Возвращение домой

Лёгкий снегопад застилал серой вуалью горизонт. Морозный воздух не был столь силён, как оно бывает в этих краях. Он стоял совсем один на перроне, и единственным встречающим здесь был только город. Дима направился в сторону зала ожидания. Ряды газетных киосков были полупусты, но это крайне мало его заботило. Невероятный озноб пробил его, стоило ему выйти из вагона. Добравшись до туалета, он по привычке убрал шапку в карман своего пуховика и несколько раз умыл лицо тёплой водой. Парень взглянул на своё отражение. Худое и острое лицо, уставший взгляд серо-голубых глаз и небрежно уложенная короткая причёска. – Я ведь мог и не приезжать, – тихо проговорил Дима, направив свой взгляд в сторону раковины. Выйдя из туалета, он направился в зал ожидания, где увидел среди пустых рядов каркасных сидений девушку. Тёмно-зеленый анорак был распахнут, из-под него виднелся фартук серого комбинезона. Пряди каштанового каре свисали над склонённым лицом. Взгляд девушки был направлен, судя по всему, на вязанную шапку с помпоном. «Так странно», подумал Дима. В целом вся эта ситуация достаточно странная. Может, он просто её не заметил, так спешил привести себя в чувства, что не заметил ещё одного человека в огромном и пустом зале. – Извините, – донёсся робкий женский голос, – Вы прибыли на поезде? Дима обернулся: – Да, буквально только что сошёл. Видимо, я единственный, кому нужно было здесь высадиться. – Да, похоже на то. Девушка подняла свой взгляд на Диму и решила подойти чуть ближе. – Дима Сорокин, верно? Он был удивлён услышать своё имя, после чего начал вглядываться в черты лица незнакомки. Или не такой уж незнакомки? – Алина? Алина Кедрова? – Она самая, – процедила она. На лице Димы появилась улыбка: – А ты сама как, давно здесь находишься? Неужто решила меня встретить? – Не то, чтобы намеревалась тебя встретить… – во взгляде Алины читалась нерешительность. – Что-то случилось?.. – Я хотела купить билет на обратную дорогу, но обнаружила, что вокзал пустует. – А не знаешь, почему? – Я прочитала на табло о том, что из-за непогоды и ряда аварий на линиях пассажирское сообщение с городом прервано. – Но как же так? – удивился Дима, – ведь я буквально только что сошёл с поезда, что прибыл сюда. Признаюсь, что под самый конец пути я спал, но добрался вполне благополучно. А где ты увидела это объявление? – Подойди к кассам, над ними всё есть. Парень направился к кассам. Пройдя в соседнее помещение, он действительно увидел уведомления об отмене рейсов из-за непогоды и аварий. – Тебе есть, где переночевать? От столь внезапного вопроса Дима чуть было не подпрыгнул на месте. – Не пугай так. – Не буду… – в её голосе зазвучала дрожь, словно ещё немного, и она расплачется. – Что-то случилось? Но она лишь оттолкнула Диму и побежала прочь, не сдерживая слёз. Опешив на мгновение, он достал свой смартфон, чтобы свериться со временем прибытия и с информацией на табло: – Сообщения об отменённых рейсах пришло три часа назад, а я здесь уже как минимум полчаса. Может, я успел миновать опасные участки? И кассы не работают. Ладно, надо идти в хостел. Открыв гис-карты, он сверился с адресом хостела, где до этого забронировал комнату, а после открыл почту. Странно, что спустя столько лет он получил приглашение на встречу выпускников. Он никогда не ладил со своими одноклассниками, а откровенно враждовал. Ни о ком из них он толком ничего не слышал. Однако пару недель назад с ним связался Кирилл Догмаев, главный заводила всего их класса. Он попросил лишь электронный ящик, куда должна была прийти рассылка с пригласительным письмом. Он не раз сомневался в целесообразности этой поездки, однако всё же решил рискнуть. – И теперь я застрял здесь неизвестно насколько, мда, – иронично процедил Дима и направился к выходу. Город встретил парня метелицей. Экран смартфона достаточно быстро обрастал снежинками, из-за чего было