Это магия. История первая

— Насколько я помню, Альбус, с мисс Кендал мы лишь жили в соседних комнатах, а не вместе. И зелья варили по отдельности. Я решительно не понимаю, к чему вы клоните, — поправил директора Снейп и залпом выпил огневиски. Дамблдор подождал, пока мужчина отдышится, и осуждающе посмотрел на него. — То есть возражений по качеству её работы у тебя нет, мой мальчик? Северус вздохнул и налил ещё один стакан.

***

Уже месяц мисс Кендал варила зелья для больничного крыла, и ни разу ещё Северусу не удалось найти, за что зацепиться: всё было сварено идеально. Но вот вопросы к процессу всё же оставались. Девушка любила раскладывать ингредиенты только по одной известной ей схеме, казавшейся Снейпу ужасно неудобной. В процессе варки она могла что-то мурлыкать себе под нос, чем доводила его до исступления. Но больше всего зельевару не нравилась её привычка раздеваться в лаборатории. Когда в помещении готовилось одновременно несколько зелий, воздух нагревался до очень высоких температур. Северус находил это неудобным, но терпимым. Всё, что он мог себе позволить, — снять мантию. Но мисс Кендал была не такой! Нет, ей обязательно нужно было надеть тонкую блузку и короткую юбку. И, конечно же, забыть в своей комнате чулки. Умом он понимал, что в лаборатории и правда очень жарко и она вполне имела право так ходить. В конце концов, она не нарушала правил приличия. Однако он никак не мог отделаться от ощущения, что всё это не просто так. Ему всё чаще казалось, что она делает это специально, желая соблазнить его. С тех пор как между ними произошла первая близость, никто из них так и не заговорил на эту тему. Они продолжали вести себя так, будто ничего и не было. Снейп удвоил усилия по наблюдению за мисс Кендал, но ничего не смог выяснить. Она не делала ничего подозрительного и никуда не лезла. Значит, мисс Кендал что-то нужно было именно от него. Отсюда и её демонстративное поведение. Спустя неделю такой демонстрации красивых, ровных ножек и молодой, упругой груди, кокетливо угадывавшейся под влажной от пота блузкой, Снейп был готов признать успех этой тактики. Теперь, зайдя в лабораторию, первое, что он искал, была мисс Кендал. Всё чаще под утро он стал видеть эротические сны с её участием, а в лаборатории ловить себя на мысли, что хочет узнать, что прячет под юбкой девушка. И всё ли там так же безупречно, как и снаружи. Но больше всего его пугало и манило одновременно — ассоциация мисс Кендал с его студентками. Он никогда не замечал в себе страсти к девушкам, которых учил. Но почему-то именно в этот раз он подумал о том, что было бы очень соблазнительно представить, что она его студентка и пришла, скажем, на отработку. Или на индивидуальное занятие. Самая лучшая, старательная студентка. Талантливая. Каждый раз, когда такие мысли проскальзывали в его мозгу, на них тут же реагировал его член, и Снейп всегда спешил покинуть лабораторию. Никакие уговоры, что это ловушка и девушка специально ведёт себя так, чтобы его спровоцировать, не помогали. Его доводы разбивались о похоть. «В конце концов, если она хочет предложить себя, я не вижу смысла отказываться от того, что само идёт мне в руки», — наконец нашёл он согласие со своей совестью. Раз она хочет использовать его, то и он имеет полное право это сделать. Столкнувшись в следующий раз с мисс Кендал в лаборатории, Снейп не стал себя сдерживать. Наоборот, он позволил себе растянуть момент предвкушения. Медленно, со вкусом осмотрел её красивую молодую фигуру. Скользнул взглядом по ногам, ярко представляя, как проведёт по ним кончиками пальцев. Только от одной этой мысли жаркая волна возбуждения пронеслась по его позвоночнику. Ему нестерпимо захотелось поправить занывший член в штанах, но он сдержался. Оценив, что зелье, которое варила мисс Кендал, почти готово, Северус позволил себе приблизиться к ней со спины. Одной рукой он прижал её к себе, второй — взял за кисть, которой она мешала. Он придал её движению необходимое для идеальной варки ускорение и плавность хода. И пока девушка стояла, затаив дыхание, Снейп наклонился вперёд и приказал: — Считайте вслух, мисс Кендал. Девушка прерывисто вздохнула и стала озвучивать цифры, которые считала про себя. Когда все необходимые движения были сделаны, они отложили