Заклинания на Восток

У Лань Чжаня начали пропадать вещи. Пропажи стали регулярными. Сначала это были мелочи, как зубная щётка или расчёска, потом пропали несколько пар носков, и даже любимое полотенце Лань Чжаня исчезло. Он перерыл все ящики, проверил каждую щель в комнате, но ничего не нашёл. Ванцзи начал волноваться. Он не мог понять, что происходит. Он был уверен, что никто посторонний не заходит в комнату, но откуда тогда берутся эти пропажи? Или это чья-то неудачная шутка? Вэй Ин, как всегда, шутил над ситуацией. Он утверждал, что Лань Чжань просто понравился какому-то приведению Хогвартса и теперь оно забирает у него вещи в качестве знака внимания. Лань Чжань пытался оставаться спокойным, но шутки Вэй Ина только усиливали его беспокойство. Пропажи стали более частыми и более неприятными. Однажды вечером Лань Чжань гладил свою любимую рубашку. Он отошёл на пять минут, а когда вернулся, то не нашёл рубашки на стуле. Он перевернул весь шкаф, но рубашки не было. Он проверил все ящики, но она так и не нашлась. Лань Чжань начинал паниковать. Куда она могла деться? В перерыве между занятиями, сидя в коридоре с Вэй Ином и Цзян Чэном, Лань Чжань, наконец, решился поделиться своими мыслями о пропажах. Он чувствовал себя немного неловко, но беспокойство уже начинало брать верх. — Да кому нужны твои вещи? — спросил Цзян Чэн с насмешкой. — Может, девчонки с вашего факультета? Лань Чжань посмотрел на него с недоумением. — Девочки не могут зайти в мужскую комнату, — возразил он. — Ну, а кто тогда? — спросил Вэй Усянь. — Может, это призрак старого ректора, который забыл, где оставил свои носки, и теперь ищет их в твоей комнате? Цзян Чэн прокашлялся. — Идиот, хватит нести всякую чушь, — сказал он. — Может, ты просто забываешь, куда кладёшь вещи? Лань Чжань потряс головой. — Нет. Я всегда кладу всё на своё место. И я точно помню, что вещи были там, где я их оставил. — А может, мы просто начнём с проверки твоего шкафа на присутствие незваных гостей? — предложил Вэй Усянь, заглядывая в глаза Лань Чжаню. — А затем проверим твою комнату на присутствие привидений. Цзян Чэн фыркнул. — Какой бред! Я думаю, это просто чья-то идиотская шутка. Найдутся твои вещи, не переживай. — Я просто не понимаю, кому могла понадобиться зубная щётка Лань Чжаня. Или носки. И ладно два, но иногда пропадает же только один! — воскликнул Вэй Усянь. — Может, это какой-то странный фетиш? — предположил Цзян Чэн с усмешкой. — Не смешно! — возмутился Лань Чжань. — Это кто-то с нашего факультета. Другие не могут войти в чужую гостиную. — Тогда проверь все комнаты, — предложил Вэй Ин. — И попроси профессора Флитвика помочь тебе. — Нет. — Лань Чжань покачал головой. — А если к этому причастен кто-то другой? — Кто другой? — спросил Вэй Ин. — Я не знаю. Но я не хочу рисковать. — Твоё дело. — пожал плечами Цзян Чэн. — Поступай, как хочешь. Мы лишь совет дали… Ладно, пошлите, скоро занятия.