трудно ориентироваться. «Придётся полагаться на память, как же давно я тут не был…» Небольшая вокзальная площадь покрылась тонким слоем снега. Стоявший по центру фонтан не работал. Редкие машины проезжали мимо. Провода троллейбусной линии слегка покачивались. Чуть поодаль были видны силуэты более-менее новых зданий. Стоящий рядом кафедральный собор казался пустым, а ограждавший его забор из чёрного чугуна вызывал чувство отторжения и тревоги. Дима шёл вверх по улице. Его беглые взгляды по сторонам выискивали ориентиры, которые бы могли подсказать его местоположение относительно того хостела, куда ему нужно. Мелкие забегаловки, магазины одежды, промтоваров, рекламы платных медицинских услуг, юридических контор. – Ничего здесь не меняется, – тихонько проговорил Дима. Вот уже по правую от него сторону раскинулась центральная площадь. Одинокая статуя вождя революции уверенно смотрела в сторону прекрасного далёко, придерживая левый крой. По центру площади стоял ледовый город, застроенный ледяными горками и катком рядом с фонтаном. Однако в такую снежную погоду народу на площади было не очень много. Лишь редкие смешки и громкие разговоры перебивали музыку из динамиков. Миновав площадь и поднявшись чуть выше филармонии, Дима дошёл до так называемого «студенческого перекрёстка». В кварталах, затрагивающих этот перекрёсток, расположились корпуса и общежития пары университетов, училища и техникума. В одном из этих университетов учился и сам Дима, и это был один из самых странных периодов его жизни. Время, когда казалось, что ты можешь всё, и в то же время оно сильно отрезвляло, спуская тебя с пубертатных небес на землю взрослой жизни. Внезапное чувство свободы и словно бы вседозволенности достаточно резко пресеклись новыми жизненными обстоятельствами, что в итоге привели к тому, что Дима бежал со своей женой прочь из этого города. Он не любил этот город. Практически четверть века прожил он тут, и чем старше он становился, тем более манящей становилась мечта перебраться куда-нибудь подальше отсюда, чтобы отбросить все иные связи с его прошлым. Теперь он учитель немецкого языка в одной из престижных школ центральной России, женат на прекрасной девушке, что подарила ему дочь семь лет назад. Он познакомился с Розой на четвёртом курсе обучения. В целом Дима никогда не был обделён вниманием девушек, но он не хотел начинать серьёзных отношений как минимум до получения диплома. Встретились они на одном из сейшенов здешних рок-групп, названия которых также блеклы, как и время их существования. Последовавшие короткие встречи после пар превратились в серьёзные отношения, закреплением которых стало общее решение переехать поближе к столице, подальше от их родного города. На новом месте они расписались и спустя время у них родилась дочка, Алиса. В эпоху цифровых технологий это может прозвучать странно, но Дима всегда хранил распечатанную копию их общей фотографии в своём ежедневнике, который использовал для своих рабочих заметок. Привычка везде брать его с собой отразилась и в этом путешествии. «Вряд ли он мне тут понадобится, для меня эта фотография – не пустой звук». У входа в хостел его встретила большая чёрно-жёлтая вывеска с названием. «Странное решение, но опять же, я не дизайнер, им лучше видно, наверное». Внутреннее убранство не блистало изяществом, но в нём читался некий домашний уют. У стойки ресепшена администратор что-то обсуждала с полицейским. – Вы уверены, что не располагаете большей информацией? – спросил полицейский. – Больше мы ничего не знаем, товарищ сержант. Она покинула номер в десять часов утра, оставив номер в чистоте и порядке. Дима заметил, что полицейский сжал кулаки, но затем достаточно быстро их разжал: – Благодарю за сотрудничество, хорошего Вам дня. – И Вам тоже! – в голосе администратора слышалось облегчение, и она практически сразу обратила внимание на новоприбывшего: – Здравствуйте, Вы хотите забронировать комнату? – Здравствуйте, я забронировал у вас номер на прошлой неделе, вот квитанции, – Дима спешно достал свой телефон и показал скриншот квитанции об оплате, подойдя к стойке. Это была совсем молоденькая девушка. Судя по всему, студентка или недавняя выпускница школы. Светлые волосы, округлое лицо и острый нос. На лице читалась усталость, видимо, это был очень непростой разговор, однако Дима не стал расспрашивать её об этом. – Да, всё сходится, Ваша комната далее по коридору. Вы на пару дней к нам? – Да, всё верно. – Работа или город посмотреть? Парень усмехнулся: – Я вырос здесь, а приехал… можно сказать, что в гости. Встреча выпускников. – О, это здорово! – девушка расплылась в улыбке, – хорошего Вам пребывания! Администратор положила ключи на стойку, и Дима тут же их взял, направившись в комнату. Бежевые стены комнаты словно сливались с бело-серым пейзажем метелицы за окном, полупрозрачный тюль и бежево-коричневые шторы были одёрнуты по краям. Рядом стояла одноместная кровать, обеденный столик и узкий шкаф. Слева от входа была ванная, куда Дима намеревался попасть с самого прибытия. Достав сменное бельё с мыльно-рыльными принадлежностями из рюкзака, Дима также достал ежедневник, чтобы взглянуть на своих ненаглядных. Это была поездка в Дрезден. Был прекрасный летний день этого года, они прогуливались по Иннере Альтштадт. После экскурсии в Музее транспорта, они направились к Фрауэнкирхе. Роза поставила телефон на штатив, и все смогли попасть в кадр. Нежный взгляд Розы вместе с счастливой улыбкой Алисы пробудили внутри Димы тепло. – Это лишь на пару дней, – говорил он ей в день отъезда. Она была не против того, чтобы он встретился с одноклассниками, но всё же в её глазах читалась тревога… – Нет, прочь все эти мысли. Ты всего лишь скучаешь по ним. Да, наберу им, когда приму душ. И да, в ванной не оказалось ванны, но стоял вполне приличный душевой уголок. Снимая с себя слой накопившейся за поездку грязи, он продолжал думать о своих любимых, но вместе с тем его мысли устремились в его прошлое. Мозг воспроизводил серию эпизодов из обрывков воспоминаний. Одно смешивалось с другим, цепляясь за мелкие детали и проистекая из самых неочевидных связей. Выйдя из душа, он заметил, что за окном начало темнеть. Надев чистую одежду, он взял в руки смартфон: – Роза ещё не в сети, эх. Вдруг в его животе заурчало. – Ох, я ведь с самого прибытия не ел. Думаю, что своей кухни у них тут нет, потому надо или самому готовить или идти в столовки/кафешки. Он сложил фотографию обратно в ежедневник и убрал всё это дело к себе в рюкзак, после чего направился к ресепшену. – Простите, девушка, не подскажете, где здесь есть рядом кафешки? Администратор перенаправила свой взгляд от монитора в сторону Димы, после чего она довольно кокетливо произнесла: – Если пройти на ту сторону перекрёстка, то там есть неплохая кафешка. Ценник немного кусается, но зато готовят вкусно. Дима слегка опешил от такого подхода с её стороны, но спокойно ответил: – Спасибо. А у Вас не найдётся фена? Она отошла в служебное помещение, откуда вернулась достаточно быстро и протянула его Диме: – Только после использования, пожалуйста, сразу же верните. – Да, конечно. Дима вернулся в свою комнату, подсушил волосы и вновь взял в руки смартфон. Роза всё ещё была не в сети. – Напишу ей хотя бы сообщение, что приехал. Как зайдёт в сеть, ответит. Отправив сообщение, Дима направился обратно к ресепшену с феном. Администратор кокетливо забрала фен из рук. Он не стал ничего об этом говорить, однако от всего этого он чувствовал себя как не в своей тарелке. Быстро надев тёплую одежду, он вышел на улицу. Сумерки всё больше сгущались над городом. Вдоль дорог уже зажглись фонари, а вокруг всё также была метелица. Перейдя дорогу в указанном направлении, Дима зашёл в кафе. Заведение было по дизайну одним из тех, в которых