Там, где ты

      Все голоса и звуки доносились будто издалека. Вэй Ин с большим трудом управлял конечностями и фокусировал взор. Когда ему поплохело, он словно выпал из панорамы восприятия, так что всё происходившее после появления Лань Чжаня на пороге апартаментов Не Хуайсана запечатлелось смазанным пятном красок.       Кое-как справившись с шоком от увиденного, Лань Чжань подхватил Вэй Ина на руки и под наставления хозяина квартиры донёс до ванной комнаты. Толкнув ногой дверь, он вошёл и тем же способом захлопнул её прямо перед носом ахнувшего от неожиданности Хуайсана, после чего усадил Вэй Ина на тумбу рядом с раковиной и включил воду.       Вэй Ин нетрезвым взглядом следил за его мягкими, размеренными движениями. Головокружение то накатывало, то слегка отпускало. Осторожные прикосновения прохладным полотенцем к подбородку, шее и груди одновременно успокаивали и будоражили. Лань Чжань аккуратно обтирал его, устраняя следы досадного происшествия у двери. Обоняние Вэй Ина жадно ловило нотки сандала и амбры, витающие в воздухе. Стук сердца нарастал. В памяти во всех подробностях представала сцена в душе, предшествовавшая его отъезду из поместья Ланей. Невозможно волновало, что страсть Нефрита сосредоточена именно на нём, но параллельно охватывало чувство смятения: вдруг эта одержимость — лишь недолговечная вспышка в тёмном тоннеле жизни, по которому почти вслепую двигался Вэй Ин; вдруг он совершает ошибку, вверяя себя его заботам, и за неё придётся дорого заплатить в будущем?       Заметив, как участилось его дыхание и расширились зрачки, Лань Чжань заботливо приглушил яркость люминесцентных ламп на потолке, так что их обступил лёгкий полумрак. Облизывая горящие губы, Вэй Ин ощущал на языке горечь мяты и ментола. Лань Чжань продолжал нежно касаться его лица и время от времени проводил тёплыми ладонями по его обнажённым плечам. Если бы не обстоятельства, это можно было бы принять за прелюдию. Тело явственно откликалось на бережное и в чём-то эротичное скольжение тонких пальцев Нефрита.       Позволив себе тихий стон, Вэй Ин закусил губу и, набравшись храбрости, поднял глаза на Лань Чжаня. По лицу того ничего не удавалось понять — он как никогда надёжно скрывал все эмоции за отстранённостью и невозмутимостью, что более чем явственно свидетельствовало о его негативном отношении к увиденному ранее.       — Разочарован? — выдавил Вэй Ин хрипло. — Я опять налажал…       Его водило из стороны в сторону от слабости и тумана в голове, так что Лань Чжаню пришлось встать между его разведённых коленей, чтобы страховать от падения. Впервые в жизни Вэй Ину было настолько хреново после употребления алкоголя. Обычно спиртное на него почти не действовало — вне зависимости от количества, — но в этот раз, по всей видимости, сказались неважное самочувствие и пустой желудок, да и мешать весь бар Не Хуайсана до кучи было откровенно скверной идеей.       — Я не планировал напиваться, — вздохнул Вэй Ин. — Это досадная случайность.       Взгляд Лань Чжаня источал холод.       — Я не верю в случайности.       — Я, признаться, тоже, но сегодня вышло именно так.       — Ты сбежал.       — Да.       — В разгар конфликта с Вэнями.       — Я не утверждаю, что поступил мудро.       — Ты издеваешься надо мной или настолько не доверяешь, что готов рискнуть задницей, лишь бы не говорить, куда направился?       Перед Вэй Ином стояла дилемма: то ли высказать Нефриту недовольство его собственническими замашками и сделать больно, то ли наступить себе на горло и проглотить его претензии. Чего точно не хотелось — оправдываться и каяться, а Лань Чжань, вероятно, ждал от него именно этого, чтобы оставить досадный инцидент позади и больше не возвращаться к нему.       — Наехать вздумал? — поддавшись пьяной запальчивости, взбрыкнул Вэй Ин. — Тогда давай начистоту! Сначала ответь: кто я для тебя?       — Ты знаешь кто.       — Отлично! И ты сам доверяешь мне целиком и полностью?       — Разве я дал повод сомневаться?       — Дал. Я вроде как сообщил, что хочу встретиться с другом. Помнишь, как ты себя повёл? Так вот, Лань Чжань, со мной эта херня не проканает. Свои понты, миллионы и замашки рабовладельца оставь себе, а при мне пусть останется моя свобода.       Лань Чжань дёрнулся, словно получил разряд тока. Вэй Ин шумно потянул носом воздух. Онемевший рот вязало холодом убойного ментола, горло першило, но он всё равно продолжал:       — Я, конечно, до глубины души польщён твоим предложением руки и сердца, но если рассчитываешь запереть меня в своих хоромах как кролика и выгуливать в лучшем случае на поводке, я пас.       Взгляд Лань Чжаня замер и, чудилось, начал гаснуть. В нём без труда читались ошеломление, растерянность, боль.       — Зачем ты так говоришь? Если хотел выпить в компании приятелей, сказал бы прямо, я бы…       Вэй Ина окатило всплеском противоречивых чувств и прорвало злым смехом.       — Что ты бы?! Согласился и отправил меня к ним с богом? Или никуда не отпустил, а пообещал ликёроводочный завод или шато во Франции?! — рявкнул он, в сердцах всё-таки ткнув Лань Чжаня носом в постоянные попытки улаживать любую проблему деньгами. — Почему-то больше верится во второе.       Вэй Ин превосходно отдавал себе отчёт, что деньги в самом деле решение если не всех вопросов, то многих, но в эти секунды просто не мог контролировать теснящую грудь досаду. Все прошлые дни в нём копились боль, страх, тревога о том, что их ждёт впереди, и, вызрев, этот клубок тёмных чувств непроизвольно рвался наружу.       Сияние глаз напротив сменялось ледяной пустотой. Через силу прерывая задумчивое молчание, Нефрит испытующе посмотрел на Вэй Ина и без выражения произнёс:       — Ты поэтому сбежал? Искал способ обосновать отказ?       — Что?       — Ты не хочешь быть моим?       — Зависит от того, что ты вкладываешь в это. Знаешь, сколько раз меня пытались купить? — Вэй Ин дико хохотнул. — Сказать — не поверишь! Когда работаешь в клубе и ночи напролёт приходится красоваться перед толстосумами ради их одобрения и чаевых, поневоле становишься предметом особого торга!       Лицо Лань Чжаня исказилось мукой. На глаза Вэй Ина неожиданно для него самого навернулись слёзы.       — А догадываешься, что происходит, когда «властелинам мира» говорят «нет»?       Его снова затошнило, хотя рвать было нечем. От резкого спазма боль в прооперированном боку взвилась до небес. Вэй Ин зашипел и судорожно вздрогнул, отклоняясь назад и вбиваясь лопатками в стену, да так, что задетая им красивая зеркальная подставка слетела с креплений и осыпалась мелкой крошкой на тумбу и раковину. Благо, она была из безосколочного стекла и не могла причинить вред.       Лань Чжань попытался прикрыть Вэй Ина собой. Когда стало ясно, что тому ничего не грозит, он стряхнул с плеча поблёскивающие кусочки и вернулся в прежнее положение. Воцарилась относительная тишина. Даже музыка, отчётливо доносившаяся в ванную, вдруг отошла на второй план. Рука Лань Чжаня, сжимающая полотенце, зависла в неподвижности — он больше не осмеливался касаться Вэй Ина, всё ещё учащённо хватающего ртом воздух.       — Я бы не стал тебя ни к чему принуждать силой. Никогда, — напряжённо уронил Нефрит. — Прости, если заставил думать, что ты не можешь общаться с друзьями.       