Глава 8 Большой босс
29 апреля 2024 г., 22:37
Отношение к Ламии сильно изменилось со дня ее откровения. Она даже не знала радоваться этому или истерически смеяться. Теперь у нее роль великомученицы, несправедливо попавшей в адское пекло. Аластор правильно отметил ее грех, совершила самосуд, отняв человеческие жизни. Поэтому такой уж жертвой она себя не чувствовала, да и не любила это положение, выражающее отсутствие воли. Хотелось быть сильной, непробиваемой, однако это закономерность человеческой души, у всех есть слабости. У кого-то явные, у кого-то нет. Брони, через которую нельзя пробиться, не существует.
Ламия старалась избавиться от воспоминаний. Уходила с головой в работу и тренировки с небывалым рвением, порой даже забывая о приемах пищи, в отличие от заботливых обитателей отеля. Утро у нее всегда начиналось с чашки кофе, но вскоре к ней Хаск стал добавлять булочки или пирожные из ближайшей пекарни. Если не он, то выпечку в кабинет приносил Энджел. Кинг не сразу обратила внимание на такое поведение, пока не заметила постоянство, следующее день за днём. На обед от работы ее отрывали Вэгги и Чарли. Иногда вместе, порой по раздельности. Без ужина же не оставалась благодаря Аластору. Поняла, они сговорились позаботиться о ней, раз сама не просила помощи. Отвертеться от назойливой опеки не получалось. Особенно в моменты, когда ее вытаскивал из кабинета Радио демон, единственный не делающий ее чуть ли не святой. Не сама пойдет, так силой заставит. Проверяла. Теневые щупальца буквально связали ее по ногам и рукам, поволокли в сторону кухни.
Жизнь в отеле начинала нравиться, и помогала она теперь без указки Лилит, а по доброй воле. Тем более между ней и другими больше не было стен недоверия, стала абсолютно своей без «но», будто жила с ними с самого основания. Начала искренне переживать за всех, по-своему любить. Их проблемы отзывались в ней.
— Ламия, постой, — Хаск подошёл к девушке, возвращающейся после плотного ужина к себе в номер.
Ал перестарался. Ей нравилось как он готовит, хотя первое время остерегалась есть его мясные блюда. Демон ясно дал понять, ничего криминального нет, без ее собственного желания каннибалом не сделает. Поэтому она с удовольствием уминала сегодняшний стейк и даже не побрезговали добавкой. Желудок полный. Тело страдает от тяжести.
— Ты Энджела видела? — на лице кота-демона читалось беспокойство.
— Нет, я же не его фанатка, чтобы следить за ним двадцать четыре на семь, — пошутила, но нужного эффекта не произвела. Местный бармен явно переживал, нервные движения хвоста лишь это подтверждали. — Думаешь опять сорвался? — догадалась о причине.
— Возможно, — Хаск нервно провел лапой по шерстяной щеке. — Явился в отель в ужасном состоянии, хотел подойти к нему, но разговаривал с Аластором. Сама понимаешь, послать его и побежать помогать другу не могу.
— Вот чего он задержался, — Радио демон всегда приходил в одно и тоже время за Кинг, однако в этот раз он опоздал. — Если же на грани срыва, то придет в мой кабинет, мы договорились, — девушка изменила курс направления движения. — Пошли, проверим, если ты прав, ему понадобятся друзья.
Даста, как и ожидалось, нашли на рабочем месте маркетолога отеля. Он сидел на полу, где две недели назад Ламия, в такой же позе. Паучок всхлипывал, нервно пытаясь избавиться от невидимой грязи на теле. Хаск выдохнул с облегчением, хотя бы нашли, его беспокойство перешло на Кинг, видевшую, Энджел в ужасном состоянии. К сожалению Хаск не знал, как действовать дальше, жизнь в Аду притупляет эмоции. Девушка это понимала, с каменным сердцем проще смотреть на происходящее вокруг. В ней же ещё тлела человеческая часть. Поэтому обязанности утешителя достались ей.
— Эндж, милый, посмотри на меня, — присела перед ним на колени, взяв его руки в свои. Паука трясло, он тяжело дышал, походило на паническую атаку. — Помнишь о списке? Ты написал его?
— Список? — подал голос Хаск.
— Если примет какие-то вещества, должен составить список, так проще контролировать, — пояснила Ламия, не отрываясь от парня, находящегося на грани. — Смотри на меня! — приказной тон привел в какое-то подобие чувств.
— Я ничего не принимал, хотел, — указал на рядом лежащий пакетик с белым порошком. — Надо забыться, мне так плохо, — говорил через проступающие слезы, заикаясь.
— Хорошо, что не сорвался, — Ламия испытала облегчение. Хоть Энджел наркоман со стажем, однако держался долго, не хотелось бы сделать шаг назад.
— Эн, что случилось? — кот демон опустился рядом, обняв за плечи. Было видно, как ему непривычно проявлять подобные эмоции, но он старался ради дорогого человека, а это важнее всего. Лами искренни радовалась, что эти двое вместе, им необходимо был тот, кто любит.
— Валентино, — одного имени хватило, чтобы Хаск и Ламия переглянулись. Девушка заметила синяки на запястьях друга, была уверена, они не только там. Хуже всего истерзана психика. — Хочу умереть.
— В Аду самоубийство бесполезно, — усмехнулась, подумав о том, что есть один способ. Пойти Аластора за уши подергать, смерть конечно будет не быстрая, зато сто процентная.
— Это хуже всего, — всхлипнул Даст, а Хаск сжал его в крепких объятьях.
Кинг не хотела бы принимать и понимать чужую боль, однако ничего не могла поделать с собой. История жизни Энджела сильно задевала из-за ее взглядов на сексуальное насилие. Мысль, что паучок подвергается ему чуть ли не каждый день, злила. Сколько ещё таких как он в руках этого Валентино? Она могла и сама попасть в сеть.
— Я эту моль на куски разорву, — прошипела девушка, а вокруг нее заструился черный дым.
— Нет, он слишком силен, — уловил Энджел настрой подруги. — Прошу, не связывайся.
— Но оставлять это так нельзя! — сжала кулаки.
— Не ищи справедливости в Аду, — покачал головой Хаск.
— Я понимаю, но его душу надо вытаскивать из лап этого сутенёра, — Лами взглянула на отчаянное лицо друга. Даст хотел этого, но понимал, помочь ему никто не сможет, и все же оставался друзьям благодарен за поддержку.
Кинг вздохнула. Изначально она воспринимала Энджела как законченного наркомана без силы воли, но сейчас видела крепость его души. Он долго держался подальше от своей зависимости, делал прогресс по искуплению, и это при своей работе, где постоянно подвергался насилию физическому и моральному. Не любила Ламия применять чары исцеления, плата за них велика, ранение, болезнь переходят к тебе, и все же не смогла сдержаться, хотелось хоть немного облегчить боль друга.
— Ох, — вздохнул Энджел, ощутив приятное тепло исходящее от светящихся ладоней Кинг. — Что это? — когда она закончил, парень изумлённо осмотрел запястья, на которых не осталось синяков. Часть боли покинула тело. Хаск удивился не меньше, однако заметил, как скривилась ведьма, и появились фиолетовые подтеки на руках.
— Исцеляющие чары, — Лами раздражённо потеряла пострадавшее место. — Немного поможет облегчить твою боль.
— Спасибо, — Энджел обнял ее. — Ты просто чудо.
— Я помогла сейчас, но, — вздохнула, встала. — Нужно решить твой вопрос. Валентино доведет тебя однажды так, что с искуплением ты откатишься назад. Неужели нет никаких лазеек?
— Контракт всегда звучит: я тебе, ты мне, чаще оплата душа, — Хаск поник. — Так просто его не разорвать.
— Нет окольных путей, можно напрямую, — Лами развела руками.
— Предлагаешь пойти к Валентино и вежливо его попросить? — усмехнулся кот-демон.
— Вежливо, с применением пыток и грубой силы, — скрестила руки на груди и решительно взглянула на парней, чем их удивила.
— Силенок не хватит, — колко произнес Хаск.
— У нас нет, — чуть склонила голову на бок. — Я знаю у кого.
— Даже не думай! — подскочил кот. — В лучшем случае он скажет нет, а в худшем страшно представить.
— Попытаться стоит, — поджала губы. — Скорее всего душа Энджела перейдет к нему, хуже от этого точно не станет, — в этом Ламия точно была уверена. Аластор не использовал сделки так как Ви, лишь призывал по мере необходимости, а так большинство вело свою обычную жизнь.
Эти двое вряд ли бы стали обращаться к Радио демону с подобными предложениями, роль переговорщика взяла на себя Ламия. Где комната Аластора знала, не раз там приходилось бывать. Постучала, он не любил, когда без приглашения являются к нему на порог.
— Есть разговор, — заявила, стоило двери открыться.
— Проходи, — отступил, пропуская гостью внутрь.
Без лишних движений, Кинг заняла кресло, облюбованное ей с прошлых визитов. Комната встретила ее привычными ароматами, шумами. Неужели она и вправду так часто здесь бывала, что знала каждый уголок? Не до собственных размышлений было. Она быстро пояснила причину своего визита демону и с замиранием сердца ждала его вердикта.
— Нет, — равнодушно ответил Ал, протянув девушке стакан с жидкость янтарного цвета.
— Почему?
— Мне не интересна душа Энджела, и ради нее я бы не стал связываться с Ви, — опустился в соседнее кресло.
— Боишься? — укоризненно посмотрела на него.
— Не пытайся брать меня на слабо, — рассмеялся, эта ее детская манера поведения, моментами проскальзывающая через серьезные речи, казалась крайне милой. — Вмешаюсь, только если свою предложишь взамен.
— Ага, спешу и волосы назад, — насупилась.
— Не так уж ты жаждешь ему помочь, — его глаза озорно сверкнули. — Не пытайся играть в спасителя как Чарли, ты прекрасно умеешь видеть мир в разных цветах, а не только в розовом и белом.
— Но он часть отеля, нельзя так это оставлять! — дернула руками, чуть не расплескав содержимое бокала.
— Можно, — Аластор, не скрывая призрения, посмотрел на собеседницу, данная эмоция не была адресована ей. — Лами, он сам согласился, буквально продал душу за лёгкие деньги и наркотики. Хочешь рисковать всеми ради подобного человека?
— Это жестоко, — холодно заметила Кинг. — И ты несправедлив, он старается стать лучше, а этот контракт только мешает.
— Мир несправедлив, а Энджел платит за свою ошибку.
— Если бы в такой ситуации оказалась я?
— Не оказалась, — Аластор покачал головой. — Ты ценишь свободу выше сиюминутного удовольствия. Давай посмотрим правде в глаза, ты в Аду за одну провинность, которая в большинстве своем многими будет оправдана. Он здесь, потому что прожил всю жизнь под кайфом, — его слова пробудили в ней злость. — Лами, я не занимаюсь благотворительностью. Мне нужно что-то весомее, чем душа Энджела, не стоящая в моих глазах подобных усилий.
— Я услышала тебя, — оставила стакан. На что она рассчитывала?
— Задай вопрос, на который бы сейчас хотела получить ответ, — слова Аластора остановили ее у выхода. И вправду у нее закралась одна мысль в голову, разозлило, что понял, слишком она личная и близка к щепетильной теме. Нельзя его задавать, между ними и так размазаны границы. — Если с тобой такое случится, помогу, ты представляешь для меня куда более высокую ценность.
Не надо этого Ламии было слышать. Щек коснулся предательский румянец, и она нервным жестом попыталась скрыть его за волосами. Почему он вечно раскачивает палубу, на которой она стоит? То холоден и безразличен, то выдает нечто подобное, а глупое сердце трепещет. Если дать волю чувствам и связаться с ним, точно окажешься в ловушке, в руках превосходного манипулятора. Прикусила губы, немного боли угомонило всплеск эмоций. В этой игре можно участвовать двоим, хватит только Алу все время сбивать ее с толку.
— Причина только в том, как я попала в Ад? — Кинг вернула контроль над мимикой лица, обернулась к нему, на губах заиграла лукавая улыбка. — Или все же есть нечто иное?
— Иное, — разочаровал собеседницу Аластор, подойдя к ней вплотную, вынуждая задрать голову, чтобы смотреть на него снизу вверх. Этот жест вызвал недовольство на красивом личике, быстро она его считала.
Взгляд мужчины упал на запястье Ламии. Рукав блузки съехал, обнажив участок кожи с синяками, забранными у Энджела. От образовавшихся радиопомех вокруг Кинг вздрогнула, злость Аластора девушку всегда пугала, поскольку обещала нечто кошмарное всем, кто стал ее причиной. Бесцеремонно схватил за руку, отодвинул ткань, чтобы лучше разглядеть отметины на теле. Грешнице понадобилась пару секунду, чтобы сопоставить его эмоции с действиями. Демону даже не пришлось спрашивать.
— Это не мои, — прежде чем угрожающий с помехами голос задал вопрос, тихо произнесла Ламия, — я забрала их у Энджела, — по взгляду Аластора стало понятно, он ждёт пояснения. — Исцеляющие чары, такая за них плата, часть болезни или раны переходит на тебя.
— Зачем ты это сделала? — успокоился так же быстро, как вышел из себя, вернулась прежняя безразличная манера.
— Ему хреново было, — пожала плечами, ей казалось очевидной причина поступка.
— Я не только об этом. Пришла сюда просить о помощи для Энджела, взяла часть его боли. Зачем?