***

Лань Цижэнь нахмурился, глядя на очередное письмо от племянника. Сначала пропавшие носки, потом учебник по защитной магии, а теперь — любимая рубашка? Он покачал головой, бормоча себе под нос: «И в кого он такой разиня?». Конечно, Лань Цижэнь любил племянника, но его постоянные просьбы о дополнительных средствах начинали беспокоить. Он прекрасно знал, что Лань Чжань — мальчик ответственный и бережливый, не склонный к разбрасыванию вещей. «Что-то здесь не так», — решил Лань Цижэнь, откладывая письмо в сторону. Интуиция подсказывала ему, что дело не в обычной забывчивости или неаккуратности. Лань Чжань не был из тех, кто легкомысленно относится к своим вещам, особенно к тем, которые ему дороги. «Неужели кто-то специально доставляет ему неприятности?» — эта мысль промелькнула в голове Лань Цижэня, и он нахмурился ещё сильнее. В юности сам Цижэнь не раз сталкивался с завистью и мелкими пакостями со стороны других учеников. Его успехи в учебе, безупречная репутация и строгие моральные принципы нередко становились причиной для сплетен и пересудов. Неужели и Лань Ванцзи столкнулся с чем-то подобным? Тем временем, в Хогвартсе Лань Чжань находился на грани отчаяния. Пропажа очередной вещи стала последней каплей. Он чувствовал себя беспомощным и уязвимым. «Это какой-то кошмар,» — думал он, зарываясь пальцами в волосы. Он уже не знал, что и думать. Сначала он списывал пропажи на собственную невнимательность. Мало ли, заложил носки куда-то между книгами или забыл рубашку в сушилке после стирки. «Неужели это какая-то глупая шутка?» — думал он, лихорадочно осматривая комнату. Но кто мог бы так жестоко шутить? И, главное, зачем? От этих мыслей у него по спине пробежал холодок. Лань Чжань всегда гордился своим самообладанием и спокойствием, но сейчас он чувствовал себя по-настоящему расстроенным. Пропажа вещей была не главной проблемой. Гораздо хуже было ощущение собственной беззащитности и непонимания происходящего. Кто-то вторгался в его личное пространство, трогал его вещи, и он даже не имел ни малейшего представления, кто это мог быть и с какой целью. Весеннее солнце заливало башни Хогвартса, пробуждая природу и вселяя в сердца учеников надежду на скорые каникулы. Даже Лань Чжань, всё ещё не оправившийся от череды странных пропаж, начал понемногу расслабляться. Тишина, воцарившаяся в его жизни после середины марта, действовала успокаивающе. Он перестал просыпаться с ощущением тревоги и подозрительности, и мысли о таинственном ворошке уже не казались такими навязчивыми. Однако радость от восстановленного спокойствия была неполной. Вещи, исчезнувшие из его жизни, так и не нашлись. — Не переживай так, — сказал Вэй Усянь, обнимая Лань Чжаня за плечи одной рукой и пытаясь успокоить друга. — Даже если вещи пропали навсегда, это ничего страшного. И того шутника рано или поздно найдут. Ну что ты? Пошли лучше прогуляемся. А то целыми днями сидишь в замке с унылым выражением лица, а так хоть свежим воздухом подышишь. Вэй Ин потянул друга за рукав. — Пошли, не упирайся. Ты же знаешь, я все равно не отстану. Лань Чжань чуть отстранился от Вэй Усяня, словно от назойливого комара, и тихо сказал: — Я не могу просто так забыть об этом. Вещи пропали не просто так. Это кто-то сделал намеренно. — Ну и что? — Вэй Усянь мало интересовался такими мелочами. — Вещи можно купить, а вот солнце никому не подарит свою теплоту бесплатно. Он снова потянул Лань Чжаня за рукав, на этот раз с более настойчивым жестом. — Пойдём уже, прекрати думать об этом. У тебя от этих мыслей морщины появятся. И вообще, не любишь ты прогуливаться под солнцем, оказывается? Вэй Ин подмигнул Лань Чжаню и с улыбкой дополнил: — Может, ты просто боишься, что на солнце у тебя загар появится? Лань Чжань сморщил нос и