Болевая встряска слегка отрезвила и привела Вэй Ина в чувство. Он запоздало осознал, что незаслуженно наговорил гадостей, и более того, выказал нежелание заключать брак, которым так горел Лань Чжань, — и это после того, как, не сказав ни слова, слился под покровом ночи на краденом байке, чтобы встретиться с приятелями. И для чего было упоминать клуб и грязные подкаты некоторых богачей? Какое отношение это имеет к текущей ситуации? Окунувшись мысленно в случай из прошлого, от которого по телу независимо от состояния катилась дрожь и тянуло обняться с унитазом, Вэй Ин резанул себя по больному и не мог отделаться от ощущения, что проваливается в чёрный тоннель без конца и края.        Лань Чжань после его выпада сделался белым как снег. Голова свесилась на грудь, как если бы он стремительно и до крайности ослабел.       — Я хочу узаконить наши отношения не потому, что таким образом пытаюсь тебя купить, подчинить себе и подавить как личность. Твоё желание встретиться с другом я не поддержал из-за того, что беспокоюсь о тебе. Нападки Жоханя никто не отменял.       В душе Вэй Ин наградил себя подзатыльником. Укоряя Лань Чжаня, он почувствовал себя ещё более отстойно. Самым разумным было принять ответственность за тупое поведение и принести извинения, а не вменять человеку, пытающемуся облегчить его жизнь, что «богачи — моральные уроды и сволочи».       — Я — идиот, — поморщился Вэй Ин.       Безмятежность на лице напротив подёрнулась рябью сомнения.       — Нет, похоже, идиот это я, — надломленно прозвучало секундой позже.       — Перестань. Забудь, что я говорил. Я виноват — по-тихому смылся, потому что решил, ты рассердишься, если узнаешь о Вэнь Нине, и ко всему нализался, как какой-нибудь школьник-ботан, впервые дорвавшийся до бухла, — сражаясь с непослушным языком, объяснял Вэй Ин, но острый как нож взгляд Лань Чжаня безмолвно кричал, что сказанное им раньше уже осело токсичным илом в его мозгу.       — Тебе не нужно подстраиваться и отказываться от прежних увлечений в общении со мной, но лучше, если ты будешь доносить это до меня другим способом.       Вэй Ин ещё больше разволновался. Стыд топил его, как внезапно вышедшее из берегов море. Каким бы зашкаливающим ни был уровень стресса, толкнувшего его на совершённые и высказанные глупости, Лань Чжань этого не заслуживал. Вэй Ин с растущей как на дрожжах тревогой вглядывался в обманчиво бесстрастное лицо.       — Послушай, я не собирался бедокурить, честно. Мне просто нужна была передышка.       Лань Чжань широко распахнул глаза. По плотно сжатым губам пробежала судорога.       — Я тебя услышал, — справившись с собой, холодно уронил он, механически продолжая приводить Вэй Ина в приличный вид, хотя его пальцы, как показалось последнему, начали заметно подрагивать. — Чтобы я оставил тебя в покое, не обязательно сбегать.       — Дьявол дери! Я имел в виду вовсе не это!       — Довольно! — рыкнул Лань Чжань, внезапно стукнув кулаком по тумбе, так, что та вместе с Вэй Ином подпрыгнула. — Я дам тебе передышку от себя, но сначала надо решить кое-какие вопросы.       Несмотря на дурман в голове, Вэй Ина вдруг разобрало сумасшедшим беспокойством. Он знатно напортачил: провернул обидную выходку сразу после того, как между ним и Лань Чжанем случилась очередная близость, и ещё умудрился обрушиться упрёками, только дополнившими ширящееся недопонимание между ними. Словно в подтверждение Лань Чжань, прилагая усилие, произнёс:       — Я перестал понимать, что тобой движет. Ты сказал, что любишь, и я думал…       Он проглотил окончание фразы. Маска непоколебимости треснула, обнажив скрытый вал чувств. Перед Вэй Ином предстали кипящие в крутом вареве смущение, боль и растерянность.       — Если не хотел, чтобы я тебя трогал, зачем предложил пойти в душ и провоцировал? — едва слышно слетело с губ Лань Чжаня.       Глаза Вэй Ина полезли из орбит. В виски ударила кровь. Послушав его пьяные бредни, Лань Чжань истолковывал себе его побег и попойку как следствие их эмоционального секса в душе, к чему автоматически добавилось неудачное упоминание клуба и остального.       — Да нет же, Лань Чжань, — простонал Вэй Ин, ужаснувшись той неразберихе, которая с его подачи начинала твориться в их отношениях. — Я вовсе не потому сорвался сюда, что мне не понравилось, как ты…       — Хватит! — резко оборвал его Лань Чжань, отшвырнув полотенце. — Утром встретимся с Мэн Яо. Поручу ему подыскать тебе жильё. В прежнюю квартиру тебе возвращаться нельзя — слишком опасно.       Он выпалил это на одном дыхании, потом с болью прикрыл глаза и, словно вытаскивая слова клещами, добавил:       — Не волнуйся, я не последую за тобой. Сможешь видеться с друзьями, посещать вечеринки, веселиться, недостатка в средствах у тебя не будет. Единственное, с чем тебе придётся мириться — присутствие людей клана. Пока не состоялся турнир, будешь под охраной.       — Что ты несёшь?! — взорвался Вэй Ин. — Я хоть словом обмолвился, что хочу от тебя свалить?       — Ты показал это поступками, — вымотанно ответил Лань Чжань, растирая ладонями лицо.       — Моя выходка тупая, но ты сейчас тоже тупишь! — доказывал Вэй Ин, но даже через поволоку хмеля различил непривычно глубокую грусть и отчаяние в глазах напротив.       Нефрит качнул плечами, словно стряхивая навалившуюся на них усталость, и отвлечённо помассировал шею.       — Поговорим, как протрезвеешь.       — Хрена лысого! Сейчас всё выясним!       Боясь упустить момент и усугубить нелепость развернувшейся драмы, Вэй Ин собрался опровергнуть выводы Лань Чжаня самым действенным способом — целовать его, пока не оттает, но в его незатейливый план вмешалась вибрация мобильника в кармане Нефрита.       — Звонок, — сообщил Вэй Ин, видя, что последний не торопится ответить и даже не смотрит, кто так настойчиво требует его внимания посреди ночи.       — Забей.       — Вдруг что-то важное.       — Не думаю.       — А если это Сичэнь или твой дядя? — удивился Вэй Ин, а в душе уже шевельнулось дурное предчувствие.       — Когда я покидал дом, всё было спокойно.       — Лучше проверь.       Телефон продолжал издавать назойливый гул. Лань Чжань нехотя запустил в карман руку, выловил трубку и хмуро уставился на неё, словно тот, кто звонил, добивался контакта с ним не впервые за последние часы.       Их с Вэй Ином разделяли всего несколько дюймов, и он, хотя и не нарочно, разглядел надпись на экране: «Сюэ Ян».       — Хуяссе! — воскликнул он от неожиданности.       Лицо Лань Чжаня померкло ещё сильнее. В глазах тенью пронеслась какая-то сильная и весьма сложная эмоция. Вэй Ин мотнул головой, словно хотел развеять дурной сон. Из тёмных глубин его существа поднялась душная волна ярости. Мгновение назад он готов был рассыпаться перед Лань Чжанем в извинениях за то, что перегнул с борьбой за свои права, а теперь, напротив, чувствовал прилив негодования и клокочущей злобы. Вспомнились недавние слова Не Хуайсана, а он, как правило, в выводах не ошибался, ведь находился в курсе всех слухов и сплетен, большинство из которых имели под собой реальное основание.       — Как мило, — процедил Вэй Ин, прошитый уколом ревности. — Ты с этой сволочью на созвоне?       Лань Чжань, хотя и не фонтанировал эмоциями, выглядел так, словно его поймали с поличным.       — Нет, — произнёс он совершенно неубедительно.       — По-твоему, я в глаза долблюсь? — горячился Вэй Ин, толкнув его ладонями в грудь. — Я не настолько ужрался.       Он покинул своё место, выпрямился и даже сумел удержать равновесие.       — Это полный пиздец! Сюэ Ян чуть не урыл нас и сдал картелю с наилучшими пожеланиями, а теперь названивает, чтобы поболтать?       — Не представляю, что ему нужно.       — Так узнай, бля! Давай, ответь на звонок!       