— Так поступают для друзей, которые попали в беду, — Ламия не умела иначе, всегда старалась помочь, коль это ей по силам. — И для тебя бы сделала тоже самое, если бы потребовалось, — заглянула в глаза демона, в надежде найти отголоски былой человечности. Не может же тот, кто так отреагировал на синяки, украшающие ее тело, совсем быть потерянным.
В голове возникли мысли. А взаправду ли она все сделала для Энджела по мере своих сил? Она бы не смогла отдать душу Аластору из-за своего контракта, и это ее огорчало. Ей по сути даже жертвовать нечем, она уже скована. Могла бы например поменяться местами с паучком, предложив себя взамен Валентино. Сама мысль вызывала страх и отвращение, но ее сложнее сломить, чем Даста.
— Даже не думай об этом, — злые нотки в голосе демона прервали поток сознания. Все ещё раздражало его умение считывать ее, особенно тогда, когда хотелось скрыть собственные замыслы. — Не ради него, не ради того, чтобы спровоцировать меня разобраться с Валентино.
— Я и не думала провоцировать, — хмыкнула, скрестила руки на груди. — Тебе наверняка будет плевать, попади моя душа в его лапы.
— Лами, — холодные пальцы сжали ее подбородок, вынуждая смотреть только на собеседника, — ты в его глазах куском мяса будешь. Он не способен оценить твою душу по достоинству.
— А ты? — шепотом задала вопрос, от того, как смотрел, держал, мурашки бежали по коже. Причина подобной реакции тела вызывала панику.
— Способен понять весь твой потенциал, — его лицо оказалось слишком близко.
Вероятность поцелуя пробудила страх. Кинг захотелось подобного жеста со стороны Аластора, и гори оно все синим пламенем. Только умом понимала, нельзя подобное позволять, это будет слишком близко, интимно, и чувства к нему станет сдерживать бесполезно. Данный шаг нельзя допускать. Вырвалась, отступила. Он понял и не стал снова сокращать дистанцию.
Ушла ни сказав ни слова. Поток бессвязных мыслей переплетался с чувствами вырывающимися изнутри. Страх и волнение. Злость. По сути Аластор кинул ей правду в лицо, как дуэлянт перчатку, ожидая от нее действий. Раздражало. С одной стороны Энджел сам виноват в своих бедах, но он друг, и людям свойственно ошибаться. Все заключается лишь в том, как мы ведем себя дальше. Исправляем, просим помощи у неведомой силы или пускаем на самотёк, ожидая решения от других. Хуже всего, когда гордость не позволяет ошибки признать. Даст пытался, только ради этого стоило побороться за него.
Ламия прихватила несколько пакетиков трав и спустилась в бар, где товарищи ожидали результата разговора. Девушка с шумом опустилась на стул рядом с пауком, кинув траву перед ним.
— Заваривай каждый день, — дала указания. — Немного снимет боль и успокоит. Эффекта наркотиков не жди, это не панацея и не средство забвение.
— Как понимаю ответ нет, — хмыкнул Хаск.
— Давай без «я же говорил», налей чего-нибудь лучше, надо успокоиться, — конечно рассказывать обо всем происходящем она не стала, но и эти ребята не из тех, кто станет допытываться.
— Спасибо, что попыталась, — Энджел слабо улыбнулся. — И за помощь тоже.
— Я сделала не все возможное, прости, — отпила из поставленного перед ней стакана. — Он попросил душу взамен на помощь тебе.
— Дерьмо, — ругнулся кот, паучок выразился ещё менее изящно. — Надеюсь, ты не пошла на сделку?
— Нет, — мотнула головой, хотя рискнула бы, если бы уже не находилась во власти Лилит. — Попробуем ещё что-то придумать. Эндж, я этого не оставлю просто так.
— Ламия, — глаза Даста заблестели от приближающихся слез. — Ты самая необычная душа в Аду, которую я встречал, — с этими словами он обнял ее, вызывая в Кинг всплеск положительных эмоций.
— Ну все, давай без телячьих нежностей, — угомонила демона паука.
У Энджела завибрировал мобильник. Ламия и Хаск напряглись, их посетила одна и та же мысль, однако они быстро расслабились, когда лицо их друга озарила добродушная улыбка.
— Это Черри, предлагает выпить вместе, — быстро отписался своей знакомой. — Я вас покину.
— Эй, только полегче, держи ситуацию под контролем, — строго сказал Хаск вдогонку парню.
— Не волнуйся, мамочка, буду вовремя, постель ещё остынуть не успеет, — ответил шуткой, махнув рукой на прощание.
— Вот же, — на щеках кота-демона появился лёгкий румянец, который Кинг сразу заметила.
— Это мило, — Ламия опустила подбородок на соединённые пальцы и игриво стрельнула глазками в сторону собеседника. — Ты весь такой замкнутый, а он наоборот раскрепощенный. Может не зря говорят, противоположности притягиваются?
— Ты о чем? — ее слова усилили эффект румянца.
— Да ладно, весь отель знает о ваших отношениях, — рассмеялась Кинг. — Хорошо, что вы появились друг у друга. Ему нужен тот, кто научит любить без пошлости.
— Давай закроем тему, я не пьян, чтобы обсуждать свою личную жизнь, — нервно завилял хвостом. — Надеюсь ты глупостей не намерена делать. Душу Валентино например продавать, чтоб вызволить Энджела?
— С Аластором что ли сговорились? — насупилась. — Он тоже рекомендовал этого не делать, правда в предупреждающе-угрожающей форме.
— Не люблю с ним соглашаться, но это тот случай, — хмыкнул. — Ты, как вижу, угрозы лучше всего понимаешь?
— Ой, отвали, — обижено отозвалась. — Не буду я продавать душу ни одному, ни другому!
— Вот и славно, — Хаск обновил стакан Ламии. — И если уж мы заговорили об Аласторе. Что у вас происходит?
— Ничего, — отвела взгляд. — А должно?
— Уклоняешься от темы, — заметил бармен.
— Хаск, пытаясь залезть на эту территорию, грозишься остаться без усов, — строго произнесла Кинг.
— Мало выпила, — повторил порцию алкоголя.
— Напиваться и не планировала, — усмехнулась, отодвинула стакан в сторону.
Даже без темной ауры, почувствовала его появление. На языке повисла язвительная фраза: помянешь черта, он тут как тут. Два взгляда на мгновения скрестились, как шпаги. Ламия всё ещё злилась на Аластора, хотя причин не имелось по сути. Он прав по-своему был. Плюс она всего лишь повелась на провокацию с его стороны, это больше всего и бесило. Понадобилось несколько секунду, чтобы спрятать эмоции за беспечной улыбкой, однако демон все понял. Отдал ей должное, с каждым днём адской жизни Ламия всё лучше и лучше скрывала истинные чувства.
— Пойду я, день сегодня какой-то суматошный, — встала с места, потянулась. — Так спать хочется, — демонстративно зевая на ходу, двинулась к лестницам.
Хаск тяжело вздохнул. Вот испортил же все, может удалось бы вывести на разговор, предостеречь. Он искренне хотел, чтобы Кинг не сотворила ошибок большинства. Может хоть кому-то удастся прожить в Аду чистым. Она могла стать проекций его лучших частей души.
— Хотел что-то? — бармен бы предпочел послать Радио демона. Разумно воздержался, последствия дерзости знал лучше многих, кто боится его лишь по слухам.
— Дело есть, — он не взглянул даже в сторону своего контрактника, провожая взглядом девушку.
— Меня это не касается, — Хаску не нравилось то, как он смотрел на Кинг, — но оставь девчонку в покое. Чтобы там не задумал, она не очередная игрушка, которая тебя позабавит.
— С каких пор тебе есть дело до других, Хаски? — насмешливо обратился к коту, нервно дергающему ушами и хвостом.
— А ты с каких пор вообще интересуешься новичками? — уклонился от вопроса. Ему сложно было сказать об искренней тревоге за друга.
— Не твоего ума дела, — от одного взгляда демона по спине пробежал холодок, демонстрируя завершение этого разговора.
Насколько бы Ламия не устала, закутавшись в одеяло уснуть не смогла. Мысли били по голове, как барабанная дробь, мешая обрести покой. Стремясь отвлечься, взяла телефон. Если изначально Кинг общалась только с обитателями отеля, остерегаясь остальных адских поселенцев, то со временем с помощью соцсетей смогла наладить контакт и с другими. Извращенцев, торговцев наркотиками, оружием и просто троллей в интернет пространстве Ада хватало, однако находились и нормальные ребята. Она поддерживала связь с владельцем цветочного магазина и парнем из музыкального. Растения надо было обновлять, струны скрипки тоже. Зашуганный продавец инструментов оказался не таким уж робким, как в день знакомства. Когда Ламия заглянула к нему без сопровождающего первый раз, он встретил ее таким же встревоженным и напуганным. Помнил с кем приходила. Позже же успокоился и стал воспринимать ее не связывая с Аластором. Обменялись аккаунтами и временами переписывались. Ламия скидывала ему аудиосообщения со своими импровизациями на скрипке.
В сети из приятелей оказался только один, с которым она начала переписку две недели назад. На общение приятный, внешне похож на волка, с этими нюансами она уже освоилась окончательно, даже начала находить привлекательными сходства с флорой и фауной местных жителей. Написала ему, чтобы отвлечься, ответил почти сразу и с места в карьер пригласил на свидание. Дэвид уже пару дней настойчиво предлагал ей куда-то сходить. Мялась, надо ли вообще заводить романы в Аду. Серьезные отношения здесь исключение, чем правило.
«С другой стороны от одного свидания беды не будет. Может он окажется и в реальности приятным, — задумалась над приглашением. — В любом случае переключиться неплохая идея. С Алом я провожу слишком много времени, возможно увлеклась, а он за мой счёт развлекается, подтрунивая надо мной. Нет, даже если бы он серьезно отвечал взаимностью, тут и речи быть не может. Садист. Эгоист. С таким только на эмоциональных качелях можно, и то если ты подросток пересмотревший мелодрам, где плохиш становится идеальным парнем».
Дала свое согласие, обрадовав друга из сетей. Настроение как-то сразу стало лучше, и наконец-то смогла уснуть.
Утром в холле как всегда шумно. Чарли устроила очередное собрание, которое в сущности превратилось в веселое времяпровождение, где все разбились на компании. Пентиус лелеял свои ходячие яйца, будто маленьких детей. Принцесса, забыв о вдохновляющей речи, перебирала с Аластором документы по бухгалтерии. Вэгги пыталась поймать Ниффти, решившую добраться до грязи на потолке. Энджел, перепивший прошлой ночью, умирал возле барной стойки, а Хаск наблюдал за паучком со злорадством. Ламия заняла место рядом с ними. Перед ней тут же поставили кофе и булочку.
— Чарли, мне надо уйти сегодня пораньше, — обратилась к хозяйке отеля Кинг.
— Не проблема, — оторвала глаза от кипы бумаг на столе. — Все хорошо?
— Да, прекрасно, иду на свидание, — сказала с довольной улыбкой, привлекая внимание друзей. Хаск нервно вильнул хвостом, Энджел перестал изображать страдания и подпер кулаком щеку. Чарли кинула мимолетный взгляд на своего управляющему, который остался равнодушен к этой новости.
— И кто этот счастливчик? — с игривыми нотками в голосе спросил Даст, его подобное интересовало больше остальных.
— В сети познакомились, — Ламия не выражала дикого восторга от предстоящей встречи. По правде ей было все равно, и без приглашений на романтические прогулки могла обойтись. — Решила, стоит рискнуть.
— Не боишься, попадется какой-нибудь извращенец? — задал вопрос Хаск.
— Нет, — мотнула головой. — Будет руки распускать, я ему их вырву и использую для дальнейшего избиения его покалеченной туши, — Ламия переглянулись с Аластором, которого позабавили данные слова, а Хаск и Энджел обменялись немым «ей надо меньше общаться с Радио демоном». — Ах, да, листовки распечатаны, но мне нужны те, кто их будет раздавать. Набор персонала не по моей части.
— Я тебя услышал, — одним движением руки Ал призвал несколько теневых монстров, с которыми Ламия была знакома уже. В первый раз увидела их, когда чинили стену, второй раз она отказалась идти на ужин, самый крупный закинул ее к себе на плечо, будто пещерный человек, и потащил на кухню.
— Отдаешь их в мое распоряжение? — немного удивилась.
— Ага, наслаждайся, — махнул рукой, мол, не задавай глупых вопросов.
— Листовки, реклама в интернете, сайт, ролик, — голос Вэгги звучал расстроенно. — При всем это у нас все равно не прибавилось посетителей.
— Ничего, скоро всё наладится, когда кто-то из ребят получит искупление, — взбодрила подругу Чарли, хотя оптимизма в ее голосе стало меньше, чем на первых порах.
— А мне интересно мнение Лами, — Радио демон с каким-то ехидством посмотрел в сторону грешницы. — Ты же у нас специалист по привлечению клиентов?
— Почему в твоих устах это звучит двусмысленно? — фыркнула Кинг. Хочет чтобы она озвучила очевидное? Решил ее руками убедить Чарли в бесполезности идеи с искуплением? — Все что назвала Вэгги это лишь средства подачи информации, привлечения внимания, — начала пояснять Ламия. — Если же брать маркетинг целиком, то он состоит не только из способов продвижения. Сама основная суть в классическом представление данной науки заключается в четырех элементах. Первый это товар или услуга. Мы определяем что производить, для кого. Нас интересует рынок, потребитель, спрос. В случае с отелем тут все и пошло под откос. К сожалению местная аудитория не заинтересована в искупление. Кому это надо? Оверлордам, имеющим здесь власть и силу? — Аластор хмыкнул. — Другим грешникам отказаться от алкоголя, наркотиков, секса и вседозволенности?