покраснел. — Не глупи. Но всё же, не выдержав настойчивости Вэй Усяня, согласился на прогулку. В душе он еще не отбросил все сомнения, но надеялся, что свежий воздух и весёлая компания помогут ему отвлечься от навязчивых мыслей. Солнце действительно делало своё дело. Вэй Усянь словно заряжал всех вокруг своей энергией. Он бегал по лужайкам, залазил на деревья и даже пытался научить Лань Чжаня играть в салочки. Лань Чжань поначалу противился, но потом невольно втянулся в игру. Он был таким ловким и быстрым, что Усяню приходилось прилагать немало усилий, чтобы убежать. В глазах Ванцзи гриффиндорец заметил искорку веселья, которую он так давно не видел. Прогуливаясь по окрестностям Хогвартса, Лань Чжань отмечал, как цветут почки на деревьях, как весело щебетали птицы, как солнечный свет играл на ветках деревьев. Вэй Усянь всё время шутил и заставлял его улыбаться. Вэй Усянь не только заряжал Лань Чжаня своей энергией, но и пробуждал в нем давно забытые чувства. Лань Чжань уловил, как ему нравится чувствовать ветер в волосах, как приятно слышать щебет птиц и видеть, как солнечные лучи пробиваются сквозь ветки. Вэй Ин, словно волшебник, раскрывал Лань Чжаню красоту мира, которую он раньше не замечал. И Лань Чжаню понравилось это ощущение. — Лань Чжань, умеешь играть в Маджонг? — спросил Вэй Усянь, присаживаясь на поваленное дерево. — Умею. — с нечитаемым выражением лица ответил Ванцзи. — О, круто! Неужели Лань Цижэнь и этому научил вас? — Я сам научился. — Да ладно, это не важно. Сыграем? На желание? — На желание? — Лань Чжань слегка нахмурился, прищурившись. — Хорошо, но не думай, что сможешь меня обхитрить. — Ой, да ладно, не волнуйся, — усмехнулся Вэй Усянь, высыпав костяшки на импровизированный стол. — Просто хочу убедиться, что ты не просто хороший мечник, но и умный и хитрый игрок. Лань Чжань ответил ему холодным взглядом, но в глубине его глаз мелькнула искра интереса. Он никогда не был особенным любителем азартных игр, но с Вэй Усянем всё было иначе. Игра с ним обещала быть не просто развлечением, а целым приключением. — Давай, начинай, — сказал Лань Чжань, уверенно раскладывая кости перед собой. — Я готов к твоему вызову. Вэй Ин, хихикнув, положил перед Лань Чжанем четыре кости и с вызовом сказал: — Ну, давай, проверь мой ум и хитрость! Я уверен, что ты не сможешь победить меня в этой игре! Он намеренно дал Лань Чжаню немного преимущества, чтобы тот не подумал, что он хочет его обидеть или поставить в неловкое положение. Усянь был уверен в своих силах, но еще больше ему нравилось видеть, как Лань Чжань немного расслабляется и позволяет себе увлечься игрой. В глубине души Вэй Усянь надеялся, что это позволит им провести вечер вместе в расслабленной и приятной атмосфере, забыв о всех проблемах и беспокойствах. Ванцзи, не моргая, смотрел на кости, которые Вэй Усянь так щедро ему предложил. В его глазах, обычно таких спокойных и глубоких, как бездонная пропасть, мелькнуло нечто необычное. Не злость, не раздражение, а скорее… любопытство. Он не увлекался азартными играми, считал их пустой тратой времени и энергии. Но Вэй Усянь… Вэй Усянь был исключением из всех правил. С ним можно было провести весь день, играя в шашки, читая стихи или просто сидя молча, и все равно это было бы интересно и увлекательно. Лань Чжань взял кости в руку, медленно перебирая их холодными пальцами. Он уже знал, что эта игра не просто игра. Это был вызов, который Вэй Усянь бросил ему, и Лань Чжань не мог отказаться. Он не хотел подвести своего друга, а ещё больше ему хотелось посмотреть, на что способен Вэй Усянь в этом нестандартном состязании. — Хорошо, — сказал Лань Чжань, вглядываясь в кости с сосредоточенным выражением лица. Игра началась, и Лань Чжань быстро понял, что Вэй