Спасибо за то, что ты есть

***

— Что ты думаешь делать дальше? — В плане? — не понял Ромка. — В плане нашего общения. Как нам его дальше выстраивать? — Я ведь сказал, что хотел бы быть твоим другом, значит и выстраивать дружеское общение. — М, — Даня отвернулся, незаметно поджимая губы и через некоторое время сказав, — Я, наверное, уже пойду, а то коменда не пустит.       Ромка поднял взгляд вслед за вставшим на ноги Даней и несколько секунд молчал, прежде чем сказать: — Да, конечно.       Ромка проводил Даню до лестничной клетки, где они ещё более неловко попрощались. Дане хотелось как можно быстрее убраться оттуда. Но не меньше он хотел бы остаться с Ромкой ещё на немного. Одновременно в нём спутались все чувства. Он, может, и остался бы с ним подольше, особенно, увидев Ромкино выражение лица, когда он засобирался домой, но Даня понимал, что не может. Не сейчас. Как бы он с ним не боролся, но его не отпускало ощущение предательства и обиды. Возможно, где-то рядом маячило и разочарование, но до него он бы точно дошёл, если бы остался.       Да, он сам понял и принял Ромкину позицию, сам согласился на условия быть ему другом, но что-то вязкое и жгучее в груди не давало ни спокойствия, ни чувства удовлетворения от того, что они наконец поговорили на эту тему. Пролетая этажи на бегу, он хотел скорее оказаться на улице, чтобы холодный вечерний ветер привёл его в себя, прогнал все болезненные мысли и освободил от этого гнетущего чувства внутри. Даня понимал, что не имеет права обижаться на Ромку, что на него повлияли события прошлого, но он не мог смириться с тем, что Ромка не учёл, что те же события повлияли и на него. Даня был таким же их участником и тоже понёс потери, возможно, даже бóльшие, чем Ромка.       Остановившись на последней ступеньке у подъезда, Даня зажмурился, подняв голову вверх, пытаясь справиться с эмоциями и не дать им выйти наружу. Она снова вернулась. Эта боль, что он уже чувствовал однажды, когда его оставили одного. Хоть сейчас он уже не был одинок, и Ромка оказался здесь, но после его слов ощущение создавалось прямо противоположное. На душе было тяжело от осознания своей ненужности человеку, отсутствие которого чуть не довело его до непоправимого шага.       Становится больно от осознания того, что человек не заинтересован в тебе настолько, насколько ты в нём. И ты ничего не можешь с этим сделать. И это чувство, будто ты навязываешься человеку, а он из вежливости продолжает с тобой общаться, раздирает тебя изнутри. Будь ты хоть трижды самым любезным и добрым, если человеку в тягость твоё общество, это ничем не исправить. И как ни старайся быть удобным, в один момент этот человек просто исчезнет из твоей жизни, выбирая тех, кто действительно приходится ему по душе. И как бы ни было больно и обидно, поступит правильно. Ведь в первую очередь нужно выбирать себя и свой комфорт.       Но бывает, что человек даже не подозревает о том, что с ним общаются только из вежливости, и принимает всё за чистую монету, всё больше отдавая себя без остатка, как ему кажется, дружбе. И когда такое происходит, самое жестокое, что может сделать мнимый друг — продолжать держать человека в неведении до тех пор, пока не оборвёт все связи без каких-либо объяснений.       Данины мысли путались, но он не хотел думать о том, что что-то из этого было их с Ромкой случаем. Он не позволял себе даже заикаться о том, что Ромка мог обесценить всё, что между ними было в прошлом и теперь не хотел иметь с Даней ничего общего. Он надеялся на лучшее. Что в нём всё ещё осталась частичка того Ромки, который когда-то влюбился в него несмотря на все недостатки и сложности.       Даня не понимал причин, из-за которых Ромка не принял его признание, но не мог выбросить из головы его слов: «Но и не думай, что отсутствие ответа что-то значит»       «Блять, да иногда именно отсутствие ответа и есть ответ»       Запутанный в собственных мыслях, он помнил лишь, как несколько раз подряд попал на красный свет светофора, застряв на одном месте, как из-за этого мысленно матерился, но уже не помнил, как добрался до общежития, как по пути зашёл в супермаркет, как выключил телефон, и как уговорил Лёшу напиться вместе с ним. К счастью, его сосед был самым лёгким на подъём человеком, и дважды просить его ещё ни разу не приходилось. — Если я захочу его забрать, отруби мне руку, — протягивая телефон Лёше, дал ему указания Даня.       Ему было плевать на то, что учебная неделя только началась, что они пили всего день назад, и что алкоголь ещё вряд ли выветрился из организма. Сейчас он хотел бы и вовсе бросить нынешних друзей, учёбу и уехать в родной город, где бы он забылся в воспоминаниях и жил прошлой жизнью, пусть и ненастоящей. Но в глубине души понимал, что не может так поступить, поэтому и довольствовался тем, что мог себе позволить, лишь временно заглушая боль высоким градусом.       Закончилось всё тем, что Даня всё-таки стал требовать назад свой телефон, желая дозвониться до Ромки и рассказать о том, что он чувствует, попробовать достучаться и убедить его начать сначала. Но Лёша, как доблестный и верный друг, даже под гнётом угроз не сдался и не отдал телефон в руки его владельца. И только утром, когда Лёша не смог избавиться от назойливого и противного сигнала чужого будильника, кинул его в крепко спящего Даню, который, судя по всему, и не собирался вставать. — Я никуда сегодня не пойду, — буркнул он, пока Лёша надоедливо слонялся вокруг, и каждый раз проходя мимо, пытался растолкать сонного Даню. — Почему мне кажется, что это уже было? — не раскрывая глаз, Даня сел на край кровати, вспоминая, что он вообще должен делать. — Потому что благодаря кое-кому мы скоро сопьёмся. Давай вставай, пьянчуга, — Лёша потрепал Даню по волосам и вышел из комнаты, дожидаясь его внизу.