ложку. Девушка замерла, а Снейп опустил руки и начал чуть подтягивать юбку вверх кончиками пальцев, задевая кожу на ногах. А когда собрал её — погладил стройные бёдра. Мисс Кендал закусила губу, подавляя стон, но скрыть дрожь не смогла. Снейп нашёл её трусики влажными и довольно прищурился. Оглядевшись, он заметил рядом чистый стол и направил туда девушку. Подтолкнув её лечь на живот, он аккуратно задрал юбку и двумя пальцами спустил трусы вниз. Ему понравился открывшийся вид. Её задница была идеальной: круглой, подтянутой. Между ног собралась влага, блестевшая в свете огня. Даже на вид Снейп мог сказать, что девушка хотела его: складки между ног припухли от налившейся крови, а сама она беспокойно ёрзала, видимо, ощущая нестерпимый дискомфорт от такого возбуждения. Что ж, даже если это хитрый план Дамблдора, то хотя бы желание мисс Кендал были настоящими. Он действительно ей нравился. Раз так… Ладонь собственнически погладила правую ягодицу и вдруг с размаху ударила по ней. В этот момент вторая рука скользнула между ног девушки и надавила на чувствительное место. После третьего шлепка мисс Кендал перестала сдерживаться и открыто стонала, каждый раз вздрагивая то ли от удара, то ли от накатывавшего удовольствия. Вдоволь наигравшись, Снейп позволил сначала одному, потом двум своим пальцам проникнуть вглубь неё. — О боже… Да-да-да… — яростно зашептала девушка, пытаясь быстрее насаживаться на его пальцы. Снейп передвинул большой палец так, чтобы он стал упираться ей в анус. И теперь при ее попытке ускорить движение, она сама проталкивала его внутрь. Осознав, что происходит, мисс Кендал замерла. Видимо, такие эксперименты были для неё пока слишком смелыми. Северус усмехнулся: конечно, он сделал это специально, но теперь такая перспектива уже казалась ему заманчивой. Он сделает это… но позже. Пока одна рука подогревала её изнутри, вторая уже освобождала член из одежды. Всё происходящее настолько разжигало его воображение, что даже малейшего рыжего оттенка её волос хватило, чтобы он увидел перед собой самое желанное и запретное: Лили. Он всё ещё видел в бесстыдно лежащей перед ним девушке студентку. Только теперь это была гриффиндорка. Его любимая, желанная, единственная… та, которой он хотел обладать больше всего на свете. В обычной ситуации он бы не осмелился думать об этом, но сейчас… Сейчас под ним лежала, вздрагивая и постанывая, молодая девчонка в короткой школьной юбке… Совсем как тогда, когда он вымаливал у неё прощения. Когда был зол на неё за связь с Поттером. Когда… Зарычав, Северус схватил её за бедра и резко вошёл внутрь. Лили, его Лили, резко болезненно вскрикнула, лишаясь девственности. Да, именно так! С ним, здесь, сейчас! А не с ненавистным Поттером. Это он первый её мужчина, единственный… И это его член наполняет её такое тугое, горячее лоно. Северус с силой сжал бедра девушки, стараясь справиться с накатившими чувствами счастья и удовлетворённости, злорадства и торжества. Ему пришлось даже замереть, чтобы взять под контроль все эти ощущения. Девушка под ним всё ещё хватала ртом воздух, а мужчина, подыгрывая своей фантазии, достал палочку и наложил на неё заживляющее. Потом погладил нежную кожу ягодиц и, намотав на правую руку освобождённые от пучка густые роскошные волосы, стал двигаться внутрь девушки. Он не был нежен, нет. Теперь уязвлённая гордость требовала отмщения, и он жёстко брал её сзади, стараясь наказать за годы унижения, за боль, которую она ему причинила, за то, что выбрала Поттера, за то, что умерла и оставила его. Достигнув разрядки, он замер, излившись внутрь — не просто семенем, а воплощением своей любви и горя. Это действие было настолько важно для него, что он решил не пользоваться очищающим заклинанием: в ней должно было быть его семя. Только его. Им двоим потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя. Когда голова Северуса настолько прояснилась, что он смог осознать происшедшее, мужчина поспешил выйти из мисс Кендал. Девушка никак не отреагировала ни на это действие, ни на поставленный перед ней флакон. А вот самого Северуса очень заинтересовала кровь на его члене. Что всё же из произошедшего было правдой, а что — его фантазиями? И если всё же это то, о чём он думает, как мисс Кендал могла пойти на такое?