— Но вы же здесь, — принцесса указала на троих постояльцев с какой-то надеждой. — Ты сама говорила, что веришь.
— Я сказала «надеюсь», — исправила Ламия. — И попала сюда потому что идти некуда, как и Пентиусу, — указала на змея. — Его вообще изначально подослали в качестве шпиона. Энджел?
— Дурь дорожала, а тут комнаты бесплатные, — откликнулся паучок.
— Ребята изменились, но цель изначально была другая, куда более свойственная местной публики, — слова Ламии огорчали Чарли, и грешница решила разбавить бочку дегтя ложкой меда. — С человеческой точки зрения твоя идея хорошая, но если смотреть как маркетолог, то провальная ещё на первом этапе.
— Забила последний гвоздь в гроб, — тихо подметил Даст, когда лицо Морнингстар осунулось.
— Сами хотели мнение профессионала, — буркнула Кинг.
— И что ты предлагаешь? — сурово спросила Вэгги, приобняв свою девушку. — Бросить все?
— Можно создать искусственный спрос, — Ламия вздохнула. — Для этого необходимо убедить, искупление работает, и тут уже сыграет потребность в защите, которая в Аду нужна большинству. Проблема в реализации. Сейчас вознесение в Рай из огненной бездны не аксиома, а теорема, ее нужно доказать. И мы подходим к необходимости искупления одного из нас, тогда сможем увеличить количество постояльцев. Так что не отчаивайся, Чарли, у отеля имеются все шансы, — ободряюще улыбнулась, получила от принцессы такой же жест в ответ. — Ладно, у меня ещё есть работа, — встала. — Пошли, ребята, объясню что делать, — кивнула теневым созданиям, послушно последовавшим за ней.
Морнингстар погрустила недолго. Ламия права, она знала, но ей дали понять, все не так безнадежно, значит руки опускать нельзя. Нужно лишь достать доказательства своей теории. Размышления о спасение душ грешников плавно перетекли к свиданию Кинг. Принцесса ещё не оставила мысли об том, чтоб свести с ней Аластора, раскрыть его с другой стороны. Чарли уверенна на сто процентов, данная затея увенчается успехом, ведь это же великая сила любви, которая когда-то объединила ее родителей. К тому же она видела между своим управляющим и этой девушкой химию.
— Ты ничего не скажешь, не сделаешь? — тихо спросила Морнингстар у демона, тот не понял к чему данные слова. — Я о свидании Ламии, — считала немой вопрос.
— А должен? У нас запрещены отношения вне нашего прекрасного заведения? — голос прозвучал насмешливо, но девушка уловила небольшие радиопомехи.
— Нет, — мотнула головой. — Тебе все равно, что она встречается с другим?
— Меня не касается личная жизнь постояльцев отеля, — перекинул микрофон из одной руки в другую, Чарли показался этот жест излишни нервным, а может она просто видела то, чего нет. — Моя дорогая Шарлотта, излишни много размышляешь не о том и пытаешь натянуть пачку на слона.
Принцесса насупилась, выразив недовольство одним укоризненным взглядом. Аластор не смог удержаться от смеха, глядя на нее. Типичная Чарли, пытающаяся найти что-то хорошее во всех, даже в нем. Плевать, что может ненароком скормить овечку волку. И все же нельзя сказать, будто он совсем остался безразличен к новости о свидании. Демон точно был уверен, сегодня кто-то из грешников потеряет две руки с вероятностью восемьдесят процентов, жители Ада культурой и сдержанностью в своих желаниях не отличались, а Лами терпением. К тому же девушка искала чем вытеснить чувства к нему, льстило. Кому же не будет приятно всколыхнуть чье-то сердечко, повышая свою самооценку? Неприятный червячок только немного подгрызал изнутри. Ему не нравилось, когда трогают его вещи. Понимание, где-то Чарли попала в точку, Аластор уже воспринимал Ламию по-другому, ставил чуть выше, чем самому бы хотелось.
Кинг с каким-то маниакальным рвением влилась в работу с целью закончить как можно скорее. В процессе она ещё успевала отвечать своему сегодняшнему кавалеру. К необходимому времени, завершив все рабочие процессы, направилась к себе в номер, чтобы собраться. Выбрала изящное чёрное платье с разрезом на бедре и открытой спиной, в последнее время этот цвет стал преобладать в ее гардеробе, смотрелся он хорошо на фоне ее нового демонического образа. Аластор как-то назвал ее «темным ангелом», вот тогда она и стала подбирать соответствующие к этому прозвищу наряды. Переодевшись, закрепила ножны на бедре, при выходе из отеля почти никогда не расставалась со своим кинжалом. С прической как всегда возникали проблемы, управляться с волосами все ещё было тяжело.
«Насколько плохая идея будет попросить Ала заплести меня на свидание?» — промелькнула мысль, когда очередная прическа рухнула под весом, сразу же выбросила из головы данную затею.
Сдавшись на десятой попытке, аккуратно уложила, перекинув черный водопад волос на правое плечо. Она не в бой же шла, чтобы переживать о том, что за них кто-то потянет или отрежет.
Закончив образ макияжем, которому заново училась из-за изменившегося оттенка кожи, раньше она была просто бледной, а сейчас белая как снег, спустилась в холл. Зашла в общую гостиную, чтобы предупредить друзей об уходе, почти все кто был тут с утра собрались и к вечеру. Энджела и Хаска она не удивилась застав. Даст если был не на работе и не на очередной тусовке, часто крутился у бара, причина всем ясна. Принцесса же в это время обычно занималась своими делами, но сегодня она тоже решила побыть со всеми, выглядела правда немного взвинченной, что не нравилось Вэгги, сидящей рядом. Отсутствовали Пентиус, Аластор и Ниффти.
— Эндж, что скажешь, мне интересно твое непредвзятое мнение? — Кинг покрутились перед другом в своем образе для свиданий.
— Скажу, ты красива настолько, что и монаха в вере усомниться заставишь, — с улыбкой ответил паучок, подняв вверх большой палец.
— А гея стать натуралом? — хихикнула Ламия, озорно посмотрев на Энджела.
— Почти, куколка, почти, — рассмеялся Даст.
— Лами, тебе и вправду очень идёт, — сказала Чарли, с восхищением рассматривая девушку, и жалея, что сейчас здесь нет ее управляющего, чтобы увидеть Кинг в этом образе. — Ты и вправду хочешь идти на это свидание?
— Да, а что не так? — грешница с подозрением посмотрела на хозяйку отеля, помнила об желание свести ее с Радио демоном.
— Ничего, — отвела глаза в сторону Чарли, нервно заламывал пальцы. Не могла она так просто отказаться от своей затеи, надо идти до конца. Не умела останавливаться, даже когда нужно. — Надеюсь, ты не спешишь. Аластор вроде хотел с тобой поговорить. Можешь к нему сходить?
— Он у себя в номере? — уточнила Ламия, глянув на часы, время ещё было. Что могло понадобиться ему от нее сейчас? Его болванчиков она вернула в целости и сохранности.
— Нет, на кухне, сходишь? — Морнингстар посмотрела с мольбой на Кинг, обескуражив.
— Хорошо, только выключи эти глаза кота из Шрека, — с нервозностью произнесла грешница.
— А? — недоуменно захлопала упоминаемой частью лица.
— Забей, — отмахнулась Кинг, сомневаясь, что вложиться по времени, объясняя принцессе Ада часть культуры из своего детства.
Кухня встретила Ламию пряными запахами, у Аластор к этому был особый талант, он великолепно чувствовал какие специи надо сочетать друг с другом, чтобы создать идеальный баланс аромата и вкуса. Кинг не смогла удержать улыбку, наблюдая за демоном у плиты, каждый раз эта картина вызывала в ней умилительный трепет.
— Вкусно пахнет, — Лами встала рядом с поваром, наблюдая за ловким движением рук.
— Джамбалайя, мама часто готовила, — набрал немного блюда в ложку и поднес к губам девушки.
— Я давно говорила, у тебя талан, — продегустировав еду, поделилась своим мнением. — Надо всё-таки ресторан свой открыть.
— Мне радио больше по душе, а это скорее хобби, — рассмеялся, оглядев неожиданную гостью с ног до головы. — Твоему кавалеру на сегодня можно позавидовать, не каждый день свидание с ангелом.
— Спасибо, — довольная покружилась перед ним, придерживая платье. — Ты почти обошел Энджела по комплементу.
— Не знал, что наша звёздочка умеет их делать кому-то кроме себя, — иронично произнес Аластор.
— Ты его недооцениваешь, — встала на защиту друга.
— Хочешь продолжить спор относительно его нравственного потенциала? — в голосе появились лёгкие нотки раздражения.
— Нет, только настроение портить, — буркнула Кинг.
— Зачем тогда пожаловала? — насмешка во взгляде. — Решила, моя еда вкуснее, чем в ресторане?
— Да уж, а самоуверенности у тебя хоть отбавляй, — закатила глаза. — Мне Чарли сказала, что ты звал меня.
— Нет.
— Зачем тогда?
Не успела Ламия понять, что происходит, дверь на кухню с громким хлопком закрылась. Выругавшись, девушка бросилась к ней, заперта оказалась. Вздохнув, обернулась к Аластору, который тоже несколько долгих секунд оценивал происходящее. Сопоставить факты не так уж сложно.
— Вот же, — ярко выразилась Ламия, рассмешив демона. — Может ей свое агентство знакомств стоило открыть вместо отеля? — недовольно покосилась на хохочущего мужчину. — Очень смешно, — однако сама не смогла сдержать смех спустя пару секунд. — Она вообще понимает, один из нас легко может выбить эту дверь?
— Уверен, об этом наша дорогая принцесса не подумала, — с хорошим настроением Аластор вернулся к готовке.
— Ничего не сделаешь? — Ламия указала на деревянную конструкцию.
— Зачем? Пусть Чарли развлекается, — равнодушно повел плечами. — Хочешь освободиться, вперёд. Или может всё-таки останешься на ужин?
Логичнее было бы уйти, однако для Кинг назначенное свидание не имело силы. Она и не совсем была уверена в своем желании пойти на него. Не стоило конечно спускать Морнингстар с рук ее выходку, однако в этом отеле вообще мало кто противился идеям принцессы. Даже непонятно что именно влияло на это: добрый нрав или то, что она наследница адского трона. Сам Аластор на многое закрывал глаз, хотя другим бы точно конечности повыдергивал.
— Сдаюсь, потешим самолюбие Чарли, — Ламия отписалась своему кавалеру и заняла место за столом, ожидая, пока Радио демон закончит свои махинации с едой. — Я бы выпила чего-нибудь, раз уж мы тут застряли, пока ее высочество не решит нас помиловать.
— Тогда последи за едой.
Ламия встала у плиты, а Аластор исчез в тенях. Ненадолго. Вернулся с бутылкой бурбона.
— Ну ты и жук, — наблюдая за возможностями демона, насупилась Ламия. — Тебе даже грубая сила не нужна, чтобы выйти отсюда.
— Выбить дверь, чтобы потом самому и чинить, такое себе удовольствие, — хмыкнул, доставая стаканы. — Обычно дамам полагается пить вино, однако ты у нас и не леди, — подал ей наполненный стакан.
— Как и ты не совсем джентльмен, — едко ответила, забирая напиток.
Даже при условии некоторых курьёзных ситуаций, Ламии все равно легко общаться с Аластором. Он не задавал лишних вопросов, без слов понимал о чем можно говорить, а о чем лучше не поднимать тему. Ужин прошел с приятной беседой, а выпивка расслабила немного, забрала те мысли, от которых она жаждала избавиться.
К концу приема пищи завязался спор, кто же будет мыть посуду. Пришли к единогласному мнению, это сделает Чарли, раз заперла их тут, наказание за выходку. Пока продолжали разговаривать, Ламия сменила местоположение. Заняла свободную часть стола, забравшись с бедрами на нее. Сопровождались ее действия неодобрительным взглядом Аластора. Давно уже заметил за девушкой невозможность долго сидеть на одном месте. Могла менять поз десять за час.
— Долго же он отвечал, — Кинг получила сообщения от парня, с которым оборвалось свидание. — Мудак, — его ответ содержал много оборотов нецензурной брани.
— Не оценил? — насмешливо поинтересовался Аластор.
— Ага, хотя тут не удивительно, это же я сорвала встречу, — равнодушно отложила мобильник в сторону.
— Могла бы пойти, для тебя это не было проблемой, — подметил, наблюдая с весельем за тем, как его собеседница пытается самым странным образом дотянуться до своего стакана, оставленного у тарелки.
— Могла, — призналась она. — Только похоже сама этого не сильно хотела, — сдалась, но лень было вставать и идти за своим напитком.
— И что же тебя остановило? — Ал уже давно выучивший характер грешницы, сам поднялся с места, взял посудину и подошёл к ней, чтобы отдать.
— Не знаю, — пожала плечами. — Признаться отношения романтического характера всегда плохо складывались. Поскольку у меня был жених, я остерегалась встречаться с другими парнями, чтобы ковен им ничего не сделал. Объяснить всё сложно, и не все готовы играть в тайную любовь, — покрутила в руках стакан, после осушила его залпом. Долго сосуд не пустовал, ей тут же подлили порцию.