***

Spa Ce Не хочешь встретиться?       «Хочу. Но и не хочу тоже»       Даня убрал телефон в портфель и, переодевшись в просторную футболку и спортивные штаны, отправился на площадку. Прошла неделя после их разговора, в течение которой никто из них так и не решился написать первым. В последнее время Даня заметил, что физические нагрузки — самый действенный способ борьбы с навязчивыми неприятными мыслями. Только потратив большую часть энергии, он начинал чувствовать себя лучше, тело приятно расслаблялось, а голова становилась лёгкой и будто освобождённой от тяжёлых оков.       Спустя несколько часов, окончательно успокоившись от неожиданного Ромкиного сообщения, Даня решился ответить. В какой-то момент ему показалось, что Ромка уже не объявится, поняв, что Даню не совсем устраивают его условия общения, однако «новый» Ромка стал намного настойчивее, нежели раньше, чем продолжал удивлять Даню.       Он понимал, что каждая их встреча теперь будет приносить ему немало боли, но в то же время был рад, что сможет просто находиться рядом, ведь какое-то время назад он был лишён даже этого. Даня почти смирился со своей ролью, поэтому решил просто идти по течению, доверяя штурвал Ромке. Встречаться с человеком, которого любишь, — это прекрасно, но встречаться с ним и при этом не иметь возможности проявить свои чувства, — задача не из лёгких, но Даня решил попробовать справиться и с ней. Кто знает, может, у них и правда получится стать друзьями?

