Ты все еще мой.

***

Если бы Эндрю спросили, чего он хочет больше всего, он бы безоговорочно ответил, что курить, но сигареты уже никак не помогали вытащить себя из подвешенного состояния. Блондин был готов сидеть на крыше часами, но это желание перерезало время. Время, которого, казалось, у него было море, но в то же время — нисколько. Он снова не находил себе места. «Я, вроде бы, мертв, но столько эмоций и чувств овладевают мной, значит, я все таки жив?» Эта мысль не давала покоя. Существует более ста определений понятия «жизнь», и многие из них противоречат друг другу Жизнь — это совокупность химических и физических процессов. Под словом «жизнь» понимают период существования отдельного организма, от момента рождения до его смерти. Живым является то, что удовлетворяет собственные потребности, может двигаться, принимать пищу, взаимодействовать с другими организмами. Ну и о смерти слышал каждый. Это грань, физиологический процесс, прерывающий бытие, нашу реальность, мысли, жизнь. Сначала видишь, как она приходит за другими, потом и тебе назначает свидание. Последнее. Смерть — явление, вызывающее подсознательный трепет, инстинктивный. На данном этапе развития человечества от нее не изобретена вакцина, нет прививок, так что встреча в любом случае неизбежна. Смерть — точка в человеческой жизни. Любой. Даже той, что живет в мире книг. Но есть и другая сторона смерти, не физиологическая, моральная. Когда ком в груди, мешающий вздохнуть, который не пропихнуть и не выплакать, когда темно днем, когда воешь без слез, по звериному. Внешне здоровый и крепкий человек может быстро угаснуть. В этом случае также происходят угасания всех процессов, но только изнутри. Человек буквально начинает выключаться из жизни, его о чем то просят, он делает, не просят — не делает. В случае Эндрю Миньярда, это была как раз такая, моральная смерть. Всю всю сознательную жизнь он искал выходы, хотел быть счастливым. В один момент блондин нашел, так же быстро, как и потерял. Никто не гарантировал, что Джостен вернется в полном порядке, не факт, что он вообще вернется живым. Может, его труп пришлют в огромном черном мешке, мол: "он же вернулся, просто не таким, каким его ждали". Мысли душили, не давали покоя и умиротворения. В один день пытка сознания зашла слишком далеко. Капли воды, медленно скапливаясь на ободке крана, капали вниз, оглашая тишину комнаты звоном, где-то за стеной играла громкая музыка, но не факт, что она действительно играла, вдруг это снова неудачная штука разума, над которой никто не посмеется? Эндрю невидящим взором наблюдал, как на воде распускаются красные следы. Вода была горячей и все помещение словно подернулось дымкой неизвестности, время услужливо замедлило свой ход, позволяя в полной мере насладиться сожалением. Почему-то люди, склонные к суициду, всегда думают, что им не о чем жалеть и смерть будет долгожданным избавлением. Вот и Миньярд так думал, а теперь лежит в ванной и размышляет о том, как, в сущности был глуп, пока из запястий вытекает кровь. Саморазрушение это то, чего, наверное, не пожелаешь никому. Человек не в силах справиться, он умеет заглушать душевную боль физической. Кому то от этого действительно легче, кому то, но не Эндрю. Возможно, в детстве его просто сглазили, не дали насладиться тем беззаботным временем, что было у всех детей. Маленький Миньярд не верил в магию и сказки, не смеялся как существенно всем детям. Он просто был, день изо дня пропитываясь агрессией и ненавистью, которые были посланы в его сторону, он не видел любовь и тепло, он не жил в радужном мире. Его мир навсегда остался черно-белым. И вот тебе двадцать два года, ты лежишь в ванной, из твоего запястья вытекает багровая струйка. Наконец этот чертов клубок распутан. Единственным выходом всегда было обрезать нить, прервать эту бессмысленную жизнь. Три старухи Мойры и две уже давно сделали свое дело, осталась только третья. Первая давно бросила жребий жизни Эндрю, вторая давно начала тянуть за ниточку его жизни, а третья уже наточила ножницы, в ожидании, когда ее можно будет обрезать. В воде распускаются красные цветы, а Эндрю медленно понимает, что не было никакого проклятья или сглаза, что просто так нужно, чтобы люди приходили и уходили, что все это в сущности не так уж важно, что жизнь прекрасна в любом ее проявлении. Но цена понимания оказалась слишком высокой. Глухой удар в дверь и она ломается. Аарон, влетевший в ванну застыл на месте, а "ненормальный" Миньярд просто откинулся на приподнятое изголовье ванной и закрыл глаза. Крик брата он почти не слышал, стук сердца и приливание крови заглушали его. А потом все как в тумане. Вот он уже в своей комнате с забинтованными руками, вот рядом стоит Аарон, вот он звонит Би, а потом снова темнота, белый шум, мелкие проблески перед глазами и ничего больше. "Я умер?" "Я добился желаемого?" "Я оставил этого гребаного мученика одного?" "А сам Я чем не мученик?" Солнечный свет постепенно вливался в комнату, делая ее светлой, Би, сидевшая на стуле, около кровати Эндрю, писала в блокноте. Аарон стоял в дверном проеме и что то рассказывал, яростно жестикулируя. Они были рядом, они помогли, помогали и будут помогать. Жизнь не должна закончиться так.

