Труп на троне

Руби Фой стояла перед зеркалом. Тяжело вздыхая, она разглядывала себя в платье. — Опять красный? — Она обернулась на Лили за спиной. — Это обязательно. — Лили подскочила с кровати и подбежала к Руби. — Это твой цвет. Поверить не могу, что ты идешь на бал, да еще и с Каем. Руби повела плечом и отступила в сторону, поправляя волосы. — Ну, не просто с Каем. — Ах ты сучка! — Лили распахнула глаза. — Вы вместе! — Можно и так сказать. Руби села на кровать и поправила полы платья. — Я не знаю, что с этим делать. Нам нельзя быть в месте. Но я хочу. То, что ты сказала мне во дворе школы... — Руби помотала головой. — Мне нужно было это услышать. Спасибо тебе. Лили улыбнулась. Поднялась со стула, подошла к ней и вытянула руки. Руби секунду раздумывала, а после встала и обняла Лили. — Спасибо, — прошептала Руби. — Я рада, что повлияла, — Лили отстранилась. — Рада, что спустя время сделала для Кая что-то хорошее. Думаю, теперь я искупила свою вину перед ним. А теперь садись на стул, я еще не закончила. С зеркала исчезли фотографии. Все, какие были в предыдущий визит. И комната была непривычно пустоватой. Лили сняла со стен постеры, заправила постель, на рабочем столе была полнейшая пустота. Ни ноутбука, ни канцелярских принадлежностей. Казалось, будто человек собирается в долгую поездку. Собрал вещи, которые уже стоят в машине, и ненадолго решил побыть в комнате. На Руби напала какая-то мрачность. — Ты сняла фотографии, — заметила Руби. — Да. Лили больше ничего не ответила. Руби ждала какого-то обоснования. Но в ответ последовала лишь тишина. Которым пропиталась сама хозяйка комнаты. Лили вдруг стала непривычно молчаливой. — Не могу проверить, что ты вот так кинула Макса. Это просто... невероятно. В плохом смысле слова. — Давай не будем о нем. Лучше пообещай, что Кай будет в порядке. — Это наставление? — Это мое искреннее желание. И... и позаботьтесь о Максе. Вы оба. Последние слова остались с Руби до самого возвращения в Оруэлл. Она сидела на заднем сидении машины Скотта ван Дэлла и не могла пошевелиться. — Волнуешься? — Голос Скотта заставил ее опомниться. — По правде говоря, да. Не могу представить, как Лили это делала. Встречаться с таким, как Кай, тяжело. — Руби про себя отметила, что сердце как-то тревожно бьется, а ладошки вспотели. — Лили любит это. Ей только нравилось это внимание. — Скотт отвел взгляд на школу. — Можно спросить? Думаешь, у нее бы получилось? Жить со своим недугом. Привыкнуть к тому, что в ней сидит. Руби задумалась. Она не знала, насколько сильно Скотт посвящён в планы, но у неё было свое видение как будущего, так и настоящего. Видение солдата, Жнеца, шпиона. — У охотников есть кодекс. Мы не трогаем тех, кто не переступал черту. Некая презумпция невиновности. Кому-то не повезло, и они были казнены по ошибке или просто под одну гребенку. — Руби повернула голову вбок. Серьги в ушах звякнули. Было тяжело смотреть на него. — Но Лили из тех, кому повезло. Она смогла избежать наказания. — Повезло? — Изумился мужчина. — Это по-твоему везение? И ты не ответила на вопрос. — Презумпция невиновности работает не всегда. Чаще всего, да. Но иногда охотник может понять, насколько силен у существа голод. И тогда его легче убить, как умирающее животное. Он сам себе подписывает приговор. И я вижу, как Лили близка к черте. Снова. Она подписала себе приговор. — А Оруэлл? Он за чертой? Руби вспомнила каждого из шести оставшихся Оруэллов. Прокрутила подноготную тех, кого видела. Но сейчас Скотт имел в виду Мэтта. — Никак нет, старший лейтенант. Руби Фой вышла на морозный холод и тут же сжалась. Она