— Тогда они многое упускали, — заглянул в черные глаза, смутив.
— Большинство не любит сложностей, — покачала головой. — Забавно, умерла, даже ни разу не побывав с мужчиной во всех понятиях. Меня можно почти монашкой назвать, а все равно в Ад угодила, — посмотрела на Аластора и пожалела, стоило вовремя язык прикусить. — С тобой пить опасно, болтаю лишнее.
— У меня появился повод напоить тебя ещё сильнее, — усмехнулся, увидев румянец на бледных щеках. Он перестал злиться на вмешавшуюся в свидание Ламии Чарли, это стоило того. Как минимум больше не кололо раздражение, связанное с нежеланием делиться с кем-то.
Кинг отвела взгляд, поерзала на месте, ища пространство подальше от Аластора. Двигаться некуда, они слишком близко располагались друг к другу. Он с озорным весельем наблюдал за ее попытками установить хоть какую-то преграду между ними. Ее стараниями они только оказались еще ближе. Нежный аромат трав наполнил пространство вокруг него, окутывая. Запах ее кожи слишком сильно отличался от других, непозволительно приятный, мягкий, точно не для обитательницы Ада. Может Раю подошло бы?
— Лами, — сжал между пальцами ее подбородок, вынудил смотреть на себя, — почему ты в последнее время стала слишком часто избегать моего взгляда?
— Будто сам не знаешь, — раздражённо произнесла она, но вырываться не стала.
Кинг искала в себе силы оттолкнуть, однако не получалось. Слишком сильно увлечена этим демоном. Та часть разума, отвечающая за осознание несостоятельности подобных отношений, отключена алкоголем. Работает лишь та, что говорит банальное «хочу» и действует.
— Надоели эти кошки-мышки, — чуть яростно произнесла Лами, хватаясь двумя руками за воротник его пиджака, притягивая к себе и целуя.
Ждала, что оттолкнет, однако этого не произошло. Аластор достаточно резко убрал схватившие его руки, нелюбовь к чужим прикосновениям давала о себе знать, однако в остальном не стал ее прерывать. Озадаченная, упёрлась ладонями в деревянную поверхность стола, лишь на несколько секунду замявшись, потом позволила утянуть себя в водоворот страстей. В голове при этом назойливо продолжала копошиться мысль: «Не надо, усложняет все». Однако она быстро оказалась вытиснута собственными чувствами. Рука демона скользнула по ноге, остановилась на бедре, к которому прикреплен кинжал.
«Конечно, без него никуда», — насмешливо подумал Аластор, легко расправляясь с ремешками ножен и бросив их на стол рядом.
— Больно, — прошептала Ламия, когда когти демона впились в белую кожу.
— Немного не повредит, — по взгляду прочёл, ей нравится и определено нежностей от него не ожидала. Грубость, не переходящая нормы допустимого, вполне устраивала, когда речь шла о порыве страсти.
Новая порция поцелуев, с пробуждением более откровенных желаний. Попытка раствориться друг в друге, насытиться. Хоть голод только растет. Никаких остатков сдержанности, лишь две оголённые души, оглушенные ядовитым действием алкоголя. Ламия уже сомневалась, что они способны остановиться, никто не планировал этого делать и не хотел. Насколько далеко они вообще способны зайти? В это время и в этом месте, получить ответ на данный вопрос она так и не смогла. Кто-то расправлялся с замком на кухонной двери.
Аластор отступил на расстояние, которое вполне можно назвать подобающим. Кинг быстро спрыгнула, отвернулась, стараясь привести себя в порядок прежде, чем войдут. Успела закрепить ножны на бедро, уложить волосы, перед тем как дверь распахнулась. На пороге стояла Чарли и ее подружка.
— Я тебе говорила, все хорошо, ты зря беспокоилась, — указала принцесса на своего управляющего и Кинг. Они переглянулись, появление тут Морнингстар было неожиданным.
— А как мне надо было реагировать? — хмурилась Вэгги. — Ты заперла волка с ягненком.
— Волк как понимаю я, — рассмеялся на замечание бывшего ангела Аластор. — Все куски на месте, ягненок? — шутя, обратился к Ламии, хихикающей над ситуацией.
— Вроде да, если не отрезал, пока отвернулась, — через смех отозвалась Кинг.
— Разобрались, — взглянул в сторону озадаченных девушек. — Чарли, дорогая, в следующий раз будь любезна, спрашивай нас, прежде чем выкидывать нечто подобное, — вежливая просьба с нотками угрозы встревожила принцессу, которую прикрыла собой Вэгги.
— Я бы выразилась куда менее приятно, но думаю, он хочет сказать, мы сами разберемся, взрослые люди всё-таки, — улыбка Ламии внушала не меньше тревог. Их парочка в данный момент выглядела устрашающей.
Все ещё смеясь с лиц Морнингстар и Вэгги, которые явно не понимали происходящего, да и вряд ли сообразят, поскольку не застали пикантную картину, Аластор и Лами покинули место своего временного заключения.
Идти с ним рядом теперь было странно после случившегося. Тягучее молчание. Попытки держать дистанцию, чтобы даже случайно не соприкоснуться, ибо сейчас она уж точно смущена и обескуражена.
— Ал, слушай, мы же не можем дальше так идти молча и ничего не обсудить? — остановилась, взглянув на него. Как же сложно считывать эмоции, когда для этого существуют лишь глаза, тон голоса, а все остальное скрыто за бесконечной улыбкой.
— Что именно необходимо обсудить? — серьезный взгляд, ни намека на шутку, он готов ее слушать и пытаться понять.
— Не знаю, — пожала плечами. — Что вообще это поцелуй значит для тебя? Для нас? Мне нравится с тобой общаться, ты нравишься мне, и не буду отрицать, привлекаешь. Только не уверена, что хочу отношений с тобой. И сам это знаешь.
— Хорошо, не припомню, чтобы я что-то просил или предлагал, — произнес спокойно, слова его не обидели. — Лами, не торопись, подумай, времени у тебя вечность, если не попадешь под клинок экзорциста, — она ответила ухмылкой, умеет в мед добавить дегтя.
— Ох, ну приободрил, так приободрил, — закатила глаза. — Спрошу все же. Если бы я сейчас сказала, что хочу большего, чем дружбы, ответил бы мне тем же?
— Ответ очевиден, но если нужна конкретика, да, — задумался. — Выполнишь одну мою просьбу?
— Если это не связано с чем-то аморальным, с радостью.
— Сыграй для меня сегодня, не хочется так сразу завершать этот вечер.
Кинг пригласила демона к себе, хотя четко возникло ощущение, что пришли к нему. Не дожидаясь разрешения, сел на кровать, пока девушка доставала из шкафа футляр с инструментом. Взял книгу, лежавшую на тумбочке, очередной ведьмовской фолиант на латыни. Ламия не стала за это ругаться, слишком часто в его руках оказывались ее вещи без разрешения. Привыкла, как и ко многому.
Не стала вспоминать известные композиции, доверилась собственному музыкальному чутью. Зря что ли отрабатывала столько раз импровизации? Смычок ударил по струнам, позволяя мелодии заполнить комнату. Аластор отложил книгу, любуясь красотой, к которой невозможно подобрать слова. Искусство оголяло душу, и в этом всегда присутствовало что-то чарующее. Каждый раз он поражался как впервые, когда Ламия играла, выпуская на свет свою нежную и ранимую сторону.
Закончив, Кинг присела в реверансе, глядя с улыбкой на своего единственного слушателя. Музыка ее всегда освобождала, приносила чувство лёгкости. Неважно для кого она играла, главное что всё ещё могла это делать.
— Я не заслужила аплодисментов? — шутливо поинтересовалась, откладывая инструмент в сторону.
— Лами, иди сюда, — Аластор протянул раскрытую ладонь.
Хоть ей не нравились приказные нотки в его голосе, однако отказать девушка не могла. То, как он смотрел на нее, зачаровывало. Словно под гипнозом медленно подошла, касаясь маленькой рукой когтистых пальцев. Схватил, потянул, вынуждая сесть к себе на колени.
— Ты говорил, что не будешь меня торопить, — шепотом произнесла Ламия, ощущая как по спине пробегают мурашки, в тот момент, когда он ласкающим жестом очерчивает контуры ее лица.
— Я тебя и не тороплю, но для себя уже все решил, — поцеловал без шансов отстраниться.
— Раздражает, играешь словами как тебе вздумается, — недовольно сказала, попытавшись укусить. Он увернулся, схватил за волосы, оттянул назад, оголяя шею.
— Без этого в Аду никуда, — рассмеялся, коснулся губами белой кожи. С губ девушки сорвался томный вздох. — Кто мне помешает ускорить процесс твоего размышления?
Голова закружилась. Ламия посмотрела на демона с неким трепетом. Хотелось большего, от его ласковых действий просыпалось возбуждение, которое она знала, однако еще ни разу не позволяла себе его удовлетворить. Осушить бы чашу до дна, и неважно потом что будет. Безрассудные поступки ее стихия, и все же, как бы Аластор не манил, он тот кто покупает души, убивает, с такими нельзя иметь дел.
Радио демон рассматривал долго плавные черты лица со свойственным ему любопытством и азартом. Удивительно, как быстро изменилась ценность этой девчонки, которую он сейчас держал в своих руках. Изначально имело значение только ее сила, желанная им. Теперь же весомость приобрела и ее личность, хотелось обладать всей ей целиком.
— Ал, — чуть дрожащим голосом позвала его, отведя взгляд в сторону, чтобы не сорваться и не подчиниться, — кажется мы оба всё-таки слишком много выпили.
— Предполагаешь причина в этом? — рассмеялся, вынудив снова посмотреть на него и мимолетно прикоснулся к губам Кинг.
Заерзала, не стал удерживать, зная все ее противоречия. Ламия выбралась из объятий, пытаясь унять дрожь в пылающем теле. Физические желания подавлялись пусть и притупленным, но всё ещё действующим рассудком. За дружелюбной улыбкой скрыла волнующее чувство. Аластор хмыкнул, чем больше эта девушка находилась в Аду, тем лучше меняла маски.
— Наверное уже слишком поздно, — намекнула Ламия, проведя рукой по волосам.
— Ага, но я слишком устал, — с поразительной наглостью растянулся на кровати.
— Ал! — возмутилась, на щеках вспыхнул румянец в момент, когда он призывно хлопнул ладонью по покрывалу.
— Не намек, — с весельем произнес демон, ему не нужно было даже смотреть, чтобы понять мысли Кинг. — Но если ты хочешь.
— Да ну тебя, — насупилась, легла рядом, сохраняя расстояние. — Только попробуй руки распускать.
— Минуту назад на это возражений особо не наблюдалось, — дразнясь, навис над ней. — Что сделаешь, если не послушаюсь? — приблизился к ее лицу, провел когтем от щеки к шее.
— Ничего, ты не сделаешь что-то без моего согласия, не в твоих принципах, — усмехнулась.
Ламия успела выучить демона, пусть его моральные нормы имели растяжимое понятие, однако Аластор не применял силу, когда в этом не было необходимости. В вещах касательных взаимоотношений между мужчиной и женщиной насилие для него являлось чем-то сверх аморальным. Понятно почему Энджел, тело которого Валентино истязал день за днём, считал Радио демона не самым худшим вариантом того, с кем можно заключить сделку.
— Поймала, — лег на спину обратно.
Ламия задумалась над тем, что она впервые вот так с кем-то лежит в постели кроме сестры. Это было чем-то новым, как и уменьшительно-ласкательная форма ее имени, срывающаяся с других уст. Возможно Кинг порой раздражало, как хорошо понимал Аластор ее душу, однако при жизни этого не хватало. От друзей приходилось многое скрывать, как и от Эви, хоть они были близки. Странно обрести в Аду того, кто тебя видит и не осуждает, возможно причина в том, что есть грехи и пострашнее. И все же не могла избавиться от чувства благодарности, не только к Радио демону, но и остальным ребятам из отеля тоже.
Не удержалась, наколдовала над ними звёздное небо. Добавила нотку романтики.
— Мы с сестрой часами могли любоваться звёздами, придумывали истории о далёких планетах, — воспоминания об Эви призвали волну нежных чувств. — В Аду и вправду не хватает ночных светил.
Аластор ничего на это не ответил. Развернул голову, чтобы увидеть воодушевлённое лицо Кинг. Он не произнес вслух, однако ему не доставало таких мимолётных человеческих радостей. С ней же удавалось вернуть мгновения из прошлой жизни, вспомнить выжженное Адом. Может в теории Чарли имелось зерно истины, и этой девчонке удастся пробиться глубже, чем остальным в темный мрак его души? Глупая мысль, только в момент, когда она взглянула на него сияющим от счастья черными глазами, он с уверенностью мог сказать, у него возникла жажда связанная не с физическими потребностями, а душевными. Ламией хотелось обладать не только как женщиной, но и как чем-то неземным. Маленькая слабость в доспехах демонического образа, которую следует укрыть от всех.
— Ал, как ты стал таким? — неожиданно поинтересовалась девушка, хотелось знать о нем больше, ведь этот демон как тайна за семью печатями.
— Тебе не хватает конкретики, — насмешливо произнес он.
— Как ты стал убийцей? Что привело к этому?
— Пытаешься найти оправдание? — рассмеялся. — Нет, милая Лами, обелить меня не получится. Я в отличие от тебя эмоциями руководствовался лишь первый раз, а потом одно сплошное наслаждение.