нередко можно встретить представителей этаких любителей брутального. Всем своим видом оно показывало, что здесь готовят преимущественно мясные блюда. Дима довольно бегло пробежался по меню и заказал куриный стейк с картошкой и горячий чай. Сам ужин давал странные ощущения. Вряд ли он был отравлен или как-то не так приготовлен. Оно давало насыщение, но чего-то ему очень не хватало. Дима явно чувствовал на себе взгляд, изучающий и достаточно продолжительный. Он аккуратно огляделся по сторонам и увидел, что за одним из столов напротив сидел полицейский. – Рома? Рома Оцимик? – спросил Дима. – Он самый. А ты, Дима Сорокин, если я правильно помню. Оба встали и неспешно направились друг к другу, чтобы пожать руки. Рома предложил сесть за один столик, Дима не стал возражать. – На встречу выпускников приехал? – Ага. А ты, как я понимаю, здесь остался? – Ну как, – слегка замялся Рома, – я уезжал учиться, а потом сюда вернулся. Рома Оцимик был из тех людей, что пользовались популярностью в школьные годы. Один из лучших выпускников, которого чуть ли не боготворили учителя, однако видно, что жизнь парня изрядно потрепала за прошедшее время. – Неожиданно видеть тебя в рядах полиции. Ты ведь изначально хотел пойти на лингвистику, как и я. – Было дело, – пожал плечами, – но я ушёл в отрыв в первые два года после выпуска из школы. Понесла меня нелёгкая, гулял, пил запойно и страшно. Затем отчисление, ушёл в армию, там мне и вправили мозги как надо. Вернулся, устроился в органы. Теперь старший оперуполномоченный. – Солидно, – утверждающе сказал Дима. – А ты как? Я краем уха слышал, что ты жениться успел. – Есть такое, а ты? – Я даже развестись успел и остаться «с прицепом», как это нынче модно говорить, – с улыбкой сказал Рома. – Даже так, – удивился Дима, – и как тебе удаётся совмещать работу и воспитание? Я, конечно, не знаю внутренней кухни твоей профессии, но, вроде как, работы у вас всегда выше крыши. – О, это точно, – Рома отпил чай, – бывает, что даже неделю дома не бываю. Благо хоть матушка моя помогает мне в воспитании дочки. Я в этом мало смыслю, но стараюсь делать так, чтобы не приходилось нуждаться. Когда речь зашла о дочери, лицо Ромы, прежде покрытое слоем усталости и некой отрешённости, обрело мягкие черты. Пронзающий взгляд карих глаз старшего оперуполномоченного сменялся на добрый и, можно даже сказать, нежный. Он опёрся лбом о свою ладонь, задумчиво взглянул куда-то в сторону и затем спросил: – А ты как? – Живём вместе уже восемь лет. У меня тоже дочь, семь лет исполнилось в августе, – Дима достал из сумки ежедневник и протянул фотографию своей семьи Роме, – это мы ездили в Дрезден этим летом. – Здорово. И жена у тебя красавица. – По-другому и не бывает. Оба слегка рассмеялись, затем Рома вернул фотографию, после чего его взгляд вдруг резко помрачнел. – Я ведь сам тоже хотел уехать отсюда, – в его низком голосе стали читаться лёгкие нотки надрыва, – но как-то так всё сложилось, что остаюсь тут. – Не думаю, что это так уж плохо, – у Димы моментально сработала его педагогическая сноровка, предчувствуя возможный поток эмоций. Хоть люди и бывают взрослые, а временами ведут себя не лучше детей. – Сам же ведь рванул из города при первой возможности. – Я думал, что мы сели радушно поболтать и поесть, а не заниматься промывкой костей друг друга, – сквозь улыбку, но всё же строго сказал Дима. Рома молча прокашлялся: – Извини, видимо, уже от усталости нервы ни к чёрту. Надо идти домой, давно свою малышку не видел. – Да, конечно. – Если хочешь, то можем пойти вместе. Дима не стал возражать. В конце концов, ему нужен хоть кто-то знакомый здесь. Конечно, если открыть списки возможных друзей в социальных сетях, то наверняка попадётся кто-то знакомый из родного города. Но есть ли смысл с ними находить контакт? Дима и Рома оплатили свои заказы и быстро покинули кафешку. Уже стемнело. Метелица всё никак не