постаралась найти Кая взглядом, но его нигде не было. Пришлось зайти внутрь школы и поискать его там. Кай в это время, ждал её у входа. Она была такой серьёзной, пока искала его взглядом. Будто выискивала свой объект слежки. Ей не хватало только военной формы и бинокля. Красное, как вино, платье в пол приходилось поднимать руками, чтобы не запутаться с нем. Этот наряд отличался от наряда на благотворительный вечер матери. Сегодня на Руби было вуалевое платье. Плечи были открыты, рукава на предплечьях. Найдя взглядом Кая, лицо Руби вмиг переменилось. Она широко ему улыбнулась, подняла полы платья и побежала к нему на каблуках. Несмотря на страх упасть или подвернуть ногу. Кай обнял ее за талию, оторвал от пола и закружил. После поставил на ноги и долго-долго смотрел в глаза. Ему так хотелось её поцеловать. — Как я рада тебя видеть, — на каблуках Руби была с Каем почти вровень. — А я как рад. — Хенсен покружил девушку вокруг. — Быть такой прекрасной — преступление. Вы великолепны, офицер! — Ты тоже великолепен, но кое-чего не хватает. — Руби оглядела его черный костюм, белую рубашку. Это был все тот же костюм с благотворительного вечера, который она ему подарила. — Чего же? Руби покопалась в своей сумочке и вытащила оттуда бабочку, которую он сорвал перед своей речью. Руби отцепила с неё светоотражающие кусочки и привела в нормальный вид. Сейчас им ничего не грозит. Они что-нибудь придумают. Завязав бабочку, Руби поправила воротник рубашки. — Так-то лучше, — провела рукой по его груди, задела брошь и улыбнулась. — Кстати, с Днем Святого Валентина! — Кай просто смотрел. Он слишком уважал Руби, чтобы поддаться чувствам и поцеловать ее на глазах у всех против ее воли. — Мы договорились без подарков. — Никаких подарков. — Затем парень наклонился к ее уху и прошептал: — Кроме тех, что будут после бала. Руби лишь смущенно помотала головой. — Может, пойдём уже? Кай подставил девушке локоть, она схватилась за него, и они вместе со всеми потоком направились в главный зал школы Оруэлл. В этом зале проходили разного рода мероприятия. Такие как балы, благотворительные встречи, голосования, дни открытых дверей. Высокий потолок украшали невиданной красоты люстры. Но, учитывая, что студенты Оруэлла бывали здесь, красоту предметов освещения они оценить успели. Зал был заполнен студентами и учителями. Все пестрило и контрастировало яркими нарядами и строгими смокингами. Одна мысль пронеслась в голове Кая. Здесь не хватает Лили. С Максом под руку. — Хочешь выпить? — По правде говоря, да. — Ответила Руби. Они подошли к столам, где учителя разливали по стаканам разного вида безалкогольных напитков. — Волнуешься? — Спросил Кай, передав ей стакан с соком. — Очень. — Руби только не уточнила, за что именно она волнуется. Или, если быть точнее, за кого. Вдруг спокойная музыка прекратилась и прозвучали фанфары. Все присутствующие обернулись к сцене. За трибуной стояла директор Мулвой в зелёном платье. — Жаль, здесь нет Лили, — с грустной улыбкой проговорил Кай. — Она бы закатила глаза на этой речи директора. — Согласилась Руби. — А может, даже послала вслух. Как там Макс? Держится? — Давай не будем о них. Лучше... — Кай отставил стакан и вытянул руку. — Разрешите пригласить вас на танец. Руби, неловко оглядываясь, поставила на стол свой стакан. Затем вложила ладонь в руку Кая. Они не стали уходить куда-то вглубь. Отошли совсем недалеко, где и места побольше, и лишних глаз поменьше. Они топтались на одном месте, смотря друг другу в глаза. Оба просто не могли вынести этой стены, выстроенной между ними. Хотелось быть как можно