дома залезать — промямлила Криста.       Криста уже достаточно устала от переживаний и прекрасно знала, что именно сделала не так, и теперь только ждала самой неприятной части разговора. — Иди сюда — папа кивнул на свои колени.       Криста не торопясь, подошла к нему и аккуратно улеглась, куда ей было велено. Она почему-то до этого была уверена, что сегодня получит рукой. Однако надежды были разрушены в тот момент, когда краем глаза Криста увидела в руке папы тяжелую деревянную щетку. — Запомни раз и навсегда — припечатал он перый удар, сразу после того, как стянул с нее домашние штаны — брать чужое нельзя, ни под каким предлогом, даже самым благородным, по твоему мнению. Последствия ваших проступков могут лечь на всю семью, и в случае если сюда заявятся органы опеки, нас всех затаскают по комиссиям. Поэтому ты должна сразу думать о последствиях своих поступков, а не идти за всеми. Учись уже думать своей головой. — Я больше так не буду, правда —заверила его Криста, и попыталась подавить очередной вскрик, но неудачно.       Больше папа ничего не говорил, а только продолжал сильно шлепать ее по попе. На самом деле Криста была уверена, что ей было бы легче переносить наказание, если бы в этот момент ей что-то говорили, пусть даже ругали. Тогда можно было бы сосредоточиться на словах, а так оставалось только полностью концентрироваться на боли, которая становилась все невыносимее с каждым ударом.       Через какое-то время голос Кристы уже больше походил на писк, она во всю плакала и просила остановиться, но Леви провожал размеренно наносить удары, не обращая внимание на мольбы дочери.       Криста была более чем уверена, что до этого дня ее никогда еще так сильно не шлепали. Но справедливости ради она раньше ничего настолько вопиющего и не совершала. — Ты должна научиться не поддаваться на уговоры других, иначе ничем хорошим это не кончится — наконец услышала она голос папы. — Да, да, прости — сквозь слезы произнесла Криста, всхлипывая и хватаясь руками за одеяло.       Через какое-то непродолжительное время удары действительно прекратились. Видимо, потому что папа решил, что этого вполне хватит для серьезного внушения.       Криста не сразу заметила, что все закончилось, но как только она это осознала, то медленно приподнялась и прижалась к отцу. Теперь, когда все осталось позади стало чуть полегче. Рядом с ним теперь было спокойно, хотя ей все еще было больно и обидно, правда на кого она была обижена больше на себя или на папу Криста пока точно не решила.       Поэтому сейчас она пыталась успокоиться, чувствуя, как папа грубовато проводит рукой по ее спине. К своему удивлению Криста перестала плакать достаточно быстро, хотя ягодицы все еще горели и тревожить их не хотелось. Так же как не хотелось отлипать от папы в такой момент, но пришлось. Все же не хотелось заставлять остальных ждать еще дольше, так же нельзя. Поэтому Криста подтянула штаны на место и уже собралась уходить. — Прости нас, пожалуйста — попросила она еще раз. — Я уже простил, детеныш, и надеюсь, что больше у нас таких разговоров не возникнет.       Он еще раз несильно потрепал ее рукой по голове. Криста вытерла слезы рукавом кофты, и выскользнула из комнаты.