Усянь был не так прост, как казалось. Он был не только мастером боевых искусств и заклинаний, но и блестящим стратегом. Усянь постоянно менял тактику, заставляя Лань Чжаня постоянно адаптироваться. Ванцзи был впечатлен мастерством своего друга, но он не собирался сдаваться. Он использовал свой острый ум и хладнокровие, чтобы противостоять хитростям Вэй Усяня. Игра шла на равных, и напряжение росло с каждым броском костей. Оба противника были сосредоточены на игре, их лица были напряжены от концентрации. В конце концов, победа досталась Лань Чжаню. Он выиграл не благодаря удаче, а благодаря своему стратегическому мышлению и умению читать мысли соперника. Вэй Ин рассмеялся и хлопнул Лань Чжаня по плечу. — Отличная игра, Лань Чжань! — воскликнул он. — Я думал, что смогу тебя победить, но ты оказался слишком хорош для меня. Лань Чжань скромно улыбнулся. — Я проиграл. С тебя желание, Лань Чжань. Чего ты хочешь? Ванцзи почувствовал неловкость. Он привык к тому, что его желания не имели значения, его жизнь была строго регламентирована, и он всегда следовал правилам. Но теперь перед ним была возможность выразить свои желания, и он не знал, как это сделать. — Я… — начал Лань Чжань, не решаясь продолжить. Он чувствовал, как по щекам поднимается румянец, что было нетипично для него. Вэй Усянь с улыбкой вглядывался в него, наблюдая за его затруднением. Он понимал, что Лань Чжань не привык к такой свободе выбора. — Не торопись, — сказал Вэй Ин, с добротой в голосе. — Подумай хорошенько. Что тебе по-настоящему хочется? — В детстве дядя не разрешал есть мне много сладостей, потому что у меня появлялась аллергия… — Хочешь сладостей? Без проблем, я знаю, где их достать! Лань Чжань, покрасневший ещё сильнее, смущённо кивнул. — Но… только если тебе не будет неудобно, — пробормотал он, смущаясь ещё больше от своей неловкости. Вэй Ин рассмеялся, его глаза заблестели от веселья. — Лань Чжань, что ты такое говоришь? — он похлопал Лань Чжаня по плечу. — Ничего страшного, я рад тебя побаловать. Ты хочешь конфет, пирожных, мороженого? Или может ты хочешь сходить в какую-нибудь сладкую лавку и выбрать всё, что тебе понравится? Вэй Ин был готов сделать всё, чтобы удовлетворить желание Лань Чжаня. Он любил видеть его счастливым, и ему нравилось баловать его. Лань Чжань был таким чистым и невинным, что Вэй Усянь не мог не улыбаться, глядя на него. — Я не знаю… — Ванцзи задумался. — Но ведь только с третьего курса можно ходить в Хогсмид… — Да ладно, я знаю, как пройти туда! Не парься, только скажи, что ты хочешь. Лань Чжань опять серьёзно задумался. — В детстве мне очень нравились пирожные с заварным кремом… — Вэй Ин перебил его. — Я тебе всё достану, и пирожные, и конфеты, всё, что пожелаешь! Лань Чжань смущённо потупил взгляд. — Но… это ведь считается нарушением правил. Ты же знаешь, что… Вэй Ин, словно не слыша его слов, уже двигался к своей цели. — Правила созданы для того, чтобы их нарушать! — крикнул он через плечо. Лань Чжань всё ещё колебался, но уже не так сильно. Он чувствовал, что сопротивляться Вэй Ину бесполезно. В его глазах светилась такая заразительная улыбка, что Лань Чжаню стало трудно отказать ему. — Хорошо, — пробормотал он, следуя за Усянем. — Но ты обещаешь, что нас не поймают? Вэй Ин, с весёлым блеском в глазах, подмигнул ему. — Конечно, — сказал он. — Я тебе обещаю. У меня есть свой секретный способ проникнуть в Хогсмид, даже не привлекая внимания профессоров. Уже на подходе к Хогсмиду Вэй Усянь остановился и достал из кармана какой-то отрез ткани. — Это мантия невидимка, — торжественно сказал он. — Подожди, Вэй Ин, ты собрался украсть сладости? — Да мы не украдём, а возьмём. Лань Чжань, ну что? Не умеешь веселиться! — Вэй Ин, — начал Лань Чжань неуверенно, — я не