ближе. — Ничего, все будет, — с надеждой улыбнулась Руби, когда они протанцевали два традиционных вальса и решили отойти выпить. — Я рад даже этому. — Мне нужно отойти в уборную, подождешь меня здесь? — Есть, офицер! — Прекрати! — Рассмеялась Фой и ушла. Кай сел на стул, чтобы хоть немного отдохнуть. Достал телефон из кармана и заметил кучу пропущенных от Макса. Зная состояние Хорна, Кай тут же выскочил из шумного зала в коридор и начал набирать. Но в следующую секунду он увидел Хорна, направляющегося к нему. — Макс? Я только сейчас увидел. — Я не верю ей. — Первое, что сказал Хорн. — Кому? Лили? Макс выглядел запыхавшимся. Будто бежал. На нем был костюм, надетый будто в спешке. Неглаженный, с неаккуратно застегнутыми пуговицами и в кедах вместо туфель. — Лили хотела занять место Леи Оруэлл, если ничего не выйдет. — Тяжело дыша, Макс держался за сердце. — Я проверил стило, оно на месте. — Думаешь, Лили проходит испытания в Южном корпусе? — Я так думал. Но потом я поискал дневник Оруэлла. Его нигде нет. А ещё я увидел у Лили какой-то кулон. На нем была цифра десять. И я все никак не мог понять, что мне это напоминает. И тогда я понял. Должно быть, это один из трех ключей в Южный корпус. — Так? — Кай нахмурился. — Я пошёл к Лили, но дома никого нет. И я позволил себе это... я влез в окно к Лили. И там, на кровати я нашёл письма. Скотту, мне, тебе. Кай, она собирается сделать это! Она собирается пройти испытания в Южном корпусе и посадить себя в клетку. — Что? — Она там! Надо бежать! — Стой, а как же Руби? — Она найдёт нас позже. Я и без того потратил много времени. Прошу, просто идем со мной.

***

Лили ван Дэлл стояла у двери Южного корпуса. Места, где началось все. Место, из-за которого она стала Вдовой. Место, из-за которого она мучилась голодом. А рядом вампир, из-за которого она мучилась голодом. Мэтт Оруэлл стоял по правую руку от Лили со жгучим чувством вины. С того самого дня. Если бы он знал, что от его укуса в Лили пробудится ведьминская сущность, он бы никогда в жизни не играл с судьбой. Быть вампиром проще. Крови в мире много. Даже той, что отдают добровольно. С вампиром он бы справился. Но не с Вдовой. — Вы уверены, что это сработает? — А ты нет? — Вы сможете контролировать свою сестру? Мэтт поглядел на Лили. На свое наследие. Свое продолжение. На ту, к которой он успел привязаться. Непонятно каким образом. — С вампиром у меня больше шансов управиться, — озвучил он собственные мысли. — А где Адриан? Он точно не будет с нами? Скорее всего, Адриан его возненавидит, ударит, разозлится. Но Мэтт не мог по-другому. — Нет, Адриан не идет с нами. Лили помедлила секунду. Взглянула на Мэтта и нахмурилась. Сжимая в руке кулон с красноглазым котом, девушка задумалась, не судьба ли принесла этот ключ к ней? Не сама ли судьба велит ей исполнить то, что она намеревалась сделать? Она ни секунды не сомневалась. — Вы верите в судьбу, мистер Оруэлл? Вот я знаю, что она есть. Так что давайте сделаем это. С Адрианом или без. — Лили, нет! Позади послышался голос Макса. Лили обернулась, и все упало. Вся решимость, вся целеустремлённость. Этого будто и не бывало. — Макс? Что ты здесь делаешь? — Лили, прошу, остановись. Не делай этого. — Макс сделал робкий шаг вперед. Лицо исказила боль. — Зачем ты пришел? Лили хотелось, чтобы он ушёл. Потому что так проще. Потому что она уже смирилась, приняла решение. А что сейчас? Сейчас одно его присутствие способно заставить её передумать. — Лили, я пойду с тобой, если ты уйдешь. — Он оказался совсем близко. Схватил ее за руки. — Не надо. — Она испуганно замотала головой. — Макс, пожалуйста, не