— Кто был первый? — беспокоило, ее совсем перестала пугать его садистская натура. В этом случае Кинг Аластора совсем не понимала. Одно дело потерять контроль и отключить человечность в порыве гнева, другое никогда ею не обладать.
— Отец, — вздохнул. — Признать, перед глазами лица всех моих жертв, но не его, даже не помню как убивал.
— Лишь кровавый туман перед взором, — Ламия вспомнила ночь жертвоприношения, как резала и терзала из мести. Разум тогда работал совсем иначе, словно у зверя вкусившего плоть.
— Очнулся с топором в руках, перед телом с размозжённой головой, — прикрыл глаза, пытаясь окунуться в прошлое, давно скрытое в самых дальних уголках разума. — Мама жалась в углу и рыдала, а я ничего кроме облегчения не испытывал.
— Твой отец был нехорошим человеком?
— Ужасным, — хмыкнул.
Ламия не могла подобрать слов, чтобы правильно выразить сочувствие, Аластор в нем не нуждался, а она не была способна до конца понять его. Придвинулась ближе, положила голову на его плечо и обняла. Вздохнула с наслаждением запах пряностей и дерева горящего в костре. Не могла девушка оправдать его на сто процентов, тяжёлое детство болезнь многих людей, однако не все становятся серийными убийцами. И все же было понимание, однажды боль может сломать и превратить в чудовище того, в ком изначально был потенциал стать драгоценным камнем для мира.
— Лами, спасибо, — произнес Аластор, касаясь губами макушки головы девушки.
— Я не оправдываю тебя.
— Знаю, и все же пытаешься утешить, — слишком добрая для адского котла.
Следующий день встретил Ламию стыдом и противоборством разума и чувств. Влияние алкоголя обнажило часть души, которую она стремилась скрыть, а лучше вообще отсечь. Ей было не по себе от ощущений комфорта в его объятьях, и тепла разливающегося по груди. Не хотелось открывать глаза, ведь он рядом, непозволительно близко, так, как она давно не подпускала никого. Если бы не этот будильник, Кинг бы точно притворялась спящей, пока Аластор не уйдет.
— Выключи эту штуку, — трель потревожила не только девушку.
— Сейчас, — неловко развернулась в его объятьях, взяла мобильник и прервала сигнал к пробуждению.
— Так лучше, — демон, чьи руки продолжали лежать на ее талии, притянул к себе обратно, горячее дыхание обожгло тонкую кожу на шее.
— У меня тренировка с Вэгги, — попыталась выбраться, когда по телу пробежал электрический заряд от одного невесомого поцелуя.
— Ты излишни временами старательная, — насмешливо произнес, отпуская.
— Привычки земной жизни, всегда много работала над собой, — рискнула наконец-то обернуться и взглянуть на растянувшегося на ее кровати Радио демона. — Почему не вернулся к себе, как я уснула?
— Разбудил бы, а ты слишком мило спала, — игривый блеск в глазах вызвал лишь стеснение.
С учётом отсутствия опыта в любовных делах, Ламия не знала, что говорить и как выпроводить. В прошлом ее отношения не шли дальше поцелуя в парке, пары свиданий и подарков, чтобы завоевать расположение. Забраться к ней под одежду пытались, однако с ее характером и страхами это сложно получалось. К тому же Ламия никогда не выбирала излишне настойчивых ухажёров, а о ком-то наподобие Аластора, с его завышенным чувством собственного достоинства, и речи не шло. Предпочитала людей со здоровой самооценкой. Теперь же Кинг столкнулась с плохим мальчиком, который ей нравился, как по всем каноном жанра до бабочек в животе, с ним же она заходила за границы собственного опыта и не знала как себя вести. Не хотелось бы испортить свою адскую жизнь влюбившись в манипулятора со стажем.
— Ты же сейчас просто надо мной издеваешься, — пробурчала, направляюсь к туалетному столику. Вряд ли его сильно заботило насколько мило она выглядела во сне, однако брошенные слова цели достигли.
— Видя свое лицо в такие моменты, поняла бы меня, — усмехнулся, встав с постели.
— Сильно в этом сомневаюсь, — сев напротив зеркала, попыталась расчесать спутанные волосы, с их длинной это было крайне сложно. На сон она обычно заплеталась, чтобы с утра не вести борьбу с колтунами.
— В тебе всегда так много сомнений? — Аластор встал за спиной Кинг, замерший, глядя на его отражение в зеркале. Опять этот взгляд, вынуждающий сердце пропустить удар. Пальцы демона стискивают маленькие плечи. — Трудно жить, когда разум противоречит желаниям, — насмешливо произнес возле уха.
— Ал! — обернулась резко, строго взгляну на него, смеясь, убрал руки.
— Давай с волосами помогу, ты их путаешь ещё больше, — перехватил у нее расчёску. — Знаешь, мы можем регулировать свое тело.
— Раньше не мог сказать, чтобы я не изображала Рапунцель? — зло спросила. — Как это провернуть?
— Забавно наблюдать за твоими потугами, — ответил с насмешкой. — Ты сама должна чувствовать как это сделать. Точного совета дать не могу, для меня этот процесс уже сродни дыханию.
Подарив гневный взгляд, вздохнула. Для него многое лишь забава, особенно в плане людских страданий. Идеальный демон. Опустила веки, мысленно представляя как уменьшаются волосы до удобной длинны. Приоткрыла глаз, с надеждой смотря на черные пряди. Не вышло. На ее лице отразилось разочарование.
— Смотрю в плане понимания своего нового тела есть проблемы, — Аластор продолжил избавляться от спутанности в волосах. — Ты не сразу приняла облик, так что сильно не расстраивайся, придет со временем.
— Ты сказал процесс естественный, почему же у меня не выходит? — утешить Ламию не смог.
— Предполагаю причина в твоей голове, — постучал по ее макушке пальцем. — Ты ещё слишком привязана к земной жизни. Часть людей из твоего ковена живы, это не дает покоя.
— Звучит хреново, не хочу таскаться ещё век с такой длиной, пока они не попадут сюда, и я с ними не разберусь, — яростный огонь в черных глазах ему понравился. Тьма есть во всех, для Аластора она особо притягательна.
— Лами, возможно все произойдет раньше, тут многое зависит от тебя, — отложил расчёску. — Никогда не знаешь, что ждёт за поворотом, особенно в Аду.
Аластор дал достаточно пищи для размышлений, чтобы загрузить весь день грешницы. Ни полеты, ни работа, ни уход за растениями ее не отвлекли от вопросов, назойливым роем жужжащих в сознании. Дело касалось не только контроля демонического тела, но и взаимоотношений с Радио демоном. Чувства или разум? Что сейчас должно преобладать? С подобным настроем она возвращалась вечером к себе в комнату, так и не найдя ответы. Остановилась у спальни Чарли, вспомнив о необходимости обсудить с ней вчерашнюю выходку, чтобы больше не повторяла подобных трюков.
— Можно? — спросила, перед этим предварительно постучав.
— Лами? — растрёпанная принцесса открыла дверь. Она была в пижаме, и девушка не могла вспомнить видела ее сегодня или вообще слышала ли. Ощущались признаки поступающего депрессивного настроения. — Заходи.
Вся спальня оказалась завешена хаотичными схемами по искуплению. Ламия оценила общий хаос и бардак. Мысль о том, чтобы ругать Чарли отступила, сменилась на более обеспокоенные. Очевидно у кого-то творческий кризис.
— Чарли, а где Вэгги? — странно было не наблюдать подругу принцессы рядом с утешающими речами наперевес.
— Пошла приготовить чай, — махнула рукой, садясь на пол перед кипой листов с записями.
— Знала бы, захватила успокаивающий отвар, — Кинг устроилась рядом. — Что случилось?
— До истребления остался месяц, а мы так и не сдвинулись с мертвой точки, — запустила пятерню в золотистые волосы. — Ты права, я не могу ничего дать грешникам, у нас нет доказательств искупления. И небеса не помогут, по крайней мере даже шанса не дадут. Адам явно намерен уничтожить все души! — говорила быстро и на панике.
— Адам? Тот самый? — упоминание имени первого человека произвело эффект не порадовавший принцессу.
— Да, он лидер экзорцистов, — зло прошипела. — Ему плевать что гибнут люди, он убивает их с удовольствием! — развела руками. — Сократил срок истребления, не дав даже попробовать!
— Расскажи подробнее, может придумаем вместе что-то, — ласково улыбнулась, коснувшись плеча Морнингстар.
Первый выясненный факт — Чарли умеет злиться, и выражения в этот момент не выбирает. Второй, часть небес абсолютно против искупления, но похоже принцесса говорила не со всеми. Третий, задетая гордость мужчины не уступает женской ярости. Под конец триады от дочери правителей Ада стало понятно, шанс невелик, Адам ясно дал понять, он жаждет убивать грешников. Кто его с такими кровавыми замашками в Рай пустил?
— Мудак, — сделала заключения Кинг.
— Ещё какой, — согласилась Морнингстар.
— Хотя и его могу понять, — Чарли вопросительно посмотрела на собеседницу. — Твой отец увел его первую жену, вторую соблазнил на грех. Тут задето самолюбие, однако паршиво отыгрываться на ребенке человека, который тебя обидел, вместо того, чтобы противостоять родителям. Кстати, если мне не изменяет память, твой отец ангел, к тому же один из первых?
— Ага, пока его не скинули сюда, — вздохнула, растерянно теребя в пальцах край пижамы. — У тебя есть какие-нибудь мысли?
— Нам нужно связаться с другой частью небес, и думаю твой отец сможет в этом помочь, раз он устроил встречу с лидером экзорцистов.
— Да, но, — замялась принцесса, и Ламия сразу поняла причину.
— Письмо не отправляла и не говорила с ним, — подметила Кинг. — Чарли, решай сама, возможность достигнуть цели или страх перед встречей. Но я бы сказала, нельзя давать сломить себя собственным проблемам.
— Знаю, просто, — поджала под себя колени, уткнулась в них лицом. — Как убедить его? Он давно не верит в людей, утратил возможность видеть их свет.
Ламия не успела ответить, да и сказать что не знала. В комнату вошла Вэгги с подносом, на котором были две чашки горячего чая. Встреча с Ламией в комнате принцессы ее удивила. Свою мысль относительно помощи Люцифера Кинг пояснила и ей, а после оставила девушек наедине, в надежде, Вэгги сможет приободрить свою возлюбленную.
День спустя идея об участия короля Ада просочилась в народ, и Морнингстар уговаривали все обитатели отеля. Ламия в дебатах не участвовала. Она летала над крышей своего места жительства. Медитативно плыла в воздухе, обходя знакомые препятствия уже с закрытыми глазами. Ей в кайф проводить так время, позволяло расслабиться и ни о чем не думать. Истребление. Демоническое тело не подчиняющееся контролю. Месть. Контракт на душу. Аластор, который тоже не участвовал в общей дискуссии.
Ощущение опасности возникло из ниоткуда. Ламия почувствовала приближающуюся атаку, но силы узнала сразу. Ушла от тени, плавно лавируя в воздухе. Распахнула глаза, глянула на крышу. Знакомый красный силуэт вызвал улыбку, а не гнев. Аластор не стал повторять трюк, привлек к себе внимание. Решила ответить резко спикировал на него. Получилось крайне неудачно, быстрые приземления ей ещё не давались. Опустившись на землю, сделала несколько шагов по инерции вперёд и влетела в демона. Он сумел удержать не только свое равновесие, но и не дать Ламии поцеловать землю носом.
— Ох, прости, над приземлениями надо ещё поработать, — смущённо улыбнулась, высвобождаясь из рук Радио демона.
— Признайся, хотела, чтобы я тебя обнял, — насмешливо сказал, наблюдая за тем, как девушка поправляет одежду.
— Губозакаточную машинку не подать? — язвительно отозвалась Кинг. — Оригинальное у тебя пожелание доброго утра. Не пробовал позвать, прежде чем атаковать?
— Сомневаюсь, что на данной дистанции ты бы меня услышала, а рупор я с собой не прихватил, — Ламия кинула быстрый взгляд на микрофон в его руках, дав намек. — Он не для этого.
— Ну и ладно, просто постарайся в следующий раз меня не убить, — покачала головой, шагнула к выходу с крыши.
— Я бы не промахнулся, будь это моей целью, — едва уловимые радиопомехи прозвучали как насмешка.
— Ты что-то хотел, раз притащился за мной наверх? — поинтересовалась у демона, идущего рядом.
— Скучно стало, решил проверить как у тебя успехи, — в игривой манере покрутил посох. — Сегодня абсолютно нечего делать.
— И ты решил досаждать мне, — закончила мысль собеседника с признаками раздражения в голосе. — Занялся бы лучше вязанием или другим полезным делом, а не искал того, кому нервы можно потрепать.
«Он как тот трикстер, у которого пятая точка в спокойном положении прибывать не может, дай только кому-то насолить», — подумала с недовольством.
Ламия знала, раз у Аластора такое настроение, отвязаться от него сложно. Хотела уже пригласить куда-нибудь выпить кофе, раз ей грозит его общество, однако планы быстро изменились, когда они вышли в главный холл. Ей понадобилось минута, чтобы понять, почему все вокруг напоминало ей встречающую делегацию с цветастыми плакатами, печеньем и глупыми улыбками.
— Всё-таки Чарли удалось себя пересилить, — подметила Ламия.
— Ты о чем? — спросил Радио демон.