унималась, людей на улицах практически не было, и по привычно оживлённой улице проезжало не так уж много автомобилей. – Я давно здесь не был, но почему же тут теперь столь немноголюдно? – спросил Дима. – Дефицит рабочих мест, – отвечал Рома, – многие частники закрыли свои конторы. Не поверишь, даже центральный рынок по большей части не работает. Куча заброшенных прилавков и площадок как там, так и по всему городу. Если раньше владельцы помещений хотя бы развешивали большие баннеры с рекламой о сдаче помещений в аренду, то теперь здесь накопилось много «заброшек». Дима хотел было спросить почему так, но вдруг он услышал рингтон звонка от своего смартфона, но в нём было что-то странное. Он посмотрел на экран. – Подожди, мне звонят. Рома молча кивнул, после чего Дима смахнул пальцем по экрану и приложил смартфон к уху. Однако вместо привычного голоса жены он услышал лишь шипение, словно по ту сторону кто-то приложил динамик к радиоприёмнику. Снова взглянув на экран, Дима увидел на нём множество помех. Вместе с тем свет уличных фонарей становился более тусклым, тело неожиданно стал пробирать озноб. Взгляд Ромы отражал непонимание и испуг. Они оба видели это. На мгновение весь мир будто погрузился в пучину мрака, а после словно обрёл новые очертания. – Какого хрена происходит? – вырвалось из уст Димы. – Я не знаю, – Рома пытался сохранять хладнокровие, однако было видно, что вся эта ситуация пугала его. Пройдя дальше по улице, они увидели, что ведущая в даль части дороги пропала. – К-какого?.. – Рома подошёл к условному краю дороги. Внизу была лишь непроглядная бездна, при взгляде в которую стыла кровь в жилах. – Слушай, а мы точно не съели ничего дрянного в той кафешке? – едва сдерживая истерику, спросил Дима. – Надо идти дальше, – голос Ромы звучал железно и убедительно, – меня ждёт моя дочка. Если такое сейчас происходит повсюду… Дима тут же подумал, что окажись он в подобной ситуации, то тоже не стал бы медлить: – Да, пойдём. – Раз уж дорога вперёд внезапно пропала, то пойдём через дворы. В любом случае надо подняться выше. – Веди, джигит. Они свернули направо и стали подниматься вверх по склону. Свет ламп на улице становился всё более приглушённым. – А где все люди? – спросил Дима. – Ты действительно хочешь знать? Парень огляделся по сторонам и не увидел ничего, кроме сгущающегося мрака. – Не думаю, что хочу. – Вот и правильно. Самое главное сейчас дойти до моего дома. Если подобная несуразица происходит везде, то можешь переждать оду ночь у меня. – Ага, спасибо, – в голосе Димы появилась дрожь. – Не дрейфи, дойдём. – Не понимаю, как ты можешь так спокойно на всё это реагировать? – истерика в голосе Димы становилась всё сильнее. Рома остановился и одарил Диму суровым взглядом: – Я напуган не меньше тебя сейчас, и я совершенно не знаю, как выпутаться из этой ситуации. У меня тоже барахлит связь, и я тоже не понимаю, что происходит. Но меня сейчас волнует лишь то, что моя дочка может быть в опасности. Поэтому возьми себя в руки и идём дальше. Слова старшего оперуполномоченного привели в чувства парня, и те продолжили свой путь. Минуя старый парк пионеров, Дима заметил, как один теневой силуэт пробежал под светом фонаря, а затем скрылся во тьме сосен парка. Рома приказал жестом остановиться. – Ты тоже видел? – Да. Выходя к зданию евангелистской церкви, они услышали чьё-то частое и прерывистое дыхание. Дима повернул взгляд налево. Во мраке неосвещённой дороги мелькали множество красных точек, напоминавшие свет задних фар автомобилей. Несколько пар таких огоньков вскоре начали приближаться. Рома уже держал наготове пистолет. – Кто вы? Назовите себя! – его крик словно застыл в пространстве, воздух становился всё более густым, – чёрт, Дима, у тебя есть фонарик? Дима достал смартфон, но его экран всё также барахлил. – Нет, не могу включить! – Твою ж мать, отходим! Парни продолжили двигаться