Вы

Давай

      Встретились они, уже по обыкновению, на нейтральной территории, откуда строили дальнейший маршрут. Сегодня Ромка предложил просто пройтись по городу, не определяя какую-то конкретную точку назначения и ссылаясь на то, что вернуться ему придётся раньше, так как ночью ему нужно на подработку. Даня не спорил, ему было не принципиально, куда идти, и вообще всю прогулку он был в своих мыслях, до сих пор раздумывая, а правильно ли он поступает. Когда уже окончательно стемнело, Ромка, заприметив ярко-жёлтую вывеску, предложил зайти в попавшийся по пути фастфуд. — Что будешь? — спросил он, когда они встали в очередь, рассматривая меню на интерактивных экранах позади кассы. — Я возьму фри и сок. — Яблочный? — Да, — увидев, как Ромка улыбнулся, Даня спохватился, — Ты же не думаешь оплатить весь заказ сам? — Почему нет? — Ладно, — согласился Даня, уже продумав, как вернёт деньги за заказ.       Очередь подошла незаметно, и потребность снова заговорить появилась, когда девушка-кассир спросила, нужно ли упаковать еду на вынос. Ромка вопросительно глянул на Даню, ожидая его решения. — Нет, не нужно, — оглядевшись по сторонам, ответил он, отметив для себя много свободных мест в зале.       Дождавшись своего номера, парни забрали подносы и направились к высокому круглому столику почти в самом углу помещения вдали от немногочисленных посетителей. Зал был разделён надвое, один, в котором остались Даня с Ромкой, был более простым, а второй отличался тем, что имел более низкие столы и мягкие сидения по обеим сторонам, стояли они под слишком яркими лампами, что привлекало бы много внимания, поэтому они решили остаться в первом зале, где казалось уютнее. — Будешь? — Даня протянул Ромке картонную коробочку, из которой торчала соломка картошки фри. — А, не, спасибо, — Ромка улыбнулся, но отказался, он взял себе сырные палочки с соусом и колой, — Я её ещё ближайший год видеть не смогу. — Почему? — спросил Даня, откусывая кусочек. — Просто, когда я вышел... Ну, ты понял, откуда... Я только ею и отъедался, — Ромка снова улыбнулся, будто вспоминая что-то очень приятное, но говоря ровно о противоположном.       Дане стало неловко, и он решил не продолжать эту тему. — А.. Чем занимаешься сейчас в свободное время? — У меня его не так много, но если выдаётся, то практикуюсь в чертежах или читаю. А, ну ещё иногда прогуливаюсь, — Ромка наклонился к стаканчику с колой, исподлобья улыбнувшись Дане, как бы намекая на их прогулки. — Кстати, у тебя же остался прежний номер? — свернул с темы Даня, чтобы снова случайно не испортить всю атмосферу. — Нет.       «Блять» — Данин план по возвращению денег за заказ провалился, едва он сделал первый шаг к его исполнению.       Задав себе установку «придумать что-то другое», он думал о том, с какой скоростью получит отказ, если попросит номер для перевода напрямую. — А у тебя? — Снова заговорил Ромка, — Появились новые увлечения?       «Литрбол считается?» — Да как-то не особо. Ну, может, спортом стал чаще заниматься, а так нет. Ничего нового. — А, вас же ещё, наверное, профессия обязывает? — Ну да. Будь ты хоть с айкью за двести, если не будет достаточной физической силы, то ты там бесполезен. Поэтому тренировки тоже важны.       Ромка внимательно слушал, не отводя взгляда, а после, ещё какое-то время посмотрев на смутившегося от такого внимания Даню, серьёзно, но с улыбкой сказал: — Я рад, что ты всё-таки пришёл к своей мечте. Правда. — Угу, — Даня отвёл свой взгляд из-за невозможности больше поддерживать зрительный контакт, но Ромка не собирался останавливаться, только добивая его сильнее. — Надеюсь, ты сможешь, наконец, стать счастливым благодаря этому.       «Я бы мог стать счастливее гораздо раньше и благодаря другому...» — Да, спасибо. Непременно стану, — Даня допил сок, отставляя пластиковый стакан на поднос.       «Есть ли смысл гнаться за человеком, которому всё равно?»       «Ладно, ему не всё равно. Точнее, ему безразличны мои чувства, но при этом не все, а только романтические, в остальном же он кажется заинтересованным. Но почему я не могу также? Если он так легко отпустил прошлое, как теперь это сделать мне? Так ведь будет лучше..?»       Закончив с едой, они стали собираться. Идя к стойке приёма использованной посуды, Даня боковым зрением заметил взгляд, направленный на него, а после услышал, как его окликнул знакомый женский голос. Оказывается, во втором, соседнем зале всё это время была Дубровина с подругами. Поставив поднос на место, Даня повернулся к ним, но прежде посмотрел на Ромку. — Это мои знакомые с академии, — объяснился он, — Подойдёшь? — Нет-нет, — Ромка натянул улыбку, — Я здесь подожду, иди.       Задержав свой взгляд ещё на какое-то время, Даня кивнул и направился в другой зал. — Привет, — дружелюбно улыбнулась девушка подошедшему Дане, — Ты как здесь? — Привет, — практически одновременно с подругой поздоровалась Настя, щёки которой медленно налились румянцем. — Привет. А, да я с другом, — он машинально обернулся в сторону стоящего неподалёку Ромки, — Зашли по пути.       Обе девушки повернули головы следом, заинтересованно рассматривая незнакомого парня. — А.. Вы с Лёхой разве не собирались сегодня встретиться? — попытался отвлечь их Даня, поняв, что нужно как можно быстрее сменить фокус их внимания. — Ой, да у него там какие-то дела появились, поэтому мы тоже решили с Настей выбраться. — А вы, может, к нам сядете? — негромко предложила Настя, но Даня лишь улыбнулся, вежливо отказавшись. — Ладно, мы уже пойдём, — он начал отходить от их столика, — Увидимся на учёбе. — Пока-пока! — ответила ему Дубровина, пока Настя сверлила взглядом спины обоих парней. — Не переживай, может, в другой раз получится, — ободряюще начала Дубровина, поглаживая затихшую подругу по плечу.       Ромка стоял неподалёку и рассматривал здешний интерьер и различные стенды на стенах, когда к нему вернулся Даня. — Пойдём? — Ага.       Пока они сидели в бистро, на улице стемнело теперь уже полностью, а температура снизилась ещё на пару градусов от слегка разыгравшегося ветра. Но даже несмотря на это внутренние ощущения больше не казались холодными и болезненными, на их место пришло какое-то странное и неожиданное умиротворение. Даня не знал, откуда оно взялось, да и выяснять это ему сейчас вовсе не хотелось. Они шли по тротуару, подсвеченному со стороны проезжей части, мимо высоких и не очень зданий, какие-то из них наталкивали на короткий разговор, не несущий в себе никакого смысла, но при этом создавал ощущение близости с человеком, идущим рядом. Будто они и правда снова стали хорошими друзьями, гуляли допоздна и болтали ни о чём, будто и не было этих двух лет разлуки и боли. Во время одного такого разговора Даня признался себе, что просто дружить тоже неплохой вариант, и в данной ситуации он был ещё и самым подходящим.       «Если он так хочет, то пусть так и будет»       Даня поднял взгляд в бескрайнее тёмное небо, когда они остановились на одном из светофоров. Прохладный ветер приятно освежал кожу и мысли в голове. Загорелся зелёный, Даня глубоко вдохнул и сделал шаг.