уверен, что это правильно. — Да ладно, Лань Чжань, — Вэй Ин улыбнулся и положил руку на плечо Лань Чжаня. — Мы ведь всего лишь немного повеселимся. Он заглянул в глаза Лань Чжаня, ища в них согласие. Ванцзи не мог отказать Вэй Ину в его просьбе. Он видел, как ярко он хотел подарить ему радость, и ему не хотелось его разочаровывать. — Хорошо, — согласился он наконец. Вэй Усянь довольно засмеялся и одел на них мантию невидимку. Они оказались погружены в густой туман, который скрывал их от внешнего мира. — Теперь мы невидимки, — прошептал Вэй Ин с весёлым блеском в глазах. — Пошли. Он потянул Лань Чжаня за собой в Хогсмид, и тот почувствовал, как у него замирает дыхание от этого волнующего приключения. Они прошли мимо кафе «Три Метлы», мимо магазина «Шутки Всех Сортов» и мимо магазина «Сладкие Продукты». Вэй Ин вёл себя так, как будто он был здесь уже сотни раз. Он знал, где что находится, и какие сладости где продаются. — Лань Чжань, — сказал он, останавливаясь перед витриной с пирожными. — Вот тебе пирожные с заварным кремом. Выбирай, какое хочешь. Лань Чжань осмотрел витрину. Он не мог устоять перед соблазном вкусных и красивых пирожных. Он выбрал пирожное с ягодным кремом и с нежностью глянул на Усяня. — Спасибо, — прошептал он, чувствуя, как у него по щекам поднимается румянец. Вэй Ин улыбнулся ему в ответ. — Лань Чжань, ну что ты смущаешься как девчонка? Ванцзи, покрасневший ещё сильнее, неловко отмахнулся. — Я… просто… — он запнулся, не найдя слов. Вэй Ин рассмеялся и похлопал Лань Чжаня по плечу. — Не волнуйся, — сказал он. — Просто у тебя очень милое лицо, когда ты смущаешься. Он подмигнул Лань Чжаню и поднёс ему пирожное. — Попробуй, — сказал он. — Ты уже, наверное, забыл, какой вкусный у него крем? Лань Чжань, несмотря на неловкость, откусил кусочек пирожного. Вкус был настолько нежным и приятным, что он не мог удержаться от улыбки. — Вкусно, — прошептал он. Вэй Ин довольно улыбнулся. Он любил видеть Лань Чжаня счастливым. — Я тебе говорил, что тебе понравится, — сказал он. — А теперь давай пойдём в «Шутки Всех Сортов». Я хочу посмотреть, какие новые штуки там появились. — Подожди, ты уже был раньше в Хогсмде? — Был, и не раз. Но это секрет! Лань Чжань, всё ещё смущенный, посмотрел на Вэй Усяня с недоверием. — Как? Ведь тебе ещё не разрешено ходить в Хогсмид. Вэй Ин, загадочно улыбнувшись, пожал плечами. — У меня есть свои способы, — сказал он, подмигивая. — Но это тоже секрет. Тебе не обязательно всё знать. Он потянул Лань Чжаня за собой, не давая ему задать ещё вопросы. — Пошли, — сказал он. — Там столько интересного, что тебе не когда будет спрашивать. Лань Чжань ещё раз вздохнул. Он понимал, что Вэй Ин не хочет делиться с ним всеми своими секретами, и он не стал настаивать. Он доверял Вэй Ину и был уверен, что он ничего не делает плохого. Они вошли в магазин «Шутки Всех Сортов», и Лань Чжань не мог удержаться от удивления. Магазин был переполнен самыми разнообразными вещами: от шуточных палочек и шапок до говорящих лягушек и магнитных мячей. — Смотри, Лань Чжань, — сказал Вэй Ин, показывая на полку с шуточными палочками. — Тут есть палочка, которая изменяет голос! Представь, какие шутки можно пошутить с её помощью! Лань Чжань улыбнулся, представляя себе, как Вэй Ин изменяет свой голос и подшучивает над ним. — Вэй Ин, — сказал он, качая головой. — Ты всегда находишь приключения там, где их нет. Усянь засмеялся и подмигнул Лань Чжаню. — Это называется жизнь, — сказал он. — А жизнь без приключений — это скука. Он потянул Лань Чжаня за собой дальше по магазину, показывая ему все самые интересные вещи. Лань Чжань был рад, что он мог провести этот вечер с Вэй Ином. Он чувствовал, что он постепенно расслабляется и начинает радоваться жизни, как Вэй Ин.