— Это что-то новенькое, ты не в курсе событий, происходящих в отеле? — мотнул головой. — Ожидается визит большого босса, — хмыкнула Кинг, и стоило ей закончить фразу, как на пороге возник сам владыка Ада. — Ладно, насчёт большого я погорячилась, — поправила себя, когда увидела представшего ее взору мужчину, совсем не такого, как она представляла. Аластора посмеялся с замечания собеседницы.
«У меня теперь много вопросов к Лилит, а точнее ее фетишам», — вспоминала высокую демоницу и невольно сравнила ее с мужем, чей рост вряд ли дотягивался до метра шестьдесят.
Не только рост выделял Люцифера на фоне остальных, внешнее он все же скорее был ближе к ангелам, чем к обитателям своего королевства. Белая одежда и кожа, однако руки черные, светлые волосы, глаза красные. Лами, признать, оказалась разочарована, она ждала образ некого библейского великого зла, а не булочку с корицей. Теперь стало ясно в кого Чарли. Однако интереснее не это, а его энергетика. Местные жители ощущались темной аурой, с определенными особенностями, от энергии Аластора ее вообще мутило. У принцессы Ада силы спали глубоко внутри, их сложно было распробовать, а его вызывали покалывания во всем теле, только приятные. На языке ощущались как ароматный яблочный пирог с нотками корицы.
— Надо поприветствовать гостя, — Ламия совсем забыла о Радио демоне, однако по его настрою уже знала, точно следует ждать заварушки. Не успела и слова ему сказать, как тот тенью переместился вниз.
Сама же она не спешила встречать отца Чарли, наблюдая со своего места, как зритель за шоу, которое мгновенно началось, стоило подключиться Аластору. Стало очевидно, демон и бывший ангел не пришли в восторг от знакомства друг с другом. Лами едва удержалась от смеха, видя как Ал вытер руку, после того как коснулся посоха Люцифера. Не помнила она, чтоб этот парень к кому-то настолько открыто выражал неприязнь. Стало любопытно, решила спуститься, вовремя. Чарли знакомила папу с другими жителями отеля, и уже глазами искала Лами.
— Ах, вот и она, — принцесса словно бы выдохнула, увидев свою последнюю постоялицу. Кинг даже не поняла, причина в том, что именно она все спровоцировала, или Чарли переживала, новенькая в Аду легко могла испугаться встречи с самим Люцифером. — Папа, это Ламия, она здесь появилась позже всех, — указала ладошкой на грешницу. — И очень помогла нам: сделала сайт и страницу для отеля, листовки и много чего еще.
Красные глаза встретились с черными, и на секунду Лами показалось, правитель преисподние оцепенел, словно что-то заметил в ней. Кинг нахмурилась и ощутила лёгкий приступ раздражения, и не потому что на нее смотрят так, будто призрака увидели. Девушка задумалась над тем, насколько плохой перед ней отец. Росшая в любящей семье, она уверилась, если бы родители однажды развелись, не заставили ее так же метаться и мучатся вопросами, как он Чарли. Папа не оставил бы ее и обязательно поговорил, поддержал, дал бы понять, развод не конец его любви к детям. Люцифер же этого не сделал, а Лилит вообще игнорирует своего ребенка. Да, она отправила Ламию позаботиться о принцессе, однако это не тоже самое, что родительская поддержка.
— Что-то не так? — на ведьму смотрели слишком пристально и долго, чтобы она ощутила себя неуютно.
Люцифер не ответил, отвернулся, оставляя Кинг в недоумении. Почему на нее так смотрели, будто реально увидели нечто страшное или знакомое? Сообразила не сразу, осознание пришло спустя пару минут, в ней же сила Лилит частично из-за сделки, вот ее король и почувствовал.
«Не проболтается ли он Чарли?» — встревожилась Ламия, увидела, как Аластор с непониманием смотрит на нее. Она считала вопрос в его взгляде, он конечно же заметил эту заминку в знакомстве. Покачала головой, давая понять, все нормально.
Однако потом было не до этого, потому что началось настоящее представление. Люцифер стал рассуждать над темой названия отеля, вмешался Ал, сказав, что эта его идея. Отец Чарли назвал ее глупой, и тут терпеливый демон, по крайней мере Лами знала его именно таким, послал самого короля Ада в пешее эротическое.
«Он охренеть по какому тонкому льду сейчас ходит!» — Ламия почувствовала, как у нее уши загорелись, поскольку вообще не помнила, чтобы когда-нибудь слышала от Аластора мат. Она конечно не неженка, могла ругаться как моряк дальнего плавания, но не он. Его речь всегда словно была вычищена до идеала.
— Ох, — осознавая, что сейчас начнет смеяться в голос, Кинг уткнулась в плечо Энджела, чтобы спрятать хохот.
— Тише, а то ещё и нам прилетит, — Даст отреагировал спокойнее, но ему было так же неловко и смешно. — Попкорна бы сюда.
Ламия прыснула от смеха, поддержав идею друга, ведь дальше развернулась самая настоящая баталия, посередине которой оказалась Чарли, не знающей к кому кидаться. Она стала главной темой дискуссии короля Ада и своего управляющего. Двое папочек, не способных поделить одну дочурку. К тому же было очевидно, как Аластор намерено играет на отцовских чувствах правителя, переманивая к себе принцессу.
Хаску пришлось успокаивать теперь и Энджела, и Ламию, с трудом справляющихся с рвущимся наружу безудержным хохотом. Такой шоу программы с визитом Люцифера явно никто не ожидал.
— Они в порыве чувств тут отель нам не разгромят? — неуверенно спросила Кинг, ощущая, как схлестнулись две огромные силы. Мощь бывшего ангела конечно превосходила, и все же Аластору стоило отдать должное, он многое мог.
— Думаю нет, не хотят же они огорчить дочурку, — ответил Даст, подавив очередной приступ смеха. — Не знал о столь глубокой привязанности к Чарли нашего улыбаки.
— А вот мне кажется они излишни увлеклись, — покачал головой Хаск. — И поверь, нет тут привязанности, ему скорее побесить его величество хочется, — с котом демоном Кинг была согласна.
Она впервые видела Ала таким неспокойным, и не могла понять, нравится ли ей эта сторона демона. В обычной ситуации, если его взбесить, угроза или лишение конечностей, но тут он оказался загнан в угол. Знает силу врага, однако хорошо играет на его слабых сторонах, раз уж не может пригрозить. Аластора нельзя назвать глупцом, просто так задевать короля Ада он бы не стал, и трусом точно, всё-таки не каждый попрет на того, кто сильнее его.
«Точно трикстер», — наблюдая за Радио демоном, подумала Ламия.
— Может стоит их прервать, а то они уже и о Чарли забыли за собственной ссорой? — задала вопрос Кинг, вызвав в свою сторону угрюмые взгляды.
— Вперёд, я к ними не полезу, как и никто здесь, — махнул лапой Хаск.
Желающих оказаться между Годзиллой и Конгом не появилось. Ламия решила рискнуть, хоть понимала, зашибут и не заметят. Однако и сидеть сложа руки не могла. Уже сделала шаг в сторону двух ссорящихся мужчин, когда дверь в отель распахнулась, и все внимание сосредоточилось на неожиданной гостьи. До ее появления, Лами была уверена, самый низкий среди них это Люцифер, Ниффти не считалась, у нее в глазах грешницы особое положение, теперь же она узнала, бывает и меньше. Маленькая, пухлая, с лицом, как у ведьмы из сказок, при этом одета с вульгарностью женщины из кабаре.
— А это кто? — голос Ламии и Люцифера прозвучал одновременно.
— Мимзи! — в этот раз синхронизировались Аластор и Хаск. Если восклицание Радио демона отражал радость, то бармена угрюмость с явными нотками раздражения.
— Старая знакомая? — удивлённо спросила Кинг, наблюдая за тем, как гостья обнялась с управляющим. В груди неприятно кольнуло. Он же не любит прикосновения!
— Ходячая беда, — резюмировал Хаск, складывая руки на груди.
Ламия не могла удержаться от внутреннего негатива, особенно когда Аластор представил давнюю подругу всем. Реакция кота демона говорила, ей она точно не понравится, плюс признаки ревности, которые старалась в себе потушить. Всё-таки должны быть у него друзья, и удивляться нечему, Ламия давно заметила по рассказам Ала, в его окружение чаще были женщины, но ни одна не упоминалась в романтическом плане. Прикусила губу, успокоилась, ей хоть и не нравилась эта его знакомая, слишком приторно сладкая энергия, однако проявить недружелюбие и неприязнь с первых минут знакомства это хамство, и попахивает какой-то мизогинией.
Аластор, игнорируя попытки Люцифера избавиться от его компании, последовал за ним, Чарли и Вэгги, остальные же остались у бара. Больше всего интереса к Мимзи проявил Энджел. Для него явно открытие, что у устрашающего Радио демона могут быть друзья. Хаск и Ламия угрюмо переглядывались, пока гостья пересказывала историю его становления. Ее присутствие тяготило двоих, однако Лами была благодарна, вмешательство этой женщины спасло отель от возможных разрушений.
— Сейчас он подобным не занимается, это давно в прошлом, — смеясь от истории свержения старых владык, Мимзи чуть не расплескала предоставленный ей напиток. — А налейте ему выпить, включите джаз, станет просто лапочкой.
— А это для меня не секрет, — усмехнулась Ламия, стукнув пальцем по своему стакану, женщина покосилась на нее с раздражением. Такой реакции девушка удивилась.
«Не поняла? Я конечно тоже к ней любовью не пропиталась, но все же открытой неприязни не выражала», — подумала она, глядя как та недовольно фыркает.
— А ты откуда знаешь? — Даст с хитрой улыбкой обратился к Кинг.
— А чем мы по-твоему столько вечеров вместе занимались? — едко спросила Ламия.
— У меня вариантов много, — рассмеялся Энджел.
— Я уверена, твои варианты не будут мной оценены, — покачала головой.
— Но они тоже присутствуют? — подмигнул, а смутившаяся Ламия поймала на себе взгляд гостьи, полный необъяснимого гнева.
— Эндж, ничего из того, что ты там себе нафантазировал, — взъерепенилась Кинг.
«Что за реакция у этой Мимзи? Неужели?» — догадка достигшая сознания настолько поразила, Ламия чуть не выругалась вслух.
— Хаск, а ты все так же таскаешься за Аластором? — привлекла к себе внимание женщина, которой явно не нравилась тема, обсуждаемая другими.
— Не твое дело, — агрессивно буркнул кот.
«С учётом их контракта, данный вопрос не стоило задавать», — подметила Ламия, раздумывая над тем, чем данная особа могла зацепить Радио демона, в ней она вызывала лишь раздражение. Не хотелось связывать образ понравившегося мужчины с этой дамочкой.
— А ты, Ниффти? — обратилась к рядом крутящейся с иглой горничной.
— Веду борьбу с тараканами! — детский голосок не демонстрировал какого-либо интереса к персоне задававшей вопрос. Эта бестия всегда себе на уме.
— И как продвигается? — скривилась Мимзи.
— Пока побеждают, но это ненадолго, — хищный оскал коснулся милого личика, а игла в ее руках стала выглядеть устрашающе. — Ламия, ты обещала посмотреть мой тараканий спектакль.
— Точно, — вздохнула, Кинг только и искала повод покинуть эту компашку. — Пошли, покажешь, — встала со своего места и взяла на руки Ниффти, усадила к себе на плечи.
— Вперёд, мой верный скакун! — прокричала малышка, указывая направление иглой.
— Иго-го, — рассмеялась Ламия, чуть подпрыгнув с девчушкой.
— Она в курсе, что Ниффти не ребенок? — спросила Мимзи, провожая Ламию взглядом полным неприязни.
— Ага, — в голос ответили все остальные.
— Думаю это из-за сестры, — заметил Энджел. — Ей просто необходимо о ком-то заботиться.
— Эн, много болтаешь, — зло шикнул на него Хаск.
— Зря я, согласен, — кивнул паучок. — Мимзи, расскажи лучше побольше об Аласторе, он загадка с того момента, как пришел в отель.
Спектакль не вышел, поскольку тараканы все разбежались. Утешив расстроенную Ниффти добытой с кухни сладостью, Ламия решила пойти в кабинет. Не желала признаваться, но ей хотелось узнать у Аластора побольше о его подруге и их взаимоотношениях. Ревность покоя не давала и бесила. Чувствовала себя одной из тех дамочек, кто сама не съест и другим не даёт. Иногда хотелось быть такой безумной как Ниффти и не беспокоится о подобных вещах.
Уже завернула за угол, когда наткнулась на Хаска и Аластора. Решила подойти, узнать, не покинули ли их гости. Однако, услышав обрывок фразы, остановилась и спряталась за поворотом.
— Странно слышать это от того, кто сам на цепи, — зло бросил кот демон и мгновенно изменился в лице, как и Ламия.
Грешница согнулась попалам из-за резко толчка огромной удушающей силы. От гнева Аластора ее замутило, она уже и забыла какого это. Голос с большим количеством радиопомех вызвал мурашки по телу. Если ей стало так плохо, то что должен был испытывать Хаск, находящийся рядом? Выглянула из-за укрытия. Цепь с зелёным свечением облетала шею кота, придавливая к земле, а над ним навис Ал в своей устрашающей демонической форме вендиго. Хаск дрожал, будто лист на ветру, и со страхом смотрел на хозяина своей души. Такого ужаса на лице этого парня Ламия еще не видела.
«На цепи, на цепи, на цепи, — проносилось в ее голове. Вспомнились звенья сжатые в длинных пальцах Лилит. — Душа Ала не принадлежит ему!»