Лань Чжань почему-то медлил и мялся, и чем дольше это продолжалось, тем больше заводился Вэй Ин, чьё сердце разъедал яд крепнувших подозрений. Адреналин зашкаливал, переполнял гнев. Каждый волосок на голове встал дыбом при мысли, что Лань Чжань в прошлом в действительности имел отношения с Сюэ Яном, но по неизвестной причине скрыл это.       — Удивлён, что в твоей телефонной книге записан его номер, — с вызовом хмыкнул Вэй Ин. — Неужто там весь штат подчинённых главы Вэнь по списку?       Лань Чжань не торопился давать пояснение странному обстоятельству, что только подливало масла в огонь пожирающей Вэй Ина ревности.       — Почему не снимаешь? — с досадой вопрошал он. — Боишься, услышу что-то лишнее?       — При чём здесь это?       — Не хочешь при мне трепаться, так и скажи. Могу свинтить и не мешать.       — Успокойся. У меня нет с Сюэ Яном никаких дел.       — Похоже, ты ему забыл об этом сообщить, — насмешливо бросил Вэй Ин, отметив, что звонивший не сдаётся и плевать хотел, что время звонка для постороннего человека совершенно неуместное.       Видно, Сюэ Ян себя посторонним не считал и более того — не принимал в расчёт, что Лань Чжань может не снять.       — Он уже набирал сегодня, не так ли? — допытывался Вэй Ин.       В горле стоял ком, который никак не удавалось сглотнуть. Лань Чжань молчал, угрюмо взирал на дисплей и в замешательстве что-то обдумывал. Вэй Ина охватила почти что паника.       — В чём загвоздка? — понукал он, наблюдая, как тот колеблется, и всё больше погружался во мрак отнюдь не радостных предположений: — Не вынуждай кореша ждать!       — Ян мне не кореш.       — А выглядит, будто — да! И ему наверняка не терпится обсудить, как ты смотался к картелю и почему так быстро вернулся!       По лицу Лань Чжаня было сложно понять, хочет ли он отозваться на звонок, но он точно не спешил его отклонять, и это более всего поразило Вэй Ина. От избытка спиртного в крови и захлёстывающего раздражения кружилась голова. В ушах зашумело. Он внезапно осознал, что не владеет ситуацией и даже не въезжает в её суть.       — Выходит, вы правда тёрлись с ним когда-то, — выдал Вэй Ин поражённо, всё ещё отказываясь верить в подобный расклад.       — Что значит «тёрлись»? — вскинул на него недоумевающий взгляд Лань Чжань.       — Не коси под дурака. Ты прекрасно понял, о чём я!       Вэй Ина жарко захлёстывала злость, а алкоголь придавал остроты возмущению.       — С хера этот мудень звонит тебе посреди ночи как к себе домой?!       — Не знаю.       — А мне кажется, знаешь!       Ещё полминуты Сюэ Ян продолжал настойчиво звонить, Лань Чжань, ничего не поясняя, тянуть время, а Вэй Ин беситься, погружаясь в состояние на грани взрыва. Последний запоздало сознавал, каким глупым и беспомощным, должно быть, выглядел, вскипая эмоциями и ярко демонстрируя небезразличие к происходящему. В душе Вэй Ина сгустилась чернильная мгла. Лань Чжань склонял его к браку, отсасывал в ванной, притащился за ним на Манхэттен среди ночи, но явно не собирался беседовать с Сюэ Яном в его присутствии, и причина такому поведению могла быть лишь одна: ему действительно было что скрывать!       От такого вывода стало совсем херово. В прооперированном боку ощутимо заныло. Обзор перед глазами слегка покачнулся. Понимая, что недалёк от того, чтобы грохнуться в обморок от напряжения, Вэй Ин не стал дожидаться этого. Ночь выдалась на редкость богатой на огорчения — он уже выставился перед Лань Чжанем троекратным дурнем, а охваченный ревностью, ощутил себя ещё более жалким. Чтобы избежать дальнейшего унижения, и прежде всего — в собственных глазах, Вэй Ин, больше ничего не говоря, насколько мог быстро направился прочь из ванной.       Лань Чжань не попытался его остановить и не последовал за ним.