вверх по улице, но осмотревшись по сторонам, увидели ещё несколько красных огней, смотрящих из тёмных окон и закоулков. Постепенно их силуэты стали видны при свете фонарей. Чёрные как смола антропоморфные фигуры без ног словно летали над землёй. Сам их вид вызывал невыносимое отчаяние. В их красных глазах блистал огонь, который бывает в самых страшных представлениях человека о муках и возмездии. Одна из фигур проткнула своё тело чем-то похожим на руку и достала какой-то пузырь, который тут же метнула в сторону парней. Недолёт, однако на месте, куда упал пузырь, всё начало растворяться как в растворе очень едкой кислоты. – Бежим! – крикнул Дима, одёрнув Рому за служебную куртку. Тот успел сделать пару выстрелов из табельного пистолета, но это не возымело должного эффекта. Пули притормозили чудищ, но не сбавили их напора. Они бежали друг за другом в сторону торгового центра, подземная парковка которого была открыта и хорошо освещена. Добежав до срединных рядов машин, Рома и Дима решили перевести дыхание. Вид у обоих был страшно напуган. – Мы спрятались, но как же выбраться? – Тут есть лифт, ведущий напрямую к торговому центру. Если повезёт, то выйдем через служебный вход со стороны приёмки и побежим в сторону моего дома. – Далеко ещё? – Меньше километра. Потянешь? – С такими тварями на хвосте о другом думать и не хочется. – Это точно. Мне бы не хотелось потом сообщать твоей жене о бесславной кончине её супруга от лап неведомых тварей. Оба нервно рассмеялись. Жестокая ирония тогда была единственным средством, чтобы окончательно не впасть в отчаяние. Про безумие уже и не шло речи, увиденное и ощутимое нельзя назвать чем-то рациональным. Лифт не подвёл, они достаточно быстро добрались до первого этажа торгового центра, но увиденное их повергло ещё больший шок. Привычные коридоры с бутиками и супермаркетами стали напоминать больнично-индустриальные коридоры. Стены пахли тошнотворной смесью хлорки, гноя и плесени. Повсюду раздавался металлический шум вкупе с ужасными воплями, доносившихся издалека. Продвигаясь в сторону служебного выхода, парни услышали шлёпающие звуки сзади. Обернувшись, они увидели ползущего к ним мужчину, из тела которого торчали штыри, напоминавшие поломанную продуктовую тележку. Его глаза тоже были красно-огненного цвета, его руки жадно и злобно тянулись к парням. Стоило им ускорить шаги в направлении выхода, как чудище тут же отталкивалось своими руками с целью настигнуть своих жертв, издавая низкий утробный гул. – Заклинило! – крикнул Рома. – Попробуй её проломить! – Дима подбежал к стоящему рядом банкомату, приложил все свои силы и опрокинул его на ползущую тварь. Раздался хруст и звук чего-то лопающегося, после чего Рома открыл дверь выхода и потянул опешившего Диму за собой, после чего громко её захлопнул. – Твою ж мать, что за хрень происходит… – на одном дыхании выдавил из себя Рома. – Как выяснишь – обязательно расскажи, – съязвил Дима. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, они было пошли дальше, но тут Рома сказал: – Я не могу пошевелиться… Дима посмотрел на него и увидел, что под его ногами образовалось огромное чёрное пятно, после чего он резко погрузился туда по пояс. – А-А-А, ОНО РВЁТ МЕНЯ! ДИМА-А-А! – Держи меня за руки! – он подбежал и протянул ему руки, стараясь вытянуть Рому. – МОЛЮ, ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА! – Стараюсь, ста… Дима в миг очутился спиной на полу. Боль прошлась по всему телу как удар по натянутой струне. Когда шум в ушах от боли начал спадать, он поднялся и увидел, что его руки сжимают две ужасные культи. Это всё, что осталось от Ромы Оцимика. Истерично и ритмично выкрикивая, Дима отбросил культи в сторону и принялся бежать куда глаза глядят. Он не понимал до конца, куда направлялся. Инстинкт вёл его в глубь дворов до тех пор, пока боль не притупила его ощущения окончательно и не лишила сознания.