***

      Конец мая оказался богат на различные события как в учебном плане, так и городском. После первых тренировочных зачётов студентам хотелось получить хоть и короткий, но заслуженный перерыв. И как раз в это время в центральном парке проводился праздник, посвящённый началу долгожданного лета. По большей части, это мероприятие устраивалось для детей, но и взрослые не были против развеяться на выходных. С последней совместной прогулки Ромка с Даней больше не виделись, а только списывались, узнавая друг у друга по очереди, как прошёл день.       Будто ожидая повода для встречи, они на подсознательном уровне были готовы сразу согласиться, кто бы из них не изъявил инициативу, именно поэтому около семи часов вечера парни уже стояли вместе рядом с небольшими продуктовыми ларьками. — Привет, держи, — Ромка протянул Дане бумажный стакан с трубочкой из кафе быстрого питания. — Ты в курсе, что мы уже как бы не совсем дети? — Даня скептически отнёсся к затее Ромки, но стакан всё же принял. — Конечно, — он хитро улыбнулся и стукнулся о стаканчик Дани своим перед тем, как отпить.       Даня последовал его примеру и, почувствовав, как в горле стало на удивление горячо, вопросительно глянул на довольного Ромку. — Не дети ведь, да?       Ромка рассмеялся, а Даня... Даня снова удостоверился, что дружить, на самом деле, не такая уж и плохая идея. Когда-то ведь они тоже были друзьями, и им обоим это нравилось, но даже несмотря на это они всё равно смогли переступить черту дружеских отношений. Будет ли в этот раз также, Даня не знал. В последнее время он и вовсе старался больше не думать о прошлом и пытался жить сегодняшним днём со всеми его трудностями и радостями. — Это было... неожиданно. — Ты же знаешь, что сейчас не продадут ничего. Вот я и подготовился, — Ромка снова улыбнулся, довольный собой, а Даня спорить не стал.       Праздничный вечер обещал быть оживлённым. Всё пространство было занято различными площадками: по краям территории расположились палатки с едой и напитками, между ними были игровые секторы для детей, где они могли попробовать свои силы и ловкость в розыгрыше призов, а по центру всего этого стояла широкая, но не слишком высокая сцена, где вот-вот начнут своё выступление приглашённые музыканты. Несмотря на всё разнообразие уже через пару часов это всеобщее веселье и активное движение вокруг начали надоедать, и захотелось тишины и уединения. Вспомнив о том, что недалеко от парка находится спуск к берегу, Даня повёл Ромку на набережную, куда в конце вечера стекутся все желающие посмотреть на праздничный салют.       Парни спустились ближе к воде по массивным ступенькам, выходя на выложенную неширокой тропой тротуарную плитку и всё больше отдаляясь от голосов и громкой музыки, растворяясь в лёгком шуме волн. Пройдя небольшое расстояние, чтобы полностью погрузиться в атмосферу ночного побережья, они остановились у бетонного блока, отделявшего их от реки, молча смотря в непроглядную даль. Отсюда открывался прекрасный вид — почти весь небосвод был как на ладони, видны оказались те созвездия, что невозможно было увидеть из окна многоэтажки, но которые они уже наблюдали вместе, сидя на смотровой площадке в родном городе. — Красиво.. — Даня опёрся рукой о бетонную плиту, присаживаясь на неё и не отрывая взгляда от звёздного неба. — Да, очень, — Ромка смотрел в ту же сторону, что и Даня, но думал будто бы о чём-то другом.       Даня перевёл взгляд на него, с интересом осматривая в полумраке его задумчивое лицо. Раньше он мог подолгу наблюдать за ним, не опасаясь того, что если его заметят, то ему придётся отвернуться. Однако сейчас несмотря на всё это он не собирался разрывать контакт, пусть и односторонний. Ромка стоял, не шевелясь и позволяя Дане хорошенько его рассмотреть. Неожиданно он шумно вздохнул и сел на бетон рядом с Даней. — У вас уже были зачёты? — негромко начал он, удивив Даню темой разговора. Учёба — это точно не то, о чём бы он сейчас хотел говорить. Да и он был бы не против сейчас просто помолчать. — Нет. У нас все аттестационные мероприятия начнутся после недели отдыха. Я уже, кажется, говорил об этом. — Точно. Наверное, — Ромка опустил голову, высматривая что-то интересное под своими ногами. — А у вас уже прошли, получается, да? — Даня решил продолжить его тему, чтобы не ставить Ромку в неудобное положение. — Ага. На днях ещё будут. Только там уже всё серьёзнее. — Удачи тебе, — Даня неловко улыбнулся, но, поняв, что его лицо едва ли видно в окружающей темноте, поджал губы. — Спасибо, — а вот Ромкино лицо можно было не видеть, но всё равно понять, что он улыбается.       Дане его ответ показался искренним, а не наигранным, как было в одну из прошлых их встреч, отчего где-то в груди разлилось тепло. — А помнишь... — Снова тихо начал Даня, — Ту легенду, которую ты рассказывал, когда мы сидели у нас летом под деревом? — Хмм.. Напомни-ка, — повернулся лицом к нему Ромка, слегка нахмурившись, будто старательно пытается вспомнить их давний разговор. — Когда говорил про двойные звёзды. Что одна из них в конечном итоге уничтожит другую... — А, ну так это не легенда, а научный факт. — После этого. Ты рассказывал про, кажется, японскую легенду о паре звёзд, что всегда были рядом, но им никогда не суждено стать настоящей парой. Помнишь такую? — А, точно. Я тогда ещё много сайтов изучил, чтобы ближе познакомиться с культурой изучения звёзд и других космических тел. Хотел впечатлить тебя, — Ромка по-доброму хмыкнул, предаваясь воспоминаниям. — Хах, и у тебя это отлично получилось. Кто бы знал тогда, что мы с тобой однажды станем этими самыми звёздами, да? — Даня же усмехнулся с горечью в голосе.       «Зачем я вообще это говорю?» — Даня мысленно уже жалел, что начал этот разговор, и, пока не поздно, остановился, делая вид, что снова засмотрелся на небо. — Пойдём завтра в кино? — негромко предложил он. — Давай, — Недолго думая, согласился Ромка. — У меня завтра четыре пары, давай сразу после? — Хорошо, у меня три, я подойду к тебе.       Даня кивнул, улыбнувшись.       Тишина, окружавшая парней на берегу, продлилась недолго. Через несколько минут после их разговора, послышались первые голоса идущих из парка на набережную людей, а после их собралась целая толпа, и атмосфера уединения испарилась в воздухе вместе со взрывами салюта в небе.