***

— Лань Чжань! У тебя… Щёки красные, и шея. Похоже, у тебя действительно аллергия. Лань Чжань взглянул на своё отражение в воде и грустно вздохнул. Они с Вэй Ином съели слишком много, а Лань Чжань не мог заставить себя остановиться. Он расстегнул рубашку, рассматривая красные пятна на груди и руках. — Лань Чжань, тебе нужно к мадам Помфри. — Я знаю, — сказал Лань Чжань. — Но я не хочу идти. — Почему нет? — спросил Вэй Ин. — Она сможет тебе помочь. — Потому что… — Лань Чжань замялся. — Потому что я не хочу, чтобы она видела меня таким. — Таким каким? — не понял Усянь. — Больным, — сказал Лань Чжань. — Слабым. — Лань Чжань, ты не больной и не слабый, — сказал Вэй Ин. — Ты просто немного покраснел. — Но это же позор, — ответил Лань Чжань. — Для заклинателя быть больным — это позор. — Чушь, — возразил Усянь. — Быть больным — это не позор. Это просто значит, что ты человек. Живой человек. Лань Чжань, сжав кулаки, попытался скрыть свою тревогу. — Вэй Ин, это… это не так страшно. Я просто немного переел. Завтра всё пройдёт. Усянь, с нескрываемым беспокойством, положил руку на плечо Лань Чжаня. — Лань Чжань, не нужно геройствовать. Мадам Помфри — лучшая целительница в мире, она точно сможет тебе помочь! Лань Чжань, вздохнув, сдался. Он понимал, что Вэй Ин прав. Он не хотел волновать своего друга, но его собственный гордый характер мешал признать, что он нуждается в помощи. — Ладно, — сказал он, покорно кивая. — Только, пожалуйста, не рассказывай об этом никому. Вэй Ин, улыбнувшись, погладил Лань Чжаня по голове, тем самым вызвав его удивление. — Не переживай, — сказал он. — Я никому не скажу ни слова. Они успешно дошли до Больничного крыла, где мадам Помфри дала Лань Чжаню таблетки и сказала быть осторожнее с едой. В коридоре на них налетела Ли Мэй. — Вы оба где были? Вэй Ин, профессор МакГонагалл тебя ищет! — Что случилось? — Усянь немного побледнел. — Откуда я знаю? Иди быстрее, она в своём кабинете. Это вроде бы на счёт квиддича. — Лань Чжань, увидимся, — Усянь махнул другу рукой и побежал к кабинету профессора. — Профессор, вы искали меня? — получив разрешение, Вэй Ин зашёл. — Да, мистер Вэй. Я не буду спрашивать, где вы были. Я позвала вас, чтобы сказать вам кое-что. Новость неприятная, но вы должны принять её. — Я слушаю, профессор, — Усянь, на всякий случай, присел на стул. — Вы исключены из команды по квиддичу. Это решение совета профессоров. — Почему? — почти выкрикнул Вэй Усянь. — А в чём я провинился? У меня хорошая успеваемость, и на прошлой неделе матч мы выиграли! И… И замечаний от учителей у меня практически нет! — Мистер Вэй, мне жаль. Я была против, но… — профессор МакГонагалл вздохнула. — Совет решил, что ваше поведение на поле слишком агрессивное и опасное. Они считают, что вы ставите под угрозу других игроков. — Но это неправда! — запротестовал Вэй Усянь. — Я никогда никого не хотел подвергать опасности! — Я знаю, мистер Вэй. Я верю вам. Но