вынуждай меня. — Я не хочу тебя терять. Пожалуйста, что угодно, только не терять тебя. Ты... ради тебя хочется жить. Слезы скатились с глаз Макса. Лили не могла на это смотреть. — Вот и живи. Ради меня. Макс, пообещай. — Лили провела большими пальцами по его щекам, стирая влагу. — Продолжай жить так, как хочешь. Ты и я — не одно целое. Иначе это что-то зависимое. — Я без тебя не смогу. — Ты все сможешь. Посмотри на себя! Ты охотник. Ты сбежал от этого. Сражался без страха. Я невероятно тобой горжусь. И впереди тебя ждет еще одно непростое испытание. — Я тебе не верю. Ты бы не бросила меня. Я знаю, ты меня любишь. А я люблю тебя. Поэтому прошу не оставлять меня. Пожалуйста, останься. Мы попросим помощи у Вэйланда. Он точно что-то придумает. — Макс! — Лили встряхнула его. — Я не могу. Не могу по-другому, слышишь? Она только сейчас поняла, что сама плачет. Что жгучие слезы капают с подбородка на толстовку. — Я не хочу без тебя. Скажи, что тоже не хочешь. Скажи, и мы прямо завтра полетим в Глендейл. Клянусь, я сделаю все, чтобы исправить то, что сделал с тобой. — Ты не виноват. — Тогда зачем ты уходишь? Я тебя совсем никогда не увижу? — Макс, ты должен знать одну вещь. Люди не любят раз в жизни. Ты полюбишь кого-то другого. Кого-то более подходящего. — Не говори так. Мне нужна только ты. Лили замотала головой и подалась вперёд. Их губы слились в поцелуе. Долгом и жадном. Она хотела сделать это в последний раз. Чтобы запомнить. Чтобы вспоминать. Макс достал из кармана шкатулку и протянул Лили. — Возьми её. Как напоминание. Лили смотрела на небольшую шкатулку. Вероятно, он сделал её сам. — Прощай, Макс. Ты знаешь, я любила тебя. Лили отпустила лицо Макса, отошла назад, заплаканная и подавленная. — И почему ты вообще со мной встречаешься? Макс наблюдал, как Лили вставляет ключ в дверь, заходит внутрь вместе с Мэттью Оруэллом, а затем скрывается в темноте. — Потому что ты шикарна, — ответил он, когда дверь закрылась. В эту секунду Кай услышал стук каблуков позади. К нему неслась Руби. — Кай? — Как ты нас нашла? — Догадалась. Что происходит? Хенсен схватил Руби за руку, и они вместе подошли к Максу, чей взгляд приклеился к стене. Кай понимающе взглянул на друга, а после просто обнял.

***

Лили закрыла глаза руками, когда яркий свет появился повсюду. Невольно вспомнился светящийся воздух, о котором не так давно, хотя по ощущениям целые столетия назад, пошутил Макс. Новый поток слез полился из глаз от воспоминаний. Лили обернулась на дверь позади себя, но не увидела ничего, кроме подсказки на латинском. До Лили дошло, что место, которое она выбрала своей тюрьмой, всюду пропитано воспоминаниями о Максе Сейчас, когда она поняла, что скорее всего больше никогда его не увидит, эти воспоминания были болезненны. — Ты можешь передумать. — Заговорил Мэтт. Голос его был непривычно грустным. То ли от перспективы так и не освободить сестру от заточения, то ли от того, что Лили теперь станет узницей. — Просто назови пароль и вернись к тому, на чем остановилась. Лили замолчала, пытаясь успокоиться. — Если я передумаю, мне придется сказать Адриану, что Фэй не излечить. Как и не излечить меня. А после я сяду в клетку. И эта будет отличаться тем, что здесь меня будут мучить лишь воспоминания. Но я это переживу. Я надеюсь, что переживу. — Ты в этом уверена? — Да. Выбор у меня невелик. Как только они отошли от двери вглубь Зала, перед ними вдруг появился длинный стол. Он был накрыт невероятными блюдами. Лили удивилась их количеству. Тут тебе и запеченная курица, и фрукты, и салаты, и сладости, которых Лили никогда не видела, не