***

В день возвращения Нила, Эндрю приехал к аэропорту Южной Каролины, взглянул на часы, примерно через десять минут он должен выйти и направиться прямиком в их машину. Но не через десять, не через пятнадцать, даже не через тридцать минут Джостена не было. Эндрю позвонил. Телефон был выключен, но Миньярд оказался куда умнее и отследил номер еще до окончания пяти месяцев отсутствия Нила. Блондин повторно проверил IP номер, убедился, что Джостен все так же в Западной Вирджинии. Его лицо исказилось в гнусной ухмылке. Конечно, конечно рыжего никто не отпустит. А что может сейчас сделать Миньряд? Ичиро он не убьет, за ним стоит куча людей, приехать он может, но а какой толк, посмотреть, как над ним смеется Морияма? В любом случае, действовать надо быстро. Нил в первый месяц своего отъезда отправил Эндрю номер Бастера, он не объяснил зачем, но сейчас это было очень кстати. Через тренера можно хотя бы попытаться связаться с Ичиро. Эндрю позвонил по высланному номеру. Гудки, бесконечные гудки и наконец ответ. — "Эдвард Бастер, тренер команды Западных Ястребов слушает", — Миньярд не любил разговаривать по сотовому, скорее, он просто не умел это делать. — Добрый, — Эндрю запнулся, буквально на секунду, прикидывая в голове часовые пояса, — день. В вашей команде играет Нил Джостен, туда его зашвырнули за счет Ичиро Мориямы, — Бастер чуть было слышно втянул воздух сквозь стиснутые зубы, не от того, что ему уже наскучил разговор, видимо, имя Господина вводило в ужас, нагоняло панику, заставляло сердце биться быстрее, — сегодня последний день его пребывания у вас, самолет должен был приземлиться час назад, еще через пол часа он должен был выйти на платную стоянку аэропорта к машине. Здесь я его не наблюдаю, — тренер хотел сказать что то в свое оправдание, но Эндрю не дал ему этого сделать, — от вас я не надеюсь услышать должного объяснения, хочу поговорить лично с Ичиро. — Эндрю наконец закончил и принялся ждать, пока Эдвард ответит. — "Это невозможно, — судорожно протянул Бастер, стараясь скрыть дрожь в голосе, — он не станет говорить с оболтусом вроде тебя" — Станет. — Миньярд был уверен на все возможные проценты, что Морияма заинтересуется им. — Пришлите на этот номер адрес, где находится штаб Ястребов. — Эндрю не стал дожидаться ответа. У него был план "b" на случай, если тренер Эдвард не отправит нужное. Миньярд оставил машину и двинулся за билетом. Его рейс был через час, он встал у окна в зоне ожидания, принялся разглядывать самолеты. Даже страх высоты не отбивал решимости отправиться туда, где находится чертов мученик. Вибрация телефона вырвала его из раздумий. Звонил Хэммик. Эндрю откинул крышку телефона и нажал на протертую зеленую кнопку. — "Мой любимый кузееен! — Радостно протянул Ники, — как ты, не хочешь зайти к нам с Аароном?" — Нет. Мой рейс через пол часа, отчаливаю из Каролины. — Миньярд уловил вздох двоюродного брата, но он тут же собрался. — Куда? У вас игра? — К Джостену, в Западную Вирджинию, — блондин не привык оправдываться перед кем то. Закончив фразу он тут же сбросил звонок и сунул телефон в карман брюк. Не прошло и десяти секунд, как телефон снова дернулся от вибрации. Эндрю не потрудился выудить мобильный, он знал, что ему пришло, знал от кого и почему. Перелет для блондина прошел вполне успешно. Взяв такси он сориентировал водителя по адресу и прикрыл глаза. Мужчина за рулем оповестил, что дорога не займет больше двадцати минут, хотя Эндрю все равно не особо вник в его поток слов. Разлепил веки он сразу же, как таксист активировал стояночный тормоз. Высокое здание, парк, ведущий в сторону стадиона, университет. С виду все это казалось куда приемлемее, добродушней, спокойней. На деле же было иначе, Миньярд так почувствовал. По обложке судить не стоит. Блонди отправился по цветастой аллее на стадион, где, по всей видимости, должен найти Эдварда Бастера с Ичиро Мориямой и, конечно же, Джостена. Добраться не составило труда, также, как войти. На входе его встретили охранники, которые услышав имя Ичиро, сразу пропустили Эндрю внутрь. Только вот, найти нужный коридор оказалось труднее. Это буквально было три тропинки, выбирай любую. Миньярд впервые видел такую планировку, все коридоры на стадионы, которые ему удалось посетить, во время матчей, были устроены куда удобней. А может у него просто иные взгляды на