совет принял решение, и я не могу его отменить. — Но это несправедливо! — воскликнул Вэй Усянь. — Я люблю квиддич! Я не могу без него жить! — Я знаю, мистер Вэй. Мне жаль. Вэй Усянь чувствовал, как его сердце сжимается от обиды. Он не мог поверить, что его исключили из команды, и не мог понять, почему. Он старался изо всех сил, он был хорошим игроком, он любил квиддич больше всего на свете! «Это несправедливо!» — думал Вэй Усянь, смотря в окно. Он смотрел на тренировочное поле, где уже началась тренировка. Его друзья, Гарри, играли в квиддич, а он… Он больше не мог. Вэй Усянь почувствовал, как его глаза наполняются слезами. Он был так зол, так расстроен, что еле сдерживал слёзы. Профессор МакГонагалл молча наблюдала за ним. — Я поговорю с советом, чтобы вам снова разрешили играть Вэй Ин резко повернулся к профессору, его глаза, полные слёз, уставились на неё. — Вы правда думаете, что это поможет? — в его голосе слышалась горечь. — Они уже решили, что я опасен. Что я буду угрожать другим игрокам. Как я могу их переубедить, если я сам не знаю, за что меня обвиняют? Вэй Ин чувствовал, как в его душе зреет буря. Он не хотел просто так смириться с несправедливостью. Он хотел разобраться, что произошло, он хотел знать, кто решил, что он опасен, и почему. Профессор МакГонагалл понимала его чувства. Она сама любила квиддич, и ей было больно видеть, как Вэй Усянь страдает. — Я знаю, что это непросто, мистер Вэй, — мягко сказала она. — Но я верю в вас. И я постараюсь сделать всё, чтобы вы смогли вернуться на поле. В её глазах читалась искренняя забота, и это немного успокоило Вэй Усяня. Он всё ещё был зол, но чувствовал, что профессор МакГонагалл на его стороне. — Тогда я согласен, — произнёс он, опустив взгляд. — Но я хочу знать правду. Кто решил, что я опасен, и почему? Профессор МакГонагалл кивнула. — Я понимаю, мистер Вэй. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь вам. Если нет вопросов, можете идти. Вэй Усянь встал и быстро вышел из кабинета. Он был так зол и расстроен, что чуть не плакал. Он не мог поверить, что его исключили из команды по квиддичу. Это было его любимое занятие, и он не мог представить свою жизнь без него. Вэй Усянь пошел в свою комнату и упал на кровать. Он уткнулся лицом в подушку и заплакал. Он не знал, что ему делать, не мог поверить, что совет профессоров принял такое несправедливое решение. — Вэй Ин, что с тобой? — Гарри и Рон сразу же подошли к другу, когда вошли в комнату. — Меня исключили из команды, — не отрывая лицо от подушки проговорил Вэй Ин. Гарри с Роном переглянулись. — Но почему? — спросил Гарри. — Ты хороший игрок, благодаря тебе мы выигрывали все матчи! — Потому что совет профессоров считает, что я слишком агрессивен на поле, — всхлипнул Вэй Ин. — Они говорят, что я подвергаю опасности других игроков. — Но это неправда! — воскликнул Гарри. — Ты никогда никого не хотел подвергать опасности! — Я знаю, но они мне не верят.