то что пробовала. У самого дальнего края стола стоял трон. С красной обивкой, резной спинкой в виде короны. И на троне кто-то сидел. В Лили включилось любопытство, которое так в ней любил Адриан. Она сделала шаг вперёд, чтобы разглядеть сидящего за столом. Ей невольно вспомнился эскиз Мэтта из дневника. С человеком, сидящем на троне. — Лили, стой! — Приказал ей Мэтт, и она тут же приросла к полу. Не потому что хотела, а потому что ноги сами послушались. Мэтт сам удивился этому. — Что за хрень? Мэтт не ответил. Осознание накрыло его с головой. И это значило только одно. Что Лили сейчас следует за ним. За тем, кто её обратил. Кому она должна подчиняться. Но в начале он не мог её контролировать, не мог ею управлять. Но сейчас этот момент доказал, что Лили ему в какой-то степени доверяет. — Тебе вряд ли понравится то, что ты увидишь. Но как бы там ни было, тебе придётся это увидеть. Только не пугайся. Все это время Лили не могла понять, почему человек молчит и не шевелится. Подойдя ближе, она поняла, что лицо ей знакомо. Серый свитер, из которого торчал воротник уже не такой белоснежной рубашки. Руки приросли к подлокотникам, но голова... голова лежала на груди, будто человек заснул. Лили опустилась на колени перед троном, чтобы заглянуть в лицо. Глаза были открыты. Прямо на неё смотрели застекленевшие и бесцветные глаза. А от шеи текли реки крови. От увиденного, Лили резко отскочила. Потому что поняла, что её любимый учитель мёртв. — Лили, ты в порядке? — Мэтт помог ей встать. — Мистер Старлинг? — Лили вырвала руку. — Вы его убили? Он не пропал и не уехал? — Ты знаешь, чего я хотел. И эта попытка была неудачной. Как оказалось, клетка не для всех. — То есть вы не знали, что он погибнет? Вы хотели посадить его в клетку? — Клетка принимает только дорогих людей. Старлинг был мне другом. Но я не думал, что это не единственное условие. Я не точно трактовал задание. «Лишь нечто темное и страшное сядет в клетку, но очень дорогое. Даже если ты дорог сам себе». Я просил вас прекратить испытания, потому что на месте Старлинга были бы вы трое. Но... — Оруэлл замешкал. — Ты спрашивала о судьбе. Видимо, все это ее козни. Но знай, я не перекладываю ответственность за свои действия на какие-то высшие силы. Я понесу наказание за все это. За убийство друга, за твое обращение, за твое заточение и за множество других совершенных мной преступлений. Даже за свой эгоизм. Я не хотел садиться в клетку сам, потому что знал, что никто другой не сможет остановить Лею. Еще раз прошу прощения за все. Лили смотрела то на Мэтта, то на труп на троне. Теперь ей стало ясно название испытания. — Что нужно делать? — Ван Дэлл перевела взгляд на Оруэлла. — Нужно сесть на трон. — Но как я... — девушка обернулась на Старлинга. Он исчез с трона, будто там никого никогда и не было. Лили подошла к сидению, обитому красным бархатом. На подлокотниках оказалась резьба. Она догадалась, что надписи были на латинском. Провела подушечками пальцев и спросила: — Что это означает? — Условия испытания. Сложно понять условие, когда оно на латинском. Смысл бывает неточен. Лили готовилась. Ей нужно было просто сесть на трон, но перед этим сказать что-то Оруэллу напоследок. Она не оставляла письма ему или Адриану, но чувствовала, что это ей нужно. — Я надеюсь, в этот раз вы не накосячите с Леей. Постарайтесь сделать так, чтобы она не причиняла кому-то вреда. Иначе за ней придут Жнецы. Я предупредила Руби. — Несомненно. — Взгляд вампира сквозил тоской. — И присмотрите за Адрианом. Знаю, возможно, он вас возненавидит за то, что вы сделаете, но вы ему нужны. Вы братья, и