Сложно представить какого оказаться в яме, в которую ты скидывал других. Как должен чувствовать себя владыка, чья власть медленно ускользает из его пальцев? Он гордый, самовлюблённый, а ещё нажил себе достаточно врагов, чтобы те, лишь ощутив слабость, слетелись на него, точно гиены на падшего льва. Ламия не могла в полную меру понять его чувства, однако картину увидеть не составило труда. Аластор, появившись в Аду, буквально завоевал имя и сделал это самым возможным кровожадным путем, на котором тебя либо боятся, либо уничтожат. Он не терпит, когда задевают его самолюбие, и Хаск сделал худшее, напомнил о его большом проколе в идеально выстроенном образе.
Не зная, руководит ли ей безрассудство, глупый альтруизм или нечто иное, Ламия вышла из укрытия, встала между Хаском и Аластором. Она боялась такого Радио демона, даже при знании его слабости, ей он был не по зубам. Не могла сказать на что рассчитывала, однако остаться в стороне не получилось. Черные глаза решительно взглянули на опасность перед собой. Поражаясь этой отчаянной храбрости и ее внезапному появлению, Аластор принял прежний облик, выпуская из рук поводок.
— Ламия, — хрипло произнес Хаск, протягивая к девушке руку, но дотянуться не сумел. Если она сейчас скажет лишнее, то пострадает. Он слишком хорошо знал этого демона, пару неосторожны слов, и живой ей не уйти, а Хаск не мог подобного допустить, ведь Кинг сейчас вступилась за него.
— Самоутвердился? — зло бросила Ламия, сжимая пальцы в кулаки. Зря она так говорит, понимала, но ее переполняли эмоции. Злилась на данный поступок Аластора, на себя, ведь позволила забыть его истинное лицо.
— Много слышала? — холодно спросил демон, рассматривая плавные черты лица грешницы, окутанные черной дымкой. Ее сила бурлила вместе с ее эмоциями.
— Достаточно, — не отступала, не тряслась, а главное не врала.
«Безумная. Зачем сказала правду? Я бы сделал вид, будто поверил, стоило тебе солгать», — демон протянул руку к девушке, но она упрямо отстранилась. Он издал смешок, не давая возможности уйти повторно, схватил за подбородок, вынудил смотреть на него. Ему должно быть сейчас беспокойно от того, что она знает его тайну, злить этот факт, однако все чувства пробуждение словами Хаска сменило нечто иное. Аластор уже знал, Ламия и словом не обмолвится ни с кем об этом. В угрозах нет смысла, а значит и в его гневе тоже, остаётся лишь любоваться красивым личиком, храбростью, пробивающей через страх и осознание, демон перед ней может убить не моргнув и глазом, смущением и яростью, смешавшую воедино в омуте черных глаз.
— Будь аккуратнее в словах и действиях, Лами, — отпустил ее. — Поговорим позже.
— Жду не дождусь, — буркнула девушка, провожая уходящего Радио демона хмурым взглядом. — Хаск! — вспомнила о том, ради кого встряла в потасовку. Кинулась к нему, помогая встать. — Ты как?
— И зачем, глупая девчонка, влезла? — принимая поддержку, ворчал бармен отеля.
— Вот тебе и благодарность за помощь, — закатила глаза.
— Он мог убить тебя, и за меньше с другими расправлялся, — тревога в голосе тронула Кинг.
— Но я всё-таки осталась жива, — улыбнулась, однако эмоция быстро сменилась, Хаска всё ещё трясло. — Я могу заварить тебе успокаивающих трав, мне они тоже не помешают, — внутри Ламия так же ощущала беспокойство, хоть и скрывала его лучше. К тому же Ал дал понять, тема не закрыта, просто сейчас ему интереснее проследить за Чарли.
— Пару глотков чего покрепче, и я в норме, — отмахнулся кот демон.
— Везёт тебе, что в Аду нельзя умереть от цирроза печени, — усмехнулась. — Пошли, подышим свежим воздухом, если его таковым здесь назвать можно, — указала на дверь, ведущую на балкон.
Стоило им выйти, как Хаск, нервно пошарив по карманам брюк, достал помятую пачку сигарет, явно давно не используемую. Следом в его руках появилась такая же побитая жизнью зажигалка. Кинг не помнила за ним этой вредной привычки, поэтому удивилась, когда кот попытался закурить.
— Бросил, но иногда срываюсь, когда нервишки шалят, — пояснил он, пытаясь подкурить сигарету, но зажигалка упрямо не хотела давать искру. — Проклятье, — девушка поднесла к нему небольшой огненный шарик, позволяя наконец-то сделать первую тягу.
— Значит, Аластор кому-то продал душу? — Ламия села на перила. В голове так и крутилась одна простая мысль: не стоило ей знать.
— Забудь и не трепись об этом, может тогда выйдешь из этой истории со всеми частями тела, — Хаск показал свое раздражение, скрывая за ним тревогу.
— Я не из любителей сплетни собирать, — хмыкнула. — К кому же он так попал?
— Мне не докладывал, — сделал затяжку, но сигарета не помогла справиться с дрожью, поэтому в гневе потушил и выбросил.
— Как ты узнал о сделке, если он ее скрывает?
— Воля случая, скажем я из тех его душ, кто слишком много времени провел рядом с ним, — горькая усмешка, которую Ламия поняла.
Не смотря на все в Аласторе что-то было, может и нехорошее, однако вызывающее интерес, уважение. Он не из тех безумцев, уничтожающих все на своем пути, и не тот, кто пренебрегает всеми моралями, ради собственного удовольствия. Имеет какие-то принципы, хоть и сдвигает в меру своей выгоды, однако в Аду подобное норма. Ламия это поняла не проведя и полгода с ним, Хаск же был подле гораздо дольше, а значит многое повидал, и наверное в какой-то мере надеялся если не на дружбу, то на приятельские отношения. Кинг вспомнила, как кот демон относительно открыто выражал свое мнение Аластору, со всей своей грубостью и ядовитым сарказмом, значит в априори у них установилось неплохое взаимодействие, и Ал позволял подобную вольность в общение.
— Контракты, сделки. Смысл одинаковый, плата везде почти одна и та же. Рабство взамен на то, что ты хочешь, и все же отношения у всех разные, — Ламия провела рукой по шее, невольно вспоминая ощущение ошейника на ней. Почему-то размышления о демоническом обороте душ привела ее к оценки своих отношений с Лилит. Дистанция. Задание. Минимальное взаимодействие. Не так уж плохо для ее положения.
— Ты об Энджеле? — лицо Хаска изменилось. Аластор не лапочка, сделка с ним вообще паршивая идея, но он и вправду не худший вариант. — Валентино один из самых дерьмовых владык, кого я знаю. Он ловит кайф, калеча души, пока от них и живого места не останется, и у него нет в этом плане никаких ограничений, — вздохнул. — Поэтому прошу, будь осторожна.
— За мою душу не парься, — рассмеялась, поздно уже было.
— Ламия, ты не понимаешь, что значит попасться на сделку, — строго произнес Хаск, наступая на девушку. — Эти цепи не скинуть, пока ты как игрушка не надоешь хозяину. Унизительно. Страшно. И никто не поможет.
— Да знаю я, знаю, — закатила глаза, бесило, с ней говорили, как с непутевым ребенком.
— Нет, — развел руками.
— Хаск, я знаю, — отчеканила каждое слово.
— Что? — пару мгновений на осознание со стороны кота демона. — Когда? Кому?
— Ещё при жизни, — Лилит не запрещала говорить о сделке другим, это секрет лишь для Чарли, да и любой, кто бы попытался заполучить ее душу, поняла, что она уже несвободна. — Поэтому все ваши увещевания для меня бесполезны. Не смотри на меня с таким сожалением, я прекрасно понимала на что иду и для чего.
— Из местных никто не может заключать сделки с живыми людьми, значит мы говорим о ком-то вышестоящим в иерархии, — подметил Хаск, его хвост нервно задвигался. Эта девочка возможно ходячая неприятность и не просто так оказалась в отеле.
— Угадал, — рассмеялась и подмигнула. — Не напрягайся так, это была Лилит, опасности я не представляю.
— Мама Чарли? — удивлённо захлопал глазами. — Значит ты оказалась на пороге отеля не по воле случая.
— Ага, — кивнула. — Только нашей принцессе знать об этом не стоит, так что будь любезен.
— Нем как рыба, — хмыкнул. — Вот почему Люцифер завис, когда увидел тебя.
— Во мне часть силы его бывшей жены, уверена, он ее почувствовал, — вздохнула, вспомнив, как ей передалась энергия Лилит, щеки опалил румянец, это было слишком горячо.
— Зачем же ты пошла на подобное, да ещё при жизни?
— Нужны были силы защитить меня и сестру, — поджала губы, в голосе послышались стальные нотки. — Я способная ведьма, но моих талантов не хватило бы, чтобы убить такое количество людей.
Хаск не смог удержаться от того, чтобы выразить сочувствие взглядом, коснулся девичьей ладони. Он понимал подобные сделки лучше всех, правда его куда более эгоистичная, чем защита близкого человека. Не желание утрачивать свое могущество, привело к падению на колени перед другим. Даже если обладатель твоей души не так уж плох, само ощущение своего рабского существования, невозможности возразить, если тебе прикажут сделать что-то против твоей воли, тяготит.
— Эй, не надо сострадания, я оказалась в неплохом положении, — рассмеялась Ламия, потрепав кота по голове, от чего тот растерялся. — Сто лет службы не так много для вечности. К тому же задание несложное вроде, всего лишь присмотреть за Чарли и помочь с отелем, а принцесса наша не вредина и не бука, а божий одуванчик, — спрыгнула с перил. — Так что все хорошо, единственный минус, если Чарли будет угрожать опасность, я должна прикрыть собой. Не сказала бы, что мне нравится отсутствие права выбора в этой ситуации, однако сейчас мне кажется, я бы оказалась рядом и без приказа королевы, — направилась к выходу. — Ещё и защищена от продажи души кому-то вроде Валентино, ибо никто не сунется к Лилит, и убивать ее подчинённую опасно, если так посмотреть.
— Можно сказать тогда, что тебе и правду повезло, — усмехнулся Хаск, пряча руки в карманы.
— Надеюсь данное положение не лишит меня членства в клубе неудачников, продавших свою душу? — пошутила, рассмешив Хаска, который совсем уже и забыл об инциденте с Аластором.
Ламия не успела в сопровождение друга вернуться в главный зал, где остальная часть компании расспрашивала Мимзи, как прогремел взрыв. Многострадальная стена отеля снесена, а группа из демонов-акул заряжала ружья для повторного удара.
— Какого, опять? — к месту атаки ругаясь прибежала Вэгги, сжимая в руках копьё. — Что на этот раз?
— Мы знаем, что эта сучка здесь, отдайте, и ничего не сделаем! — крикнул один из нападающих, а бывшая ангел посмотрела в сторону Ламии.
— Если это Вокс всё ещё лелеет свою обиду то да, а так я не при делах, — покачала головой Кинг.
— Это я, — Мимзи показала нос из-под барной стойки. — Возможно акулы обиделись на то, что не отдала им одолженные деньги, а ещё разбила тачку их босса.
— Так и знал, что от тебя одни неприятности, — зло процедил Хаск.
Теперь Ламия лучше понимала его раздражение при виде этой дамочки. Если убрать личные мотивы и взглянуть на ситуацию разумно, то тут и у Ламии руки зачесали от желания настучать ей по голове. Она пришла сюда не к старому другу, а к тому, кто может прикрыть пятую точку и вытащить из неприятностей. Каким бы Аластор не был, но подобное использование людей не по вкусу Кинг. К этому всему, Лами теперь поняла гнев Вэгги, эта дамочка притащила к их дому тех, кто мог навредить постояльцам.
— Я разберусь, — появившийся из тени демон, отодвинул в сторону Вэгги, готовую ринуться в бой. — Пора напомнить всяким мелким сошкам, почему не стоит связываться с Радио демоном.
Ламия звучно выругалась, когда Аластор изменился в размерах, став чуть ли не с сам отель высотой. У них были поединки, но таким она его не видела, для нее сегодня прямо день открытий. Явившиеся коллекторы бросились в рассыпную, хотя находились смельчаки, решившиеся атаковать. Кинг подавила рвотный позыв, наблюдая за кровавой расправой, излишни жестокой даже в ее глазах.
— Давай, Аластор, покажи им! — радостно закричала Мимзи, а Лами раздражённо покосилась на нее.
— Я бы на твоём месте сидела молча и не показывалась, — зло бросила девушка, расправив крылья в угрожающем жесте. — Это ты притащила к нам этих парней, для того, чтобы тот, кого ты называешь другом, задницу твою прикрыл, — женщина стушевались под злым взглядом черных глаз.
«Что не так с этой девчонкой?» — недовольно подумала Мимзи, складывая руки на груди.
— Ему в радость мне помочь, — возразила незваная гостья, с вызовом взглянув на собеседницу.
— Уверена? — хмыкнула. — Давно общались? Может у него изменились приоритеты? — склонила голову на бок, на губах заиграла опасная улыбка.
— Вот о чем я говорю, Чарли, — голос Люцифера отвлёк от конфликта. — Наши люди ужасны! Пытаешься помочь, а они разрушают все! Им подавай только боль и страдания!
— Папа, хватит! — развела руками принцесса. — Да, Ал расправляется излишни жестоко с ними, но он пытается защитить отель, потому что верит в меня! Почему же ты не можешь?