сооружения. Правое крыло было с множеством дверей, поэтому Эндрю сразу счел это неверным вариантом, прямо красовалась большая арка, из этой комнаты виднелся большой серый диван и множество кресел. Сопоставив факты, блондин пошел в левую сторону, в конце узкого темного коридора дернул за тяжелую дверь и застал момент тренировки Нила и его сокомандников. Около скамеек запасных стоял тренер Бастер и Ичиро, они что то яростно обсуждали. Эндрю громко захлопнул за собой дверь, после перевел скучающий взор на двух людей. На лице Эдварда читался ужас, когда как Морияма только улыбнулся во весь рот завидев Эндрю. Ичиро еще с десяток слов сказал тренеру и направился в сторону блондина. Все тот же Ичиро, называющий себя господином, носящий все черное, с пустым холодным взглядом и неподходящей к нему улыбкой. — О, а вот и плешивый пес! — Чуть было не прокричал Морияма, он знатно старался привлечь внимание игроков, но свист клюшек, скачущих в воздухе, отскок мяча от борта и топот с поля, почти полностью заглушали его голос, обернулся только Бастер, — Я знал, что ты рано или поздно явишься. Только есть одна проблема, твой дружок совсем тебя не ждет, ему конкретно плевать на все. — Ичиро еще раз с ног до головы осмотрел блондина. Улыбка буквально делила его лицо пополам. — Разве я просил меня ждать? — Вопросил Эндрю и перемесил взгляд на поле, — Он давно должен быть в Каролине. — Должен, но не будет. Он моя собственность, я делаю то, что считаю нужным. Натаниэль никуда не годится, он не справляется с обычными требованиями, — Ичиро посмотрел на тренера Эдварда, который прервал тренировку и направился к Нилу. Подойдя, он со всей дури шибанул ему его же клюшкой по ребрам. Джостен загнулся, издав нечеловеческий звук. Бастер не угомонился. Ударив еще пару-тройку раз он постучал по плексигласу, показывая, что можно возобновлять игру. — Я ведь говорю, — продолжал Ичиро, — он не способен ни на что. Деньги, которые он принес играя в нашей команде, заслуга всех игроков. Посмотри как его тушка извивается от боли, до жути смешно. Терпение Эндрю было на исходе, еще хоть слово этого мудазвона в строну Нила, и Миньярд расквасит ему пол лица, ни капельки не пожалев. Такая же участь ждет Бастера. — И что же ты хочешь? — Поинтересовался Эндрю не сводя глаз с поля, где Нил, на подкошенных ногах старался дальше играть. — Ты не сможешь ничего предложить, эта рыжая игрушка давно моя, мне нравится наблюдать за его страданиями, — Ичиро пустил смешок, — ты вообще тело его видел? Эти смачные кровоподтеки, возможно даже множество переломов, завораживающее зрелище. Эндрю молниеносно ударил его под дых, сбив с ног. Воспользовавшись преимуществом внезапности, Эндрю не остановился и, когда Ичиро грохнулся на пол, в придачу врезал ему кулаком по лицу. Но и это Миньярду показалось мало, он со всей дури пнул Морияму в живот и направился к Бастеру, все так же стоявшему у скамеек. Он попятился в сторону, понимая, что сейчас последует удар, но избежать не смог. Эндрю попал точно в скулу, заставив полного, совершенно неспортивного мужчину отшатнутся. — Прекращай эту поганую ебуду и выводи сюда Нила, — тренер его проигнорировал, просто взирая куда то за плечо Эндрю. — Ты меня не слышишь? — Голос Миньярда был хриплым и угрожающим. Тренер помчал к полю и возвращался уже с Джостеном. Говорить блондин сейчас не собирался, он ловким движением руки выудил из под повязки самый длинный нож, припрятал острие в кулаке. Взял Нила под руку и они вместе побрели к выходу. Морияма давно поднялся. Улыбка на его лице померкла, будто ее в принципе не было. Ичиро уже хотел что то сказать, но Эндрю оголил нож, показывая, что еще слово, и здесь не будет ни его, ни Бастера. Они с Нилом уже вышли в длинный коридор, когда Ичиро все же опомнился и сумел сдавленно выкрикнуть: — Скоро тебя не будет в живых, уверяю. — Эндрю на это лишь хмыкнул. — Пусть не будет меня, зато Нил останется. Они удалились, Миньярд все так же держал Нила, чтоб тот не свалился. Выйдя на улицу лицо обдал страстный порыв холодного ветра. Такси, ближайшая больница. Нил уснул почти сразу, а Эндрю молча взирал на него, прокручивая в голове сколько всего с ним произошло за эти пять месяцев. У Нила выявилось три перелома ребра, гематом. Джостен все ему расскажет, но не сейчас. Морияма не достанет его, больше не достанет. Эндрю об этом позаботится.