должны держаться вместе. К тому же, уверена, несмотря на эту напускную ненависть, он вас любит. — Это напутственные слова? — Предпочли бы прощальное письмо? — Я не думаю, что я настолько важен. Ведь я тот, кто сотворил это с тобой. — Еще одна просьба, сэр. — Лили осмотрела лицо Мэтта, своего бывшего директора. — Возвращайтесь в Оруэлл. Школа ждет своего хозяина. Мэтт, обомлев, наблюдал за тем, как Лили садится на трон, достаёт из сумки Молот ведьм и кладёт его на стол, оттолкнув подальше блюда и бокалы. — Я готова. Из-за трона появились руки. Оттолкнувшись ими от спинки, Лея Оруэлл предстала перед ними. Она выглядела дикой. Клыки наружу, глаза красные, а волосы растрепаны. Мятое платье будто выцвело на солнце, а ноги босы. — Лея! Женщина вздрогнула от своего имени. Но Лили почему-то предположила, что дело конкретно в звуке. — Мэт-тью... Голос совсем не был похож на голос проводника, когда ребята проходили испытания. — Ты привел ее? — Улыбаясь, сестра Мэтта схватила его за грудки. — Да, Лея, — он взял ее за плечи, голос задрожал. — Лея, я вернулся за тобой, как и обещал. Лили смотрела на эту картину со смешанными чувствами. Вспомнила о Скотте. Она лишь надеялась, что её исчезновение не поглотит его, а наоборот, подтолкнет к действиям. Что он наконец начнёт жить. — Ты готова, дитя? — Лея оказалась сидящей перед ее троном. Лили вспомнила о своей любимой книге. Макс как-то спросил ее об этом. «Труп на троне» рассказывает о бедной девушке, пытавшейся захватить трон. Было несколько способов его завоевать. Родиться принцессой, что сразу отпало для героини. Выйти за принца, что также отпало, потому что у короля не было детей. И убить короля. Как можно догадаться, главная героиня убила короля. Лили наконец кивнула, расположив руки на подлокотниках. Лея обошла трон и, взяв Лили за голову обеими руками, резко развернула её, сломав Лили шею. Мэтт округлил от ужаса глаза. Вспомнил, как несколько месяцев назад вспорол шею своему другу, хоть и не такому близкому. А сейчас на него смотрело лицо его воспитанницы, на этот труп на троне. Голубые глаза опустели. Как только Лея отпустила голову девушки, она тут же по инерции упала на книгу, лежащую на столе.

***

Бал был в самом разгаре. Громкая и весёлая танцевальная музыка сменялась на более спокойную, подходящую для вальсов. Макс, Кай и Руби сидели на ступеньках у зала, мешая другим ходить. Макса сюда буквально привели, потому что сейчас он находился в каком-то трансе. Он не верил в происходящее. Будто пять минут назад он не потерял любовь своей жизни. — У меня был свой крайний случай. — Вдруг заговорил Макс. — Я думал заручиться поддержкой Одиума. Он должен что-то придумать. — Почему он вдруг станет это делать? — Осторожно спросила Руби, переглядываясь со своим парнем. — Он мне должен. Он должен мне помочь. Руби с грустью опустила взгляд. — А если нет? Если он посадит ее клетку, как того хотели Жнецы? — Кай задал вопрос, смотря на Руби. Ведь именно по приказу Одиума она спасла Лили. — Одиум не хочет сажать ее клетку. Неужели вы оба еще не поняли? Из главного зала раздалась песня. Сначала Макс не узнал её, но как только началось пение, он мысленно вернулся в дом старика, продававшего пластинки. — Верни меня в ту ночь, когда мы встретились. — Повторил Макс за словами. Он вспомнил день их первой встречи. Слова Кая, узнавшего, что та им заинтересовалась. «Потому что это Лили ван Дэлл. Она никогда не уходит из твоей жизни. Всегда найдёт способ вернуться». Как же сейчас хотелось в это верить. В руке Макс держал шкатулку размером с ладонь. На крышке была выжжена пышная лилия.