— Оу, семейная драма, — протянул Энджел, доставая неизвестно откуда попкорн. — Здесь становится все интереснее и интереснее.
— Делись, чем давишься, — рассмеялась Ламия, угощаясь едой паучка, он и не возражал.
— Чарли, — Люцифер грустно посмотрел на свою девочку.
— Услышь же меня, пожалуйста, — вздохнула хозяйка отеля. — В детстве, именно твои истории научили меня верить в то, что свет можно найти в каждом, — она напомнила ему о сказках, которые слышала в прошлом. — Ты видел лучшее в душах и это вдохновляло меня. Я несу в мир не только идеи мамы, но и твои.
Даже без писем, Чарли смогла найти слова, которые хотела сказать отцу. Ламия ей искренне гордилась, вспоминая, как она тряслась от мысли позвонить ему. Ведьма с улыбкой наблюдала за объятьями двоих самых близких людей. Как же ей не хватало родителей, столько всего хотелось им сказать!
В голову закралась ещё одна мысль: а не намерено ли Аластор раздраконил Люцифера? Возможно ощущение того, что его могут заменить, заставило короля Ада снова сблизиться со своим ребенком. Вспомнив о демоне, посмотрела в сторону, где он уже разобрался с врагом и принял прежний облик. Захотелось подойти и спросить о своей догадке, но стоило сделать шаг, ее оттолкнула Мимзи и радостная побежала к другу.
— Ты как всегда бесподобен! — обняла его, но стало очевидно, сейчас Ал не рад данным замечаниям и проявлениям чувств.
— Как долго планируешь быть ещё здесь? — безэмоционально спросил Радио демон у женщины, Ламия в этот момент встала позади. Кинг достаточно провела времени с ним, чтобы по взгляду понимать, сейчас он был раздражен. Никому не нравится, когда пользуются его хорошим отношением.
— Задержусь, мы ведь давно не виделись, — накрутила на палец короткую светлую прядь.
— Не думаю, что это будет уместно, — ему требовалось не мало сил, чтобы оставаться вежливым.
«Ага, вдруг ещё какие коллекторы нагрянут», — зло подумала Ламия, пнув кусок стены отеля, этим привлекла к себе внимание демона. Он с любопытством посмотрел на грешницу, заметить признаки раздражения на ее лице не так уж сложно, сопоставить причину тоже.
— Да ладно, — рассмеялась его подруга.
— Мимзи, если ты ищешь искупления, добро пожаловать, но мы оба знаем, ты здесь не за этим, — строго произнес Аластор, отступая от женщины и всем видом давая понять свое недовольство.
— Тебе же плевать на этот обшарпанный отель! — не унималась она. — Ты бессердечный сукин сын, думающий только о себе!
— Пока, Мимзи, — попрощавшись, подошёл к Ламии, с трудом борющейся со счастливой улыбкой.
— Ну и пожалуйста, — кинула напоследок ненавистный взгляд на Кинг, а после удалилась.
— Она не права, — Лами с некой нежностью взглянула на управляющего отеля. — У тебя есть сердце.
— Говоришь после увиденного? — с насмешкой спросил он.
— Не все твои поступки можно оправдать, но что-то в тебе всё-таки имеется хорошее, — вздохнула. — Бессердечных людей я повидала, чтобы иметь возможность судить.
— Идеи Чарли распространяются как зараза, — закатил глаза. — Уже до тебя добрались.
— И тебя задело, — парировала в ответ, ему не понравилось, но Лами оказалась довольна произведенным эффектом. Злится, значит угодила прямо в цель.
— Поосторожнее, ты и так сегодня лишнего себе позволила, — сделал наступательный шаг на нее, не испугалась, лишь подняла голову, чтобы лучше видеть его лицо. Хмыкнул, глядя на то, как девушка улыбалась. — И когда я стал производить на тебя эффект противоположный желаемому?
— Хочешь, чтобы я боялась?
— Нет.
— Тогда можно и без угроз обойтись, — неловко заложила прядь волос за ухо, слишком уж они близко, это волнует. — Кстати, хороший ход, Чарли и Люцифер поговорили, — она указала взглядом на прощающихся родственников. — И только не говори, что ты не намерено бесил его и звал Чарли дочкой. Я за тобой раньше отцовских позывов не замечала.
— Притворимся, будто это воля случая, не могу сказать, что он меня не раздражает, — покачал головой. — Скажем так, убил двух зайцев, — Лами рассмеялась, захотелось назвать его несносным, но решила, будет уж слишком непозволительная вольность.
Ламия собиралась предложить вернуться в отель, когда к ним подошёл король Ада. Грешница напряглась, ожидая второго спора двух папочек, однако его не произошло. Следующие слова удивили не только ее, но и Аластора.
— Ламия, правильно? — обратился к ней правитель бездны, выглядел он несколько потерянным, словно ему необходимы силы на этот разговор, а может присутствие рядом демона беспокоило.
— Да, — кивнула.
— На пару слов, — указал движением головы в сторону, намекая на беседу без присутствия посторонних.
— Хорошо, — посмотрела на Аластора взглядом говорящим, уши тут греть не надо.
— Пойду, надо стену починить, — намек понял сразу, попутно призвал теневых монстров.
Люцифер сопроводил демона взглядом полным неприязни, воздерживаясь от комментария о том, по чьей вине снесли стену. По сути тут вообще дело рук Мимзи, но она его подруга. Выдохнул, когда управляющий скрылся с поля зрения. Полностью сосредоточился на собеседнице, испытывающий дискомфорт рядом с персоной столь высокого чина. Однако судя по бегающему взгляду и нервному движению пальцев, ему самому трудно приходилось.
— Я хотел спросить, как она? — первым завязал этот неловкий разговор Люцифер.
— В порядке, насколько знаю, — Лами поняла, он о своей бывшей жене, ответила, как было, однако очевидно Морнингстар не это хотел услышать, судя по печальному лицу.
«Он ее ещё любит. А она его?» — осознала, и даже в какой-то мере восхитилась такой преданностью.
— Сэр, ваше величество, не знаю, как обращаются к правителю Ада, — глядя на его лицо, совсем не такое, как описывают в религиозных источниках, а скорее доброе и по-своему красивое, решила смягчить ситуацию. Захотелось немного приободрить. — Я на контракте, и вряд ли она будет делиться со мной тем, что у нее на сердце.
— Да, конечно, — немного утешения сработало. С ним оказалось легче, чем думала Ламия. Грандиозная сила, совсем не умещающаяся даже в рамках понимания ведьмы, и такой тихий нрав. — Извини за беспокойство. Лилит всё-таки не смогла совсем оставить нашу дочь без присмотра, — улыбнулся своим мыслям. — Хорошо заботься о ней, — угроза не произнесена вслух, но ощущалась в тоне голоса.
— За это не переживайте, — шуточно поклонилась, получив в ответ добродушный смех. — Ах, точно, она ещё упоминала о Еве, сказала не может ее найти.
— Хм, — король никак это не прокомментировал, однако лицо его стало задумчивым. — Что ж, тогда возможно ещё увидимся, — поправил шляпу-цилиндр и скрылся в портале.
Стоило переступить порог отеля, как Ламию оглушил счастливый визг Чарли, добившейся помощи отца. Радовалась не только она, но другие жители. Кинг с трудом изобразила улыбку, чтобы не портить общей картины. Сама же она чувствовала себя немного измотанной. Столько вопросов в голове крутилось, и день явно насыщенный выдался. Девушка даже поражалась, откуда у всех остальных столько сил. Максимально быстро постаралась избавиться от общей компании, и скрылась за дверями номера. С библиотеки Кинг принесла достаточно книг, чтобы занять этот вечер, а главное освободиться от кучи ненужных мыслей. Ева. Контракты и сделки. Небеса. Лилит. Люцифер. Аластор. Лучше вообще не пытаться понять происходящее и исполнять свою роль.
Полностью избавиться от тревог и раздражителей не удалось. Один из них явился на порог ее спальни, когда она уже лежала на кровати и читала книгу, ожидая, пока сон настигнет. Аластор не утруждал себя элементарными правилами приличия, вошёл, не дожидаясь приглашения, и подошёл к угрюмо смотрящей на него девушке.
— Если пришел предупредить, чтобы я меньше болтала об услышанном, то в этом нет необходимости, — отложила книгу в сторону, от разговора с ним не сбежать. Лишнего узнала.
— Полагаюсь на твою разумность, — хмыкнул, лег так, что его голова оказалась у нее на коленях.
— Эй! — возмутила Кинг этому жесту. — Если не намерен угрожать отрывом конечностей, то проваливай!
— Не хочу, — в нем на удивление опасность, сила и воспитание сочетались с наглостью изнеженного домашнего кота. — У тебя ко мне ведь много вопросов накопилось. Неужели упустишь возможность их задать, пока я в хорошем расположение духа?
— Если ты о своей сделке, то нет, — он удивился. — Ал, ты сильный, а ещё хитрый, умеешь манипулировать другими, и тот, кто поймал тебя, опаснее намного. Не уверена, что хочу в это лезть. Вопрос скорее в том, почему я ещё жива, думала ты при любом раскладе захочешь заставить меня молчать?
— Ты не из болтливых, и твоя смерть мне не к чему, — равнодушно ответил, прикрыв глаза.
Ламия взглянула на его расслабленное лицо, задаваясь вопросом, как часто он мог себе вообще позволить быть таким спокойным. Находясь в западне, сложно не испытывать страх, по себе знала, как и о фальшивой улыбке, прячущей истинные чувства. Нужно всегда быть сильным, иначе нанесут удар, от которого не оклемаешься. Лишь наедине с собой можно отпустить все. В груди зародилось тепло от осознания, при ней он позволил себе эту вольность, доверял. Не удержалась, поревела рукой по красным волосам, коснулась ушей. Улыбнулась, когда он взглянул на нее растерянно, словно мальчишка, не ожидавший нежности.
— Тебе мои уши все покоя не дают? — сейчас, если бы не застывшая гримаса на его лице, она бы увидела настоящую улыбку.
— Не мне одной, только не все могут это сделать без вероятности лишиться пальцев, — рассмеялась, не прекращая ласковые движения.
Снова закрыл глаза, демонстрируя отсутствие возражения, как к действиям, так и к сказанным словам.
— Почему не спросишь о Мимзи? — голос с нотками насмешки, заметил признаки ревности.
— Твоя личная жизнь меня не касается, — пожала плечами.
— И все же хочешь знать, — подразнил. — Ответ нет сейчас, в прошлом да. Познакомились при жизни, тогда ее стоило видеть, красавица каких поискать. И выступала словно дива.
— Ты влюбился в нее?
— Ох, конечно нет, — рассмеялся. — Мимзи привлекла мое внимание, о любви тут речи и не шло. Она была старше меня, ей льстило общество молодого парня, а я веселился, проводя с ней время. Ни с одной, ни с другой стороны ничего серьезного, и это нас устраивало. Как я и говорил, меня не особо интересовали отношения. Она умерла раньше, нет, не от моей руки, — позабавился, увидев взгляд грешницы. — Прознав о сильном демоне, утроившим хаос, решила познакомиться, — Ламия хмыкнула, не удивившись, дамочка явно любит власть имущих. — Вот так снова встретились, но мне уже не было интересно, остались старыми друзьями.
— Тебе нет, а ей возможно всё ещё да, — движения рукой Кинг вышли несколько беспокойными.
— Лами, — поймал ее запястье, поднес к губам. — Мне нравится, когда ты ревнуешь.
— Она мне не поэтому не понравилась, — буркнула в ответ, попытавшись отнять ладонь, не вышло, только хватка стала крепче. — Не люблю тех, кто пользуется другими ради своего блага, при этом не думая о последствиях.
— Не Мимзи плохая, ты слишком хорошая для этого места, — повеселился, сменяя положение. Навис над обескураженной грешницей. — Этим вы отличайтесь, поэтому не думай, будто окажешься на ее месте. К тебе у меня совсем другое отношение, — девушка хмуро взглянула на него.
— Я и не думала о подобном, потому что не позволю никому обращаться с собой, как с очередным развлечением, — упёрлась ладонями в его грудь. — Так что будь любезен, иди отсюда.
Оба знали, данный посыл за дверь будет проигнорирован. Кинг прикрыла глаза, готовясь к действию, последовавшем за тем, как их лица оказались близко друг к другу. Однако поцелуй не состоялся, в комнату вошла Ниффти. Другой бы вышел, заметив положение пары, но маленькая бестия бесцеремонно двинулась к ним и забралась на кровать. Аластор сел, беря ее на руки.
— Что случилось? — спокойно спросил он, трепля маленькую голову.
— Скучно, тараканы все разбежались, — словно капризный ребенок запричитала Ниффти. — Самый плохой парень, оказался неплохим.
— Жизнь полна разочарований, дорогуша, — усмехнулся Радио демон.
— Если в мою комнату зайдет кто-то еще, это точно будет день открытых дверей, — вздохнула Лами, хоть ей и не нравилось большое количество народа в ее личном пространстве, она была благодарна Ниффти за неожиданный визит. Только он смог остановить Кинг от необдуманных действий.
— Не нравится, когда к тебе вламываются, тогда стоит запираться, — насмешливо произнес Аластор, с ехидством глядя на насупившуюся грешницу.
— Смысл? Скажи, в этом отель кого-то вообще способны остановить закрытые двери? — развела руками.
— Чарли, она постучит, прежде чем ворваться, — шутка удалась, и Ламия рассмеялась, а маленькая бестия поддержала веселье, хотя особо и не поняла этих двоих.
